2337/2019-41716(2) 

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27  

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции  

по проверке законности и обоснованности решений (определений)  

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А01-2939/2016

город Ростов-на-Дону

17 апреля 2019 года

15АП-3022/2019  

Резолютивная часть постановления объявлена 16 апреля 2019 года.  

Полный текст постановления изготовлен 17 апреля 2019 года. Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Шимбаревой Н.В., судей Емельянова Д.В., Сулименко Н.В., при ведении протокола судебного заседания ФИО1, при участии: 

от ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от  30.02.2018,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2  

на определение Арбитражного суда Республики Адыгея 

от 29.01.2019 по делу № А01-2939/2016 о признании сделки должника  недействительной и (или) применении последствий недействительности  ничтожной сделки  

по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 к ФИО2 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «Домострой» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),  

принятое в составе судьи Хутыз С.И., 

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «Домострой» (далее также – должник), конкурсный  управляющий должника ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением  о признании недействительным договора купли продажи от 25.09.2015 года,  заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Домострой» и  ФИО2, и применении последствий недействительности сделки в виде  взыскания с ответчика 3 727 519 рублей (с учетом уточнений в порядке статьи 49  АПК РФ).  

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 29.01.2019  признан недействительным договор купли-продажи от 25.09.2015 года гаража и  

земельного участка, заключенный между обществом с ограниченной  ответственностью «Домострой» и Лазурко Ярославом Олеговичем. Применены  последствия недействительности сделки. Взысканы с Лазурко Ярослава Олеговича  в пользу общества с ограниченной ответственностью «Домострой» денежные  средства в размере 3 727 519 рублей.  

Определение мотивировано тем, что конкурсным управляющим доказано  наличие совокупности условий, необходимых для признания сделки  недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона  о банкротстве.  

ФИО2 обжаловал определение суда первой инстанции в  порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просил определение отменить.  

Податель жалобы полагает, что суд первой инстанции не учел, что признаки  неплатежеспособности на момент заключения оспариваемой сделки у должника  отсутствовали. Кроме того, в виду отсутствия признаков ответчик не мог знать о  том, что указанная сделка причинит вред интересам кредиторов.  

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется  Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном  главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав  представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной  инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит  удовлетворению по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Республики  Адыгея от 12.09.2017 ООО «Домострой» признано несостоятельным (банкротом), в  отношении него введена процедура реализации имущества сроком на шесть  месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.  

В ходе анализа финансового состояния должника конкурсным управляющим  было установлено, что 25 сентября 2015 года между обществом с ограниченной  ответственностью «Домострой» (Продавец) и ФИО2 (Покупатель) заключен  договор купли-продажи гаража и земельного участка.  

Согласно пункту 1 указанного договора Продавец продал, а Покупатель  купил гараж (Литер Г6), общей площадью 393 кв.м, кадастровый номер  01:04:5711007:91, и земельный участок площадью 3 950 кв.м., категория земель:  земли сельскохозяйственного значения - под застройками, кадастровый номер  01:04:5711007:91, расположенные по адресу: 

<

...>.  

Из пункта 2 договора следует, что указанные объекты находились в  собственности Продавца на основании соглашения о новации долговых  обязательств по договору залога от 13.02.2014 года от 16.02.2015 года.  

Отчуждаемые по договору гараж и земельный участок проданы Покупателю  за 450 000 рублей (гараж - 300 000 рублей, земельный участок- 150 000 рублей).  

Указанный договор зарегистрирован 08.10.2015 года в Майкопском  районном отделе Управления федеральной службы государственной регистрации  кадастра и картографии по Республике Адыгея (номера регистрации: 01-01/00301/003/001/2015-923/2, 01-01/00301/003/001/2015-924/2).  

В дальнейшем 17.11.2015 года Лазурко Я.О. реализовал недвижимое  имущество Айвазян Марине Николаевне по договору купли-продажи по цене 450  000 рублей.  

Согласно сведениям Управления Росреестра по Республике Адыгея переход  права собственности зарегистрирован в ЕГРН 28.11.2015 года, о чем внесена  запись № 0101/003-01/003/101/2015-6219.  

Полагая, что договор купли-продажи от 25.09.2015 заключен с должником  при неравноценном встречном исполнении, сделка совершена в ущерб интересам  кредиторов должника, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с  рассматриваемым заявлением  

При вынесении определения суд первой инстанции обоснованно  руководствовался следующим:  

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются  арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы  несостоятельности (банкротства).  

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником  или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в  соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по  основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

Поскольку производство по делу о несостоятельности (банкротстве)  общества с ограниченной ответственностью «Домострой» возбуждено  определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 26.12.2016 года, а  оспариваемая конкурсным управляющим сделка была совершена 25.09.2015, т.е. в  течение более одного года до возбуждения в отношении должника дела о  банкротстве, но в пределах трех лет до принятия заявления о признании должника  банкротом, данная сделка может быть признана недействительной по пункту 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Поскольку финансовый управляющий указывает на факт выводы имущества  должника и причинение вреда интересам кредиторов, оспаривает сделки по статье  61.2 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции полагает возможным  применить к оспариваемым сделкам по отчуждению пункт 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка,  совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если  такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о  признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в  результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов  и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту  совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона  нала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или  должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о  признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается,  если на момент совершения сделки должник отвечал признаку  

неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена  безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на  выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику)  должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо  совершена при наличии одного из следующих условий:  

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких  взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или)  обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов  должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой  стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности  должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или  сделок;  

должник изменил свое место жительства или место нахождения без  уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее  совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил  правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной  отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено  законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего  исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской  отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;  

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал  осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать  указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.  

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010  N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального  закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки,  совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов (подозрительная сделка).  

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному  основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие  совокупности всех следующих обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам  кредиторов;  

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным  правам кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели  должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего  Постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд  отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в  виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним  понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или)  увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные  последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий,  приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности  

кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам  должника за счет его имущества.  

В соответствии с пунктом 6 Постановление Пленума ВАС РФ № 63, согласно  абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель  причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если  налицо одновременно два следующих условия:  

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества;  

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных  абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное  не доказано другой стороной сделки.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности или  недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий,  данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о  банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на  момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6  Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков  неплатежеспособности или недостаточности имущества.  

Установлено, что оспариваемая сделка совершена 25.09.2015 года,  зарегистрирована в установленном законом порядке 08.10.2015 года.  

Определяя наличие признаков неплатежеспособности на момент совершения  сделки, суд первой инстанции исследовал финансовый анализ должника. Согласно  финансового анализа должника за 2015 год по итогам финансовой деятельности  общества за год, наблюдается изменение выручки и прибыли в течении года в  стороны снижения, произошло снижение величины чистых активов , критическое  положение финансового положения организации. По состоянию на 31.12.2015  значение коэффициента общей ликвидности является критическим (коэффициент  общей ликвидности равен 0,71 при норме 2. Анализ состава и структуры баланса  должника не позволяет дать положительную оценку финансовому состоянию  предприятия. В исследуемом периоде все коэффициенты финансово-хозяйственной  деятельности организации показывают отрицательную динамику и  свидетельствуют о том, что платежеспособность и финансовая устойчивость  организации по состоянию на 31.12.2015 значительно снизилась. Произвести  расчет показателей финансово-хозяйственной деятельности должника за 2016 -  2017 годы не представляется возможным, ввиду не предоставления бухгалтерской  отчетности, документов учетных регистров. Отрицательное изменение в условиях  расчетов с кредиторами поставили предприятие в критическое положение и  спровоцировали неплатежеспособность. Кроме того, при проведении финансового  анализа были выявлены признаки преднамеренного банкротства. Согласно  бухгалтерскому балансу должника на 31.12.2015 размер краткосрочных  обязательств составил 4641 тыс. руб. (в т.ч. кредиторская задолженность составила  434 тыс. руб., заемные средства 4207 тыс. руб.). Таким образом, на дату  заключения договора (25.09.2015) должник обладал признаками  неплатежеспособности.  

Вместе с тем, податель жалобы указывает, что заявителем не доказан факт  наличия признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, который  в силу указания пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве является обязательным  условием для признания сделки недействительной.  

Оценивая заявленный довод, суд апелляционной инстанции принимает во  внимание, что в период совершения сделки должником заключались договоры  займа денежных средств, задолженность, по которым в дальнейшем были  взысканы в судебном порядке решением Майкопского городского суда.  

Так, в период с 20.02.2015 по 19.11.2015 между ФИО6 и ООО  «Домострой», был заключен договор займа № 115 от 19 ноября 2015 года на сумму  10 000 рублей сроком до 19.05. 2016 года, договор займа № 120 от 21 августа 2015  года на сумму 250 000 рублей сроком до 21.03.2016 года, договор займа № 119 от  12 августа 2015 года сроком до 12.03.2016 года, договор займа № 118 от 04 августа  2015 года на сумму 60 000 рублей сроком до 04.03.2016 года, договор займа № 117  от 30 июля 2015 года на сумму 300 000 рублей сроком до 30 февраля 2016 года,  договор займа № 116 от 21 июля 2015 года на сумму 10 000 рублей, сроком до  21.02.2016 года, договор займа № 115 от 08 июля 2015 года на сумму 176 000  рублей сроком до 08.02.2016 года, договор займа № 114 от 01 июля 2015 года на  сумму 515 000 рублей, сроком до 01.01.2016 года, договор займа № 114 от 29 июня  2015 года на сумму 100 000 рублей сроком до 29.01.2016 года, договор займа   № 114 от 19 марта 2015 года на сумму 430 000 рублей сроком до 19.09.2015 года,  договор займа № 113 от 19 марта 2015 года на сумму 430 000 рублей, сроком до  19.09.2015 года, договор займа № 112 от 18 марта 2015 года на сумму 420 000  рублей, сроком до 18.09.2015 год, договор займа № 111 от 18 марта 2015 года на  сумму 420 000 рублей сроком до 18.009.2015 года, договор займа № 110 от 17  марта 2015 года на сумму 590 000 рублей, сроком до 17.09.2015 года, договор  займа № 109 от 16 марта 2015 года на сумму 330 000 рублей сроком до 16.09.2015  года, договор займа № 108 от 27 февраля 2015 года на сумму 420 000 рублей  сроком до 27.08.2015 года, договор займа № 107 от 26 февраля 2015 года на сумму  784 000 рублей сроком до 26.08.2015 года, договор займа № 106 от 25 февраля  20165 года на сумму 480 000 рублей сроком до 25.08.2015 года, договор займа   № 105 от 24 февраля 2015 года на сумму 860 000 рублей сроком до 24.08.2015 года,  договор займа № 104 от 20 февраля 2015 года на сумму 860 000 рублей сроком до  20.08.2015 года.  

Всего предоставлено в займ за период с 20.02.2015 по 19.11.2015 денежных  средств на сумму 6 782 000 руб.  

Решением Майкопского городского суда Республики Адыгея от 12.09.2016  года с ООО «Домострой» взысканы в пользу ФИО6  денежные средства в размере 5 632 000 рублей, проценты за пользование чужими  денежными средствами в размере 32 901 рубля, государственная пошлина в  размере 42 463 рубля.  

Взысканная задолженность включена в реестр требований кредиторов  ООО «Домострой» определением Арбитражного суда Республики Адыгея от  28.03.2017 по делу № А01-2939/2016.  

Следовательно, должник в период совершения сделки имел неисполненные  обязательства, непогашенные по настоящий момент.  

При этом, о наличии признаков неплатежеспособности ФИО2 должен  был знать, поскольку из письменных возражениях представителя ФИО2  

подтверждается факт знакомства Лазурко Я.О. с Пивненко С.Н., директором и  единственным учредителем ООО «Домострой».  

Оспариваемая сделка совершена 25.09.2015 года, зарегистрирована в  установленном законом порядке 08.10.2015 года.  

17.11.2015 года ФИО2 реализовал имущество ФИО5  17.11.2015 года, сделка зарегистрирована в органе регистрации 28.11.2017 года.  

При этом 20.11.2015 года ФИО6 продал ФИО2 долю в  уставном капитале общества по договору купли-продажи (зарегистрирован в  реестре нотариальных действий нотариуса Майкопского городского нотариального  округа ФИО7 за номером № 10-41).  

20.01.2016 года внесена соответствующая запись в Единый государственный  реестр юридических лиц о смене учредителя и директора.  

Таким образом, между ФИО2 и ФИО6 имели место  доверительные отношения, дающие основания полагать об осведомленности  ФИО2 о цели заключаемого договора.  

Кроме того, суд первой инстанции оценил условия договора купли-продажи  на их соответствие рыночным.  

Из материалов дела следует, что имущество должника реализовано по цене  450 000 рублей (гараж - 300 000 рублей, земельный участок - 150 000 рублей).  

Факт оплаты по договору не подтвержден. Анализ выписки по счету  должника в ПАО «МинБанк», представленной конкурсным управляющим,  позволяет констатировать отсутствие поступлений денежных средств от  ФИО2 В кассу общества денежные средства также не поступали.  

Наличие в договоре условия о том, что расчеты между сторонами полностью  произведены, не подтверждает факта оплаты товара без соответствующих  доказательств, удостоверяющих реальный факт передачи ответчиком денежных  средств истцу.  

Кроме того, для определения рыночной (действительной) стоимости по  ходатайству конкурсного управляющего определением Арбитражного суда  Республики Адыгея от 07.06.2018 года назначена судебная экспертиза, проведение  которой было поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью  «Общество профессиональных экспертов и оценщиков XXI век».  

На разрешение эксперта были поставлены следующие вопросы: какова  рыночная стоимость нежилого здания, площадью 393 кв.м., расположенного по  адресу: Республика Адыгея, 

<

...>, с  кадастровым номером 01:04:5711007:91, по состоянию на 25.09.2015; какова  рыночная стоимость земельного участка, площадью 3 950 кв.м., расположенного  по адресу: Республика Адыгея, 

<

...>, с  кадастровым номером 01:04:5711007:91, по состоянию на 25.09.2015.  

Из представленного суду заключения эксперта общества с ограниченной  ответственностью «Общество профессиональных экспертов и оценщиков XXI век»  следует, что по состоянию на 25.09.2015 года рыночная стоимость нежилого здания  составила 1 092 237 рублей, земельного участка- 2 635 282 рубля.  

Кроме того, ответчиком заявлено о несоответствии определенной  заключением эксперта рыночной стоимости действительно существовавшей на тот  момент стоимости земельного участка и гаража.  

Согласно представленным в материалы дела сведениям о кадастровой  стоимости земельный участок оценен в 147 769,50 руб., а нежилое здание – в  

1 208 98,80 руб. Однако данные сведения отражены по состоянию на 02.12.2016 в  отношении земельного участка и на 01.01.2016 в отношении нежилого здания.  

С целью проверки указанного довода суд апелляционной инстанции  определением от 18.03.2019 запросил сведения о кадастровой стоимости объектов  недвижимости по состоянию на дату заключения сделки.  

Во исполнение определения суда из Федеральной кадастровой палаты  поступили выписки из ЕГРН, содержащие кадастровую стоимость объектов  недвижимости по состоянию на 25.09.2015, согласно которым стоимость здания  (гараж) составляет 1 493 034,51 руб., земельного участка – 139 053,82 руб.  

Следовательно, общая кадастровая стоимость объектов недвижимости  составляет 1 632 088,33 руб., что более чем в 3 раза больше стоимости по договору.  

Согласно сформированной определением Верховного Суда РФ № 308-ЭС16- 11018 от 22.12.2016 позиции, отчуждение не имеющей недостатков недвижимости  по цене, заниженной многократно, очевидно свидетельствовало о том, что  директор продавца не руководствовался интересами возглавляемой им организации  и преследовал цель вывода ликвидного имущества. Это, в свою очередь, не могло  не породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского  оборота сомнений относительно правомерности отчуждения. Поэтому ответчик,  проявляя обычную степень осмотрительности, должен был предпринять  дополнительные меры, направленные на проверку обстоятельств, при которых  должник за почти символическую цену продает недвижимость. Он не мог не  осознавать то, что сделка с такой ценой нарушает права и законные интересы  кредиторов, справедливо рассчитывающих на удовлетворение их требований за  счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации  недвижимости.  

При таких обстоятельствах договор купли-продажи от 25.09.2015 года  является недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации  установлено, что недействительная сделка не влечёт юридических последствий, за  исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с  момента её совершения.  

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации  при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой всё  полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре  (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом,  выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в  деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены  законом.  

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано  должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств  перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной  недействительной в соответствии с главой подлежит возврату в конкурсную массу.  В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре  приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на  момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением  стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса  

Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие  неосновательного обогащения.  

Учитывая изложенные обстоятельства, суд первой инстанции правомерно  применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с  ФИО2 в конкурсную массу должника 3 727 519 рублей. При этом, в виду  установления признаков злоупотребления правом сторонами сделки, а также  отсутствия подтверждения факта оплаты, суд первой инстанции обоснованно  указал на то, что задолженность восстановлению не подлежит.  

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции не усматривает  оснований для отмены определения Арбитражного суда Республики Адыгея от  29.01.2019 по делу № А01-2939/2016.  

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и  оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный  судебный акт.  

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта  (ч. 4 ст. 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено, основания  для удовлетворения жалобы отсутствуют.  

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271, 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Адыгея от 29.01.2019 по делу   № А01-2939/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без  удовлетворения.  

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи  176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление  арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его  принятия.  

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке,  определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.  

Председательствующий Н.В. Шимбарева  

Судьи Д.В. Емельянов  

Н.В. Сулименко