ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-6069/2024

Дело № А41-61985/21

07 июня 2024 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  05 июня 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  07 июня 2024 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Муриной В.А.,

судей Епифанцевой С.Ю., Мизяк В.П.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего ООО СК «Лидер-Строй» ФИО2: ФИО3 по доверенности от 19.07.2023,

от ООО «Фасадоф»: ФИО4 по доверенности от 05.03.2024,

от иных лиц:  не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Фасадоф» на определение Арбитражного суда Московской области от 13 февраля 2024 года по делу А41-61985/21, 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 22 марта 2022 года в отношении ООО СК «ЛИДЕР-СТРОЙ» введено конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника. Конкурсным управляющим утвержден ФИО2, член Ассоциации "МСРО АУ", с единовременным вознаграждением в размере 10 000 руб. 

Сведения о введении процедуры банкротства опубликованы в ЕФРСБ. 

Сведения о введении процедуры банкротства опубликованы в газете «Коммерсантъ» №62(7263) от 09.04.2022 г. 

Конкурсный управляющий должником подано заявление о признании недействительной сделкой – договор уступки (цессии) от 20.04.2021 по договору лизинга от 18.12.2019 № 16378/2019 в отношении транспортного средства Toyota Land Cruiser 200, 2019 г.в. (объем двигателя 4461 куб. см, тип двигателя – дизель, цвет кузова – черный, модель № двигателя 1 VD 0512701, мощность 248 л.с, VIN 

<

***>), заключенный между должником и ООО «Фасадоф», применении последствий недействительности сделки (с учетом принятых судом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Московской области от 13 февраля 2024 года заявленные требования были удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Фасадоф» обратилось в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела и нарушение норм права. Одновременно апеллянтом было заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной жалобы.

Ходатайство о восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной жалобы было рассмотрено судом в судебном заседании и удовлетворено, с учетом доводов, изложенных в ходатайстве, а также учитывая незначительный пропуск срока. 

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте суда www.10aas.arbitr.ru, сайте "Электронное правосудие" www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Выслушав представителей ООО «Фасадоф» и конкурсного управляющего, исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 18.12.2019 между ООО «Каркаде» (лизингодатель) и ООО Строительная компания «Лидер-Строй» (лизингополучатель) был заключен договор лизинга № 16378/2019, по условиям которого ООО «Каркаде» посредством заключения договора купли- продажи обязалось приобрести для ООО Строительная компания «ЛидерСтрой» транспортное средство Toyota Land Cruiser 200, 2019 г.в., объем двигателя 4461 куб. см, тип двигателя - дизель, цвет кузова - черный, модель № двигателя 1VD 0512701, мощность 248 л.с, VIN 

<

***> (далее - автомобиль). 

Согласно п. 3.1.1. стоимость автомобиля на дату заключения договора лизинга составляла 5 075 000 рублей. Стоимость автомобиля с учетом лизинговых платежей составляла 6 846 697,92 рублей без НДС и 8 216 037,64 рублей с НДС. 

18.12.2019 ООО «Каркаде» и ООО Строительная компания «Лидер-Строй» подписали акт приема-передачи автомобиля. 

09.04.2021 между ООО «Каркаде» и ООО Строительная компания «Лидер-Строй» подписано дополнительное соглашение к договору лизинга № 16378/2019 от 18.12.2019. 

Как пояснил управляющий, согласно банковской выписке ООО Строительная компания «Лидер-Строй» по счету 40702810701300017615, открытом в АО «Альфа-банк» должник оплатил 000 «Каркаде» по договору лизинга на 02.11.2020 сумму в размере 6 695 244,69 рублей. 

20.04.2021 между ООО Строительная компания «Лидер-Строй» (цедент) и 000 «Фасадоф» (цессионарий) заключен договор уступки (цессии), по условиям которого ООО «Строительная компания «Лидер-Строй» передает все права и обязанности по договору лизинга ООО «Фасадоф». 

Согласно п. 4.1 договора уступки (цессии) ООО Строительная компания «ЛидерСтрой» в счет уступаемых прав и обязанностей получило от ООО «Фасадоф» оплату договорной суммы в размере 2 000 рублей. 

Управляющий указал, что сведения о том, что вышеуказанная сумма ООО «Фасадоф»  уплатил ООО Строительная компания «Лидер-Строй» у него отсутствуют. На счет должника указанная сумма не поступала. 

Впоследствии  ООО «Фасадоф» уступило свои права по договору лизинга в пользу третьего лица (физического лица), которое, в свою очередь, произвело выкуп автомобиля у лизингодателя.   

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий указал на то, что сделка по замене стороны в договоре финансовой аренды (лизинга)  является недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, поскольку совершена в период наличия неисполненных обязательств перед иными кредиторами при неравноценном встречном предоставлении, с целью причинения вреда как самому должнику так и его кредиторам.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

Договор уступки прав требований по своей правовой природе является возмездным.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 5 Постановления N 63 разъясняется, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которым недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Между тем, как разъяснено в пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. 

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Следовательно из толкования статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки должника подозрительной необходимо доказать два факта: совершение сделки должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления; неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки.

Как следует из материалов дела, заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением Арбитражного суда Московской области от 15.10.2021, следовательно, оспариваемый Договор, заключенный должником  с ООО «Фасадоф»  20.04.2021, попадает в период подозрительности, установленный как п. 1 так и п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Из п. 6.3 Общих условий договора лизинга № 16378/2019 следует, что рассматриваемый договор является договором выкупного лизинга. 

Так, согласно указанному пункту Лизингополучатель по окончании срока лизинга вправе приобрести право собственности на Предмет лизинга в порядке, предусмотренном настоящими Общими условиями и Договором лизинга и только при условии и после полной оплаты Лизингополучателем всех платежей, предусмотренных Графиком платежей в Договоре лизинга, оплаты Лизингополучателем выкупной стоимости (выкупной цены, выкупного платежа) Предмета лизинга, предусмотренной Договором лизинга (если такая выкупная стоимость предусмотрена Договором лизинга), а также иных платежей, предусмотренных Договором лизинга и (или) настоящими Общими условиями договора лизинга, и только при условии и после полного исполнения Лизингополучателем всех принятых на себя денежных обязательств по Договору лизинга.

Согласно статье 665 Гражданского кодекса Российской Федерации и статье 2 Федерального закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)" (далее - Закон о лизинге) договором лизинга является договор, по которому арендодатель (лизингодатель) обязуется приобрести в собственность указанное арендатором (лизингополучателем) имущество у определенного им продавца и предоставить лизингополучателю это имущество за плату во временное владение и пользование.

Под договором выкупного лизинга понимается договор лизинга, который в соответствии со статьей 19 Закона о лизинге содержит условие о переходе права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю при внесении им всех лизинговых платежей, включая выкупную цену, если ее уплата предусмотрена договором (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга", далее - Постановление N 17).

Содержание договора лизинга определено в статье 15 Закона о лизинге, в том числе регламентированы обязанности лизингодателя и лизингополучателя.

В соответствии с пунктом 2 Постановления N 17 судам необходимо учитывать, что по общему правилу в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии. Приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного.

В силу статьи 28 Закона о лизинге под лизинговыми платежами понимается общая сумма платежей по договору лизинга за весь срок действия договора лизинга, в которую входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя. В общую сумму договора лизинга может включаться выкупная цена предмета лизинга, если договором лизинга предусмотрен переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю.

Нормами Закона о лизинге определено содержание права собственности на предмет лизинга. Так, предмет лизинга, переданный во временное владение и пользование лизингополучателю, является собственностью лизингодателя (пункт 1 статьи 11 Закона о лизинге). Право владения и пользования предметом лизинга переходит к лизингополучателю в полном объеме, если договором лизинга не установлено иное (пункт 2 статьи 11 Закона о лизинге). Право лизингодателя на распоряжение предметом лизинга включает право изъять предмет лизинга из владения и пользования у лизингополучателя в случаях и в порядке, которые предусмотрены законодательством Российской Федерации и договором лизинга (пункт 3 статьи 11 Закона о лизинге).

Договором лизинга может быть предусмотрено, что предмет лизинга переходит в собственность лизингополучателя по истечении срока договора лизинга или до его истечения на условиях, предусмотренных соглашением сторон (пункт 1 статьи 19 Закона о лизинге).

В соответствии с пункт 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 391 Гражданского кодекса Российской Федерации перевод долга с должника на другое лицо может быть произведен по соглашению между первоначальным должником и новым должником. Перевод должником своего долга на другое лицо допускается с согласия кредитора.

Как отмечалось ранее, согласно договору финансовой аренды (лизинга) № 16378/2019 от 18.12.2019, стороны согласовали, что стоимость предмета лизинга составляет 5 075 000  руб., без учета НДС, общая сумма лизинговых платежей – 8 216 037,64 руб., включая НДС, выкупная стоимость определяется в соответствии с п. 6.3 Общих условий договора лизинга № 16378/2019.

До момента заключения договора уступки  должник исполнил обязательства по оплате лизинговых платежей на сумму 6 695 244,69 руб., что подтверждается банковской выпиской ООО Строительная компания «Лидер-Строй» по счету 40702810701300017615, открытом в АО «Альфа-банк».

Правовые последствия, для которых заключается соглашение об условиях передачи прав и обязанностей по договору финансовой аренды от прежнего к новому лизингополучателю, состоит в переходе к новому лизингополучателю тех прав и обязанностей, которые сформировались по договору выкупного лизинга относительно его второй стороны - лизингодателя (статьи 382, 391 ГК РФ). 

Замена стороны договора выкупного лизинга на стороне лизингополучателя должна влечь прекращение у выбывшей стороны обязанности по дальнейшему осуществлению платежей с одновременной утратой права на владение и пользование, а также приобретение предмета лизинга в собственность посредством выкупа; новый лизингополучатель, напротив, с момента замещения стороны становится обязанным перед лизингодателем по уплате лизинговых платежей и вместе с этим получает право владеть и пользоваться лизинговым имуществом, а при выполнении условий договора - выкупить это имущество.

Из оспариваемого Договора уступки (цессии) не следует, что у Должника имелась задолженность по оплате лизинговых платежей, которая подлежит оплате Новым лизингополучателем. При этом Новый лизингополучатель оплатил в пользу Должника 2 540 руб., то есть фактически к нему права по рассматриваемому Договору к нему перешли в отсутствие равноценного встречного предоставления, при том, что практически большую часть обязательств по оплате лизинговых платежей, выплатил Должник (6 695 244,69 руб. из 8 216 037,64 руб.), то есть остаток составлял 1 520 792,95 руб.

Кроме того, как следует из представленного в материалы дела договора выкупа предмета лизинга, заключенного 28.11.2022 Лизингодателем с физическим лицом, которому, в свою очередь, право по Договору лизинга были уступлены ответчиком, стоимость предмета лизинга составила 8 729 249 39 руб., вкл. НДС 1 454 874, 87 руб.

Таким образом, можно сделать вывод, что выкупная стоимость для Должника предмета лизинга с учетом п.  6.3 Общих условий договора лизинга № 16378/2019, в случае надлежащего выполнения им обязательств по выплате лизинговых платежей составила бы 513 211, 75 руб., вкл. НДС.

Следовательно, сумму в 2 540 руб., определенную сторонами в качестве цены Договора лизинга в любом случае нельзя рассматривать в качестве равноценного встречного  предоставления.

Соответственно, в рассматриваемом случае по Договору уступки (цессии) Должник передал Обществу свои права и обязательства по договору лизинга, то есть уступило право требования (без перевода долга, ввиду отсутствия такового, обратного не доказано) с согласия кредитора в соответствии с указанными положениями о перемене лиц в обязательстве.

Таким образом, Должником была утрачена возможность приобретения права собственности на транспортное средство,  при выплате большей части лизинговых платежей, в отсутствие получения равноценного встречного предоставления по Договору уступки (цессии), что нельзя признать выгодным для Должника.

В отсутствие оспариваемого Договора Должник, в случае прекращения исполнения обязательств по договорам лизинга, обязан был бы возвратить лизингодателю автотранспортное средство (предмет лизинга). При этом с учетом разъяснений, приведенных в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 17, лизингополучатель вправе был рассчитывать на возврат части уплаченных по договору лизинга лизинговых платежей, в состав которых входили, исходя из условий Договора и Общих условий договора лизинга выкупные платежи.

Кроме того, п. 3.2 Договора лизинга сторонами была согласована возможность досрочного выкупа предмета лизинга, и его условия, в том числе по оплате. 

Согласно п. 38 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утверждённого Президиумом Верховного Суда РФ от 27.10.2021) в случае оспаривания соглашения о передаче лизингополучателем прав и обязанностей по договору лизинга по основанию, предусмотренному п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, факт причинения вреда имущественным правам кредиторов устанавливается путем определения соотношения между коммерческой ценностью договорной позиции предыдущего лизингополучателя и размером встречного предоставления нового лизингополучателя. 

Последствия недействительности упомянутой сделки в случае признания ее недействительной определяются с учетом того, исполнены ли новым лизингополучателем в полном объеме обязательства перед лизингодателем. 

При этом стоимость договорной позиции лизингополучателя определяется в зависимости от входящих в нее активов (наличие правомерного ожидания лизингополучателя в отношении приобретения права собственности на предмет лизинга в будущем, стоимость этого имущества с учетом износа и другие) и пассивов (размер просроченной задолженности, начисленных санкций за нарушение договора, размер будущих лизинговых платежей и другие). 

То есть необходимо установить стоимость права требования лизингополучателя путем расчета прогнозируемого сальдо взаимных предоставлений, а не стоимость самого предмета лизинга. 

Как отмечалось ранее и установлено судом, из обстоятельств дела следует, что должником - первоначальным лизингополучателем выплачена основная часть лизинговых платежей (6 695 244 рублей). При этом износ предмета лизинга является незначительным (автомобиль 2019 года, приобретался должником 18.12.2019 и был перепродан ООО «Фасадоф» 20.04.2021. 

В связи с этим рыночная стоимость имущества на момент заключения соглашения превышала оставшуюся величину денежных обязательств лизингополучателя перед лизинговой компанией. 

Новый лизингополучатель (ООО «Фасадоф») в результате заключения соглашения о передаче прав и обязанностей по договору лизинга получил возможность пользоваться предметом лизинга и извлекать доход из него с незначительным износом, а также приобрести его впоследствии в собственность по стоимости ниже рыночной. 

При этом размер вознаграждения за передачу договорной позиции, подлежащего выплате предыдущему лизингополучателю, являлся символическим (2 540 рублей) в сравнении с рыночной стоимостью предмета лизинга, уменьшенной на оставшуюся часть лизинговых платежей, финансовых санкций по договору.

В рассматриваемом случае, Ответчик приобрел права и обязанности по договору лизинга, не предоставив Должнику встречного предоставления, в том числе в счет возмещения оплаченных должником лизингодателю платежей.

Поскольку на момент заключения указанного соглашения лизингополучатель (должник) находился в неплатежеспособном положении и выбытие актива (договорной позиции) произошло, по сути, на безвозмездной основе (за символическое вознаграждение 2 540 рублей), на основании абз. 2 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве данная сделка считается совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов и подлежит признанию недействительной. 

Осведомленность контрагента о цели сделки предполагается, если он является заинтересованным лицом либо знал или должен был знать об ущемлении интересов кредиторов, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве).

В то же время, как разъяснено в пункте 9 Постановления № 63 при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. 

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Кроме того, согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики ВС РФ № 1 (2022), утвержденному Президиумом Верховного Суда РФ 01.06.2022 контрагент является осведомленным о противоправной цели сделки при кратной разнице между ценой сделки и рыночной стоимостью имущества. 

Действия лица, приобретающего имущество по цене, явно ниже кадастровой и рыночной, нельзя назвать осмотрительными и осторожными. Многократное занижение стоимости отчуждаемого имущества должно породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности такого отчуждения. 

В подобной ситуации предполагается, что покупатель либо знает о намерении должника вывести свое имущество из-под угрозы обращения на него взыскания и действует с ним совместно, либо понимает, что менеджмент или иные контролирующие должника лица избавляются от имущества общества по заниженной цене по причинам, не связанным с экономическими интересами последнего. 

Соответственно, покупатель прямо или косвенно осведомлен о противоправной цели должника (определение ВС РФ от 11.08.2022 N 305-ЭС21-21196(5). 

С учетом указанных обстоятельств, апелляционная коллегия приходит к выводу о передаче прав лизингополучателя в отсутствие равноценного встречного предоставления со стороны нового лизингополучателя, что повлекло причинение вреда имущественным интересам кредиторов должника, так как в результате совершения спорных сделок утрачена возможность приобретения должником в собственность лизингового имущества, которое могло войти в конкурсную массу, либо продажи права по Договору лизинга на торгах.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что в результате совершения оспариваемой сделки причинен вред имущественным правам должника и его кредиторов.

При этом, на момент совершения сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, имелись признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделок, что установлено в рамках настоящего дела о банкротстве.

Так, согласно данным из бухгалтерского баланса размер кредиторской задолженности на 31.12.2020 составлял 110 747 000 рублей. Недостаточность имущества на 31.12.2020 составляло 23 545 000 рублей.

Следовательно, условия Договора уступки (цессии) являются явно невыгодными для должника.

С учетом изложенного, апелляционная коллегия соглашается с выводом суда о наличии оснований для признания сделки недействительной применительно к ст. 61. 2 Закона о банкротстве.

Доводы апеллянта о том, что Согласно акту сверки на 20.04.2021 по Договору 16378/2019 ООО СК «Лидер-Строй» (Цедент) оплатило ООО «Каркаде» (Лизингополучатель) 4 426 250, 52 руб., в подтверждение чего апелляционному суду представлена его копия, не могут быть приняты во внимание.

Согласно абзацу 6 пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" ходатайство о принятии новых доказательств в силу требований части 3 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должно быть заявлено лицами, участвующими в деле, до начала рассмотрения апелляционной жалобы по существу.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, данным в пункте 29 Постановления от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, суд апелляционной инстанции определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам.

В данном случае податель жалобы не обосновал невозможность представления доказательств при рассмотрении дела в суде первой инстанции.

Кроме того, представленная копия акта не содержит подписи уполномоченного лица Должника, подлинник данного документа не представлен.

В любом случае, даже если принять во внимание данный акт, при оплате лизинговых платежей на сумму 4 426 250, 52 руб. (более 50% всех лизинговых платежей), Должник по Договору уступки получил 2 540 руб., что также не свидетельствует о равноценности сделки.

Рассматривая вопрос о применении последствий недействительности сделок, арбитражный апелляционный суд исходит из следующего.

Согласно п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. 

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. 

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В рассматриваемом случае применить последствия недействительности сделки в виде возврата Должнику переданных по договору прав и обязанностей невозможно, поскольку данные права и обязанности уже реализованы Ответчиком в пользу третьего лица.

С учетом правовой позиции, изложенной в п. 38 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утверждённого Президиумом Верховного Суда РФ от 27.10.2021 должник при заключении договора цессии правомерно должен был ожидать от ООО «Фасадоф» стоимость автомобиля с учетом износа и других обстоятельств) т.е. стоимость равную рыночной цене автомобиля на дату совершения сделки. 

Как указано в пункте 39 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденной Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021, при применении последствий недействительности соглашения о передаче прав и обязанностей по договору лизинга, обязательства по которому были исполнены последующим лизингополучателем, с него может быть взыскана действительная стоимость договорной позиции на момент ее приобретения.

Судом установлено, что рыночная стоимость автомобиля на дату совершения оспариваемого договора цессии составляла 7 000 000 рублей, в подтверждение чего конкурсным управляющим представлен Отчет об оценке № И1710 по состоянию на дату сделки (20.04.2024).

Ходатайств о назначении по делу судебной экспертизы ни в суде первой инстанции ни в апелляционном суде не заявлялось.

Доказательств иной стоимости с учетом установленных фактических обстоятельств (иного расчета рыночной стоимости с учетом вышеупомянутых разъяснений Обзора) в данном конкретном случае, не представлено ни в суде первой инстанции, ни в апелляционном суде.

Кроме того, относительно определения рыночной стоимости автомобиля можно принять во внимание его стоимость, определенную сторонами (физическими лицами) в договоре купли-продажи на 25.03.2023 (то есть через 2 года после заключения оспариваемого Договора цессии) 6 000 000 руб. (л.д. 95).

Доводы апеллянта  о неправильном расчете стоимости цены уступки прав требований, в данном конкретном случае нельзя признать обоснованными.

В качестве доказательства оплаты части лизинговых платежей апеллянтом представлена копия акта сверки расчетов, согласно которому им в адрес Лизингодателя перечислено 4 567 562, 49 руб.

Данный документ не может быть принят апелляционным судом в качестве надлежащего доказательства, поскольку акт сверки сам по себе, в отсутствие иных первичных доказательств в подтверждение фактического перечисления денежных средств Лизингодателю (платежные поручения, выписка по счету), не является безусловным доказательство надлежащего исполнения ответчиком своих обязательств по оплате. Кроме того, данный документ не представлялся и не исследовался судом первой инстанции, его подлинник также не представлен.

Соответственно, судом исходя из имеющихся в деле доказательств, верно применены последствия недействительности сделки.

Исходя из закрепленного в статье 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принципа состязательности и положений статей 65, 66 того же Кодекса бремя доказывания возлагается на лиц, участвующих в деле, которые представляют доказательства в обоснование своих требований и возражений. Однако, бремя сбора доказательств и представления их в материалы дела лежит на лицах, участвующих в деле, а не на арбитражном суде.

Как отмечалось ранее, обязанность доказывать обстоятельства того, что сделка была выгодна для должника и его контрагента, возлагается на лицо, которое настаивает на данном обстоятельстве, то есть в данном случае на ответчика (ст. 65 АПК РФ). 

Принцип состязательности предполагает возложение бремени доказывания фактических обстоятельств, положенных в основу своих заявлений и отзывов, на самих сторон, а не на суд.

В силу ч. 3 ст. 8 АПК РФ, арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, в связи с чем, суд не вправе при подаче заявления одной стороны (истца, заявителя) истребовать доказательства в подтверждение обстоятельств, на которые эта сторона ссылается, у другой стороны (ответчика), при этом, в отсутствие обоснованных возражений ответчика т представления им доказательств в обоснование своей правовой позиции (ст. 66 АПК РФ), суд не вправе осуществлять сбор доказательств за ответчика, истребовать их у должника.

Из материалов дела и содержания оспариваемого судебного акта не усматривается нарушения судом первой инстанции положений статей 41, 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и права заявителя на представление доказательств.

Дело судом неоднократно откладывалось, в свою очередь ответчик, будучи надлежащим образом извещенным о дне и месте слушания дела, в судебное заседание не явился, документально обоснованных возражений не заявил.

При этом доводы апеллянта о том, что он не был извещен надлежащим образом о дне и месте рассмотрения спора, поскольку в обжалуемом определении наименование заявителя указано неправильно (вместо ООО «Фасадоф», указано ООО «ФОСАДОФ»), подлежат отклонению апелляционной коллегией.

Действительно, в обжалуемом судебном акте судом допущена ошибка в наименовании организации Ответчика.

В то же время, в определении о принятии заявления конкурсного управляющего  к рассмотрению от 09.06.2023 и в последующих определениях об отложении судебного заседания наименование ответчика указано верно.

Почтовая корреспонденция направлялась по юридическому адресу ответчика. Наименование Ответчика указано верно ООО «Фасадоф» (л.д. 134).

Согласно отчету об отслеживании отправления с почтовым идентификатором 10705385107821определение суда было вручено адресату 11.07.2023 (л.д. 136).

Таким образом, с учетом ч. 1 ст. 123 АПК РФ ответчик был надлежащим образом извещен о дне и месте слушания дела. 

Доказательств того, что по юридическому адресу ответчика находится организация со схожим наименованием, не представлено.

Учитывая вышеизложенное, оснований для отмены определения от 13.02.2024 и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266-269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 13 февраля 2024 года по делу №А41-61985/21 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня принятия.

 

Председательствующий

 

В.А. Мурина

 

Судьи

 

С.Ю. Епифанцева

 

В.П. Мизяк