﻿

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

 А33-25891/2017к188

г. Красноярск

10 июня 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена «03» июня 2021 года. 

Полный текст постановления изготовлен          «07» июня  2021 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Радзиховской В.В.,

судей: Белан Н.Н., Хабибулиной Ю.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ким С.Д.,

при участии с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания):

от ООО «Управляющей компании «Актуальные бизнес технологии» - Титовой К.Н. - представителя по доверенности № 260820/07 от 26.08.2020;

от ООО «Газэнергосеть ресурс» - Шевченко Д.В. - представителя по доверенности № 20/13 от 25.11.2020;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с  ограниченной ответственностью  «Газэнергосеть ресурс» на определение Арбитражного суда Красноярского края  от 19 февраля 2021 года по делу №  А33-25891/2017к188,  

 

установил:

рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью "Магнат - РД" (ОГРН 1022402467823, ИНН 2465051040, возбужденного на основании заявления публичного акционерного общества "АК Барс" Банк (ОГРН 102160000124, ИНН 1653001805, далее - ПАО "АК Барс" Банк, кредитор), решением суда 13.03.2019 признанного банкротом, определением суда от 19.0.2021  в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании сделки недействительной к ООО «Управляющей компании «Актуальные бизнес технологии» (ИНН 9201504244) отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, ООО «Газэнергосеть ресурс» обратилось с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять по дел новый судебный акт, указав на то, что на момент спорного договора должник уже обладал признаками несостоятельности (банкротства); у ООО «Магнат-РД» отсутствовали экономические или иные мотивы для заключения договора. 

ООО «Управляющей компании «Актуальные бизнес технологии» представило отзыв,  котором отклонило доводы апелляционной жалобы, указав на законность определения суда первой инстанции. 

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от31.03.2021 апелляционная жалоба принята  производству, ее рассмотрение назначено на   05.05.2021, в соответствии со статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание откладывалось до 03.06.2021.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 03.06.202 в деле №А33-25891/201к188 произведена замена судьи Яковенко И.В. на судью Белан Н.Н. В соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрение дела начинается сначала.

В судебном заседании представитель ООО  «Газэнергосеть ресурс» поддержал доводы апелляционной жалобы, просит отменить определение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

Представитель ООО «Управляющей компании «Актуальные бизнес технологии» поддержал возражения на доводы апелляционной жалобы, согласен с определением суда первой инстанции.

Учитывая, что иные лица, участвующие в деле, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121 - 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, а также текста определения о принятии к производству апелляционной жалобы, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью (Федеральный закон Российской Федерации от 23.06.2016 N 220-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти"), в разделе Картотека арбитражных дел официального сайта Арбитражные суды Российской Федерации Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации (http://kad.arbitr.ru/), в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из отсутствия оснований для признания сделки недействительной.

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в порядке статей 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, исследовав доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы в силу следующего.

Принимая во внимание положения статей 61.1, 61.8, 61.9, пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве, статей 166, 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснения Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенные в подпунктах 1, 2, 6 пункта 1, пункта 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63), суд первой инстанции сделал правомерный вывод о наличии права у конкурсного управляющего обратиться в суд в рамках дела о банкротстве должника с заявлением о признании сделки должника недействительной.

Как следует из материалов дела, в Арбитражный суд Красноярского края 10 июля 2020 года поступило заявление конкурсного управляющего о признании сделки недействительной к ООО «Управляющей компании «Актуальные бизнес технологии» (ИНН 9201504244), в соответствии с которым заявитель просит:

- признать недействительным договор №104/18-7/2 от 09.07.2018;

- применить последствия недействительности ничтожной сделки в виде взыскания с ответчика в пользу должника денежные средства в размере 354000 рублей.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий ссылается, на то, что 09.07.2018 между ООО «Магнат-РД» (заказчик) и ООО «Управляющая компания «Актуальные бизнес технологии» (исполнитель) заключен договор № 104/18-7/2, согласно которому исполнитель принял на себя обязательства оказать заказчику услуги по подготовке и внедрению положения по противодействию коррупции  в соответствии с техническим заданием, включая инструктаж уполномоченных сотрудников заказчика.

Согласно техническому заданию, целью оказываемых услуг является создание условий для повышения эффективности работы по предупреждению коррупции в ООО «МАГНАТ-РД». Исходя из указанной цели исполнитель обязан разработать Положение о противодействии коррупции, провести инструктаж уполномоченных специалистов ООО «МАГНАТ-РД». В рамках технического задания сторонами согласованы требования к Положению о противодействии коррупции, к результату оказанных услуг, к документации, условия оказания услуг.

Согласно пункту 3.1 договора стоимость оказания услуг составляет 354 000 рублей, в том числе НДС 18 % - 54 000 рублей и выплачивается в полном объеме в течение 3 рабочих дней с даты подписания сторонами акта приема-сдачи оказанных услуг.

В материалы дела представлен акт сдачи-приемки оказанных услуг № 09081801 от 09.08.2018 на сумму 354000 рублей, согласно которому исполнитель оказал услуги, предусмотренные договором. Услуги оплачены платежным поручением № 1454 от 14.08.2018 на сумму 354000 рублей.

Конкурсным управляющим в качестве оснований для признания недействительной сделкой договора о проведении адвокатского расследования от 21.09.2018, указаны пункт 1 статьи 170, статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеющиеся в деле доказательства, суд первой инстанции правомерно отклонил довод конкурсного управляющего о формальном характере заключенного договора на основании следующего.

Правоотношения,  сложившиеся между кредитором и должником в рамках договора № 104/18-7/2 от 09.07.2018, регулируются главой 39 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги. В силу пункта 2 статьи 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Мнимые сделки совершаются для того, чтобы произвести ложное представление на третьих лиц. Мнимые сделки характеризуются несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей. Стороне в обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Как ранее указано судом, 09.07.2018 между ООО «Магнат-РД» (заказчик) и ООО «Управляющая компания «Актуальные бизнес технологии» заключен договор № 104/18-7/2, согласно которому исполнитель принял на себя обязательства оказать заказчику услуги по подготовке и внедрению положения по противодействию коррупции в соответствии с техническим заданием, включая инструктаж уполномоченных сотрудников заказчика. Факт приема оказанных услуг подтверждается актом сдачи-приемки оказанных услуг № 09081801 от 09.08.2018, согласно которому исполнитель оказал услуги, предусмотренные договором. Кроме того ответчиком в материалы дела представлены:

- Положение о противодействии коррупции, утвержденное приказом генерального директора ООО «Магнат-РД» № 47/2 от 10.08.2018;

- протокол от 20.07.2018  инструктажа специалистов, на которых возложена функция по реализации мероприятий по противодействию коррупции, согласно которому со стороны заказчика инструктаж прошли Гавриш Наталья Викторовна – заместитель генерального директора ООО «Магнат-РД», Демченко Антон Игоревич – ведущий юрисконсульт. Повестка инструктажа предусматривала ознакомление специалистов с основами деятельности специалиста, на которого возложена функция по реализации мероприятий о противодействии коррупции; предоставление специалистам, на которых возложена функция по реализации мероприятий о противодействии коррупции, доступа к информационной системе Банк плохих долгов и проблемных активов (далее - ИС БПД) для взаимодействия со специалистами научно-образовательного центра; создание рабочей группы, с включением в ее состав специалистов УК «Актуальные бизнес технологии» и специалистов, на которых возложена функция по реализации мероприятий о противодействии коррупции в целях сопровождения процедуры внедрения положения о противодействии коррупции в организациях - субъектах экономической деятельности;  определение порядка взаимодействия специалистов, входящих в состав рабочей группы, в том числе с использованием ИС БПД.

В последующем в рамках указанной рабочей группы от Гавриш Н.В. в адрес исполнителя направлялись предложения по доработке Положения о противодействии коррупции, что подтверждает наличие фактических договорных отношений и рабочего процесса по разработке локального акта ООО «Магнат-РД», являющегося предметом договора № 104/18-7/2 от 04.06.2018 .

- копия приказа ООО «Магнат-РД»№ 63 от 26.12.2018 «О проведении внутреннего расследования в ООО «Магнат-РД» в целях выявления и документирования обстоятельств причинения  ООО «Магнат-РД» ущерба в рамках исполнения обязательств по договору займа № 02 от 23.06.2015, подтверждающее  непосредственное использование в рамках текущей оперативной деятельности ООО «Магнат-РД» результатов услуг, оказанных в рамках договора № 104/18-7/2 от 04.06.2018.

Кроме того факт непосредственного использования в текущей деятельности ООО «Магнат-РД» разработанного Положения о противодействии коррупции подтверждается представленными в материалы дела копиями служебных записок специалистов ООО «Магнат-РД» (Гавриш Н.В., Милынина Н.В., Демченко А.И.) о проведенной  работе по выявлению инцидентов, связанных с ущербом, причиненным ООО «МАГНАТ-РД», справками о выявленных инцидентах, информацией по результатам командировок, выписками из отчета отдела информационно-аналитического обеспечения ООО «МАГНАТ-РД», что в свою очередь опровергает довод конкурсного управляющего об отсутствии практической необходимости и правовой целесообразности в заключении спорного договора и разработке Положения о противодействии коррупции на предприятии ООО «Магнат-РД».

Довод конкурсного управляющего о том, что договором № 104/18-7/2 от 04.06.2018 не согласован предмет и цена договора  правомерно отклонен судом первой инстанции на основании следующего. Существенные условия договора об оказании услуг № 104/18-7/2 от 04.06.2018  в части предмета согласованы в пункте 1.1. договора, в техническом задании к договору, а также в пункте 3.1 договора в части цены договора.

Платежным поручением № 09081801 от 09.08.2018 подтверждается факт оплаты должником ответчику денежных средств на общую сумму 354000 рублей. Данные обстоятельства, лицами, участвующими в деле, не оспариваются.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что оспариваемая сделка сторонами исполнена, в рамках оспариваемой сделки разработан проект локального акта предприятия в области противодействия коррупции, проводились консультации, рабочие группы, инструктаж со специалистами заказчика, результат оказанных услуг использовался в текущей оперативной деятельности ООО «Магат-РД».

На основании изложенного, судом апелляционной инстанции также установлено отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих обоснованность заявления о признании сделки недействительной в соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ. При этом доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Довод конкурсного управляющего о признании сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, правомерно отклонен судом первой инстанции на основании следующего.

Как следует из материалов дела, производство по делу о банкротстве ООО «Магнат-РД» возбуждено 16.11.2017. Оспариваемая сделка совершена 21.09.2018. Таким образом, оспариваемая сделка имела место после принятия заявления о признании должника банкротом и возбуждения в отношении должника дела о банкротстве.

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

Исходя из буквального толкования статьи 61.2 Закона о банкротстве следует, что установление неравноценности встречного исполнения возможно прежде всего путем сравнения условий оспариваемой сделки и условий ее заключения с соответствующими условиями аналогичных сделок и условиями их заключения, а также путем исследования иных доказательств.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется (пункт 9 Постановления Пленума ВАС N 63 от 23.12.2010).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки. При этом, в соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Помимо отчета независимого оценщика, факт заключения сделки должника на условиях неравноценного встречного исполнения может быть подтвержден путем представления документов, подтверждающих условия аналогичных сделок, совершавшихся при сравнимых обстоятельствах.

Согласно пункту 3.1 спорного договора стоимость оказания услуг составляет 354000 рублей, в том числе НДС 18 % - 54000 рублей.  Услуги оплачены платежным поручением № 1454 от 14.08.2018 на сумму 354000 рублей.

На основании изложенного, в рамках настоящего обособленного спора в предмет исследования подлежит включению лишь установление обстоятельств неравноценного встречного предоставления по сделке.

В пункте 80 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по смыслу пункта 2 статьи 167 ГК РФ взаимные предоставления по недействительной сделке, которая была исполнена обеими сторонами, считаются равными, пока не доказано иное.

Конкурсным управляющим в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие  неравноценность встречного предоставления по сделке (установления завышенного размера оказанных услуг).

С настоящим заявлением о признании сделки недействительной, конкурсный управляющий обратился 10.07.2020, а следовательно, с указанной даты у конкурсного управляющего было достаточно времени как для самостоятельного анализа стоимости аналогичных услуг и представления соответствующих доказательств в материалы дела, так и для обращения к оценщику с целью подготовки отчета об оценке в обоснование своих доводов, а также для своевременного обращения в суд с ходатайством о назначении судебной оценочной экспертизы. 

Кроме того, следует учитывать, что обращаясь в суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий, действуя добросовестно и разумно должен был в обоснование своей позиции представить надлежащие доказательства неравноценности встречного предоставления по сделке, учитывая заявленное основание по п.1 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Однако, доказательства, подтверждающие неравноценность встречного исполнения, суду не представлены.

Отсутствие доказательств завышения действительной стоимости оказанных услуг не позволяет признать сделку недействительной на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Конкурсным управляющим не представлены достаточные доказательства того, что при оказании услуг, выполненных в рамках оспариваемого договора, имело место неравноценное встречное предоставление по оспариваемой сделке. Доказательства, свидетельствующие, что стоимость оказанных услуг не соответствует рыночной стоимости аналогичных услуг, отсутствуют.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, учитывая, что конкурсным управляющим не представлены достаточные доказательства того, что при оказании услуг имело место неравноценное встречное предоставление по оспариваемой сделке, суд первой инстанции правомерно отказал  в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В качестве основания для оспаривания спорной сделки конкурсный управляющий должника указывает также на  пункт 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

В силу пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий: сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Согласно абз. 2 п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, применяя перечень условий, когда имеет место оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами, приведенный в абзацах втором - пятом пункта 1 указанной статьи, судам следует иметь в виду, что для признания наличия такого предпочтения достаточно хотя бы одного из этих условий.

При этом, п. 11 Постановления от 23.12.2010 № 63 установлено, что если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 61.3, в связи с чем, наличия иных обстоятельств, предусмотренных п. 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Вместе с тем, в указанном постановлении от 23.12.2010 № 63, Пленум Высшего Арбитражного суда Российской Федерации разъяснил о наличии особенностей при рассмотрении споров о признании недействительными сделок должника, направленных на удовлетворение текущих платежей.

В частности, согласно пункту 13 постановления от 23.12.2010 № 63, сделка по удовлетворению текущего платежа, совершенная с нарушением очередности, установленной п. 2 ст. 134 Закона о банкротстве, может быть признана недействительной на основании п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве, если в результате этой сделки у должника отсутствуют денежные средства, достаточные для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет над погашенным требованием, в размере, на который они имели право до совершения оспариваемой сделки, при условии доказанности того, что получивший удовлетворение кредитор знал или должен был знать о нарушении такой очередности. Если к моменту рассмотрения заявления об оспаривании такой сделки имевшие приоритет кредиторы получат удовлетворение в соответствующем размере или будут представлены доказательства наличия в конкурсной массе необходимых для этого средств, эта сделка не может быть признана недействительной.

Таким образом, при оспаривании сделки, направленной на удовлетворение текущих платежей, в предмет доказывания входит:

- факт заключения сделки должником;

- наличие иных текущих обязательств должника и нарушение установленной п. 2 ст. 134 Закона о банкротстве очередности текущих платежей;

- фактическое наступление последствий совершения сделки: в результате оспариваемой сделки у должника отсутствуют денежные средства, достаточные для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет;

- сохранение до настоящего времени препятствий для удовлетворения требований кредиторов, имевших приоритет перед контрагентом по сделке на момент ее совершения: Если к моменту рассмотрения заявления об оспаривании такой сделки, имевшие приоритет кредиторы получат удовлетворение в соответствующем размере или будут представлены доказательства наличия в конкурсной массе необходимых для этого средств, эта сделка не может быть признана недействительной;

- осведомленность контрагента о нарушении установленной п. 2 ст. 134 Закона о банкротстве очередности при получении платежей.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 5 Закона о банкротстве, под текущими платежами понимаются денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом. Согласно статье 4 Закона о банкротстве, состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей, возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия арбитражным судом такого заявления и до принятия решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства, определяются на дату введения каждой процедуры, применяемой в деле о банкротстве и следующей после наступления срока исполнения соответствующего обязательства.

Согласно абзацу 2 пункта 2 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» текущими являются любые требования об оплате товаров, работ и услуг, поставленных, выполненных и оказанных после возбуждения дела о банкротстве, в том числе во исполнение договоров, заключенных до даты принятия заявления о признании должника банкротом.

Спорный договор от 09.07.2018 заключен в период процедуры наблюдения  (определением суда от 29.01.2018 о  введении наблюдения) и относится к категории текущих обязательств должника.

Следовательно, при оспаривании указанной  сделки по основаниям статьи 61.3 Закона о банкротстве, в предмет доказывания входит в числе прочего размер имевшихся на момент совершения сделки и не погашенных до настоящего времени обязательств должника по текущим требованиям, а также осведомленность контрагента по сделке как о наличии таких обязательств, так и о нарушении очередности их удовлетворения в случае совершения сделки по получению удовлетворения своих требований от должника.

Как следует из материалов основного дела о банкротстве должника в конкурсную массу включено имущество должника общей балансовой стоимостью 1719445000 руб., в том числе основные средства балансовой стоимостью 171090000 рублей (земельные участки и объекты природопользования балансовой стоимостью 27355 000 рублей, машины и оборудование балансовой стоимостью 103176000 рублей), приобретённые основные средства балансовой стоимостью 38731000 рублей, строительство объектов ОС балансовой стоимостью 948000 руб., отложенные налоговые активы балансовой стоимостью 24848 000 рублей, оборотные активы балансовой стоимостью 1523507000 рублей (запасы балансовой стоимостью 55 000 рублей, денежные средства в сумме 4285000 рублей, дебиторская задолженность балансовой стоимостью 140420000 рублей, краткосрочные финансовые вложения – 203085000 рублей), прочие оборотные активы балансовой стоимостью 1719455 рублей.

Имущество должника реализовано частично. К третьим лицам предъявлены требования о взыскании задолженности на общую сумму 252203839 рублей 50 копеек, денежные средства частично получены.  На основной счёт должника поступили денежные средства в сумме 135986035 рублей 70 копеек. На специальный счёт должника поступили денежные средства в сумме 40471554 рубля 73 копейки.

Реестр требований кредиторов закрыт 29.04.2019, в который  включены требования на общую сумму  670717171 рубль 54 копейки,  в том числе 427534 рубля 97 копеек – требования кредиторов второй очереди, 670206227 рублей 90 копеек – требования кредиторов третьей очереди (учитываемые в части 1 раздела 3 в сумме 383055893 рубля 13 копеек, учитываемые в части 2 раздела 3 в сумме 282562954 рубля 86 копеек, учитываемые в части 4 в сумме 4670788 рублей 58 копеек). Требования кредиторов погашены в общей сумме 27848156 рублей 28 копеек, что составляет 7,27  % от размера требований, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Все текущие обязательства погашены, на расчетном счете должника имеются денежные средства для проведения расчетов по требованиям, включенным в реестр требований кредиторов должника.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, принимая во внимание, что в рамках дела о банкротстве осуществляется частичное погашение требований конкурсных кредиторов, с учетом имеющегося у должника имущества, суд  апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о достаточности денежных и имущества должника для погашения текущих обязательств должника.

Материалами дела не подтверждается, что в результате сделки у должника отсутствуют денежные средства, достаточные для удовлетворения текущих платежей, имевших приоритет над погашенным требованием.

Учитывая положения статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из распределения процессуальной обязанности доказывания и правовой позиции, выраженной в п. 13 постановления №63, следует, что обязанность доказывания осведомленности кредитора о нарушении очередности, установленной ст. 134 Закона о банкротстве, при совершении сделки по удовлетворению его прав требований к должнику об исполнении внеочередных (текущих) обязательств, лежит на конкурсном управляющем, как лице, оспаривающем сделку по этому основанию.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии в деле доказательств, свидетельствующих о том, что ООО «Управляющая компания «Актуальные бизнес технологии» на дату заключения спорной сделки знало или должно было знать введении в отношении должника процедуры банкротства. 

На дату совершения оспариваемой сделки ООО «Управляющая компания «Актуальные бизнес технологии»  не являлось участником дела о банкротстве, не располагало сведениями о размере активов должника, о наличии и составе требований кредиторов по текущим платежам, о наличии либо отсутствии денежных средств, достаточных для удовлетворения текущих платежей, имеющих приоритет над его требованием. 

Само по себе размещение на сайте Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в картотеке арбитражных дел информации о возбуждении дела о банкротстве должника не означает, что все кредиторы должны знать об этом. 

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, учитывая, что  конкурсным управляющим не представлены доказательства наличия всей совокупности условий, необходимых для признания сделки недействительной, в том числе по основаниям пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве,  суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

В отношении довода конкурсного управляющего о признании сделки недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, арбитражный суд приходит к следующим выводам.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции на дату совершения оспариваемых сделок) не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Так, пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам (кредиторов должника) или создающее условия для наступления вреда (требования кредиторов могут быть не удовлетворены, в частности вследствие совершения сделки по выводу имущества из собственности должника).

Таким образом, в случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 ст. 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Для признания договора ничтожным в связи с его противоречием статье 10 ГК РФ необходимо установить сговор всех сторон договора на его недобросовестное заключение с умышленным нарушением прав иных лиц или другие обстоятельства, свидетельствующие о направленности воли обеих сторон договора на подобную цель, понимание и осознание ими нарушения при совершении сделки принципа добросовестного осуществления своих прав, а также соображений разумности и справедливости, в том числе по отношению к другим лицам, осуществляющим свои права с достаточной степенью разумности и осмотрительности.

То есть злоупотребление правом должно иметь место в действиях обеих сторон сделки, что соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 № 1795/11.

При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Злоупотребление правом по своей сути есть неразумное и недобросовестное действие, имеющее своей целью причинить вред другим лицам. В силу презумпции разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений бремя доказывания этих обстоятельств лежит на утверждающей стороне, данное требование не выполнено.

С учетом изложенного, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Суд соглашается с позицией ответчика о том, что оспариваемый договор имел прямой эффект, направленный на выявление коррупционной составляющей: в материалы дела представлена копия приказа ООО «Магнат-РД» № 63 от 26.12.2018 «О проведении внутреннего расследования в ООО «Магнат-РД» в целях выявления и документирования обстоятельств причинения  ООО «Магнат-РД» ущерба в рамках исполнения обязательств по договору займа № 02 от 23.06.2015, подтверждающее  непосредственное использование в рамках текущей оперативной деятельности ООО «Магнат-РД» результатов услуг, оказанных в рамках договора № 104/18-7/2 от 04.06.2018.

Кроме того факт непосредственного использования в текущей деятельности ООО «Магнат-РД» разработанного Положения о противодействии коррупции подтверждается представленными в материалы дела копиями служебных записок специалистов ООО «Магнат-РД» (Гавриш Н.В., Милынина Н.В., Демченко А.И.) о проведенной  работе по выявлению инцидентов, связанных с ущербом, причиненным ООО «Магнат-РД», справками о выявленных инцидентах, информацией по результатам командировок, выписками из отчета отдела информационно-аналитического обеспечения ООО «Магнат-РД», что в свою очередь опровергает довод конкурсного управляющего об отсутствии практической необходимости и правовой целесообразности в заключении спорного договора и разработке Положения о противодействии коррупции на предприятии ООО «Магнат-РД».

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий в деле о банкротстве обязан, в том числе, принимать меры по защите имущества должника, в случае выявления признаков административных правонарушений и (или) преступлений сообщать о них в органы, к компетенции которых относятся возбуждение дел об административных правонарушениях и рассмотрение сообщений о преступлениях.

Однако указанные положения не исключают необходимость соблюдения иными сотрудниками должника мер по противодействию коррупции в соответствии с положениями действующего законодательства, тем более, что согласно статье 64 Закона о банкротстве введение наблюдения не является основанием для отстранения руководителя должника и иных органов управления должника, которые продолжают осуществлять свои полномочия с ограничениями, установленными пунктами 2, 3 и 3.1 настоящей статьи. Соответственно руководитель должника, в силу возложенных на него обязанностей, должен обеспечить своевременное выявление коррупционной составляющей в деятельности должника, в отношении которого введено наблюдение.

Принимая  во внимание положения, указанных норм  права, учитывая что заключая договор, стороны действовали в условиях абсолютной добросовестности, и не имели намерения продублировать работу арбитражного управляющего, отсутствие доказательств, подтверждающих    причинение  вреда правам кредиторов оспариваемой сделкой,  либо   совершение  сделки  с целью вывода имущества из конкурсной массы, учитывая равноценность оказанных услуг, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о недоказанности заявителем совокупности обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, т.к. не доказано умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Довод  апеллянта  о том, что на момент заключения договора не было ни экономической необходимости ни правовой целесообразности в заключении договора опровергается материалами дела. Результатом оказания услуг по договору № 104/18-7/2 от 09.07.2018 являются выявленные и установленные в ходе последующих контрольных мероприятий факты противоправной деятельности в том числе, сотрудников должника, лиц, из числа органов управления, установлены и выявлены факты причинения должнику ущерба, а также понесённых убытков, что подтверждается приобщенными в материалы дела доказательствами, которые оценены судом первой инстанции, им дана соответствующая правовая оценка.

Поскольку для признания недействительной сделки по основаниям, предусмотренным статьей 10 Гражданского Кодекса Российской Федерации в деле о банкротстве имеет значение имели ли стороны оспариваемой сделки намерение причинить вред кредиторам, то основания для удовлетворения заявления отсутствуют.

В связи с тем, что судом отказано в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной, то не подлежат применению и последствия недействительности сделки.

В апелляционной жалобе заявитель указывает, что в момент заключения спорных договоров должник уже обладал признаками несостоятельности (банкротства), однако лишь этот факт не является основанием для признания заключенного договора недействительным. Иных оснований Кредитор не приводит и не ссылается не соответствующие доказательства.

Заявитель жалобы также указывает на тот факт, что ООО «УК «АБТ» было известно о том, что должник обладал признаками несостоятельности (банкротства), при этом материалы дела не содержат доказательств этого, судом первой инстанции данный вопрос подробно исследован, чему дана обоснованная правовая оценка судом первой инстанции.

Довод апеллянта о том, что предмет спорного договора является прерогативой временного управляющего в соответствии с тем, что пунктом 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве временный управляющий обязан принимать меры по защите имущества должника, а также в случае выявления признаков административных правонарушений и (или) преступлений сообщать о них в органы, к компетенции которых относится возбуждение дел об административных нарушениях и рассмотрение сообщений о преступлениях, и соответствующие функции относятся к компетенции управляющего, не соответствует действительности, так как предметом договора являлись совершенно иные функции, это разработка и внедрение документа, направленного на обеспечение безопасности инвестиций и сохранность активов предприятия, защиту деловой репутации собственников и кредиторов. Разработанное положение о противодействии коррупции включает в себя совокупность мер, методик и процедур, принятых на предприятии в качестве средств, направленных на выявление, предупреждение, пресечение, а также содействие правоохранительным органам в раскрытии и расследовании коррупционных и экономических правонарушений, преступлений силами сотрудников предприятия. 

Доводы жалобы основаны на неверном толковании норм материального права, при этом не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены судебного акта.

Судом первой инстанции правильно установлены фактические обстоятельства по делу и с учетом этого, правильно применены нормы Закона о банкротстве.

Доводы апелляционной жалобы свидетельствуют о несогласии заявителей с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судом первой инстанции доказательств. При этом, исследование и оценка доказательств произведена судом по правилам статей 64, 65, 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены определения Арбитражного суда Красноярского края от 19 февраля 2021 года по делу №  А33-25891/2017к188 не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, пунктом 19 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы и уплачены ими при подаче жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от 19 февраля 2021 года по делу №  А33-25891/2017к188 оставить без  изменения,  а  апелляционную  жалобу -  без  удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

 

Председательствующий

В.В. Радзиховская

Судьи:

Н.Н. Белан

 

Ю.В. Хабибулина