ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-22800/2016

город Ростов-на-Дону

29 декабря 2018 года

15АП-13927/2018

                                                                                                                15АП-14054/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 декабря 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 декабря 2018 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Стрекачёва А.Н.,

судей Николаева Д.В., Емельянова Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

при участии:

(до перерыва в судебном заседании) от ФИО2, ФИО3: представитель ФИО4 по доверенности от 15.09.2018;

от ФИО5: представитель ФИО6 по доверенности от 31.03.2018;

от финансового управляющего ООО «Ремонтно-строительное управление Ленинского района» ФИО7: представитель ФИО8 по доверенности от 04.09.2018;

ФИО7, лично,

(после перерыва в судебном заседании) от ФИО2, ФИО3: представитель ФИО4 по доверенности от 15.09.2018, представитель ФИО9 по доверенности от 15.09.2018;

от ФИО5: представитель ФИО6 по доверенности от 31.03.2018;

от внешнего управляющего ООО «Ремонтно-строительное управление Ленинского района» ФИО7: представитель ФИО8 по доверенности от 04.09.2018,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3 и внешнего управляющего ФИО7 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 08.08.2018 по делу № А53-22800/2016,

принятое в составе судьи Абраменко Р.А. 

 

 

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Ремонтно-строительного управления Ленинского района в Арбитражный суд Ростовской области поступило заявление внешнего управляющего должника ФИО7 о признании недействительным договора № 40 от 01.02.2013 об участии в долевом строительстве 6,8,9 – этажного кирпичного жилого дома по адресу: 

<

...>

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 08.08.2018 по делу № А53-22800/2016 в удовлетворении заявления внешнего управляющего ФИО7 об оспаривании сделки должника отказано. В удовлетворении заявления кредиторов ФИО2, ФИО3 о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя отказано.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Ростовской области от 08.08.2018 по делу № А53-22800/2016, ФИО2, ФИО3 обратились в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просят обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что судом первой инстанции не дана оценка доводам о том, что оспариваемый договор об участии в долевом строительстве является притворной сделкой совершенной при злоупотреблении правом. Апеллянт указывает, что на момент вынесения обжалуемого судебного акта, арбитражный управляющий не обладал достаточной информацией об отсутствии документального подтверждения расчетов по оспариваемому договору, ввиду не передачи ему директором должника необходимых документов. Податель жалобы указывает, что представленные ФИО5 приходные кассовые ордера и отчеты кассира не отвечают требованиям относимости и допустимости доказательств. Кроме того, апеллянт указывает, что приходные кассовые ордера содержат указания на иной договор об участии в долевом строительстве; в представленные отчетах отсутствуют подписи бухгалтера и кассира. В материалы дела не представлены доказательства расходования денежных средств. Апеллянт указывает, что судом первой инстанции необоснованно отказано в удовлетворении ходатайства об истребовании у УФНС по РО в отношении ФИО5 сведений о доходах и банковских счетах, подтверждающих финансовую возможность последней. Податель жалобы не согласен с выводами суда о соответствии цены оспариваемого договора рыночной цене имущества, об отсутствии злоупотребления правом.

В свою очередь, внешний управляющий должника ФИО7 обжаловала определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просила определение отменить и признать договор № 40 от 01.02.2013 об участии в долевом строительстве 6,8,9 – этажного кирпичного жилого дома по адресу: 

<

...> недействительным.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что при заключении оспариваемого договора стороны злоупотребили своими гражданскими правами. Податель жалобы указывает, что на дату совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, срок исполнения которых наступил. Оспариваемый договор заключен на условиях, не соответствующих рыночным. В материалы дела не представлены доказательства внесения денежных средств в кассу должника или на его расчетный счет.

В отзыве и дополнительном отзыве на апелляционные жалобы ФИО5 просит определение оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали правовые позиции по спору.

Апелляционный суд в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявил перерыв в судебном заседании до 24.12.2018.

После перерыва судебное заседание продолжено 24.12.2018.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали правовые позиции по спору.

Законность и обоснованность определения Арбитражного суда Ростовской области от 08.08.2018 по делу № А53-22800/2016 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционные жалобы подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Ростовской области от 05.04.2017 при рассмотрении дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью Ремонтно-строительного управления Ленинского района применены правила параграфа 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), к участию в деле привлечена Региональная служба государственного строительного надзора Ростовской области; в отношении общества с ограниченной ответственностью Ремонтно-строительного управления Ленинского района введена процедура, применяемая в деле о несостоятельности (банкротстве) - наблюдение. Временным управляющим должника утвержден ФИО10.

Сведения о введении в отношении должника процедуры банкротства - наблюдения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 66 от 15.04.2017г.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 23.10.2017 (резолютивная часть объявлена 16 октября 2017 года) в отношении общества с ограниченной ответственностью Ремонтно-строительное управление Ленинского района введена процедура, применяемая в деле о банкротстве - внешнее управление сроком на 12 месяцев. Внешним управляющим общества с ограниченной ответственностью Ремонтно-строительное управление Ленинского района утверждена ФИО7.

В Арбитражный суд Ростовской области поступило заявление внешнего управляющего должника ФИО7 о признании недействительным договора № 40 от 01.02.2013 об участии в долевом строительстве 6,8,9 - этажного кирпичного жилого дома по адресу: 

<

...>

В обоснование заявления о признании сделки недействительной управляющий указывает на то, что оспариваемый договор заключен с дочерью бывшего руководителя должника по заведомо заниженной цене, что свидетельствует о злоупотреблении правом как со стороны должника, так и со стороны ответчика.

Сделки оспорены на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, суд первой инстанции исходил из следующего.

Как следует из обстоятельств дела, на момент совершения оспариваемой сделки заявлений о признании должника банкротом не имелось, процедуры, применяемые в деле о банкротстве, в отношении должника не вводились, доказательств наличия на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества не имеется.

Ссылка заявителя на то, что оспариваемый договор заключен с дочерью бывшего руководителя должника по заведомо заниженной цене, что свидетельствует о злоупотреблении правом как со стороны должника, так и со стороны ответчика, отклонена судом в силу следующего.

Как следует из определения суда от 19 июля 2017 года, согласно справке должника от 05.07.2016г. и представленным платежным документам денежные средства по договору участия в долевом строительстве № 40 от 01.02.2013г. выплачены в полном объеме в размере 3 761 600 руб.

В рамках данного заявления ответчиком также представлены платежные документы, включая кассовые чеки, отражающие данное поступление.

Судом исследован вопрос о наличии у ответчика финансовой возможности по оплате 3 761 600 руб. по оспариваемому договору и установлено, что по договору от 22.03.2015 ответчиком было реализовано транспортное средство стоимостью 400 000 руб., по договору от 04.02.2014 ответчиком было реализовано транспортное средство стоимостью 180 000 руб. Также ответчиком представлены документы, подтверждающие реализацию имущества членами семьи ответчика: братом на основании договора купли-продажи от 30 августа 2010 года было реализовано недвижимое имущество стоимостью 8 000 000 руб.; матерью на основании договора купли-продажи от 28.11.2014 было реализовано недвижимое имущество стоимостью 3 000 000 руб.

Также ответчиком в рамках данного заявления была представлена сводная таблица, отражающая сведения о приобретенном членами семьи Бойко по договорам об участии в долевом строительстве имуществе на общую сумму 19 634 834 руб. и о наличии финансовых средств на сумму 27 253 280 руб., а также по реализации семьи Бойко объектов недвижимости на основании договоров уступки прав требования на сумму 7 927 900 руб.

В условиях изложенного, суд пришел к выводу о возмездности спорного договора.

Доводы кредиторов ФИО2, ФИО3 о том, что представленные ответчиком документы, подтверждающие наличие финансовой возможности у семьи Бойко по приобретению имущества не соотносятся с датой и суммами по спорному договору, отклонены судом, поскольку указанные сведения были представлены ответчиком для отражения всей совокупности заключенных в период с 2008 по 2015 год договоров об участии в долевом строительстве, часть из которых исходя из временного промежутка их совершения соотносится с оспариваемым договором.

Доводы кредиторов ФИО2, ФИО3 о недостатках представленных в материалы дела квитанций к приходным кассовым ордерам (в некоторых квитанциях имеется указание на иной договор № 40 от 01.02.2012, тогда как оспариваемый договор заключен в 2013 году), отклонены судом со ссылкой на, что недостатки по форме и процедуре заполнения квитанции к приходному кассовому ордеру, нарушение порядка ведения кассовой книги могут свидетельствовать о нарушениях, допущенных должником, равно как и нарушение правил ведения бухгалтерского учета не может являться безусловным доказательством неполучении должником денежных средств.

Доказательств наличия между сторонами иного договора № 40 об участии в долевом строительстве, кроме оспариваемого, в материалы дела не представлено.

О фальсификации квитанций к приходным кассовым ордерам кредиторами не заявлено.

Доводы кредиторов ФИО2, ФИО3 о том, что поступившие в кассу предприятия от ответчика денежные средства незамедлительно выдавались, в том числе аффилированным лицам, также отклонены судом, поскольку не свидетельствуют о безвозмездности спорного договора.

Выдача руководителем должника поступающих в кассу предприятия денежных средств с учетом наличия у должника расходных обязательств, в том числе по заработной плате с учетом представленных отчетов кассира, не свидетельствует о безвозмездности оспариваемого договора.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Само по себе совершение сделки между заинтересованными лицами не свидетельствует о злоупотреблении правом при ее заключении.

Стоимость, по которой был заключен спорный договор, кредиторами не оспорена.

Доводы о том, что стоимость квартиры по договору значительно занижена по сравнению с договорами, заключенными с иными лицами, отклонены судом в силу следующего.

То обстоятельство, что с иными лицами договоры были заключены по иным ценам, не свидетельствует о неравноценности условий по оспариваемому договору.

Допустимых доказательств, свидетельствующих о неравноценности условий по оспариваемому договору, заявителем в материалы заявления не представлено.

Из имеющихся в материалах дела доказательств не следует, что оспариваемый договор был заключен с иной целью, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, а именно, в целях причинения вреда кредиторам должника.

То обстоятельство, что ответчик является дочерью бывшего руководителя должника, то есть является заинтересованным лицом, по мнению суда не имеет правового значения в условиях недоказанности кредиторами всей совокупности обстоятельств для признания сделки недействительной на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отсутствие указанных обстоятельств не позволяет сделать вывод о наличии оснований для признания сделки недействительной.

Кроме того, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается при наличии совокупности условий: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

Наличие указанной совокупности суд признал недоказанным, в связи с чем отказал в удовлетворении заявления.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, судебная коллегия признает выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения заявления внешнего управляющего ошибочными, принимая во внимание нижеследующее.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление № 63) указано, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федеарции или законодательством о юридических лицах).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве заявление, об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Из пункта 4 постановления № 63 следует, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление № 32), исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

В силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В случае несоблюдения данных требований арбитражный суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права. Указанная норма права закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей.

По смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются, пока не доказано обратное.

Как следует из материалов дела и установлено судом,  ФИО5 является дочерью единственного участника и на момент заключения оспариваемой сделки - руководителя ООО «РСУ Ленинского района» ФИО11, а, соответственно, в силу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве признается заинтересованным лицом.

В соответствии с правовой позицией Президиума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 20 Обзора судебной практики № 5 (2017) как правило, для установления обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора (далее также – «дружественный» кредитор) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора.

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20 декабря 2016 г.)».

Подлежат проверке доводы о наличии у кредитора возможности исполнять обязательства с учетом особенностей предмета договора, а также об аффилированности кредитора и банкрота.

В подтверждение наличия у ФИО5 финансовой возможности исполнять договоры об участии в долевом строительстве, заключенные на общую сумму 7 523 200 рублей: № 40 от 01.02.2013г. на сумму 3 761 600 рублей, № 29 от 24.06.2011г. на сумму 3 761 600 рублей в материалы дела в ходе его рассмотрения судом апелляционной инстанции ответчиком представлены:

заявление ФИО12 (брата ФИО5) от 17.09.2018г., в котором он сообщает, что передал своей сестре сумму в размере 5 000 000 (пять миллионов) рублей, которая осталась у него после продажи нежилого помещения в августе 2010г. за 8 000 000 рублей. Денежные средства передавались частями: - в октябре 2012г. – 500 000 рублей; - в ноябре 2013г. – 1 000 000 рублей; - в период с февраля по декабрь 2014г. – 3 500 000 рублей для оплаты приобретаемых квартир  в строящемся жилом доме по адресу: 

<

...> 146;

заявление ФИО13 (матери ФИО5) от 18.09.2018г., в котором последняя сообщает, что в январе 2015г. передала своей дочери ФИО5 сумму в размере 2 500 000 рублей, которые остались у нее от продажи квартиры в ноябре 2014г. за 3 000 000 рублей. Денежные средства были переданы для оплаты приобретаемых ФИО5  у ООО «РСУ Ленинского района» квартир.

Как пояснил ответчик, расчеты по договорам об участии в долевом строительстве № 40 от 01.02.2013г. и № 29 от 24.06.2011г., заключенным на общую сумму 7 523 200 рублей, производились практически полностью за счет денежных средств, переданный ФИО5 ее матерью и братом – в общей сумме 7 500 000 рублей, и только в сумме 23 200 рублей – за счет собственных денежных средств ФИО5

Оценив указанные доводы ответчика, с учетом представленной в материалы дела информации о доходах ФИО12, ФИО13 в форме справок 2-НДФЛ,  кредитных договоров, истребованной судом апелляционной инстанции в порядке статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации из Управления Росреестра по РО, ГУ МВД России по РО информации о сделках с недвижимым имуществом и транспортными средствами членов семьи Бойко, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии у ФИО5  финансовой возможности для  приобретения  спорной квартиры.

Из указанных документов судебной коллегией установлено следующее.

Общая сумма заработной платы ФИО12 за период с 01.01.2010г. по 31.12.2013г. (за вычетом НДФЛ) составила 337 363,12 рублей;  

30.08.2010г. ФИО12  в качестве продавца заключен договор купли-продажи нежилого помещения на сумму 8 000 000 рублей;

23.09.2011г. ФИО12  заключен кредитный договор с ОАО «Меткомбанк» на сумму 300 000 рублей под 23% годовых;

24.01.2012г. ФИО12 заключен кредитный договор с ОАО «Меткомбанк» на сумму 850 000 рублей  под 20% годовых;

05.05.2012г. ФИО12  заключен кредитный договор с Банком ВТБ 24 (ЗАО) на сумму 750 000 рублей под 19,6% годовых;

04.02.2014г. ФИО12 в качестве продавца заключен договор купли-продажи автотранспортного средства на сумму 180 000 рублей;

Таким образом, общая сумма полученных ФИО12 в период 2010-2014г. денежных средств составила 10 417 363,12 руб.

Вместе с тем, сумма расходов и обязательств ФИО12 за этот же период значительно превышает сумму его дохода:

08.10.2010г. ФИО12 заключил с ООО «РСУ Ленинского района» договор об участии в долевом строительстве  № 20 на сумму 2 625 934 рублей;

утверждаемое ФИО12 заключение договора дарения денежных средств ФИО5 в сумме 5 000 000 рублей;

обязательство по возврату денежных средств по кредитному договору, заключенному  с ОАО «Меткомбанк» от 23.09.2011г. - к концу срока действия кредитного договора (кредит выдан на 36 месяцев) сумма к возврату составляет 507 000 рублей, из которых 300 000 – сумма основного долга; 207 000 – проценты в размере 69 % за 36 месяцев;

решением Ленинского районного суда от 10.01.2013г. с ФИО12 в пользу ОАО «Меткомбанк» взыскана сумма задолженности в размере 880 410,20 рублей по кредитному договору от 24.01.2012г., расходов по уплате государственной пошлины 12 004,10, а всего 892 414 рублей;

решением Ленинского районного суда от 28.05.2013г. по делу № 2-2114/2013 с ФИО12 в пользу Банка ВТБ 24 (ЗАО) взыскана суммы задолженности в размере 858 339,04 рублей по кредитному договору от 05.05.2012г., расходы по уплате государственной пошлины 11 783,39, а всего 870 122,43 рубля;

согласно уведомлению от 31.12.2012г. ФИО12 осуществил прощение долга ООО «РСУ Ленинского района» в сумме 756 000 рублей по договорам займа № 19 от 06.07.2010г. ,  № 22 от 03.09.2010г.;

19.05.2011г. ФИО12 был приобретен автомобиль Mazda6 2011 года выпуска за 863 000 рублей;

 24.08.2012г. ФИО12 приобретен автомобиль БМВ Х6 стоимостью 2 400 000 рублей.

В связи с этим общая сумма расходов и обязательств ФИО12 за рассматриваемый период составила 13 914 470,43 руб.

Таким образом, общая сумма обязательств и  расходов ФИО12 за период с 2010г. по 2014г. значительно выше, чем сумма полученных им из всех источников денежных средств  (разница составляет 3 497 107 рублей) даже без учета того, что на протяжении рассматриваемых 5 лет ФИО12  должен также обладать еще и средствами, необходимыми для несения расходов на личные потребности (нужды), в том числе на проживание, содержание автомобиля, расходов на сотовую связь и т.п. Таким образом, финансовое положение кредитора определяется как из доходов, так и расходов данного лица и подлежит оценке наряду с иными имеющимися в деле доказательствами и установленными обстоятельствами. 

Кроме того, судебная коллегия полагает, что дарение денежных средств в сумме 5 000 000 рублей не отвечает соображениям разумности, поскольку, по утверждению ФИО12:

500 000 рублей были переданы им ФИО5 в октябре 2012г., т.е. тогда, когда ФИО12 имел собственные неисполненные обязательства перед ОАО «Меткомбанк» по кредитному договору от 24.01.2012г. (решением Ленинского районного суда от 10.01.2013г., вынесенным через два месяца после сделки  дарения, с ФИО12 взыскана сумма 892 414 рублей);

1 000 000 рублей был передан им ФИО5 в  ноябре 2013г., т.е. в момент наличия собственной непогашенной в срок задолженности по кредитному договору, заключенному с Банком ВТБ 24 (ЗАО), от 05.05.2012г. под 19,6 % годовых, что привело ко взысканию задолженности в судебном порядке (решение Ленинского районного суда от 28.05.2013г. по делу № 2-2114/2013).

Доводы ФИО5 о том, что приобретение двух транспортных средств БМВ Х6 и БМВ 523 было осуществлено с целью их дальнейшей перепродажи, в связи с чем данные сделки являются не расходными, а доходными, судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку допустимых доказательств получения ФИО12 прибыли от проведения указанных сделок в материалы дела не представлено.

Довод ответчика о заключении ФИО12, наряду с перечисленными выше, кредитного договора с БТБ24 от 30.09.2011г. на сумму 750 000 рублей судебной коллегией во внимание не принимается, поскольку согласно материалам дела приведенный договор был заключен не ФИО12, а его отцом - ФИО11.

Суд апелляционной инстанции критически оценивает и заявление ФИО13 от 18.09.2018г., в котором последняя сообщает, что в январе 2015г. передала своей дочери ФИО5 сумму в размере 2 500 000 рублей, которые остались у нее от продажи квартиры в ноябре 2014г. за 3 000 000 рублей.

Согласно представленным в материалы дела справкам по форме 2-НДФЛ, общая сумма дохода ФИО13 за 2014г. за вычетом суммы налога составила 208 800 рублей, за 2013г. – 207 811 рублей, за 2012г. – 159 212 рублей.

Как следует из поступившей от Управления Росреестра по РО информации,  у ФИО13 в период заявляемого ею дарения имелись нижеследующие собственные обязательства по расчетам.

17.02.2015г., т.е. в течение месяца после заявляемого дарения, ФИО11 и ФИО13 был заключен договор уступки права требования, согласно которому ФИО11 уступил, а ФИО13 приобрела право требования в отношении нежилого помещения (офиса), состоящего из комнат №№ 11,12,13 в подвале, общей продаваемой площадью 52,89 кв.м. по договору участия в долевом строительстве № 11 от 20.06.2008г. в том же многоквартирном жилом доме, в котором приобретены квартиры ответчиком.

Согласно пункту 4 договора ФИО13  оплачивает ФИО11 вознаграждение за уступаемое право в размере 528 900 рублей в день заключения договора.

Договор содержит собственноручную запись ФИО11 о получении им от ФИО13 указанной суммы.

01.12.2014г. ФИО13 с ООО «РСУ Ленинского района» был заключен договор об участии в долевом строительстве  № 1/19 от 01.12.2014г. в отношении парковочного места, по которому ФИО13 приняла на себя обязательство уплатить 500 000 рублей с оплатой «не позднее декабря 2014г.», т.е. за месяц до заявляемого ею дарения.

Согласно справке ООО «РСУ Ленинского района» от 01.12.2014г. оплата за парковочное место по названному договору была произведена ФИО13 в полном объеме.

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что тот конкретный источник получения денежных средств, на который сослалась в своем заявлении от 18.09.2018г. ФИО13 - договор купли-продажи от 28 ноября 2014г., заключенный с ФИО14 на сумму 3 000 000 рублей,  не достаточен для оплаты как собственных расходов ФИО15, так и для дарения ФИО5 денежных средств в сумме 2 500 000 рублей (528 900 + 500 000 рублей + 2 500 000 рублей = 3 528 900 рублей).

При этом, апелляционным судом установлено, что за полгода до дарения ФИО13 приобрела еще один дорогостоящий объект недвижимого имущества.

Так, Управлением Росреестра по РО представлен договор купли-продажи нежилого помещения с ФИО16 от 04.06.2014г., заключенный ФИО13 в качестве покупателя. Предметом договора купли-продажи выступило нежилое помещение площадью 110,3 кв.м. по адресу 

<

...>, лит. А на 1-м этаже. Цена договора определена сторонами в размере 3 000 000 рублей (пункт 3 договора).

Очевидно, что более ранние доходы ФИО13 должны были быть направлены на проведение расчетов за приобретенные нежилые помещения у ФИО16 по названной сделке.

Управлением Росреестра представлена копия договора купли-продажи от 31.03.2014г., заключенного ФИО13 (продавцом) и ФИО17, предметом которого являлся гараж площадью 28,8 кв.м. по адресу: 

<

...>, бокс № 2. Цена договора была определена в размере 350 000 рублей.

Иных доходов от продажи недвижимого имущества, уступки прав согласно представленным в материалы дела доказательствам ФИО13 в период с 2011г. по дату заявляемого ею дарения - январь 2015г. не имела.

Иные договоры купли-продажи, уступки права требования, по которым ФИО13 выступила в качестве продавца, цедента датированы периодом значительно более поздним, чем дарение в январе 2015г.:

договор купли-продажи от 02.03.2017г., заключенный с ФИО18 на сумму 1 000 000 рублей;

договор купли-продажи от 24.11.2015г., заключенный с ФИО19 на сумму 900 000 рублей.

Находящийся в материалах дела договор уступки права требования от 17 февраля 2015г., заключенный между ФИО11, ФИО13 и ФИО20 в отношении нежилых помещений (офиса), состоящего из комнат № 2,5,5,6,7,8,9,10,14 в подвале, комнат № 15,16,17,18,19 на первом этаже общей продаваемой площадью 249,07 кв.м. и суммой договора 4 981 400 рублей (т.е. по 2 490 700 ФИО13 и ФИО11) также заключен позже дарения.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии у ФИО12, ФИО13 реальных финансовых возможностей для дарения ответчику - ФИО5 денежных сумм в размере 5 000 000 рублей и 2 500 000 рублей для исполнения оспариваемой сделки.

Довод ответчика о том, что за предоставленные ФИО13, ФИО12 денежные средства в сумме 7 500 000 рублей ФИО5 передала в дар ФИО13 жилой дом и земельный участок в г. Батайске, судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку какой-либо взаимосвязи указанных сделок из их условий не усматривается.

Таким образом, материалами дела  опровергаются доводы  ФИО5 об имевшем место дарении денежных средств на исполнение оспариваемого договора ее матерью ФИО13 и братом ФИО12  

За счет собственных средств, по мнению ответчика, по двум договорам долевого участия ею были оплачены только 23 200 рублей, вырученные в результате  заключения ФИО5 в качестве Продавца Договора купли-продажи транспортного средства, датированного 24 марта 2015г. с ФИО21 (покупателем), с определением цены договора в размере 400 000 рублей с оплатой в день подписания договора, а также реализации ответчиком по договору от 04.02.2014г. транспортного средства стоимостью 180 000 рублей.

Вместе с тем, согласно сведениям, предоставленным ГУ МВД России по РО, в период исполнения оспариваемого договора ФИО5 были приобретены два автотранспортных средства:

по договору купли-продажи транспортного средства (номерного агрегата) от 27 мая 2014г. ФИО5 приобрела у ФИО22 автомобиль BMW 530d XDRIVE 2012г. выпуска за 1 000 000 рублей.

15.04.2015г. ФИО5 приобрела у своего брата ФИО12 автомобиль Фолькваген Туарег 2013 года выпуска за 250 000 рублей.

Самим ФИО12 указанный автомобиль был приобретен за 10 дней до совершения сделки с ФИО5 за 2 080 000 рублей – на основании договора № VW/2236 от 05.04.2015г., заключенного с ООО «Авто-Алеа».

При таких обстоятельствах, учитывая недоказанность ответчиком наличия финансовых возможностей к исполнению оспариваемого договора, судебная коллегия приходит к выводу о том, что и  факт расчетов ответчика по договору не подтвержден надлежащими доказательствами.

При оценке документов, представленных ответчиком в подтверждение внесения ею денежных средств в кассу ООО «РСУ Ленинского района», апелляционный суд принимает во внимание  позицию Арбитражного суда Северо-Кавказского округа, изложенную в постановлении от 10 сентября 2018г.  по делу № А53-22800/16 об оспаривании  иного  договора об участии в долевом строительстве от 24.06.2011 № 29, заключенного ФИО5 с ООО «РСУ Ленинского района».

Направляя дело на новое рассмотрение суд кассационной инстанции дал критическую оценку представленным ФИО5 копиям квитанций к приходным кассовым ордерам с оригиналами кассовых чеков контрольно-кассовой машины, оригиналам приходно-кассовых ордеров с печатью должника; счету 76.6 по ФИО5, указав на то, что арбитражному управляющему кассовые книги переданы не были, а их происхождение суды не выясняли.

Аналогичные обстоятельства были установлены судом и по настоящему делу.

В подтверждение внесения денежных средств в кассу должника ФИО5 в материалы дела представлены оригиналы приходно-кассовых ордеров 2013,2014,2015 годов (т. 1 л.д. 122-128), в то время как приходный кассовый ордер должен храниться у организации, принявшей платеж (вшивается в кассовую книгу), а плательщику по факту платежа передается только квитанция к нему. Достоверных объяснений относительно нахождения таких документов у ответчика суду дано не было.

Как следует из акта приема-передачи финансово-хозяйственной деятельности ООО «РСУ Ленинского района» от 09.10.2018г., подписанного от имени ФИО11  представителем ответчика ФИО6, с одной стороны, и внешним управляющим ФИО7, с другой стороны, внешнему управляющему были переданы отдельные листы кассовых книг за 2013-2015 г.г. за 9 календарных дней, в которые, по утверждению ФИО5, ФИО12, ими производилось внесение денежных средств в кассу общества по заключенным договорам об участии в долевом строительстве, в том числе, по спорному договору № 40 от 01.02.2013 – касса (отчет кассира) за 11.11.2013г., согласно которому ФИО5 была внесена сумма в размере 1 000 000 рублей; касса за 12.02.2014г., согласно которой ФИО5 была внесена сумма в размере 1 000 000 рублей.

Суд апелляционной инстанции критически оценивает указанные документы, поскольку рассматривать передачу отдельных листов кассовой книги в качестве «передачи кассовой книги» неправомерно, поскольку кассовая книга (форма КО-4) представляет собой единый документ, унифицированная форма которого утверждена Постановлением Госкомстата РФ от 18.08.1998г. № 88 «Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету кассовых операций, по учету результатов инвентаризации».

Указанным документом определены обязательные требования к кассовой книге:  ее листы должны иметь сквозную нумерацию, быть прошнурованы, сама кассовая книга на сшиве должна содержать подписи руководителя организации и главного бухгалтера.

В этой связи апелляционный суд отмечает, что передача внешнему управляющему отдельных листов кассовых книг не может свидетельствовать ни о надлежащем исполнении бывшим руководителем ФИО11 обязанности по передаче документов, отражающих экономическую деятельность должника, ни о подтвержденности исполнения оспариваемой сделки в бухгалтерском учете должника. Кроме того, обоснования удержания таких документов вплоть до 09.10.2018г. бывшим руководителем должника и их передачи внешнему управляющему представителем ФИО5  суду ответчиком не представлено.

В этой связи суд апелляционной инстанции отклоняет ссылки ответчика на передачу внешнему управляющему кассовых книг за 2014-2015г. по акту приема-передачи от 10.11.2017г., поскольку такие кассовые книги, как установлено ранее не являлись полными, кассовая книга за 2013г. внешнему управляющему не передалась.

Кроме того, судебная коллегия принимает во внимание то обстоятельство, что согласно представленным отчетам кассира за даты утверждаемого ответчиком  внесения денежных средств в кассу общества практически вся сумма выдана «под отчет» по субсчету 71.1.  -  в значительной части  членам семьи ответчика, а также по субсчетам 66.3 «краткосрочные займы», 67.3 «долгосрочные займы» отцу и брату ФИО5 - ФИО11, ФИО12

Таким образом, суд апелляционной инстанции признает обоснованными доводы внешнего управляющего о том, что в бухгалтерском учете должника оспариваемая сделка не отражена. Поступление денежных средств в кассу ООО «РСУ Ленинского района» и дальнейшее их расходование на уставные цели общества допустимыми доказательствами не подтверждено.

Ссылки ответчика на определение Арбитражного суда РО от 19.07.17 о включении в реестр требований кредиторов ООО «РСУ Ленинского района» о передаче жилых помещений требования ФИО5 как участника долевого строительства в отношении квартиры № 39 общей площадью 184,64 кв.м., судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку доводы об отсутствии расчетов по оспариваемой сделке в сумме 3 761 600 рублей не могли быть заявлены и надлежаще обоснованы временным управляющим ввиду не передачи ему бывшим руководителем бухгалтерской документации общества в должном объеме, на что последний прямо указывал в предварительном заключении о финансовом состоянии ООО «РСУ Ленинского района».

При этом, судом апелляционным судом учитывается  позиция суда кассационной инстанции, рассматривавшего кассационную жалобу по обособленному спору об оспаривании иного договора об участии в долевом строительстве, заключенного ФИО5 - № 29 от 24.06.2011г., изложенная в постановлении от 10 сентября 2018г. по делу № А53-22800/16, в котором суд указал на ошибочность вывода о подтвержденности  реальности оплаты по договору определением суда о включении требований в реестр требований о передаче жилых помещений, поскольку сделка оспаривается со ссылкой на безденежность, заключение сделки аффилированными лицами с неправомерной целью – злоупотребление правом, данные доводы не были предметом рассмотрения при вынесении судом определения о включении требований в реестр.

В качестве дополнительного основания недействительности оспариваемого договора внешний управляющий ФИО7, кредиторы ФИО2, ФИО3  указали не его заключение по цене за 1 кв.м. в 2,5 раза ниже стоимости сопоставимых объектов в сопоставимый период.

Изучив материалы дела, судебная коллегия приходит к выводу о подтвержденности обстоятельства заключения сделки с аффилированным лицом ФИО5 по экономически необоснованной и преференциально низкой цене.

Оспариваемый договор с ФИО5, являющейся дочерью  учредителя и бывшего руководителя должника ФИО11, заключен по цене за 1 кв.м. 20 372,62 рублей, т.е. в 2,5 раз ниже средней стоимости 1 кв.м. в объекте строительства в 2013г. - 53 201,24 руб. по иным договорам об участии в долевом строительстве:  № 41 от 08.04.2013г., заключенный с ФИО23, № 44 от 21.08.2013г., заключенный с ФИО24, № 45 от 14.09.2013г., заключенный с ФИО25, № 42 от 08.02.2013г., заключенный с ФИО26, ДДУ № 43 от 18.02.2013г., заключенный с ФИО27

Апелляционным судом отклоняется как необоснованный довод ответчика о том, что стоимость 1 кв.м., приводимая в апелляционных жалобах  – 20 372,62 руб. получена в результате деления общей суммы оспариваемого договора 3 761 000 на общую продаваемую площадь квартиры – 184,64 кв.м., в то время как верным ответчику представляется расчет, выполненный с определением метража за вычетом нежилой площади квартиры (балкона, лоджии и т.д.) в соответствии с данными Технического паспорта МУПТиОН.

Как указано в абзаце третьем пункта 8 постановления № 63, в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Таким образом, для анализа добросовестности сторон на момент заключения договора должна быть принята площадь квартиры, определенная так же на момент заключения договора.

В данном случае такая продаваемая площадь 184,64 кв.м. (п. 4.1.) определена в оспариваемом договоре одновременно с установлением цены - 3 761 000 рублей.

Технический паспорт, на который ссылается ответчик, был составлен значительно позже (в октябре 2015г.), по факту практически полной строительной готовности жилого дома.

Кроме того, суд отмечает, что в оспариваемом договоре стороны пришли к взаимному соглашению, что балконы, лоджии, террасы, веранды площадью 71,86 кв.м. оплачиваются участником долевого строительства с применением коэффициента К=1, т.е. по цене жилых метров – 20 372, 62 за 1 кв.м. (абзац 3 пункта 3.2. оспариваемого договора). 

Согласно Инструкции о проведении учета жилищного фонда в Российской Федерации, утв. Приказом Минземстроя РФ от 04.08.1998г. № 37 площадь квартиры жилого здания определяется как сумма площадей жилых комнат и подсобных помещений без учета лоджии, балконов, веранд, террас.

Как пояснил ответчик, в настоящий момент квартира учтена в органах Росреестра с площадью 115,2 кв.м.; таким образом, ее площадь даже больше, а не меньше изначально установленной договором (184,64 - 71,86 = 112,78 кв.м.).

Также суд отмечает, что средняя стоимость 1 кв.м. 53 201,24 рубль  по договорам с иными участниками долевого строительства определена также  с учетом балконов, лоджии, террас, веранд, таким образом, сопоставление является корректным.

Приводимые же ответчиком цены относятся к сделкам 2008-2010г., в то время как  оспариваемый договор заключен в 2013г., в этой связи такие доводы подлежат отклонению.

На основании изложенного судебная коллегия приходит к выводу о недействительности оспариваемого договора как сделки, одновременно заключенной заинтересованными лицами со злоупотреблением права на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, так и в качестве притворной сделки, прикрывающей собой в действительности подразумеваемый сторонами договор дарения.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации в применимой редакции установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или  иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации в применимой редакции притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Доводы ответчика об отсутствии на момент совершения оспариваемой сделки заявлений о признании должника банкротом,  не введении в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, отсутствии доказательств наличия на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества судом апелляционной инстанции отклоняются как необоснованные.

Как следует из предварительного заключения о финансовом состоянии ООО «РСУ Ленинского района», составленного Временным управляющим ФИО10, и было подтверждено в ходе рассмотрения дела внешним управляющим должника ФИО7, предприятие отвечало признакам банкротства до 2014г.

Неполучение ООО «РСУ Ленинского района» денежных средств по оспариваемой сделке непосредственно повлекло ущемление прав и законных интересов кредиторов, поскольку обусловило недостаточность денежных средств для своевременного завершения строительства жилого дома в целом.

Как следует из материалов дела, подавляюще большая часть участников долевого строительства, требования которых включены в реестр требований о передаче жилых помещений, основывает свои требования на договорах об участии в долевом строительстве, заключенных с ООО «РСУ Ленинского района» в период 2008-2013г.г. (в 2014-2015г.г. должником были заключены только 4 договора об участии в долевом строительстве, предусматривающие передачу жилых помещений), при этом, изначально установленные сроки ввода многоквартирного жилого дома в эксплуатацию увеличивались, начиная с 2011г.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик заявил в суде первой инстанции ходатайство о пропуске срока исковой давности по заявленному требованию.

Заявленное ходатайство было правомерно отклонено судом исходя из следующего.

Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 60 (далее - постановление № 60) пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» дополнен новым предложением, согласно которому по требованию арбитражного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса) до или после возбуждения дела о банкротстве, исковая давность в силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Постановление № 60 издано после официального опубликования Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Федеральный закон № 100-ФЗ) и разъясняет правила исчисления сроков исковой давности с учетом новой редакции пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса, измененной Федеральным законом № 100-ФЗ.

Ранее действовавшая редакция пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса связывала начало течения срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и по требованиям о признании ее недействительной, не с субъективным фактором - осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав, - а с объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения такой сделки вне зависимости от субъекта оспаривания.

Переходными положениями (пункт 9 статьи 3 Федерального закона N 100-ФЗ) предусмотрено, что новые сроки исковой давности и правила их исчисления применяются к требованиям, сроки предъявления которых были предусмотрены ранее действовавшим законодательством и не истекли до 01.09.2013.

В рассматриваемом случае оспариваемый договор был заключен 01.02.2013, следовательно, на день вступления в силу Закона № 100-ФЗ (01.09.2013) сроки исковой давности не истекли.

Заявление об оспаривании сделки подано в суд 22.03.18. Определение о  введении в отношении должника  внешнего управления  вынесено судом 16.10.17.

При таких обстоятельствах суд правомерно посчитал, что оснований для вывода о пропуске срока исковой давности по заявлению управляющего не имеется.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции представителем кредиторов ФИО2, ФИО3 было заявлено ходатайство о взыскании расходов на оплату услуг представителя в случае удовлетворения заявления кредиторов в размере 40 000 руб. в пользу каждого из доверителей, в обоснование которого представлены соглашения об оказании юридической помощи, квитанции к приходным кассовым ордерам.

Исследовав материалы дела, суд находит заявление подлежащим удовлетворению по следующим основаниям. 

В соответствии со статьей 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом. 

Согласно статье 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде. 

В силу части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. 

Пунктом 14 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35) предусмотрено, что судам необходимо учитывать, что рассмотрение дела о банкротстве (в судах всех инстанций) включает в том числе, разрешение отдельных относительно обособленных споров (далее - обособленный спор), в каждом из которых непосредственно участвуют только отдельные участвующие в деле о банкротстве или в арбитражном процессе по делу о банкротстве лица (далее - непосредственные участники обособленного спора). 

Согласно пункту 15 указанного постановления, непосредственными участниками обособленного спора помимо основных участников дела о банкротстве являются, в частности, при рассмотрении заявления об оспаривании сделки - другая сторона сделки или иное лицо, в отношении которого совершена сделка (пункт 4 статьи 61.8 Закона о банкротстве). 

Вместе с тем, право участвовать в любом судебном заседании в деле о банкротстве принадлежит всем участвующим в деле лицам независимо от того, участвуют ли они непосредственно в том или ином обособленном споре, за исключением лиц, участвующих  в деле о банкротстве только в части конкретного обособленного спора (абзац восьмой пункта 14 Постановления № 35). 

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзацах первом и третьем пункта 18 постановления № 35, распределение судебных расходов в деле о банкротстве между лицами, участвующими в деле, осуществляется с учетом целей конкурсного производства и наличия в деле о банкротстве обособленных споров, стороны которых могут быть различны. 

Судебные расходы лиц, в пользу которых был принят судебный акт по соответствующему обособленному спору, подлежат возмещению лицами, не в пользу которых был принят данный судебный акт. К судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде (статья 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). При этом арбитражным судам следует иметь в виду, что вопрос о возмещении таких судебных расходов может быть разрешен арбитражным судом соответствующей судебной инстанции в порядке, предусмотренном как частью 1, так и частью 2 статьи 112 Кодекса. 

Частью 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. 

При определении разумных пределов расходов на оплату услуг представителя могут приниматься во внимание, в частности, нормы расходов на служебные командировки, установленные правовыми актами; стоимость экономных транспортных услуг; время, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист; сложившаяся в регионе стоимость оплаты услуг адвокатов; имеющиеся сведения статистических органов о ценах на рынке юридических услуг; продолжительность рассмотрения и сложность дела (пункт 20 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.08.2004 № 82).

Кроме того, в соответствии с пунктом 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее - постановление № 1) разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

Как определено в пункте 3 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.12.2007 № 121 «Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах», лицо, требующее возмещения расходов на оплату услуг представителя, доказывает их размер и факт выплаты, другая сторона вправе доказывать их чрезмерность. Вместе с тем, если сумма заявленного требования явно превышает разумные пределы, а другая сторона не возражает против их чрезмерности, суд в отсутствие доказательств разумности расходов, представленных заявителем, в соответствии с частью 2 статьи 110 Кодекса возмещает такие расходы в разумных, по его мнению, пределах.

Для возмещения судебных расходов стороне, в пользу которой принят судебный акт, значение имеет единственное обстоятельство: понесены ли соответствующие расходы. Независимо от способа определения размера вознаграждения (почасовая оплата, заранее определенная твердая сумма гонорара, абонентская плата, процент от цены иска) и условий его выплаты (например, только в случае положительного решения в пользу доверителя) суд, взыскивая фактически понесенные судебные расходы, оценивает их разумные пределы (пункт 6 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.12.2007 № 121 «Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах»).

В силу пункта 10 постановления № 1 лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Таким образом, сторона, требующая возмещения расходов на оплату услуг представителя, должна представить доказательства, подтверждающие фактически совершенные исполнителем действия и разумность этих расходов.

Кроме того, согласно пункту 6 постановления № 1 судебные издержки, понесенные третьими лицами (статьи 50, 51 Кодекса), участвовавшими в деле на стороне, в пользу которой принят итоговый судебный акт по делу, могут быть возмещены этим лицам исходя из того, что их фактическое процессуальное поведение способствовало принятию данного судебного акта. При этом возможность взыскания судебных издержек не зависит от того, вступили они в процесс самостоятельно или были привлечены судом.

Статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что доказательства, подтверждающие факт несения и разумность расходов на оплату услуг представителя, должна представить сторона, требующая возмещения указанных расходов. 

В обоснование заявления о судебных расходах кредиторами представлены соглашения об оказании юридической помощи, две квитанции к приходным кассовым ордерам на сумму 40 000 руб. каждая. Заключенными соглашениями предусмотрена допустимость составления и подачи единых процессуальных документов от обоих кредиторов. 

Таким образом, фактически понесенными по настоящему делу являются представительские расходы заявителей в суде первой инстанции в сумме 40 000 руб. каждого. 

 Как следует из материалов дела и установлено судом, при рассмотрении обособленного спора судом первой инстанции состоялось три судебных заседания – 07.05.2018г., 06.07.2018г., 26.07.2018г. с объявлением перерыва до 02.08.2018г.; представители кредиторов ФИО9, ФИО4 принимали участие в судебных заседаниях; представителем кредиторов были подготовлены отзыв на заявление внешнего управляющего, возражения на дополнительный отзыв ответчика, дополнение к отзыву, ходатайство об истребовании доказательств.

Состязательные документы подписаны представителем обоих кредиторов, что не противоречит условиям заключенных соглашений.

Проанализировав объем и характер трудовых затрат представителей на стадии рассмотрения дела судом первой инстанции, судебная коллегия приходит к выводу о том, что представители кредиторов занимали по обособленному спору активную позицию которой инициативно способствовали  правильному разрешению спора в пользу кредиторов должника, которых представляет внешний управляющий, предъявленные к возмещению расходы на представителей являются разумными (по 40 000 руб. в пользу каждого из заявителей) и соответствуют сложившейся в Ростовской области стоимости оплаты юридических услуг, связанных с рассмотрением споров в арбитражном суде.

По смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для изменения или отмены решения арбитражного суда первой инстанции являются неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела.

С учетом изложенного, принимая во внимание неполное выяснение судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, обжалуемый судебный акт подлежит отмене.

В связи с отменой обжалованного судебного акта в части, суд апелляционной инстанции в соответствии с полномочиями, предусмотренными пунктом 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимает новый судебный о признании недействительным договора об участии в долевом строительстве от 01.02.13 № 40, заключенный ООО «Ремонтно-строительное управление Ленинского района с ФИО5.

При подаче апелляционной жалобы ФИО2 ФИО3 уплачена государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобе по платежным поручениям № 388621 от 14.08.2018 в размере 1 500 руб. и № 388622 от 14.08.2018 в размере 1 500 руб.

С учетом удовлетворения апелляционных жалоб ФИО2, ФИО3 и внешнего управляющего ФИО7, расходы на оплату государственной пошлины в арбитражном суде первой и апелляционной инстанции, подлежат отнесению на ФИО5

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 АПК РФ, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 08.08.2018 по делу № А53-22800/2016 отменить.

Признать недействительным договор об участии в долевом строительстве от 01.02.13 № 40, заключенный ООО «Ремонтно-строительное управление Ленинского района с ФИО5.

Взыскать с ФИО5  в пользу ФИО2  41 500 руб. судебных расходов.

Взыскать с ФИО5  в пользу ФИО3  41 500 руб. судебных расходов.

Взыскать с ФИО5 в пользу ООО «Ремонтно-строительное управление Ленинского района  9 000 руб. судебных расходов.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий                                                           А.Н. Стрекачёв

 

Судьи                                                                                             Д.В. Николаев

 

Д.В. Емельянов