ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

«

дело № А35-10123/2019

г. Воронеж

26» июля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 июля 2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено 26 июля 2024 года

 

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

 

председательствующего судьи                                    Мокроусовой Л.М.,

судей                                                                               Ореховой Т.И.,

                                                                                         Потаповой Т.Б.,                                                                                        

 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Омельченко О.В.,

 

при участии:

от ФИО1: ФИО2, представителя по доверенности от 09.12.2021;

от УФНС России по Курской области: ФИО3, представителя по доверенности от 27.03.2024;

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом;

 

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством использования систем веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание) апелляционные жалобы конкурсного управляющего должника – общества с ограниченной ответственностью «Техноресурс» ФИО4, УФНС России по Курской области на определение Арбитражного суда Курской области от 23.05.2024 по делу № А35-10123/2019 по заявлению конкурсного управляющего должника – общества с ограниченной ответственностью «Техноресурс» ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Техноресурс», 

 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Все для Ворот – Курск» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Техноресурс» (ООО «Техноресурс», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Курской области от 27.01.2020 заявление ООО «Все для Ворот – Курск» признано обоснованным, в отношении ООО «Техноресурс» введена процедура наблюдения, в реестр требований кредиторов должника включена задолженность ООО «Все для Ворот – Курск» в размере 305 405 руб. 50 коп.

Решением Арбитражного суда Курской области от 16.02.2021 в отношении ООО «Техноресурс» открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО4

Определением Арбитражного суда Курской области от 04.06.2021 конкурсным управляющим ООО «Техноресурс» утвержден арбитражный управляющий ФИО4

29.07.2022 конкурсный управляющий должника ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1

Определением Арбитражного суда Курской области от 23.05.2024 суд отказал в удовлетворении заявленных требований.

Конкурсный управляющий должника ФИО4 и УФНС России по Курской области обратились с апелляционными жалобами, в которых просили отменить определение суда и принять новый судебный акт, удовлетворив заявленные требования.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель уполномоченного органа поддержал доводы своей апелляционной жалобы, а также доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего ООО «Техноресурс» ФИО4, просил определение отменить, представив отзыв.

Представитель ФИО1 возражал против доводов апелляционных жалоб, просил оставить их без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились. Учитывая, что все участники настоящего обособленного спора извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) рассмотрел апелляционные жалобы в их отсутствие.

Судебная коллегия, выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела с учетом доводов апелляционных жалоб и отзыва, не находит оснований к отмене обжалуемого определения.

Положениями пункта 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) установлено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.14 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и пунктом 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Согласно пунктам 1 и 4 статьи 61.10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

Из материалов дела следует, что руководителем ООО «Техноресурс» по состоянию на дату введения процедуры конкурсного производства являлся ФИО1. Указанный гражданин также является учредителем должника с долей в размере 100%.

Таким образом, ФИО1 является контролирующим должника лицом применительно к статье 61.10 Закона о банкротстве.

В качестве оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указал на осуществление ФИО1 неправомерных действий, причинивших вред имущественным интересам должника, что подтверждается результатами налоговой проверки, выраженными в уходе от налогообложения с использованием ряда технических фирм-посредников с целью необоснованной минимизации налоговых обязательств по налогу на добавленную стоимость.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закон № 266 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

В то же время, основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.

Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

В рассматриваемом случае ФИО1 вменяются неправомерные действия, установленные по результатам выездной налоговой проверки по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налогов за период с 01.01.2013 по 31.12.2015, начатой по решению заместителя начальника Инспекции ФНС России по г.Курску № 21-22/153/161 от 27.06.2016.

Таким образом, в настоящем споре подлежат применению положения о субсидиарной ответственности в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», однако с учетом положений норм Закона о банкротстве, действующих в рассматриваемый период в отношении ответчика (статья 10 Закона № 134-ФЗ).

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, применимой к рассматриваемым правоотношениям, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств, в том числе причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.2017 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Из разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в постановлении от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», следует, что арбитражным судам необходимо принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Как было указано выше, на основании решения заместителя начальника Инспекции ФНС России по г.Курску № 21-22/153/161 от 27.06.2016, сотрудниками инспекции была проведена выездная налоговая проверка ООО «Техноресурс» по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налогов за период с 01.01.2013 по 31.12.2015.

В ходе налоговой проверки инспекцией была установлена неполная уплата налога на прибыль в сумме 625 664 руб. 19 коп., неполная уплата налога на добавленную стоимость в сумме 7 349 679 руб. 98 коп., что отражено в акте проверки № 21-24/20/277 от 18.04.2017.

По результатам рассмотрения документов, полученных в ходе выездной проверки и проведения дополнительных мероприятий налогового контроля, не приняв возражения налогоплательщика на Акт проверки, исполняющим обязанности заместителя начальника инспекции было вынесено Решение №21-25/61/393 от 21.07.2017 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения» в соответствии с которым ООО «Техноресурс» было предложено уплатить налог на добавленную стоимость в сумме 7 349 679 руб. 98 коп. (за 1 квартал 2013 г. – 478 484 руб. 59 коп.; за 2 квартал 2013 г. – 960 847 руб. 53 коп.; за 3 квартал 2013 г. – 905 929 руб. 39 коп.; за 4 квартал 2013 г. – 324 073 руб. 80 коп.; за 1 квартал 2014 г. – 431 801 руб. 64 коп.; за 2 квартал 2014 г. – 812 708 руб. 82 коп.; за 3 квартал 2014 г. – 506 784 руб.73 коп.; за 4 квартал 2014 г. – 1 228 487 руб. 93 коп.; за 1 квартал 2015 г. – 506 643 руб. 83 коп.; за 2 квартал 2015 г. – 855 071 руб. 32 коп.; за 3 квартал 2015 г. – 338 846 руб. 40 коп.); предложено уплатить налог на прибыль в сумме 625 664 руб. 19 коп. (за 2013 год – 209 890 руб. 40 коп.; за 2015 год – 415 773 руб. 79 коп.); были начислены пени в размере 2 433 698 руб. 04 коп. за несвоевременную уплату налога на добавленную стоимость и в размере 142 511 руб. 09 коп. за несвоевременное перечисление налога на прибыль.

Также, на основании данного Решения  общество было привлечено к налоговой ответственности в соответствии с п. 1 ст. 122 НК РФ в виде штрафа в размере 849708,61 руб. за неуплату налога на добавленную стоимость за 2, 3, 4 кварталы 2014 г. и за 1, 2, 3 кварталы 2015 г., с учетом срока давности привлечения установленного ст. 113 НК РФ; а также штрафа в размере 125 132 руб. за неуплату налога на прибыль.

Не согласившись с результатами налоговой проверки, ООО «Техноресурс» обратилось в Арбитражный суд Курской области с требованием об отмене решения налогового органа.

Решением Арбитражного суда Курской области от 18.07.2019 по делу №А35-8570/2017 признано недействительным, как не соответствующее Налоговому кодексу Российской Федерации, Решение № 21-25/61/393 от 21.07.2017 Инспекции Федеральной налоговой службы по г.Курску о привлечении ООО «Техноресурс» к ответственности за совершение налогового правонарушения» в части  доначисления налога на добавленную стоимость в сумме 303 000 руб. и налога на прибыль в сумме 603 110 руб. 32 коп.; начисления пени в размере 129 239 руб. 86 коп. за несвоевременную уплату налога на добавленную стоимость и пени в размере 138 539 руб. 29 коп. за несвоевременную уплату налога на прибыль; привлечения к налоговой ответственности в соответствии с п. 1 ст. 122 Налогового кодекса Российской Федерации в виде штрафа в размере 120 622 руб. 06 коп. за неуплату налога на прибыль. В остальной части заявленных требований отказано.

В соответствии с абзацем 4 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, в частности, предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств:

должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия);

доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Судом установлено, что решение налогового органа № 21-25/61/393 от 21.07.2017, положенное в основу настоящего заявления, было оспорено ООО «Техноресурс».

По результатам указанного оспаривания данное решение налогового органа было частично отменено.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности привлечения к субсидиарной ответственности, имеет значение причинно-следственная связь между совершенными действиями контролирующего должника лица и наступившим банкротством должника.

По смыслу правовой позиции, изложенной в абзацах восьмом и девятом пункта 26 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016), субъективная добросовестность руководителя должника по вопросу наличия долга либо признаков неплатежеспособности, в частности, неочевидность для добросовестного и разумного директора кризисной ситуации ведения бизнеса, освобождает последнего от привлечения к субсидиарной ответственности (Определение Верховного Суда РФ от 29.09.2017 № 305-ЭС17-13426 по делу № А41-27743/2015).

В связи с тем, что  Арбитражный суд Курской области в рамках дела № А35-8570/2017 признал недействительным в части  решение налогового органа, в данном деле судом первой инстанции был сделан вывод о неочевидности для добросовестного и разумного руководителя наличия задолженности по налогам, что соответственно свидетельствует об отсутствии его вины в доведении до банкротства и опровергает указанную конкурсным управляющим и уполномоченным органом презумпцию.

Как указал суд области, само по себе доначисление налогов по результатам проведенной налоговой проверки не может безусловно свидетельствовать о причинно-следственной связи между действиями ответчика и признанием должника несостоятельным (банкротом) и наличии его вины. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

Исходя из анализа материалов настоящего обособленного спора, арбитражный суд пришел к выводу о том, что в материалах дела отсутствуют доказательства недобросовестности действий ФИО1, подтверждающие умышленное совершение конкретных действий, допущенных им и явившихся необходимой причиной банкротства общества, являющихся основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности.

Кроме того, суд указал, что в соответствии с решением налогового органа № 21-25/61/393 от 21.07.2017 ООО «Техноресурс» привлечено к ответственности по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации, а не по пункту 3 статьи 122 (умышленная неуплата налогов), т.е  налоговым органом не был установлен умысел на совершение налогового правонарушения.

Указанные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о том, что неуплату должником налогов не следует квалифицировать как недобросовестное поведение. Доказательства, свидетельствующие об очевидном недобросовестном поведении должника, направленном на неисполнение налоговых обязанностей, суду не представлены.

Анализ финансового состояния ООО «Техноресурс», проведенный и представленный в материалы дела о несостоятельности (банкротстве) должника временным управляющим, свидетельствует об отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства.

Негативные последствия, наступившие для юридического лица (банкротство организации) сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) руководителя должника, так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Субсидиарная ответственность участника наступает в случае, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица (определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2016 № 302-ЭС14-1472).

В соответствии с правовой позицией, которая нашла отражение в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника; удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника.

Каких-либо доказательств того, что контролирующим лицом совершались сделки, которые впоследствии были признаны судом недействительными на основании статей 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, в материалах дела не имеется.

Материалами дела подтверждается и конкурсным управляющим не оспаривается, что все имеющееся имущество должника было включено в конкурсную массу ООО «Техноресурс» и реализовано. Факты того, что контролирующим лицом были совершены действия по сокрытию документов, не позволившие пополнить конкурсную массу должника, судом не установлены, а конкурсным управляющим не доказаны (статья 65 АПК РФ).

Материалами настоящего дела о банкротстве подтверждается, что, реализуя свои полномочия генерального директора, ФИО1 предпринял необходимые меры, направленные на удовлетворение требований налогового органа, выраженные в обеспечении сохранности имущества ООО «Техноресурс», впоследствии реализованного конкурсным управляющим в ходе процедуры конкурсного производства.

Сама по себе недостаточность конкурсной массы для погашения требований кредиторов не может являться достаточным основанием для признания вины контролирующего лица в объективном банкротстве общества.

Таким образом, исходя из совокупности вышеназванных установленных в рамках настоящего обособленного спора обстоятельств, принимая во внимание отсутствие в деле доказательств того, что ответчик своими действиями способствовал доведению должника до неплатежеспособности, принимал какие-либо организационные решения, не отвечающие принципам разумности и добросовестности или давал указания на совершение должником убыточных операций, арбитражный суд обоснованно пришел к выводу об отсутствии совокупности условий, необходимых и достаточных для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности. 

Доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего повторяют отклоненные судом первой инстанции аргументы и содержат иную оценку собранных по делу доказательств. 

Согласно доводам уполномоченного органа, в случае правильного и своевременного начисления налоговых обязательств, налоговое бремя увеличилось бы не существенно: в размере 242 тыс. руб. ежемесячно и уплата такой суммы не повлекла бы финансовых затруднений. При этом кредитор не учитывает наличие задолженности по иным налоговым платежам, отраженной в иных решениях ВНП, кассовый разрыв и необходимость оплаты пени за несвоевременное начисление НДС. 

Доведение до банкротства именно недоначислением суммы НДС, подлежащей уплате в бюджет вследствие уменьшения ее на сумму бестоварных операций является опровержимой презумпцией. 

Согласно правовому подходу Верховного Суда Российской Федерации при разрешении подобных споров, необходимо исходить из того, что к субсидиарной ответственности могут быть привлечены только те лица, действия которых непосредственно привлекли к банкротству организации (определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2021 №305-ЭС18-13210(2). Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов.

При вынесении обжалуемого определения арбитражный суд первой инстанции правильно применил нормы процессуального права, нарушений норм процессуального законодательства, являющихся в силу пункта 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, допущено не было.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Курской области от 23.05.2024 по делу №А35-10123/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы конкурсного управляющего должника – общества с ограниченной ответственностью «Техноресурс» ФИО4, УФНС России по Курской области - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                      Л.М.  Мокроусова

 

Судьи                                                                    Т.И. Орехова

 

                                                                                      Т.Б.  Потапова