ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-44064/2024

Дело № А40-226758/20

г. Москва

05 ноября 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 23 октября 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 05 ноября 2024 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Ю.Л. Головачевой, 

судей Ж.Ц. Бальжинимаевой, А.Г. Ахмедова,   

при ведении протокола секретарем судебного заседания А.В. Кирилловой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда города Москвы от 10.06.2024 об отказе в удовлетворении заявления ФИО1 об оспаривании сделки должника, ответчик – ФИО2, вынесенное в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Строительная группа «Менеджмент»,

при участии в судебном заседании согласно протоколу судебного заседания, 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 08.02.2023 года в отношении ООО «Строительная группа «Менеджмент»(ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (ОГРНИП 

<

***>).

В Арбитражный суд города Москвы 24.10.2023 поступило заявление ФИО1 об оспаривании сделки должника, в которой заявитель просит суд:

1.                  признать недействительной сделкой совершенные ООО «СГ «Менеджмент» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 28.10.2019 ,30.10.2019, 31.01.2020, 27.02.2020 и08.05.2020 во исполнение Договора займа № СГМ-11092019-1 от 11.09.2019 действия по получению от гражданина ФИО2 займов на сумму 14 485 000,00 (четырнадцать миллионов четыреста восемьдесят пять тысяч) рублей и применить следующие последствия недействительности действий:

 - признать не возникшими права (требования) ФИО2 к ООО «СГ«Менеджмент» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) об уплате 14 485 000,00 (четырнадцати миллионов четыреста восьмидесяти пяти тысяч) рублей и 2 511 592,78 (двух миллионов пятисот одиннадцати тысяч пятисот девяносто двух и 78/100) рублей процентов за пользование займом;

- обязать ООО «СГ «Менеджмент» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) возвратить ФИО2 незаконно полученные денежные средства в сумме 14 485 000,00 (четырнадцать миллионов четыреста восемьдесят пять тысяч) рублей.

- Признать недействительным заключенный между ООО «СГ «Менеджмент» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) и ФИО2 Договор займа № б/нот 13.03.2020г. и применить следующие последствия недействительности сделки:

- Признать не возникшими права (требования) ФИО2 к ООО «СГ «Менеджмент» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) об уплате10100000 (десяти миллионов ста тысяч) рублей займа и 1 137 095, 63 рублей (одного миллиона ста тридцати семи тысяч девяносто пяти и 63/100) рублей процентов за пользование займом;

- обязать ООО «СГ «Менеджмент» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) возвратить ФИО2 незаконно полученные денежные средства в сумме 10 100 000 (десяти миллионов ста тысяч) рублей.

- Признать недействительным (прекращенным) заключенный между ООО «СГ Менеджмент» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) и ФИО2 Договор залога прав требования № 11092019 от 11.09.2019г. в части обеспечения недействительных обязательств Должника по возврату ФИО2 денежных средств в сумме24585000,00 (двадцать четыре миллиона пятьсот восемьдесят пять тысяч) рублей и3 648688,41 (три миллиона шестьсот сорок восемь тысяч шестьсот восемьдесят восемь и 41/100) рублей процентов по недействительным займам и применить следующее последствия недействительности акцессорной сделки:

- признать не возникшим право залога ФИО2 к ООО «СГ Менеджмент»( ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) по недействительному Договору залога прав требования № 11092019 от 11.09.2019 в части требований к Казенному предприятию г.Москвы «Управление Гражданского Строительства» (ОГРН 

<

***>) по договорам № ГУрь 83 А/ГП/ДШИ/16/473 от 12.12.2016 и № Юр99/ГП/УчК/16/432 от 01.12.2016 и к Государственной корпорации «РОСАТОМ» по договору №1/9319-Д от 29.12.2015 в части требований об уплате денежных средств в сумме 24585000,00 (двадцать четыре миллиона пятьсот восемьдесят пять тысяч) рублей и 3 648 688,41 (три миллиона шестьсот сорок восемь тысяч шестьсот восемьдесят восемь и 41/100) рублей процентов по недействительным займам.

                                 Признать недействительным заключенный между ООО «СГ Менеджмент» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) и ФИО2 Договор залога прав требования № 13032020 от 13.03.2020г., в части обеспечения недействительных обязательств Должника по возврату ФИО2 денежных средств в сумме 24 585 000,00 (двадцать четыре миллиона пятьсот восемьдесят пять тысяч) рублей и 3 648 688,41 (три миллиона шестьсот сорок восемь тысяч шестьсот восемьдесят восемь и 41/100) рублей процентов по недействительным займам и применить следующее последствия недействительности акцессорной сделки:

-                            признать не возникшим право залога ФИО2 к ООО «СГ Менеджмент» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) по недействительному Договору залога прав требования № 13032020 от 13.03.2020, в части требований к Казенному предприятию г. Москвы

«Управление Гражданского Строительства» (ОГРН 

<

***>) по договорам № ГУрь 83А/ГП/ДШИ/16/473от12.12.2016 и № Юр99/ГП/УчК/16/432 от 01.12.2016 и к ООО «Специализированный застройщик «Феодосийская» по договору № 169-19/000905 от 12.09.2019 в части требований об уплате средств в сумме 24 585 000,00 (двадцать четыре миллиона пятьсот восемьдесят пять тысяч) рублей и 3 648 688,41 (три миллиона шестьсот сорок восемь тысяч шестьсот восемьдесят восемь и 41/100) рублей процентов по недействительным займам.

2.                             Признать недействительным заключенный между ООО «СГ Менеджмент» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) и ФИО2 Договор залога прав по договору банковского счета № 1 от 21.07.2020г., в части обеспечения обязательств Должника по возврату ФИО2 денежных средств в сумме 54 859 584, 83 (пятьдесят четыре миллиона восемьсот пятьдесят девять тысяч пятьсот восемьдесят четыре и 83/100) рублей, которые были предоставлены Должнику Ответчиком по Договору займа № СГМ-11092019-1 от 11.09.2019 и Договору займа от 13.03.2020 в такие даты как 11.09.2019, 19.09.2019, 10.10,2019, 28.10.2019, 30.10.2019, 31.01.2020, 27.02.2020, 08.05.2020,16.03.2020 и 08.04.2020 и применить следующее последствия недействительности акцессорной сделки:

-                            признать не возникшим право залога ФИО2 к ООО «СГ Менеджмент» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) по недействительному Договору залога прав по договору банковского счета № 1 от 21.07.2020 в части требований об уплате средств в сумме 54 859 584, 83 (пятьдесят четыре миллиона восемьсот пятьдесят девять тысяч пятьсот восемьдесят четыре и 83/100) рублей.

Определением от 10.06.2024 Арбитражный суд города Москвы определил: «В удовлетворении заявления ФИО1 об оспаривании сделки должника, ответчик – Агафонов ФИО4 Владимирович - отказать.»

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 10.06.2024 отменить, принять новый судебный акт. В обоснование отмены судебного акта заявитель апелляционной жалобы ссылается на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, неполное исследование обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов, изложенных в обжалуемом судебном акте, обстоятельствам дела.

Апеллянт в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 123, 266 и 268 АПК РФ, изучив представленные в дело доказательства, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с законодательством РФ и обстоятельствами дела, и удовлетворения апелляционной жалобы, исходя из следующего.

Принимая обжалуемый судебный акт, суд первой инстанции исходил из следующего.

Как следует из материалов дела, между ООО «СГ «Менеджмент» и ФИО2 были заключены два договора займа №СГМ-11092019-1 от 11.09.2019, №б/н от 13.03.2020, в рамках которых Ответчик представил Должнику целевое финансирование для пополнения оборотного капитала, а также для обеспечения возможности исполнения Должником обязательств по государственным контрактам № Гурь83А/ГП/ДШИ/16/473 от 12.12.2016, № Юр99/ГП/УчК/16/432 от 01.12.2016, заключённым с Казенным предприятием города Москвы «Управление гражданского строительства».

В соответствии с условиями указанных кредитор обязался передать должнику денежные средства в общей сложности 130 100 000 руб., а должник обязался возвратить данные денежные средства и уплатить проценты.

Как установлено постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2023, в установленные договором сроки должник исполнил обязанность по возврату денежных средств лишь частично, что привело к образованию задолженности в общем размере 54 859 583, 83 руб.

Обязательства должника по договорам займа №СГМ-11092019-1 от 11.09.2019 года, от 13.03.2020 года были обеспечены договорами залога прав требования № 11092019 от 11.09.2019 года, № 13032020 от 13.03.2020 года, согласно которым предметом залога являются права требования к КП г. Москвы «Управление гражданского строительства».

В целях распространения залога прав (требований) на денежные средства, поступающие Должнику, а также в качестве обеспечения взятых на себя обязательств по 3 договорам залога прав требования, ООО «СГ «Менеджмент» в банке Глобус (АО) (далее – Банк) открыло на основании Договора №60-ДЗ от 21.07.2020, залоговый счет в валюте РФ: 40702810700001017532.

Также между Должником и ФИО2 был заключен договор залога прав по договору залогового счета № 1 от 21.07.2020.

По условиям данного договора Должник передал в залог ФИО2 права по залоговым счетам в целях обеспечения исполнения обязательств Заемщика перед Залогодержателем по Договорам займа, как существующих на момент подписания настоящего Договора, так и тех, которые могут возникнуть в будущем.

Банк был уведомлен о том, что Должник передал в залог ФИО2 права по залоговым счетам в обеспечение своих обязательств по Договору займа, через соглашения заключенные 31.08.2020.

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) было принято судом к производству – 20.11.2020 года, соответственно сделки Договор займа № СГМ-11092019-1 от 11.09.2019, Договор залога прав требования 11092019 от 11.09.2019 совершены в течение трех лет до даты принятия судом заявления о признании должника несостоятельным (банкротом); Договор займа № б/н от 13.03.2020, Договор залога прав требования № 13.03.2020 от 13.03.2020 совершены в течение года до даты принятия судом заявления о признании должника несостоятельным (банкротом); Договор залога прав по договору банковского счета № 1 от 21.07.2020 совершен в течение шести месяцев до даты принятия судом заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

ФИО1 полагает, что

- Действий Должника по исполнению Договора займа № СГМ-11092019-1 от 11.09.2019 и Договора займа № б/н от 13.03.2020 являются недействительными на основании статьи 61.1. и пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве;

- Договора залога прав требования № 13032020 от 13.03.2020 и Договора залога прав по договору банковского счета №1от21.07.2020 являются недействительными на основании статьи 61.1., пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве, а также пунктов 3 и 4 статьи 329 ГК РФ;

- Договора залога прав по договору банковского счета № 1 от 21.07.2020 является недействительным на основании пунктов 1 и 3 статьи 61.3. Закона о банкротстве;

- Договора залога требования № 11092019 от 11.09.2019 является недействительным на основании пунктов 3 и 4 статьи 329 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В силу положений ч. 1 ст. 3 Федерального конституционного закона от 04.06.2014 года № 8- ФКЗ «О внесении изменений в Федеральный конституционный закон «Об арбитражных судах в Российской Федерации» и ст. 2 Федерального конституционного закона «О Верховном Суде Российской Федерации» постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации сохраняют свою силу до принятия соответствующих решений Пленумом Верховного Суда Российской Федерации.

Как разъяснено в п. 80 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», взаимные предоставления по недействительной сделке, которая была исполнена обеими сторонами, считаются равными, пока не доказано иное. Следовательно, изложенная в толковании презумпция является опровержимой.

Согласно разъяснениям, данным в п. 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» при определении соотношения п.п. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной толькона основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротствепри наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества (абз. 2 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве).

В п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 года № 63 разъясняется, что для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Пленум Высшего Арбитражного суда Российской Федерации в п. 6 указанного Постановления указывает, что согласно абз. 2 – абз. 5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз. 2 – абз. 5 п. 2 ст. 61.2Закона о банкротстве. Установленные абз. 2 – абз. 5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 4 п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 года № 63 при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 и абз. 33 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. Согласно абз. 33 и абз. 34 ст. 2Закона о банкротстве для целей данного закона под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Обязательным условием возможности оспаривания подозрительной сделки по субъективному критерию является наличие достаточных доказательств того, что другая сторона по сделке знала о совершении должником данной сделки в целях причинения ущерба имущественным правам кредиторов.

В соответствии с п. 1 ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Следовательно, данный договор является реальной сделкой.

Заявителем оспариваются исключительно действий Должника по исполнению Договора займа № СГМ-11092019-1 от 11.09.2019 и Договора займа № б/н от 13.03.2020 на основании пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве.

Несмотря на заявленную правовую квалификацию кредитором действия по исполнению договоров займа, т.е. по перечислению заемных денежных средств на счет должника, не могут быть рассмотрены в отрыве от самих договоров займа.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2023 установлена реальность выдачи займа.

Получение должником экономической выгоды от совершения сделок займа и залога в виде финансирования текущей деятельности исключает вывод об убыточности этих сделок и их квалификацию по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Указанные выводы суда подтверждаются судебной практикой (Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.12.2022 № Ф07-19878/2022 по делу № А56-7798/2021, постановление Арбитражного суда Московского округа от 05.12.2023 № Ф05-11840/2022 по делу № А40-49809/2020, постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 07.08.2023 № Ф06- 25812/2022 по делу № А12-10175/2021).

В рассматриваемом случае выданные ФИО2 займы были целевыми - предоставлялись на выполнение работ по государственным контрактам, от выполнения которых должник должен был получить прибыль сверх полученных денежных средств по договорам займа.

Как разъяснено в п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)" по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта2этойстатьи.

В нарушение положений ч. 1 ст. 65 АПК РФ заявителем не представлено относимых, допустимых и достаточных доказательств наличия совокупности условий, установленных положениями п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, для признания договоров залога и договора залога прав по договору банковского недействительными.

Поведение ответчика, считающего необходимым обеспечить возврат заемных средств залогом, не является экстраординарным поведением в гражданском обороте.

О злоупотреблении со стороны должника и ответчика при заключении обеспечительной сделки могло бы свидетельствовать, например, совершение сторонами названной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением (не для создания дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств), а в других целях, в частности, участие ответчика и должника в операциях по неправомерному выводу активов, реализация договоренностей между залогодателем и залогодержателем, направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали (не имеющее разумного экономического обоснования принятие новых обеспечительных обязательств по уже просроченным основным обязательствам в объеме, превышающем совокупные активы залогодателя).

Заключение обеспечительной сделки в туже дату, что и заключение договора займа, свидетельствует о намерении заемщика предоставить заемные средства исключительно под соответствующе обеспечение; нежелание должника выдать такое обеспечение с высокой степенью вероятности будет являться основанием для отказа в представление заемных средств. Такие действия являются стандартной практикой в гражданском обороте.

Судом первой инстанции не установлено поведения ответчика отличного от обычного участника гражданского оборота в схожей ситуации.

Заявитель указывает, что гражданин ФИО2, начиная с 16.10.2019г., является «заинтересованным лицом» по отношению к ООО «СГ Менеджмент» по основаниям, установленным статьей 19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», подпунктами 1,8,9 пункта 1 статьи 9 Федерального закона «О защите конкуренции» от 26.07.2006г. № 135-ФЗ и статьи 4 Закона РСФСР «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» от 22.03.1991г. № 948-1 по признакам «аффилированности» и вхождения в общую «группу лиц», состоящую из гражданина ФИО5, как участника Должника и одновременно с этим, как Генерального директора ООО «Форт» (ОТРН 5177746372205, ИНН 

<

***>), 100 % участником которого Ответчик ФИО2 является, начиная с 22.12.2017.

В ст. 4 ФЗ «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» указано, аффилированные лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность;

аффилированными лицами юридического лица являются:

член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа;

лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо; лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица;

юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица;

если юридическое лицо является участником финансово-промышленной группы, к его аффилированным лицам также относятся члены Советов директоров (наблюдательных советов) или иных коллегиальных органов управления, коллегиальных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы, а также лица, осуществляющие полномочия единоличных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы;

аффилированными лицами физического лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность, являются:

лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное физическое лицо; юридическое лицо, в котором данное физическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица.

Согласно ст. 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков:

1)                         хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);

2)                         юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо;

3)                         хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания;

4)                           юридические лица, в которых более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа и (или) совета директоров (наблюдательного совета, совета фонда) составляют одни и те же физические лица;

5)                         хозяйственное общество (хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица назначен или избран единоличный исполнительный орган этого хозяйственного общества (хозяйственного партнерства);

6)                         хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица избрано более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа либо совета директоров (наблюдательного совета) этого хозяйственного общества;

7)                           физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры;

8)                          лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку;

9)                          хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), физические лица и (или) юридические лица, которые по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 8 настоящей части признаков входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

Вместе с тем, постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2023 по настоящему делу отклонены доводы об аффилированности должника и кредитора, предоставления компенсационного финансирования и наличия оснований для субординации требований ФИО2

В обоснование заявленного довода апеллянт указывал, что участником Должника с 16.10.2019 является ФИО5 с долей участия 49%. Одновременно ФИО5 является руководителем в ООО «Управляющая компания Проект-Сити», в которой ФИО2 – 100%-й участник, а до 18.11.2019 ФИО5 являлся руководителем ООО «Форт» в котором ФИО2 также принадлежит 100%.

Судом апелляционной инстанции отмечено, что сама по себе формальная аффилированность ФИО2 через ФИО5 с должником в период с 16.10.2019 не является основанием для понижения очередности удовлетворения требования ФИО2 в отсутствие доказательств компенсационного финансирования.

В Обзоре по субординации обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности удовлетворения (субординации) требования аффилированного с должником лица.

При наличии любого из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Как разъяснено в Обзоре по субординации, требования контролирующего должника лица подлежат субординации, в частности, если они возникли в условиях имущественного кризиса должника (пункт 3).

Контролирующее лицо, пытающееся вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу компенсационного финансирования, должно принимать на себя все связанные с этим риски, которые не могут перекладываться на других кредиторов получателя финансирования (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации). Указанные правовые позиции об очередности удовлетворения требования распространяются и на предоставившее компенсационное финансирование аффилированное с должником лицо, которое не имело прямого контроля над должником, но действовало под влиянием общего для него и должника контролирующего лица (пункт 4 Обзора по субординации).

О возникновении неплатежеспособности (обстоятельства, упомянутого в абзаце шестом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве) может свидетельствовать отсутствие у должника возможности за счет собственных средств (без финансовой поддержки контролирующего лица) поддерживать текущую деятельность. По общему правилу, основания для субординации устанавливаются на момент возникновения обязательства по возврату компенсационного финансирования.

Судом апелляционной инстанции был отклонен довод о наличия у должника признаков неплатежеспособности в момент предоставления спорных займов материалы обособленного спора не содержат. Апеллянт не представил доказательств, что стороны договоров займа действовали недобросовестно, или что предоставление займов было направлено на уклонение от обязанности подачи заявления о банкротстве Должника и нарушало права и законные интересы других кредиторов, нетипичность предоставленных кредитором ФИО2 условий займов, а также просрочка в их возврате судом не установлена.

Как следует сведений Спарк-Интерфакс ООО «СГ «Менеджмент» имел следующие показатели:

в 2018 году выручка составила 185 914000 руб., не распределенная прибыль составила 5 406 000 руб.;

в 2019 году выручка составила160 265 000руб., нераспределенная прибыль -5 687 000 руб.; 

в 2020 году выручка составила 161475000руб., нераспределенная прибыль- 6 488 000руб.

Представленныезаявителемвыпискипосчетуотражаютпоступлениянасчетдолжника 76 404 626,52 руб. 03.11.2022, а также отражают движения денежных средств по счетам.

Указание кредитором остатка на счетах в размере 0 руб. на отдельные конкретные даты не является надлежащим доказательством наличия признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника на дату выдачи займа.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований.

Законом о банкротстве предусмотрены условия, когда имеет место оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами:

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки (абзац второй пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве);

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки (абзац третий пункта1 статьи 61.3 Закона о банкротстве);

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами (абзац четвертый пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве);

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законом (абзац пятый пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка с предпочтением может быть признана недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Принимая во внимание разъяснения, изложенные в пункте 11 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее -Постановление № 63), для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному абзацем пятым пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, при условии, что сделка совершена в период, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, подлежат доказыванию следующие обстоятельства:

оспариваемая сделка совершена в срок, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве;

при расчете с кредиторами в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве, требование стороны по оспариваемой сделке не подлежало преимущественному удовлетворению;

намоментсовершенияоспариваемойсделкисуществовалитребованияиныхкредиторов.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце восьмом пункта 12 Постановления № 63, в качестве сделок, предусмотренных абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве могут рассматриваться, в частности, сделки по установлению залога по ранее возникшим требованиям.

Согласно правовой позиции Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721(4), по смыслу разъяснений, изложенных в абзаце восьмом пункта 12 Постановления № 63, действия по установлению залога соответствуют как диспозиции абзаца второго пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, поскольку такие действия направлены на обеспечение исполнения обязательства должника, возникшего до совершения оспариваемой сделки, так и абзаца третьего названного пункта по причине того, что установление залога приводит к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки.

ГКРФ разделяет два разных случая возникновения залога прав по залоговому счету: залог прав как самостоятельный вид обеспечения (пункт 1 статьи 358.9) и залог прав как средство обособления денежных средств в целях защиты прав залогодержателя по договору залога имущественных прав (пункт 4 статьи 358.6, пункт 5 статьи 358.9).

В соответствие с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2018 № 305-ЭС18-8062(2) в отсутствие залогового счета с момента установления залогового требования в процедуре конкурсного производства залоговый кредитор вправе претендовать на преимущественное получение предоставленного контрагентом несостоятельного залогодателя денежного исполнения по заложенному требованию. Поэтому с названного момента конкурсный управляющий как лицо, осуществляющее исполнение судебного акта об обращении взыскания на заложенное требование, обязан открыть специальный банковский счет должника, указанный в статье 138 Закона о банкротстве, для аккумулирования как денежных платежей по заложенному требованию, так и выручки от реализации заложенного требования (при его продаже в конкурсном производстве).

В соответствии со статьей 358.10 ГК РФ в договоре залога прав по договору банковского счета должны быть указаны банковские реквизиты залогового счета, существо, размер и срок исполнения обязательства, обеспечиваемого залогом прав по договору банковского счета.

Судом первой инстанции установлено, что Договоры залога прав по договору банковского счета № 1 от21.07.2020 и № 11092019 от 11.09.2019 не является новым обеспечением требований ответчика в понимании статьи 61.3 Закона о банкротстве, а является механизмом обособления денежных средств, поступивших от контрагентов должника в счет требований по договору займа, права по которым изначально были заложены в пользу кредитора.

Так, обязательства должника по договорам займа №СГМ-11092019-1 от11.09.2019 и №б/н от 13.03.2020 были обеспечены договором залога № 13032020 от 13.03.2020, № 11092019 от 11.09.2019, согласно которому предметом залога является право требования уплаты всех денежных сумм, принадлежащих должнику, от КП г. Москвы «Управление гражданского строительства».

Следовательно, оспариваемые договоры залога прав по договору банковского счета заключены не для получения нового обеспечения в пользу ответчика, а для защиты его прав на случай исполнения денежных обязательств.

Цепочку сделок по выводу имущества должника договоры займа, залога и залога банковского счета не образуют; доказательств обратного не представлено.

Поскольку судом первой инстанции отказано в удовлетворении требований о признании недействительным договоров займа, основания для признания акцессорного обязательства недействительным на основании ст. 329 ГК РФ, отсутствуют.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции не усмотрел правовых оснований для удовлетворения требований заявителя.

Апелляционный суд, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, отклоняет доводы апелляционной жалобы ввиду следующего.

Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что договоры залога прав по договору банковского счета не могут быть отнесены к сделке с предпочтением по смыслу статьи 61.3 Закона о банкротстве, так как они не порождают возникновение нового обеспечения. Оспариваемые сделки являются производным от договора залога прав требований и выступают в качестве механизма обособления денежных средств, поступивших от контрагентов должника.

Согласно правовой позиции Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721(4), по смыслу разъяснений, изложенных в абзаце восьмом пункта 12 Постановления № 63, действия по установлению залога соответствуют как диспозиции абзаца второго пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, поскольку такие действия направлены на обеспечение исполнения обязательства должника, возникшего до совершения оспариваемой сделки, так и абзацу третьего названного пункта по причине того, что установление залога приводит к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки.

Гражданский кодекс Российской Федерации выделяет два отдельных основания возникновения залога прав по залоговому счету:

(1)       залог прав как самостоятельный вид обеспечения (п. 1 ст. 358.9 ГК РФ);

(2)       залог прав как средство обособления денежных средств в целях защиты прав залогодержателя по договору залога имущественных прав (п.4 ст. 358.6, п. 5 ст.358.9 ГК РФ).

Согласно правовой позиции, изложенной Верховным судом Российской Федерации в Определении №305-ЭС21-3750 (20,21) от 04.03.2024, Арбитражным судом Московского округа в Определении по делу №А40-58845/2018 от 12.09.2023, использование конструкции договора залога прав по договору банковского счета во втором случае (т.е. для защиты прав залогодержателя) не создает предпочтения по смыслу ст. 61.3 Закона о банкротстве.1

Суд первой инстанции обоснованно отказал в признании спорных договоров недействительными по пунктам 1, 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, поскольку по своему содержанию они не являются новым обеспечением требований Ответчика, что подтверждается следующими обстоятельствами:

-           оспариваемые сделки производны от договоров залога прав требований, так как заключены в соответствии с положениями п.1.6 указанных договоров;

-           оспариваемые сделки не направлены на получение Ответчиком новых залоговых прав для дополнительного обеспечения требований, объем обеспечения не изменяется, происходит формальная трансформация залога прав требований в залог денежных средств кратных по своему размеру;

-           право залога на денежные средства на залоговом счете не связано с наличием либо отсутствием оспариваемых договоров. В п. 1.6 договора залога прав требований была установлена обязанность должника по открытию залогового счета, соответственно, правила ст. 358.9 ГК РФ подлежали применению даже в случае не заключения сторонами договоров залога прав по договору банковского счета.

Таким образом, оспариваемые Апеллянтом договоры залога являются лишь механизмом обособления денежных средств, поступивших от контрагентов Должника, права по которым изначально были заложены в пользу Ответчика. Заключение договоров залога прав по договору банковского счета не привило к оказанию Ответчику предпочтения ни по смыслу абзаца 2, ни абзаца 3 вышеуказанной статьи, поскольку полученное обеспечение является всего лишь производным от заключенных ранее договоров залога прав требований (т.е. не образует на стороне Ответчика нового обеспечения).

В такой ситуации, даже при отсутствии оспариваемых договоров, конкурсный управляющий Должника после включения требований Ответчика в реестр, руководствуясь позицией Верховного суда Российской Федерации в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам от 22.11.2018 № 305-ЭС18-8062(2) и от 10.05.2017 № 303-ЭС14-5449, обязан был самостоятельно открыть залоговый счет и предоставить залоговый приоритет по этому счету в пользу Ответчика путем подписания договоров залога прав по такому счету, то есть в любом случае такие сделки были бы заключены в пользу Ответчика, а значит они не могут создавать какой-либо приоритет.

Доводы Апеллянта о преюдициальном характере постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.08.2023 и его противоречии с выводами обжалуемым актом несостоятельны. Суд апелляционной инстанции при включении требований Ответчика в реестр рассматривал обстоятельства возникновения права залога, однако не давал какой-либо оценки классификации спорных договоров. 

Апеллянт полагает, что в нарушение норм процессуального права нижестоящий суд исследовал и дал оценку документам, непредставленным в материалы дела, а именно Договорам залога прав требований №23052019 от 23.05.2019, №12092019 от 12.09.2019.

Вместе с тем из текста обжалуемого определения следует, что суд первой инстанции не дает какой-либо оценки положениям указанных договоров. Он только обращает внимание, что данные сделки Апеллянтом не обжалуются.

Иные доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 10.06.2024 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                     Ю.Л. Головачева

Судьи:                                                                                                          Ж.Ц. Бальжинимаева

А.Г. Ахмедов