ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-3635/2019

г. Челябинск

25 июня 2019 года

Дело № А07-8942/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 20 июня 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 25 июня 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Хоронеко М.Н.,

судей Забутыриной Л.В., Тихоновского Ф.И.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 19.02.2019 по делу № А07-8942/2018 (судья Кутлугаллямов Р.Ш.).

В производстве Арбитражного суда Республики Башкортостан находится дело №А07-8942/2018 по заявлению акционерного общества «УралНефтеХимМаш» о признании общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственная фирма «Кумертау НефтеГазМаш» (далее - должник, ООО «НПФ «Кумертау НефтеГазМаш» несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 09.06.2018 (резолютивная часть от 04.06.2018) требования АО «УралНефтеХимМаш» признаны обоснованными, ликвидируемый должник ООО «НПФ «Кумертау НефтеГазМаш» признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО3 (далее – ФИО3) - член Ассоциации «Саморегулируемой организации арбитражных управляющих «Южный Урал».

Сведения о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы в издании «Коммерсантъ» №108 от 23.06.2018. 

12.09.2018 в Арбитражный суд Республики Башкортостан  поступило заявление конкурсного управляющего ООО НПФ «Кумертау НефтеГазМаш» ФИО3  о признании договора уступки права требования №18-03/1 от 20.03.2018, заключенного между должником и индивидуальным предпринимателем ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 317745600128060) (далее - ИП ФИО2, ответчик) по передаче ответчику права требования должника к ОАО «Салаватнефтемаш» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в размере 22 022 368 руб., возникшие на основании соглашения от 16.03.2018  о расторжении договора поставки №377-з/08-2017 от 12.12.2017, недействительной сделкой и применении последствий недействительности сделки.  

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 19.02.2019 заявление конкурсного управляющего  удовлетворено,  признан недействительным договор уступки права требования долга №18-03/1 от 20.03.2018, заключенный между ООО НПФ «Кумертау НефтеГазМаш» и ИП ФИО2, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ИП ФИО2 в пользу ООО НПФ «Кумертау НефтеГазМаш» денежных средств в размере 10 000 000 руб.

Не согласившись с указанным судебным актом, ИП ФИО2 обратился в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указывает на то, что  договор цессии предусмотрен законом, содержит все существенные условия, является заключенным. Указанную форму взаимоотношений предложил сам должник.  О наличии признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества  должника ИП ФИО2, как контрагенту, известно не было. Кроме того, ИП ФИО2 и участник должника и его единоличный исполнительный орган не являются заинтересованными и аффилированными лицами. Данные обстоятельства исключают возможность признания сделки недействительной по признакам статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Также податель жалобы утверждает, что требование об оспаривании сделки заявлено к ненадлежащему ответчику. Суд, в нарушение Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не привлек к участию в деле в качестве третьего лица или соответчика ООО «Стройдеталь», вопрос о возможности добровольного погашения задолженности ООО «Стройдеталь» не исследовался.  Смысл требований конкурсного управляющего фактически сводится к вопросу получения ненадлежащего встречного исполнения или неполучения его вовсе, что, якобы, привело к нарушению прав кредиторов, то есть к вопросу исполнения ответчиком денежного обязательства. Между тем, в силу указания закона и позиции Верховного суда Российской Федерации, ИП ФИО2 выбыл из данного обязательства. В связи с указанным, становится очевидным ошибочное рассмотрение требования к ненадлежащему ответчику. Кроме того, соглашение о переводе долга в установленном порядке не оспорено, судебного акта и признания его недействительным не имеется.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.04.2019 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 23.05.2019.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2019 судебное заседание отложено до 20.06.2019. 

Определением  от 20.06.2019 на основании статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 37 Регламента арбитражных судов РФ в составе суда произведена замена судьи Калиной И.В. судьей Забутыриной Л.В.  

До начала судебного заседания от ИП ФИО2 поступило ходатайство о приобщении к материалам дела копии соглашения от 30.04.2018 № 1 о переводе долга. 

В соответствии со статьями 159, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщена копия соглашения от 30.04.2018 № 1 о переводе долга. 

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу и письменные пояснения с приложением дополнительных доказательств. 

В соответствии со статьями 159, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщен отзыв на апелляционную жалобу и письменные пояснения с приложением дополнительных доказательств.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично путем размещения указанной информации на официальном сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет; в судебное заседание представители не явились, в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 12.12.2017 между должником (поставщик) и ОАО «Салаватнефтемаш» (покупатель) заключен договор поставки №377-з/08-2017 (Договор), по условиям которого  поставщик обязался поставить, а покупатель принять и оплатить товар, в соответствии со спецификациями, являющимися приложениями к договору. Спецификациями №№1-9 стороны определили вид товара, стоимость и количество.

16.03.2018  между ООО НПФ «Кумертау Нефтегазмаш» и ОАО «Салаватнефтемаш» подписано соглашение о расторжении договора поставки №377-з/08-2017 от 16.03.2018 (далее – Соглашение).

В подписанном между должником и покупателем Соглашением, ОАО «Салаватнефтемаш» обязалось оплатить должнику за поставленный по Договору поставки №377-з/08-2017 от 12.12.2017 товар в размере 32 204 626 руб. 97 коп.

20.03.2018 между должником («Цедент») и ИП ФИО2 («Цессионарий») был заключен договор уступки права требования долга №18-03/1 (далее - договор уступки), в соответствии с которым ООО НПФ «Кумертау

Нефтегазмаш» уступило ИП ФИО2 право требования к ОАО «Салаватнефтемаш» в размере 22 022 368 руб., возникшие на основании соглашения от 16.03.2018  о расторжении договора поставки №377-з/08-2017 от

12.12.2017.

Пунктом 1.2 договора уступки права требования долга №18-03/1 предусмотрено, что ИП ФИО2 принял на себя обязательства выполнить строительные, строительно – монтажные, строительно – отделочные и иные виды строительных работ по техническому заданию «Цедента», направленные на восстановление и проведение в соответствие арендуемого «Цедентом» здания (сооружения), расположенного по адресу: 

<

...> ½, общей площадью 1 846,5 кв.м.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий  указывает на то, что оспариваемая сделка совершена менее чем за месяц до принятия заявления о признании должника банкротом. ИП ФИО2 оплату за уступленное право требования не осуществил строительно – монтажные работы не выполнены, договор уступки совершен исключительно с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, в результате совершения оспариваемой сделки должник лишился ликвидного имущества, оспариваемая сделка совершена при злоупотреблении сторон правом.

В качестве правового обоснования оспаривания сделки должника заявитель указал на статьи 61.1, 61.2, 61.6, 61.8 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статьи 10, 170, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В суде первой инстанции уполномоченный орган поддержал требования заявителя.

ИП ФИО2 возражал против заявленных требований, указал на, что по условиям оспариваемого договора ИП ФИО2 принял на себя обязательства выполнить строительные, строительно – монтажные, строительно – отделочные и иные виды строительных работ по техническому заданию «Цедента», направленные на восстановление и проведение в соответствие арендуемого «Цедентом» здания (сооружения), расположенного по адресу: 

<

...> ½, общей площадью 1 846,5 кв.м. В целях исполнения работ были закуплены строительные материалы, привлечены человеческие ресурсы, подготовлена строительная техника. В последующем, в результате бездействия должника, соответствующие работы не были выполнены. Кроме того, 30.04.2018 между ООО НПФ «Кумертау НефтеГазМаш», ИП ФИО2 и ООО «Стройдеталь» заключено соглашение №1 о переводе долга, в соответствии с которым ИП ФИО2 перевел, а ООО «Стройдеталь» приняло долг ИП ФИО2 в сумме 10 000 000 руб. Составлением соглашения №1 о переводе долга, долг ИП

ФИО2 в сумме 10 000 000 руб. переведен ООО «Стройдеталь», к которому конкурсный управляющий должником может обратиться соответствующим иском. 

          ОАО «Салаватнефтемаш» разрешение спора оставило на усмотрение суда.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что оспариваемая сделка осуществлена в отсутствие встречного исполнения обязательств  с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника. Кроме того, оспариваемая сделка является также ничтожной сделкой в силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены, изменения определения суда первой инстанции.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве. 

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает основания для оспаривания сделок должника, совершенных при неравноценном встречном предоставлении (пункт 1), либо с причинением вреда (пункт 2). 

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В пункте 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Из материалов дела следует, что оспариваемая сделка совершена должником 20.03.2018, то есть менее чем за месяц до принятия заявления о признании должника банкротом (10.04.2018) и попадает в период подозрительности, установленный пунктом 1  статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В период совершения сделки у должника наличествовала задолженность перед другими кредиторами, что также подтверждается материалами дела о банкротстве должника.

При исследовании обязательств, судом было установлено отсутствие встречного исполнения со стороны ИП ФИО2 по оспариваемой сделке.

Суд учел пояснения ответчика в отзыве, согласно которым 30.04.2018 между ООО НПФ «Кумертау НефтеГазМаш», ИП ФИО2 и ООО «Стройдеталь» заключено соглашение №1 о переводе долга, в соответствии с которым ИП ФИО2 перевел, а ООО «Стройдеталь» приняло долг ИП ФИО2 в сумме 10 000 000 руб. По мнению суда, данные обстоятельства подтверждают тот факт, что в результате совершения оспариваемой сделки ООО НПФ «Кумертау Нефтегазмаш» встречного исполнения со стороны ИП ФИО2 не получил.

ИП ФИО2 не отрицает тот факт, что соответствующие работы ответчиком не выполнялись.

Таким образом, суд верно указал, что в результате совершения оспариваемой сделки, совершенной  менее чем за месяц до принятия заявления о признании должника банкротом, должник лишился ликвидного актива – права требования к ОАО «Салаватнефтемаш» денежных средств в размере 22 022 368 руб., за счет которого могли бы быть погашены требования кредиторов.

Судом первой инстанции также усмотрены основания для признания оспариваемой сделки недействительной (ничтожной) по пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, как мнимой сделки.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Таким образом, доказыванию подлежат обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять; оспариваемая сделка действительно не была исполнена, не породила правовых последствий для третьих лиц.

Исследовав имеющиеся доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности и взаимосвязи, проанализировав нормы материального права, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что стороны, участвующие в сделке, не имели намерений ее исполнять или требовать исполнения; при заключении оспариваемой сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

 Кроме того, указанные в отзыве ИП ФИО2 сведения о том, что  30.04.2018 между ООО НПФ «Кумертау НефтеГазМаш», ИП ФИО2 и ООО «Стройдеталь» заключено соглашение №1 о переводе долга, в соответствии с которым ИП ФИО2 перевел, а ООО «Стройдеталь» приняло долг ИП ФИО2 в сумме 10 000 000 руб. также подтверждают факт того, что заключая оспариваемую сделку, стороны не имели намерений ее исполнять или требовать исполнения; при заключении оспариваемой сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

По общему правилу статьи Гражданского кодекса Российской Федерации  добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Действиями со злоупотреблением правом являются следующие действия: осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу; действия в обход закона с противоправной целью; иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 25) разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 7 названного Постановления указано, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом, к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункт 8 Постановления N 25).

По смыслу Постановления Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 N 1795/11 для квалификации сделок как ничтожных в связи со злоупотреблением правом необходимо доказать наличие либо сговора между сторонами сделки, либо осведомленности одного контрагента по сделке о злоупотреблении правом (недобросовестности действий) второго контрагента в сделке.

При формировании условий сделок по распоряжению своими активами должник обязан учитывать интересы своих кредиторов, как имеющихся в момент отчуждения актива, так и необходимость погашения задолженности, срок погашения которой наступит после совершения сделок.

Из материалов дела о банкротстве следует, что на дату совершения оспариваемой сделки должник прекратил исполнять свои денежные обязательства перед кредиторами и отвечал признаку неплатежеспособности - имел неисполненные обязательства перед другими кредиторами, в том числе по обязательствам, подтвержденным вступившими в законную силу судебными решениями.

Фактически, в результате совершения оспариваемой сделки встречного исполнения со стороны ответчика не было. Разумных пояснений экономической целесообразности заключения сделки, выгоды  должника от заключения сделки, суду не представлены.

Таким образом, суд обоснованно указал, что оспариваемая сделка совершена сторонами исключительной с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Доводы жалобы об отсутствии аффилированности или заинтересованности ответчика и должника не имеют правового значения при доказанности факта мнимости сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации  недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 ГК РФ).

Статьей 61.6 Закона о банкротстве предусмотрены последствия признания сделки недействительной, в частности, пунктом 1 данной статьи установлено, что все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

В пункте 29 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что в случае, если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки. В отношении удовлетворенного определением суда реституционного требования должника к другой стороне сделки суд выдает исполнительный лист.

Судом  установлено, что ответчик ИП ФИО2   получил   от  должника ОАО «Салаватнефтемаш»  в счет оплаты  долга,  уступленного   по  договору  цессии №18-03/1 от  20.03.2018, сумму 10 000 000 руб. (л.д.69), соответственно,  при  признании  сделки   недействительной  обязанным  лицом  возвратить  данную  сумму  является  ИП ФИО2

В связи с  чем, суд  правомерно применил  последствия  недействительности сделки  в виде  взыскания  с ИП ФИО2  указанной  суммы.

По мнению подателя жалобы, требование об оспаривании сделки заявлено к ненадлежащему ответчику.

В силу части 1 статьи 47 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если при подготовке дела к судебному разбирательству или во время судебного разбирательства в суде первой инстанции будет установлено, что иск предъявлен не к тому лицу, которое должно отвечать по иску, арбитражный суд может по ходатайству или с согласия истца допустить замену ненадлежащего ответчика надлежащим.

Если истец не согласен на замену ответчика другим лицом, суд может с согласия истца привлечь это лицо в качестве второго ответчика (часть 2  указанной статьи).

В соответствии с частью 5 статьи 47 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если истец не согласен на замену ответчика другим лицом или на привлечение этого лица в качестве второго ответчика, арбитражный суд рассматривает дело по предъявленному иску.

Вместе с тем, в заключении  оспариваемого  договора уступки  права  ООО «Стройдеталь» участия  не принимало,  денежные  средства, полученные  по  оспариваемому договору   уступки права , от кредитора не   получало.

Предметом  спора  является   признание  недействительным  договора  уступки  права, а  не требование  об оплате  уступленных прав, обязательства  по оплате  которых переведены на ООО «Стройдеталь».

В силу условий части 1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

Для возникновения права на обжалование судебных актов у лиц, не привлеченных к участию в деле, необходимо, чтобы оспариваемые судебные акты не просто затрагивали права и обязанности этих лиц, а были приняты непосредственно об их правах и обязанностях.

При этом судебный акт может быть признан вынесенным о правах и обязанностях лица, не привлеченного к участию в деле, лишь в том случае, если им устанавливаются права или обязанности этого лица по установленным судом правоотношениям.

Наличие у субъекта, не привлеченного к участию в деле, заинтересованности в исходе дела само по себе не наделяет его правом на обжалование судебных актов. Для возникновения права на обжалование судебного акта у лица, не привлеченного к участию в деле, недостаточно того, чтобы судебное решение затрагивало его предполагаемые права и обязанности в будущем, а необходимо наличие суждений о его правах и обязанностях непосредственно в судебном акте, то есть в силу судебного акта у лица должны возникнуть или прекратиться какие-либо конкретные права и обязанности. Вынесение такого судебного акта должно с очевидностью нарушать права субъекта спорных правоотношений на рассмотрение дела судом с его участием.

Оценив   предмет   и основания  спора, содержание оспариваемого судебного акта, суд  апелляционной  инстанции  также не находит оснований  для  привлечения  ООО «Стройдеталь»  к участию в  деле   в качестве  третьего лица.

При  таких  обстоятельствах  оснований для отмены  судебного акта  и  удовлетворения  апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Апелляционная жалоба  удовлетворению не подлежит.

Судебные расходы распределяются между сторонами в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  поскольку в удовлетворении апелляционной жалобы отказано - подлежат отнесению на ответчика.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 19.02.2019 по делу № А07-8942/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного  месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяМ.Н. Хоронеко 

Судьи:Л.В. Забутырина

                                                                                            Ф.И. Тихоновский