АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1565/23 

Екатеринбург

30 марта 2023 г.

 

Дело № А60-40992/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 23 марта 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 30 марта 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шершон Н.В.,

судей Новиковой О.Н., Павловой Е.А.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 13.10.2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2023 по делу № А60-40992/2020.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители: 

финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 22.03.2023); 

ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 06.05.2022); 

ФИО5 – ФИО6 (доверенность от 23.12.2021).

 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 20.04.2021 ФИО7 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим должника утвержден ФИО1

Финансовый управляющий 25.01.2021 и 29.03.2021 обратился в Арбитражный суд Свердловской области с заявлениями о признании недействительными следующих сделок: 

- договора от 18.12.2014 дарения должником в пользу ФИО3 1/2 доли в праве собственности на нежилое здание, кадастровый номер 66:59:0102007:557, общей площадью 319,6 кв.м, расположенного по адресу: 

<

...> (далее – здание по ул. Володарского 112); 

- договора от 16.05.2015 дарения должником в пользу ФИО3 1/2 доли в праве собственности на земельный участок, кадастровый номер 66:59:0102007:245, общей площадью 2030 кв.м, расположенного по адресу: 

<

...> (далее – земельный участок по ул. Володарского 112); 

- договора от 18.12.2014 дарения должником в пользу ФИО3 земельного участка с кадастровым номером 66:59:0102007:276, общей площадью 5300 кв.м, расположенного по адресу: 

<

...> (далее – земельный участок по ул. Володарского 110/9);

- договора от 18.12.2014 дарения должником в пользу ФИО3 здания с кадастровым номером 66:59:0102007:363, общей площадью 738,4 кв.м, расположенного по адресу: 

<

...> (далее – здание по ул. Володарского 110/9); 

- договоры от 01.12.2016 купли-продажи ФИО3 в пользу ФИО5 земельного участка по ул. Володарского 110/9 и здания по ул. Володарского 110/9;

и применении последствий недействительности сделок в виде возврата указанного имущества в конкурсную массу ФИО7

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 13.10.2022 заявленные требования удовлетворены частично. 

Признаны недействительными договор от 18.12.2014 дарения в пользу ФИО3 1/2 доли в праве собственности на здание по ул. Володарского 112, договор от 16.05.2015 дарения в пользу ФИО3 1/2 доли в праве собственности на земельный участок по ул. Володарского 112, применены последствия недействительности сделок в виде возврата указанного имущества в конкурсную массу должника.  Признаны недействительными договор дарения от 18.12.2014 в пользу ФИО3 земельного участка по ул. Володарского 110/9, договор дарения от 18.12.2014 в пользу ФИО3 здания по ул. Володарского 110/9,  с ФИО3 в конкурсную массу должника взыскано 6 000 000 руб. В удовлетворении остальной части требования отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2023 определение суда от 13.10.2022 в части признания недействительными договора от 18.12.2014 дарения в пользу ФИО3 1/2 доли в праве собственности на здание по ул. Володарского 112, договора от 16.05.2015 дарения в пользу ФИО3 1/2 доли в праве собственности на земельный участок по ул. Володарского 112,  договора дарения от 18.12.2014 в пользу ФИО3 земельного участка по ул. Володарского 110/9, договора дарения от 18.12.2014 в пользу ФИО3 здания по ул. Володарского 110/9 и применении последствий их недействительности отменено. 

В удовлетворении заявлений финансового управляющего ФИО1 о признании указанных сделок недействительными и применении последствий их недействительности отказано.

В кассационной жалобе финансовый управляющий ФИО1 просит обжалуемые судебные акты отменить, заявленные требования удовлетворить. 

По мнению кассатора, суд апелляционной инстанции ошибочно счел недоказанным наличие оснований для признания сделок недействительными на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, при этом выход пороков оспариваемых сделок за пределы диспозиции специальных норм Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)  кассатор усматривает в том, что ФИО3 является заинтересованным лицом по отношению к должнику, сделки дарения являются безмозмездними, должник на дату совершения сделок обладал признаками неплатёжеспособности, после отчуждения имущества в пользу ФИО3 и далее в пользу ФИО5 должник, а также подконтрольные ему лица продолжали пользоваться данным имуществом. Кроме того, по мнению финансового управляющего, наличие у должника умысла на обман неограниченного числа контрагентов (установленный приговором) также является обстоятельством, выходящим за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Финансовый управляющий также обращает внимание на осуществление должником неправомерных действий по выводу активов из подконтрольных ему обществ, которые впоследствии признаны банкротами. Кассатор также полагает, что спорные сделки являются мнимыми, поскольку ФИО3 не осуществлял полномочий собственника спорного имущества, тогда как должник от имени арендатора осуществлял сдачу имущества в аренду, оплачивал коммунальные услуги. Кроме того, управляющий полагает, что, отказывая в удовлетворении требований о признании недействительными сделок с ФИО5, суды не учли доводы об аффилированности ФИО5 по отношению к должнику, ошибочно сочли доказанным факт осуществления ФИО5 оплаты по договору купли-продажи; недобросовестность действий сторон выражена в том, что аффилированное лицо – ФИО5 стала титульным собственником имущества для создания цепочки сделок, прикрывающих выбытие актива из конкурсной массы должника.

ФИО3 и ФИО5 в отзывах на кассационную жалобу в отношении изложенных кассатором доводов возражают, просят оставить кассационную жалобу – без удовлетворения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между должником и его отцом ФИО3 18.12.2014 и 16.05.2015 заключены договоры дарения земельного участка по ул. Володарского 110/9, договор дарения от 18.12.2014 в пользу ФИО3 здания по ул. Володарского 110/9, 1/2 доли в праве собственности на здание по ул. Володарского 112, 1/2 доли в праве собственности на земельный участок по ул. Володарского 112.

Впоследствии земельный участок по ул. Володарского 110/9 и здание по ул. Володарского 110/9 проданы ФИО3 ФИО8 по договорам купли-продажи от 01.12.2016 по цене 6 000 000 руб.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.08.2020 возбуждено производство по настоящему делу о признании ФИО7 несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 10.11.2020 в отношении ФИО7 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, решением суда от 20.04.2021 ФИО7 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина. 

Ссылаясь на то, что на момент совершения сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности, денежные средства, имеющиеся у должника, ему не принадлежали, получены преступным путем, и не могут являться доказательством платежеспособности на дату совершения сделок, сделки совершены с заинтересованным по отношению к должнику лицом, целью совершения оспариваемых сделок является вывод активов и причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, сделки совершены со злоупотреблением правом, являются мнимыми, оплата по договору купли-продажи с ФИО5 не производилась, ответчиками создана видимость движения денежных средств, финансовый управляющий ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными вышеуказанных сделок на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, применении последствий их недействительности.

Удовлетворяя заявленные требования частично, в части сделок дарения между должником и ФИО3, суд первой инстанции исходил из того, что на момент совершения сделок у должника имелись признаки неплатежеспособности, сделки совершены между заинтересованными лицами, являются безвозмездными, в результате совершения договоров дарения произошло существенное для должника уменьшение размера его активов, что привело к частичной утрате возможности кредитора получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества, в результате чего был причинен вред имущественным правам кредиторов.

При этом суд первой инстанции признал, что срок для оспаривания сделок конкурсным управляющим не является пропущенным.

Отказывая в удовлетворении требований в остальной части, суд первой инстанции исходил из того, что аффилированность ФИО5 с ФИО3 и должником не подтверждена, сведений об осведомленности ФИО5 о цели причинения вред сделками в материалах дела не имеется, факт оплаты стоимости приобретенного ей земельного участка и недвижимого имущества документально подтвержден,  веских оснований полагать, что воля сторон при совершении последующих договоров купли-продажи была заведомо порочной и не предполагала совершение реальной сделки на возмездной основе, судом не установлено; кроме того, судом не усмотрено оснований для квалификации цепочки договоров (соглашений) как единой сделки.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции в части отказа в признании сделок единой сделкой и признании недействительными договоров купли-продажи между ФИО3 и ФИО5 согласился.

Отменяя определение суда первой инстанции в части признания сделок дарения недействительными и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд апелляционной инстанции исходил из следующего.

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ предусмотрено, что абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции данного Федерального закона).

Между тем, апелляционным судом установлено, что должник согласно сведениям ЕГРИП был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя в период с 18.07.2007 по 12.12.2017, оспариваемые сделки совершены 18.12.2014, 16.05.2015, 14.12.2016, заявление о признании должника банкротом принято к производству 24.08.2020, следовательно, сделки могли бы быть оспорены как по общим основаниям, предусмотренным статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, так и по специальным основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве. 

Согласно положениям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Однако, согласно сложившейся судебной практике применение статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации 

от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020 (8,10), от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9), от 21.10.2021 № 305-ЭС18-18386(3), от 26.01.2022 № 304-ЭС17-18149(10-14), от 24.10.2022 № 305-ЭС21-24325 и др.).

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, закрепленные в данной норме положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации исходя из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же отношения. 

Баланс интересов должника, контрагента по сделке, кредиторов, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом.

Сам по себе факт заключения сделки до начала течения периода подозрительности, исключающий возможность ее оспаривания по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве, не является достаточным основанием для квалификации возникших отношений как ничтожных. Положения статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации могут быть применены только к сделкам, совершенным с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Апелляционным судом установлено, что оспариваемые финансовым управляющим договоры дарения и купли-продажи совершены за пределами периода подозрительности, определенного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, они не могут быть признаны недействительными по специальным основаниям главы III.1 Закона о банкротстве.

При этом, проанализировав приведенные финансовым управляющим доводы и положенные в основу заявления об оспаривании сделок обстоятельства, которые сводятся к отчуждению должником в условиях неплатежеспособности своего имущества в пользу заинтересованного лица в отсутствие встречного предоставления, апелляционный суд заключил, что они в полной мере укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки). Какие-либо обстоятельства, относящиеся к оспариваемым сделкам, опосредующие их совершение, при этом выходящие за пределы признаков подозрительной сделки, финансовым управляющим не приведены.

         Ссылка финансового управляющего на состоявшиеся в отношении должника приговоры Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 10.07.2017 и от 09.12.2019 верно не принята апелляционной коллегией, поскольку установленные в приговорах обстоятельства не связаны с рассматриваемыми отношениями. 

При этом судом апелляционной инстанции отмечено, что по сведениям из ЕГРН спорное имущество приобретено должником 25.09.2007, 08.06.2009, 01.07.2011, то есть до событий, установленных состоявшимися в отношении ФИО7 приговорами. Доказательства того, что спорное имущество приобретено должником за счет денежных средств, полученных преступным путем, выведенных должником с подконтрольных ему юридических лиц, в материалах дела отсутствуют. Кроме того, из содержания приговоров Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 10.07.2017 и от 09.12.2019 не следует, что должник каким-либо образом привлекал ответчика ФИО3 к своей преступной деятельности либо информировал его о своих преступных деяниях.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

Апелляционным судом приняты во внимание как не противоречивые и соотносящиеся с представленными в дело доказательствами пояснения ФИО3 о том, что он имел экономический интерес в совершении оспариваемых сделок для организации собственного электротехнического производства, поскольку имеет соответствующее образование и опыт работы, после приобретения нес бремя содержания спорного имущества, заказывал выполнение кадастровых работ. Приобретенный ангар ранее использовался для производства электротехнического оборудования и был приспособлен именно для этих целей; поскольку сварочные работы для изготовления корпусов электротехнического оборудования не могли производиться в том помещении (в указанном ангаре), что и начинка оборудования ввиду пожарной опасности такого производства, организация производства корпусов планировалась на смежном земельном участке. Фактическая утрата возможности осуществления производства произошла в 2017 году, после пожара.

При изложенных обстоятельствах, исследовав представленные в материалы дела документы, оценив доводы и возражения участвующих в деле лиц, приняв во внимание, что доказательств наличия у оспариваемых сделок с ФИО3 пороков, выходящих за пределы оснований оспаривания подозрительных сделок по основаниям, установленным главой III.1 Закона о банкротстве, финансовым управляющим не представлено, убедительные доказательства, свидетельствующие о том, что при заключении спорных договоров дарения между должником и ФИО3 стороны действовали согласованно исключительно с противоправной целью причинить вред иным лицам, либо заведомо не намеревались создать соответствующие сделкам правовые последствия, также в данном случае отсутствуют , суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований в части сделок, совершенных должником с ФИО3

Проанализировав обстоятельства заключения и исполнения сделок между ФИО3 и ФИО5, установив, что наличие такой аффилированности ФИО5 по отношению к ФИО3 либо к должнику, которая предполагает безвозмездную передачу ей недвижимых активов в целях их сокрытия, из материалов дела не усматривается, факт оплаты ФИО5 стоимости приобретенного ею имущества подтвержден документально, оплата производилась безналичным способом, предположения финансового управляющего о возможном транзите денежных средств документально не подкреплены, доказательств, убедительно свидетельствующих о том, что истинная воля сторон сделок – договоров купли-продажи между ФИО3 и ФИО5 не была направлена на порождение соответствующих правоотношений, реальные взаимоотношения между сторонами отсутствовали, не имеется, апелляционный суд не усмотрел оснований и для удовлетворении требований финансового управляющего о признании договоров купли-продажи недействительными сделками.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела, суд округа считает, что судом апелляционной инстанции все приведенные сторонами рассматриваемого спора доводы и доказательства исследованы и оценены, обстоятельства, имеющие существенное значение для его правильного разрешения, определены верно, нормы законодательства о банкротстве, регламентирующие конкурсное оспаривание сделок в деле о банкротстве, применены судом правильно, выводы апелляционной коллегии о применении нормы права соответствуют установленным ею обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта, не допущено.

Доводы кассационной жалобы о том, что судом не дана оценка всем доводам и представленным в материалы дела доказательствам, подлежат отклонению, поскольку то обстоятельство, что в тексте судебного акта не поименованы абсолютно все представленные в дело пояснения и документы, не свидетельствует о том, что данные доказательства или доводы судом не были учтены и приняты во внимание при разрешении спора. 

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, не свидетельствуют о нарушении апелляционной коллегией норм права, по сути, выражают несогласие кассатора с выводами суда о фактических обстоятельствах спора, основанными на расхожей с ним оценке доказательственной базы по спору. Вместе с тем, переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

С учетом изложенного, обжалуемый судебный акт следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

При принятии кассационной жалобы к производству определением суда округа от 02.03.2023 заявителю кассационной жалобы предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины до окончания кассационного производства. Учитывая, что производство по рассмотрению кассационной жалобы завершено, государственная пошлина подлежит взысканию с должника за счет его конкурсной массы в доход федерального бюджета в сумме 3 000 рублей.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2023 по делу Арбитражного суда Свердловской области № А60-40992/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего ФИО1 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО7 в доход федерального бюджета 3000 рублей государственной пошлины по кассационной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                       Н.В. Шершон 

 

Судьи                                                                                    О.Н. Новикова 

 

                                                                                              Е.А. Павлова