АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-4508/2023

05 октября 2023 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 03 октября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 05 октября 2023 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Никитина Е.О.

судей Кучеренко С.О., Кушнарева И.Ф.

при участии:

представители участвующих в деле лиц не явились

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО1 – Янова Тимофея Павловича

на определение Арбитражного суда Приморского края от 11.05.2023, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 19.07.2023

по делу № А51-3676/2021

по заявлению финансового управляющего имуществом ФИО1 – Янова Тимофея Павловича

к Рубец Евгению Анатольевичу

о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности 

в рамках дела о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом) 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Приморского края от 28.12.2021 ФИО1 (далее также – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2.

В рамках данного дела о банкротстве гражданина 17.03.2022 финансовый управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании заключенного между ФИО1 и ФИО3 (далее также – ответчик) договора купли-продажи транспортного средства от 01.12.2019 недействительным и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника спорного имущества.

Определением суда от 11.05.2023, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 19.07.2023, в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Не согласившись с определением и апелляционным постановлением, финансовый управляющий ФИО2 в кассационной жалобе просит их отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. По мнению заявителя жалобы, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что сторонами согласована и оплачена по договору купли-продажи от 01.12.2019 стоимость имущества, отличная от 10 000 руб. Полагает, что неучастие Рубец Е.А. в судебном разбирательстве доказывает наличие сговора с ФИО1, поскольку действуя разумно и добросовестно покупатель, который действительно заплатил за автомобиль 200 000 руб., обязательно заявил бы об этом в суде. Пояснения представителя ФИО1 свидетельствуют лишь о том, что должник желает сохранить в силе незаконную сделку, причинившую вред кредиторам. Приводит доводы о том, что на дату совершения сделки ФИО1 отвечал признаку неплатежеспособности, и у него имелась задолженность, превышающая 500 000 руб. не погашенная на протяжении более трех месяцев. Считает, что в рассматриваемом случае существенное занижение цены имущества указывает на косвенную осведомленность покупателя о противоправной цели совершения сделки. Отмечает, что регистрация транспортного средства за ФИО1 по истечении почти двух лет после заключения договора купли-продажи от 01.12.2019 не соответствует нормальному хозяйственному обороту, поскольку бремя уплаты транспортного налога и гражданская ответственность, связанная с эксплуатацией автомобиля, как источника повышенной опасности, лежали на должнике.

Отзывы на кассационную жалобу не представлены.

До начала судебного заседания в суд кассационной инстанции поступило ходатайство представителя финансового управляющего                   ФИО2 об отложении судебного разбирательства по причине невозможности явки, в связи с нахождением в период с 28.09.2023 по 05.10.2023 в г. Москве.

Рассмотрев заявленное ходатайство в порядке статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ, Кодекс), суд кассационной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для совершения данного процессуального действия, поскольку применительно к части 3 статьи 284 и частям 1, 3 статьи 286 Кодекса представитель финансового управляющего не обосновал необходимость личного участия в судебном заседании, в том числе с целью предоставления дополнений к кассационной жалобе, при том, что в самой жалобе отсутствуют доводы, требующие, по мнению суда округа, устных пояснений. Возражения на кассационную жалобу не поступали, иные участники дела о банкротстве и их представители в судебном заседании не присутствовали. Более того, как финансовый управляющий, так и его представитель имели возможность участвовать в рассмотрении кассационной жалобы посредством веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел», но соответствующих ходатайств не заявили.

Кассационная жалоба рассмотрена в порядке статьи 156 АПК РФ в отсутствие участвующих в споре лиц.

Изучив материалы дела, проверив законность определения от 11.05.2023 и постановления от 19.07.2023, с учетом доводов кассационной жалобы, Арбитражный суд Дальневосточного округа считает, что предусмотренные статьей 288 АПК РФ основания для их отмены (изменения) отсутствуют.

Как установлено арбитражными судами и следует из материалов дела, 01.12.2019 между ФИО1 (продавец) и Рубец Е.А. (покупатель) заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец продает транспортное средство «Сузуки Джимни», 1997 года выпуска, государственный регистрационный номер 

<

***> шасси JA22W130790, стоимостью 10 000 руб.

Регистрация транспортного средства за Рубец Е.А. в органах Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации (далее – ГИБДД) осуществлена 26.09.2021.

Ссылаясь на то, что указанный договор заключен по явно заниженной цене и с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов в процедуре реструктуризации долгов гражданина без согласия арбитражного управляющего, также сторонами допущено злоупотребление правом и сделка является притворной, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о признании сделки недействительной по пунктам 1 и 2 статьи 61.2, пункту 5 статьи 213.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьям 10, 168, 170 и пункту 1 статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)

Согласно положениям части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) юридических лиц и граждан рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что отношения, связанные с банкротством граждан, урегулированы главой Х «Банкротство граждан», а также главами I – III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IХ и параграфом 2 главы ХI данного Закона.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

Заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 данного Федерального закона, может быть подано, в том числе финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов (пункт 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, названных в абзацах третьем – пятом пункта 2 данной статьи Закона о банкротстве.

Обосновывая заявленные требования, финансовый управляющий             ФИО2, указал, что регистрация перехода права собственности в отношении спорного транспортного средства осуществлена 26.09.2021, то есть значительно позже даты, указанной в тексте договора купли-продажи (01.12.2019), что свидетельствует о намерении вывести сделку за пределы годичного срока, предусмотренного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Однако, приняв во внимание, что в силу положений статей 130, 218, 223, 458 и 491 ГК РФ право собственности на транспортное средство переходит к покупателю в момент его передачи продавцом, если договором купли-продажи не определен иной момент перехода права собственности, при этом регистрация транспортного средства в ГИБДД не означает возникновения (переход) права собственности на него, а является лишь основанием для допуска к участию в дорожном движении, и носит учетный, а не правоустанавливающий характер, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что оспариваемая сделка совершена 01.12.2019 в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (14.04.2021) и подпадает под период подозрительности, определенный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, что исключает применение при рассмотрении обособленного спора положений пункта 1 статьи 61.2, пункта 5 статьи 213.11 Закона о банкротстве и пункта 1 статьи 173.1 ГК РФ.

Проверка соответствия правоотношений, складывающихся между сторонами сделки, требованиям гражданского оборота с точки зрения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в пунктах 5, 6 и 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63), предполагает установление совокупности обстоятельств, свидетельствующих о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; о фактическом причинении вреда в результате совершения сделки; об осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором – пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность определяется как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга (пункт 3 статьи 19 Закона о банкротстве).

Исходя из разъяснений абзаца четвертого пункта 4 постановления Пленума № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 1 статьи 10 ГК РФ установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Указанная норма устанавливает принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.

Применение статьи 10 ГК РФ возможно при установлении судом конкретных обстоятельств, свидетельствующих о том, что лицо действовало исключительно с намерением причинить вред другому лицу, либо злоупотребило правом в иных формах.

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ ничтожной также является притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 87 и 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Соответственно, особенность доказывания оснований для признания сделки притворной заключается в том, что на заявителе лежит обязанность подтвердить, что воля сторон была направлена не на возникновение правовых последствий, вытекающих из заключенной сделки, а на совершение иной прикрываемой сделки.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, установив, что согласно пояснениям ФИО1 автомобиль «Сузуки Джимни» реализован по цене 200 000 руб., а не за 10 000 руб. как указано в договоре купли-продажи от 01.12.2019, что сопоставимо с его рыночной стоимостью (230 000 руб.), определенной по результатам судебной экспертизы; в соответствии с представленными налоговым органом сведениями о доходах Рубец Е.А. за 2019 год, он имел финансовую возможность уплатить указанную должником стоимость; совершение покупателем действий по страхованию гражданской ответственности как владельца спорного транспортного средства непосредственно после его приобретения свидетельствует об открытом владении ответчиком данным имуществом, при этом подтверждения того, что стороны оспариваемой сделки действовали с единой незаконной целью, в том числе для предотвращения возможного обращения взыскания на имущество, не представлено, суд первой инстанции, с которым согласился апелляционный суд, не усмотрел необходимых условий для признания сделки по отчуждению должником транспортного средства недействительной как подозрительной в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также как притворной (пункт 2 статьи 170 ГК РФ) или как совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 ГК РФ), в связи с чем отказал в удовлетворении требований финансового управляющего.

Оснований не согласиться с выводами судов у кассационной инстанции не имеется.

Довод о том, что регистрация транспортного средства за           ФИО1 по истечении почти двух лет после заключения договора купли-продажи от 01.12.2019 не соответствует нормальному хозяйственному обороту, поскольку бремя уплаты транспортного налога и гражданская ответственность, связанная с эксплуатацией автомобиля, как источника повышенной опасности, лежали на должнике, не принимается судом округа.

Арбитражными судами установлено, что в соответствии с информацией, содержащейся в общедоступном сервисе «Проверить полис ОСАГО», после приобретения транспортного средства Рубец Е.А. заключил договор о страховании автогражданской ответственности, что свидетельствует о переходе автомобиля во владение покупателя.

В свою очередь подтверждения того, что ФИО1 продолжал пользоваться имуществом после его отчуждения по договору купли-продажи от 01.12.2019, а также нес бремя по его содержанию, материалы спора не содержат.

Доводы об отсутствии доказательств согласования и оплаты по договору купли-продажи от 01.12.2019 стоимости имущества, отличной от 10 000 руб.; пояснения представителя ФИО1 о фактической реализации имущества по цене 200 000 руб. свидетельствуют лишь о том, что должник желает сохранить в силе незаконную сделку; в рассматриваемом случае существенное занижение цены имущества указывает на косвенную осведомленность покупателя о противоправной цели совершения сделки, рассмотрены судами обеих инстанций и обоснованно отклонены в силу следующего.

Указание сторонами в тексте договора явно заниженной стоимости отчужденного транспортного средства – 10 000 руб., что является в определенной степени стандартной практикой при заключении договоров соответствующего вида между физическими лицами, не свидетельствует о намерении сторон причинить вред потенциальным кредиторам должника и самому должнику; само по себе заключение договора купли-продажи транспортного средства не противоречит формальным требованиям гражданского законодательства, не содержащего запретов и ограничений относительно указания стоимости отчуждаемого имущества.

В рассматриваемом случае сторонами договора выступили физические лица, которые при покупке транспортного средства исходили из личных нужд.

В такой сделке, при недоказанности взаимосвязи между продавцом и покупателем и наличия у них намерения вывести имущество с целью недопущения обращения взыскания на него, презюмируется основанная на статье 1 ГК РФ добросовестность участников гражданского оборота и совершение ими действий с целью достижения обычных в этих взаимоотношениях целей: для продавца – реализовать имущество за максимально возможную в условиях текущего спроса цену, для покупателя – приобрести имущество с максимально возможным снижением от цены предложения. В случае участия в сделке заинтересованных, взаимосвязанных сторон, либо наличия совместных действий, не соответствующих стандартному поведению обычных участников гражданского оборота,   применяется повышенный стандарт доказывания и указанная презумпция не учитывается.

Каких-либо мотивов, позволяющих усомниться в намерении продавца (должника) получить от реализации имущества его рыночную стоимость, а также допускающих признать договор совершенным без получения встречного исполнения, финансовым управляющим не приведено.

Пояснения, в совокупности с иными обстоятельствами (финансовая возможность ответчика произвести оплату по сделке; фактический переход транспортного средства во владение покупателя), в том числе довода должника о реализации автомобиля по цене 200 000 руб., вопреки позиции финансового управляющего, подтверждают реальность сделки.

При этом отсутствие сведений о том, каким образом продавец (должник) распорядился наличными денежными средствами при подписании договора, заключенного не в предпринимательских целях, при неподтвержденности заинтересованности сторон сделки, не может возлагать на ответчика бремя доказывания данных обстоятельств и относить на него риски их неподтвержденности, учитывая объективную невозможность представления таких документов покупателем (он не должен ими обладать), в отсутствие у него контактов с продавцом, выходящих за рамки договорных взаимоотношений.

В рассматриваемом случае степень добросовестности поведения ФИО1, принявшего исполнение от покупателя в условиях своей неплатежеспособности, подлежит оценке и должна являться предметом судебного контроля при решении вопроса о применении правила об освобождении (неосвобождении) должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, но не может служить основанием для удовлетворения требований об оспаривании указанной сделки при установленных судом фактических обстоятельствах.

Ссылка на то, что неучастие Рубец Е.А. в судебном разбирательстве доказывает наличие сговора с ФИО1, поскольку действуя разумно и добросовестно покупатель, который действительно заплатил за автомобиль 200 000 руб., обязательно заявил бы об этом в суде, несостоятельна, поскольку пассивное поведение участника процесса само по себе не указывает на фактическую аффилированность с должником.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 15.06.2016                                № 308-ЭС16-1475, признаком фактической аффилированности сторон может являться заключение сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка, что в рассматриваемом споре судами не установлено и из материалов дела не следует.

В целом доводы кассационной жалобы не опровергают выводов судов первой и апелляционной инстанций и направлены на переоценку фактических обстоятельств спора, а также представленных в материалы дела доказательств.

Нормы материального права применены судами первой и апелляционной инстанций правильно по отношению к установленным фактическим обстоятельствам. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену определения и постановления по безусловным основаниям, не допущено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты отмене, а кассационная жалоба удовлетворению, не подлежат.

Поскольку финансовому управляющему ФИО2 предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины до рассмотрения кассационной жалобы по существу, с ФИО1 на основании статьи 110 АПК РФ и подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации подлежит взысканию в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 3 000 руб.

Руководствуясь статьями 110, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 11.05.2023, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 19.07.2023 по делу № А51-3676/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб. за рассмотрение кассационной жалобы.

Арбитражному суду Приморского края выдать исполнительный лист.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                           Е.О. Никитин

Судьи                                                                                    С.О. Кучеренко

И.Ф. Кушнарева