СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск                                                                                       Дело № А27-2317/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 10 мая 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 16 мая 2023 года. 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего                                       Иванова О.А., 

судей                                                                       Дубовика В.С.,         

                                                                                 ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2 с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 (№07АП-2875/2023(1)) на определение от 28.02.2023 Арбитражного суда Кемеровской области по делу №А27-2317/2021 (судья Гречановская О.В.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Сельскохозяйственное предприятие «Степь» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, юридический адрес: 653206, Кемеровская обл., Прокопьевский р-он, 

<

...>), принятое по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3.

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО3: ФИО4 (доверенность от 21.03.2022);

иные лица, участвующие в деле, не явились,  надлежащее извещение. 

 

УСТАНОВИЛ:

решением суда от 09.04.2021 (резолютивная часть объявлена 08.04.2021) должник - общество с ограниченной ответственностью Сельскохозяйственное предприятие «Степь», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, юридический адрес: 653206, Кемеровская обл., Прокопьевский р-он, 

<

...> (далее - ООО СХП «Степь», должник), признан несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника, открыто конкурсное производство. Определением суда от 09.04.2021  конкурсным управляющим должника утверждена ФИО5.

Определением от 12.04.2022 производство по делу о банкротстве должника приостановлено до вступления в законную силу определения о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя ООО СХП «Степь» - ФИО3 (далее - ФИО3, ответчик). 

Определением от 28.12.2021 заявление конкурсного управляющего принято к производству.

В ходе судебного разбирательств требования конкурсного управляющего неоднократно уточнялись. С учетом последнего уточнения конкурсный управляющий просит привлечь бывшего директора ООО СХП «Степь» ФИО3 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ООО СХП «Степь» в размере:

1.                  5 393 186,25 рублей требований МИФНС, включенных в реестр требований кредиторов, 41 465,10 рублей требований МИФНС по текущим обязательствам, а также в размере суммы 41 675,29 подлежащей удовлетворению после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов (по основаниям, предусмотренным ст.61.11 Закона о банкротстве).

2.                  4 155 630,54 рублей требований МИФНС, включенных в реестр требований кредиторов, а также в размере суммы 41 675,29 рублей подлежащей удовлетворению после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов (по основаниям, предусмотренным ст. 9 и ст. 61.12 Закона о банкротстве).

Уточнение заявленных требований принято судом в соответствии с положениями ст.49 АПК РФ.

Определением от 28.02.2023 Арбитражного суда Кемеровской области суд удовлетворил заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 частично. Привлек к субсидиарной ответственности ФИО3 по основанию, предусмотренному пунктом 1 статьи 61.12 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Взыскал с ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 

<

...>, зарегистрированного по адресу: п. Кольчегиз Прокопьевского района Кемеровской области - Кузбасса, ул. Энтузиастов, д.2 в пользу ФНС России 4 155 630,54 рублей. В удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» отказал. Взыскал с ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 

<

...>, зарегистрированного по адресу: п. Кольчегиз Прокопьевского района Кемеровской области - Кузбасса, ул. Энтузиастов, д.2 в пользу общества с ограниченной ответственностью Сельскохозяйственное предприятие «Степь», ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, юридический адрес: 653206, Кемеровская обл., Прокопьевский р-он, 

<

...> в размере 939 000 рублей, судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей.

Сохранил обеспечительные меры, наложенные определением суда от 14 марта 2022 года до момента исполнения определения.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО3 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит признать недействительным определение Арбитражного суда Кемеровской области по делу №А27-2317/2021 от 28.02.2023, в полном объеме; отказать в удовлетворении заявленных требований конкурсного управляющего должника ФИО5 о привлечении бывшего генерального директора ООО СХП «Степь» ФИО3, к субсидиарной ответственности.

В обоснование апелляционной жалобы ссылается на пропуск срока исковой давности на подачу заявления. Указывает на незаконное взыскание убытков с руководителя. 

В порядке статьи  262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации от уполномоченного органа поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы ФИО3. По тексту отзыва опровергаются доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

В судебном заседании представитель ФИО3 поддержал апелляционную жалобу. Судебный акт обжалует в полном объеме. Указал, что суд первой инстанции не полностью исследовал обстоятельства дела. Подано уточненное исковое заявление в Прокопьевский районный суд об установлении факта утраты движимого имущества (копия заявления приобщена к материалам дела в судебном заседании 10.05.2023 на основании заявленного представителем апеллянта ходатайства). Следовало приостановить производство по делу. Имущество утрачено не по вине ФИО3 Автомобиль сгорел, тракторы проданы для расчетов с кредиторами. Банкротство наступило в 2018 году с выходом участников. 

Представителем апеллянта заявлены ходатайство о приостановлении производства по делу и отложении судебного разбирательства. 

Рассмотрев ходатайство о приостановлении производства по апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции отказывает в его удовлетворении в силу следующего.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации (например, Определение от 28.05.2020 N 1246-О, от 25.10.2018 N 2683-О), пункт 1 части 1 статьи 143 АПК РФ направлен на сокращение возможностей для существования противоречащих друг другу судебных актов, тем самым обеспечивает действие принципа правовой определенности и является гарантией законности и обоснованности судебных актов арбитражных судов. При этом разрешение вопроса о необходимости приостановления производства по делу осуществляется арбитражным судом в каждом конкретном случае на основе установления и исследования фактических обстоятельств дела.

В силу пункта 1 части 1 статьи 143 АПК РФ арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого арбитражным судом, судом общей юрисдикции.

По аналогии закона, арбитражный суд обязан приостановить производство по апелляционной жалобе в случае невозможности ее рассмотрения до разрешения иных процессуальных вопросов в рамках иного дела.

По смыслу названной нормы арбитражный суд обязан приостановить производство по делу при наличии совокупности двух условий: если в производстве соответствующего суда находится дело, связанное с тем, которое рассматривает суд; если это дело имеет существенное значение для выяснения обстоятельств, устанавливаемых судом по отношению к лицам, участвующим в настоящем деле.

Согласно части 9 статьи 130 АПК РФ в случае, если арбитражный суд при рассмотрении дела установит, что в производстве арбитражного суда находится дело, требования по которому связаны по основаниям их возникновения и (или) представленным доказательствам с требованиями, заявленными в рассматриваемом им деле, и имеется риск принятия противоречащих друг другу судебных актов, арбитражный суд может приостановить производство по делу в соответствии с пунктом1 части 1 статьи 143 настоящего Кодекса.

Согласно указанной норме обязанность приостановить производство по делу связана не с фактом наличия в производстве суда другого дела, а с невозможностью рассмотрения арбитражным судом спора до принятия решения по другому делу (определение Верховного Суда Российской Федерации от 22.10.2019 по делу № 305-ЭС19-8916).

В данном случае объективной невозможности рассмотрения настоящего дела, судом апелляционной инстанции не установлено. Суд апелляционной инстанции отмечает, что лица, участвующие в деле, не были лишены возможности представить все доказательства, связанные с обстоятельствами утраты имущества, рассматриваемыми в суде общей юрисдикции, в материалы настоящего обособленного спора. Суд апелляционной инстанции с учетом заявленных требований суд не лишен возможности установить фактические обстоятельства дела и дать им оценку по существу самостоятельно, без учета результатов рассмотрения гражданского дела. При этом в случае вынесения того или иного судебного акта судом общей юрисдикции стороны вправе обратиться с заявлением о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся или новым обстоятельствам. 

Таким образом, оснований для удовлетворения ходатайства о приостановлении производства по апелляционной жалобе не имеется.

Рассмотрев ходатайство об отложении судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции отказывает в его удовлетворении в силу следующего.

Согласно частям 3 и 4 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд по ходатайству лица, участвующего в деле и извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными либо признает, что дело не может быть рассмотрено в данном судебном заседании в связи с необходимостью предоставления отсутствующим участником процесса дополнительных доказательств.

Согласно пункту 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что лица, участвующие в деле, в том числе уполномоченный орган, о дате и времени судебного заседания извещены надлежащим образом. В случае неявки  в судебное заседание стороны принимают на себя все риски, связанные с возможным заявлением новых доводов и представлением новых доказательств. 

Неявка в судебное заседание лица, участвующего в деле, надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного разбирательства, не может служить препятствием для рассмотрения дела в его отсутствие.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения ходатайства об отложении судебного разбирательства по апелляционной жалобе.

Иные участвующие в деле лица, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав представителя апеллянта, проверив в соответствии  со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность обжалуемого определения, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Суд апелляционной инстанции исходит из того, что конкурсным управляющим заявлены требования о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по пункту 1 статьи 61.12, пункту 1 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходил из того, что требования законны и обоснованы.

Заявитель апелляционной жалобы ссылается на пропуск кредитором – уполномоченным органом срока исковой давности на подачу заявления о привлечении руководителя к субсидиарной ответственности.

 Вместе с тем заявителем по настоящему обособленному спору является не кредитор - уполномоченный орган, а конкурсный    управляющий,    утвержденный    определением            суда    08.04.2021 ФИО5, являющаяся членом Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Дело».

В соответствии с положениями пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности. В случае пропуска срока на подачу заявления по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом, если не истекло два года с момента окончания срока, указанного в абзаце первом настоящего пункта.

Согласно пункту 59 Постановления Верховного суда Российской Федерации №53 от 21.12.2017 г., «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности). Если в ходе рассмотрения обособленного спора (дела) будет установлено, что какой-либо из кредиторов узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к ответственности до того, как об этом объективно могли узнать иные кредиторы, по заявлению контролирующего должника лица исковая давность может   быть   применена   к   части   требования   о   привлечении   к   субсидиарной ответственности, приходящейся на такого информированного кредитора (пункт 1 статьи 200 ГК РФ, абзац первый пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (например, ранее введения первой процедуры банкротства, возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, прекращения производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом).

Как следует из материалов дела, решение о признании должника несостоятельным (банкротом) по упрощённой процедуре отсутствующего должника объявлено 08.04.2021, открыто конкурсное производство.

Заявление о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности подано конкурсным управляющим 23.12.2021.

Таким образом, срок на подачу заявления о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим не пропущен, оснований для отказа в удовлетворении заявленных им требований в связи с пропуском срока исковой давности судом не установлено.

Несогласие подателя апелляционной жалобы с порядком исчисления срока исковой давности, иное толкование закона не означает допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждает нарушений судом норм права.

В соответствии со статьей 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в том числе в случае, если:

-      удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

-      обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должник;

-      должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Если в течение этого срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве.

Судом апелляционной инстанции установлено неисполнение руководителя должника - ФИО3 обратиться с заявлением о несостоятельности предприятия в установленный законом срок, что является основанием для его привлечения к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным частью 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Выводы суда соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

Так, согласно нотариально оформленным заявлениям участников ООО СХП «Степь» от 28.02.2017 ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 о выходе из состава участников ООО «СХП «Степь» с выплатой действительной стоимости доли или выдаче в натуре имущества такой же стоимости (т.8 л.д.12-21). Протоколом общего собрания ООО СХП «Степь» от 01.03.2017 доли с уставном капитале общества распределены следующим образом: ФИО3 - 91% с 05.04.2017, ФИО3 - 9% с 16.09.2008.

Таким образом, ФИО3 с 05.04.2017 является единственным участником ООО СХП «Степь».

Исходя из положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации (определение Верховного Суда РФ от 31.03.2016 №309-ЭС15-16713).

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 г. №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление Пленума ВС РФ №53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Устанавливая дату возникновения объективного банкротства должника, суд первой инстанции исходил из следующих обстоятельств, подтвержденных материалами дела. 

Суду представлено решение независимого третейского суда ООО «Арбитр» от 11.06.2014, которым удовлетворены требования ОАО «Российский Сельскохозяйственный банк» о солидарном взыскании с ИП ФИО3, ФИО11, ООО СХП «Степь» в пользу АО «Россельхозбанк» задолженность по кредитному договору 

<

***> от 21.09.2010 в размере                                4 577 327,84 рублей, обращено взыскание на предметы договоров о залоге сельскохозяйственных животных, подлежащих индивидуальному учёту, а также сельскохозяйственных животных как товаров в обороте с установлением их начальной продажной стоимости и определении способа реализации предметов залога путём продажи на публичных торгах.

Из указанного решения третейского суда следует, что на 11.04.2014 у должника имелась просроченная задолженность по кредитному договору 

<

***> от 21.09.2010 в размере просроченного основного долга в размере 626 363,15 рублей, просроченных процентов в размере 270 670,98 рублей.

На основании выданного арбитражным судом Кемеровской области исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда подразделением службы судебных приставов было возбуждено исполнительное производство №156121/18/42019-ИП, которое окончено постановлением от 14.07.2020 в связи с отсутствием имущества должника, на которое могло быть обращено взыскание.

Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 03.06.2019  по делу №А27-15263/2018 ФИО3 дисквалифицирован за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 5.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Срок дисквалификации составлял с 26.06.2019 по 25.12.2019.

Основанием для привлечения ФИО3 к административной ответственности являлось его неисполнение обязанности как руководителя ООО СХП «Степь» по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

При рассмотрении указанного дела о привлечении ФИО3, к административной ответственности было установлено, что Межрайонной ИФНС России №11 по Кемеровской области в ходе проведенных мероприятий было установлено, что по состоянию на 07.02.2018 за ООО СХП «Степь» числилась задолженность по платежам в размере 3 601 813,15 рублей, в том числе: основной долг - 2 194 029,99 рублей, пени 1 262 555,15 рублей, штраф - 145 228,01 рублей.

Межрайонной ИФНС России №11 по Кемеровской области на основании статьей 69, 70 Налогового кодекса Российской Федерации выставлены требования об уплате налога, сбора, пени, штрафа, процентов, которые были направлены должнику заказной корреспонденцией. Согласно требованиям ООО СХП «Степь» было предложено в добровольном порядке произвести уплату долга в установленные в требованиях сроки. В добровольном порядке ООО СХП «Степь» оплату не произвело.

Постановлением по делу об административном правонарушении №4 от 13.02.2018    в   отношении   руководителя   ООО   СХП   «Степь»   ФИО3   наложен административный штраф в размере 5 000 рублей, предусмотренный частью 5 статьи 14.13 КРФ об АП.

По состоянию на 13.07.2018 за ООО СХП «Степь» числилась задолженность по платежам в размере 3 787 294,27 рублей, в том числе: основной долг - 2 286 344,54 рубля, пени - 1 355 721,72 рублей, штраф - 145 228,01 рублей. По состоянию на 29.05.2019 за ООО СХП «Степь» числится задолженность по налоговым платежам 3 811 667,74 рублей, в том числе: основной долг - 2 246 370,05 рублей, пени - 1 406 787,68 рублей, штраф - 158 510,01 рублей.

На основании вышеизложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что, несмотря на наличие указанной задолженности, руководителем ООО СХП «Степь» ФИО3 так и не была исполнена обязанность, предусмотренная статьей 9 Закона о банкротстве, заявление в арбитражный суд о признании ООО СХП «Степь» несостоятельным (банкротом) направлено не было, что явилось основанием для привлечения ФИО3 к административной ответственности.

Также судом установлено, что при принятии решения о признании ООО СХП «Степь» несостоятельным (банкротом) судом было установлено, что последняя бухгалтерская отчетность в уполномоченный орган поступила 24.01.2020 с нулевым показателем активов, расчетный счет должника закрыт, дата последней операции по счету - 11.08.2016, стоимость зарегистрированного за должником имущества составляет по оценке уполномоченного органа 264 027,05 копеек. В связи с этим судом сделан вывод об отсутствии предпринимательской или иной деятельности должника.

В ходе рассмотрения дела также было установлено, что руководителем ООО СХП «Степь» бухгалтерская документация должника конкурсному управляющему представлена не была.

Из материалов дела о признании ООО СХП «Степь» несостоятельным (банкротом) следует, что в отношении должника налоговым органом были приняты решения №11 -26/82 от 03.09.2014, №11-26/16 от 14.04.2017 о привлечении ООО СХП «Степь» к ответственности за совершение налоговых правонарушений. Согласно решению налогового органа №11-26/16 от 14.04.2017 в ходе проведения налоговой проверки было установлено не перечисление налога на доходы физических лиц в период с 01.01.2013  по 31.12.2015 в общем размере 523 466 рублей.

Согласно требованию налогового органа №2935по состоянию на 22.12.2014 у ООО СХП «Степь» имелась общая задолженность перед бюджетом по плате налогов, сборов, пени и штрафов в размере 2 472 533,05 рублей.

При этом, согласно данным финансового анализа должника, произведённого за период с 31.12.2013 по 31.12.2020 год, коэффициент абсолютной ликвидности за весь исследуемый период составлял 0, при требуемом показателе не ниже 0,2; коэффициент текущей ликвидности также составлял 0 при требуемом показателе 1; показатель обеспеченности обязательств активами определялся ниже требуемой величины 1; степень платежеспособности по текущим обязательствам демонстрировала ухудшение показателей на всём промежутке анализируемого периода. Коэффициент автономии должника на всём анализируемом периоде составлял отрицательную величину при требуемом значении более 0,5, как и коэффициент обеспеченности собственными оборотными средствами при требуемом значении равном или больше 0,1. При этом доля просроченной кредиторской задолженности в пассивах составляла более 20%, что свидетельствует об ухудшении состояния задолженности перед кредиторами и увеличении сторонних источников пополнения активов. Норма чистой прибыли при нормальном значении 10% на протяжении всего анализируемого периода имела нулевые показатели.

Анализ выписки движения денежных средств по счёту должника свидетельствует о незначительных поступлениях денежных средств, представляющих собой субсидии на оказание несвязанной поддержки в области растениеводства, сумма которых существенно ниже имеющихся обязательств ООО СХП «Степь».

Заявителем апелляционной жалобы вышеуказанные обстоятельства не оспариваются.  

Таким образом, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о наличии у ООО СХП «Степь» признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, которые имели место на момент принятия решения третейским судом о взыскании задолженности по кредитному договору в размере 4 577 327,84 рублей.

На момент принятия указанного решения руководитель ООО СХП «Степь» ФИО3, действуя как добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, не мог не осознавать невозможности исполнения как ранее возникших обязательств перед бюджетом по оплате налогов, сборов, пени и штрафов, так и вновь возникших на основании решения третейского суда обязательств.

При этом ФИО3, будучи обязанным в силу закона обратиться с заявлением о несостоятельности предприятия, такую обязанность в установленный законом срок не исполнил, что является основанием для его привлечения к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным частью 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Таким образом, в соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств. А именно, с даты возникновения задолженности более трехсот тысяч рублей с просрочкой более 3 месяцев. В данном случае до 12.07.2014 (11.06.2014 + 1 месяц 1 день).

Доказательств, опровергающих данные выводы заявителем апелляционной жалобы с указанием невозможности их представления в суде первой инстанции не представлено.  Также  не представлено доказательств существования какого-либо плана по выходу их кризисной ситуации, равно как и доказательств иной даты, когда ему стало известно о признаках неплатежеспособности должника. 

Таким образом, вывод суда первой инстанции о доказанности конкурсным управляющим оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 по обязательствам должника за неисполнение обязанности по подаче заявления (принятию такого решения) о признании должника банкротом правомерен.

Размер субсидиарной ответственности руководителя определен пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, согласно которому размер ответственности равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 4-9 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

Учитывая, что размер ответственности должен быть определён исходя из совокупного размера обязательств должника, возникших за период с 13.07.2014, судом верно произведен расчет размера субсидиарной ответственности в размере составляет 4 155 630,54 рублей. 

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 г. №53 «О некоторых вопросах, связанныхс привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», по смыслу пунктов 13 - 15 статьи 61.16 и пункта 1 статьи 61.17 Закона о банкротстве в случае, когда производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности не приостанавливалось, кредиторы вправе выбрать способ распоряжения требованием к контролирующему должника лицу как до, так и после вынесения судом определения о привлечении к субсидиарной ответственности.

Если способ распоряжения требованием выбран всеми кредиторами до рассмотрения по существу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, арбитражный управляющий обязан заблаговременно проинформировать об этом суд, направив соответствующий отчет (пункт 3 статьи 61.17 Закона о банкротстве). В этом случае сообщение о возможности выбрать способ распоряжения требованием к контролирующему должника лицу (пункт 1 статьи 61.17 Закона о банкротстве) не подлежит опубликованию в ЕФРСБ и в определении о привлечении к субсидиарной ответственности указывается сумма,  подлежащая взысканию  с учетом выбранного кредиторами способа распоряжения требованием к контролирующему лицу (пункт 13 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

Поскольку конкурсным управляющим представлен отчет о распоряжении правом требования, суд первой инстанции правомерно взыскал размер субсидиарной ответственности 4 155 630,54 рублей в пользу налогового органа.

Конкурсным управляющим также заявлено о привлечении руководителя должника по основаниям, предусмотренным ст.61.11 Закона о банкротстве.

Отказывая в удовлетворении заявления в данной части. Суд первой инстанции исходил из того, что суду не представлено допустимых доказательств и сведений о том, что транспортное средство было уничтожено по вине бывшего руководителя должника, учитывая произведённую выплату страхового возмещения, суд посчитал, что ответственность за утрату данного транспортного средства не может быть возложена на ФИО3

Вместе с тем, установив, что денежные средства от реализации сданной на металлолом, разобранной на запасные части и реализованной техники были потрачены на выплату заработной платы работникам. При этом какие-либо доказательства, подтверждающие данное обстоятельство, суду не представлены. Стороной ответчика не подтверждено, что разбор техники на запасные части был целесообразен (не подтверждено техническое состояние техники, позволяющее определить её непригодность для использования по назначению); не представлены какие-либо сведения и доказательства, подтверждающие реализацию запасных частей, их стоимость и использование вырученных от продажи запасных частей денежных средств на нужды ООО СХП «Степь», суд первой инстанции пришел к выводу о взыскании убытков, установив вину руководителя должника, выразившуюся в непринятии мер к сохранности имущества, не подтверждении непригодности имущества для использования по назначению, повлекшую необходимость его реализации на металлолом и запасные части, не представления доказательств расходования вырученных денежных средств на нужды должника. При этом руководителем должника не были предприняты какие-либо меры по снятию уничтоженной (реализованной на металлолом, разукомплектованной и реализованной запасными частями) техники с регистрационного учёта. В связи с чем, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, но о наличии оснований для взыскания убытков. 

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции судебная коллегия не усматривает. 

При решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее -АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков (пункт 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее -Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 4 Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 г. №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ №62), единоличный исполнительный орган отвечает перед юридическим лицом за причиненные убытки, если необходимой причиной их возникновения послужило недобросовестное и (или) неразумное осуществление руководителем возложенных на него полномочий. В частности, при привлечении юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора с такого руководителя могут быть взысканы понесенные юридическим лицом убытки. Недобросовестность действий (бездействия) директора также считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия например, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) (подпункт 5 пункта 2 Постановления Пленума ВАС РФ №62).

Поскольку при рассмотрении настоящего обособленного спора судом установлено, что признаки неплатёжеспособности и недостаточности имущества должника возникли к июню 2014 года, утрата транспортных средств после возникновения признаков объективного банкротства не может быть расценена как причина возникновения неплатёжеспособности должника. При этом объективная стоимость утраченного имущества должника с учётом размера задолженности ООО СХП «Степь» не могла существенно сказаться на возможности должника исполнить имевшиеся у него обязательства.

Содержание понятия вины выражается в неисполнении лицом обязанностей принимать должные меры, направленные на соблюдение прав третьих лиц, а также соблюдать должную степень разумности, заботливости и осмотрительности. Бездействие лишь в том случае становится противоправным, если на лицо возложена юридическая обязанность действовать в соответствующей ситуации определенным образом.

При этом в данном случае действует презумпция виновности. Согласно п.2 ст.401 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство, то есть именно данное лицо должно доказать, что оно не должно было и не могло предвидеть наступление этих последствий. Не проявление должной меры заботливости и осмотрительности означает наличие их вины в причинении убытков кредиторам юридического лица - банкрота (абз. 2 п. 1 ст. 401 ГК РФ).

На момент утраты имущества ООО СХП «Степь» в виде трактора колесного ЮМЗ-6КЛ; экскаватора колесного ЭО-2621;- комбайна з/у ДОН-1500А, должник прекратил исполнение обязательств перед кредиторами, следовательно, отвечал признакам неплатежеспособности.

При этом ФИО3, не представлено суду каких-либо доказательств, свидетельствующих о действительной реализации указанного имущества путём его продажи на запасные части или металлолом, как и не представлено доказательств, подтверждающих, что вырученные от такой реализации денежные средства были потрачены на нужды должника (внесены в кассу должника, перечислены на счёт должника и пр.).

Таким образом, утрата (разукомплектование и продажа запасных частей, продажа на металлолом) движимого имущества повлекло причинение вреда имущественным правам кредиторов в виде уменьшения конкурсной массы, за счет которой кредиторы правомерно могли получить удовлетворение своих требований.

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ (абзац первый пункта 6 Постановления Пленума ВАС РФ № 62): юридическое лицо, чье право нарушено, вправе требовать возмещения в том числе расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права. Это означает, что в результате возмещения убытков хозяйственное общество должно быть поставлено в то положение, в котором оно находилось бы, если бы его право не было нарушено.

Возврат общества в состояние, существовавшее до нарушения права, предполагает восстановление прежней структуры его баланса, то есть снижение за счет руководителя совокупного размера обязательств общества на сумму равную сумме дополнительных долгов по санкциям, возникших из-за действий этого руководителя. Поэтому ответчик должен выплатить обществу денежную компенсацию. Размер данной компенсации определяется суммой привнесенных ими долгов и не зависит от того, как соотносятся активы общества с иными его обязательствами (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 11.05.2018 № 301-ЭС17-20419).

На основании изложенного, учитывая, что ФИО3 не представлено доказательств отсутствия его вины в причинении убытков, равно как и доказательств наличия иных обстоятельств, освобождающих его от ответственности, либо уменьшающих её (в том числе сведения о фактическом руководителе), суд первой инстанции признал заявление обоснованным, подлежащим удовлетворению.

Расчет общего размера убытков установлен исходя из заключения эксперта № 12/23 («Мой Арбитр» 18.02.2023 19:39). Сторонами не оспаривается. 

При этом суд первой инстанции верно указал, что поскольку суд удовлетворил заявления конкурсного управляющего о привлечении данного лица к субсидиарной ответственности, обеспечительные меры, наложенные определением суда от 14.03.2022 года, подлежат сохранению, поскольку их отмена может затруднить или сделать невозможным исполнение настоящего судебного акта.

Оценивая изложенные в апелляционной жалобе доводы, суд апелляционной инстанции установил, что в них отсутствуют ссылки на факты, которые не были предметом рассмотрения суда первой инстанции, имели бы юридическое значение и могли бы повлиять в той или иной степени на принятие законного и обоснованного судебного акта при рассмотрении заявленного требования по существу.

Убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем, удовлетворению не подлежит.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд   

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 28.02.2023 Арбитражного суда Кемеровской области по делу №А27-2317/2021   оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО3      – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет». 

 

          Председательствующий                                                          О.А. Иванов

 

          Судьи                                                                                        В.С. Дубовик

 

                                                                                                            ФИО1