ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-12824/2021, 18АП-12823/2021

Дело № А47-8970/2020

28 сентября 2021 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 сентября 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 сентября 2021 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Забутыриной Л.В.,

судей Рогожиной О.В.,  Румянцева А.А., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 03.08.2021 по делу № А47-8970/2020 о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности.

 

 Публичное акционерное общество  «Сбербанк» Оренбургское отделение № 8623 10.07.2020 (по электронной почте) обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) и введении процедуры реализации имущества ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: г.Абдулино Оренбургской области, адрес регистрации и фактического места жительства: Оренбургская область, г.Абдулино, далее - должник) в связи с наличием задолженности в размере 24 164 553 руб. 29 коп.

Определением арбитражного суда от 15.07.2020 заявление кредитора принято к производству арбитражного суда, возбуждено дело о признании должника несостоятельным (банкротом).

Решением арбитражного суда от 31.08.2020 (резолютивная часть от 24.08.2020) ФИО4  признан несостоятельным (банкротом) и введена процедура реализации имущества должника сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО5.

Финансовый управляющий (21.09.2020, отметка экспедиции суда) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделки в отношении транспортного средства: Audi А5, 2017г.в., г/н: 

<

***>                                                      VIN: 

<

***>, цвет: белый, а именно:

- договор купли-продажи от 28.07.2019, заключенный между ФИО4 и ФИО6;

- договор купли-продажи от 11.09.2020, заключенный между ФИО6 и ФИО2;

- договор купли-продажи от 12.09.2020, заключенный между ФИО2 и ФИО3.

2. Применить последствия недействительной сделки в виде обязания ФИО3 возвратить в конкурсную массу должника автомобиль  - Audi А5, 2017г.в., г/н: 

<

***> VIN: 

<

***>, цвет: белый, так как в соответствии с представленными сведениями УФССП России по Оренбургской области спорный автомобиль находится в его владении (с учетом уточнений).

Определением суда от 03.08.2021 (резолютивная часть от 21.07.2021) признаны недействительными сделки в отношении транспортного средства: Audi А5, 2017г.в., г/н: 

<

***> VIN: 

<

***>, цвет: белый, а именно: договор купли-продажи от 28.07.2019, заключенный между ФИО4 и ФИО6; договор купли-продажи от 11.09.2020, заключенный между ФИО6 и ФИО2; договор купли-продажи от 12.09.2020, заключенный между ФИО2 и ФИО3

Применены последствия недействительной сделки в виде обязания ФИО3 возвратить в конкурсную массу должника ФИО4 транспортное средство - Audi А5, 2017г.в., г/н: 

<

***> VIN: 

<

***>, цвет: белый.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2, ФИО3 обратились  с самостоятельными апелляционными жалобами. 

ФИО3 просил судебный акт отменить, отказать в удовлетворении заявленных требований. В апелляционной жалобе указано следующее. Финансовым управляющим не представлено доказательств того, что сделка, совершенная между ФИО3 и ФИО2, была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов должника.  ФИО3 никогда не был знаком с должником, знакомство с ФИО2 состоялось только по поводу приобретения транспортного средства, условия сделки обсуждались перепиской  WhatsApp. ФИО3 также было заказано проведение оценки рыночной стоимости автомобиля по состоянию на 12.09.2020, которая составила 1 838 000 руб., ФИО3 автомобиль был приобретен за 1 845 000 руб. Полагает, что рыночная стоимость автомобиля 2 702 000 руб. определенная по оценке, заказанной финансовым управляющим, является завышенной. В момент приобретения автомобиля ФИО3 проверялись сведения о транспортном средстве, сведений о каких-либо ограничениях в отношении автомобиля не было.  

ФИО2 просил судебный акт отменить, отказать в удовлетворении заявленных требований. По мнению апеллянта, судом не дана правовая оценка представленным в материалы дела письменным доказательствам о реальности цепочки последовательных сделок: - договора купли-продажи от 11.09.2020, заключенного между ФИО6 и ФИО2; договора купли-продажи от 12.09.2020, заключенного между ФИО2 и ФИО3 в части оплаты за спорный автомобиль и представленным в материалы дела доказательствам платежеспособности ФИО2 и ФИО3 Судом не дана правовая оценка, что автомобиль куплен ФИО2 и продан ФИО3 по рыночной стоимости. Судом не дана правовая оценка, что на автомобиль органами ГИБДД и приставами исполнителями своевременно не был наложен арест. На момент совершения возмездной сделки в отношении спорного автомобиля, заключенной между ФИО2 и ФИО6, оформленной договором купли-продажи от 11.09.2020, и возмездной сделки в отношении спорного автомобиля, заключенной между ФИО2 и ФИО3, оформленной договором купли-продажи от 12.09.2020, о наличии судебного спора в Арбитражном суде Оренбургской области, предметом которого является спорный автомобиль не было известно, и по данным органов ГИБДД России автомобиль не находился ни под арестом, ни под запретом, в отношении него отсутствовали какие - либо обеспечительные меры, автомобиль не являлся предметом залога. ФИО2 и ФИО3 не могло быть и не было известно о притязаниях на спорный автомобиль. Поскольку продавец (ФИО6) в разделе 3 договора купли - продажи от 11.09.2020 гарантировал, что транспортное средство не является предметом обязательств продавца перед третьими лицами, в том числе не является предметом залога, в отношении трансопрного средства не наложен запрет на совершение регистрационных действий, транспортное средство не находится под арестом, не числится в базах данных МВД России как угнанное или похищенное транспортное средство и не имеет обременений (п.3.2) 

Кроме того, не мотивировано судом, каким образом ФИО4 и ФИО6 являются аффилированными лицами по отношению к ФИО2 и ФИО3, тогда как они не являются родственниками, проживают на значительном расстоянии друг от друга, не находятся в трудовых взаимоотношениях, не представлено доказательств юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие) но и фактической аффилированности.

Отзывы кредитора ПАО «Сбербанк России» и финансового управляющего, представленные посредством системы «Мой арбитр», приобщены к материалам дела, учитывая наличие доказательств их направления в адрес лиц, участвующих в деле (статьи 65, 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее - АПК РФ). В отзывах выражено не согласие с доводами жалоб.

Лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, явку своих представителей не обеспечили, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством направления копии судебного акта, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ дело рассматривалось судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в ходе анализа сделок должника финансовым управляющим установлено, что им совершена подозрительная сделка - договор купли-продажи от 28.07.2019 транспортного средства: Audi А5, 2017г.в„ г/н: 

<

***> VIN: WAUZZZF50HАО 16240, цвет: белый с отцом - ФИО6

Автомобиль продан по цене 2 800 000 руб., оплата стоимости транспортного средства производится путем 100 % предоплаты (наличным или безналичным расчетом) (п. 2 договора).

Финансовый управляющий должника обратился в суд, считая, что данная сделка совершена должником с аффилированным лицом (между отцом и сыном) по заниженной цене, более того, фактически совершена безвозмездно с целью вывода актива из конкурсной массы должника.

Позднее, установив, что поименованный автомобиль был далее реализован отцом должника, финансовый управляющий уточнил заявление: просил суд признать недействительными все сделки в отношении транспортного средства: Audi А5, 2017г.в., г/н: 

<

***> VIN: 

<

***>, цвет: белый, а именно:

- договор купли-продажи от 28.07.2019, заключенный между ФИО4 и ФИО6, стоимость автомобиля составила 2 800 000 руб. (т. 1  л.д. 15);

- договор купли-продажи от 11.09.2020, заключенный между ФИО6 и ФИО2,  стоимость автомобиля составила 1 500 000 руб. (т. 1             л.д. 48);

- договор купли-продажи от 12.09.2020, заключенный между ФИО2 и ФИО3, стоимость автомобиля составила 1 845 000 руб. (т.1, л.д. 115).

Финансовый управляющий в качестве правовых оснований для признания сделок недействительными указывал на пункты 1, 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Удовлетворяя требования, суд первой инстанции исходил из того, что заявителем доказано наличие необходимых условий для признания оспариваемой сделки недействительной, материалами дела подтверждено и ответчиками не опровергнуто, что оспариваемые сделки представляют собой цепь взаимосвязанных сделок и последовательных действий заинтересованных лиц, направленных на вывод актива должника (автомобиля) с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

Рассмотрев имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит правовых оснований для отмены определения арбитражного суда первой инстанции.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63), неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 9 постановления Пленума ВАС РФ № 63).

Таким образом, для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо установить наличие совокупности условий: совершение сделки должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления и неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки.

Судом установлено, что дело  о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 15.07.2020, сделка, заключенная между ФИО4 и  ФИО6 совершена 28.07.2019, то есть в течение года до возбуждения дела о банкротстве, в период подозрительности и может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

Согласно абзацам второму-пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым-пятым п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств.

В пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63указано, что при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Указанные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Согласно пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Таким образом, указанными правыми нормами установлена презумпция, в соответствии с которой в случае совершения должником сделок в установленный период подозрительности и с заинтересованным лицом, её совершение с целью причинения вреда предполагается, в связи с чем, на ответчиков возлагается процессуальная обязанность по её опровержению.

Согласно пункту 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63  при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

На основании статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. Под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

При недоказанности одного из вышеописанных условий суд отказывает в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Первая из цепи оспариваемых сделок совершена между должником и заинтересованным по отношению к нему лицом: между ФИО4 и ФИО6 - отцом должника. 

Формально сделка предусматривала условия об оплате, однако доказательств фактической оплаты предусмотренной оспариваемым договором (2 800 000 руб.), равно как доказательств расходования данной суммы должником материалы дела не содержат.

Кроме того, вступило в законную силу апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 08.07.2021 по делу № 33-3257/2021, в соответствии с которым оспариваемый договор купли-продажи от 28.07.2019 автомобиля Audi А5, 2017г.в., г/н: 

<

***> VIN: 

<

***>, цвет: белый, заключенный между ФИО4 и ФИО6,  признан недействительным (судом констатирована ничтожность сделки).

Данным судебным актом установлено, что 09.08.2019 судебным приставом-исполнителем Абдулинского РОСП УФССП по Оренбургской области ФИО7 вынесено постановление о запрете регистрационных действий в отношении принадлежащего ФИО8 вышеуказанного автомобиля Audi А5.

13.08.2019 судебным приставом-исполнителем ФИО7 составлен акт о наложении ареста на автомобиль Audi А5, который оставлен ФИО8 на ответственное хранение с правом пользования.

Решением Абдулинского районного суда Оренбургской области от 27.12.2019 с ФИО8 в пользу ПАО Сбербанк взыскана задолженность по договорам об открытии невозобновляемой кредитной линии в общей сумме 24 074 553,20 руб. с учётом солидарного характера ответственности с СССПК «Мясной двор»,   ООО «Мясокомбинат Абдулинский» и с зачётом выплаченных указанными лицами денежных сумм во исполнение обязательств по договорам, также с ФИО8 взысканы 6 000 руб. в счёт возмещения расходов по оплате государственной пошлины.

Во исполнение указанного решения суда выдан исполнительный лист, на основании которого судебным приставом-исполнителем Абдулинского РОСП 07.05.2020 возбуждено исполнительное производство № 37828/20/56004-ИП.

В рамках исполнительного производства судебным приставом-исполнителем произведены действия по розыску имущества должника. На основании постановления судебного пристава-исполнителя от 07.05.2020 объявлен запрет на совершение действий по распоряжению и запрет регистрационных действий в отношении указанного автомобиля Audi А5.

Согласно договору купли-продажи данного транспортного средства от 28.07.2019 ФИО8 произвёл отчуждение указанного автомобиля своему отцу - ФИО6 за 2 800 000 руб. При этом в тексте договора, который стороны заключили, указано, что автомобиль транспортное средство не является предметом обязательств продавца перед третьими лицами, в том числе не является предметом залога, в отношении транспортного средства не наложен запрет на совершение регистрационных действий, транспортное средство не находится под арестом, не числится в базах данных МВД России как угнанное или похищенное транспортное средство не имеет иных обременении.

07.04.2020 спорный автомобиль поставлен на учёт в ГИБДД за ФИО6

Предъявляя требования о признании сделки недействительной, судебный пристав и банк ссылались на злоупотребление правом со стороны ответчиков, на то, что они действовали в обход закона с целью избежать исполнения решения суда о взыскании задолженности и не допустить обращения взыскания на имущество должника.

Исследовав представленные доказательства, судебная коллегия пришла к выводу о том, что целью заключения оспариваемой сделки являлось не создание соответствующих правовых последствий, а укрытие имущества от обращения взыскания на него, что следует расценивать как злоупотребление правом со стороны ответчиков и нарушение прав истца, который в настоящее время лишён возможности получить удовлетворение своих требований за счёт имущества должника в установленном законом порядке.

Кроме того, допустимых доказательств, с достоверностью подтверждающих переход права собственности к ФИО6 на автомобиль при заключении договора купли-продажи, а именно: до момента принятия обеспечительных мер, не представлено, факт владения ФИО6 спорным автомобилем до принятия 31.07.2019 обеспечительных мер не доказан.

Судебная коллегия пришла к выводу, что после заключения спорного договора купли-продажи автомобиля, последний фактически не выбывал из владения ФИО8 Так, исходя из сведений, предоставленных АО Страховой компанией «Чулпан», на спорный автомобиль договоры обязательного страхования гражданской ответственности заключены  ФИО8 Согласно договору страхования гражданской ответственности, заключенному ФИО8 на период с 04 июля 2019 года по 03 июля 2020 года в качестве лиц, допущенных к управлению транспортным средством, указаны ФИО8 и ФИО9 ФИО6 не был включён в перечень таких лиц. Изменения в данный полис, связанные со сменой собственника автомобиля были внесены дополнительным соглашением от 10.04.2020.

Заключение договоров обязательного страхования с ограниченнымкругом лиц, допущенных к управлению автомобилем, свидетельствует о направленности воли сторон на сохранение права владения и пользования транспортным средством за ФИО4

Таким образом, несмотря на заключение договора купли-продажи транспортного средства, спорный автомобиль не выбыл из владения ФИО8

Указанное подтверждается также сведениями о совершении ФИО8 административных правонарушений при управлении спорным транспортным средством. По сведениям, предоставленным УМВД России по Оренбургской области, ФИО8 совершены административные правонарушения при управлении транспортным средством с государственным номером 

<

***> 09.12.2019 по ч. 3.1 ст. 12.5 КоАП РФ, 08.04.2020 по ч.2 ст. 12.9 КоАП РФ.

Таким образом, совокупность исследованных судом доказательств дала суду основание полагать, что совершая оспариваемую сделку, ответчик ФИО8 знал о наличии у него крупного неисполненного обязательства перед банком, мер к его исполнению не принял, после отчуждения спорного автомобиля ФИО6 продолжал им пользоваться.

Суд пришел к выводу о том, что действия ФИО8 по заключению данного договора нельзя признать добросовестными, поскольку они направлены на уклонение от исполнения обязательств перед ПАО «Сбербанк» в лице Оренбургского отделения № 8623 путем уменьшения своего имущества, с целью избежать возможности обращения взыскания на него.

Такие действия ответчиков также отвечают признакам злоупотребления правом, поскольку были направлены не на добросовестную реализацию ответчиками своих прав по распоряжению принадлежащим им имуществом, а на лишение истца возможности получить удовлетворение по долгам ответчика за счет спорного имущества.

При этом судебная коллегия учла, что регистрация договора купли-продажи была произведена органами ГИБДД 07.04.2020, то есть при имеющемся запрете на регистрационные действия в отношении спорного транспортного средства от 09.08.2019, наложенного на основании постановления судебного пристава-исполнителя Абдулинского РОСП УФССП по Оренбургской области. О данном запрете ответчику ФИО8 было достоверно известно.

Таким образом, суд констатировал, что оспариваемая сделка является ничтожной по основанию злоупотребления правом сторонами, поскольку при совершении оспариваемой сделки воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении договора купли-продажи, что свидетельствует о ее мнимости. Стороны оспариваемой сделки осуществили попытку придать ей вид действительной, зарегистрировав автомобиль в ГИБДД на имя ФИО6 При этом доказательств того, что автомобиль действительно перешёл в собственность ФИО6, материалы дела не содержат.

Учитывая наличие у ответчика ФИО8 перед банком долга в крупном размере, принимая во внимание то обстоятельство, что все участники сделки являются близкими родственниками, доводы ответчиков об исполнении сторонами условий сделки не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела, судебная коллегия пришла к выводу о том, что оспариваемая сделка является ничтожной и по основанию мнимости.

На основании части 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Таким образом, апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 08.07.2021 по делу № 33-3257/2021 имеет преюдициальное значение и является обязательным для арбитражного суда в соответствии с приведенной нормой.

В подтверждение довода финансового управляющего о недобросовестности последующих приобретателей спорного автомобиля представлено решение Набережночелнинского городского суда Республики Татарстан от 01.03.2021 по делу № 2-2440/2021 (апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 24.06.2021 оставлено без изменения), которым ФИО3 отказано в признании его добросовестным приобретателем спорного автомобиля, при этом установлены следующие обстоятельства дела.

12.09.2020 между ФИО3 и ФИО10 заключен договор купли-продажи автомобиля марки «Ауди» 2017 года выпуска стоимостью 1 845 000 рублей. 

Указанный автомобиль приобретён ФИО10 у ФИО6  (за день до отчуждения ФИО3) по договору купли-продажи от 11.09.2020 за 1 500 000 рублей. ФИО10 в органах ГИБДД транспортное средство на учёт на своё имя не ставил.

Согласно свидетельству о регистрации, а также ответу на запрос РЭО ОГИБДД УМВД России по городу Набережные Челны, спорное транспортное средство зарегистрировано за ФИО6, 13.08.2020 на автомобиль наложен запрет на регистрационные действия на основании исполнительного производства № 46950/20/56004-ИП от 13 августа 2020 года.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 31.08.2020 по делу № А47-8970/2020 должник ФИО8 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим должника утверждён ФИО5.

Также решением Абдулинского районного суда Оренбургской области от 05.10.2020 удовлетворены исковые требования судебного пристава-исполнителя Абдулинского районного отдела судебных приставов Управления Федеральной службы судебных приставов по Оренбургской области к ФИО8 Признан недействительным договор купли-продажи от 28.07.2019 спорного автомобиля марки «Ауди», 2017 года выпуска, заключенный между   ФИО8 и ФИО6 

Решением от 01.03.2021 также установлено, что запрет на регистрационные действия в отношении автомобиля наложен до его продажи ФИО10, собственником спорного имущества является ФИО8, а потому истец (ФИО3) не может быть признан добросовестным приобретателем автомобиля, отчуждённого ему лицом, не являющимся законным собственником (ФИО2). При этом, установив, что истец в установленный срок не поставил транспортное средство на регистрационный учёт в органах ГИБДД, а также оценив критически доводы истца о том, что автомобиль по учётным данным ГИБДД и иным информационным базам проверен им на предмет наличия/отсутствия ограничений на транспортное средство, суд счёл, что на стороне истца отсутствует добросовестность приобретателя.

Апелляционной инстанцией в определении от 24.06.2021 указано на то, что в связи с признанием договора купли-продажи спорного автомобиля, заключенного между ФИО8 и ФИО6, недействительным, имущество, являющееся предметом сделки, подлежит возврату в конкурсную массу должника-банкрота   ФИО8, оснований для удовлетворения заявленных ФИО3 исковых требований, основанных на невозможности зарегистрировать спорный автомобиль ввиду имеющихся сведений о запретах на совершение с ним регистрационных действий, не имеется.

Таким образом, решение Набережночелнинского городского суда Республики Татарстан от 01.03.2021 по делу № 2-2440/2021 и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 24.06.2021 также имеют преюдициальное значение и являются обязательными для арбитражного суда в соответствии с приведенной нормой часть 3  статьи  69 АПК РФ.

Апелляционным судом общей юрисдикции при выводе о недобросовестности ФИО3 как приобретателя спорного автомобиля фактически дана правовая оценка действиям ФИО10, не ставшего его законным собственником ввиду наложенного ареста на спорное транспортное средство и последующего признания недействительным первого из цепи договоров купли-продажи, заключенного должником со своим отцом.

На основании всего вышеизложенного суд первой инстанции посчитал, что материалами дела подтверждено и ответчиками не опровергнуто, что оспариваемые сделки представляют собой цепь взаимосвязанных сделок и последовательных действий заинтересованных лиц, направленных на вывод актива должника (автомобиля) с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

Возражения ответчиков ФИО2 и ФИО3 в части приобретения спорного транспортного средства по рыночной цене судом правомерно отклонены, поскольку не имеют правового значения с учетом вступления в законную силу судебных актов, установивших вышеописанные обстоятельства, содержащих оценку действиям ответчиков как недобросовестным, совершенным со злоупотреблением правом по смыслу статьи  10 Гражданского кодекса РФ. Ввиду чего доводы жалобы, что автомобиль приобретался ФИО3 по рыночной цене за 1 845 000 руб., исходя из оценки рыночной стоимости автомобиля по состоянию на 12.09.2020, которая составила 1 838 000 руб., апелляционным судом не принимаются.

Также доводы жалоб, что не представлено доказательств того, что сделка, совершенная между ФИО3 и ФИО2 была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов должника, ответчики не являются аффилированными лицами к должнику, признаются несостоятельными, так как судебным актами (которые вступили в законную силу) установлена недобросовестность участников сделки.

В целом доводы жалоб направлены на пересмотр судебных актов, положенных в основу выводов, способом, не предусмотренным процессуальным законодательством.

Суд апелляционной инстанции полагает, что выводы суда первой инстанции об основаниях недействительности сделок и применении последствий их недействительности являются правильными, соответствуют установленным судом фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

При совокупности указанных выше обстоятельств суд находит доводы апелляционных жалоб несостоятельными в полном объеме.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе ФИО3 относятся на заявителя жалобы.

В силу статьи 110 АПК РФ государственная пошлина по апелляционной жалобе ФИО2 подлежит взысканию непосредственно в доход федерального бюджета, учитывая, что доказательств уплаты ее к моменту проведения заседания не представлено.

Руководствуясь статьями 176, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 03.08.2021 по делу № А47-8970/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3 – без  удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3 000 рублей. 

 Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции. 

 

Председательствующий судья                                            Л.В. Забутырина 

 

Судьи                                                                         О.В. Рогожина           

 

                                                                                                   А.А. Румянцев