АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А61-1381/2020

г. Краснодар

06 сентября 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 30 августа 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 06 сентября 2022 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Резник Ю.О., судей Калашниковой М.Г. и Мацко Ю.В., при участии в судебном заседании от конкурсного управляющего муниципального унитарного предприятия «Ардонские инженерные сети» ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 01.04.2022), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационные жалобы публичного акционерного общества «Россети Северный Кавказ» и конкурсного управляющего муниципального унитарного предприятия «Ардонские инженерные сети» ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 22.12.2021 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2022 по делу № А61-1381/2020, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) МУП «Ардонские инженерные сети» (далее – должник) ПАО «Россети Северный Кавказ» (далее – общество) и конкурсный управляющий должника ФИО1 (далее – конкурсный управляющий) обратились в арбитражный суд с заявлениями о привлечении администрации местного самоуправления муниципального образования Ардонский район Республики Северная Осетия – Алания (далее – администрация) к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника.

Определением от 27.05.2021 заявления объединены в одно производство для их дальнейшего рассмотрения.

Определением от 22.12.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 18.05.2022, в удовлетворении заявленных требований отказано со ссылкой на отсутствие оснований для привлечения администрации к субсидиарной ответственности за недоказанностью причинно-следственной связи между вмененными неправомерными действиями и банкротством должника. 

В кассационных жалобах общество и конкурсный управляющий просят отменить судебные акты и направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. По мнению заявителей, администрацией не выполнены действия по обращению в суд с заявлением  о признании должника банкротом. В материалах дела имеются расчеты и судебные акты о взыскании задолженности кредитором. В судебных актах создана правовая неопределенность в вопросе возникновения у должника права хозяйственного ведения в должника на электросетевое имущество и оборудование; не учтено, что изъятие названных объектов не должно осуществляться без соответствующей компенсации. Судами не дана оценка отсутствию документов бухгалтерского учета (отчетности). Неверно применены положения статьи 61.16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). 

Отзывы на жалобу в суд не поступили.

Определением от 14.07.2022 судебное разбирательство отложено до 30.08.2022, о чем в информационно-телекоммуникационной сети Интернет сделано публичное извещение.

Определением и. о. председателя пятого судебного состава Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 30.08.2022 в составе суда произведена замена судьи ФИО3 в связи с ее нахождением в очередном ежегодном отпуске на судью Мацко Ю.В.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе; просил судебные акты отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Иные лица, участвующие в деле и извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей в суд кассационной инстанции не обеспечили, поэтому жалоба рассматривается в их отсутствие.

Изучив материалы дела и доводы кассационных жалоб, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалобы не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением от 03.07.2020 заявление общества о признании должника несостоятельным (банкротом) признано обоснованным. В отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1 

Решением от 03.02.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1 

Общество и конкурсный управляющий обратились в суд с заявлениями о привлечении администрации к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника.

Законность решения и постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций проверяется исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, с учетом установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) пределов рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Кодекса и частью 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, то применению подлежат материально-правовые нормы, действовавшие на момент совершения вменяемых ответчику действий.

Из положений пункта 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) и правовой позиции, содержащейся в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации"», следует, что к спорным правоотношениям в соответствующей части установления наличия/отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции действовавшей в том числе до вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Принимая во внимание различные периоды, в которые, по мнению заявителей, администрацией были совершены нарушения, к спорным правоотношениям подлежат применению нормы о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ (действует, начиная с 30.07.2017) в отношении, в частности, такого основания, как непринятие решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом; в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 73-ФЗ) в отношении такого основания, как непринятие администрацией мер по регистрации права хозяйственного ведения должника на электросетевое имущество, а также передачи в хозяйственное ведение имущества, на которое у администрации отсутствовало право собственности. 

В качестве основания для привлечения администрации к субсидиарной ответственности заявители указали следующее: необращение в суд с заявлением о признании должника банкротом; непередачу документов бухгалтерского учета (отчетности); передачу должнику имущества, не принадлежащего администрации на праве собственности; изъятие администрацией имущества без выплаты соответствующей компенсации.

Согласно статье 113 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) унитарным предприятием признается коммерческая организация, не наделенная правом собственности на закрепленное за ней собственником имущество. Имущество государственного или муниципального унитарного предприятия находится в государственной или муниципальной собственности и принадлежит такому предприятию на праве хозяйственного ведения или оперативного управления.

Судами установлено, что постановлением администрации от 18.09.2012 № 229 за должником на праве хозяйственного ведения согласно приложению к постановлению закреплено имущество, предназначенное для оказания населению Ардонского района Республики Северная Осетия – Алания (далее – Ардонский район РСО – Алания) услуг водоснабжения (водоотведения) и электроснабжения.

На основании данного постановления администрация и должник заключили договор от 04.10.2012 о закреплении муниципального имущества на праве хозяйственного ведения за должником согласно приложению № 1 к договору, в котором указан перечень имущества, отраженного в приложении к постановлению № 229. Актом приема-передачи муниципального имущества указанное в приложении к договору имущество передано должнику.

Постановлением администрации от 11.12.2014 № 583 за должником на праве хозяйственного ведения также закреплено имущество согласно приложению к постановлению. При этом пунктом 4 постановления № 583 отменено постановление администрации № 229 от 18.09.2012.

Администрация и должник заключили договор от 11.12.2014 о закреплении муниципального имущества на праве хозяйственного ведения за должником согласно приложению № 1 к договору; актом приема-передачи муниципального имущества указанное в приложении к договору имущество передано должнику.

Учитывая изложенное, в целях осуществления должником основного вида деятельности в соответствии с уставом общества администрация наделила муниципальное предприятие имуществом для обеспечения населения водой и электричеством.

В силу положений статьи 61.11. Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункт 3 статьи 56 Гражданского кодекса), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Приведенные нормы свидетельствуют о том, что законодатель установил особый специальный вид ответственности учредителя, собственника имущества – субсидиарную ответственность, которая наступает при наличии определенных законодательством специальных обстоятельств.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Ответственность, предусмотренная статьей 61.11 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта ненадлежащего исполнения обязанностей, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса).

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные юридическому лицу.

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53) разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых указанным Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Собственник имущества должника – унитарного предприятия обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если в течение предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым – восьмым пункта 1 указанной статьи, в 15 течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока (пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве).

Исследовав и оценив фактические обстоятельства дела и имеющиеся доказательства по правилам статьи 71 Кодекса, доводы и возражения участвующих в деле лиц, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности собственника муниципального предприятия по презумпции, связанной с необращением в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Суды правомерно отметили, что деятельность предприятий, предоставляющих жилищно-коммунальные услуги, к которым относится должник, носит убыточный характер, поскольку такое предприятие, как правило, имеет непогашенную кредиторскую задолженность перед энергоснабжающими организациями, бюджетом одновременно с дебиторской задолженностью граждан, в силу сложившихся обстоятельств и сроков оплаты за потребленные жилищно-коммунальные услуги граждане постоянно имеют просроченную задолженность перед предприятием, оказывающим коммунальные услуги.

Наличие кредиторской задолженности в определенный момент не может свидетельствовать о безусловном наличии у должника в лице его руководителя обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Учитывая изложенное, окружной суд считает несостоятельными доводы о нарушении администрацией обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, поскольку при определении вины собственника муниципального предприятия необходимо также учитывать специфику правового статуса самих должников-организаций, особенности их функционирования в гражданском обороте. В рассматриваемом споре специфика деятельности должника предполагает перманентное нахождение в ситуации неисполнения денежных обязательств перед кредиторами. 

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с подпунктами 2 и 4 пункта 2, пунктам 4 и 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если лица, на которых возложена обязанность по ведению и хранению соответствующей документации (например, главный бухгалтер), также признаны контролирующими, то предполагается, что их совместные с руководителем должника действия стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности существенно затруднивших проведение процедур банкротства фактов непередачи, сокрытия, утраты или искажения документации (абзац 13 пункта 24 постановления № 53).

При таких обстоятельствах, отказывая в привлечении администрации к субсидиарной ответственности ввиду отсутствия документов бухгалтерского учета (отчетности), существенно затрудняющее формирование конкурсной массы, суды правомерно отметили, что действующее законодательство не возлагает на собственника имущества должника – унитарного предприятия обязанность по ведению бухгалтерской документации. Суды, в отсутствие в материалах дела доказательств, свидетельствующих о нахождении документов финансово-хозяйственной деятельности должника у администрации, правомерно отказали в привлечении собственника к субсидиарной ответственности на основании названной презумпции.

Относительно эпизода, касающегося привлечения администрации к субсидиарной ответственности из-за непоступления имущества, закрепленного на праве хозяйственного ведения за должником, в конкурсную массу вследствие непринятия администрацией мер по регистрации права хозяйственного ведения на электросетевое имущество, а также вследствие передачи в хозяйственное ведение имущества, на которое администрация не обладала правом собственности, суды установили, что отсутствие государственной регистрации права хозяйственного ведения на недвижимое имущество препятствует распоряжению данным имуществом, но не прекращает права владения и пользования закрепленным за должником имуществом. Материалы дела подтверждают факт использования должником закрепленного за ним имущества на правовых основаниях без каких-либо ограничений. 

Суд округа отклоняет доводы подателей жалоб, касающиеся неправомерности действий (бездействия) администрации в части непередачи должнику имущества на праве хозяйственного ведения, поскольку отсутствие государственной регистрации права хозяйственного ведения на объекты недвижимого имущества не имеет правового значения для рассмотрения данного обособленного спора, поскольку факт передачи должнику в целях осуществления им уставной деятельности и использование им с момента передачи до момента изъятия имущества документально подтвержден, имущество находилось в законном владении предприятия, и право хозяйственного ведения на него могло быть зарегистрировано в любое время, в том числе и с использованием механизма, установленного пунктом 3 статьи 551 Гражданского кодекса, поскольку действующее законодательство не устанавливает сроков совершения действий по государственной регистрации права хозяйственного ведения и последствий их несовершения в какой-то определенный срок (определение Верховного Суда Российской Федерации от 01.08.2018 № 307-ЭС18-10704 по делу № А05-6914/2014).

Ссылка подателей жалоб на то, что судами не дана оценка доводам конкурсного управляющего об изъятии у должника имущества на основании постановления от 27.12.2019 № 529, несостоятельна, поскольку, учитывая  установленную заявителями дату возникновения обязанности по обращению администрации в суд с заявлением о признании должника банкротом (11.05.2018), изъятие имущества в 2019 году не повлияло на возникновение признаков неплатежеспособности должника и, как следствие, на возникновение у администрации обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Из информации, размещенной в информационно − телекоммуникационной системе «Картотека арбитражных дел», видно, что в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника определением от 09.08.2022 признаны недействительными соглашения администрации и должника, в том числе пункт 4 постановления от 11.12.2014 № 583, пункты 1 и 3 постановления от 27.12.2019 № 529, постановление от 08.04.2020 № 89, соглашение от 27.12.2019 о внесении изменений в договор о закреплении муниципального имущества на праве хозяйственного ведения за должником от 11.12.2014, постановление от 10.03.2021 № 84, и применены последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу должника электросетевого имущества; определением от 04.05.2022 с администрации в пользу должника взыскано 8 772 945 рублей 35 копеек компенсации за изъятие имущества. Кроме того, подано новое заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности ввиду необращения в суд с заявлением о признании должника банкротом и непередачи документов бухгалтерского учета. 

При таких обстоятельствах, учитывая отсутствие доказательств, подтверждающих, что действия (бездействие) администрации повлияли на результаты производственной деятельности должника в сторону ухудшения и убыточности хозяйственного процесса, исключили возможность осуществления должником своих уставных задач и привели его к банкротству, а также доказательств нахождения документов финансово-хозяйственной деятельности у администрации и ее уклонении от их передачи конкурсному управляющему, принимая во внимание, что с заявлением об истребовании документов у администрации конкурсный управляющий не обращался, суды правомерно отказали в удовлетворении заявленных требований.

Иные приведенные в кассационных жалобах доводы, касающиеся фактических обстоятельств данного спора и доказательственной базы по делу, не могут являться основанием для отмены судебных актов в суде кассационной инстанции, сводятся к несогласию заявителя с оценкой судами представленных доказательств и сделанными на их основании выводами об обстоятельствах дела. Переоценка доказательств и установленных судами обстоятельств дела в суде кассационной инстанции не допускается.

Основания для отмены или изменения определения и постановления по приведенным в кассационной жалобе доводам отсутствуют. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.

Руководствуясь статьями 284 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 22.12.2021 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2022 по делу № А61-1381/2020 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

Ю.О. Резник

 

Судьи

М.Г. Калашникова

 

Ю.В. Мацко