АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-16518/2017

г. Краснодар

29 мая 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 мая 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 мая 2023 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Маркиной Т.Г., судей Андреевой Е.В. и Резник Ю.О., в отсутствие лиц, участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 22.11.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.02.2023 по делу № А53-16518/2017 (Ф08-3436/2023), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ЛАНИА и К» (далее – должник) конкурсный управляющий ФИО2 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО3 и учредителей должника ФИО4 и ФИО1.

Определением суда от 22.11.2022, оставленным без изменений постановлением апелляционного суда от 16.02.2023, ФИО1, ФИО4, и ФИО3 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Рассмотрение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО4 и ФИО3 в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

В кассационной жалобе ФИО1 просит судебные акты отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Податель жалобы полагает, что судебные инстанции вышли за пределы требований конкурсного управляющего. ФИО1 указала, что заключение оспоренных договоров купли-продажи транспортного средства от 24.10.2016 № 08/16 и от 17.10.2016 № 07/16 не может являться основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, так как стоимость отчужденного имущества составляет менее 1% от активов должника и не является основанием наступления банкротства должника. Не основан на нормах права вывод апелляционного суда о том, что состав сделок и конкретизация действий контролирующих лиц, свидетельствующих о наличии установленных в Законе о банкротстве основании? для привлечения их к субсидиарной? ответственности, может дополняться в процессе рассмотрения спора без необходимости заявления уточнений. ФИО1 в обособленный спор о признании недействительными платежей с 29.07.2014 по 05.04.2016, а также с 17.06.2016 по 02.02.2017 не могла по объективным причинам представить оригиналы документов, подтверждающие реальность и обоснованность данных выплат должником в пользу ФИО1, поскольку документация по хозяйственной деятельности должника не передана директором должника ФИО3 Суд данные обстоятельства не устанавливал и не исследовал.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий просит оставить судебные акты без изменения, указывая на их законность и обоснованность.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, проверив законность судебного акта, оценив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, решением суда от 29.03.2018 (резолютивная часть от 22.03.2018) в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2. 

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Исследовав материалы дела, доводы и возражения участвующих в деле лиц, принимая во внимание положения главы III.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), судебные инстанции удовлетворили заявленные конкурсным управляющим требования и привлекли к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО4 и ФИО3

Суд кассационной инстанции в соответствии со статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные акты проверяет в обжалуемой части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности.

Рассматривая заявление конкурсного управляющего, суды обоснованно руководствовались положениями Закона о банкротстве, Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях"» (далее – Закон № 266-ФЗ), информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации"», правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006, указав, что заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано управляющим в 2019 году. Вместе с тем, обстоятельства, которые управляющий указывает в качестве оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, имели место как до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, так и после указанной даты (непереданная документация).

По общему правилу необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее –- постановление № 53), пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Как установлено судами, с 06.09.2010 по 23.05.2014 директором должника являлся ФИО4, с 23.05.2014 по 06.04.2017 – ФИО1, с 06.04.2017 – ФИО3. 

С 06.09.2010 по настоящее время участниками должника являются ФИО4 (49 %) и ФИО1 (51%). 

Таким образом, представленными в материалы дела доказательствами подтверждается, что ФИО1 является контролирующим должника лицом, что по существу не оспаривается.

Имущественная ответственность руководителя, а также учредителя должника предусмотрена статьей 10 Закона о банкротстве, в том числе в редакции, применимой к спорным правоотношениям. 

Субсидиарная ответственность по делам о банкротстве призвана противодействовать злоупотреблениям корпоративной формой, то есть ситуациям, в которых юридические лица используются для недобросовестных целей, а именно: уклонения от уплаты налогов, избежания необходимости исполнять гражданско-правовые обязательства и т.п.

Более того, статьи 10, 15, 170, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, положения которых также действовали в период спорных правоотношений, не исключают возможности привлечения к имущественной ответственности участников хозяйственных отношений за причиненный вред юридическому лицу, а также кредиторам такого юридического лица в случае, если недостаточность имущества для удовлетворения требований кредиторов имеет место в связи с недобросовестными, нетипичными для нормальной хозяйственной деятельности действиями таких участников, мнимостью действий и целей в использовании конструкции осуществления предпринимательской деятельности посредством юридических лиц, совершение сделок между юридическими лицами, реальной целью которых является переоформление активов, полученных от независимых контрагентов, на конкретное лицо (лиц), юридически не участвовавших в хозяйственной деятельности.

Возможность привлечения лиц, указанных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности возникает при наличии одновременно ряда указанных в законе условий: во-первых, возникновения одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств и установление даты возникновения обстоятельства; во-вторых, неподача каким-либо из указанных выше лиц заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; в-третьих, возникновение обязательств должника, по которым привлекается к субсидиарной ответственности лицо (лица), перечисленное в пункте 2 статьи 10 Закона, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как установлено судами, 22.05.2017 публичное акционерное общество «Балтийский Инвестиционный Банк» (далее – банк) на сайте Единого федерального реестра сведений о фактах деятельности юридических лиц опубликовало сообщение № 02369610 о намерении обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указывает на следующие обстоятельства:

9 июня 2010 года банк и общество с ограниченной ответственностью «Мариинский спиртзавод» (далее – общество) заключили кредитный договор № КРД/10/201 на сумму 196 489 750 рублей. В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору № КРД/10/201 с должником заключен договор поручительства от 06.09.2013 № ПОР/13/635. Общество имеет неисполненные обязательства по кредитному договору № КРД/10/201 перед банком в размере 191 417 864 рублей 36 копеек. 

3 июня 2011 года банк и общество заключили кредитный договор № КРД/11/207 на сумму 72 млн рублей. В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору № КРД/11/207 с должником заключен договор поручительства от 06.09.2013 № ПОР/13/636. Общество имеет неисполненные обязательства по кредитному договору № КРД/11/207 перед банком в размере 108 927 249 рублей 22 копеек. 

11 февраля 2010 года банк и общество заключили кредитный договор № КРД/510/002 на сумму 20 млн рублей. В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору № КРД/510/002 с должником заключен договор поручительстваот 10.09.2013 № ПОР/513/018. Общество имеет неисполненные обязательства по кредитному договору № КРД/510/002 перед банком в размере 31 307 046 рублей 17 копеек. 

17 марта 2010 года банк и общество заключили кредитный договор № КРД/510/006 на сумму 6 млн рублей. В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору № КРД/510/006 с должником заключен договор поручительства от 10.09.2013 № ПОР/513/019. Общество имеет неисполненные обязательства по кредитному договору № КРД/510/006 перед банком в размере 8 757 868 рублей 39 копеек. 

25 ноября 2009 года банк и общество заключили кредитный договор № КРД/059/016 на сумму 17 млн рублей. В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору № КРД/059/016 с должником заключен договор поручительства от 10.09.2013 № ПОР/513/020. Общество имеет неисполненные обязательства по кредитному договору № КРД/059/016 перед банком в размере 26 380 393 рублей 90 копеек.

31 декабря 2009 года банк и общество заключили кредитный договор № КРД/059/019 на сумму 2,5 млн рублей. В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору № КРД/059/019 с должником заключен договор поручительства от 10.09.2013 № ПОР/513/021. Общество имеет неисполненные обязательства по кредитному договору № КРД/059/019 перед банком в размере 3 879 462 рублей 63 копеек. 

1 августа 2014 года банк и общество заключили кредитный договор № КРД/14/181 на сумму 321 млн рублей. В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору № КРД/14/181 с должником заключен договор поручительства от 01.08.2014 № ПОР/14/446. Общество имеет неисполненные обязательства по кредитному договору № КРД/14/181 перед банком в размере 442 051 337 рублей 17 копеек.

Решением Останкинского районного суда г. Москвы от 14.07.2017 по делу № 2-2287/17 с ФИО5, ФИО4, ФИО1, ФИО6, ФИО7, должника, ООО «Лист», ООО «Тигода» в пользу банка солидарно взыскана задолженность по кредитному договору от 25.11.2009 № КРД/059/016 в размере 26 380 393 рублей 90 копеек, солидарно с ФИО5, ФИО4, ФИО1, ФИО6, ФИО8, ФИО7, должника, ООО «Лист», ООО «Тигода» в пользу банка взыскана задолженность по кредитному договору от 31.12.2009 № КРД/059/019 в размере 3 879 462 рублей 63 копеек, солидарно с ФИО5, ФИО4, ФИО1, ФИО6, ФИО8, ФИО7, должника, ООО «Лист», ООО «Тигода» в пользу банка взыскана задолженность по кредитному договору от 11.02.2010 № КРД/510/002 в размере 31 307 046 рублей 17 копеек, солидарно с ФИО5, ФИО4, ФИО1, должника, ООО «Лист», ООО «Тигода» в пользу банка взыскана задолженность по кредитному договору от 17.03.2010 № КРД/510/006 в размере 8 757 868 рублей 39 копеек; солидарно с ФИО5, ФИО4, ФИО1, должника, ООО «Лист», ООО «Тигода» в пользу банка взыскана задолженность по кредитному договору от 09.06.2010 № КРД/10/201 в размере 191 417 864 рублей 36 копеек; солидарно с ФИО5, ФИО4, ФИО1, должника, ООО «Лист», ООО «Тигода» в пользу банка взыскана задолженность по кредитному договору от 03.06.2011 № КРД/11/207 в размере 108 927 249 рублей 22 копеек; солидарно с ФИО4, ФИО1, должника, ООО «Лист» в пользу банка взыскана задолженность по кредитному договору от 01.08.2014 № КРД/14/181 в размере 442 051 337 рублей 17 копеек, а также взысканы расходы по уплате государственной пошлины в размере 60 тыс. рублей.

Суд апелляционной инстанции указал, что в материалы обособленного спора представлены копии уведомлений о наличии просроченной задолженности и требования о погашении обеспеченных поручительством обязательств от 06.03.2017, направленные банком в адрес должника на имя руководителя – ФИО1 

Договоры поручительства заключены значительно позже заключения самих кредитных договоров с основным заемщиком именно ввиду неудовлетворительного финансового состояния основного заемщика и неисполнения им обязательств по кредитным договорам. 

При заключении должником в 2013 году договоров поручительства у основного заемщика – общества уже имелась задолженность по кредитным договорам в размере 306 668 297 рублей 45 копеек.

Установив аффилированность ФИО1 по отношению к обществу и должнику, апелляционный суд пришел к выводу, что ответчик не мог не знать о последствиях заключения договоров поручительства, должник принимал на себя просроченные и не исполненные обязательства общества, без наличия какой-либо выгоды и экономического обоснования для должника. 

Признавая наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности учредителя должника ФИО1, суды руководствовались следующим.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. 

В силу абзаца 3 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в случае, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом одной или нескольких сделок должника.

Для привлечения лица к субсидиарной ответственности в порядке статьи 10 Закона о банкротстве необходимым условием является наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) руководителя (учредителя, участника) должника и наступлением неблагоприятных последствий (доведение юридического лица до состояния, в котором расчеты с кредиторами и дальнейшая безубыточная деятельность невозможны, появление убытков, возникновение дополнительных обязательств).

Апелляционный суд отклонил возражения ФИО1 относительно отсутствия в поданном заявлении конкурсного управляющего указаний на все принятые судом во внимание сделки, так как на момент обращения с рассматриваемым заявлением о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности (12.03.2019) значительный объем сделок должника еще не был оспорен и велись судебные разбирательства.

Суд апелляционной инстанции указал, что состав сделок и конкретизация действий контролирующих лиц, свидетельствующих о наличии установленных в Законе о банкротстве оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности, может дополняться в процессе рассмотрения спора без необходимости заявления уточнений; и установил, что суд первой инстанции правомерно исследовал и оценил все заявленные конкурсным управляющим доводы и доказательства о наличии оснований для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности за доведение предприятия до несостоятельности.

Принимая во внимание оспоренные сделки в рамках дела о банкротстве должника, апелляционный суд верно установил, что имущество и денежные средства выводились в пользу лиц, подконтрольных ФИО1 и ФИО4, либо в пользу самих заинтересованных лиц ФИО1, ФИО4 

Таким образом, ФИО1, ФИО4 являются выгодоприобретателями по таким сделкам, поскольку их совершение позволило им сохранить активы должника под своим контролем, не исполнив обязательства перед независимыми кредиторами должника. 

За период с 2014 по 2017 годы в результате неправомерных действий контролирующих лиц общество лишено части своего имущества (стоимость которого так и не возмещена) и безосновательно выведенных денежных средств в общем размере 48 355 652 рублей.

Как установлено судами, должник свою основную хозяйственную деятельность (торговля розничная напитками в специализированных магазинах) с 2014 года не осуществлял. 

Временным управляющим должника в анализе финансового состояния за период с 01.01.2014 по 23.01.2018 (в части обоснования возможности или невозможности восстановления платежеспособности должника) установлено, что исходя из анализа денежных средств должника по расчетным счетам единственным источником дохода являлась сдача в аренду активов должника, что составило в общем поступлении денежных средств 2,28%.

Основные поступления формировались за счет получения денежных средств от общества (общая сумма за период – 56 161 219 рублей 47 копеек, что составляет 73,74% общих поступлений должника), которые перераспределялись в пользу учредителей должника – 39,56% (30 261 403 рубля 81 копейка

Большая часть денежных средств перечислена в пользу ФИО1 Так, в период с 29.07.2014 по 05.04.2016 с расчетного счета должника именно в ее пользу совершались платежи со счета должника на сумму 26 769 500 рублей (платежи признаны недействительными).

Указанное позволило судам сделать вывод о том, что должник использовался в качестве инструмента вывода денежных средств аффилированного лица в пользу учредителей, которые непосредственно знали, что денежные средства предоставлены обществу в кредит, возвратить столь большие суммы в условиях своего неустойчивого финансового положения общество не сможет. 

При этом суд апелляционной инстанции признал ошибочными выводы суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц по причине заключения договоров поручительства. Вместе с тем, как указал апелляционный суд, с учетом фактических обстоятельств дела неверные выводы суда первой инстанции в указанной части не привели к принятию неправильного судебного акта.

С учетом изложенного суды признали доказанным наличие правовых оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и положениям действующего законодательства, в связи с чем оснований для иной оценки у суда кассационной инстанции не имеется.

Доводы кассационной жалобы не опровергают выводов судебных инстанций, направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Нормы права при рассмотрении дела применены правильно. Нарушения процессуальных норм, влекущие безусловную отмену обжалуемых судебных актов (часть 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены. Основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют. 

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 22.11.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.02.2023 по делу № А53-16518/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                    Т.Г. Маркина

Судьи                                                                                                                  Е.В. Андреева

                                                                                                                             Ю.О. Резник