ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

09.02.2023                                                                         Дело № А40-188839/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02.02.2023

Полный текст постановления изготовлен 09.02.2023

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего-судьи Михайловой Л.В.,

судей: Каменецкого Д.В., Савиной О.Н.

при участии в заседании:

от АО  «Ланит» - ФИО1, дов. от 01.02.2022,

от Некоммерческой организации Фонд разработки и коммерциализации новых технологий – ФИО2, дов. от 12.05.2022, ФИО3, дов. от 12.05.2022,

от Котляра И.Д. – ФИО4, не допущена, истек срок действия доверенности, 

от ФИО5 – ФИО6, не допущен, не представлен оригинал доверенности, 

в судебном заседании 02.02.2023 по рассмотрению кассационных жалоб Некоммерческой организации Фонд развития Центра разработки и коммерциализации новых технологий, конкурсного управляющего ООО «Элемент 22» ФИО7

на определение Арбитражного суда города Москвы  от 01.09.2022

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.11.2022

об отказе  в удовлетворении заявления о привлечении ФИО11, ФИО5, АО Лаборатория новых информационных технологий «Ланит», ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Элемент 22», 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 25.11.2019 общество с ограниченной ответственностью «Элемент 22» (далее – ООО «Эоемент 22», должник)  признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО9, член Ассоциации СРО АУ «Лига».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.04.2021 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7, член ААУ «Гарантия».

В Арбитражный суд города Москвы 03.11.2020 поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в котором конкурсный управляющий заявил о наличии оснований для привлечения к ответственности ФИО11, ФИО5, АО Лаборатория новых информационных технологий «Ланит», ФИО8 и взыскании с ответчиков денежных средств в размере 21 550 037 руб.

В обоснование заявления конкурсный управляющий ссылался на неисполнение бывшим руководителем должника обязанности по передаче документов и материальных ценностей должника конкурсному управляющему, неисполнение обязанности руководителем и участниками общества обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества при наличии таких обстоятельств, а также совершение сделок и действий, оказавших существенное влияние на финансовое состояние общества.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.09.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.11.20233,  в удовлетворении заявления о привлечении ФИО11, ФИО5, АО Лаборатория новых информационных технологий «Ланит», ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказано.

При рассмотрении обособленного спора судами установлены следующие обстоятельства.

ФИО5 являлся руководителем должника с 08.11.2018 по дату открытия конкурсного производства, а также учредителем должника с долей в уставном капитале в размере 0.03%.

ФИО11 является учредителем должника с долей в уставном капитале в размере 0.03%, а также в период с 03.02.2014 по 28.05.2015 являлся техническим директором.

АО «Ланит» является учредителем должника с долей в уставном капитале в размере 99,94%.

Судами установлено, что из определения Арбитражного суда города Москвы от 25.10.2019 по настоящему делу в рамках обособленного дела по заявлению АО «Ланит» о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности следует, что между ЗАО «Ланит» (в настоящее время - АО «Ланит») и ООО «Элемент 22» заключено соглашение о предоставлении инвестиций N ЭЛ 22-2014 от 19.02.2014, по которому должник обязался реализовать проект, а именно: "Создание пластинчатых конденсаторов на напряжение 1000 Вольт с плотностью энергии не менее чем 1,25 Дж/см, в несколько раз превышающей энергию прямых аналогов и стоимостью энергии ниже, чем у аналогов".

Допустимым вариантом привлечения денежных средств соинвестора являлся вклад АО «Ланит» в уставной капитал грантополучателя - ООО «Элемент 22». Грант предоставлен Фондом на реализацию инновационного проекта «Новый сверхъемкий керамический конденсатор (СКК)» по соглашению о предоставлении гранта в 2 этапа, из которых: этап 1 - 15 692 454,00 руб. на период с - 01.03.2014 по 31.08.2014, этап 2 - 5 727 483,62 руб. на период с 01.09.2014 по 28.05.2015.

Должником в целях получения средств гранта представлены документы, подтверждающие привлечение софинансирования в проект денежных средств АО «Ланит» в установленной соглашением о предоставлении гранта форме - внесение в соответствии с Федеральным законом от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»: вклада в уставной капитал и (или) вклада в имущество, вклада в имущество. Указанная схема финансирования является одним из условий предоставления Фондом грантов.

Условиями предоставления гранта установлено, что привлеченные на реализацию проекта денежные средства не должны каким-либо образом отвлекаться из проекта, соответственно, вклад в имущество или вклад в уставной капитал должника является гарантией для Фонда и, в том числе, позволяет обеспечивать реализацию проекта создания и обеспечения функционирования инновационного центра «Сколково», который создан в целях осуществления исследовательской деятельности в соответствии с Федеральным законом от 28.09.2010 N 244-ФЗ  "Об инновационном центре "Сколково".

Соглашением предусмотрено, что основной обязанностью АО «Ланит» является предоставление на целевой безвозмездной и безвозвратной основе инвестиций путем вклада в уставной капитал ООО «Элемент 22» или путем вклада в имущество ООО «Элемент 22» (абз. 2 раздела 1, п. 3.3 соглашения).

Судами было установлено, что АО «Ланит» надлежащим образом исполнило свои обязательства по предоставлению инвестиций, предоставил должнику денежные средства в размере 24 578 846, 92 руб., что подтверждено  соответствующими платежными поручениями N 1405 от 05.03.2014, N 2771 от 20.04.2015, N 6103 от 13.10.2014.

Таким образом, факт того, что АО «Ланит» являлся участником должника связан исключительно с инвестициями данного лица наравне с Фондом «Сколково» в деятельность должника.

Конкурсный управляющий, обращаясь в суд с заявлением,  указывал, что протоколом общего собрания участников от 29.09.2016 ФИО8 был назначен на должность руководителя исполнительного органа, нотариально удостоверенное заявление от 29.09.2016 было представлено в регистрирующий орган, однако, соответствующая запись в единый государственный реестр сведений о юридических лицах не была внесена в связи с наличием запрета на регистрационные действия на основании постановления от 21.04.2016 по исполнительному производству N 33404/15/77026-ИП.

Материалами дела также не было подтверждено, что ФИО8 фактически приступил к исполнению обязанностей генерального директора должника, в том числе, заключал сделки или совершал иные юридически значимые действия от имени руководителя исполнительного органа должника, имел возможность каким-либо образом определять действия должника, давать обязательные для исполнения указания. Кроме того, кредитором – Некоммерческой организацией Фонд развития Центра разработки и коммерциализации новых технологий (далее – Фонд Сколково)  были представлены пояснения, согласно которым после даты назначения Котляра И.Д. руководителем должника от имени должника на рабочей встрече 12.12.2016  по исполнению условий инновационного проекта участвовал ФИО5

Судами также учтено, что документы должника передавались конкурсному управляющему ФИО5, что свидетельствует о том, что документы должника не находились в распоряжении ФИО8

С учетом установленных обстоятельств, суды пришли к выводу, что ФИО8 не являлся ни лицом, контролирующим должника, ни номинальным руководителем, поскольку сведения в ЕГРЮЛ о нем внесены не были, никакие документы за его подписью от имени общества не издавались, документы должника в его распоряжении не находились, в связи с чем в привлечении Котляра И.Д. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, как в связи с непередачей им документов должника конкурсному управляющему, так и по иным заявленным основаниям, отказано в полном объеме.

В отношении доводов о неисполнении руководителем должника и его участниками обязанности, предусмотренной статьей 9 Закона о банкротстве, судами установлено следующее.

Так, заявляя о неисполнении такой обязанности ФИО5 и АО «Ланит», конкурсный управляющий исходил из наступления у ООО «Элемент 22» признаков объективного банкротства с 27.08.2015 - даты вступления в законную силу решения Дорогомиловского районного суда от 27.08.2015 по иску работника ФИО10 по взысканию заработной платы за период с марта 2014 г. по апрель 2015 г. Данная задолженность не погашена по настоящее время, требования перед ФИО10 включены в реестр требований кредиторов должника.

При установлении данного обстоятельства судами учтено обращение руководителя должника ФИО5 в АО «Ланит» от 25.05.2015 N 29-13, содержащее пояснения относительно текущего финансового положения должника, не способного исполнять обязательства. Из указанного письма следовало, что денежных средств на счетах должника к указанной дате не имелось.

Кроме того, данный вывод сделан судами с учетом специфики деятельности должника (научные исследования и разработки в области естественных и технических наук), основанной на реализации инвестиционного проекта, длительное время носящей исключительно затратный характер и не предусматривающей извлечение прибыли в рассматриваемый период. Суд первой инстанции учел, что должник весь период деятельности зависел от сторонних источников финансирования как участник инвестиционного проекта (прямые инвестиции в форме гранта от кредитора Фонда «Сколково», опосредованные инвестиции путем внесения в качестве вклада в уставный капитал от АО «Ланит»).

При этом, судами установлено, что новых обязательств кредиторов в период после 27.08.2015 у должника не возникло, в связи с чем в привлечении к ответственности по данному основанию руководителя ООО «Элемент 22» отказано, а также отказано в привлечении по данному основанию к ответственности участника общества АО «Ланит», исходя из возникновения такой обязанности у участника только с вступления в силу Закона о банкротстве в редакции №266-ФЗ с 01.07.2017, и отсутствия обязательств, возникших у должника после указанной даты.

Судами отмечено, что обязательства у должника перед Фондом «Сколково» возникли на основании соглашения о предоставлении гранта N Г8/14, во исполнение которого Фонд «Сколково» перечислил денежные средства 23.04.2014, 19.11.2014, 12.05.2015.

Также Арбитражный суд города Москвы, с которым согласился Девятый арбитражный апелляционный суд, не усмотрел оснований для привлечения к ответственности по обязательствам должника ответчиков ФИО5 и ФИО11 в связи с совершением указанными лицами от имени должника действий, в том числе, сделок, совершение которых оказало существенное влияние на финансовое состояние должника.

Конкурсный управляющий, в том числе, указывал на  нарушение ООО «Элемент 22» договорных обязательств с Фондом «Сколково» по соглашению от 19.02.2014 N Г8/14, выразившиеся в невозможности провести фактическую проверку достоверности содержания отчета об использовании гранта, в том числе с посещением места нахождения и (или) места деятельности должника; нарушение договорных обязательств с Фондом «Сколково» по целевому использованию средств сметы (гранта и соинвестиций) по соглашению, выразившееся в совершении (одобрении) ответчиками ряда сделок, в нарушение условий предоставления гранта по соглашению; осуществление нецелевого использования средств сметы проекта на оплату труда управленческого персонала в размерах, существенно превышающих согласованные при заключении соглашения; должник не принимал исполнение от кредиторов в период после 27.08.2015.

Как установил суд первой инстанции, отказ ответчика ФИО5, как лица являющегося инициатором инновационного проекта, обладающим в необходимой степени техническими знаниями и соответствующими разработками в области интеллектуальной собственности, выраженный в направленном в АО «Ланит» заявлении об увольнении по собственному желанию от 15.10.2015 в условиях действующего соглашения о предоставлении гранта от 19.02.2014 N Г8/14, повлек невозможность дальнейшего функционирования должника и его последующей коммерциализации.

Суды установили, что ФИО5 является серийным предпринимателем, имеет военное образование - офицер командного училища, технического образования не имеет, все технические работы осуществляла команда проекта. ФИО5, опровергая доводы конкурсного управляющего,  указывал, что неоднократно направлял в АО «Ланит» письменные обращения и информировал Фонд «Сколково» о сложившейся в 2015 году в обществе ситуации.

31.05.2016 Дорогомиловский районный суд города Москвы рассмотрел гражданское дело N 2-2223/16 по иску ФИО5 к ООО «Элемент 22» о взыскании задолженности по заработной плате. В ходе рассмотрения гражданского дела было установлено, что 10.11.2012 в соответствии с решением общего собрания учредителей ООО «Элемент 22» ФИО5 был назначен на должность генерального директора общества. 10.11.2012 между ООО «Элемент 22» и ФИО5 был заключен трудовой договор сроком на 3 года. В соответствии с п. 14.3 устава ООО «Элемент 22» генеральный директор назначается общим собранием участников общества на срок 3 года.

15.10.2015 ФИО5 отправил участникам ООО «Элемент 22» уведомление о прекращении действия трудового договора.

Исковые требования были удовлетворены, взыскана задолженность по заработной плате в сумме 3 210 300 руб., решение вступило в законную силу, обжаловано не было.

Также судами установлено наличие решения Арбитражного суда города Москвы по делу N А40-118131/17, которым установлено, что в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 8, п. 9 ст. 2 Закона, ст. ст. 2, 15 Федерального закона от 23.08.1996 N 127-ФЗ "О науке и государственной научно-технической политике" истец – Некоммерческая организация фонд развития центра разработки и коммерциализации новых технологий, реализуя функцию организации исследовательской деятельности и содействия ее осуществлению, предоставляет участникам проекта целевые гранты. Участником проекта, в свою очередь, признается российское юридическое лицо, созданное исключительно в целях осуществления исследовательской деятельности в соответствии с законом и получившее в соответствии с ним статус участника указанного проекта.

Должник ООО «Элемент 22» (грантополучатель) как российское юридическое лицо 11.12.2012 получило статус участника проекта с основным регистрационным номером 1120433.

По результатам рассмотрения заявки на предоставление гранта Грантовым комитетом принято решение предоставить финансирование на реализацию инновационного проекта «Новый сверхъемкий керамический конденсатор (СКК)» (инновационный проект) на условиях соглашения о предоставлении гранта.

При этом, деятельность ООО «Элемент 22» на момент работы по трудовым договорам ФИО5 и ФИО11 не подразумевала получение выручки, а фактически и юридически была целиком затратная, направленная на реализацию инновационного проекта, согласованного с Фондом «Сколково» и финансировалась за счет безвозмездно предоставленных для этого Фондом денежных средств (гранта), а также за счет денежных средств, предоставленных участниками общества.

Согласно отчету ООО «Элемент 22» по Этапу 1 реализации инновационного проекта для Фонда «Сколково» выполнялся экономический и финансовый план, состоящий из двух этапов. Ответчик ФИО5 пояснял, что сложности в работе ООО «Элемент 22» во время исполнения трудовых обязанностей ФИО5, ФИО11 были вызваны совокупностью внешних неблагоприятных факторов, сложившихся в российской экономике из-за принятых политических решений в 2014 г. и начале 2015 г.: ростом инфляции, напряженной ситуацией на денежном рынке, связанной с двукратным ростом курса валют по отношению к рублю и резким ростом стоимости комплектующих для проекта, введением запретов (санкций) на покупку комплектующих, ростом ключевой ставки Банка России, ростом ставок банковского процента по кредитам, кризисом платежей, невозможностью международных платежей из России в Украину, где находился важный субподрядчик, который должен был проводить, в том числе испытания оборудования, неблагоприятной ситуацией в производственной отрасли в целом.

Изложенные обстоятельства суды обеих инстанций сочли в достаточной степени опровергающими доводы конкурсного управляющего о наличии оснований для привлечения ФИО5 и ФИО11 к субсидиарной ответственности за совершение указанными лицами действий (бездействия), повлекших банкротство должника.

Кроме того, Арбитражный суд города Москвы установил, что документы должника были частично переданы конкурсному управляющему ФИО5, о чем представлен акт от 23.12.2021, в том числе переданы банковские выписки, включая отчеты о движении денежных средств, банковские ордера, платежные поручения, протоколы испытаний, акты, программы и методика испытаний, инструкции по охране труда, декларациями ИФНС, ПФР, ФСС, товарными накладными на комплектующие материалы, счета-фактуры, акты, квитанции, гарантийные талоны, сопроводительные документы.

Доводы конкурсного управляющего и кредитора Фонда «Сколково» об отсутствии документов в подтверждение наличия результата, для достижения которого предоставлен грант – изобретения, или сведений, позволяющих удостовериться в израсходовании всех выделенных денежных средств непосредственно на достижение целей выделенного гранта, были отклонены судами со ссылкой на предоставление ФИО5 первичных документов, свидетельствующих о приобретении комплектующих элементов, материалов и запасных частей, а также указано на местонахождение данного имущества – изобретения – оборудования, расположенного на территории третьего лица ООО «ТИТАН ИТТ», отметив при этом, что имущество, созданное в результате реализации инновационного проекта, не было проинвентаризировано конкурсным управляющим и не было включено в конкурсную массу.

При таких обстоятельствах, в удовлетворении заявленных требований, в том числе, в связи с неисполнением ФИО5 обязанности по передаче документов и ценностей должника конкурсному управляющему, что повлекло затруднение формирования конкурсной массы и проведения конкурсного производства, отказано.

С выводами судов первой и апелляционной инстанций не согласились конкурсный управляющий должника и кредитор Некоммерческая организация фонд развития центра разработки и коммерциализации новых технологий, обратившись в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами.

Фонд «Сколково» в обоснование кассационной жалобы указывает, что выводы судов не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, в частности, документы о расходовании денежных средств во исполнение целей инновационного проекта, на который должнику и был предоставлен грант, представлены и переданы конкурсному управляющему только на сумму 11 809 108 руб., сам результат деятельности ООО «Элемент 22» не был представлен и передан ни конкурсному управляющему, ни Фонду. Совместный выезд к месту нахождения имущества, которое ФИО5 именует изобретением, обеспечен не был, в то время как изобреталось технически сложное оборудование, что требует определенной специфики его идентификации и передачи.

Также Фонд «Сколково» указывает, что суды необоснованно не приняли во внимание факт нецелевого использование обществом под руководством ФИО5 денежных средств, предоставленных Фондом ООО «Элемент 22» за счет субсидий из федерального бюджета, в то время как результат работы, даже промежуточный, Фонду представлен не был, напротив, решением Арбитражного суда города Москвы от 08.12.2017 по делу № А40-118131/17 установлено неисполнение обязательств ООО «Элемент 22» перед Фондом.

Кроме того, отмечает, что судами оставлены без внимания доводы о том, что увеличение себе ФИО5 заработной платы в период после получения гранта и за счет этого гранта, не является обоснованным, а наличие судебного акта суда общей юрисдикции о взыскании заработной платы такой обоснованности не устанавливает, поскольку не было предметом проверки суда общей юрисдикции само по себе увеличение заработной платы. ФИО5, будучи генеральным директором общества, увеличил также заработную плату ФИО11, принял на работу главного бухгалтера, что не было согласовано условиями Грантового меморандума от 07.11.2013, привлек иностранную компанию для осуществления работы, учредителем которой он сам и является, вывел денежные средства в пользу указанной компании. Просит отменить определение и постановление, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Конкурсный управляющий должника ФИО7 в обоснование кассационной жалобы приводит аналогичные доводы, указывает, что нарушение должником договорных обязательств перед Фондом «Сколково», вопреки выводам судом, не является основанием для предъявления самостоятельного иска о взыскании убытков и отказа в настоящем заявлении, поскольку квалификация правоотношений является прерогативой суда, в то время как заявители излагают в иске обстоятельства, в связи с наличием которых полагают обоснованным привлечение лиц к ответственности, что, в том числе, следует из разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве". Конкурсный управляющий также полагает ошибочным выводы судов о том, что новые обязательства у ООО «Элемент 22» после 27.08.2015 не возникли, передачу документов должника и ценностей должника бывшим руководителем считает неполноценной и не позволяющей сформировать конкурсную массу исходя из специфики деятельности должника, в частности, разработки «Нового сверхъемкого керамического конденсатора (СКК)».

На кассационную жалобу представлен отзыв Котляра И.Д., в котором он возражает по доводам кассационной жалобы, считает судебные акты законными и обоснованными. Отзыв приобщен к материалам дела.

Также на кассационную жалобу в Арбитражный суд Московского округа представлен отзыв ФИО5, в котором бывший руководитель должника возражает по доводам кассационной жалобы, отмечает, что о месте нахождения изобретения известно как конкурсному управляющему, так и Фонду, которые не лишены возможности осмотреть оборудование, включить его в конкурсную массу, переместить при необходимости, наступление банкротства общества полагает вызванным внешними факторами, повлиять но которые не было возможности. Отзыв приобщен к материалам дела.

АО «Ланит» в представленном отзыве также поддерживает выводы судов, просит оставить кассационные жалобы без удовлетворения. Отзыв приобщен к материалам дела.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель Фонда «Сколково» поддержал доводы кассационных жалоб.

Представитель АО «Ланит» по доводам кассационных жалоб возражали.

Представители Котляра И.Д. и ФИО5 к участию в судебном заседании не допущены, поскольку не представлены надлежащим образом оформленные полномочия. 

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав объяснения представителей участвующих в деле лиц,  проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно прежнему правовому регулированию (абзац тридцать четвертый статьи 2 Закона о банкротстве в редакции Закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ) контролирующим должника лицом признавалось лицо, имеющее либо имевшее в течение не менее чем за два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания.

Впоследствии Законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ были внесены изменения в Закон о банкротстве; абзац тридцать четвертый статьи 2 Закона о банкротстве утратил силу с 30.07.2017; в Закон о банкротстве введена глава III.2 (статьи 61.10 - 61.22), предусматривающая порядок и основания привлечения к ответственности руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве. Под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, являющееся либо являвшееся не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом руководителем или единственным участником должника.

В соответствии с положениям гражданского и банкротного законодательства (как в настоящей редакции, так и действующей ранее) контролирующие должника лица (могут быть привлечены к субсидиарной ответственности, если их виновное поведение привело к невозможности погашения задолженности перед кредиторами должника (иными словами, за доведение должника до банкротства - абзац первый пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве и пункт 3 статьи 3 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах").

Однако, ни формальной юридической, ни фактической подконтрольности ООО «Элемент 22» ФИО8 доказано и установлено не было, указанное лицо не влияло на деятельность должника, в связи с чем в удовлетворении заявления к Котляру И.Д. судами отказано правомерно.

Кассаторы выводы судов в данной части фактически не опровергают.

Арбитражный суд Московского округа также считает верными выводы судов об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности АО «Ланит» и ФИО11 в связи с неисполнением указанными лицами – участниками должника, обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве ООО «Элемент 22».

Конкурсный управляющий, с которым согласились суды обеих инстанции, наступление объективного банкротства должника связывает с датой, не позднее 27.08.2015. Таким образом, обязанность по обращению в суд наступила в период действия Закона о банкротстве в редакции Закона №134, и продолжалась, в том числе, в период действия Закона о банкротстве №266-ФЗ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Положения статьи 9 Закона о банкротстве возлагали обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом непосредственно на его руководителя, ввиду чего учредитель (участник) должника не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по данному основанию.

Руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве, если он не исполнил обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно общим положениям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

В статье 2 Закона о банкротстве приведены понятия недостаточности имущества и неплатежеспособности, которые являются признаками наступления объективного банкротства.

Так, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, сам по себе факт наличия у должника перед кредитором задолженности не может свидетельствовать о наступлении признаков объективного банкротства.

При определении признаков объективного банкротства необходимо учитывать правовую позицию Верховного Суда РФ, изложенную в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", согласно которой под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал не способен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по обязательным платежам, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной (то есть рыночной) стоимостью его активов.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя (учредителя в редакции ФЗ №266) к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Необходимо учитывать, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной статьей 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Размер субсидиарной ответственности руководителя исчерпывающе определен п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве: размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

По смыслу приведенных норм права, а также принимая правила определения размера ответственности, по данному основанию надлежит установить дату возникновения обязанности руководителя по обращению в суд с соответствующим заявлением, а также объем обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве. Такая правовая позиция подтверждается Определением Верховного Суда Российской Федерации от 21.10.2019 N 305-ЭС19-9992.

Таким образом, судебная коллегия Арбитражного суда Московского округа соглашается с выводами судов об отсутствии оснований для привлечения к ответственности участников общества за неисполнение ими обязанности, возникшей у них в любом случае не ранее 01.07.2017 (вступление в законную силу редакции Закона о банкротстве №266-ФЗ) по инициированию собрания для целей принятия решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве общества, размер обязательств, наступивших после указанной даты, установлен не был.

Вместе с тем, обоснованы доводы кассаторов в части выводов судов об отсутствии оснований для привлечения к ответственности бывшего руководителя должника ФИО5 и ФИО11 за совершение указанными лицами действий (бездействия), повлекших наступление банкротства либо причинивших существенный материальный ущерб обществу, а также обоснованы доводы конкурсного управляющего и Фонда об ошибочности выводов судов о надлежащем исполнении бывшим руководителем обязанности по передаче документов должника конкурсному управляющему.

В соответствии с п.1 ст.61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействий контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.10.2017 по делу N 302-ЭС17-9244, указанное требование Закона о банкротстве обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего по данному основанию, суды сослались на наличие в материалах дела акта приема-передачи документов от 23.12.2021.

Однако,  достаточным является такой объем переданных документов и материальных ценностей, который, исходя из специфики деятельности отдельного должника, позволит конкурсному управляющему проверить деятельность должника за три года, предшествующие возбуждению дела о банкротстве, что непосредственным образом влияет на формирование конкурсной массы, возможность выявления активов, сделок, иных обстоятельств, наличие которых может привести к пополнению конкурсной массы и удовлетворению требований кредиторов  тем или иным способом, в том числе, путем взыскания убытков, подачи заявлений, и  иными.

Судами было установлено, что следует и из выписки из ЕГРЮЛ, судебного акта о взыскании задолженности с ООО «Элемент 22» в пользу Фонда «Сколково», что общество занималось видом деятельности весьма определенной направленности - 72.1 Научные исследования и разработки в области естественных и технических наук, в связи с чем судам следовало принять во внимание, что для оценки надлежащего или ненадлежащего исполнения обязанности бывшим руководителем по передаче документов и имущества конкурсному управляющему, принимая при этом установленную Законом о банкротстве в применяемой редакции №266-ФЗ презумпцию, при установленном факте неисполнения должником обязательств перед Фондом, необходимо проверить, переданы ли документы, связанные с расходованием предоставленных по гранту денежных средств, достигнут ли результат, в том числе промежуточный, который предполагалось достигнуть.

Между тем, суд ограничились представленным в материалы дела актом, отметив, что в ходе рассмотрения дела ответчиком представлены первичные документы, свидетельствующие о приобретении комплектующих элементов, материалов и запасных частей, а также указано на местонахождение данного имущества, в то время как стоимость таких комплектующих составила, как указывал и сам ФИО5, около 11 миллионов рублей, в то время как  Фондом по гранту были выданы должнику денежные средства в размере 23 миллиона рублей, что установлено вступившим в законную силу судебным актом.

Таким образом, выводы судов о надлежащем исполнении бывшим руководителем должника ФИО5 обязанности по передаче документов и ценностей должника конкурсному управляющему и отсутствии каких-либо препятствий и затруднений в проведении конкурсного производства, преждевременны, суду следует установить соответствие переданных документов и ценностей фактической деятельности должника, в частности, по реализации инновационного проекта с предоставлением гранта, для реализации которого 19.02.2014 было заключено соглашение о предоставлении гранта № Г8/14 (сведения о стоимости расходных материалов, оплате услуг сторонних организаций с обоснованием их привлечения, сведения о стоимости непосредственно работ по изобретению). Иными словами, необходимо проверить наличие документов, обосновывающих расходование предоставленных Фондом денежных средств.

Кроме того, в соответствии с п. 4 ст.10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, причинен вред имущественным правам кредиторов.

Пунктом 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», разъяснено, что по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации)

Вместе с тем, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

Аналогичное содержание имеет статья 61.11 Закона о банкротстве - если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии такого обстоятельства, как причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

При этом, как обоснованно указывают конкурсный управляющий и конкурсный кредитор, наличие вступившего в законную силу судебного акта для целей признания сделки негативно повлиявшей на финансовое состояние должника, не требуется.

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", разъяснено, что по смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Суд не связан правовыми основаниями заявленного требования. В силу части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации у судов имеются основания для самостоятельного определения норм права, подлежащих применению, а также характера правоотношений сторон.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".

При решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

В ходе рассмотрения обособленного спора по существу в суде первой инстанции было заявлено о необоснованности увеличения заработной платы генеральному директору общества ФИО5, соглашение со стороны общества подписано ФИО11 по доверенности. Однако, такой доводы не был оценен судами, целесообразность совершения такой сделки не проверялась. При этом, Фонд обоснованно отмечает, что наличие судебного акта суда общей юрисдикции о взыскании задолженности по заработной плате не исключает необходимость проверить целесообразность и правомерность непосредственно увеличения такой заработной платы, а также источника средств, за счет которых она выплачивалась. При этом, суд апелляционной инстанции устанавливает, что должник весь период деятельности зависел от сторонних источников финансирования как участник инвестиционного проекта (прямые инвестиции в форме гранта от кредитора Фонда «Сколково», опосредованные инвестиции путем внесения в качестве вклада в уставный капитал от АО «Ланит»).

Также не получили оценки доводы о привлечении иностранной компании, подконтрольной ФИО5, обоснованности такого привлечения, произведенных в этой связи тратах, источнике их оплаты, принятии на работу ФИО11, выплате суточных расходов ФИО5 по командировкам в Чехию, невыплате заработной платы ФИО10

Однако как обоснованно указывают кассаторы, оценка данным основаниям судами не была дана.

С учетом изложенного, суд округа считает, что обжалуемые судебные акты в отношении ФИО5 и  ФИО11 приняты без установления фактических обстоятельств, без исследования всех оснований, заявленных конкурсным управляющим (не дана оценка доводам о совершении убыточных сделок), не исследован вопрос о передаче конкурсному управляющему всей документации должника и результатов инновационного проекта, в связи с чем, обжалуемые судебные акты подлежат отмене в части с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении спора суду следует учесть изложенное, при правильном применении норм материального и процессуального права установить все обстоятельства, входящие в предмет доказывания по делу, в частности, дать оценку всем имеющимся в деле доказательствам и доводам участвующих в деле лиц в их совокупности, в том числе, проверить доводы о совершении ФИО5 и  ФИО11 сделок, квалифицировав ответственность за их совершение в соответствии с указанными выше разъяснениями Пленума №53, исследовать вопрос об объеме и содержании переданных конкурсному управляющему документов должника с учетом специфики деятельности ООО «Элемент 22», а также непосредственно результат инновационного проекта, после чего принять законный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы  от 01.09.2022,  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.11.2022 по делу № А40-188839/2018 отменить в части отказа в привлечении к ответственности ФИО5, ФИО11

В отмененной части обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

В остальной части определение Арбитражного суда города Москвы  от 01.09.2022,  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 23.11.2022 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                        Л.В. Михайлова

 

Судьи:                                                                                    Д.В. Каменецкий       

 

О.Н. Савина