ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А28-8284/2018

г. Киров

26 января 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 января 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 января 2021 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Дьяконовой Т.М.,

судейХорошевой Е.Н., Шаклеиной Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

в здании 2ААС: ФИО2, по паспорту,

по вэб-конференции:

от ФИО3 – ФИО4, по доверенности от 15.10.2019,

от ООО «ИТК Эндопринт» – ФИО5, по доверенности от 20.11.2019,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Инновационно-технологическая компания Эндопринт»

на определение Арбитражного суда Кировской области от 02.07.2020 по делу № А28-8284/2018, принятое

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Инновационно-технологическая компания Эндопринт»

к обществу с ограниченной ответственностью «Демьяновские мануфактуры» 

о включении в реестр требований кредиторов, 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Инновационно-технологическая компания Эндопринт» (далее - кредитор, ООО «ИТК Эндопринт») обратилось в Арбитражный суд Кировской области с заявлением о включении в третью очередь реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Демьяновские мануфактуры» (далее – должник, ООО «Демьяновские мануфактуры») требования на сумму 1365000 руб. долга.

В ходе рассмотрения дела кредитор в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отказался от требования в части включения в реестр требований кредиторов должника задолженности по договору субаренды за период с июля 2018 года по июнь 2019 года, просило включить в реестр требований кредиторов должника требования на сумму 585000 руб. задолженности за период с октября 2017 года по июнь 2018 года.

Определением Арбитражного суда Кировской области от 02.07.2020 требования ООО «ИТК Эндопринт» в сумме 585000 руб. долга признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в п.4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п.1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты); в остальной части по заявлению прекращено.

Кредитор, не согласившись с принятым определением, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить и включить требования ООО «ИТК Эндопринт» в сумме 585000 руб. в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Демьяновские мануфактуры».

Как указывает заявитель, суд не учел, что на момент заключения договора субаренды стороны договора не были аффилированными, каждая сторона действовала самостоятельно в своем коммерческом интересе. Фактическое пользование офисом на территории производственной базы по адресу: 

<

...>, принадлежащей ОАО «Калибр», со стороны ООО «Демьяновские мануфактуры» началось еще до предоставления части территории базы в аренду ООО «ИТК Эндопринт». Соответственно, оформление договора субаренды было обусловлено фактическим пользованием должником одним офисным помещением. Так как заявитель не пользовался этим офисом, он и не препятствовал пользованию офисом должнику, рассчитывая на получение прибыли в виде арендной платы в будущем. Никаких мотивов для предоставления компенсационного финансирования ООО «Демьяновские мануфактуры» у заявителя не было. Формальная аффилированность между сторонами договора субаренды через ФИО2 появилась спустя более года с начала арендных отношений (октябрь 2017 года), когда он стал соучастником ООО «ИТК Эндопринт» в ноябре 2018 года. При этом ФИО2, будучи участником ООО «Гипотеза», которой, в свою очередь, принадлежало 99 % уставного капитала ООО «Демьяновские мануфактуры», фактически также не оказывал влияния на деятельность последнего и не контролировал его. Участие в уставном капитале ООО «Гипотеза» носило для ФИО2 исключительно обеспечительный характер для целей получения исполнения по займу, предоставленному должнику ООО «Товары для детей-21» (целевой договор денежного займа № 008/17 от 15.09.2017), гарантией погашения задолженности при появлении крупного инвестора у предприятия, на что он рассчитывал, доверяясь словам фактического бенефициарного владельца должника ФИО6 Суд, признавая формальность участия ФИО2 в ООО «Гипотеза» и его выхода из доли в уставном капитале в последующем, тем не менее, не принимает во внимание то обстоятельство, что возврат доли в сентябре 2019 года был обусловлен именно пониманием того, что обещания об ином инвестировании должника со стороны ФИО6 были обманом, и отсутствием в этом случае интереса для ФИО2 держать для себя этот актив. При заключении договора займа № 008/17 от 15.09.2017 долговые обязательства были обеспечены личным поручительством ФИО6 и его гражданской супруги ФИО7, которой принадлежит земельный участок и элитный особняк в Московской области, а также поручительством ООО «Комплект-Ресурс», ООО «Инвест-Н» и ООО «Гипотеза». Поскольку займ выдавался траншами, на начальном этапе такое обеспечение представлялось достаточным, однако, когда размер суммы долга превысил первоначально оговоренный, встал вопрос о дополнительном обеспечении, в связи с чем и была оформлена сделка-репо в отношении части доли ООО «Гипотеза» (на конец декабря 2017 года сумма долга составляла почти 100 млн. руб.). В ходе судебного разбирательства не было установлено, что ФИО2 принимал участие в управлении делами должника, соответствующих доказательств этому в деле не имеется. То есть отсутствуют данные о том, что ООО «Демьяновские мануфактуры» было подконтрольным ему лицом. Кроме того, суд не учел тот факт, что передача полномочий единоличного исполнительного органа от подконтрольного ФИО6 директора ФИО8 управляющей организации ООО «Прямые инвестиции» была также инициирована ФИО6 по причине дисквалификации ФИО8, и именно ФИО6 продолжал управлять предприятием через ООО «Прямые инвестиции», где он был трудоустроен. Обсуждая перспективы возврата долгов ООО «Демьяновские мануфактуры» с иными кредиторами, ФИО2 действовал не от лица Должника, а как его кредитор. ООО ЧОП «Ястред-Д» и ФИО9 являются лицами, которые действуют по согласованию с фактическим бенефициаром должника ФИО6 с целью исказить фактические обстоятельства дела и исключить кредиторов должника, связанных с ФИО2, из кредиторов третьей очереди. Ссылаясь на разъяснения п.п. 3, 3.3 Обзора как основания для суброгации требований ООО «ИТК Эндопринт», суд не учитывает, что данные основания касаются контролирующих должника кредиторов, однако Заявитель таковым не является и никогда не являлся, в отношении него отсутствуют признаки и условия, установленные ст. 53.1 ГК РФ, ст. 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия, однако ООО «ИТК Эндопринт» не обладало такой возможностью. Доказательств обратного в деле не имеется. При таких обстоятельствах, учитывая разъяснения п. 4 Обзора, понижение очередности удовлетворения требования Заявителя, было бы возможно, если бы кредитором было предоставлено компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица. Однако в данном случае поведение ООО «ИТК Эндопринт» по поводу заключения договора субаренды, продления срока его действия и неистребования долга до истечения срока субаренды было обусловлено поведением ФИО6, который как раз и пользовался арендованным офисом. При этом он неоднократно просил о предоставлении отсрочки по оплате, потому что переговоры с инвесторами не завершены, а модернизация производства, после которой значительно вырастет прибыль предприятия, потребует дополнительное время, показывал различные таблицы с показателями экономического эффекта в виде увеличения выручки до размеров более 20 миллионов в месяц. Именно поэтому, учитывая, что ООО «ИТК Эндопринт» в любом случае арендовало часть производственной базы, а сдача в субаренда не увеличивала его расходы, но давала возможность получить частично возврат арендной платы в будущем, заявитель посчитал возможным и разумным продление срока субаренды с перспективой получения исполнения со стороны должника в будущем. При этом он действовал добросовестно без цели «искусственного» наращивания долга или причинения вреда иным кредиторам должника.

Уполномоченный орган в отзыве на апелляционную жалобу указал, что определение суда первой инстанции от 02.07.2020 вынесено в соответствии с нормами материального и процессуального права, выводы суда основаны на фактических обстоятельствах и подтверждены имеющимися в деле доказательствами, требование о его отмене является необоснованным.

Кредитор ООО ЧОП «Ястреб-Д» в отзыве от 03.09.2020 указал, что ООО «ИТК ЭНДОПРИНТ» (ранее ООО «УК ТЭНДО») было учреждено в 1993 году, одним из учредителей общества являлся ФИО2 С момента основания общества ФИО2 являлся контролирующим лицом общества, несмотря на формальное наличие генерального директора и учредителя ФИО10 ФИО10 являлся специально нанятым ФИО2 для исполнения функций генерального директора, однако на самом деле он никогда не принимал и не принимает самостоятельных решений относительно деятельности общества. Заявление ООО «ИТК ЭНДОПРИНТ» о том, что ФИО2 не принимал решений относительно вопроса по сдаче в аренду должнику офиса, не соответствует действительности. С мая 2017 года ФИО2 финансировал деятельность должника через аффилированные с ним Общества. Так, в мае 2017 года ФИО2 через аффилированное с ним ООО «Хорошая компания» предоставил денежные средства. Договором утверждено, что денежные средства, поступившие в виде займа должны расходоваться на оплату текущей деятельности должника. Более года денежные средства по данному договору не взыскивались, то есть происходило компенсационное финансирование. Являясь бенефициаром должника, ФИО2 принимал все решения по вопросам деятельности должника и именно от его решений зависела очередность выплат по обязательствам и сама возможность в принципе. Кроме того, что ФИО2 является бенефициаром ООО «ИТК ЭНДОПРИНТ», должника, он также является бенефициаром и управляющей компании должника – ООО «Прямые инвестиции». ООО «Прямые инвестиции» было учреждено в 2006 года, с момента его основания и до настоящего времени общество находится под контролем ФИО2 С момента основания общества в 2006 году генеральным директором являлся ФИО11, не принимающий самостоятельных решений и подконтрольный ФИО2 ФИО2 игнорировал невыполнение должником своих обязательств по договору займа и продолжал компенсационное финансирование. Первоначально договор займа № 008/17 был заключен на сумму 68000000 руб. В дальнейшем размер займа был существенно увеличен. Между тем, целесообразность трехкратного увеличения суммы займа вызывает большие сомнения особенно с учетом того, что решение об увеличении суммы займа принималось одним человеком – бенефициаром ООО ТД-21 как займодавца, так и должника как заемщика – ФИО2 Ссылаясь на данный договор, представитель ООО «ИТК ЭНДОПРИНТ» скрывает, что до настоящего времени в материалы дела не представлены выписки со счетов, доказывающих представление займа в пользу должника. Данный факт подтверждает, что выделение денежных средств подконтрольными ФИО2 обществами являлось компенсационным финансированием и не носило характер займа. Ни один из займов, выданных подконтрольными ФИО2 обществами, или обязательства по договорам аренды, в частности договор субаренды с ООО «ИТК ЭНДОПРИНТ», не взыскивались своевременно согласно указанным в договорах условиям, что свидетельствует именно о компенсационном финансировании, а не займах как таковых. Утверждения представителя ООО «ИТК ЭНДОПРИНТ» о том, что договор аренды был экономически выгоден заявителю, не могут быть признаны состоятельными, поскольку ни одного платежа по договору аренды должником не было произведено в течение длительного промежутка времени. ООО УК «ВОСХОД» (100 % участник ФИО2) как юридическое лицо и ФИО2 как физическое лицо являются учредителями и владельцами ООО «Демьяновский завод ДВП», которое было создано 22 августа 2019 года. Данное общество ведет аналогичную производственную деятельность, выпускает аналогичную продукцию (ДВП – древесно-волокнистые плиты), использует те же производственные мощности и ту же промплощадку, перевело туда тот же самый трудовой коллектив, все, что было ранее задействовано в деятельности должника. Заявляемые доводы ФИО2 о том, что он вышел из состава ООО «Гипотеза» и не оказывает на учредителя Должника никакого влияния, не соответствуют действительности. Известно, что в настоящее время генеральным директором ООО «Гипотеза» является ФИО12, он является давним знакомым ФИО2 и нанят последним для формального исполнения обязанностей генерального директора с целью контролируемого участия в деле о банкротстве должника. Просит оставить определение суда первой инстанции без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Временный управляющий в отзыве оставила вопрос об удовлетворении апелляционной жалобы на усмотрение суда.

В дополнениях к отзыву от 02.10.2020 ООО ЧОП «Ястреб-Д» указывает, что заявляемые ФИО2 утверждения о том, что он не контролировал ФИО10 по вопросам деятельности ООО «ИТК Эндопринт» и между ними отсутствует какая-либо согласованность действий, не соответствуют действительности. В сентябре 2017 года ООО «Оптима» выкупило у лизинговой компании ООО «ВСП-ЛИЗИНГ» 3D принтер СonceptLaser, а далее это оборудование было передано на баланс ООО «ИТК Эндопринт». Кроме того, на структуры ФИО2 выкупалось и другое оборудование для ООО УК «Тэндо» (ООО «ИТК Эндопринт»). Из открытых источников информации, а именно с сайта Федеральной Нотариальной палаты (www.reestr-zalogov.ru) известно, что еще в декабре 2017 года между ООО УК «Тэндо» и ООО «Товары для детей 21» был заключен договор залога имущества. ООО УК «Тэндо» передало в залог ООО «Товары для детей 21» дорогостоящий 3D принтер. Являясь 100 % участником Общества-залогодержателя дорогостоящего оборудования, ФИО2 не мог не знать о месте нахождения залога. Поэтому принятие решения об аренде и субаренде помещения у ООО «Калибр» принималось с личным участием ФИО2 как участника владельца-оборудования ООО «Оптима». Таким образом, все взаимоотношения между ООО «ИТК Эндопринт» и должником были урегулированы в январе 2018 года, а на тот момент ФИО2 уже был официально мажоритарным участником ООО «Гипотеза». Кредитор основывает свои требования на договоре субаренды от декабря 2017 года. Договор субаренды помещений был заключен в период, когда ФИО2 имел управляющее воздействие на должника и кредитора.

Из пояснениий ФИО2 следует, что ко включению в реестр заявлена задолженность по договору субаренды за период с октября 2017 года по июнь 2018 года, когда стороны не были аффилированы, и предоставление помещения в аренду не являлось компенсационным финансированием. ФИО2 стал номинальным участником в ООО «Гипотеза» только в январе 2018 года, смена директора в ООО «Гипотеза» на ФИО11 произошла в середине апреля 2018 года, а смена директора ООО «Демьяновские мануфактуры» на управляющую организацию ООО «Прямые инвестиции» - только 29.06.2018. Причем смена руководства должника произошла не в связи с желанием и намерением осуществлять руководство предприятием, а по причине дисквалификации его директора ФИО8 Только после того, как функции исполнительного органа стало выполнять ООО «Прямые инвестиции», то есть после 29.06.2018, появилась возможность получать объективную информацию о положении дел на предприятии должника и оказывать определенное воздействие на его деятельность. До июня 2018 года собрания участников ООО «Гипотеза» с участием ФИО2 не проводились и никакого влияния и управляющего воздействия в отношении ООО «Демьяновские мануфактуры» не было. Соответственно, отношения между ООО «ИТК Эндопринт» и должником по поводу договора субаренды в период до июля 2018 года никак не были связаны с ФИО2  и ни о какой согласованности и подконтрольности не было и речи. Формальная аффилированность между сторонами договора субаренды через ФИО2  появилась только в ноябре 2018 года, когда ФИО2 стал соучастником ООО «ИТК Эндопринт» - то есть спустя более года с начала арендных отношений (октябрь 2017 года). ООО «ИТК Эндопринт» никогда не было лицом, контролирующим ООО «Демьяновские мануфактуры», и предоставление в аренду офиса не было компенсационным финансированием. Заявителю помещение производственной базы было предоставлено арендодателем ООО «Калибр» полностью без возможности выборки отдельных помещений, в том числе, с офисом, который занимали работники Должника. Соответственно, дополнительных расходов в связи с предоставлением этого офиса в субаренду ООО «ИТК Эндопринт» не несло, но предполагало получение дополнительной прибыли после оплаты по договору должником. Приобретение ООО «ИТК Эндопринт» 3D-принтера и передача его в залог ООО «Товары для детей-21» не указывает на контролирующее участие ФИО2 по вопросу заключения и исполнения договора субаренды между заявителем и должником. Это лишь сведения об обычной хозяйственной деятельности двух субъектов предпринимательской деятельности. 

В дополнениях к отзыву от 17.11.2020 ООО ЧОП «Ястреб-Д» указало, что договор аренды офисного помещения, на котором ООО «ИТК ЭНДОПРИНТ» основывает свои требования, является мнимым, по факту представляет собой компенсационное финансирование. Данное требование не подлежит включению в третью очередь реестра требований кредиторов. ФИО2, контролируя деятельность как должника, так и ООО «ИТК ЭНДОПРИНТ», имел возможность прекратить договор аренды, далее – субаренды, однако он не предпринял указанных действий, продолжая компенсационное финансирование должника. За весь период арендных отношений не было внесено ни одного платежа в счет аренды, что подтверждает взаимосвязь компаний и принадлежность должника и ООО «ИТК ЭНДОПРИНТ» к одной группе аффилированных лиц.

Кредитор ФИО3 в письменной позиции просил в удовлетворении апелляционной жалобы ООО «ИТК Эндопринт» отказать, оставить в силе определение Арбитражного суда Кировской области от 11.07.2020 в полном объеме. Указал, что с октября 2017 года по август 2018 года арендная плата по договору субаренды должником не вносилась, при этом сам заявитель, за счет собственных средств производил оплату арендных платежей по договору аренды в пользу ООО «Калибр» (арендодатель). Объяснения заявителя по заверениям должника о крупных инвестициях и реализации продукции не выдерживают никакой критики, на самом деле является корпоративным спором между бывшим и нынешним собственником должника. Денежные средства заявителем не взыскивались, денежными потоками управлял ФИО2 (владелец как должника, так и заявителя), изложенное является ничем иным как компенсационным финансированием должника, как следствие ФИО2 знал и понимал последствия рисков (п. 3.3. Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должник и аффилированных с ним лиц). 

Судебное заседание 09.09.2020 отложено на 05.10.2020.

В соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в составе суда произведена замена судьи Хорошевой Е.Н. в связи с нахождением в отпуске на судью Шаклеину Е.В.

Судебное заседание 05.10.2019 отложено на 19.11.2020, затем на 09.12.2020.

В соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в составе суда произведена замена судьи Кормщиковой Н.А. в связи с нахождением в отпуске на судью Хорошеву Е.Н.

Судебное заседание 09.12.2020 отложено на 18.12.2020, затем на 19.01.2020.

От ООО ЧОП «Ястреб-Д» поступило ходатайство об отложении судебного заседания в связи с болезнью представителя и истребованием дополнительных доказательств.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев заявленное ходатайство, не нашел оснований для его удовлетворения.

Законность определения Арбитражного суда Кировской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, 20.09.2017 между ОАО «Калибр» (арендодатель) и ООО «Управляющая компания Тэндо» (арендатор) заключен договор аренды от №5101 о предоставлении в аренду нежилого Помещение, находящееся в строении № 4, подъезд № 4.3, этаж 1, Помещение № 1.1 (комната 1.1), Подъезд № 4.4, Этаж 1, Помешение № 1.1, (комнаты 1.1.1-1.1.4), расположенном по адресу 

<

...>. Общая площадь Помещения составляет 411,1 кв.м. (л.д.48 1.1).

В соответствии с приложением №1 к договору, срок аренды составляет период с 21.09.2017 по 31.08.2018. Фиксированная часть арендной платы определяется как произведение количества квадратных метров арендуемой площади помещения и стоимости 1 кв.м. – 6000 руб. в год.

13.12.2017 между ООО «Управляющая компания Тэндо» (арендатор) и ООО «Демьяновские мануфактуры» (субарендатор) подписан договор субаренды № 007/17, по условиям которого арендатор предоставляет субарендатору во временное возмездное  пользование (в аренду) часть нежилого помещения №1.1.1, общей площадью 42,5 кв.м., находящееся в строении №4, подъезд №4.4, этаж 1, расположенном по адресу г. Москва, ул. Годовикова,9, а также право пользования помещениями 1.1.3, 1.1.4 (л.д.- т.1).

 В пункте 1.3 договора указано, что договор заключен с письменного  согласия Арендодателя - ОАО «Калибр», которому данное помещение принадлежит на праве собственности. 

Согласно Приложению № 1 к договору срок аренды определен сторонами с 01.10.2017 по 31.08.2018; размер фиксированной части арендной платы установлен в размере 65000 руб. ежемесячно.

Решением единственного участника общества от 08.02.2018 №37 ООО «УК Тэндо» переименовано в ООО «ИТК Эндопринт».

Определением арбитражного суда от 18.07.2018 принято к производству заявление о признании ООО «Демьяновские мануфактуры» несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Кировской области от 24.10.2019 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО13 

В связи с неисполнением субарендатором обязанности по оплате арендной платы ООО «ИТК Эндопринт» обратился в арбитражный суд с заявлением о включении требования на сумму долга в реестр требований кредиторов должника.

Суд первой инстанции, рассмотрев заявленные требования, пришел к выводу о реальном характере сделки, фактическом использовании должником арендованных помещений. Между тем, суд счел заявленное требование подлежащим включению в очередь, предшествующую распределению ликвидационной квоты, поскольку установил, что, ООО «Демьяновские мануфактуры», ФИО2, ООО ИТК «Эндопринт» являлись аффилированными лицами. Согласно бухгалтерским балансам за 2017-2019гг. деятельность должника была убыточна с 2017 года, фонд недвижимого и особо ценного движимого имущества отсутствовал, при анализе бухгалтерского баланса за 2015-2017г.г. наблюдается тенденция к ухудшению финансовых показателей, увеличению кредиторской и дебиторской задолженности, расшифровка дебиторской задолженности, сведения о ее ликвидности отсутствуют. Несмотря на это заявитель передает помещение, за которое сам уплачивает арендную плату, в субаренду должнику. Суд указал, что непринятие мер по взысканию задолженности, продление срока действия договора при наличии долга нехарактерно для взаимоотношений экономически независимых друг от друга субъектов предпринимательской деятельности, в связи с чем признал требования ООО «ИТК Эндопринт» в сумме 585000 руб. долга в отношении ООО «Демьяновские мануфактуры» обоснованными и подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ.

Исследовав материалы дела и дополнительно представленные суду апелляционной инстанции документы, изучив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, заслушав представителей лиц, участвующих в деле суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, исходя из нижеследующего. 

В соответствии с пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление от 22.06.2012 № 35) в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Кодекса, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований, также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования, само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность. Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга.

В рассматриваемом случае в обоснование заявления о включении требования в реестр требований кредиторов должника заявитель указал на неисполнение должником обязанности по уплате арендной платы по договору субаренды от 13.12.2017.

Суд первой инстанции, сославшись на представленные в материалы дела акты к договору субаренды за спорный период, подписанные обеими сторонами, уведомление о постановке на учет в налоговом органе обособленного подразделения должника от 13.05.2016, штатное расписание названного подразделения, трудовые договоры с сотрудниками, в которых указано на исполнение трудовых обязанностей в офисе г. Москвы, электронную выгрузку о предоставлении доступа на территорию офиса ФИО14, ФИО15 за период с октября 2017 года по июль 2018 года, пришел к выводу о реальном характере сделки, фактическом пользовании должником арендуемым помещением.

Суд апелляционной инстанции согласен с данным выводом суда первой инстанции, поскольку он соответствует материалам дела.

Вместе с тем в ходе рассмотрения требования суду первой инстанции были заявлены возражения, в которых кредитор ООО ЧОП «Ястреб-Д» должника сослался на аффилированность должника и кредитора, указал, что обстоятельства заключения и исполнения договора свидетельствуют о признаках корпоративного финансирования, поскольку арендодатель, не принимающий мер к истребованию в разумный срок задолженности, продолжающий сдавать имущество в аренду после наступления имущественного кризиса, по существу осуществляет корпоративное финансирование.

По мнению кредитора с 2017 года контролирующим должника лицом и его конечным бенефициаром являлся ФИО2 Кроме того, ФИО2 осуществлял контроль над ООО «ИТК Эндопринт».

Суд первой инстанции согласился с данными доводами и при вынесении обжалуемого определения сослался на разъяснения, изложенные в пунктах 3, 3.3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор), согласно которым требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса. 

Действительно, в силу разъяснений, изложенных в пункте 3.3 выше названного Обзора, разновидностью финансирования по смыслу п. 1 ст. 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (п. 1 ст. 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (п. 1 ст. 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (п. 1 ст. 614 ГК РФ) и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (ст. 65 АПК РФ).

Как указано в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53), по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (п. 3 ст. 53.1 ГК РФ, п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве). Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. 

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2019 № 305-ЭС18-17629(2) указано, что «необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих конечных бенефициаров является наличие у него фактической возможности давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия подконтрольных организаций». 

Таким образом, признаком контроля со стороны того или иного лица (наряду с формальной аффилированностью) может выступать фактическая возможность определять действия должника и давать указания, обязательные к исполнению должником. Более того, в практике судов одним из наиболее распространенных критериев, по которым устанавливается факт контроля лица над должником, является именно их неформальная связь и возможность лица влиять на деятельность должника, используя иные механизмы, нежели корпоративное участие.

В рассматриваемом случае выписки из ЕГРЮЛ свидетельствуют о том, что участником ООО «Демьяновские мануфактуры» с 30.07.2015 является ООО «Гипотеза» (99% доли). ФИО2 стал одним из участников ООО «Гипотеза» с 15.01.2018 (на данный момент участники: с 16.03.2018 - ФИО16 (49%), с 04.05.2018 - ТОО «Руслесэкспорт» (42%), с 25.09.2019 -ФИО12 (9%)).

Таким образом, ФИО2 на момент начала субарендных отношений между должником и кредитором (октябрь 2017г.), а также на момент заключения договора субаренды (13.12.2017) не являлся контролирующим должника лицом.

Наличие с 15.09.2017 заемных отношений между должником и ООО «Товары для детей-21» (100% участником которого ФИО2 стал после июня 2018 года) само по себе не свидетельствует о наличии у ФИО2 возможности давать в спорный период обязательные для исполнения указания ООО «Демьяновские мануфактуры».

Владельцем 100% доли в уставном капитале ООО «УК Тэндо» (после переименования ООО ИТК «Эндопринт») и руководителем являлся ФИО10 ФИО2 являлся контролирующим  ООО ИТК «Эндопринт» лицом с 10.11.2018 (лично с долей участия 36% и через ООО «УК Восход» - доля 24%). Таким образом, осуществление ФИО2 контроля над ООО «ИТК Эндопринт» в спорный период путем участия в уставном капитале общества не подтверждено материалами дела.

Материалы дела не свидетельствуют об осуществлении ФИО2 фактического контроля за деятельностью ООО «ИТК Эндопринт» через руководителя общества ФИО10 Факт работы как ФИО2, так и ФИО10 в ООО «Товары для детей-21» свидетельствует лишь об аффилированности данных лиц по отношению друг к другу и, соответственно, об афилированности с ООО ИТК «Эндопринт», но не свидетельствует о подконтрольности ФИО10 ФИО2

Однако само по требование аффилированного по отношению к должнику лица не свидетельствует о наличии оснований для отказа во включении в реестр требовании кредиторов либо для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющихся корпоративными.

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.08.2020 № 305-ЭС20-8593 само по себе нахождение в реестре требований кредиторов аффилированного с должником лица не влечет для независимых кредиторов негативных последствий и не является противозаконным.

Кроме того, сделав вывод о том, что, не взыскивая задолженность по арендным платежам, кредитор предоставил должнику финансирование в условиях тяжелого имущественного положения, суд первой инстанции не учел следующее.

 Имеющийся в материалах дела о банкротстве бухгалтерский баланс должника на 31.12.2018, который не содержит отметки налогового органа о принятии баланса, свидетельствует о наличии у должника по итогам 2017 года  активов на сумму 396212 тыс. руб., в том числе основных средств на сумму 49601 тыс.руб, оборотных активов на сумму 346570 тыс. руб. В тоже время обязательства должника составляли 391829 тыс. руб. Предприятие имело нераспределенную прибыль на сумму 10744 тыс. руб. 

Полученные судом апелляционной инстанции из открытого источника данные о бухгалтерской отчетности должника (по данным ФНС и Росстата) свидетельствуют о наличии у должника по итогам 2017 года активов на сумму 545525 тыс. руб., пассивов на сумму 428049 тыс. руб. Нераспределенная прибыль – 11901 тыс. руб. 

Таким образом, материалами дела не подтверждено, что на момент заключения договора цессии должник находился в состоянии имущественного кризиса, что само по себе исключает необходимость дофинансирования должника.

Учитывая изложенное, вывод суда первой инстанции в части признания требования кредитора подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты) не соответствует обстоятельствам дела, что в силу пункта 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены определения суда первой инстанции в обжалуемой части и включения требования ООО «ИТК Эндопринт» в третью очередь реестра требований кредиторов в размере 585000 руб. 

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 2), 270 (пункт 3 части 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Кировской области от 02.07.2020 по делу № А28-8284/2018 в обжалуемой части отменить.

Абзац первы й резолютивной части определения изложить в следующей редакции:

«Требования общества с ограниченной ответственностью «Инновационно-технологическая компания Эндопринт» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в сумме 585000 руб. задолженности признать обоснованными и включить в третью очередь реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Демьяновские мануфактуры» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)».

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Кировской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий

Т.М. Дьяконова

Судьи 

Е.Н. Хорошева

Е.В. Шаклеина