ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда

Дело № А65-21905/2022

г. Самара

21 декабря 2023 года

11АП-18215/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 14 декабря 2023 года

Постановление в полном объеме изготовлено 21 декабря 2023 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Копункина В.А., судей Коршиковой Е.В., Ястремского Л.Л.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО1,

с участием в судебном заседании:

от истца – ФИО2 по доверенности от 02.08.2022,

                  Акая Джемил – лично, паспорт,

от ответчика – ФИО3 по доверенности от 11.08.2022,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале №7, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «СН-Сервисгрупп» в лице участника Аккая Джемила на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 26 сентября 2023 года по делу №А65-21905/2022 по иску общества с ограниченной ответственностью «СН-Сервисгрупп», г. Казань, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), в лице участника Аккая Джемила, 

к директору общества с ограниченной ответственностью «СН-Сервисгрупп», г. Казань, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), ФИО4, г. Казань, 

о взыскании 10 890 587 рублей 87 копеек убытков, 50 000 рублей расходов на оплату услуг представителя,

третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования, ФИО5,,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «СН-Сервисгрупп», г. Казань, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), (далее по тексту – истец), в лице участника Аккая Джемила, обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к директору общества с ограниченной ответственностью «СН-Сервисгрупп», г. Казань, (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), ФИО4, г. Казань, (далее по тексту – ответчик), о взыскании 10 890 587 рублей 87 копеек убытков, 50 000 рублей расходов на оплату услуг представителя. 

В соответствии со статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, привлечена ФИО5.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26 сентября 2023 года в удовлетворении исковых требований отказано.

Общество с ограниченной ответственностью «СН-Сервисгрупп» в лице участника Аккая Джемила обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 26 сентября 2023 года по делу № А65-21905/2022.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22 ноября 2023 года апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 14 декабря 2023 года.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

От ответчика поступили письменные пояснения по делу, которые суд, совещаясь на месте, в порядке статьи 81 АПК приобщил к материалам дела.

Представитель истца апелляционную жалобу поддержал, просил решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

Представитель ответчика апелляционную жалобу не поддержал, просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены решения суда.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в Единый государственный реестр юридических лиц 30 ноября 2009 года внесена запись о регистрации общества с ограниченной ответственностью «СН-Сервисгрупп» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), учредителями являются Аккая Джемил - размер доли 50%, общество с ограниченной ответственностью «СН-Сервисгрупп» - размер доли 50%.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 8.2 устава общества, утвержденного решением общего собрания учредителей общества (протокол №1 от 19 ноября 2009 года) директор общества без доверенности действует от имени общества, представляет его интересы и совершает сделки.

Решением общего собрания участников ООО  «СН-СервисГрупп»  от  09  декабря  2014  года  директором  общества  назначен ФИО4, о чем внесена соответствующая запись №6141690063630 в Единый государственный реестр юридических лиц.

Приказом (распоряжением) о переводе работника на другую работу №176пер от 09 декабря 2014 года ФИО4 установлен должностной оклад в размере 23000 рублей.

Обосновывая заявленные требования, истец указал, что в дальнейшем размер должностного оклада директора общества ФИО4 был увеличен до 62 400 рублей на основании устной договоренности со вторым участником общества, являющимся представителем работодателя. Данное обстоятельство истец Аккая Джемил, являющийся вторым участником ООО «СН-СервисГрупп», не оспаривает. В период нахождения ответчика ФИО4 в должности директора общества (с 2014 года по настоящее время) последний ограничивал доступ второго участника общества к документам, относящимся к финансово-хозяйственной деятельности юридического лица, в результате чего второй участник общества был лишен возможности принимать участие в согласовании и контроле финансовых операций и иных действий, в том числе касающихся решения кадровых вопросов, производимых другим участником общества, являющимся также действующим директором этого общества. Требования истца, в том числе оформленные в письменной форме, о предоставлении доступа к документам общества, ответчиком оставлены без ответа и удовлетворения.

Истец также указал, что по результатам произведенного истцом в 2022 году аудита деятельности общества истцу стало известно о том, что в период с 2017 года по 2021 год директором общества ФИО4 произвольно в отсутствие согласия другого участника общества и в нарушение установленных законодательством процедур, регулирующих деятельность юридических лиц, созданных в форме обществ с ограниченной ответственностью, и, в том числе правовой статус директора общества как единоличного исполнительного органа общества, в ущерб экономическим интересам общества, ответчиком производилось самостоятельное систематическое увеличение его должностного оклада, премирование, а также необоснованное расходование денежных средств общества в личных и иных целях при наличии и отсутствии оправдывающих соответствующие финансовые операции документов.

Так, за 2017 год ответчиком ФИО4, являющимся директором общества, произведено самостоятельное увеличение собственной заработной платы до 126 379 рублей 69 копеек при допустимо возможной сумме - 62 100 рублей, а также премирование и начисление отпускных выплат, всего за указанный период общий размер необоснованно начисленных сумм, произведенных за рамками установленных законом процедур, составил 771 356 рублей 26 копеек.

Кроме того, за указанный период ответчиком были получены дивиденды на общую сумму 115 000 рублей.

За 2018 год ответчиком ФИО4, являющимся директором общества, произведено самостоятельное увеличение собственной заработной платы до 205 490 рублей 21 копейки при допустимо возможной сумме - 74 750 рублей, а также премирование и начисление отпускных выплат, всего за указанный период общий размер необоснованно начисленных сумм, произведенных за рамками установленных законом процедур, составил 1 568 882 рубля 56 копеек. За указанный период ответчиком дивиденды не были получены.

За 2019 год ответчиком ФИО4, являющимся директором общества, произведено самостоятельное увеличение собственной заработной платы до 308 197 рублей 97 копеек при допустимо возможной сумме - 74 750 рублей, а также премирование и начисление отпускных выплат, всего за указанный период общий размер необоснованно начисленных сумм, произведенных за рамками установленных законом процедур, составил 2 801 375 рублей 59 копеек. За указанный период ответчиком дивиденды не были получены.

За 2020 год ответчиком ФИО4, являющимся директором общества, собственная заработная плата установлена в размере 165 600 рублей 95 копеек при допустимо возможной сумме - 74 750 рублей, осуществлено премирование и начисление отпускных указанный период общий размер необоснованно произведенных за рамками установленных законом 1 090 211 рублей 37 копеек. За указанный период ответчиком дивиденды не были получены. 

За 2021 год ответчиком ФИО4, являющимся директором общества, собственная заработная плата установлена в размере 185 123 рубля 56 копеек при допустимо возможной сумме - 74 750 рублей, а также осуществлено премирование и начисление отпускных выплат, всего за указанный период общий размер необоснованно произведенных за рамками установленных законом 1 324 482 рубля 74 копейки. За указанный период ответчиком дивиденды не были получены.

При указанных обстоятельствах, по мнению истца,  за период с 2017 года по 2021 год ответчиком ФИО4 являющимся директором общества, общий размер начисленных сумм, произведенных за рамками установленных законом процедур, составил 7 556 308 рублей 52 копейки.

Помимо этого, за период с 2017 года по 2021 год ответчиком ФИО4, являющимся директором общества, также по мнению истца произведено необоснованное расходование денежных средств общества в личных и иных целях при наличии и отсутствии оправдывающих соответствующие финансовые операции документов, в том числе:

- на приобретение продуктов питания и алкогольной продукции при наличии оправдательных документов: в 2017 году - на общую сумму 46 365 рублей 37 копеек, в 2018 году - на общую сумму 35 570 рублей 66 копеек; в 2020 году - на общую сумму 1 255 рублей 88 копеек, в 2021 году - на общую сумму 8 232 рубля 82 копейки;

- на приобретение подарочной продукции при наличии оправдательных документов: в 2017 году - на общую сумму 94 017 рублей 60 копеек, в 2018 году- на общую сумму 143 726 рублей 66 копеек, в 2019 году- на общую сумму 85 000 рублей, в 2020 году - на общую сумму 13 503 рубля 50 копеек;

- на получение услуг организаций общественного питания (ресторан) при наличии оправдательных документов: в 2017 году - на общую сумму 10 123 рубля, в 2020 году - на общую сумму 9 390 рублей, в 2021 году - на общую сумму 5 812 рублей;

- на приобретение цветочной продукции при наличии оправдательных документов: в 2017 году - на общую сумму 13 769 рублей 73 копейки, в 2018 году - на общую сумму 8 977 рублей 98 копеек, в 2019 году - на общую сумму 2 349 рублей 90 копеек, в 2020 году - на общую сумму 22 837 рублей 94 копейки, в 2021 году - на общую сумму 17 290 рублей 85 копеек;

- на приобретение украшений для помещений (воздушные шары) при наличии оправдательных документов:  в 2018 году на общую сумму 564 рубля;

- на получение услуг по мойке транспортного средства при наличии оправдательных документов: в 2019 году - на общую сумму 1 183 рубля;

- на приобретение печатной продукции при наличии оправдательных документов: в 2019 году - на общую сумму 249 рублей 80 копеек;

- на приобретение новогодней подарочной продукции при наличии оправдательных документов: в 2019 году - на общую сумму 5 643 рубля 26 копеек, в 2021 году - на общую сумму 14 113 рублей 37 копеек;

- на получение услуг по ремонту автотранспортного средства при наличии оправдательных документов: в 2019 году - на общую сумму 1 700 рублей;

- на приобретение новогодних украшений при наличии оправдательных документов: в 2019 году - на общую сумму 4 910 рублей;

- на приобретение продукции «Гирболайф» при наличии оправдательных документов: в 2020 году - на общую сумму 25 075 рублей 71 копейка;

- расходы, не имеющие соответствующих оправдывающих финансовые операции документов, составили: в 2017 году - на общую сумму 720 804 рубля, в 2018 году - на общую сумму 1 052 000 рублей, в 2019 году - на общую сумму 12 651 рубль 27 копеек, в 2020 году - на общую сумму 445 759 рублей 47 копеек, в 2021 году - на общую сумму 127 422 рубля 66 копеек.

- расходы на приобретение горюче-смазочных материалов составили: в 2017 году - на общую сумму 23 417 рублей 04 копейки, в 2018 году - на общую сумму 51 564 рубля 40 копеек, в 2019 году - на общую сумму 84 676 рублей 31 копейка, в 2020 году - на общую сумму 674 02 рубля 86 копеек, в 2021 году - на общую сумму 54 718 рублей 31 копейка.

- расходы на проведение теста на ковид составили 7 200 рублей (за 2020 год).

Общий размер необоснованно израсходованных денежных средств общества в личных и иных целях при наличии и отсутствии оправдывающих соответствующие финансовые операции документов составил 3 219 279 рублей 35 копеек.

Истец указал, что изложенные обстоятельства подтверждаются данными, содержащимися в карточках счета №71 общества, за период с 2017 года по 2021 год, аналитической информацией, касающейся финансовых расходов, связанных с увеличением со стороны ответчика размера оплаты своего труда, с установлением соответствующих стимулирующих выплат и с иными финансовыми расходами, произведенными ответчиком за рамками установленных законом процедур, представленных стороной истца.

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения в суд с исковыми требованиями о взыскании с ответчика 10 890 587 рублей 87 копеек убытков, 50 000 рублей расходов на оплату услуг представителя.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из следующего.

Ответственность единоличного исполнительного органа является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как предусмотрено статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Элементами гражданско-правовой ответственности являются противоправный характер поведения лица, причинившего убытки, наличие убытков и их размер, причинная связь между противоправным поведением правонарушителя и наступившими последствиями.

Истец, предъявляя требование о привлечении руководителя к ответственности в виде взыскания убытков, должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Поскольку согласно пункту 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации разумность и добросовестность участников гражданских правоотношений презюмируется, то обязанность по доказыванию недобросовестности и неразумности действий единоличного исполнительного органа общества, повлекших причинение убытков, возлагается на заявителя.

Лицо, требующее возмещения убытков, в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками. Для удовлетворения требований заявителя о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных элементов. Бремя доказывания лежит на заявителе.

Более того, в случае наступления негативных последствий для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

При обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июля 2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства.

При определении неразумного поведения директора, судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п. (пункт 3 Постановления №62).

В пункте 6 Постановления №62 указано, что по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков. Вместе с тем арбитражный суд не может полностью отказать в удовлетворении требования о возмещении директором убытков, причиненных юридическому лицу, только на том основании, что размер этих убытков невозможно установить с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности.

В качестве доказательств возникновения убытков истцом были представлены копии карточек счета общества №71 за период с 2017 года по 2021 год, аналитическая информация.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно,   и   представил   доказательства,   свидетельствующие   о   наличии   убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства.

При определении неразумного поведения директора, судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п. (пункт 3 Постановления №62).

Как установлено судом первой инстанции, ФИО4 с 30.11.2009 по 05.07.2022 являлся участником, владеющим 50% уставного капитала Общества. С 09.12.2014 по настоящее время выполняет функцию единоличного исполнительного органа управления ООО «СН-СервисГрупп».

Обществом и ответчиком был заключен трудовой договор №35/10-2010 от 11.01.2010 согласно условий которого, ответчик обязуется выполнять работу по должности -консультант. Приказом №17пер от 09.12.2014 на основании решения общего собрания участников общества от 09.12.2014 ответчик был переведен на должность директора Общества с окладом 23 000 рублей.

Суд первой инстанции указал, что согласно пояснениям представителей сторон дополнительные соглашения, либо новый трудовой договор в письменном виде не заключались.

В период с 2014 года по 2022 год произошло повышение заработной платы директора ФИО4 с 23 000 до 158 000 рублей.

Согласно исковому заявлению, пояснениям представителя истца в судебном заседании, размер должностного оклада директора общества ФИО4 был увеличен до 62 400 рублей на основании устной договоренности со вторым участником общества Аккая Джемил.

Как следует из пояснений представителя ответчика, с середины 2019 года по совместному решению участников общества заработная плата ответчика увеличивалась только для того, чтобы выплачивать ФИО6 «скрытые дивиденды».

В материалы дела представлен протокол допроса третьего лица - ФИО5 от 21.10.2022, предупрежденной об уголовной ответственности по ст. 307 и ст. 208 УК РФ, которая дала показания в качестве свидетеля, произведенный нотариусом ФИО7 (том 2 листы дела 12-18).

Согласно пояснениям третьего лица в указанном протоколе, ФИО5 работала в должности главного бухгалтера ООО «СН-Сервисгрупп» с 11.01.2010 по 30.06.2022. В п.9.и п. 10 допроса свидетеля ФИО5 указывает, что «У ФИО4 сумма заработной платы складывалась из его окладной части и суммы дивидендов учредителей, денежные средства в размере причитающихся ФИО6 дивидендов, насколько мне известно, передавались ФИО4 ФИО6 наличными денежными средствами».

С самого начала деятельности организации, ФИО6 получал дивиденды только «неофициально», так согласно свидетельских показаний (п.9, Допроса свидетеля) «Дивиденды начислялись и выплачивались в соответствии с принятыми решениями ФИО6 и ФИО4 По просьбе ФИО6, выплата дивидендов ФИО6 осуществлялась ежемесячно путем выплаты заработной платы его супруге ФИО8, которая приказом была оформлена в ООО «СН - СервисГрупп» на должность консультанта, но фактически никогда у нас не работала. Трудоустройство ей нужно было для того, чтобы шел стаж. Также в 2017 году выплаты официальных дивидендов ФИО6 произвели его супруге ФИО8 Примерно с середины 2019 года по решению ФИО6 и ФИО4 выплата дивидендов ФИО6 производилась через получение заработной платы ФИО4, из-за чего произошло повышение его заработной платы. А в 2022 году, когда ими было принято решение о закрытии организации, были выплачены остатки дивидендов наличным из кассы организации».

Денежные средства ежемесячно передавались ФИО6 по ведомости, в подтверждение их получения ФИО6 расписывался. Данная ведомость хранилась в бухгалтерских документах - в папке «За балансом». 31.03.2022 вышеуказанная папка, в числе другие бухгалтерские документы, была вывезена истцом и до настоящего времени не возвращена в Общество. На требования вернуть бухгалтерские документы ФИО6 не реагирует.

Суд первой инстанции указал, что показания ФИО5 подтверждаются, в том числе представленной стороной истца карточкой счета 71 содержащей отметку «получение наличных зп для забаланса» (том 2 лист дела 89-90) .

В системной связи представленных доказательств, в том числе пояснений представителя истца о наличии устной договоренности о повышении заработной платы до 62 400 рублей, возникшему корпоративному конфликту, суд первой инстанции указал, что критически относится к доводам истца о несогласовании указанных действий (размер заработной платы) с участником общества ФИО6, в связи с чем в удовлетворении иска в этой части отказал.

Суд первой инстанции также указал, что на протяжении длительного времени корпоративные решения участниками общества не оформлялись и не фиксировались, что, тем не менее, позволяло вести продуктивную хозяйственную деятельность вплоть до возникновения корпоративного конфликта.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона N 402-ФЗ от 06.12.11 "О бухгалтерском учете" (далее - Закон о бухгалтерском учете") организация ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета возлагается на руководителя.

Согласно статье 5 Закона о бухгалтерском учете объектами бухгалтерского учета экономического субъекта являются: факты хозяйственной жизни, активы, обязательства, источники финансирования его деятельности, доходы, расходы, иные объекты в случае, если это установлено федеральными стандартами.

Экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет в соответствии с Законом о бухгалтерском учете, если иное не установлено данным Федеральным законом. Бухгалтерский учет ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации (пункты 1 и 3 статьи 6 Закона о бухгалтерском учете).

В силу части 1 статьи 7 Закона о бухгалтерском учете ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Согласно части 1 статьи 9 Закона о бухгалтерском учете каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Первичный учетный документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным - непосредственно после его окончания (пункт 3 указанной статьи).

Следовательно, в силу действующего законодательства о бухгалтерском учете, обеспечение организации надлежащего ведения бухгалтерского учета и соблюдение финансового порядка расходования денежных средств общества возложено на руководителя юридического лица.

Согласно абзацу второму пункта 6.3 Указания Банка России от 11.03.2014 N 3210-У "О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства" подотчетное лицо обязано в срок, не превышающий трех рабочих дней после дня истечения срока, на который выданы наличные деньги под отчет, или со дня выхода на работу, предъявить главному бухгалтеру или бухгалтеру (при их отсутствии -руководителю) авансовый отчет с прилагаемыми подтверждающими документами.

Постановлением Госкомстата РФ от 01.08.2001 N 55 "Об утверждении унифицированной формы первичной учетной документации N АО-1 "Авансовый отчет" предусмотрено составление расписок бухгалтера о принятии к проверке документов, подтверждающих расходы сотрудника, получившего деньги под отчет, и выдача указанных расписок такому сотруднику.

Истцом   также заявлены требования о взыскании убытков в виде следующих расходы:

- на приобретение продуктов питания и алкогольной продукции при наличии оправдательных документов: в 2017 году - на общую сумму 46 365 рублей 37 копеек, в 2018 году - на общую сумму 35 570 рублей 66 копеек; в 2020 году - на общую сумму 1 255 рублей 88 копеек, в 2021 году - на общую сумму 8 232 рубля 82 копейки;

- на приобретение подарочной продукции при наличии оправдательных документов: в 2017 году - на общую сумму 94 017 рублей 60 копеек, в 2018 году- на общую сумму 143 726 рублей 66 копеек, в 2019 году- на общую сумму 85 000 рублей, в 2020 году - на общую сумму 13 503 рубля 50 копеек;

- на получение услуг организаций общественного питания (ресторан) при наличии оправдательных документов: в 2017 году - на общую сумму 10 123 рубля, в 2020 году - на общую сумму 9 390 рублей, в 2021 году - на общую сумму 5 812 рублей;

- на приобретение цветочной продукции при наличии оправдательных документов: в 2017 году - на общую сумму 13 769 рублей 73 копейки, в 2018 году - на общую сумму 8 977 рублей 98 копеек, в 2019 году - на общую сумму 2 349 рублей 90 копеек, в 2020 году - на общую сумму 22 837 рублей 94 копейки, в 2021 году - на общую сумму 17 290 рублей 85 копеек;

- на приобретение украшений для помещений (воздушные шары) при наличии оправдательных документов:  в 2018 году на общую сумму 564 рубля;

- на получение услуг по мойке транспортного средства при наличии оправдательных документов: в 2019 году - на общую сумму 1 183 рубля;

- на приобретение печатной продукции при наличии оправдательных документов: в 2019 году - на общую сумму 249 рублей 80 копеек;

- на приобретение новогодней подарочной продукции при наличии оправдательных документов: в 2019 году - на общую сумму 5 643 рубля 26 копеек, в 2021 году - на общую сумму 14 113 рублей 37 копеек;

- на получение услуг по ремонту автотранспортного средства при наличии оправдательных документов: в 2019 году - на общую сумму 1 700 рублей;

- на приобретение новогодних украшений при наличии оправдательных документов: в 2019 году - на общую сумму 4 910 рублей;

- на приобретение продукции «Гирболайф» при наличии оправдательных документов: в 2020 году - на общую сумму 25 075 рублей 71 копейка.

Учитывая наличие оправдательных документов, а также авансовых отчетов, на наличие которых указывает сам истец (том 3 листы дела 50-53), суд первой инстанции пришел к выводу, что заявленные требования не могут быть отнесены к разряду убытков и взысканию с ответчика не подлежат.

К необоснованным расходом истцом отнесены расходы на приобретение горюче-смазочных материалов составили: в 2017 году - на общую сумму 23 417 рублей 04 копейки, в 2018 году - на общую сумму 51 564 рубля 40 копеек, в 2019 году - на общую сумму 84 676 рублей 31 копейка, в 2020 году - на общую сумму 674 02 рубля 86 копеек, в 2021 году - на общую сумму 54 718 рублей 31 копейка. Расходы на проведение теста на ковид составили 7 200 рублей (за 2020 год).

Суд первой инстанции принимая во внимание, что расчеты истца (том 3 лист дела 64-64, 72) содержат указание на наличие авансовых отчетов, пришел к выводу, что данный факт исключает квалификацию данных расходов к в качестве убытков.

В абзаце 1 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" указано, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Требование о взыскании убытков может быть удовлетворено только при установлении совокупности всех перечисленных элементов ответственности. При недоказанности хотя бы одного из них в удовлетворении требования должно быть отказано.

При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела (пункт 3 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

В соответствии с частью 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ бремя доказывания обстоятельств, положенных в основание иска, возложено на истца Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения

В пункте 12 иска заявлены расходы, как не имеющие соответствующих оправдывающих финансовые операции документов, в 2017 году - на общую сумму 720 804 рубля, в 2018 году - на общую сумму 1 052 000 рублей, в 2019 году - на общую сумму 12 651 рубль 27 копеек, в 2020 году - на общую сумму 445 759 рублей 47 копеек, в 2021 году - на общую сумму 127 422 рубля 66 копеек.

При этом согласно, согласно расчетам истца частично подтверждены авансовыми отчетами (том 3 листы дела 68-73) .

Суд первой инстанции признал обоснованными доводы ответчика, что размер заявленных ко взысканию убытков, стороной истца не подтвержден. В исковом заявлении истец ссылается на проведенный в 2022 году аудит, однако заключение аудиторской проверки истцом не представлено. Аналитическая справка истца (том 1 лист дела 52) размер убытков в отсутствии первичной документации не подтверждает. Представленные в материалы дела карточки 71 счета, в отсутствие иных доказательств, не могут являться достаточными доказательствами получения ответчиком денежных средств. Развернутый расчет убытков согласно выписке по расчетному счету ООО «СН-Сервис Групп» представленной в материалы дела АО «Энергобанк» истцом в нарушение положений статей 9, 65 АПК РФ не представлен.

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу, что истцом не доказан сам факт причинения убытков, из размер, а также причинно- следственная связь между действиями ответчика и причиненными убытками.

Ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.

В силу пункта 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 названного Кодекса, а течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (пункт 1 статьи 200 Кодекса).

Согласно пункту 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" (далее - постановление N 43) течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" (далее - постановление N 43) истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске. Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В соответствии со статьей 8 Закона N 14-ФЗ участники общества вправе: участвовать в управлении делами общества в порядке, установленном настоящим Законом и уставом общества; получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном его уставом порядке; принимать участие в распределении прибыли.

В силу пункта 1 статьи 34 Федеральный закон "Об обществах с ограниченной ответственностью" очередное общее собрание участников общества проводится в сроки, определенные уставом общества, но не реже чем один раз в год. Очередное общее собрание участников общества созывается исполнительным органом общества.

Указанное общее собрание участников общества должно проводиться не ранее чем через два месяца и не позднее чем через четыре месяца после окончания финансового года.

Следовательно, участники обладают широкими полномочиями по осуществлению контроля за деятельностью созданного ими общества, в том числе по созыву внеочередного общего собрания участников, что истцом предпринято не было.

Истец обратился с иском 09.08.2022.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что истцом пропущен срок исковой давности за 2017-2018 годы, поскольку истец, проявляя интерес к хозяйственной деятельности общества, необходимую степень добросовестности и осмотрительности, должен был узнать о наличии предполагаемых убытков общества не позднее проведения общих собраний участников общества по итогам 2017 и 2018 года с учетом сроков их проведения.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, аналогичны доводам приведенным в суде первой инстанции. Указанным доводам была дана надлежащая оценка судом первой инстанции. Суд апелляционной инстанции соглашается с вышеуказанными обоснованными выводами суда первой инстанции.

Доводы истца, о том, что устная договоренность не может являться доказательством по настоящему делу и что отсутствуют доказательства получения денежных средств истцом, несостоятельны и опровергаются имеющимися в материалах дела доказательствами. Судом первой инстанции исследовались все имеющиеся в материалах дела доказательства и верно установлены фактические обстоятельства дела.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Заявителем жалобы не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, поскольку, не опровергая выводов суда, они сводятся исключительно к несогласию с оценкой установленных обстоятельств по делу, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означают допущенной судом при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают нарушений судом норм права, в связи с чем не имеется оснований для отмены судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд,

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 26 сентября 2023 года по делу №А65-21905/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции. 

Председательствующий                       В.А. Копункин

Судьи                       Е.В. Коршикова 

 

Л.Л. Ястремский