АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ МАРИЙ ЭЛ

424002, Республика Марий Эл, г. Йошкар-Ола, Ленинский проспект 40

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

арбитражного суда первой инстанции

«

Дело № А38-1200/2021

г. Йошкар-Ола

29» июля 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена 22 июля 2021 года.

Полный текст решения изготовлен 29 июля 2021 года.

Арбитражный суд Республики Марий Эл 

в лице судьи Щегловой Л.М.

при ведении протокола и аудиозаписи судебного заседания секретарем ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании дело

по иску Республики Марий Эл в лице Министерства здравоохранения Республики Марий Эл (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к ответчику акционерному обществу «Концерн радиоэлектронные технологии» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании неустойки по государственным контрактам 

с участием представителей:

от истца – ФИО2 по доверенности от 27.01.2021,

от ответчика – ФИО3 по доверенности от 15.01.2021,

УСТАНОВИЛ:

Истец, Республика Марий Эл в лице Министерства здравоохранения Республики Марий Эл, обратился в Арбитражный суд Республики Марий Эл с исковым заявлением к ответчику, акционерному обществу «Концерн радиоэлектронные технологии», о взыскании неустойки и штрафа по государственному контракту №1/9 от 10.04.2020 в общей сумме 1202153 руб. 75 коп., по государственному контракту №2/9 от 15.04.2020 в общей сумме 1044200 руб. 83 коп., по государственному контракту №3/9 от 28.04.2020 в общей сумме 1302820 руб. 15 коп., всего 3549174 руб. 73 коп.

В исковом заявлении приведены доводы о ненадлежащем исполнении ответчиком условий контрактов о передаче товара. В правовом обосновании требований истец сослался на статьи 11, 12, 307, 309, 310, 330 ГК РФ (т.1, л.д. 4-20).

Информация о принятии искового заявления к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Арбитражного суда Республики Марий Эл в сети «Интернет».

Истец в судебном заседании поддержал заявленные требования, полагал, что ответчик допустил нарушение сроков при исполнении обязательства по поставке медицинского оборудования, за которое должна наступить ответственность в виде неустойки и штрафа. По мнению участника спора, за совершенное ответчиком правонарушение истец вправе начислить как пени, так и штраф согласно Федеральному закону от 05.04.2013 №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», поскольку на момент выставления претензии обязательства по государственным контрактам не были исполнены поставщиком в полном объеме, оборудование получателям согласно отгрузочным разнарядкам поставлено не было.

Ответчик в письменном отзыве на иск и в судебном заседании требования не признал. По существу спора пояснил, что надлежащее исполнение по контрактам оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, в связи с чем срок поставки медицинского оборудования необходимо было продлить соразмерно времени, необходимого для устранения препятствий по осуществлению поставки товара. Так, поставщиком указано, что приказом Росздравнадзора №3752 от 12.05.2020 приостановлено применение медицинского изделия «Аппарат искусственной вентиляции легких «АВЕНТА-М», произведенного с 01.04.2020 АО «Уральский приборостроительный завод». Приказ действовал до 06.07.2020. Указанные аппараты АИВЛ являлись предметом спорных государственных контрактов, соответственно в период запрета на их применение отгрузка в адрес ответчика заводом-изготовителем была невозможна. Об этих обстоятельствах сам истец уведомлял поставщика письмом №4133 от 18.05.2020. Кроме того, с 21.07.2020 по 08.12.2020 у завода-изготовителя Росздравнадзором было аннулировано ранее выданное регистрационное удостоверение на предмет госзакупки, а именно: АИВЛ «Авента-М» (новое удостоверение получено лишь 08.12.2020), следовательно, в этот период поставщик также не мог осуществить поставку товара по обстоятельствам, от него не зависящим. Также ответчик возражл против применения к нему двух видов ответственности (неустойки и штрафа) за одно и то же нарушение – за просрочку обязательства по поставке товара. На основании изложенного, просил в иске отказать (т.3, л.д. 39-49, 117-178). 

Рассмотрев материалы дела, исследовав доказательства, выслушав объяснения сторон, арбитражный суд считает необходимым отказать в удовлетворении заявленных требований по следующим правовым и процессуальным основаниям.

Из материалов дела следует, что 10 апреля 2020 года ответчиком, акционерным обществом «Концерн радиоэлектронные технологии» (поставщиком), и истцом, Республикой Марий Эл в лице Министерства здравоохранения Республики Марий Эл, заключен государственный контракт №1/9, по условиям которого поставщик принял на себя обязательство поставить медицинское оборудование (аппараты искусственной вентиляции легких), в количестве и по цене согласно спецификации (приложение №1), являющейся неотъемлемой частью контракта, а заказчик обязался принять и оплатить товар (т.1, л.д.22-39).

Кроме того, истцом и ответчиком заключены контракты на поставку медицинского оборудования №2/9 от 15.04.2020, №3/9 от 28.04.2020 на аналогичных условиях (т.1, л.д. 83-119, 139-156).

Заключенные сторонами соглашения по их существенным условиям являются государственными контрактами на поставку товаров для государственных нужд, по которым в соответствии со статьей 526 ГК РФ поставщик (исполнитель) обязуется передать товары государственному заказчику либо по его указанию иному лицу, а государственный заказчик обязуется обеспечить оплату поставленных товаров.

Контракты оформлены путем составления одного документа с приложениями, от имени сторон подписаны уполномоченными лицами, что соответствует пункту 2 статьи 434 ГК РФ. Таким образом, контракты соответствуют требованиям гражданского законодательства о предмете, форме и цене, поэтому их необходимо признать законными. О недействительности или незаключенности контрактов стороны в судебном порядке не заявляли.

Правоотношения участников сделки регулируются гражданско-правовыми нормами о договоре поставки, содержащимися в статьях 506-522 ГК РФ (пункт 2 статьи 525 ГК РФ), общими нормами о купле-продаже, а также Федеральным законом от 05.04.2013 №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

Из контрактов в силу пункта 2 статьи 307 ГК РФ возникли взаимные обязательства сторон. При этом каждая из сторон считается должником другой стороны в том, что обязана сделать в ее пользу, и одновременно ее кредитором в том, что имеет право от нее требовать (пункт 2 статьи 308 ГК РФ).

Согласно статье 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов.

По правилам пункта 1 статьи 456 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи.

В соответствии с пунктом 1 статьи 457 ГК РФ срок исполнения продавцом обязанности передать товар покупателю определяется договором купли-продажи, а если договор не позволяет определить этот срок, в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 314 настоящего Кодекса.

Согласно пунктам 1-2 статьи 487 ГК РФ в случаях, когда договором купли-продажи предусмотрена обязанность покупателя оплатить товар полностью или частично до передачи продавцом товара (предварительная оплата), покупатель должен произвести оплату в срок, предусмотренный договором, а если такой срок договором не предусмотрен, в срок, определенный в соответствии со статьей 314 настоящего Кодекса. В случае неисполнения покупателем обязанности предварительно оплатить товар применяются правила, предусмотренные статьей 328 настоящего Кодекса.

Из условий заключенных контрактов следует, что стороны достигли соглашения о том, что поставка оборудования будет осуществляться в срок, не позднее 150 (ста пятидесяти) календарных дней с момента поступления 100% предоплаты на расчетный счет поставщика (пункт 5.1) (т.1, л.д. 25, 86, 142). 

Во исполнение контрактов №1/9 от 10.04.2019, №2/9 от 15.04.2019, №3/9 от 28.04.2019 истец перечислил по реквизитам, указанным ответчиком, 100% цену контрактов: в сумме 20482000 руб., в сумме 16534000 руб. и в сумме 21258000 руб., что на основании статьи 71 АПК РФ арбитражный суд признает достоверно доказанным платежными поручениями №520844 от 13.04.2020, №561198 от 17.04.2020, №634256 от 30.04.2020 (т.1, л.д. 41, 102, т.2, л.д.1).

Ответчик факт поступления оплаты по контрактам не оспаривал.

Следовательно, по правилам встречного представления у поставщика (ответчика) возникла обязанность по поставке товара по контрактам не позднее 09.09.2020, 14.09.2020 и 28.09.2020 соответственно.

Между тем участниками спора признается, что поставка медицинского оборудования по государственным контрактам №1/9 от 10.04.2019, №2/9 от 15.04.2019, №3/9 от 28.04.2019 осуществлена с просрочкой. Фактически аппараты искусственной вентиляции легких поставлялись в следующие сроки:

- по контракту №1/9 от 10.04.2019 – 09.11.2020 на сумму 7448000 руб., 10.11.2020 на сумму 1862000 руб., 11.11.2020 на сумму 5586000 руб., 12.11.2020 на сумму 3724000 руб. (т.1, л.д. 43-75); 

- по контракту №2/9 от 15.04.2019 – 15.12.2020 на сумму 7086000 руб., 16.12.2020 на суму 4724000 руб., 17.12.2020 на сумму 4724000 руб. (т.1, л.д. 104-131); 

- по контракту №3/9 от 28.04.2019 – 15.12.2020 на сумму 2362000 руб., 16.12.2020 на сумму 2362000 руб., 17.12.2020 на сумму 16534000 руб. (т.2, л.д. 3-17).

Полагая, что ответчик должен нести ответственность за нарушение сроков поставки товара, заказчик предъявил требование о взыскании неустойки и штрафа по государственному контракту №1/9 от 10.04.2020 в общей сумме 1202153 руб. 75 коп. (неустойка – 178053 руб. 75 коп. + штраф – 1024100 руб.), по государственному контракту №2/9 от 15.04.2020 в общей сумме 1044200 руб. 83 коп. (неустойка – 217500 руб. 83 коп. + штраф – 826700 руб.), по государственному контракту №3/9 от 28.04.2020 в общей сумме 1302820 руб. 15 коп. (неустойка – 239920 руб. 15 коп. + штраф – 1062900 руб.).

По мнению истца, ответчик подлежит привлечению к гражданско-правовой ответственности как в виде штрафа, рассчитанного по пункту 10.10. контрактов, так и в виде неустойки по пункту 10.9 контрактов (т.1, л.д. 28).

Между тем позиция истца о правомерности применения два вида ответственности за одно и то же нарушение обязательства является юридически ошибочной, не соответствующей нормам гражданского законодательства.

Согласно пункту 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

По правилам части 6 статьи 34 Закона №44-ФЗ, в случае просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, заказчик направляет поставщику (подрядчику, исполнителю) требование об уплате неустоек (штрафов, пеней).

Пени начисляются за каждый день просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, и устанавливается контрактом в размере, определенном в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, но не менее чем одна трехсотая действующей на дату уплаты пеней ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных поставщиком (подрядчиком, исполнителем) (пункт 7 статьи 34 Закона о контрактной системе).

Штрафы начисляются за неисполнение или ненадлежащее исполнение поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом. Размер штрафа устанавливается контрактом в виде фиксированной суммы, определенной в порядке, установленном Правительством Российской Федерации (часть 8 статьи 34 Закона о контрактной системе).

Правительством Российской Федерации утверждено постановление от 30.08.2017 №1042 «Об утверждении Правил определения размера штрафа, начисляемого в случае ненадлежащего исполнения заказчиком, неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом (за исключением просрочки исполнения обязательств заказчиком, поставщиком (подрядчиком, исполнителем), и размера пени, начисляемой за каждый день просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательства, предусмотренного контрактом, о внесении изменений в постановление Правительства Российской Федерации от 15 мая 2017 года №570 и признании утратившим силу постановления Правительства Российской Федерации от 25 ноября 2013 года №1063».

Правилами №1042 установлены фиксированные размеры штрафов за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом (пункт 3), в том числе заключенного по результатам определения поставщика (подрядчика, исполнителя) в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 30 Закона о контрактной системе (пункт 4); с победителем закупки (или с иным участником закупки в случаях, установленных федеральным законом), предложившим наиболее высокую цену за право заключения контракта (пункт 5), в случае, когда обязательство, предусмотренное контрактом, не имеет стоимостного выражения (пункт 6).

Таким образом, Законом о контрактной системе предусмотрено два вида ответственности: в виде пени за просрочку исполнения обязательства, предусмотренного контрактом, которая исчисляется исходя из суммы просроченного обязательства и продолжительности такой просрочки, и штрафа, который начисляется за ненадлежащее исполнение иных обязательств, предусмотренных контрактом, размер которого устанавливается в виде фиксированной суммы.

При этом законодательство о контрактной системе намеренно отделяет просрочку исполнения обязательства от иных нарушений подрядчиком обязательств, а также устанавливает специальную ответственность за нарушение исполнения обязательства, которое не имеет стоимостного выражения.

Тем самым не допускается применение штрафа в случаях, когда обязательство исполнено полностью, но с просрочкой. Такая правовая позиция отражена в актах текущей судебной практики (Определение Верховного суда РФ от 15 февраля 2021 года №303-ЭС20-23708, Определение Верховного суда РФ от 10 марта 2021 года №303-ЭС21-650, Определение Верховного суда РФ от 7 июля 2020 года №310-ЭС20-9933, Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 27 апреля 2021 года №Ф01-1589/21 по делу № А28-10302/2020, Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 21 февраля 2019 года по делу № А45-19498/2018). 

Исполнение обязательства по поставке товара осуществляется по общим правилам исполнения обязательства в натуре (статья 308.3 ГК РФ). Такое обязательство по общему правилу действует и после истечения согласованного сторонами срока исполнения до момента фактического его исполнения (пункт 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 г. №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»). Исполнение обязательства в натуре прекращается надлежащим исполнением (статья 408 ГК РФ) либо по инициативе кредитора, заявившего об отказе от принятия исполнения или о расторжении договора с возмещением причиненных должником убытков (статья 396 ГК РФ). 

Поскольку весь товар, обязательный к поставке по условиям государственных контрактов, принят заказчиком, заявлений о нарушении его условий по качеству товара не сделано, то арбитражный суд приходит к итоговому выводу о том, что АО «Концерн радиоэлектронные технологии» не совершало нарушения в виде не поставки или ненадлежащей поставки товара в натуре. Такое правонарушение предполагает доказанность одностороннего неправомерного отказа поставщика от обязательства поставки (статья 310 ГК РФ), следствием чего может быть расторжение контракта по инициативе заказчика либо заявление им отказа от контракта с привлечением к ответственности за не поставку товара. Именно такие признаки правонарушения отражены в пункте 36 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 28.06.2017. 

Однако государственные контракты №1/9 от 10.04.2019, №2/9 от 15.04.2019, №3/9 от 28.04.2019 не расторгались по инициативе заказчика.

Исходя из изложенного, арбитражный суд отклоняет ссылку Министерства здравоохранения Республики Марий Эл на пункт 36 Обзора судебной практики применения законодательства РФ о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 28.06.2017, поскольку в рассматриваемом деле нарушений государственного контракта, помимо просрочки поставки товара, не установлено.

Также закон не связывает возникновение обязанности по уплате штрафа с видом и значимостью товара для заказчика, подобного указания не содержат и спорные государственные контракты.

Таким образом, поставщик, допустивший просрочку поставки товара, но передавший товар в пределах срока действия контракта, не несет ответственность в виде штрафа за отказ от поставки товара, но с него может быть взыскана неустойка в виде пени. Следовательно, требование о взыскании штрафа предъявлено необоснованно и незаконно, поэтому удовлетворению не подлежит.

Арбитражным судом установлено, что между сторонами имеются существенные разногласия в части объективной возможности поставщика передать товары в установленные контрактами сроки.

Так, истец полагает, что при исполнении государственных контрактов отсутствовали какие-либо обстоятельства непреодолимой силы.

Напротив, по мнению поставщика, нарушение сроков поставки товаров произошло по не зависящим от него причинам, ввиду запрета Росздравнадзора на применение аппаратов искусственной вентиляции легких, производителем которых являлось указанное в технических требованиях (приложение №2 к контрактам) АО Уральский приборостроительный завод». 

Оценив доводы истца и ответчика, изучив письменные доказательства по правилам статей 71 и 162АПК РФ, арбитражный суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 3 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по правилам пункта 3 статьи 401 ГК РФ для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный и непредотвратимый при данных условиях характер.

Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях.

Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий. Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей. Наступление обстоятельств непреодолимой силы само по себе не прекращает обязательство должника, если исполнение остается возможным после того, как они отпали.

Материалами дела подтверждается, что предметом по спорным государственным контрактам выступал товар – аппарат искусственной вентиляции легких марки «Авента-М», 2020 года выпуска, страны происхождения Россия, завод-изготовитель – АО Уральский приборостроительный завод» (т.1, л.д. 31, 92, 148). Данные аппараты на территории Российской Федерации изготавливаются только АО «Уральский приборостроительной завод», что следует из письма Росздравнадзора (т.3, л.д. 172). 

В соответствии с приказом Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения (далее - Росздравнадзор) от 12.05.2020 №3752 было приостановлено применение (эксплуатация) аппаратов ИВЛ «Авента-М», производства АО «Уральский приборостроительный завод» (т.3, л.д. 54).

18.05.2020 Министерство здравоохранения Республики Марий Эл письмом №4133 от 18.05.2020, направленным в адрес ответчика, уведомило последнего о наступлении по спорным государственным контрактам обстоятельств непреодолимой силы, возникших в связи с приостановлением Росздравнадзором применения АИВЛ «Авента-М», и о приостановке приемки данного медицинского изделия (т.3, л.д. 53).

Приказом от 06.07.2020 №5666 по итогам проведенных экспертных исследований ФГБУ «ВНИИМТ» Росздравнадзор отменил приостановление применения (эксплуатации) аппаратов АИВЛ (т. 3 л.д. 51-52).

Учитывая изложенное, арбитражный суд соглашается с доводами ответчика о том, что исполнение обязательства в срок по государственным контрактам было объективно невозможно в период с 12.05.2020 по 06.07.2020 (55 дней) при сложившихся обстоятельствах. 

Кроме того, Федеральной службой по надзору в сфере здравоохранения у завода-изготовителя АИВЛ «Авента-М» в период с 21.07.2020 по 08.12.2020 (141 день) было аннулировано регистрационное удостоверение на медицинское изделие, являющееся предметом спорных контрактов, что также явилось обстоятельством невозможности поставки АИВЛ в предусмотренные контрактами сроки, поскольку оборот медицинских изделий без регистрационного удостоверения не допустим, о чем подтвердил и Росздравнадзор в письме №04-28633/21 от 26.05.2021 (т.3, л.д. 172). Аналогичные обстоятельства являлись предметом рассмотрения по делу №5-100-212/2021 об административном правонарушении, в котором постановлением мирового судьи Волгоградской области было прекращено производство в отношении АО «Концерн радиоэлектронные технологии». В судебном акте, вступившим в законную силу, судом сделан вывод об объективной невозможности исполнения обязательств по контракту поставщиком, АО «Концерн радиоэлектронные технологии» по поставке аппаратов искусственной вентиляции легких, производства АО «Уральский приборостроительный завод», марки «Авента-М» в период с 12.05.2020 по 06.07.2020 и с 21.07.2020 по 08.12.2020 (т.3, л.д. 173-176).

Тем самым арбитражный суд приходит к выводу, что в общей сложности по не зависящим от поставщика причинам, являющимися обстоятельствами непреодолимой силы, ответчик не мог исполнять обязательства по поставке товара - АИВЛ в течение 196 дней (с 12.05.2020 по 06.07.2020 и с 21.07.2020 по 08.12.2020), о чем Министерству здравоохранения Республики Марий Эл было известно.

Исходя из положений заключенных между сторонами контрактов, ответчик является ответственным за соблюдение сроков исполнения обязательств по поставке, монтажу, вводу в эксплуатацию и обучению правилам эксплуатации. Поскольку участником отношений, связанных с реализацией контрольно-надзорных функций уполномоченным органом (Росздравнадзором), ответчик не является, соответствующие отношения находятся вне его разумного контроля.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», должник не отвечает перед кредитором за убытки, причиненные просрочкой исполнения обязательств, если причиной просрочки явились обстоятельства непреодолимой силы.

В соответствии со статьёй 431 ГК РФ при толковании условий договора принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.

Из буквального толкования пункта 13.4. контрактов, заключенных между сторонами, следует, что если, по мнению сторон, исполнение контракта может быть продолжено в порядке, действовавшем до возникновения обстоятельств непреодолимой силы, то срок исполнения обязательств по Контракту продлевается соразмерно времени, которое необходимо для учета действия этих обстоятельств и их последствий.

Между тем ответчик письмом от 03.09.2020 №РЭТ-ММ-6337 уведомил истца о том, что на основании пункта 13.4 контрактов исполнение обязательств по контрактам может быть продолжено. Последующие совместные действия ответчика и истца по приемке и вводу в эксплуатацию медицинского оборудования свидетельствуют, что стороны спорных контрактов подтвердили дальнейшее продолжение исполнения контрактов с учетом положений пункта 13.4. контрактов.

Тем самым, по смыслу пункта 13.4 контрактов следует, что срок исполнения обязательства по поставке товара должен быть продлен на время приостановки применения аппаратов ИВЛ (с 12.05.2020 по 06.07.2020), а также на время отсутствия (аннулирования) регистрационного удостоверения у завода-изготовителя на медицинские изделия, составляющие предмет контрактов (с 21.07.2020 по 08.12.2020), всего на 196 дней.

Ответчиком товар был поставлен полностью после устранения препятствий, возникших не по его вине, в следующие сроки:

- по контракту №1/9 от 10.04.2020 – 12.11.2020 (срок по контракту до 09.09.2020);

- по контракту №2/9 от 15.04.2020 – 17.12.2020 (срок по контракту – до 14.09.2020);

- по контракту №3/9 от 28.04.2020 – 17.12.2020 (срок по контракту – до 28.09.2020). 

Учитывая положения статьи 401 ГК РФ, арбитражный суд приходит к итоговому выводу об отсутствии вины ответчика (поставщика) в нарушении сроков поставки аппаратов искусственной вентиляции легких по государственным контрактам.

При таких обстоятельствах правовые основания для удовлетворения исковых требований отсутствуют. 

Разрешая вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины, арбитражный суд учитывает, что истец, не в пользу которого принят судебный акт, освобожден от уплаты государственной пошлины. Соответственно, государственная пошлина по данному делу не взыскивается.

Резолютивная часть решения оглашена в судебном заседании 22 июля 2021 года. Судебный акт в полном объеме изготовлен 29 июля 2021 года, что согласно части 2 статьи 176 АПК РФ считается датой принятия решения.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В иске Республики Марий Эл в лице Министерства здравоохранения Республики Марий Эл (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к акционерному обществу «Концерн радиоэлектронные технологии» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании неустойки и штрафа в общей сумме 3549174 руб. 73 коп. отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Марий Эл.

Судья                                                                                                     Л.М. Щеглова