ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-12128/2015

13 декабря 2019 года

город Омск

Резолютивная часть постановления объявлена  06 декабря 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  13 декабря 2019 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Зориной О.В.

судей Бодунковой С.А., Смольниковой М.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-12465/2019) ФИО2, (регистрационный номер  08АП-12466/2019) ФИО3, (регистрационный номер  08АП-12468/2019) ФИО4 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 15 августа 2019 года по делу №  А70-12128/2015 (судья Скифский Ф.С.), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего к бывшему руководителю должника ФИО4, мажоритарным акционерам должника ФИО2, ФИО3 о солидарном привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам открытого акционерного общества «Автотранспортное предприятие № 11», в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества «Автотранспортное предприятие № 11» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

установил:

определением Арбитражного суда Тюменской области от 21.10.2015 требования ФИО5 (далее – ФИО5) признаны обоснованными, в отношении открытого акционерного общества «Автотранспортное предприятие № 11» (далее – ОАО «АТП-11», должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6 (далее – ФИО6).

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 01.02.2016 открытое акционерное общество «Автотранспортное предприятие № 11» (далее – ОАО «Автотранспортное предприятие № 11», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурным управляющим утвержден ФИО6

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 30.11.2017 конкурсным управляющим ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» утвержден ФИО7 (далее – ФИО7, конкурсный управляющий). 

В Арбитражный суд Тюменской области обратился конкурсный управляющий с заявлением к бывшему руководителю должника ФИО4 (далее – ФИО4) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Одновременно конкурсный управляющий ходатайствовал о приостановлении производства по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчётов с кредиторами.

В Арбитражный суд Тюменской области обратился ФИО4 с ходатайством о привлечении к участию в рассмотрении заявления в качестве соответчиков ФИО2 (далее – ФИО2) – члена совета директоров ОАО «Автотранспортное предприятие № 11», владеющего 41% обыкновенных акций ОАО «Автотранспортное предприятие № 11», и ФИО3 (далее – ФИО3) – члена совета директоров ОАО «Автотранспортное предприятие № 11», владеющего 44,6% обыкновенных акций ОАО «Автотранспортное предприятие № 11».

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 11.04.2019 к участию в рассмотрении заявления в качестве соответчиков привлечены ФИО2, ФИО3

Позднее конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением об уточнении заявленных требований, ходатайствовал о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО4, ФИО3, ФИО2, а также о приостановлении производства по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчётов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 03.07.2019 к участию в рассмотрении заявления в качестве заинтересованного лица привлечён финансовый управляющий ФИО3 ФИО8 (далее – ФИО8).

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 15.08.2019 требования конкурсного управляющего удовлетворены, бывший руководитель ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» ФИО4 солидарно с мажоритарными акционерами должника ФИО2, ФИО3 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО «Автотранспортное предприятие № 11», производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО2, ФИО3 приостановлено до окончания расчётов с кредиторами.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО3, ФИО4, ФИО2 обратились с апелляционными жалобами.

ФИО3, ФИО2 в своих апелляционных жалобах просили обжалуемое определение суда первой инстанции отменить в части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3 и ФИО2, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего в соответствующей части.

ФИО4 в своей апелляционной жалобе просил обжалуемое определение суда первой инстанции отменить.

В обоснование своих апелляционных жалоб ФИО4, ФИО3, ФИО2 указали, что конкурсным управляющим пропущен срок исковой давности на обращение в арбитражный суд с настоящим заявлением.

ФИО3 и ФИО2 в обоснование своих апелляционных жалоб указали также следующее:

- ФИО2 и ФИО3 не имели права голоса на общем собрании акционеров ОАО «Автотранспортное предприятие № 11», на котором принято решение об одобрении сделки по отчуждению недвижимого имущества в пользу общества с ограниченной ответственностью Производственная фирма «Барс» (далее – ООО ПФ «Барс»), следовательно, не принимали решение о совершении данной сделки;

- на момент заключения договора купли-продажи недвижимого имущества от 23.04.2015 между должником и ООО ПФ «Барс» являвшееся предметом данного договора недвижимое имущество находилось в залоге у Банка ВТБ 24 – единственного кредитора должника и основного кредитора ООО ПФ «Барс», по данной сделке имущество переходило в собственность основного заемщика – ООО ПФ «Барс», а потому права кредиторов ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» совершением спорной сделки нарушены не были;

- иные указанные конкурсным управляющим сделки (договоры купли-продажи транспортных средств от 23.06.2015 № 1-23, заключенные между должником и обществом с ограниченной ответственностью Производственная фирма «Окна Оптом» (далее – ООО ПФ «Окна Оптом»), договор купли-продажи от 11.08.2014, заключенный между ФИО5 и должником) заключены директором ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» ФИО4 без одобрения общего собрания акционеров, что исключает их ответственность за совершение соответствующих сделок.

В обоснование своей апелляционной жалобы ФИО2 также указал, что договор купли-продажи недвижимого имущества от 23.04.2015 между должником и ООО ПФ «Барс» одобрен Банком ВТБ 24 (залогодержателем).

Оспаривая доводы апелляционных жалоб, конкурсный управляющий представил отзыв, в котором просил обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 03.12.2019, конкурсный управляющий поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил оставить определение без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения, считая определение суда первой инстанции законным и обоснованным.

В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в судебном заседании объявлен перерыв до 06.12.2019, после окончания которого судебное заседание продолжено.

Информация о перерыве в судебном заседании размещена в информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.

Конкурсный управляющий, ФИО2, ФИО4, ФИО3, иные лица, участвующие в деле о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание после перерыва не обеспечили, суд апелляционной инстанции, руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ, рассмотрел апелляционные жалобы в отсутствие неявившихся представителей участвующих в деле лиц.

Рассмотрев материалы дела, апелляционные жалобы, отзыв на них, дополнения к нему, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке статей 268, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для изменения или отмены обжалуемого определения суда первой инстанции по настоящему делу.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) заявления, поданные с 01.07.2017, о привлечении к субсидиарной ответственности должника и иных лиц в деле о банкротстве, предусмотренной ранее статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», рассматриваются по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

В то же время применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве, либо статей 61.11-61.12 Закона о банкротстве в целях регулирования материальных правоотношений, касающихся субсидиарной ответственности,  зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

Такой же подход к действию закона во времени изложен в Определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006, а также в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 по делу № А41-87043/2015.

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц 25.01.2019 (штамп входящей корреспонденции суда), уточнил свои требования 20.06.2019 (штамп входящей корреспонденции суда).

Поэтому требование конкурсного управляющего подлежит рассмотрению по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Закона № 266-ФЗ.

Как следует из заявления конкурсного управляющего, последний полагает, что ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» признано настоятельным (банкротом) вследствие незаконных действий бывшего руководителя должника ФИО4, а также мажоритарных акционеров должника ФИО2, ФИО3 по совершению сделок должника, которые имели место в 2014 и 2015 годах.

В этой связи в рамках настоящего обособленного спора подлежит применению статья 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в соответствующий период.

Согласно абзацу 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, подлежащей применению в рамках настоящего обособленного спора, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Суд первой инстанции, удовлетворяя требования конкурсного управляющего, исходил из того, что в результате совершения оспоренных конкурсным управляющим сделок причинён вред имущественным правам кредиторов ОАО «Автотранспортное предприятие № 11», что даёт правовые основания для солидарного привлечения ФИО4, ФИО2, ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции.

Как усматривается из выписки из Единого государственного реестра юридических лиц (том 38, лист дела 38), руководителем должника являлся ФИО4

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Тюменской области от 09.02.2017 по делу № А70-12128/2015 установлено, что ФИО2 являлся членом совета директоров и акционером должника, владеющим более 41% обыкновенных акций ОАО «Автотранспортное предприятие № 11», ФИО3 являлся членом совета директоров и акционером должника, владеющим 44,6% обыкновенных акций ОАО «Автотранспортное предприятие № 11».

Таким образом, ФИО4, ФИО2 и ФИО3 являются контролировавшими должника лицами.

Конкурсный управляющий в заявлении указал, судом первой инстанции установлено, что в рамках дела о несостоятельности ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» были признаны недействительными следующие подозрительные сделки должника:

- вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Тюменской области от 09.02.2017 признан недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества от 23.04.2015, заключённый между ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» и ООО ПФ «Барс», применены последствия недействительности сделки в виде обязания ООО ПФ «Барс» возвратить ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» недвижимое имущество;

- вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Тюменской области от 24.08.2017 признаны недействительными договоры купли-продажи транспортных средств № 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23 от 23.06.2015, заключённые между ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» и ООО ПФ «Окна Оптом», применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО ПФ «Окна Оптом» в конкурсную массу ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» денежных средств в размере 10 175 645 руб.;

- вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Тюменской области от 28.06.2017 признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства № 11 от 23.06.2015, заключённый между ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» и ООО ПФ «Окна Оптом», применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО ПФ «Окна Оптом» в конкурсную массу ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» денежных средств в размере 840 000 руб.;

- постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2018 признан недействительным договор купли-продажи от 11.08.2014, заключённый между ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» и ФИО9

При этом все указанные выше договоры заключены с причинением вреда имущественным правам кредиторов ОАО «Автотранспортное предприятие № 11», привели к отчуждению принадлежавшего должнику дорогостоящего имущества, что установлено приведенными выше судебными актами, вступившими в законную силу.

Данные сделки совершены в период осуществления ФИО4 полномочий единоличного исполнительного органа должника.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Тюменской области от 09.02.2017 по делу № А70-12128/2015 установлено, что заинтересованными в совершении ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» договора купли-продажи недвижимого имущества от 23.04.2015, заключённого между ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» и ООО ПФ «Барс», являются: 

- член совета директоров и акционер общества ФИО2, владеющий более 41% обыкновенных акций ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» и одновременно владеющий 50% доли уставного капитала ООО ПФ «Барс» (выгодоприобретателя по сделке) и являвшийся руководителем ООО ПФ «Барс»; 

- член совета директоров и акционер общества ФИО3, владеющий 44,6% обыкновенных акций ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» и одновременно владеющий 50% доли уставного капитала ООО «ПФ «Барс» (выгодоприобретателя по сделке).

На основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В пункте 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» содержатся разъяснения, согласно которым если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в подпункте 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, предусмотренную статьей 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем должника (абзац первый статьи 1080 ГК РФ).

Таким образом, как правильно заключил суд первой инстанции, в связи с установлением вступившим в законную силу судебным актом того, что ФИО3 и ФИО2 являлись выгодоприобретателями по оспоренной конкурсным управляющим сделке с ООО ПФ «Барс», данные лица осознавали или должны были осознавать факт причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения данных сделок, вследствие чего подлежат привлечению к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

То обстоятельство, голосовали ФИО2 и ФИО3 за совершение соответствующей сделки должником на общем собрании акционеров или нет, не имеет значения для разрешения вопроса о привлечении их к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, учитывая, что вступившим в законную силу судебным актом установлен их статус как выгодоприобретателей по соответствующей сделке.

ФИО3 и ФИО2 в обоснование своих апелляционных жалоб указали, что иные указанные конкурсным управляющим сделки (договоры купли-продажи транспортных средств от 23.06.2015 № 1-23, заключенные между должником и ООО «Окна Оптом», договор купли-продажи от 11.08.2014, заключенный между ФИО5 и должником) совершены директором ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» ФИО4 без одобрения общего собрания акционеров, что исключает их ответственность за совершение соответствующих сделок.

Однако, как указал конкурсный управляющий в дополнении к отзыву на апелляционные жалобы, определением Арбитражного суда Тюменской области от 12.04.2017 по делу № А70-15411/2015 установлено, что согласно представленной в материалы дела выписке из Единого государственного реестра юридических лиц от 14.08.2015 участниками ООО ПФ «Окна Опт» являются ФИО2 (50%) и ФИО3 (50%). Таким образом, ООО ПФ «Барс» и ООО ПФ «Окна Оптом» являются аффилированными лицами.

При таких обстоятельствах ФИО2 и ФИО3 являются выгодоприобретателями также по сделкам должника, признанным недействительными определением Арбитражного суда Тюменской области от 24.08.2017, определением Арбитражного суда Тюменской области от 28.06.2017 по настоящему делу, а потому подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с их совершением.

Поскольку указанные выше сделки, на основании которых отчуждено значительное по объему и стоимости имущество должника, совершены последним под руководством ФИО4, как единоличного исполнительного органа должника, ФИО4 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции также учитывает, что определением Арбитражного суда Тюменской области от 09.02.2017 по настоящему делу установлено следующее: ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» менее чем за полгода до даты возбуждения в отношении него производства по делу о несостоятельности (банкротстве) произвело отчуждение всего имеющегося у него имущества заведомо неплатёжеспособному лицу (ООО ПФ «Барс»), которое, к тому же, является заинтересованным по отношению к должнику лицом. Кроме того, на основании договора об ипотеке № 721/1015-0000748-з91 от 07.09.2015 спорное имущество, составившее предмет договора купли-продажи недвижимого имущества от 23.04.2015, заключённый между ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» и ООО ПФ «Барс», было передано новым собственником в залог Банку ВТБ 24.

Судом также установлено, что в связи с ненадлежащим исполнением ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» условий договора купли-продажи от 11.08.2014 вступившим в законную силу решением Тюменского районного суда Тюменской области от 22.05.2005 по гражданскому делу № 2-1077/2015 с ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» в пользу ФИО5 было взыскано 1 632 280 руб., в том числе: 1 616 000 руб. – сумма задолженности, 16 280 руб. – сумма расходов по уплате государственной пошлины. Вышеуказанный судебный акт явился основаниям для обращения ФИО5 в Арбитражный суд Тюменской области с заявлением о признании ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» несостоятельным (банкротом), в связи с чем определением Арбитражного суда Тюменской области от 21.10.2015 в отношении ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» введена процедура наблюдения.

При этом договор купли-продажи от 11.08.2014, заключенный между ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» и ФИО5, в связи с наличием у ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» задолженности по которому возбуждено настоящее дело о банкротстве, признан недействительной сделкой по причине его мнимости постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2018 по настоящему делу.

То есть требование заявителя по делу по банкротстве было искусственно создано в целях возбуждения процедуры банкротства должника и последующего контроля над нею.

Кроме того в рамках дела о банкротстве ООО ПФ «Барс» определением Арбитражного суда Тюменской области от 01.11.2016 по делу № А70-15411/2015, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 27.01.2017, признан недействительным договор подряда от 01.11.2013 № 04/16, заключенный между ООО ПФ «Барс», ОАО «Автотранспортное предприятие № 11», обществом с ограниченной ответственностью «Гранд-Престиж» (далее – ООО «Гранд-Престиж») по причине его мнимости.

При рассмотрении обособленного спора о признании договора подряда от 01.11.2013 № 04/16 недействительным суды первой и апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, следуя правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда РФ № 305-ЭС16-2411 от 25.07.2016 по делу А41-48518/2014, установили, что договор подряда от 01.11.2013 № 04/16 является мнимой сделкой, заключенной при злоупотреблении правом. ООО «Гранд-престиж» было не способно выполнить заявленные объём строительных работ, сделка направлена на искусственное создание задолженности для получения контроля над процедурой банкротства ООО ПФ «Барс» путём незаконного получения большинства голосов на собрании кредиторов и влечёт причинение вреда добросовестным кредиторам и должнику.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 23.12.2015 по настоящему делу признаны обоснованными и подлежащими включению в третью очередь реестра требований кредиторов ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» требования ООО «Гранд Престиж» в размере 187 322 948 руб. 03 коп., в том числе: 187 122 948 руб. 03 коп. – сумма задолженности, 200 000 руб. – сумма расходов по оплате государственной пошлины, основанные на данном договоре.

Однако в связи с признанием договора подряда от 01.11.2013 № 04/16 недействительным определением Арбитражного суда Тюменской области от 12.04.2017 по настоящему делу по заявлению Банка ВТБ 24 определение Арбитражного суда Тюменской области от 23.12.2015 по делу № А70-12128/2015 отменено по вновь открывшимся обстоятельствам, а определением Арбитражного суда Тюменской области от 24.05.2017 в удовлетворении требований ООО «Гранд Престиж» отказано.

Таким образом, из материалов настоящего дела усматривается наличие признаков преднамеренного и подконтрольного  банкротства ОАО «Автотранспортное предприятие № 11», инициированного при участии контролирующих должника лиц ФИО3 и ФИО2, ФИО4, организовавших выведение принадлежащего должнику дорогостоящего имущества (недвижимости и транспортных средств) в пользу заинтересованных по отношению к должнику лиц, в том числе ООО ПФ «Барс», участниками которого с 50% доли уставного капитала у каждого являлись ФИО3 и ФИО2, а также создание мнимого (фиктивного) требования ФИО5 к должнику в целях возбуждения в отношении последнего дела о банкротстве, создание мнимой задолженности ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» перед ООО «Гранд Престиж» в существенном размере в целях его включения в реестр требований кредиторов должника и воздействия на процедуру банкротства ОАО «Автотранспортное предприятие № 11».

Согласно неоспоренным доводам конкурсного управляющего, изложенным в заседании суда апелляционной инстанции, открытом 03.12.2019, включение требования ООО «Гранд Престиж» в реестр требований кредиторов должника в размере 187 322 948 руб. 03 коп., в том числе: 187 122 948 руб. 03 коп. – сумма задолженности, 200 000 руб. – сумма расходов по оплате государственной пошлины позволило ему оказать решающее воздействие на определение выгодной ему кандидатуры временного управляющего и конкурсного управляющего в настоящем деле о банкротстве – ФИО6

Соответствующие обстоятельства лицами, участвующими в деле, в частности ФИО3 и ФИО2, ФИО4, не опровергнуты.

Ход процедуры банкротства, в том числе фальсификация требований заявителя по делу и мажоритарного кредитора, о которой не могли не знать основные акционеры должника, ненадлежащее исполнение обязанностей конкурсным управляющим (определение об отстранении конкурсного управляющего от 16.12.2017), утвержденным мажоритарным кредитором, чьи требования впоследствии были исключены из реестра требований кредиторов должника,  согласованность действий по выводу активов, а также при банкротстве должника свидетельствуют о том, что банкротство было преднамеренным и  сделки, на которые сослался управляющий, являлись составной частью преднамеренного банкротства.

Какие-либо доказательства, подтверждающие разумность и добросовестность действия контролирующих должника лиц по заключению указанных выше сделок, ответчики в материалы дела не представили, доводы конкурсного управляющего об их существенности для должника не опровергли.

При этом согласно пояснениям конкурсного управляющего в заседании суда апелляционной инстанции, открытом 03.12.2019, в настоящем конкурсную массу должника составляют шесть транспортных средств, которые были реализованы в деле о банкротстве по прямым договорам по цене, не превышающей 100 000 руб., иное имущество в конкурсной массе должника отсутствует.

То есть в результате отчуждения принадлежащего должнику имущества по указанным выше сделкам у ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» фактически не осталось активов, за счет которых оно могло продолжать осуществление хозяйственной деятельности и рассчитываться с кредиторами.

Обратное ответчиками не доказано.

Учитывая, что материалами дела подтверждается совершение ФИО3, ФИО2, ФИО4 действий, направленных на вывод практически всех активов должника во вред его кредиторам и самому должнику в пользу аффилированных лиц при наличии у них умысла на осуществление преднамеренного банкротства должника и обретение контроля над процедурой его банкротства, суд первой инстанции обоснованно привлек ФИО3, ФИО2, ФИО4 к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Доводы ФИО3 и ФИО2, согласно которым на момент заключения договора купли-продажи недвижимого имущества от 23.04.2015 между должником и ООО ПФ «Барс» являвшееся предметом данного договора недвижимое имущество находилось в залоге у Банка ВТБ 24 – единственного кредитора должника и основного кредитора ООО ПФ «Барс», по данной сделке имущество переходило в собственность основного заемщика – ООО ПФ «Барс», а потому права кредиторов ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» совершением спорной сделки нарушены не были, более того, договор купли-продажи недвижимого имущества от 23.04.2015 между должником и ООО ПФ «Барс» одобрен Банком ВТБ 24 (залогодержателем), отклоняются судом апелляционной инстанции.

Во-первых, определением Арбитражного суда Тюменской области от 09.02.2017 по настоящему делу установлено, что договор купли-продажи недвижимого имущества от 23.04.2015 между должником и ООО ПФ «Барс» совершен с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и причинил такой вред.

Во-вторых, как было указано ранее, из материалов дела следует участие ФИО3 и ФИО2 через подконтрольных им лиц (в частности, ООО ПФ «Барс») в создании фиктивной задолженности ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» перед ООО «Гранд Престиж» в целях ее последующего включения в реестр требований кредиторов должника в размере 187 322 948 руб. 03 коп., в том числе: 187 122 948 руб. 03 коп. – сумма задолженности, то есть в существенном размере, который позволил  им влиять на ход процедуры банкротства, противопоставив свою позицию залоговому кредитору (Банку ВТБ 24).

При этом согласие банка на сделку было обусловлено переоформлением залога на покупателя, а последующее оспаривание сделки купли-продажи недвижимости со стороны конкурсного управляющего, действовавшего под контролем лиц, аффилированных с должником, имело целью утрату банком залогового обеспечения.

Данное залоговое обеспечение было  восстановлено лишь по заявлению банка (определение от 25.07.2017 по настоящему делу).

В этой связи одобрение Банком ВТБ 24 договора купли-продажи недвижимого имущества от 23.04.2015 не свидетельствует о добросовестности поведения ФИО3 и ФИО2 в рамках настоящего дела о банкротстве, так как их последующие действия подтверждают, что даже согласованная с банком сделка  была задумана как часть преднамеренного банкротства и направлена против интересов кредиторов ОАО «Автотранспортное предприятие № 11» и Банка ВТБ 24, в частности.

В обоснование своих апелляционных жалоб ФИО4, ФИО3, ФИО2 указали, что конкурсным управляющим пропущен срок исковой давности на обращение в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Так, указанные лица считают, что сроки исковой давности по рассматриваемым требованиям надлежит исчислять в соответствии с положениями абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, такие сроки истекли на дату обращения конкурсного управляющего в арбитражный суд с настоящим заявлением (25.01.2019 и 20.06.2019 (уточнения)).

Оценив заявление о пропуске срока давности, суд апелляционной инстанции указывает следующее.

По смыслу определения Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006 если материально-правовые основания привлечения к ответственности на дату совершения правонарушения и на дату обращения с заявлением не изменились и на дату прекращения действия предыдущих редакций данного Закона (и Гражданского кодекса Российской Федерации), предусматривавших иной порядок исчисления давности по этой категории дел, срок исковой давности привлечения к субсидиарной ответственности не истек (или даже не начинал течь), к вопросу о продолжительности и порядку исчисления исковой давности подлежит применению новая норма.

Данный подход опирается на сложившуюся в позитивном праве традицию исчисления сроков давности при их законодательном изменении (пункт 9 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации", пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 21.07.2005 № 109-ФЗ «О внесении изменения в статью 181 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Таким образом, если по состоянию на дату введения в действие статьи 61.14 Закона о банкротстве (30.07.2017) ранее действовавший срок давности не истек, к правоотношениям применяется срок давности, предусмотренный статьей 61.14 Закона о банкротстве.

По смыслу действовавшей на момент совершения контролирующими должника лицами вменяемых им конкурсным управляющим незаконных действий редакции статьи 200 ГК РФ, а также последующих редакций данной статьи и статьи 10 Закона о банкротстве исковая давность по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности в любом случае не могла начать течь ранее момента возникновения у истца права на иск и объективной возможности для его реализации.

Вменяемые ответчикам действия совершены в период действия статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, согласно которой заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

В силу пункта 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности).

Если в ходе рассмотрения обособленного спора (дела) будет установлено, что недобросовестно действующий в интересах контролирующего должника лица арбитражный управляющий скрыл от кредиторов обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, срок исковой давности не может быть исчислен с момента осведомленности такого управляющего.

Кроме того, по смыслу пункта 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности, лежит на ответчиках.

В данном случае обстоятельства пропуска срока давности подлежали доказыванию ответчиками.

Между тем, ответчики достоверных доказательств в подтверждение указанного обстоятельства не представили, не обосновали, когда именно добросовестно действующий в интересах кредиторов управляющий узнал о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание  наличие в данном деле признаков преднамеренного банкротства с    созданием фиктивных требований заявителя по делу и мажоритарного кредитора.

При этом и тот и другой, имея возможность влиять на кандидатуру временного и конкурсного управляющего,  обеспечили исполнение обязанностей временного и конкурсного управляющего в настоящем деле одним и тем же арбитражным управляющим.

Указанные фиктивные требования были исключены из реестра требований кредиторов по инициативе Банка  ВТБ и нового конкурсного  управляющего ФИО7 после отстранения ФИО6 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего. 

ФИО6 нахождению в реестре требований кредиторов сфальсифицированных требований не препятствовал.

Поэтому суд апелляционной инстанции полагает, что исковая давность должна исчисляться не ранее даты утверждения ФИО7 конкурсным управляющим должника.

Поскольку к дате утверждения ФИО7 (30.11.2017) срок исковой давности, установленный статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 134-ФЗ, еще не начинал течь, то к требованиям истца подлежит применению 

срок давности, предусмотренный статьей 61.14 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Таким образом, даже если исходить из доводов ФИО3 и ФИО2 об исчислении срока исковой давности с даты утверждения ФИО7 конкурсным управляющим должника, субъективный трехлетний срок обращения в арбитражный суд с настоящим заявлением им не пропущен.

Учитывая, что должник признан банкротом решением Арбитражного суда Тюменской области от 01.02.2016 по настоящему делу, объективный трехлетний срок исковой давности также не пропущен конкурсным управляющим.

По этой же причине отклоняются доводы ФИО4 о том, что  срок исковой давности обращения ФИО7 в арбитражный суд с настоящим заявлением истек, так как спорные сделки признаны недействительны определениями Арбитражного суда Тюменской области по настоящему делу от 09.02.2017, 25.05.2018, 24.08.2018, постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 13.07.2018 по настоящему делу.

По мнению ФИО4, именно с даты признания таких сделок недействительными конкурсный управляющий узнал о наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам.

Между тем, как уже было сказано выше, оспаривание сделки купли-продажи недвижимости (определение Арбитражного суда Тюменской области по настоящему делу от 09.02.2017) осуществлялось прежним управляющим в соответствии с разработанной схемой банкротства должника в целях освобождения этой недвижимости от банковского залога.

Признание недействительными иных сделок, оспоренных либо под давлением банка, либо  вновь назначенным конкурсным управляющим, относится к периоду действия новых норм об исковой давности, поэтому, если исходить из дат определений как дат, с которых конкурсный управляющий считается осведомленным о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, эти даты имели место уже в период действия новых сроков привлечения к субсидиарной ответственности.

При этом, учитывая дату утверждения ФИО7 конкурсным управляющим должника (30.11.2017), как было указано ранее, в рамках настоящего дела подлежит применению правовая позиция, изложенная в определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006, статья 61.14 Закона о банкротстве, устанавливающая трехлетний объективный и субъективный срок исковой давности.

Если считать, что конкурсный управляющий узнал о наличии оснований для обращения в арбитражный суд с настоящим заявлением 09.02.2017, 25.05.2018, 24.08.2018, 13.07.2018, установленный статьей 61.14 Закона о банкротстве субъективный срок исковой давности им пропущен не был, так как годичный срок, исчисляемый от этих дат, или истек после вступления в силу статьи 61.14 Закона о банкротстве (30.07.2017) или даже не начал течь на эту дату.

В любом случае суд апелляционной инстанции считает в данных конкретных обстоятельствах правомерной применение правовой позиции, сформулированной в Постановлении от 22.11.2011 N 17912/09 по делу N А54-5153/2008/С16, согласно которой отказ суда в применении давности соответствует пункту  2 статьи  10 ГК РФ и выступает в качестве санкции за злоупотребление правами в том случае, если   ответчик создавал препятствия для своевременного оспаривания.

Организуя преднамеренное банкротство должника и отстраняя незаинтересованных кредиторов от контроля за процедурой, ответчики не вправе рассчитывать на защиту своих  интересов давностью, исчисляемой по общим правилам.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения Арбитражного суда Тюменской области. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тюменской области от 15 августа 2019 года по делу № А70-12128/2015 (судья Скифский Ф.С.), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего к бывшему руководителю должника - ФИО4, мажоритарным акционерам должника - ФИО2, ФИО3 о солидарном привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам открытого акционерного общества «Автотранспортное предприятие № 11», в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества «Автотранспортное предприятие № 11» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), оставить без изменения, апелляционные жалобы (регистрационный номер 08АП-12465/2019) ФИО2, (регистрационный номер 08АП-12466/2019) ФИО3, (регистрационный номер 08АП-12468/2019) ФИО4 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Выдача исполнительных листов осуществляется судом первой инстанции после поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.

При условии предоставления копии настоящего постановления, заверенной в установленном порядке, в суд первой инстанции взыскатель вправе подать заявление о выдаче исполнительного листа до поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.

Председательствующий

О.В. Зорина

Судьи

С.А. Бодункова

 М.В. Смольникова