АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 http://fasuo.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 № Ф09-3670/24 

Екатеринбург 27 августа 2025 г. Дело № А60-17887/2023 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 августа 2025 г. Постановление изготовлено в полном объеме 27 августа 2025 г.  

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Шавейниковой О. Э., судей Оденцовой Ю.А., Осипова А.А., 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 25.02.2025 по делу № А60-17887/2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2025 по тому же делу.  

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети Интернет.  

В судебном заседании в суде округа принял участие представитель ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 21.04.2023 № 66АА7815986).  

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 23.05.2023 ФИО1 (далее также – должник) признана несостоятельной (банкротом), в отношении ее имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим утвержден ФИО4.  

В Арбитражный суд Свердловской области 06.05.2024 поступило заявление ФИО2 о признании соглашения о разделе общего имущества, заключенного между должником и ФИО5 (далее также – ответчик), в части признания прав по договору аренды земельного участка единоличной собственностью ответчика недействительной сделкой и применении последствий е недействительности (с учетом уточнений, принятых судом первой инстанции в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 25.02.2025, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого  

арбитражного апелляционного суда от 29.05.2025, заявленные требования удовлетворены: соглашение о разделе общего имущества в части признания единоличной собственностью ФИО5 прав и обязанностей по договору аренды земельного участка, расположенного по адресу: 

<

...> **, признано недействительной сделкой, применены последствия его недействительности в виде признания права общей совместной собственности ФИО5 и ФИО1 на земельный участок с кадастровым номером 66:12:5701001:678, площадью 2211 кв. м, и жилой дом с кадастровым номером 66:12:5701001:654, площадью 71,9 кв. м, расположенные по адресу: 

<

...> **.  

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 25.02.2025 и постановление апелляционного суда от 29.05.2025 отменить и принять по спору новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на нарушение судами норм права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. В кассационной жалобе заявитель возражает против выводов судов, полагая, что таковые противоречат обстоятельствам, установленным решением суда общей юрисдикции по делу № 2-22/2022, и сделаны при неверном распределении бремени доказывания существенных для рассмотрения спора обстоятельства, без надлежащего исследования и оценки доводов должника относительно того, что как формирование земельного участка, так и основная часть строительства жилого дома были произведены после прекращения между А-выми фактических брачных отношений за счет личных средств непосредственно ответчика, в связи с чем, по мнению должника, спорное имущество является единоличной собственностью ФИО5  

ФИО6, ФИО2 и ФИО5 представлены отзывы на кассационную жалобу.  

От ФИО6 поступили возражения по приобщению к материалам дела отзыва ответчика ФИО5, мотивированные его ненаправлением в адрес иных участвующих в деле лиц.  

Принимая во внимание заявленные возражения, учитывая, что в данном случае ни к одному из отзывов в нарушение положений статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не приложены доказательства заблаговременного направления их лицам, участвующим в деле, при том что направление процессуальных документов накануне судебного заседания (в том числе за один-два рабочих дня) таковым доказательством не является, суд округа отказал в приобщении отзывов ФИО6, ФИО2 и ФИО5 к материалам дела. Данные отзывы фактическому возврату не подлежат, поскольку представлены в электронном виде через систему «Мой арбитр».  

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО1 в период с 12.10.2019 по 05.08.2022 состояла в зарегистрированном браке с ФИО5  

В период брака ФИО5 были приобретены права арендатора по договору аренды земельного участка от 12.11.2018 № 312, заключенному между Администрацией муниципального образования «Каменский городской округ» (арендодатель) и ФИО7 (арендатор).  

Дополнительным соглашением от 26.05.2020 права арендатора по вышеуказанному договору переданы ФИО5  

После расторжения брака, 06.09.2022, между ФИО1 и ФИО5 заключено соглашение о разделе совместно нажитого во время брака имущества, по условиям которого стороны определили, что:  

– с момента подписания настоящего соглашения в личную собственность ФИО5 переходит ½ доли в праве собственности на квартиру, а также права и обязанности по договору аренды земельного участка площадью 1 617 кв. м, расположенного по адресу: 

<

...> **;  

–в личную собственность ФИО1 переходит ½ доли в праве собственности на квартиру.  

Согласно абзацу третьему пункта 2.2 соглашения со дня его подписания прекращения право общей совместной собственности сторон на вышеуказанное имущество.  

Впоследствии, на основании договора купли-продажи земельного участка от 08.11.2022 № 208 земельный участок площадью 1 617 кв. м передан собственность ФИО5  

Из пункта 2.2 договора следует, что земельный участок передается под жилым домом площадью 71,9 кв. м, принадлежащим покупателю на праве собственности согласно записи о регистрации права от 28.09.2022.  

Ссылаясь на то, что спорное соглашение заключено между заинтересованными лицами в период наличия у должника признаков неплатежеспособности в отсутствие равноценного встречного предоставления, в результате совершения данной сделки из конкурсной массы должника выбыло ликвидное имущества в виде прав на земельный участок, чем причинен вред кредиторам должника, кредитор обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о признании соглашения о разделе имущества от 06.09.2022 в части признания права аренды земельного участка единоличной собственностью бывшего супруга должника недействительной сделкой на основании статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).  

В период рассмотрения обособленного спора ответчиком путем перераспределения земель из земельного участка площадью 1 617 кв. м был сформирован новый участок площадью 2 211 кв. м с кадастровым номером 66:12:5701001:675 (присвоен 03.09.2024).  

Удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.  

Из разъяснений, изложенных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан», следует, что финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации, ) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170,  

Пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).  

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника, а также иные последствия совершенных должником сделок, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности  

кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Исходя из того, что настоящее дело о банкротстве было возбуждено 12.04.2023, спорное соглашение заключено 06.09.2022, суды пришли к выводу о том, что оспариваемая сделка совершена в периоды подозрительности, предусмотренные пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Проанализировав размер, период возникновения и характер обязательств, включенных в реестр требований кредиторов должника, суды установили, что на дату совершения оспариваемой сделки у должника имелись обязательства перед кредиторами, требования которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов, в том числе перед ФИО8, задолженность перед которой взыскана решением Красногорского районного суда г. Каменск-Уральский от 19.05.2022 по делу № 2-22/2022 в редакции апелляционного определения Свердловского областного суда от 30.08.2022 на основании чего заключили о наличии у ФИО1 на дату совершения спорной сделки признаков неплатежеспособности.  

Принимая во внимание, что ФИО5 является бывшим супругом должника, учитывая, что задолженность перед кредиторами возникла у ФИО1 в период нахождения в браке с ответчиком, суды обоснованно констатировали, что должник и ответчик являются заинтересованными лицами, что в силу действующего законодательства образует одну из презумпция осведомленности такого лица как о целях совершения сделки, которые преследует должник, так и о причинении оспариваемой сделкой вреда имущественным правам кредиторов. Такая презумпция ФИО5 опровергнута не была.  

В обоснование заявленных требований кредиторы указывали, что земельный участок был приобретен А-выми в период брака, в тот же период (с июля 2021 года) супругами было начато строительство на нем жилого дома, в связи с чем спорное имущество является общей совместной собственностью супругов, ссылались на то, что в настоящее время должник и ответчик фактически продолжают вести совместное хозяйство, а расторжение брака между ФИО9 носило фиктивный характер и было направлено на вывод имущества из активов должника в целях минимизации потерь семьи от проведения в отношении одного из ее членов процедуры банкротства.  

Возражая против предъявленных требований, должник и ответчик настаивали на том, что спорное имущество является собственностью ФИО5, отмечая, что содержание земельного участка с мая 2020 года осуществлялось за счет его собственных денежных средств, а при строительстве жилого дома им использовались как личные средства, так и средства, полученные в дар и в заем от родственников (матери и сестры) и работодателя, при этом должник какого-либо участия в покупке земельного участка и строительстве жилого дома не принимал.  

По результатам изучения доводов и возражений участвующих в деле лиц, оценки совокупности представленных в материалы дела доказательств и их сопоставления между собой, суды первой и апелляционной инстанций критически отнеслись к позиции должника и ответчика относительно самостоятельного несения последним расходов на строительство дома ввиду непредставления надлежащих доказательств их несения исключительно за счет личных средств ответчика.  

Представленная ответчиком в материалы дела таблица расходов на строительство и источников его финансирования судами в качестве надлежащего доказательства не принята, поскольку отраженные в ней данные бессистемны и не синхронны, не соотносятся с иными представленными ответчиком документами по датам и суммам полученных и израсходованных средств, и не позволяют с достаточной степенью достоверности установить, какие конкретно расходы были понесены ответчиком на строительство дома (в том числе с учетом того, что уже на момент заключения спорного договора жилой дом был поставлен на учет).  

Суды также с сомнением отнеслись к представленным ответчиком квитанциям, указав, что таковые, во-первых, датированы периодом после расторжения брака и заключения оспариваемого соглашения (с 13.09.2022 по 22.09.2024), и, во-вторых, содержат иные назначения платежей (на покупку теплицы, сварной сетки и других сопутствующих материалов для строительства загона) и не соотносятся с суммами расходов на строительство жилого дома, отраженными самим ответчиком в вышеуказанной таблице таких расходов.  

Иных доказательств несения расходов на строительство непосредственно ФИО5, а равно и доказательства покупки им строительного материала за счет собственных наличных средств, в том числе ранее заключения спорной сделки, ответчиком в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.  

Указание в договоре в качестве приобретателя недвижимого имущества одного из супругов само по себе не свидетельствует о приобретении имущества в его личную собственность, и, несмотря на то, что государственная регистрация перехода прав на основании договора производится на того супруга, который выступил покупателем, другой супруг также является полноправным собственником имущества, на которое распространяется режим общей совместной собственности супругов.  

Ссылки на решение Красногорского районного суда г. Каменск- Уральского от 15.02.2023 № 2-489/2023 о признании жилого дома единоличной собственностью ФИО5 также признаны судами несостоятельными с учетом того, что из содержания указанного решения не усматривается, что судом исследовался вопрос о том, чьими силами и средствами было построено спорное имущество, каких-либо конкретных выводов о том, что таковое было построено исключительно за счет ответчика, в решении не имеется, основанием для удовлетворения  

требований ответчика явилось признание должником иска. При этом применительно к разъяснениям, изложенным пункте 49 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 года № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)», суды заключили, что в данном случае действия должника по признанию иска при наличии у него неисполненных обязательств, напротив, следует квалифицировать как недействительные и направленные на причинение вреда кредиторам.  

Разрешая заявленные требования, суды также приняли во внимание хронологию событий, предшествующую и сопутствующую возбуждению настоящего дела о банкротстве, а именно: 05.08.2022 – между должником и ответчиком расторгнут брак, 06.09.2022 – между бывшими супругами заключено оспариваемое соглашение о разделе общего имущества, 13.09.2022 –должник оформила договор дарения на своего несовершеннолетнего ребенка в отношении 1/2 доли принадлежащей ей квартиры, 04.01.2023 – между должником и ее матерью ФИО10 была заключена долговая расписка на сумму 500 000 руб. (требования включены в реестр требований кредиторов), 15.02.2023 – должником и ответчиком инициирован судебный спор, результатом рассмотрения которого, ввиду признания иска должником, стало признание спорного жилого дома единоличной собственностью ФИО5, 02.03.2023 – между должником и ее отцом ФИО11 заключено нотариальное соглашение об уплате алиментов на содержание родителя, а 05.04.2023 – должником подано заявление о собственном банкротстве.  

Подобные последовательные действия должника, предпринятые в преддверии процедуры собственного банкротства, в совокупности с установленными при рассмотрении настоящего спора обстоятельствами и процессуальным поведением сторон не могли не вызвать у судов сомнений в добросовестности их действий, действительной воли сторон на расторжение брака и прекращение фактических семейных отношений и обоснованно расценены судами как свидетельствующие о наличии у должника и ответчика единой цели (сохранить имущество в собственности ответчика) и совершении ими совместных злонамеренных действий, направленных на формальное расторжение брака с целью вывода ликвидного имущества из конкурсной массы должника, а также недопущения обращения на него взыскания по требованиям кредиторов должника.  

Высказанные кредиторами и судами сомнения в добросовестности сторон спорной сделки должником и ответчиком в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не опровергнуты, разумных и достаточных пояснений относительно целей заключения спорного договора в сложившейся ситуации – не представлено.  

Таким образом, на основании детального исследования имеющихся в материалах дела доказательств, руководствуясь приведенными нормами права с учетом изложенных фактических обстоятельств данного дела,  

установив, что спорное соглашение заключено между заинтересованными лицами в период наличия у должника неисполненных обязательств перед кредиторами, в результате его заключения должник утратил права в отношении совместного нажитого имущества, на которое могло быть обращено взыскание по его обязательствам перед кредиторами, что привело к уменьшению конкурсной массы и явилось препятствием для осуществления расчетов с кредиторами, нарушив тем самым их права и охраняемые законом интересы, при этом стороны сделки не могли не осознавать нарушение интересов кредиторов, имеющих право на получение удовлетворения своих требований по обязательствам должника за счет имущества, отошедшего супругу должника по оспариваемому соглашению, суды признали доказанным наличие всех обстоятельств, указывающих на недействительность соглашения о разделе имущества по заявленным основаниям, тогда как надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные обстоятельства и свидетельствующие об ином, не представлены.  

Определяя подлежащие применению последствия недействительности сделки, руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 61.6, 213.26 Закона о банкротстве, установив, что в настоящее время спорный земельный участок прекратил свое существование ввиду преобразования в земельный участок большей площадью с присвоением ему собственного кадастрового номера, суды в качестве последствий недействительности соглашения о разделе имущества восстановили режим общей совместной собственности супругов в отношении жилого дома и преобразованного земельного участка.  

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы считает, что судами нижестоящих инстанций правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора, им дана надлежащая правовая оценка, приведенные сторонами спора доводы и возражения исследованы в полном объеме с указанием в судебных актах мотивов, по которым они были приняты или отклонены, выводы судов соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, нормы права, регулирующие спорные правоотношения, применены правильно.  

Изложенные в кассационной жалобе доводы о неверном применении судами последствий недействительности сделки судом округа отклоняются. В данном случае при разрешении обозначенного вопроса суды обоснованно исходили из принципа единства судьбы земельного участка и объекта недвижимости и допустимости возврата вновь образованного земельного участка с учетом приоритета натуральной реституции в силу статьи 61.7 Закона о банкротстве. С учетом этого, приняв во внимание, что действия по изменению характеристик земельного участка были произведены ответчиком после подачи управляющим заявления об оспаривании соглашения о разделе имущества и непосредственно в период его рассмотрения в целях исключения возможности обращения взыскания на имущество по  

формальным основаниям, суды обеих инстанций пришли к мотивированному выводу о наличии оснований для восстановления права совместной собственности супругов на преобразованный земельный участок и расположенный на нем жилой дом. Оснований для иных выводов суд округа не усматривает.  

Указания заявителя жалобы на неосведомленность ФИО5 о наличии у должника на момент заключения оспариваемого договора неисполненных обязательств судом округа не принимаются, поскольку, как верно заключено судами первой и апелляционной инстанций, наличие брачных отношений между супругами в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве презюмирует осведомленность ФИО5 как бывшего супруга ФИО1 обо всех существенных фактах в деятельности последней, которые значительно могли повлиять на экономический аспект их совместной жизни; при этом надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие названную презумпцию, и, свидетельствующие об ином, не представлены и материалы дела не содержат (статьи 9, 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

Доводы должника о неверном распределении бремени доказывания существенных для спора обстоятельств судом округа рассмотрены и признаны несостоятельными. Исходя из специфики дел о банкротстве, судебной практикой сформирован подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Предъявление в рассматриваемом случае к кредиторам высоких требований по доказыванию факта осведомленности супруга должника о его обязательствах, добро заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей сторон, поскольку они по существу оказываются вынужденными представлять доказательства, доступ к которым у них отсутствует в силу их невовлеченности в отношения между супругами. Для целей уравновешивания позиций сторон процесс доказывания обозначенных выше обстоятельств упрощен законодателем посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, в силу которых при подтверждении наличия соответствующих условий презумпции бремя доказывания отсутствия таких обстоятельств перекладывается на ответчика, чем и руководствовались суды при рассмотрении настоящего спора. Оснований считать, что судами допущены ошибки при распределении бремени доказывания по спору и осуществлении оценки доказательственной базы, не имеется.  

Содержащиеся в кассационной жалобе доводы о единоличном несении ответчиком затрат на строительство жилого дома являлись предметом исследования судов первой и апелляционной инстанции и мотивированно ими отклонены как документально неподтвержденные.  

Иные приведенные заявителем в кассационной жалобе доводы и обстоятельства являлись предметом детальной проверки судов, получили исчерпывающую правовую оценку, ее обоснованности не опровергают и не свидетельствуют о нарушении ими норм права при принятии  

обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, что выходит за пределы компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286–288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При этом само по себе несогласие заявителя с выводами судов, основанными на оценке фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств, не свидетельствует о наличии в принятых по спору судебных актах нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибке.  

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.  

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 25.02.2025 по делу № А60-17887/2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий О.Э. Шавейникова  

Судьи Ю.А. Оденцова 

 А.А. Осипов