﻿

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

17.11.2021

Дело № А40-78464/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена   17 ноября   2021 года.

Полный текст постановления изготовлен  17 ноября   2021 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

Председательствующего судьи: Матюшенковой Ю.Л.,

судей: Анциферовой О.В., Дербенева А.А.

при участии в заседании: 

от истца (заявителя): Дробиз О.В. по доверенности от 17.11.2020;

от ответчика (заинтересованного лица):  Самигуллин Т.И. по доверенности от 23.07.2021;

от третьего лица: Яременко И.В. д. от 10.12.2020;

рассмотрев  17   ноября    2021 года  в открытом судебном заседании 

кассационную  жалобу ООО «ЛУКОЙЛ-Волгограднефтепереработка»

на решение Арбитражного суда города Москвы от 16.03.2021,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.09.2021

по заявлению ООО «ЛУКОЙЛ-Волгограднефтепереработка»

к Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 1

третье лицо: Межрегиональная инспекция Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 2

о признании недействительным решения 

 

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "Лукойл-Волгограднефтепереработка" обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением к Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам N 1  о признании недействительным решения от 23.08.2019 N 2.19-14/4092р "О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения" в части доначисления налога на добавленную стоимость в размере 51 196 140 руб., налога на имущество организаций в размере 233 792 951 руб., а также соответствующих сумм пеней и штрафов.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 16.03.2021, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.06.2021,  требования Общества оставлены без удовлетворения.

Законность судебных актов проверена в порядке ст. ст. 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с кассационной жалобой Общества, в которой заявитель со ссылкой на несоответствие выводов судов  фактическим обстоятельствам дела, неправильное применение норм материального права просит решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В заседании суда кассационной инстанции представитель Общества поддержал доводы кассационной жалобы.

Представитель Инспекции возражал против кассационной жалобы. 

Представитель третьего лица поддержал позицию ответчика. 

Изучив материалы дела, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения судами норм материального и процессуального права, доводы кассационной жалобы и возражений относительно них, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Судами установлено, что  Инспекцией проведена выездная налоговая проверка Общества по вопросам правильности исчисления, удержания, полноты и своевременности уплаты всех налогов (сборов) за период с 01.01.2014 г. по 31.12.2016 г., по результатам которой был принято оспариваемое решение от 23.08.2019 N 2.19-14/4092р "О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения".

Данным решением Общество привлечено к налоговой ответственности по п. 1 ст. 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ, Кодекс) за неполную уплату налога на добавленную стоимость и налога на имущество организаций в виде штрафов в общем размере 27 408 417 руб., по п. 1 ст. 126 НК РФ за непредставление документов в виде штрафа в размере 1 600 руб. (всего штрафов на сумму 27 410 017 руб.), ему были доначислены: налог на добавленную стоимость в сумме 51 196 140 руб., налог на имущество организаций в сумме 233 792 951 руб. (всего налоги на общую сумму 284 989 091 руб.) и пени за их неуплату по состоянию на 23.08.2019 г. в общем размере 71 782 583,54 руб., предложено уплатить доначисленные недоимки по налогам, пени и штрафы, внести необходимые исправления в документы бухгалтерского и налогового учета.

Доначисления произведены  по четырем следующим эпизодам:

- Неправомерное предъявление Обществом к вычету НДС по взаимоотношениям с ООО «Техкомплект».  Признано получение обществом необоснованной налоговой выгоды в результате включения в цепочку поставки компрессорной установки топливного газа от производителя DRESSER RAND S.A. (Франция) к обществу  промежуточных компаний ООО «Техкомплект» и ЗАО «Газойл Корпорация» в целях завышения стоимости оборудования и, соответственно, в занижении НДС, исчисленного к уплате, на сумму неправомерно увеличенных налоговых вычетов;

- Обществом за 2014-2016 применены пониженные налоговые ставки согласно п. 3 ст. 380 НК РФ в отношении объектов, не подлежащих льготированию, поскольку льготированные объекты являются частью электрических сетей, используемых только для собственных нужд;

- Технологические трубопроводы и газоходы неправомерно отнесены Обществом в 2014-2016 в состав движимого имущества для целей исчисления налога на имущество, поскольку должны быть классифицированы как недвижимое имущество с учетом их прочной связи с землей, стационарности и невозможности перемещения в пространстве без нанесения несоразмерного ущерба. Спорные объекты фактически представляют собой часть сложносоставных недвижимых объектов, с которыми они связаны единой технологической функцией, в связи с чем, не могут оцениваться в качестве самостоятельных объектов движимого имущества;

-  Привлечение к ответственности по п. 1 ст. 126 НК РФ. 

 

По эпизоду неправомерного предъявления Обществом к вычету НДС по взаимоотношениям с ООО «Техкомплект».  

Инспекция пришла к выводу о нарушении Обществом подп. 1 п. 2 ст. 54.1, ст. ст. 169, 171, 172 НК РФ при предъявлении к вычету за 4 квартал 2016 года налога на добавленную стоимость по счету-фактуре от 20.12.2016 N 9, выставленному ООО "Техкомплект" ИНН 7720692157. В связи с отказом в подтверждении вычета начислен налог на добавленную стоимость в сумме 51 196 140 руб., пени в размере 9 227 600 руб. 28 коп. и штраф по п. 1 ст. 122 НК РФ в размере 5 119 614 руб.

Для подтверждения права на применение спорного вычета Обществом были представлены документы о приобретении у ООО "Техкомплект" компрессорной установки топливного газа (договор поставки товара от 05.10.2015 г., счет-фактура от 20.12.2016 N 9, товарная накладная, тендерная документация по отбору поставщика).

Проанализировав тендерную документацию, информацию о заводе – изготовителе  компрессорной установки топливного газа для ООО "Лукойл-Волгограднефтепереработка" - организации DRESSER RAND S.A.S (Франция), содержание Договора от 05.10.2015 N 886/2015 (Договор N 886/2015) на поставку установки компрессорной топливного газа (ЦК-101), товарной накладной от 20.12.2016 N 9, транспортной накладной от 20.12.2016, счета-фактуры от 20.12.2016 N 9, факт отражения НДС по указанному счету-фактуре в трех налоговых периодах (в книгах покупок за 4 квартал 2016 года, за 1 квартал 2017 года, за 2 квартал 2017 года ), информацию  Балтийской таможни относительно ввоза товара на территорию РФ, протоколы допросов свидетелей,  движение денежных средств по банковским счетам,  суды установили, что в результате заключения контракта ООО "ЛУКОЙЛ-Волгограднефтепереработка" не напрямую с компанией DRESSER RAND S.A., а с промежуточной компанией ООО "Техкомплект", т.е. с участием технического посредника, стоимость установки увеличилась как минимум двукратно относительно цены покупки у производителя. Суды также установили, что разница между стоимостью приобретения ООО "ЛУКОЙЛ-Волгограднефтепереработка" установки по договору через "технического посредника" - ООО "Техкомплект" и стоимостью ее приобретения напрямую у компании DRESSER RAND S.A. была выведена в Республику Иран. Установлена также взаимозависимость ООО "Лукойл-Волгограднефтепереработка" с ООО "Техкомплект" и ЗАО "Газойл Корпорация" в связи с финансовой подконтрольностью последних группе компаний, к которой принадлежит Заявитель.

Установив, что включение в «цепочку» поставщиков технического звена в виде взаимозависимой организации  с целью искусственного увеличения цены оборудования и, соответственно, налоговых вычетов по НДС, суды пришли к выводу, что иной разумной цели, кроме налоговой экономии в данном случае заявитель не преследовал, в связи с чем, применив положения ст.ст. 169, 171, 172 НК РФ с учетом ст. 54.1 НК РФ признал обоснованными доначисления налога по данному эпизоду. 

Доводы кассационной жалобы налогоплательщика повторяют, по сути, доводы, заявлявшиеся им при рассмотрении дела в судах первой и апелляционной инстанций, которым дана надлежащая правовая оценка. Несогласие налогоплательщика с такой оценкой не является основанием для отмены судебных актов. 

Так, ссылка на отсутствие полномочий налогового органа по контролю уровня цен, об отсутствии взаимозависимости участников сделки  обоснованно отклонена судами, поскольку по делу не было установлено, что налоговый орган проверял полноту  исчисления и уплаты налогов по сделкам между взаимозависимыми лицами.  Вывод о завышении стоимости оборудования и налоговых вычетов сделан на основании  совокупности установленных при налоговой проверке обстоятельств, не связанных с контролем уровня цен по сделкам взаимозависимых организаций. 

 

Оснований для расчетного способа определения размера  налоговой обязанности, а также для учета сумм НДС, уплаченных на таможне при ввозе товара,  суды обоснованно не усмотрели, поскольку  установили факт  искусственного увеличения цены, направленный исключительно на получение налоговой экономии (пп. 1 п. 2 ст. 54.1 НК РФ). 

Налогоплательщик полагает, что  размер его налоговых обязательств должен быть определен расчетным путём с учетом включения в цену товара таможенной стоимости товара, затрат на транспортную логистику, услуги таможенных брокеров, установку и пуско-наладку приобретенного оборудования.  Данный довод отклонен судами с учетом того обстоятельства, что факт и размер указанных затрат  не подтвержден надлежащими документами для целей применения ст. ст. 169, 171, 172 НК РФ.  Суды обоснованно исходили из того, что при установлении налоговыми органами наличия в рамках заключенных налогоплательщиком сделок обстоятельств, определенных в п. 2 ст. 54.1 НК РФ, объем прав и обязанностей не подлежит определению расчетным путем.

Кроме того, суды установили, что монтаж установки на территории завода ООО "Лукойл-Волгограднефтепереработка" осуществлялся с апреля по декабрь 2018 года не ООО "Техкомплект", а иными организациями - АО "ММУС" и ООО "СИМЕНС". Доводов о том, что  затраты по отношениям с указанными организациями не учтены при расчете налоговых обязательств, не приведено.  

Выводы судов по данному эпизоду  соответствуют правовому подходу, изложенному в Определении ВС РФ  N 309-ЭС20-17277, п. 34 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2021)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 30.06.2021). 

По своей экономико-правовой природе НДС является косвенным налогом на потребление товаров (работ, услуг), взимаемым на каждой стадии их производства и реализации субъектами хозяйственного оборота до передачи потребителю, исходя из стоимости (цены), добавленной на каждой из указанных стадий, и перелагаемым на потребителей в цене реализуемых им товаров, работ и услуг.

Обусловленная природой НДС стадийность взимания данного налога в процессе производства и коммерческой реализации товаров (работ, услуг) предполагает, что использование права на вычет налога покупателем предопределяется непрерывным предъявлением налога по мере движения товаров (работ, услуг) от одного хозяйствующего субъекта к другому (п. 1 ст. 168 НК РФ) и принятием в связи с этим каждым из участников оборота обязанности по уплате в бюджет предъявляемых сумм налога (п. 1 ст. 173 НК РФ). Соответственно, отказ в праве на налоговый вычет может иметь место, если процесс реализации товаров (работ, услуг) не сопровождается соблюдением корреспондирующей этому праву обязанности по уплате НДС в бюджет в денежной форме, на что обращено внимание в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 4 ноября 2004 г. N 324-О.

Таким образом, поскольку применение налогоплательщиками - покупателями вычетов НДС влечет уменьшение размера их налоговой обязанности и является формой налоговой выгоды, обоснованность получения этой выгоды может являться предметом оспаривания по основаниям, связанным со злоупотреблением правом, допущенным лицами, участвующими в обращении товаров (работ, услуг), и подлежит оценке судом с учетом необходимости реализации в правоприменительной практике таких публичнозначимых целей, вытекающих из положений пп. 1 и 3 ст. 3 НК РФ, как поддержание стабильности налоговой системы, стимулирование участников оборота к вступлению в договорные отношения преимущественно с контрагентами, ведущими реальную хозяйственную деятельность и уплачивающими налоги, обеспечение нейтральности налогообложения по отношению ко всем плательщикам НДС, которые действовали осмотрительно в хозяйственном обороте и не участвовали в уклонении от налогообложения.

Как указано в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12 октября 2006 г. N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - постановление Пленума N 53), в признании обоснованности получения налоговой выгоды может быть отказано, если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность (пп. 4 и 9) или в случаях, когда налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом (п. 10).

Принимая во внимание изложенное, к обстоятельствам, подлежащим установлению при оспаривании правомерности применения налоговых вычетов по основаниям, связанным с отсутствием экономического источника для вычета (возмещения) НДС налогоплательщиком-покупателем, помимо данного факта также относится реальность приобретения товаров (работ, услуг) налогоплательщиком для осуществления своей облагаемой налогом деятельности, и то, преследовал ли налогоплательщик-покупатель цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, знал или должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях.

По настоящему делу суды установили, что налогоплательщиком совместно с его контрагентом создана ситуация искусственного увеличения цены приобретенного заявителем оборудования и, соответственно, размера налоговых вычетов по НДС.  При этом разница реальной и завышенной стоимости товара в итоге выведена в Иран. 

В соответствии правовым подходом ВС РФ  при рассмотрении вопроса о том, могут ли негативные последствия указанных действий быть возложены на заявителя,  имеет значение установление факта причастности налогоплательщика к нарушениям, допущенным в процессе обращения товаров (работ, услуг), то есть направленность действий налогоплательщика на получение экономического эффекта за счет непосредственного участия в уклонении от уплаты НДС совместно с контрагентам. При установлении названных обстоятельств само по себе реальное исполнение операций по реализации товаров (работ, услуг) непосредственным контрагентом налогоплательщика ("контрагентом первого звена") не позволяет налогоплательщику-покупателю претендовать на получение налоговой выгоды в отсутствие экономического источника вычета (возмещения) налога.

Вышеназванный подход, выработанный в судебной практике, по существу, не был изменен федеральным законодателем, определившим пределы осуществления прав налогоплательщиками в ст. 54.1 НК РФ (введена Федеральным законом от 18 июля 2017 г. N 163-ФЗ), по смыслу п. 1 которой налогоплательщик отвечает за искажения сведений о фактах хозяйственной деятельности (совокупности таких фактов), в которых он участвовал.

Следовательно, как и ранее, в условиях действующего в настоящее время законодательного регулирования исключается возможность применения налоговых вычетов НДС полностью или в соответствующей части в ситуациях, когда налогоплательщик участвовал в согласованных с иными лицами действиях, направленных на неправомерное уменьшение налоговой обязанности за счет искусственного наращивания стоимости товаров (работ, услуг) без формирования источника вычета (возмещения) налога, или во всяком случае, если ему было известно о действиях иных лиц, уклоняющихся от уплаты НДС в процессе обращения товаров (работ, услуг).

В данном случае суды пришли к выводу, что налоговая выгода в форме завышенного налогового вычета  рассматривалась обществом в качестве самостоятельной неправомерной цели при том, что ее достижение было сопряжено с допущенными нарушениями, организованными с участием самого налогоплательщика. В соответствии с пп. 4 и 9 постановления Пленума N 53 это свидетельствует о необоснованности налоговой выгоды, полученной обществом при применении налоговых вычетов в соответствующей части.

Судом также принимается во внимание правовая позиция, высказанная в определении ВС РФ от 01.11.2021 № 305-ЭС21-15612.  В определении указано, что ВС РФ сформирована судебная практика, состоящая в том, что законодательство о налогах и сборах не допускает возможность извлечения налоговой выгоды налогоплательщиками, которые преследовали цель уменьшения налоговой обязанности за счет организацииформального документооборота с участием «технических» компаний или, покрайней мере, при известности налогоплательщику об обстоятельствах,характеризующих его контрагента как «техническую» компанию. В названных случаях право на вычет фактически понесенных расходов при исчислении налога на прибыль и право на применение налоговых вычетов по НДС может быть реализовано налогоплательщиком, содействовавшим в устранении потерь казны - раскрывшим в соответствии с требованиями подпункта 6 пункта 1 статьи 23, пункта 1 статьи 54 Налогового кодекса сведения и документы,позволяющие установить лицо, осуществившее фактическое исполнение посделке, осуществить его налогообложение и, таким образом, вывестифактически совершенные хозяйственные операции из «теневого»(не облагаемого налогами) оборота (определения Судебной коллегиипо экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от25.01.2021 № 309-ЭС20-17277, от 19.05.2021 № 309-ЭС20-23981). 

Доводы кассационной жалобы не опровергают  законность и обоснованность судебных актов в части  данного эпизода. 

 

По эпизоду применения  пониженной налоговой ставки на основании п. 3 ст. 380 НК РФ в отношении электрических сетей, используемых только для собственных нужд

По данному эпизоду  признано нарушение Обществом положений ст. ст. 374, 375, п. 3 ст. 380 НК РФ, необоснованное применении в 2014 - 2016 гг. при исчислении налога на имущество организаций налоговых ставок согласно п. 3 ст. 380 НК РФ по объектам основных средств, не являющихся линиями энергопередачи и сооружений, являющихся неотъемлемой технологической частью.

По данному основанию начислен налог на имущество организаций в сумме 17 792 284 руб. (в том числе за 2014 в сумме 5 860 386 руб., за 2015 в сумме 7 503 317 руб., за 2016 в сумме 4 428 581 руб.), соответствующие суммы пени и штрафа по п. 1 ст. 122 НК РФ.

Общество применило при исчислении налога на имущество организаций, пониженные налоговые ставки (в 2014 г. - 0,7%, в 2015 г. - 1%, в 2016 г. - 1,3%) в отношении основных средств - трансформаторных подстанций, сооружений кабельной эстакады, сетей электроснабжения, сетей электрооборудования, кабельных линий, здания аппаратной, зданий подстанций, трансформаторов и других объектов, которые квалифицировало в качестве поименованного в Постановлении Правительства Российской Федерации "О перечне имущества, относящегося к железнодорожным путям общего пользования, федеральным автомобильным дорогам общего пользования, магистральным трубопроводам, линиям энергопередачи, а также сооружений, являющихся неотъемлемой технологической частью указанных объектов" от 30 сентября 2004 года N 504 (далее - Постановление N 504) имущества, относящегося к линиям энергопередачи, а также сооружениям, являющимся их неотъемлемой технологической частью.

Отказывая в применении льготы, налоговый орган исходили из того, что в проверяемом периоде Общество осуществляло деятельность по производству и реализации продуктов нефтепереработки; не занималось деятельностью по производству, передаче, продаже и распределению электрической энергии, соответствующих лицензий на данные виды деятельности не имело.

То обстоятельство, что налогоплательщик не являлся поставщиком электроэнергии для сторонних лиц, подтверждается, как установили суды, содержанием договора энергоснабжения от 15.12.2011 N ЭС/П-206/2011-823/2011 по поставке электроэнергии на производственные объекты налогоплательщика, не предусматривающим  подключение сторонних потребителей (транзитных присоединений) к электрическим сетям Общества, информацией Комитета тарифного регулирования Волгоградской области.

Суды установили, что  спорные объекты основных средств не участвовали в процессе передачи электроэнергии сторонним организациям и сторонним конечным потребителям, а основное назначение спорных объектов основных средств связано с обеспечением работоспособности имущественных объектов налогоплательщика, а не с передачей энергии. 

Применив положения п. 3 ст. 380 НК РФ с учетом Перечня имущества, относящегося к указанным объектам, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 30.09.2004 года N 504, суды пришли к выводу об отсутствии у общества права на пониженные налоговые ставки, поскольку   право на применение пониженной ставки законодатель связывает с функциональной принадлежностью и использованием объектов обложения налогом на имущество.

Суды исходили из того, что право на применение пониженной ставки возникает у налогоплательщика при соблюдении одновременно следующих условий: 1) имущество учтено на балансе организации в качестве объектов основных средств, в соответствии с установленным порядком ведения бухгалтерского учета; 2) имущество поименовано в Перечне, утвержденном Правительством Российской Федерации; 3) имущество по своему функциональному предназначению относится к одной из категорий, указанных в п. 3 ст. 380 НК РФ.

Спорные объекты основных средств, по которым налогоплательщиком за 2014 - 2016 применены пониженные налоговые ставки согласно п. 3 ст. 380 НК РФ, оценены как не  относящиеся по смыслу и функциональному назначению к объектам, в отношении которых применяется Постановление Правительства N 504, применительно к нормам п.1 ст. 11 НК РФ и понятий, содержащихся в Федеральном законе от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике" (далее - ФЗ "Об электроэнергетике").

Функциональным назначением объектов, указанных в Перечне, является передача электрической энергии, производимой на электростанциях, потребителям. Объекты, принадлежащие заявителю, к таковым не относятся. Они находятся на территории завода, являющегося опасным производственным объектом; используются Обществом для собственных производственных нужд и не входят в единую национальную электрическую сеть; поставка электроэнергии транзитом в адреса сторонних лиц через объекты основных средств Общества не осуществлялась; Общество не генерирует, не распределяет и не передает электроэнергию, а является конечным потребителем электроэнергии для обеспечения электроэнергией производственных объектов завода.

Выводы судов основаны на представленных сторонами доказательствах, в том числе сделаны с учетом проведенной во время налоговой проверки экспертизы.  Экспертное заключение оценено судами по правилам ст. 71 АПК РФ, при этом отклонены доводы заявителя о ненадлежащем характере данного доказательства.   

Налогоплательщик оспаривает судебные акты по тем основаниям, что судами не приняты во внимание представленные налогоплательщиком доказательства использования спорных  объектов электрических сетей для  поставки электроэнергии в адрес организаций-арендаторов недвижимого имущества ООО "ЛУКОЙЛ-Волгограднефтепереработка", имеющих присоединение к электрическим сетям, принадлежащим ООО "ЛУКОЙЛ-Волгоградненфтепереработка", а также доли электроэнергии, использованной для собственных нужд и переданной третьим лицам в проверяемом периоде.

Поставка электроэнергии на объекты Заявителя осуществляется в рамках договора от 15.12.2011 № ЭС/П-206/11-823/2011, заключенного с ООО "ЛУКОЙЛ-ЭНЕРГОСЕРВИС" (ранее ООО "Торговый дом "Энергосервис") ИНН 5030040730. Далее передача электроэнергии в адрес третьих лиц организаций - арендаторов имущества Заявителя осуществляется с использованием электрических сетей, являющихся собственностью ООО «ЛУКОЙЛ-Волгограднефтепереработка». Общество, являясь «Арендодателем» по договорам аренды имущества, в целях обеспечения нормального функционирования арендуемого имущества обеспечивает «Арендаторов» электричеством, теплом и водой в пределах пропускной способности действующих электрических сетей Общества, тепловой и канализационно-водопроводной систем Общества.

 

Кроме того, Обществом передается электроэнергия  в адрес организаций, имеющих присоединение к электрическим сетям Заявителя (опосредованное присоединение к электрической сети), договорные обязательства на поставку электроэнергии отсутствуют, энергоснабжающей организацией для таких организаций является ООО «ЛУКОЙЛ-Энергосервис».

Данный довод кассационной жалобы повторяет довод, который был ранее  оценен и отклонен при рассмотрении дела. Представленная Обществом таблица, содержащая информацию о количестве электроэнергии, переданной в адрес организаций арендаторов недвижимого имущества ООО "ЛУКОЙЛ-Волгограднефтепереработка", имеющих присоединение к электрическим сетям, принадлежащим ООО "ЛУКОЙЛ-Волгограднефтепереработка", обоснованно не принята судами, так как представленные Обществом доказательства не соотносятся со спорными объектами основных средств, а ряд представленных Обществом договоров аренды заключен на сдачу в аренду имущества, находящееся по иным адресам. В приложениях к данным договорам - в "Перечне основных средств, переданных в аренду" отсутствуют инвентарные номера спорных объектов основных средств. Таким образом, заявитель ссылается на доказательства, признанные судами неотносимыми. 

Налогоплательщик полагает, что судами не проанализировано функциональное назначение спорных объектов основных средств (в понимании, выработанном судебной практикой), не приняты во внимание доказательства того, что указанные объекты предназначены не только для обеспечения собственных нужд Общества, но и для передачи энергии третьим лицам.

Между тем, суды установили, что в отношении спорных объектов неправомерно применять пониженные налоговые ставки, поскольку эти объекты по своему функциональному назначению не могут быть признаны как используемые Обществом для передачи электрической энергии третьим лицам. Общество специальным субъектом электроэнергетики не является, спорные объекты основных средств, хотя и относятся к линиям электропередач, но являются частью электрических сетей для  собственных нужд, в связи с чем  их участие в передаче электрической энергии (в смысле, отличном от придаваемого Законом об электроэнергетике) не подлежит льготному налогообложению, поскольку подобные объекты не относятся к имуществу по смыслу Перечня N 504.

Выводы судов основаны на оценке совокупности представленных  в материалы дела доказательств, в том числе применительно к функциональным особенностям объектов основных средств общества, и соответствуют сложившейся судебной практике (определения ВС РФ от 13 апреля 2020 г. N 305-ЭС20-3942, от 23 октября 2020 г. N 309-ЭС19-19404 и др.). Установив, что общество не является организацией, генерирующей, распределяющей и передающей электро- и/или теплоэнергию (договоров, заключенных между обществом и иными организациями на отпуск электроэнергии нет, так как общество не является энергоснабжающей организацией), а спорное имущество использовалось обществом для собственных нужд, руководствуясь пунктом 3 статьи 380, пунктом 11 статьи 381 НК РФ, положениями Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике" (далее - Закон об электроэнергетике), суды сделали правильный вывод о неправомерности применения обществом предусмотренной пунктом 3 статьи 380 НК РФ льготы по налогу на имущество в отношении спорных объектов.

 

По эпизоду отнесения технологических трубопроводов и газоходов в состав движимого имущества для целей исчисления налога на имущество.

Суды установили, что Общество в нарушение п. 1 ст. 374 НК РФ, п. 1 ст. 375 НК РФ, ст. 376 НК РФ, п. 25 ст. 381 НК РФ в 2014 году неправомерно включило в состав движимого имущества, а в 2015 - 2016 гг. неправомерно применило льготу  по налогу на имущество организаций в отношении объектов основных средств - трубопроводов технологических с инвентарными номерами 002200061036, 002200061819, 002200061766, 002200061741, 002200060840 и газоходов с инвентарным номером 002200060842, что привело к неуплате налога на имущество организаций за 2014 - 2016 гг. в размере 216 000 667 руб. (в том числе за 2014 в размере 5 044 530 руб., за 2015 в размере 33 297 485 руб., за 2016 в размере 177 658 652 руб.), начислению соответствующих сумм пени и штрафа.

В соответствии с п. 1 ст. 373 НК РФ налогоплательщиками налога признаются организации, имеющие имущество, признаваемое объектом налогообложения в соответствии со статьей 374 НК РФ.

Согласно п. 1 ст. 374 НК РФ объектами налогообложения для российских организаций признается движимое и недвижимое имущество (в том числе имущество, переданное во временное владение, в пользование, распоряжение, доверительное управление, внесенное в совместную деятельность или полученное по концессионному соглашению), учитываемое на балансе в качестве объектов основных средств в порядке, установленном для ведения бухгалтерского учета.

Согласно п. 25 ст. 381 НК РФ, с 01.01.2015 от налогообложения освобождаются организации - в отношении движимого имущества, принятого с 1 января 2013 на учет в качестве основных средств, за исключением объектов движимого имущества, принятых на учет в результате: реорганизации или ликвидации юридических лиц; передачи, включая приобретение, имущества между лицами, признаваемыми в соответствии с положениями п. 2 ст. 105.1 НК РФ взаимозависимыми.

В соответствии с пунктом 4 Положения по бухгалтерскому учету "Учет основных средств" ПБУ 6/01 (далее - ПБУ 6/01) Актив принимается организацией к бухгалтерскому учету в качестве основных средств, если одновременно выполняются следующие условия:

- объект предназначен для использования в производстве продукции, при выполнении работ или оказании услуг, для управленческих нужд организации либо предоставления организацией за плату во временное владение и пользование или временное пользование;

- объект предназначен для использования в течение длительного времени, т.е. продолжительностью свыше 12 месяцев или обычного операционного цикла, он превышает 12 месяцев;

- организация не предполагает последующую перепродажу данного объекта;

- объект способен приносить организации экономические выгоды (доход).

При определении характера спорного имущества как движимого или недвижимого суды исходили из положений п. 1 ст. 11 НК РФ, п. 1 ст. 130 ГК РФ и учли, что к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства.  Исходя из представленных доказательств суды, установили наличие у спорных объектов имущества свойств, присущих только объектам недвижимого имущества. Также установлена невозможность перемещения объектов без потери их функционального назначения.  

Так, суды установили, что прокладка технологических трубопроводов произведена надземным способом по эстакадам. Каждый из технологических трубопроводов с инвентарными номерами 002200061819, 002200061766, 002200061741 представляет собой протяженную сеть трубопроводов, соединенных с помощью сварки, имеющих отдельно стоящие, монолитные, железобетонные фундаменты - эстакады, которые сопряжены с бетонными фундаментами посредством анкерных болтов, обеспечивающие трубопроводам стационарность и прочную связь с землей. В соответствии с представленными Обществом "Выписками из единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним, удостоверяющие проведенную государственную регистрацию прав" эстакады являются объектами недвижимости и зарегистрированы в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество, отнесены ООО "ЛУКОИЛ-Волгограднефтепереработка" к недвижимому имуществу, на них исчислен  налог на имущество. В отношении газоходов с инвентарным номером 002200060842 установлено, что это  комплекс сооружений, объединенный общим технологическим процессом Установки прокалки кокса, и взаимосвязанный с другими сооружениями и оборудованием, смонтированный на монолитном железобетонном фундаменте, что обуславливает их неразрывную связь с землей.

Судами также принята во внимание сложившаяся судебная практика, согласно которой технологические трубопроводы на нефтеперерабатывающих заводах неоднократно признавались объектами недвижимости в силу их технических особенностей, уникальности как объекта строительства, и невозможности перемещения таковых в пространстве без причинения несоразмерного ущерба их функциональному назначению (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 11.12.2018 N 305-КГ18-20539 по делу N А40-176218/17-140-2731, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 02.06.2020 N Ф05-6287/2020 по делу N А40-85398/19-20-1574, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 10.02.2017 N Ф05-22491/2016 по делу N А40-98958/16, Решение Арбитражного суда г. Москвы от 30.07.2020 N А40-318087/19-75-5752, определение Верховного Суда Российской Федерации от 16.07.2021 № 305-ЭС21-10787, п. 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2019), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019).

Налогоплательщик приводит в кассационной жалобе  доводы, которые, по его мнению, опровергают правильность выводов судов.  

Трубопроводы и газопроводы не могут быть объединены в единый объект с эстакадами, а являются отдельными объектами учета основных средств. С учетом их функционального назначения их следует объединять с  оборудованием, которое они  обслуживают, и в качестве оборудования классифицировать как движимое имущество. 

Трубопроводы и газоходы Общества представляют собой сборно-разборные конструкции, связующие технологические коммуникации различного оборудования и объектов Общества, соединенные с помощью сварки, расположенные на эстакадах и постаментах. Трубопроводы и газоходы Общества не имеют неразрывной связи с землей, т.к. они проложены над землей и могут быть перемещены на другое место с последующей установкой при сохранении эксплуатационных качеств и проектных характеристик конструктивных элементов без потери технических свойств, технологических функций. Эстакады, постаменты имеют бетонное основание (фундамент), к которым трубопроводы и газоходы закреплены с помощью анкерных болтов. Эстакады и постаменты являются объектами недвижимости и зарегистрированы в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, отнесенные Обществом к объектам облагаемым налогом на имущество. Применительно к трубопроводам и газоходам  отсутствует признак капитальности их возведения.

Трубопроводы и газоходы  не имеют самостоятельного функционального назначения, выполняют вспомогательную функцию по отношению к тем объектам и оборудованию, которые они связывают. 

Как самостоятельный объект недвижимости они не создавались, отдельного разрешения на их строительство и ввод в эксплуатацию не выдавалось. 

По мнению налогоплательщика, трубопроводы и газоходы необоснованно классифицированы как недвижимое имущество. 

Между тем, выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют материалам дела и сложившейся судебной практике. 

Так, по делу А40-318087/19 установлена обоснованность вывода  о неправомерном применении обществом налоговой льготы по налогу на имущество организаций, установленной пунктом 25 статьи 381 НК РФ в отношении объектов технологических трубопроводов в результате их исключения из состава недвижимого имущества.  Суды, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь положениями статей 11, 374, 375, 376, 381 Налогового кодекса, статей 130, 131 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о законности решения инспекции с учетом недоказанности обществом наличия правовых оснований для применения заявленной льготы по налогу на имущество.  При этом суды исходили из того, что спорные объекты в силу отраслевых требований к устройству и безопасной эксплуатации технологических трубопроводов, относятся к сооружениям, спроектированы и смонтированы на специально возведенном фундаменте (эстакадах, постаментах, опорах), наличие которых обеспечивает прочную связь с землей (Определение Верховного Суда РФ от 16.07.2021 N 305-ЭС21-10787 по делу N А40-318087/2019).

В рамках настоящего дела также установлены применительно к п. 1 ст. 11 НК РФ, п. 1 ст. 130 ГК РФ признаки объектов недвижимого имущества. 

Доводы кассационной жалобы налогоплательщика направлены на переоценку выводов относительно классификации спорного имущества как недвижимого, что не входит в полномочия суда  кассационной инстанции.   Неправильного применения положений ст. 130 ГК РФ, ст. 374 НК РФ суд округа не установил. 

Судом округа также принимается во внимание, что согласно п. 31  "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2019)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019), в соответствии с п. 1 ст. 38 и п. 1 ст. 374 НК РФ (в редакции, действовавшей в 2013 - 2015 гг.) возникновение обязанности по уплате налога на имущество организаций связывается с наличием у налогоплательщика движимого и недвижимого имущества, учитываемого на балансе в качестве объектов основных средств в порядке, установленном для ведения бухгалтерского учета.

Таким образом, определенность налогообложения при взимании налога на имущество организаций обеспечивается за счет использования установленных в бухгалтерском учете формализованных критериев признания имущества налогоплательщика (движимого и недвижимого) в качестве соответствующих объектов основных средств.

При этом в отношении объектов основных средств, принятых на учет с 1 января 2013 г. в качестве движимого имущества, установлено исключение из указанной выше обязанности по уплате налога (подп. 8 п. 4 ст. 374 НК РФ, введенный Федеральным законом от 29 ноября 2012 г. N 202-ФЗ, и п. 25 ст. 381 НК РФ, введенный Федеральным законом от 24 ноября 2014 г. N 366-ФЗ).

Правила формирования в бухгалтерском учете информации об основных средствах организации установлены Положением по бухгалтерскому учету "Учет основных средств" ПБУ 6/01, утвержденным приказом Минфина России от 30 марта 2001 г. N 26н (далее - ПБУ 6/01).

Основой классификации объектов основных средств в бухгалтерском учете выступает Общероссийский классификатор основных фондов ОК 013-2014 (СНС 2008), введенный в действие приказом Росстандарта от 12 декабря 2014 г. N 2018-ст, и ранее действовавший Общероссийский классификатор основных фондов ОК 013-94, утвержденный постановлением Госстандарта России от 26 декабря 1994 г. N 359.

 

В соответствии с Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17.05.2021 N 308-ЭС20-23222 по делу N А32-56709/2019 и Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2021 N 308-ЭС21-6663 по делу N А18-1531/2019, сами по себе критерии прочной связи вещи с землей, невозможности раздела вещи в натуре без разрушения, повреждения вещи или изменения ее назначения, а также соединения вещей для использования по общему назначению в сложную вещь, используемые гражданским законодательством (пункт 1 статьи 130, пункт 1 статьи 133, статья 134 Гражданского кодекса), не позволяют однозначно решить вопрос о праве налогоплательщиков на применение рассматриваемой льготы, поскольку эти критерии не позволяют разграничить инвестиции в обновление производственного оборудования и создание некапитальных сооружений от инвестиций в создание (улучшение) объектов недвижимости - зданий и капитальных сооружений. В обоих случаях приобретаемые налогоплательщиком активы до окончания монтажа не имеют прочной связи с землей, а после начала эксплуатации - могут образовывать сложную вещь с объектом недвижимости, разделение которой без разрушения или повреждения становится невозможным или экономически нецелесообразным.

Наличие (отсутствие) сведений об объекте основных средств в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним в силу пункта 6 статьи 8.1 Гражданского кодекса имеет доказательное значение для целей применения подпункта 8 пункта 4 статьи 374 и пункта 25 статьи 381 Налогового кодекса, но также не может использоваться в качестве безусловного критерия для оценки правомерности применения льготы. Это объясняется тем, что вещь является недвижимой либо в силу своих природных свойств (абзац первый пункта 1 статьи 130 Гражданского кодекса), либо в силу прямого указания закона, что такой объект подчинен режиму недвижимых вещей (абзац второй пункта 1 статьи 130 Гражданского кодекса). Государственная регистрация права на вещь устанавливается в целях обеспечения стабильности гражданского оборота и не является обязательным условием для признания ее объектом недвижимости, о чем указано в пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".

С учетом изложенного, принимая во внимание установленное пунктом 6 статьи 3 Налогового кодекса требование формальной определенности налоговых норм, Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации исходит из необходимости использования в данном случае установленных в бухгалтерском учете формализованных критериев признания имущества налогоплательщика (движимого и недвижимого) в качестве соответствующих объектов основных средств.

Правила формирования в бухгалтерском учете информации об основных средствах организации установлены Положением по бухгалтерскому учету "Учет основных средств" ПБУ 6/01, утвержденным приказом Минфина России от 30.03.2001 N 26н (далее - ПБУ 6/01), в соответствии с пунктом 5 которого рабочие и силовые машины и оборудование выделены в отдельный вид подлежащих учету объектов основных средств, отличный от зданий и сооружений.

Основой классификации объектов основных средств в бухгалтерском учете выступает Общероссийский классификатор основных фондов ОК 013-2014 (СНС 2008), введенный в действие с 01.01.2017 приказом Росстандарта от 12.12.2014 N 2018-ст, и ранее действовавший Общероссийский классификатор основных фондов ОК 013-94, утвержденный постановлением Госстандарта России от 26.12.1994 N 359.

   Таким образом,  для целей применения льготы по налогу на имущество объекты основных средств  оцениваются как с точки зрения их свойств и функционального назначения, так и с точки зрения формализованных критериев признания имущества налогоплательщика (движимого и недвижимого) в качестве соответствующих объектов основных средств на основании применения кодов ОКОФ. 

Судами по настоящему делу  проанализированы как функциональное назначение и свойства трубопроводов и газоходов, так и  их классификация для целей учета в качестве основных средств. 

Судами установлено, как следует из материалов дела, на основании нормативных положений Обществом в 2014 - 2016 гг. приняты к учету спорные технологические трубопроводы с кодом ОКОФ 12 0001110 "Трубопроводы технологические", которые относятся к сооружениям подразделу ОКОФ 12 0000000 "Сооружения" согласно ОК 013-94 в редакции, действовавшей на момент принятия спорных объектов к учету.

Суд округа не усматривает оснований для признания  трубопроводов и газоходов  движимым имуществом с учетом  их использования для связи   основных объектов и оборудования исходя  из  определения понятий «сооружения» и «оборудование».

В соответствии с "ОК 013-94. Общероссийский классификатор основных фондов" (утв. Постановлением Госстандарта РФ от 26.12.1994 N 359) к подразделу "Сооружения" относятся инженерно - строительные объекты, назначением которых является создание условий, необходимых для осуществления процесса производства путем выполнения тех или иных технических функций, не связанных с изменением предмета труда, или для осуществления различных непроизводственных функций. Объектом, выступающим как сооружение, является каждое отдельное сооружение со всеми устройствами, составляющими с ним единое целое. К сооружениям также относятся: законченные функциональные устройства для передачи энергии и информации, такие как линии электропередачи, теплоцентрали, трубопроводы различного назначения, радиорелейные линии, кабельные линии связи, специализированные сооружения систем связи, а также ряд аналогичных объектов со всеми сопутствующими комплексами инженерных сооружений.

В то же время к подразделу "Машины и оборудование" относятся устройства, преобразующие энергию, материалы и информацию, т.е. иные объекты основных средств. 

При таких обстоятельствах, суды сделали правильный вывод об отсутствии оснований для применения льготы, установив как функциональное назначение и свойства  спорных основных средств, так и  их классификацию для целей учета. 

Суд округа также принимает во внимание, что по делу А40-176218/2017 (Определение Верховного Суда РФ от 11.12.2018 N 305-КГ18-20539 по делу N А40-176218/2017) оценивалась классификация следующих объектов: "Технологические трубопроводы" инв. N 002200060840 и "Газоходы" инв. N 002200060842. Суды признали, что налогоплательщик необоснованно отнес данные объекты в состав движимого имущества для целей применения льготы по налогу на имущество в 2012 – 2013 гг.   В рамках настоящего дела  указанные объекты также являются спорными. По делу А40-176218/2017 установлено, что  "технологические трубопроводы" и "газоходы" представляют собой объемную линейную строительную систему, изначально проектировались как объекты капитального строительства, объединенные единым технологическим (производственным) процессом (назначением) с иными основными средствами для получения прокаленного кокса, в частности обеспечения взаимосвязи технологических процессов установки прокаливания кокса.

При этом спорные объекты в силу отраслевых требований к устройству и безопасной эксплуатации спроектированы и смонтированы на специально возведенном фундаменте (эстакадах), наличие которого обеспечивает его прочную связь с землей; по своей конструкции объекты не предназначены для последующей разборки, перемещения и сборки на новом месте; перемещение объектов нанесет несоразмерный ущерб их назначению, целостности конструкции, предусмотренной проектной документацией, и результатом данного действия будет возведение исключительно новых объектов со своим назначением и характеристиками.

Учитывая установленные обстоятельства, руководствуясь положениями статей 11, 374 Налогового кодекса, статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации, Положением по бухгалтерскому учету "Учет основных средств" ПБУ 6/01, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", суд пришел к выводу о правомерном отнесении инспекцией объектов основных средств общества к объектам недвижимого имущества и законности доначисления налога на имущество.

С учетом принципа единообразия судебной практики у суда округа не имеется оснований для отмены судебных актов. 

 

По эпизоду привлечения к ответственности по п. 1 ст. 126 НК РФ. 

Общество привлечено к ответственности по п. 1 ст. 126 НК РФ за непредставление следующих копий документов: паспортов на технологические трубопроводы с инвентарными номерами 002200061036, 002200061819, 002200061766, 002200061741 Установки ЭЛОУ-АВТ- 1 и Комплекса ВГО - 4 документа; рабочей документации Установки ЭЛОУ-АВТ-1 - 1 документ; рабочей документации Комплекса ВГО - 1 документ; проектной документации Установки ЭЛОУ-АВТ-1 - 1 документ; проектной документации Комплекса ВГО - 1 документ. Обществу начислен штраф в размере 1600 руб.

Оспариваемое решение налогового органа признано недействительным  в части привлечения к налоговой ответственности в виде штрафа по п. 1 ст. 126 Налогового кодекса Российской Федерации на сумму 400 рублей.

Согласно п. 1 ст. 126 НК РФ непредставление в установленный срок налогоплательщиком в налоговые органы документов и (или) иных сведений, предусмотренных Налоговым кодексом Российской Федерации и иными актами законодательства о налогах и сборах, влечет взыскание штрафа в размере 200 руб. за каждый непредставленный документ.

Суды установили, что по требованиям от 02.04.2018 N 52-17-13/6, от 21.09.2018 N 52-18-13/13 в ходе налоговой проверки у налогоплательщика  было истребовано 8 документов: паспорта на технологические трубопроводы с инвентарными номерами 002200061036, 002200061819, 002200061766, 002200061741 Установки ЭЛОУ-АВТ-1 и Комплекса ВГО - 4 документа; рабочая документация Установки ЭЛОУ-АВТ-1 - 1 документ; рабочая документация Комплекса ВГО - 1 документ; проектная документация Установки ЭЛОУ-АВТ-1 - 1 документ; проектная документация Комплекса ВГО - 1 документ. Установлено, что рабочая и проектная документация, паспорта на технологические трубопроводы, необходимы для проверки обоснованности отнесения Обществом технологических трубопроводов Установки ЭЛОУ-АВТ-1 и Комплекса ВГО в состав движимого имущества, что, в свою очередь, требовалось для правильного расчета налога на имущество.

В ответ на требования Общество запрашиваемые документы не представило  (ответ на требование от 26.04.2018 N 28-5406, ответ на требование от 09.10.2018 N 28-11902), хотя, как установил суд,  они имелись в наличии. 

В рамках проводимых дополнительных мероприятий налогового контроля представителю налогоплательщика было вручено требование от 24.05.2019 N 2.17-13/2доп, которым в т.ч. повторно истребовались технические паспорта на технологические трубопроводы с инвентарными номерами 002200061036, 002200061819, 002200061766, 002200061741 Установки ЭЛОУ-АВТ-1 и Комплекса ВГО.

Письмом от 07.06.2019 N 28-6802 ООО "Лукойл-Волгограднефтепереработка" запрашиваемые документы не представило, выразив при этом готовность  ознакомить налоговый орган с оригиналами паспортов в соответствии с п. 2 ст. 93 НК РФ. Взамен истребуемых документов налогоплательщиком были представлены перечни: ответственных технологических трубопроводов установки ЭЛОУ АВТ-1 КТУППН, ответственных технологических трубопроводов установки производства водорода, ответственных технологических трубопроводов КУПС, ответственных технологических трубопроводов установки МГК, которые не содержат инвентарных номеров.

Отклоняя доводы налогоплательщика в части данного эпизода, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно и правильно применили положения ст.ст. 89, 93, 126 НК РФ. 

В соответствии с п. 12 ст. 89 НК РФ налогоплательщик обязан обеспечить возможность должностных лиц налоговых органов, проводящих выездную налоговую проверку, ознакомиться с документами, связанными с исчислением и уплатой налогов.

При проведении выездной налоговой проверки у налогоплательщика могут быть истребованы необходимые для проверки документы в порядке, установленном статьей 93 настоящего Кодекса.

Ознакомление должностных лиц налоговых органов с подлинниками документов допускается только на территории налогоплательщика, за исключением случаев проведения выездной налоговой проверки по месту нахождения налогового органа, а также случаев, предусмотренных статьей 94 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 93 НК РФ должностное лицо налогового органа, проводящее налоговую проверку, вправе истребовать у проверяемого лица необходимые для проверки документы, в налогоплательщик обязан предоставить имеющиеся у него документы. Документы, которые были истребованы в ходе налоговой проверки, представляются в течение 10 дней  со дня получения соответствующего требования.

Представление документов на бумажном носителе производится в виде заверенных проверяемым лицом копий. Истребуемые документы, составленные на бумажном носителе, могут быть представлены в налоговый орган в электронной форме в виде электронных образов документов (документов на бумажном носителе, преобразованных в электронную форму путем сканирования с сохранением их реквизитов).

В случае необходимости должностное лицо налогового органа вправе ознакомиться с подлинниками документов.

Отказ проверяемого лица от представления запрашиваемых при проведении налоговой проверки документов или непредставление их в установленные сроки признаются налоговым правонарушением и влекут ответственность, предусмотренную статьей 126 настоящего Кодекса.

Ранее представленные в налоговые органы документы (информация) независимо от оснований для их представления могут не представляться при условии уведомления налогового органа в установленный для представления документов (информации) срок о том, что истребуемые документы (информация) были представлены ранее, с указанием реквизитов документа, которым (приложением к которому) они были представлены, и наименования налогового органа, в который были представлены документы (информация).

Судами установлено, что предусмотренная законом обязанность представить  имеющиеся у него документы, необходимые для проверки правильности исчисления и уплаты налога, налогоплательщиком не исполнена, несмотря на неоднократное направление требований. 

Представление налогоплательщиком  информации в табличной форме и виде перечней технологических трубопроводов с указанием  технических характеристик и параметров  правомерно оценено судами как ненадлежащее исполнение  требования о предоставлении документов, поскольку составленные налогоплательщиком таблицы не заменяют  первоисточника информации. 

Доводы Общества о готовности налогоплательщика ознакомить налоговый орган с оригиналами технических паспортов обоснованно отклонены, т.к. также не свидетельствуют об исполнении требования о предоставлении документов, и указанные действия не освобождают от ответственности за непредставление истребуемых документов, установленной п. 1 ст. 126 НК РФ.

Судом был проверен довод Общества о предъявлении налоговому органу по Уведомлению от 28.12.2017 г. N 52-17-13/1у (далее - Уведомление N 52-17-13/1у) о необходимости обеспечения ознакомления с документами, связанными с исчислением и уплатой налогов оригиналов документов, за непредставление копии которых налогоплательщик привлечен к ответственности по п. 1 ст. 126 НК РФ. Установлено, что, как следует из Уведомления N 52-17-13/1у (т. 20 л.д. 5 - 12, т. 23 л.д. 7 (на диске)), в нем отсутствует упоминание о необходимости обеспечения ООО "Лукойл-Волгограднефтепереработка" ознакомления должностных лиц налогового органа с паспортами на технологические трубопроводы с инвентарными номерами 002200061036, 002200061819, 002200061766, 002200061741 Установки ЭЛОУ-АВТ-1 и Комплекса ВГО, рабочей документацией Установки ЭЛОУ-АВТ-1 и Комплекса ВГО, проектной документацией Установки ЭЛОУ-АВТ-1 и Комплекса ВГО.

При таких обстоятельствах суды сделали обоснованный вывод  о правомерном привлечении налогоплательщика к ответственности  по п. 1 ст. 126 НК РФ, скорректировав при этом размер взысканного штрафа. Штраф признан подлежащим взысканию в размере 1200 руб., поскольку размер штрафа, исчисленный исходя из количества непредставленных документов, суд оценил как завышенный. 

Доводы кассационной жалобы в данной части фактически повторяют доводы, заявленные при рассмотрении дела в судах первой и апелляционной инстанций, которые были оценены и обоснованно отклонены судами.  Кассационных оснований для отмены не приведено. 

Процессуальные нарушения, на которые указал заявитель, выразившиеся, по его мнению, в недостаточном исследовании судами существенных для дела обстоятельств и подтверждающих их доказательств, не подтверждаются материалами дела. Судами исследована в полном объеме вся совокупность доказательств, представленных сторонами, поэтому отсутствие в судебных актах ссылки на отдельные доказательства не является существенным и не привело к неправильному разрешению спора. 

Суд кассационной инстанции отклоняет приведенные в кассационной жалобе доводы, поскольку они не опровергают выводы судебных инстанций, а повторяют доводы, которые являлись предметом проверки судами, свидетельствуют о несогласии заявителя с выводами судов, основанными на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, которым дана надлежащая правовая оценка. Несогласие заявителя с их оценкой и иная интерпретация, неправильное толкование им норм закона, не означают судебной ошибки (ст. 71 АПК РФ).

Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (ч. ч. 1, 3 ст. 286 АПК РФ).

Арбитражный суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в обжалуемом судебном акте либо были отвергнуты судами, разрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими (ч. 2 ст. 287 АПК РФ).

Судебными инстанциями правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам.

Доводы жалобы направлены на переоценку выводов суда первой и апелляционной инстанций, что в силу ст. 286 и ч. 2 ст. 287 АПК РФ не допускается при рассмотрении спора в суде кассационной инстанции.

Нарушений судом первой и апелляционной инстанций норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 288 АПК РФ основаниями для отмены судебного акта, не установлено.

 Руководствуясь статьями 284, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

постановил:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 16.03.2021 и  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.09.2021по делу №  А40-78464/2020 –  оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

 

Председательствующий судья                                        Ю.Л. Матюшенкова      

 

Судьи:                                                                                 О.В. Анциферова

 

                                                                                                      А.А. Дербенев