АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

18 февраля 2025 года

Дело №

А56-107008/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Мирошниченко В.В., ФИО1, 

при участии от ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 04.12.2023), от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Проксима Строй» ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 10.09.2024),  

рассмотрев 06.02.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.05.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.09.2024 по делу № А56-107008/2021/сд.2,

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «ПБ Время», адрес: 105120, Москва, 4-й Сыромятнический 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ООО «Проксима Строй», адрес: Санкт-Петербург, 17-я линия В.О., д. 4-6, лит. В, оф. А-208-3, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 26.11.2021 заявление принято к производству, возбуждено дело о банкротстве Общества.

Определением от 13.04.2022 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО6.

Решением от 12.09.2022 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыта процедура конкурсного производства, исполняющей обязанности конкурсного управляющего утверждена ФИО6

ООО «ПБ Время» 27.03.2023 обратилось в арбитражный суд с заявлением, в котором просило: 

1) признать недействительной сделку, заключенную Обществом и ФИО7, по купле-продаже автомобиля «Lexus LX450d», VIN 

<

***>, 2020 года выпуска, черного цвета, опосредованную последовательно заключенными сделками – договором купли-продажи от 01.11.2021 № 10-02/28-09/21 (далее – Договор от 01.11.2021), заключенным Обществом и ООО «Рубеж», адрес: 195276, Санкт-Петербург, ул. Демьяна Бедного, д. 27, корп. 2, лит. А, пом. 1Н, оф. 1Н-3, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Компания), и договором купли-продажи от 03.11.2021 № 095 (далее – Договор от 03.11.2021), заключенным между Компанией и ФИО7;

2) обязать ФИО7 возвратить автомобиль в конкурсную массу Общества. 

Определением от 01.08.2023 к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО8 и акционерное общество (далее – АО) «Тойота Банк». 

Определением от 19.09.2023 к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО2 и АО «ИАТ». 

ООО «ПБ Время» 26.10.2023 обратилась в суд с ходатайством об отказе от заявления, в котором предложило иным лицам, участвующим в деле о банкротстве должника и имеющим право на подачу заявления об оспаривании сделки, произвести на себя замену инициатора обособленного спора путем подачи соответствующего заявления. 

Определением от 31.10.2023 произведена процессуальная замена заявителя, ООО «ПБ Время» заменено на исполняющую обязанности конкурсного управляющего ФИО6

ФИО6 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) уточнила заявленные требования, просила: 

1) признать недействительной сделку по отчуждению Обществом в пользу ФИО2 автомобиля, прикрываемую цепочкой последовательно совершенных сделок купли-продажи, а именно Договором от 01.11.2021, заключенным Обществом и Компанией, Договором от 03.11.2021, заключенным Компанией и ФИО7, договором купли-продажи от 17.09.2022 (далее – Договор от 17.09.2022), заключенным ФИО7 и ФИО2

2) привлечь ФИО2 в качестве соответчика по обособленному спору;

3) взыскать со ФИО2 действительную стоимость автомобиля в размере 7 188 076 руб., а также убытки, вызванные последующим увеличением стоимости автомобиля, в размере 3 100 324 руб. 

Определением от 23.01.2024 суд принял уточненное заявление ФИО6, привлек к участию в деле в качестве соответчика ФИО2

Определением от 08.05.2024 суд первой инстанции удовлетворил заявление частично, признал недействительной цепочку сделок – Договоры от 01.11.2021, от 03.11.2021 и от 17.09.2022; применил последствия недействительности цепочки сделок, взыскал со ФИО2 в пользу Общества действительную стоимость автомобиля в размере 7 188 076 руб.; в удовлетворении остальной части заявления отказал. 

Определением от 26.04.2024 суд освободил арбитражного управляющего ФИО6 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, новым конкурсным управляющим утвердил ФИО4.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.09.2024 определение от 08.05.2024 отменено в части отказа в удовлетворения заявления о возмещении убытков, в указанной части принят новый судебный акт, которым со ФИО2 в пользу Общества взыскано 3 100 324 руб. в возмещение убытков; в остальной части определение от 08.05.2024 оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе ФИО2, ссылаясь на несоответствие выводов судов первой и апелляционной инстанций фактическим обстоятельствам дела, просит определение от 08.05.2024 и постановление от 12.09.2024 отменить, принять новый судебный акт, которым в удовлетворении заявления отказать. 

По мнению подателя жалобы, в рассматриваемом случае отсутствует совокупность оснований, позволяющая признать оспариваемую цепочку сделок недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). 

ФИО2 возражает против выводов судов о том, что генеральный директор Компании в момент совершения сделки находился за пределами Российской Федерации, что у нее отсутствовала финансовая возможность совершить сделку и что она аффилирована с участниками предшествующих сделок. 

ФИО2 указывает на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.09.2024 по обособленному спору № А56-107008/2021/сд.15, которым признан недействительным акт взаимозачета от 09.11.2021 № 30, заключенный Обществом и Компанией, применены последствия недействительности сделки – восстановлена задолженность Компании перед Обществом по договору от 01.11.2020 купли-продажи автотранспортного средства № 10-02/28-09/21 в сумме 6 500 000 руб.; По мнению ФИО2, примененные в определении от 25.09.2024 последствия недействительности и судебные акты по настоящему обособленному спору свидетельствуют о повторном взыскании за спорный автомобиль. 

В отзыве конкурсный управляющий ФИО4 просит оставить кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО2 доводы кассационной жалобы поддержал, представитель конкурсного управляющего возражал против ее удовлетворения. 

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, однако своих представителей в заседание кассационной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке. 

Как следует из материалов дела, по условиям Договора от 01.11.2021 продавец (Общество) обязался продать, а покупатель (Компания) – принять и оплатить автомобиль по цене 6 500 000 руб. 

В этот же день автомобиль передан Компании по акту приема-передачи от 01.11.2021. 

Далее, по Договору от 03.11.2021 между Компанией (продавцов) и ФИО7 (покупателем) продавец обязался передать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить автомобиль по цене 7 000 000 руб. 

В этот же день автомобиль передан ФИО7 по акту приема-передачи от 03.11.2021. 

Далее, ФИО7 (продавец) по Договору от 17.09.2022 обязалась передать в собственность покупателя (ФИО2), а покупатель – принять и оплатить автомобиль по цене 1 200 000 руб. 

Акт приема-передачи не составлялся. 

Впоследствии, а именно 23.03.2023, АО «ИАТ» приобрело у ФИО2 по договору купли-продажи № И/П/9497 автомобиль, стоимость которого в договоре не отражена, а по договору купли-продажи от 07.04.2023 № БПИ000114 АО «ИАТ» (продавец) обязалось продать ФИО8 (покупателю) автомобиль по цене 8 430 000 руб.

Автомобиль передан ФИО8 по акту приема-передачи от 12.04.2023, и ФИО8 до настоящего времени является собственником спорного имущества.

Полагая, что договоры купли-продажи от 01.11.2021, от 03.11.2021 и от 17.09.2022 являются цепочкой безвозмездных сделок, направленных на согласованный вывод ликвидного актива должника из конкурсной массы при наличии признаков неплатежеспособности должника, исполняющий обязанности конкурсного управляющего со ссылкой на положения статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьи 166, 167 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) уточнил ранее поданное в суд заявление.

Суд первой инстанции исследовал представленные в материалы дела документы в их совокупности и взаимосвязи, оценил позиции участвующих в деле лиц и пришел к выводу о наличии оснований для признания заявленного требования обоснованным. Суд первой инстанции установил, что на момент совершения оспариваемых сделок должник обладал признаками неплатежеспособности, а оспариваемые сделки совершены безвозмездно ввиду отсутствия допустимых и достаточных доказательств, подтверждающих расчеты между сторонами. Суд первой инстанции отметил, что конечным выгодоприобретателем в цепочке сделок являлась ФИО2, с которой следует взыскать действительную стоимость автомобиля по состоянию на сентябрь 2022 года. При этом суд первой инстанции счел недоказанным наличие оснований для возмещения ФИО2 убытков, связанных с последующим увеличением стоимости автомобиля. 

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, но счел необходимым возложить на ответчика также обязанность возместить убытки в виде разницы в стоимости автомобиля. 

Проверив законность обжалуемого судебного акта и обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе и отзыве на нее, Арбитражный суд Северо-Западного округа пришел к следующим выводам.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Производство по делу о банкротстве Общества возбуждено 26.11.2021, а цепочка оспариваемых сделок совершена в период с 01.11.2021 по 17.09.2022, то есть за месяц до возбуждения производства по настоящему делу и после такового, в связи с чем могут быть признаны недействительными по основаниям, указанным в статье 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 5 Постановления № 63, для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В обоснование заявленных требований ФИО6 сослалась на то, что в результате заключения оспариваемой цепочки сделок Общество лишилось ликвидного имущества без предоставления равноценного встречного исполнения, поскольку денежные средства за автомобиль не были уплачены, что подтверждается выписками по банковским счетам в кредитных организациях.

Судом первой инстанции установлено, что Компания спорный автомобиль не оплатила, при этом через день после его приобретения заключила Договор от 03.11.2021 с ФИО7, а за ФИО7 автомобиль был зарегистрирован только 17.09.2022, то есть спустя десять месяцев.

При этом ФИО7 допустимых и достаточных доказательств, подтверждающих оплату приобретенного автомобиля, а также доказательств наличия у нее финансовой возможности для этого, не представила, факт приобретения автомобиля у Компании – отрицала. 

Суд первой инстанции отметил, что с 05.08.2021 в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись № 2217802634487 о недостоверном адресе Компании. 

Кроме того, суд первой инстанции оценил представленный ФИО2 акт зачета, который датирован 09.11.2021 (т.д. 2, л. 48). 

Указанный акт ФИО2 представила после изменения ее процессуального статуса с третьего лица на ответчика, при этом на вопрос суда представитель ответчика не смог пояснить, каким образом акт получен. 

Акт зачета от 09.11.2021 подписан генеральным директором Компании ФИО9, однако ФИО9 с июня 2021 года не находился на территории Российской Федерации, фактически проживал в США, в связи с чем суд счел означенный документ недопустимым доказательством. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678, при отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованию кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому.

Как установил суд первой инстанции, на момент заключения первого договора купли-продажи от 01.11.2021 у Общества уже были признаки неплатежеспособности, поскольку имелась задолженность перед ООО «ПБ Время», ООО МК «Папа Финанс», публичным акционерным обществом «Сбербанк» и ООО МКК «Тендер Лига». 

Указанный вывод поддержал суд апелляционной инстанции. 

Поскольку фактически оспариваемая цепочка сделок направлена на безвозмездное отчуждение ликвидного дорогостоящего имущества в отсутствие какого-либо равноценного встречного предоставления, вывод судов о наличии у сделок цели причинения вреда кредиторам Общества следует признать обоснованным.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 АПК РФ стороны пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Опровержения установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют.

Из материалов дела следует и доводами кассационной жалобы не опровергнуто, что ни один из ответчиков не представил пояснений о том, как ему стало известно о продаже Компанией спорного автомобиля, а также о том, в связи с чем им был сделан его выбор. 

Суд кассационной инстанции полагает необходим обратить внимание на следующие обстоятельства.

Как установили суды изначально должник продал спорный автомобиль Компании по договору от 01.11.2021, стоимость приобретаемого транспортного средства согласована сторонами в размере 6 500 000 руб. Акт зачета от 09.11.2021 суды не приняли в качестве доказательства оплаты.

Далее, Компания, не регистрируя автомобиль за собой, продает его 03.11.2021 ФИО7 за 7 000 000 руб. При этом договор от 03.11.2021 ФИО7 заключает с Компанией, которая не является собственником спорного автомобиля. Далее, 17.09.2022 ФИО7 продает автомобиль ФИО2 за 1 200 000 руб., последняя в отзыве на заявление указала, что она не вносила плату за автомобиль, заключение договора от 17.09.2022 было обусловлено разногласиями между ФИО7 и ФИО10, который является мужем ее дочери. ФИО2 является матерью ФИО10 

В свою очередь именно ФИО2 23.03.2023 реализовала автомобиль АО «ИАТ». Согласно приложению к договору от 23.03.2023 автомобиль был продан за 7 800 000 руб. Денежные средства были получены ФИО2, что подтверждается заявлением на выплату от 23.03.2023 и расходным кассовым ордером от 23.03.2023 (том дела 36, листы 94, 95).

Исходя из выше изложенного спорный автомобиль фактически был получен группой лиц, а именно ФИО7, ФИО10 (включен в полис страхования как лицо, допущенное к управлению автомобилем) и ФИО2, без встречного предоставления, а ФИО2 реализовала дорогостоящий автомобиль и получила за него 7 800 000 руб. (извлекла выгоду из цепочки сделок). 

Таким образом, суд кассационной инстанции считает, что выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и положениям действующего законодательства.

При разрешении спора суды верно руководствовались положениями пункта 1 статьи 170 ГК РФ, пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в пунктах 2, 5, 7 Постановления № 63; заявленные требования суды удовлетворили, установив, что оспариваемая цепочка сделок была совершена в отсутствие равноценного встречного исполнения, с целью причинить вред имущественным правам как самого должника, так и его кредиторов, и в результате совершения сделок вред имущественным правам кредиторов был причинен, при этом другая сторона сделок знала (должна была знать) об указанной цели должника к моменту совершения сделки, исходя из правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 9 информационного письма от 13.11.2008 № 126 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения», согласно которой явно заниженная цена продаваемого имущества может свидетельствовать о том, что приобретатель не является добросовестным.

С учетом установленных обстоятельств суд кассационной инстанции соглашается с выводами судов о том, что оформление договоров представляет собой единую сделку, характеризующуюся общим умыслом ее участников на вывод активов должника в преддверии его банкротства в отсутствие надлежащего встречного предоставления. Суд кассационной инстанции не находит правовых оснований для иной оценки спорной сделки, при этом отмечает, что значительная часть сделок совершена после возбуждения производства по делу о банкротстве Общества.

Подателем кассационной жалобы не подтвержден факт разумного или добросовестного поведения сторон оспариваемых сделок, который в силу общих принципов доказывания в арбитражном процессе опровергнут конкурсным управляющим.

Доводы кассационной жалобы с учетом установленных судами первой и апелляционной инстанций фактических обстоятельств дела изучены судом кассационной инстанции, однако они подлежат отклонению, поскольку основаны на неверном толковании норм права. Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы рассмотрены, оценены и обоснованно отклонены судами первой и апелляционной инстанций. 

Доводы заявителя кассационной жалобы свидетельствуют о его несогласии с выводами судов первой и апелляционной инстанций и направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 АПК РФ.

Вместе с тем, изменяя определение суда первой инстанции в части, суд апелляционной инстанции не учел, что в отношении применения последствий недействительности оспариваемой сделки следует руководствоваться специальными положениями Закона о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве предусмотрено, что все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1, подлежит возврату в конкурсную массу.

При этом в случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Проанализировав указанные нормы права, условия оспариваемых сделок, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания со ФИО2 действительной стоимости автомобиля в размере 7 188 076 руб., установленной по состоянию на сентябрь 2022, и при этом заключил, что основания для возмещения убытков в размере 3 100 324 руб. отсутствуют. 

Отказывая в удовлетворении заявления о взыскании 3 100 324 руб. - денежных средств как разницы между действительной стоимостью транспортного средства на дату отчуждения и рыночной стоимостью на текущий момент, суд первой инстанции руководствовался статьями 15 и 1105 ГК РФ, признав, что конкурсный управляющий не доказал причинно-следственной связи между возникновением спорных убытков и противоправным поведением ФИО2

Суд кассационной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции и считает, что доводы кассационной жалобы не могут быть приняты во внимание. Доказательств наличия у заявителя объективной возможности получения дохода от реализации автомобиля в случае его возврата в конкурсную массу в размере 10 288 400 руб., не представлено. Данная стоимость, которая по утверждению ФИО4 могла быть получена за автомобиль, в случае его возврата в конкурсную массу, опровергается тем, что ФИО2 продала автомобиль в марте 2023 по цене 7 800 000 руб. АО «АИТ» (не заинтересованному лицу, уплатившему за автомобиль его стоимость). Ссылка на сайт www.auto.ru, как подтверждение средней рыночной цены спорного автомобиля, не является таким доказательством. 

В случае возврата автомобиля в 2024 году, он подлежал бы реализации на торгах в порядке, установленном Законом о банкротстве, если иное не предусмотрено решением собрания кредиторов или определением арбитражного суда (пункт 3 статьи 213.26 Закона о банкротстве).

 Согласно практике делового оборота и судебной практике устанавливаемая начальная продажная стоимость имущества носит предположительный характер, действительная рыночная реализуемого имущества устанавливается на торгах.

При указанных обстоятельствах постановление апелляционного суда от 12.09.2021 подлежит отмене, а определение суда от 08.05.2024 – оставлению в силе.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.09.2024 по делу № А56-107008/2021/сд.2 отменить.

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.05.2024 по делу № А56-107008/2021/сд.2 оставить в силе.

Председательствующий

Н.Ю. Богаткина

Судьи

В.В. Мирошниченко

ФИО1