ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А13-12863/2020

г. Вологда

25 декабря 2023 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 декабря 2023 года.

В полном объёме постановление изготовлено 25 декабря 2023 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Кузнецова К.А., судей Селецкой С.В. и Шумиловой Л.Ф., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии от ФИО2 представителя ФИО3 по доверенности от 29.08.2023, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Белоусовский ЖЭУ» ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции, дело № А13-12863/2020,

у с т а н о в и л:

ФИО5 обратился 23.09.2020 в Арбитражный суд Вологодской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Белоусовский ЖЭУ»                           (далее – Должник, ООО «Белоусовский ЖЭУ», общество) как ликвидируемого должника. 

Определением суда от 28.09.2020 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Белоусовский ЖЭУ».

Решением суда 03.12.2020 (резолютивная часть от 02.12.2020)                     ООО «Белоусовский ЖЭУ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыта процедура конкурсного производства на срок шесть месяцев; конкурсным управляющим утверждена ФИО4.

Конкурсный управляющий обратился 12.01.2022 в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности в сумме 5 651 264 руб. 31 коп. 

Определением суда от 05.07.2022 суд признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Белоусовский ЖЭУ» и приостановил производство по заявлению конкурсного управляющего ООО «Белоусовский ЖЭУ» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 по обязательствам ООО «Белоусовский ЖЭУ» до окончания расчетов с кредиторами.

Определением суда от 03.03.2023 с ФИО2 в пользу должника взыскано 6 331 739 руб. 66 коп. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Белоусовский ЖЭУ».

ФИО2 с этими определениями суда не согласилась, обратилась в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит их отменить, в удовлетворении требований отказать.

В обоснование своей позиции ссылается на то, что считает определения суда незаконными, необоснованными и подлежащими отмене по причине неправильного установления судом первой инстанции существенных обстоятельств по делу.

В качестве наличия у ФИО2 оснований для привлечения к субсидиарной ответственности послужили следующие доводы конкурсного управляющего, которые не соответствуют действительности.

Поскольку до 03.10.2018 (дата увольнения ФИО2) ООО «Белоусовский ЖЭУ» не обладало признаками банкротства, у ФИО2 не возникла обязанность обратиться в суд с соответствующим заявлением.

Убытки в сумме 235 395,41 руб. полностью возмещены ФИО2 в рамках рассмотренного уголовного дела.

В приговоре суда не имеется утверждения о том, что ФИО2 допустила не передачу документов о хозяйственной деятельности общества.

Более того, в материалах уголовного дела имеется акт передачи всей хозяйственной документации общества новому руководителю в момент увольнения ФИО2 

Препятствий к взысканию задолженности с общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Радонит» не имеется.

Вся кредиторская задолженность общества, включенная в реестр требований кредиторов, возникла уже после октября 2018 года, то есть после увольнения ФИО2

Таким образом, в период своей работы в обществе ФИО2 не допустила действий, влекущих основание для возникновения у нее субсидиарной ответственности по всем долгам ООО «Белоусовский ЖЭУ».

Поскольку апелляционная жалоба подана на два судебных акта, принятые по одному делу, а по результатам рассмотрения апелляционной жалобы на несколько судебных актов по одному делу не исключается принятие одного судебного акта, суд апелляционной инстанции в соответствии с абзацем пятым пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» рассматривает апелляционную жалобу с принятием одного судебного акта.

Поскольку ФИО2 не была надлежащим образом извещена судом первой инстанции о времени и месте рассмотрения дела, апелляционная коллегия определением от 29.11.2023 перешла к рассмотрению дела                              № А13-12863/2020 по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Данные обстоятельства в силу подпункта 2 части 4 статьи 270 АПК РФ являются безусловными основаниями к отмене обжалуемого судебного акта.

В судебном заседании конкурсный управляющий ФИО4 заявление поддержала по изложенным в нем основаниям.

В судебном заседании представитель ФИО2 заявление полагает необоснованным.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ, пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Выслушав стороны, исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность судебных актов, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, ФИО2 являлась руководителем Должника в период с 04.10.2014 по 08.10.2018.

Конкурсный управляющий в обоснование заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности сослался на следующие обстоятельства:

на то, что ФИО2 не передала документы о хозяйственной деятельности ООО «Белоусовкий ЖЭУ»; 

на причинение убытков ООО «Белоусовкий ЖЭУ» в размере 235 395 руб. 41 коп., что подтверждается приговором Вытегорского районного суда Вологодской области от 15.09.2020;

на то, что ФИО2 в период ее нахождения на руководящей должности в ООО «Белоусовкий ЖЭУ» не обратилась в суд с заявлением о признании его банкротом.

Апелляционная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно статье 223 АПК РФ и пункту 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 5 статьи 129 Закона о банкротстве при наличии оснований, установленных федеральным законом, конкурсный управляющий предъявляет требования к третьим лицам, которые в соответствии с федеральным законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Так, ФИО2 являлась руководителем Должника в период с 04.10.2014 по 08.10.2018, поэтому в этот период она являлась контролирующим Должника лицом согласно пунктам 1, 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пункту 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53).

В соответствии с частью 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу части 2 указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с Федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в Единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Конкурсный управляющий ФИО4 в обоснование заявления сослалась на причинение ФИО2 Должнику убытков в размере 235 395 руб. 41 коп. Недобросовестные действия ФИО2 подтверждены приговором Вытегорского районного суда Вологодской области от 15.09.2020 по делу № 150/2020, оставленным без изменения Апелляционным определением Вологодского областного суда от 03.11.2020. ФИО2 признана виновной в хищении денежных средств у Должника путем подписания актов, содержащих заведомо ложные сведения об оказании услуг.

Названные доводы не могут служить основанием для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности.

В соответствии с пунктом 4 статьи 69 АПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действии и совершены ли они определенным лицом.

Согласно определению Конституционного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 2939-О статья 69 АПК РФ, устанавливающая пределы действия преюдициальности в гражданском деле судебных постановлений, принятых по уголовному делу, не исключает правомочия арбитражного суда оценить представленный стороной в качестве письменного доказательства тех обстоятельств, на которые она ссылается, приговор суда, а результаты такой оценки отразить в судебном акте (статьи 64 и 71 АПК РФ).

Пределы действия преюдициальности судебного решения объективно определяются тем, что установленные судом в рамках его предмета рассмотрения по делу факты в их правовой сущности могут иметь иное значение в качестве элемента предмета доказывания по другому делу, поскольку предметы доказывания в разных видах доказывания и разных видах судопроизводства не совпадают, а суды в их исследовании ограничены своей компетенцией в рамках конкретного вида судопроизводства (пункт 3.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П).

В рассматриваемом случае названным выше приговором суда от 15.09.2020 убытки в сумме 235 395,41 руб. взысканы с ФИО2 не в пользу Должника, а в пользу администрации сельского поселения Анхимовское, которая является участником Должника.

Это обстоятельство опровергает доводы конкурсного управляющего о причинении ущерба в указанной сумме именно Должнику.  Приговором убытки взысканы в пользу органа местного самоуправления.

Кроме того, названные убытки в сумме 235 395,41 руб. полностью возмещены ФИО2 в пользу администрации сельского поселения Анхимовское следующими платежами: 

от 11.10.2021 на сумму 85 395,41 руб., 

от 10.11.2021 – 60 000 руб., 

от 13.12.2021 – 20 000 руб., 

от 24.01.2022 – 20 000 руб., 

от 16.02.2022 – 50 000 руб. 

Это обстоятельство подтверждается соответствующими банковскими квитанциями, которые представлены в Картотеку арбитражных дел 12.11.2023.

Причины, по которым администрация сельского поселения Анхимовское (участник Должника) не передала полученные от ФИО2 денежные средства в конкурсную массу Должника, не находятся в сфере ответственности и контроля ФИО2

На основании изложенного являются необоснованными доводы конкурсного управляющего об отсутствии возмещения со стороны ФИО2 взысканного приговором суда причиненного убытка.

Следующим основанием привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывает, что ФИО2 своевременно не обратилась в суд заявлением о банкротстве Должника. Так, в период деятельности ФИО2, в октябре 2018 года возникла задолженность Должника перед акционерным обществом «Вологодская Областная Энергетическая Компания», что подтверждается решениями Арбитражного суда Вологодской области от 10.10.2018 по делу № А1311914/2018 и от 30.10.2018 по делу № А1311938/2018, которыми с Должника взысканы денежные средства в сумме 707 880 руб. 77 коп. и 3 263 546 руб. 44 коп. Конкурсный управляющий считает, что обязанность по обращению в суд с заявлением о признании Должника банкротом у ФИО2 возникла 31.01.2018, то есть через месяц, как Должник не смог погасить счет-фактуру от 31.12.2017 № 90 на сумму 604 275 руб. 95 коп.

Эти доводы являются необоснованными.

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в порядке, который установлен статьей 9 данного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность руководителя должника по обязательствам последнего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц, как кредиторы. Он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации. Невыполнение требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве свидетельствует о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Согласно правовой позиции, отраженной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 за 2016 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

Объективное банкротство наступает в критический момент, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов становится неспособным в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей, а не в момент прекращения исполнения обязательств (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 по делу № 309-ЭС17-1801). 

Наличие неисполненных перед кредиторами обязательств не влечет безусловной обязанности руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании банкротом. 

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2013 № 14-П формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не свидетельствует об отсутствии у должника возможности исполнить свои обязательства; такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение разницей между суммами задолженностей отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве. 

Таким образом, само по себе наличие у должника формальных признаков банкротства не является достаточным основанием для вывода о возложении на руководителя должника ответственности за исполнение обязанности по обращению в суд с заявлением в порядке статьи 9 Закона о банкротстве, поскольку возникновение у хозяйствующего субъекта кредиторской задолженности не подтверждает наступление такого критического момента, с которым законодательство о банкротстве связывает зависимость инициирования процедуры несостоятельности и субсидиарную ответственность руководителя должника.

Кроме того, деятельность управляющей организации, каковым является Должник, всегда сопряжена с наличием кредиторской задолженности перед ресурсоснабжающими и обслуживающими организациями по причине несвоевременной оплаты коммунальных и жилищных услуг со стороны населения и длительностью работы с этой дебиторской задолженностью. Поэтому наличие таких долгов не является безусловным и очевидным признаком критического состояния и необходимости банкротства организации, как единственно возможного способа погашения возникших долгов.

Специфика функционирования подобного рода организаций такова, что их текущая кредиторская задолженность перед ресурсоснабжающими организациями сочетается с наличием дебиторской задолженности граждан за коммунальные услуги, что периодически приводит к временным затруднениям с денежной ликвидностью и само по себе не свидетельствует о недостаточности имущества, а связано с ненадлежащей платежной дисциплиной со стороны собственников помещений в многоквартирных домах.

Как разъяснено в пункте 9 Постановления № 53, если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Как видно из материалов дела, в течение 2018 года должником исполнялся контракт по содержанию тротуаров и парковых зон в городе Вытегра в 2018 году, оплата по которому позволила бы в полном объеме погасить кредиторскую задолженность за теплоснабжение, образовавшуюся до мая 2018 года. Заключение аналогичных контрактов предполагалось и в дальнейшем.

Основным источником дохода ООО «Белоусовский ЖЭУ» являлись поступления платы за содержание мест общего пользования от собственников жилых помещений многоквартирных жилых домов, обслуживание которых осуществлял должник. 

В период работы ФИО2 велась работа по взысканию дебиторской задолженности, что подтверждается сведениями с сайта мирового судьи по судебному участку № 32.    

Довод конкурсного управляющего о том, что действия руководителя должника не привели к восстановлению его платежеспособности, отклоняется, так как аналогичные действия совершались ФИО2 ранее и эти действия не выходят за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Конкурсный управляющий в обоснование заявления ссылается на то, что в 2017 и 2018 годах ФИО2 в ущерб Должнику выдавала займы аффилированному лицу – ООО «Радонит» на сумму 450 000 руб.

Данные доводы не могут служить основанием для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Указанным выше приговором суда оставшаяся сумма долга по названным займам (175 000 руб.) не вменена ФИО2 в вину как сумма похищенных денежных средств, так как она имеет под собой гражданско-правовые отношения двух хозяйствующих субъектов. Утверждение конкурсного управляющего, что ему не переданы документы по указанным взаимоотношениям между Должником и ООО «Родонит», и поэтому управляющий якобы не мог обратиться в суд с иском о взыскании задолженности с ООО «Родонит», отклоняются апелляционной коллегией.

Так, эти доводы опровергаются тем, что конкурсный управляющий обратился с иском в суд о взыскании задолженности в размере 175 000 руб. с ООО «Родонит», вступившим в законную силу решением суда от 14.06.2022 по делу № А13-2383/2022 с ООО «Родонит» эта задолженность взыскана.

Вопреки требованиям норм приведенного выше пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, конкурсным управляющим не представлены надлежащие доказательства, подтверждающие значительность суммы 175 000 руб. для финансовой стабильности Должника, а также подтверждающие существенное ухудшение финансового положения Должника и приведшие его к банкротству.

Согласно пункту 17 Постановления № 53, если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

В нарушение статьи 65 АПК РФ таких оснований конкурсный управляющий Должника не приводит.

С учетом изложенного приговор суда в отношении ФИО2, на который ссылается конкурсный управляющий, не создает оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности в виду того, что:

– ни сумма 235 395,41 руб., ни сумма 175 000 руб. не привели к существенному ухудшению финансового положения Должника;

– сумма убытков в размере 235 395,41 руб. полностью возмещена ФИО2 на основании вступившего в законную силу приговора суда.

Конкурсный управляющий в обоснование заявления ссылается также на то, что приговором суда установлено, что ФИО2 не в полном объеме передала бухгалтерскую документацию следующему директору Должника.

Апелляционная коллегия отклоняет данные доводы по следующим основаниям.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

– документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу пункта 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности:

1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника;

2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Положения подпункта 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов, предусмотренных законодательством об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами (пункт 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 24 Постановления № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее:

заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства;

привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

В названном пункте 24 Постановления № 53 также разъяснено, что под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В рассматриваемом случае конкурсным управляющим надлежаще не доказано наличие указанных выше обстоятельств. 

В частности, не представлено надлежащих доказательств того, какие документы ему не переданы ФИО2 и как эти документы повлияли на процедуру банкротства.

С момента увольнения ФИО2 до возбуждения дела о банкротстве в отношении Должника прошло более двадцать двух месяцев, в течение которых Должник осуществлял хозяйственную деятельность.

Решением учредителя от 08.10.2018 руководителем Должника назначена ФИО6, председателем ликвидационной комиссии 11.11.2019 назначена ФИО7.

Должник признан банкротом решением суда от 02.12.2020.

Таким образом, на момент принятия решения о признании должника банкротом и введении конкурсного производства ФИО2 не являлась руководителем должника, на которого в соответствие с положениями статьи 126 Закона о банкротстве возложена обязанность по передаче бухгалтерской и иной финансово-хозяйственной документации должника.

Какие-либо требования о передаче документов к ФИО2 после ее увольнения ни следующие после ФИО2 руководители, ни конкурсный управляющий не предъявляли.

Более того, назначенный после ФИО2 директор Должника ФИО6 получила от ФИО2 при ее увольнении все документы относительно хозяйственной деятельности Должника, что подтверждается соответствующими актами приема-передачи. 

Так, актами от 03.10.2023 ФИО2 передала ФИО6 всю документацию Должника, а также его печати, оргтехнику и прочее (представлены в Картотеку арбитражных дел 12.11.2023).

При изложенных обстоятельствах не имеется оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника.

 Определения суда первой инстанции подлежат отмене в связи с несоответствием его выводов обстоятельствам дела.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 05 июля 2022 года по делу № А13-12863/2020 и определение Арбитражного суда Вологодской области от 03 марта 2023 года по делу № А13-12863/2020 отменить.

Отказать конкурсному управляющему общества с ограниченной ответственностью «Белоусовкий ЖЭУ» ФИО4 в удовлетворении заявленных требований.

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в Арбитражный суд Северо-Западного округа. 

Председательствующий

К.А. Кузнецов

Судьи

С.В. Селецкая

Л.Ф. Шумилова