ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 г. Москва

30.10.2019

                     Дело № А41-75424/2016

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 октября 2019 года  

Полный текст постановления изготовлен 30 октября 2019 года 

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: Н.Н. Тарасова,  Н.Я. Мысака, 

при участии в заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания-2008» - ФИО1, по доверенности от 01.11.2016, срок 3 года, адвокат № 5561,

от ФИО2 – ФИО3, по доверенности от 26.11.2018, срок 3 года, реестр № 50/211-н/50-2018-17-1697,

от ФИО4 – ФИО5, по доверенности от 31.08.2018, срок 3 года, № 77/761-н/77-2018-4-1473, адвокат № 4118,

рассмотрев 28.10.2019 в судебном заседании кассационную жалобу

общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания-2008»

на постановление от 07.06.2019,

Десятого арбитражного апелляционного суда,

по заявлению конкурсного управляющего ООО «Строительное объединение «Барс» - ФИО6 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Строительное объединение «Барс»  

 

установил:

решением Арбитражного суда Московской области от 27.09.2017 должник – ООО «Строительное объединение «Барс» признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО6   

            Конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о привлечении солидарно ФИО7, ФИО4, ФИО2 и ООО «Управляющая компания «Барс» к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Строительное объединение «Барс» в размере 14 362 098, 35 рублей. 

            Определением Арбитражного суда Московской области от 25.02.2019 вопрос об определении размера субсидиарной ответственности выделен в отдельное производство, ФИО7, ФИО4, ФИО2 привлечены в солидарном порядке к субсидиарной ответственности, производство в отношении ООО «Управляющая компания «Барс» прекращено.

            Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 07.06.2019 определение Арбитражного суда Московской области от 25.02.2019 отменено в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Строительное объединение «Барс» в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4 отказано, в остальной части определение Арбитражного суда Московской области от 25.02.2019 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО2 – без удовлетворения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ООО «Строительная компания – 2008» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 07.06.2019 отменить в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4  и оставить в этой части в силе определение Арбитражного суда Московской области от 25.02.2019 (с учетом уточнений просительной части кассационной жалобы в судебном заседании 28.10.2019).

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов суда апелляционной инстанции, изложенных в обжалуемом судебном акте, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам в обжалуемой части.

  Так заявитель указывает, что суд апелляционной инстанции не учел, что определением Арбитражного суда Московской области от 07.09.2018с учетом определения об исправлении опечатки от 25.09.2018 признаны недействительными сделки по выполнению договора подряда (субподряда) №10/08/16-1 от 10.08.2016; договора подряда (субподряда) №04/07/16-3 от 04.07.2016, заключенные между должником и ООО «Иннотех» в конкурсную массу ООО «Строительное объединение «Барс» денежных средств в размере 15 874 957, 78 руб.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании представитель ООО «Строительная компания – 2008» доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней.

Представитель ФИО2, представитель ФИО4 возражали против доводов кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. 

            Законность и обоснованность судебного акта проверяется судом округа только в обжалуемой части. 

            Из содержания обжалуемого судебного акта усматривается, что в обоснование своего заявления о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4 конкурсный управляющий указал, что ФИО4, являющимся  в период с 06.05.2013 по 20.12.2016 участником должника с долей участия 25% в период подозрительности, совершены сделки по перечислению в пользу третьих лиц денежных средств, впоследствии признанные судом недействительными, что привело к вреду, к выводу активов должника и сделало невозможным удовлетворить требования его кредиторов.  

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования в части ФИО4, исходил из наличия совокупности условий, необходимых для привлечения его как контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по заявленному основанию.

Суд апелляционной инстанции, отменяя судебный акт суда первой инстанции в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4 и отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в указанной части,  исходил из того, что ФИО4, как участник должника, имеющий долю в размере 25%,  не может быть признан контролирующим должника лицом согласно статье 2 Закона о банкротстве, при этом большая часть сделок были совершены должником в период, когда ФИО4 уже не являлся его участником (после 20.12.2016). 

Кроме того, апелляционный суд отметил, что вопреки доводам конкурсного управляющего, с которыми согласился суд первой инстанции, доказательств недобросовестных действий ФИО4, перечисленных в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» в материалы дела конкурсным управляющим не представлено, также как и не представлены доказательства, предусмотренные постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», а именно доказательства того, что сделки, заключенные ФИО4 являются существенно убыточными, значимыми и отвечают критериям крупных сделок, при этом суд установил, что  перечисленные конкурсным управляющим сделки с ООО «Иннотех» оспаривались как сделки, совершенные с предпочтением перед иным кредиторами (статья 61.3 Закона о банкротстве), то есть обязательства должника по сделкам были реальными, доказательств обратного представлено не было, при этом фактически был нарушен порядок оплаты. 

Также суд апелляционной инстанции исходил из того, что доказательства того, что в случае, если бы очередность кредиторской задолженности была соблюдена, данное обстоятельство послужило основанием к восстановлению финансового состояния ООО «СК «Барс» в материалах обособленного спора отсутствуют.

Суд кассационной инстанции считает, что исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суд апелляционной инстанции в обжалуемой части правильно определил правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установил все существенные для дела обстоятельства, которым дал надлежащую правовую оценку и пришел к правильным выводам по следующим основаниям.   

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Федеральным законом №266-ФЗ от 29.07.17 «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях»" статья 10 Закона о банкротстве была признана утратившей силу, Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона №266-ФЗ от 29.07.17 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона №127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Поскольку заявление конкурсного управляющего было подано в Арбитражный суд Московской области 12.04.2018 и обстоятельства, на которые ссылается в своем заявлении конкурсный управляющий, имели место после введения в действие вышеуказанных изменений Закона о банкротстве, их ответственность при рассмотрении настоящего спора регулируется положениями Закона о банкротстве с учетом изменений, внесенных Законом №266-ФЗ.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №53 от 21.12.17 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Пунктом 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

В рассматриваемом случае судом апелляционной инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что между ООО «САНТЕХКОМПЛЕКТ» и ООО «СО «БАРС» заключен договор поставки №8/010/326-03 от 23.03.2016.

Конкурсный управляющий должника обратился в суд с заявлением о признании вышеуказанного договора поставки недействительной сделкой и применения последствий ее недействительности.

Определением от 06.07.2018 Арбитражный суд Московской области признал договор поставки №8/010/326-03 от 23.03.2016, заключенный между ООО «Строительное объединение «Барс» и ООО «САНТЕХКОМПЛЕКТ» недействительной сделкой, применил последствия признании сделки недействительной в виде взыскания с ООО «САНТЕХКОМПЛЕКТ» в конкурсную массу ООО «Строительное объединение «Барс» денежных средств в размере 3 634 859, 17 руб. 

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 20.09.2018, оставленное без изменения постановлением Арбитражного суда Московского округа от 06.12.2018, определение Арбитражного суда Московской области от 06 июля 2018 года по делу отменено, заявление конкурсного управляющего ООО «Строительное объединение «Барс» оставлено без удовлетворения.

При этом, отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из того, что конкурсный управляющий не представил доказательств того, что спорные, по его мнению, накладные содержат недостоверные сведения, либо что товар по данным накладным передан иному лицу, а не представителю ООО «СО «БАРС», что печать и иные документы выбыли из владения ООО «СО «БАРС» и могли быть использованы третьими лицами для получения спорного товара, не было заявлено ходатайство об экспертизе подлинности подписи руководителя в договоре. Обжалуемые сделки по оплате отгруженного товара были произведены более года до обращения с заявлением о признании должника банкротом, совершались в процессе текущей хозяйственной деятельности. Оснований для применения положений статей 61.1, 61.2, 61.3, 61.6 Закона о банкротстве,  статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации суды не усмотрели.

Также судом апелляционной инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что конкурсный управляющий ООО «Строительное объединение «Барс» - ФИО6 обратилась в суд с заявлением о признании недействительными сделок по выполнению договора подряда (субподряда) №01/09-Ф от 01.09.2016 и договора подряда (субподряда)  №01/17  от  09.01.2017,  заключенных  между должником и ООО «СМУ ТРЕСТ 39», об обязании ООО «СМУ ТРЕСТ 39» возвратить на расчетный счет ООО «Строительное объединение «Барс» денежные средства в размере 3 566 200 руб.

Впоследствии конкурсный управляющий в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнила требования (которые были приняты судом) и просила признать недействительными сделки по перечислению денежных средств в размере 3 566 200 руб. в пользу ООО «СМУ ТРЕСТ 39», применить последствия их недействительности в виде взыскания с ООО «СМУ ТРЕСТ 39» денежных средств в размере 3 566 200 руб. в пользу ООО «Строительное объединение «Барс». 

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2019 в удовлетворении заявленных управляющим требований отказано. При этом суд исходил из того, что в материалах дела не имеется доказательств, подтверждающих, что на дату совершения спорного платежа (21.02.2017) у ООО «Строительное объединение «Барс» имелись неисполненные обязательства перед другими кредиторами более высокой очереди, предусмотренные пунктом 2 статьи 134 Закона о банкротстве,  а также в условиях отсутствия у должника денежных средств достаточных для удовлетворения текущих платежей по выплате вознаграждения управляющему и возмещению понесенных им расходов, имевших приоритет над погашенным требованием, о чем знал или должен был знать кредитор, материалы дела не содержат. При этом  имеющиеся в материалах дела доказательства свидетельствуют об отсутствии оснований считать осуществленные должником платежи от 21.02.2017 в размере 2 366 200, 00 руб. в пользу ООО «СМУ Трест 39» недействительными сделками, повлекшими оказание предпочтение другим кредиторам должника, о чем знало или должно было знать ООО «СМУ Трест 39». Кроме того, судом установлено, что спорный платеж по перечислению денежных средств по договору №01/17 от 09.01.2017 (заключенному после принятия судом заявления о признании ООО "СО БАРС" банкротом) совершен в порядке и на условиях заключенного сторонами договора, в соответствии с которым должник (заказчик) поручил ответчику (подрядчику) выполнить работы по капитальному ремонту кровли многоквартирного дома, расположенного по адресу: Москва. Чонгарский бульвар д. 4, корп. 2, и обязался оплатить выполненные работы в течение 15 рабочих дней, таким образом, поскольку работы по договору были выполнены с подписанием соответствующих актов 31.01.2017, оплата за выполненные работы со стороны ООО «Строительное объединение «Барс» произведена 21.02.2017 (в порядке и на условиях заключенного сторонами договора), оспариваемая сделка по перечислению денежных средств была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, доказательств обратного, равно как и доказательств того, что оспариваемый платеж превышал 1% стоимости активов должника, конкурсным управляющим не представлено.

В Арбитражный суд Московской области также поступило заявление конкурсного управляющего должника (уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) о признании недействительными сделками по перечислению денежных средств должником в пользу общества с ограниченной ответственностью «СпецЖилСтрой» в размере 36 454 022, 67 руб., применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника денежных средств в размере 36 454 022,67 руб.

Определением Арбитражного суда Московской области от 06.07.2018 признаны недействительными: договор подряда (субподряда) №02/11-КР от 02.11.2015, договор подряда (субподряда) №06/09/16-1 от 06.09.2016, заключенные между должником и ответчиком, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника денежных средств в размере 36 454 022, 67 руб.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2018 определение Арбитражного суда Московской области от 06.07.2018 отменено, признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств должником в пользу ответчика платежными поручениями №1028 от 25.11.2016 в размере 2 880 000 руб., N 1041 от 09.12.2016 в размере 310 000 руб., № 1065 / от 23.12.2016 в размере 780 000 руб., №1068 от 27.12.2016 в размере 401 000 руб., №1077 от 29.12.2016 в размере 1 740 000 руб., №1078 от 30.12.2016 в размере 16 053 944, 50 руб., №1079 от 30.12.2016 в размере 662 000 руб., №5 от 17.01.2017 в размере 1 450 000 руб., №8 от 23.01.2017 в размере 2 000 000 руб., №14 от 26.01.2017 в размере 1 414 156,17 руб., № 22 от 03.02.2017 в размере 5 000 922 руб., №33 от 29.03.2017 в размере 620 000 руб. Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника денежных средств в размере 33 312 022,67 руб.  В остальной части заявление конкурсного управляющего должника оставлено без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2018 в обжалуемой части отменено, обособленный спор направлен в отмененной части на новое рассмотрение в Десятый арбитражный апелляционный суд.

При этом суд кассационной инстанции указал, что из материалов дела усматривается, что часть представленных в дело унифицированных форм - актов о приемке выполненных работ составлены за период выполнения работ уже после возбуждения дела о банкротстве, как следствие, заслуживает внимания довод общества «СпецЖилСтрой» о том, что указанные денежные обязательства по оплате результатов соответствующих работ, выполненных после возбуждения настоящего дела о банкротстве, относятся к текущим платежам. Вместе с тем, данное обстоятельство судом не исследовалось, что вызывает серьезные сомнения в законности и обоснованности судебного акта в указанной части, поскольку вопрос о правомерности рассмотрения требования в отношении текущих платежей судом не разрешался, судами не устанавливались обстоятельства, касающиеся наличия иных текущих обязательств, конкурирующих с требованием водоканала, осведомленности об этом последнего, без исследования названных обстоятельств выводы судов об обоснованности заявления конкурсного управляющего должником о недействительности платежа являются преждевременными.

Кроме того, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительными сделок по выполнению договора подряда (субподряда) от 10.08.2016 №10/08/16-1; договора подряда (субподряда) от 04.07.2016 №04/07/16-3, заключенных между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Иннотех» и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Московской области от 07.09.2018 (с учетом определения от 25.09.2018 об исправлении опечатки), оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2018, постановлением Арбитражного суда Московского округа от 29.01.2019 спорные сделки признаны недействительными, применены последствия признания сделки недействительной в виде взыскания с общества в конкурсную массу должника денежных средств в размере 15 874 957,78 руб.

Суды исходили из того, что упомянутые сделки и выплаты по сделкам, совершенные должником после 14.11.2016, отвечают признакам сделок с предпочтением, установленным в пункте 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Между тем, как указано в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»: лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган -директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно п. 3 ст. 53 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.). Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения, если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнес-планов и т.п.).

Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу. Как указывалось ранее, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

В рассматриваемом случае судом апелляционной инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что вопреки доводам конкурсного управляющего, доказательств недобросовестных действий ФИО4 перечисленных в пункте 2  постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» не представлено. Также как и не представлены доказательства, предусмотренные постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», а именно доказательства того, что сделки, заключенные указанными лицами являются существенно убыточными, значимыми и отвечают критериям крупных сделок.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу, что совершение сделок должником с ООО «Спецжилпроект», ООО «Сантехкомплект», ООО «СМУ 39» не могло стать необходимой причиной объективного банкротства должника, и основания для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО4 в этой части отсутствуют. Кроме того, в удовлетворении требований конкурсного управляющего о признании недействительными сделок, заключенных с ООО «СМУ 39» было отказано.

При этом судом апелляционной инстанции правомерно отмечено, что  перечисленные конкурсным управляющим сделки с ООО «Иннотех» оспаривались как сделки, совершенные с предпочтением перед иным кредиторами, то есть обязательства должника по сделкам были реальными, доказательств обратного представлено не было, при этом фактически был нарушен порядок оплаты.

Кроме того, судом апелляционной инстанции установлено и подтверждается материалами дела, что доказательства того, что в случае, если бы очередность кредиторской задолженности была соблюдена, данное обстоятельство послужило основанием к восстановлению финансового состояния ООО «СК «Барс» отсутствуют.

При этом апелляционный суд  правомерно указал, что если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям (абзац третий пункта 17 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53). Таких правовых оснований в заявлении конкурсного управляющего не приведено.

Для правильного разрешения данного вопроса имеет значение установление того обстоятельства, явились ли совершенные ответчиком от имени должника сделки необходимой причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом случае ответчик должен привлекаться к субсидиарной ответственности), либо же такого влияния на финансово-хозяйственное положение должника сделки не оказали, но причинили должнику и его кредиторам вред (в этом случае ответчик должен привлекаться к ответственности за причиненные убытки).

Кроме того, согласно абзацу 31 статьи 2 Закона о банкротстве к контролирующим должника лицам отнесены: лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Исходя из понятия контролирующего должника лица, закрепленного в статье 2 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции пришел к правомерному выводу, что ФИО4 (имеющий долю в размере 25%) не может быть признан контролирующим должника лицом.

С учетом фактических обстоятельств дела суд апелляционной инстанции пришел в обоснованному выводу об отсутствии доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что несостоятельность (банкротство) ООО «СК «Барс» наступила именно вследствие действий либо бездействия ФИО4, поскольку в материалах дела не имеется доказательств совершения ФИО4 каких-либо действий, принятие им решений в качестве участника должника, повлекших несостоятельность (банкротство) ООО «СК «Барс». Доказательств согласования, заключения или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций ФИО4, материалы дела не содержат, сама по себе аффилированность Должника с ООО «Иннотех», ООО «Спецжилпроект», ООО «Сантехкомплект», ООО «СМУ 39» о данном обстоятельстве не свидетельствует.

Кроме того, судом апелляционной инстанции правомерно учтено, что большая часть упомянутых конкурным управляющим сделок было совершено должником в период, когда ФИО4 уже не являлся его участником (после 20.12.2016).

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

            Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Опровержения названных установленных судом апелляционной инстанции обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы суда апелляционной инстанции  основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства. 

Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены в обжалуемой части постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судом апелляционной инстанции фактических обстоятельств дела. Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами суда апелляционной инстанции и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в том числе в Определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 07.06.2019 по  делу №А41-75424/16 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

 

Председательствующий-судья                          Е.Л. Зенькова                       

Судьи:                                                                     Н.Н. Тарасов  

                                                                                  Н.Я. Мысак