; № 09АП-30478/2024

Дело № А40-178989/23

г. Москва

16 июля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 02 июля 2024 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 16 июля 2024 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи А.А. Комарова,

судей А.Г. Ахмедова, Ж.Ц. Бальжинимаевой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания А.В. Кирилловой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы УФНС России по г. Москве, ТСН «Дом на Ефремова», ФИО1, ФИО2 на определение Арбитражного суда города Москвы от 11.04.2024 по делу № А40-178989/23, о включении требования ИП ФИО3 в третью очередь реестра требований кредиторов должника ООО "ХЛЕБОЗАВОД № 6" в следующих размерах: 16 704 798,20 руб. долг, 2 149 332,89 руб. мораторные проценты, 2 389 014,98 руб. проценты по ст. 156 Закона о банкротстве, 83 024,28 руб. неустойка (пени, штраф) – в третью очередь отдельно, как подлежащая погашению после погашения требований кредиторов третьей очереди (с учетом положений п. 3 ст. 137 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)"), в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ХЛЕБОЗАВОД № 6»,

при участии в судебном заседании согласно протоколу судебного заседания. 

 

У С Т А Н О В И Л:

09.08.2023 (загружено на https://kad.arbitr.ru/ 09.08.2023) поступило заявление ООО "ВИНДЕР" (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) о признании должника ООО "ХЛЕБОЗАВОД № 6" (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) несостоятельным (банкротом). 

            18.10.2023 поступило заявление ООО "РЕМА" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) о признании ООО "ХЛЕБОЗАВОД № 6" несостоятельным (банкротом).        Решением от 30.11.2023 (резолютивная часть объявлена 13.11.2023) должник признан несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утверждена кандидатура ФИО4 (член МСО ПАУ, адрес для направления корреспонденции: 109147, Москва, ул. Марксистская, д.34, корп.8). 

            В силу п.4 ст. 48 Закона о банкротстве с учетом разъяснений п.7 Постановление Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 (ред. от 21.12.2017) после признания одного заявления о признании должника банкротом обоснованным и введения процедуры банкротства все поданные после него и до даты введения такой процедуры заявления рассматриваются далее как требования кредиторов в порядке статьи 71 Закона о банкротстве. 

            Заявление ИП ФИО3 содержит требование о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере: 16 704 798,20 руб. долга, 2 149 332,89 руб. мораторных процентов, 2 389 014,98 руб. процентов по ст. 156 Закона о банкротстве, 83 024,28 руб. неустойки (с учетом принято судом уточнения требований в порядке ст. 49 АПК РФ).

            Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.04.2024 требование ИП ФИО3 включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника ООО "ХЛЕБОЗАВОД № 6" в следующих размерах: 16 704 798,20 руб. долг, 2 149 332,89 руб. мораторные проценты, 2 389 014,98 руб. проценты по ст. 156 Закона о банкротстве, 83 024,28 руб. неустойка (пени, штраф) – в третью очередь отдельно, как подлежащая погашению после погашения требований кредиторов третьей очереди (с учетом положений п. 3 ст. 137 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)").

            Не согласившись с принятым по делу судебным актом, УФНС России по г. Москве, ТСН «Дом на Ефремова», ФИО1, ФИО2 обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят указанное определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

            В материалы дела поступил отзыв ИП ФИО3 на апелляционные жалобы, приобщенный судом в порядке ст. 262 АПК РФ.

            Апелляционным судом отказано в удовлетворении ходатайства ИП ФИО3 об отложении судебного заседания в связи с отсутствием оснований, предусмотренных ст. 158 АПК РФ.

            Рассмотрев апелляционные жалобы в порядке статей 266, 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, выслушав доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об изменении обжалуемого судебного акта.

            В силу п.6 ст. 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом. Как установлено судом первой инстанции, в рамках ранее рассмотренного дела № А40-9127/2020 о банкротстве ООО "ХЛЕБОЗАВОД № 6" (должник) в реестр требований кредиторов должника определением от 10.02.2021 включены требования ИП ФИО3 (кредитор) в размере: 23 304 798, 20 руб. основного долга, 83 024, 28 руб. процентов. 

            ИП ФИО3 приобрела права требования к должнику на основании трех договоров уступки прав требования (цессии) с ООО «Реставрация-Н+», ИП ФИО5 и ООО «СК Элитстрой-19» на общую сумму 23 387 822,48 руб.

            Определением суда от 15.12.2021 производство по делу № А40-9127/2020 о банкротстве должника прекращено в связи с утверждением мирового соглашения.    Участником указанного мирового соглашения является и ИП ФИО3 

            По условиям мирового соглашения, должник обязался выплатить с пользу ИП ФИО3 задолженность в размере 23 387 822, 48 руб., из которых 23 304 798 руб. 20 коп. основной долг, 83 024, 28 руб. проценты (п. 4.1.2.1 мирового соглашения) в течение 1 месяца с даты оглашения резолютивной части определения суда об утверждении мирового соглашения. 

            Судебный акт вступил в законную силу. 

            Мировое соглашение в судебном порядке не расторгнуто. 

            Неисполнение условий мирового соглашения послужило основанием для обращения кредитора ООО "ВИНДЕР" с новым заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом). 

            Решением от 30.11.2023 (резолютивная часть объявлена 13.11.2023) должник в рамках настоящего дела признан несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении должника введена процедура конкурсного производства.

            Неисполнение условий мирового соглашения со стороны должника в части требований ИП ФИО3 послужило основанием для обращения такого кредитора с заявлением о включении в реестр требований кредиторов в рамках нового дела о банкротстве должника. 

            Из заявления следует, что по состоянию на 12.11.2023 мировое соглашение исполнено должником лишь частично. 

            Должником произведен платеж на сумму 6 600 000 руб., что подтверждается платежным поручением №136 от 16.12.2021 и справкой Банка ВТБ (ПАО) о подтверждении факта поступления денежных средств на счет кредитора. 

            Таким образом, сумма основного долга, предъявляемая в настоящее время ко включению в реестр требований кредиторов должника составляет 16 704 798, 20 руб.       Размер неустойки составляет 83 024,28 руб., погашений в части неустойки не осуществлено. 

            Также из условий, утвержденного в рамках предыдущего дела о банкротстве должника мирового соглашения следует, что должник обязался уплатить в пользу ИП ФИО3 мораторные проценты, начисленные на сумму требований кредиторов в соответствии с п. 4 ст. 63 и п. 2. ст. 126 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» за период с 04.03.2020 г. по дату объявления резолютивной части определения арбитражного суда об утверждении мирового соглашения. 

            Согласно расчету заявителя размер мораторных процентов составляет 2 149 332,89 руб. за период: наблюдение (04.03.2020 – 09.02.2021) дней: 343, ставка: 6%, конкурсное производство (10.02.2021 – 14.12.2021), дней: 308, ставка: 4,25%.

            Кроме того, в соответствии с п.п. 4.5. мирового соглашения, на сумму требований кредиторов, подлежащих погашению в соответствии с мировым соглашением, начисляются проценты в размере ставки рефинансирования (ключевой ставки), установленной Центральным Банком России на дату утверждения мирового соглашения арбитражным судом, исходя из не погашенной суммы требований в соответствии с графиком удовлетворения требований кредиторов по мировому соглашению (п. 2 ст. 156 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Указанные проценты начисляются на сумму основного долга за период с даты утверждения мирового соглашения судом до полного погашения требований кредиторов. 

            Согласно расчету заявителя, размер процентов в соответствии с п. 2 ст. 156 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» составляет 2 389 014,98 руб. за период с 16.12.2021 по 12.11.2023 (696 дней) с учетом частичной оплаты и ключевой ставки в 7,50 %.

            Суд первой инстанции отметил, что требование кредитора (положенные в основу требования сделки) уже было предметом рассмотрения в рамках предыдущего дела о банкротстве должника (№А40-9127/20), обоснованность требований подтверждена судебными актами, вступившими в законную силу.

            При этом, арбитражный суд отметил, что доводы кредиторов ФИО2 и ФИО6 об аффилированности (связанности ФИО3, ООО «Рема» с партнерами АБ «Бартолиус» и должником) и компенсационном финансировании (в виде скупки заявителем прав требования в период финансового кризиса должника с целью создания видимости отсутствия финансовых проблем) оценены и отклонены судами трех инстанций.

            Тем самым, действия возражающих в настоящее время кредиторов (в том числе не участвующих в деле о банкротстве должника №А40-9127/20 – ТСН «Дом на Ефремова» и ФИО1) по существу направлены на преодоление вступивших в законную силу судебных актов, имеющих преюдициальное значение (ст. 69 АПК РФ) по отношению к настоящему спору.

            Арбитражный суд, приходя к указанному выводу, руководствовался тем, что ТСН «Дом на Ефремова» по существу представляет интересы собственников МКД в число которых входят: ФИО6, ФИО2 и др. – т.е. лица, участвующие в предыдущем деле о банкротстве должника. Товарищество собственников недвижимости не имеет самостоятельного экономического интереса и уполномочено действовать в интересах собственников помещений в доме, которые и являются материальными истцами.

            Тот факт, что ФИО1 как сособственником квартиры в отношении которой ее супругом в рамках предыдущего дела о банкротстве уже предъявлялись требования к должнику - предъявлены требования только в рамках настоящего дела о банкротстве не отменяет того обстоятельства, что супруги действовали и действуют в общих интересах, что свидетельствует о том, что ФИО1 осведомлена об обстоятельствах спора, не была лишена возможности предъявить свои требования в рамках предыдущего дела о банкротстве, возражать по части предъявляемых ИП ФИО3 требований.

            Суды в рамках дела №А40-9127/20 по результатам рассмотрения требований ИП ФИО3 пришли к выводу об отсутствии аффилированности заявителя и должника, об отсутствии оснований считать действия кредитора формой финансирования ответчика в кризисной ситуации.

            В настоящем споре, кредиторы ФИО2 и ФИО1 возражая против удовлетворения заявления и ссылаясь на решение налогового органа № 13-160/4276 указали на то, что должник в целях создания искусственной кредиторской задолженности, в период с 2016 года осуществлял отчуждение объектов недвижимости, расположенных в ЖК Knightsbridge Private Park иным аффилированным лицам, в том числе ООО «Пиррон», а далее через цепочку аффилированных лиц (ИП ФИО3) получал от них скрытое финансирование для своей текущей деятельности, создавая тем самым формальную задолженность перед такими лицами. По мнению кредиторов, названные действия должника и кредитора содержат в себе признаки злоупотребления правом (ст.10 ГК РФ), так как направлены на неправомерное извлечение имущественной выгоды и получения контроля над процедурой банкротства. 

            Суд первой инстанции не принял во внимание вышеуказанные доводы кредиторов, поскольку возражения в части указаний на нерыночность сделок выходят за предмет рассматриваемого заявления. Сделки по реализации недвижимого имущества недействительными в судебном порядке не признаны. Признаков злоупотребления правом арбитражным судом не усматривалось.

            Также судом первой инстанции отклонены доводы возражающих кредиторов о безвозмездности договора цессии и, как следствие, их недействительности.

            Требования кредитора-заявителя основаны на ряде договоров, права требования по которым были приобретены по договорам уступки у ООО «Реставрация-Н+», ИП ФИО5 и ООО «СК Элитстрой-19». 

            Как установлено арбитражным судом на основании материалов дела, условия всех положенных в основу требований договоры содержат в себе условия об оплате (порядке такой оплаты). 

            Согласно п. 3.2 договора уступки, заключенного с ИП ФИО5 цена уступаемых прав определена в размере 370 040,95 руб. 

            Согласно п. 1.1 дополнительного соглашения №1 от 28.04.2020 к договору уступки прав требования (цессии) от 03.04.2020, заключенного с ООО «РЕСТАВРАЦИЯ-Н+» цена уступки установлена в размере 11 999 104, 4 руб. Определен порядок оплаты. 

            Согласно п. 1.1 дополнительного соглашения № 1 от 09.04.2020 к договору уступки прав требования (цессии) от 08.04.2020, заключенного с ООО «СК Элитстрой-19» цена уступки установлена в размере 985 000 руб. Определен порядок оплаты.       Таким образом, арбитражный суд пришел к выводу, что условия договоров уступки права требования не позволяют считать его безвозмездным.

            Кроме того, как установлено судом, сразу после утверждения в рамках дела №А40-9127/2020 мирового соглашения (14.12.2021) - участником должника ФИО7 принято решение о добровольной ликвидации (решение единственного участника должника от 15.12.2021). 

            Ввиду указанного кредитором не было предпринято действий, направленных на принудительное взыскание задолженности (пп. 6 п. 1 ст. 47 Закона об исполнительном производстве). Однако процедура ликвидации завершена не была, ввиду налоговой проверки. 

            Второе решение о ликвидации должника принято 19.07.2023 года (сообщение №16235441 опубликовано на Федресурсе 11.08.2023 09:54:54 МСК). 

            Факт того, что кредитор начиная с 19.01.2023 по 19.07.2023 не предпринимал попыток по взысканию задолженности путем получения и предъявления исполнительного листа по мнению суда не может быть расценен как форма финансирования должника, поскольку в условиях значительного количества материальных требований к должнику (задолженности перед налоговым органом, иными кредиторами) целесообразность и вероятность получения исполнения в рамках исполнительного производства признается судом сомнительной, как следствие действия кредитора подпадают под понятие разумных действий. Сам по себе шестимесячный срок не является длительным.

            Также суд обратил внимание на тот факт, что со стороны должника 16.12.2021 произведен в пользу кредитора платеж на сумму 6 660 000 руб. 

            По существу кредитором избрана иная модель поведения при которой, ФИО3 как руководитель и единственный участник ООО «РЕМА» приобретая долю в обществе способно контролировать саму процедуру ликвидации общества, воспрепятствовать возможному выводу активов должника представлять интересы должника в спорах с иными кредиторами, обеспечивая тем самым исполнение обязательств должника перед кредиторов по возврату займа и иной задолженности. 

            В пункте 11 Обзора разъяснено: наличие у кредитора, предоставившего должнику финансирование, права контролировать деятельность последнего для обеспечения возврата этого финансирования не является основанием понижения очередности удовлетворения требования такого кредитора, не преследующего цель участия в распределении прибыли должника. 

            Цель распределения прибыли судом не установлена, в том числе с учетом понимания, что проект должником реализован и источников прибыли не имеется (в отсутствие доказательств обратного). 

            ФИО3 как гендиректор ООО «РЕМА» 10.01.2023 обратилась к должнику с заявлением о принятии общества участником должника и внесении вклада в уставный капитал 5 000 000 руб. 

            Решением единственного участника должника от 11.01.2023 г. ООО «РЕМА» принято в участники общества. Платежным поручением № 1 от 11.01.2023 ООО «РЕМА» перечислило 5 000 000 руб. на счет ООО «Хлебозавод № 6» в счет увеличения уставного капитала должника. 

            Ввиду представления заявителем первичных доказательств приобретения доли, оснований для удовлетворения ходатайства кредитора ФИО2 заявляющего доводы о возможном исполнении мирового соглашения со стороны ФИО7 арбитражным судом не установлено, в удовлетворении ходатайства кредитора в порядке ст. 66 АПК РФ отказано.

            Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что указанное требование предъявлено кредитором в пределах срока, установленного Законом о банкротстве, по смыслу статьи 5 Закона о банкротстве текущим не является. 

            При этом в соответствии со ст. ст. 4, 137 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», требование по штрафным санкциям подлежит включению в третью очередь отдельно с очередностью удовлетворения после погашения основной задолженности и причитающихся процентов.

            На основании изложенного, арбитражный суд включил требование ИП ФИО3 в третью очередь реестра требований кредиторов должника ООО "ХЛЕБОЗАВОД № 6" в следующих размерах: 16 704 798,20 руб. долг, 2 149 332,89 руб. мораторные проценты, 2 389 014,98 руб. проценты по ст. 156 Закона о банкротстве, 83 024,28 руб. неустойка (пени, штраф) – в третью очередь отдельно, как подлежащая погашению после погашения требований кредиторов третьей очереди (с учетом положений п. 3 ст. 137 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)").

            Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для изменения обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

            В силу п. 10 ст. 16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», разногласия об очередности удовлетворения требований кредиторов по денежным обязательствам должны быть рассмотрены арбитражным судом. 

            Согласно абз. 9 п. 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, само по себе наличие вступившего в законную силу судебного акта, подтверждающего задолженность, не освобождает арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, от обязанности определить очередность удовлетворения основанного на этой задолженности требования.

            Апелляционный суд признает ошибочным вывод суда об отсутствии оснований для субординации требований ФИО3 в связи с отсутствием аффилированности ООО «Хлебозавод №6» с ФИО3 на момент возникновения задолженности.

            Так, ФИО3 является 100% участником и генеральным директором ООО «Рема», которое 19.01.2023 приобрело 90,75% долей в уставном капитале ООО «Хлебозавод №6», согласно сведениям из ЕГРЮЛ. С 19.01.2023 ФИО3 является лицом, контролирующим деятельность должника в соответствии со ст. 61.10 Закона о банкротстве.

            Когда ФИО3 19.01.2023 приобрела статус лица, контролирующего деятельность должника, должник уже находился в имущественном кризисе, соответствовал критериям неплатежеспособности и недостаточности имущества согласно абз. 6 п. 1 ст. 9 Закона о банкротства.

            Так, Определением Арбитражного суда г. Москвы от 15.12.2021 по делу № А40- 9127/2020 утверждено мировое соглашение между ООО «Хлебозавод №6» и его конкурсными кредиторами, в том числе ФИО3, в первой процедуре банкротства должника.

            15.01.2022 ООО «Хлебозавод №6» допустило просрочку исполнения денежных обязательств по Мировому соглашению перед ООО «Виндер», ООО «Рема», ФИО3 (пп. 4.1.2, 4.1.2.1, 4.1.2.2, 4.1.2.4 Мирового соглашения). Совокупный размер задолженности ООО «Хлебозавод №6» перед указанными лицами составил порядка 170 000 000 руб.; 

            Когда ФИО3 стала лицом, контролирующим деятельность должника в силу опосредованного, через ООО «Рема», 90,75% участия, крупная задолженность ООО «Хлебозавод №6» перед ООО «Виндер», ООО «Рема», ФИО3 по Мировому соглашению погашена не была.

            Заявленные в настоящем деле о банкротства требования ФИО3, ООО «Рема», ООО «Виндер» основаны только на Мировом соглашении, включены судом первой инстанции в реестр требований кредиторов ООО «Хлебозавод №6».

            Участниками ООО «Хлебозавод №6» принято решение о ликвидации Общества от 19.07.2023. 

            С 19.01.2023, когда ФИО3 стала лицом, контролирующим деятельность должника, и до 19.07.2023, когда было принято решение о ликвидации ООО «Хлебозавод №6», ФИО3 не предпринимала действий по принудительному взысканию с ООО «Хлебозавод №6» задолженности, основанной на Мировом соглашении. 

            Согласно п. 1 ст. 63 ГК РФ, кредиторы могут заявить требования к ликвидируемому должнику в течение не менее 2 месяцев с даты публикации сообщения о ликвидации в журнале «Вестник государственной регистрации». Согласно пп. 4 и 5 ст. 63 ГК РФ требования кредиторов ликвидируемого должника погашаются за счет его имущества.

            Апелляционный суд отмечает, что ИП ФИО3 не предпринимала действий по взысканию задолженности по Мировому соглашению с ООО «Хлебозавод №6» в период с 15.01.2022 по 19.07.2023.

            Таким образом, судебная коллегия признает ошибочным вывод суда первой инстанции о том, что отсутствие аффилированности между ФИО3 и должником на дату возникновения задолженности у ООО «Хлебозавод №6» свидетельствует о невозможности субординации требований ФИО3 в настоящем деле о банкротстве.

            Невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, п. 2 ст. 811, ст. 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника.

            Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

            В данном случае, по смыслу п. 3.2 Обзора по субординации, имеет значение тот факт, что ФИО3 в период, когда стала лицом, контролирующим деятельность должника, не истребовала у должника имеющуюся задолженность по Мировому соглашению на протяжении 6 месяцев. 

            Суд апелляционной инстанции отмечает, что шестимесячный срок отказа ФИО3 от принудительного взыскания задолженности по Мировому соглашению, в который ФИО3 была лицом, контролирующим деятельность должника, не является разумным, представляет собой компенсационное финансирование, достаточен для вывода о необходимости субординации требований ФИО3 по смыслу п. 3.2 Обзора по субординации.

            Признавая ошибочным вывод суда первой инстанции, судебная коллегия отмечает, что компенсационное финансирование предоставляется не для удовлетворения собственных имущественных требований за счет контроля над должником, а для потенциального возвращения должника к нормальной хозяйственной деятельности за счет дополнительного кредитования при нарушении предписанной п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве.

            В абз. 8 п. 3.1 Обзора по субординации разъяснено, что контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной хозяйственной деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротств.

            Как указано раннее, ООО «Хлебозавод №6» продолжительное время не исполняло обязательств перед ФИО3, возникшие на основании Мирового соглашения. ФИО3, в свою очередь, не предпринимала никаких действий по принудительному взысканию задолженности по Мировому соглашению, в том числе в период с 19.01.2023 по 19.07.2023, имея статус лица, контролирующего деятельность должника и возможность влиять на действия должника.

            При этом, разумных экономических мотивов (отличных от мотивов предоставления компенсационного финансирования) избранной модели взаимоотношений ФИО3 и должника, нетипичному поведению кредитора не приведено, соответствующего документального обоснования не представлено.

            Признавая ошибочным вывод суда первой инстанции, апелляционный суд отмечает, что частичный расчет ООО «Хлебозавод №6» с ФИО3, совершенный единожды, в период, когда ФИО3 не имела статуса лица, контролирующего деятельность должника, не может свидетельствовать об отсутствии компенсационного финансирования, предоставленного по модели длительного отказа от взыскания задолженности по Мировому соглашению.

            Судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора установлено, что должником условие мирового соглашения перед ИП ФИО8 не соблюдено. В счет исполнения обязательств поступили денежные средства всего в размере 6 600 000,00 руб. (платежное поручения от 16.12.2021 №136 на сумму 6 600 000,00 руб.).

            Как было указано Верховным судом Российской Федерации в п.3 утвержденного 29.01.2020 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

            Пунктом 3.2 Обзора от 29.01.2020 Верховным судом Российской Федерации указано, что данное правило применяется в ситуации «отказа от принятия мер к истребованию задолженности» - «Суды указали, что невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, п. 2 ст. 811, ст. 813 ГКРФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства». 

            Кроме того, судебная коллегия учитывает, что ООО «Хлебозавод №6» было застройщиком многоквартирного дома по адресу: 

<

...> «Knightsbridge Private Park» (далее «ЖК»). Физкультурно-оздоровительный комплекс, за счет которого должник якобы имел возможность вернуть долг ФИО3, входит в состав единого многоквартирного дома, располагающегося по адресу: 

<

...>, является общим имуществом собственником помещений в многоквартирном доме. 

            Хамовническим районным судом г. Москвы рассмотрено дело № 02-1289/2023 по иску ТСН «Дом на Ефремова» и ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО6, ФИО14, ФИО15, являющихся собственниками помещений в ЖК, о признании права общей долевой собственности собственников помещений многоквартирного дома на нежилое помещение – Физкультурно-оздоровительный комплекс по адресу: 

<

...>. 

            В силу п. 5 ст. 259.3 ГК РФ, недвижимые вещи, относящиеся к общему имуществу, не подлежат передаче в собственность третьим лицам, за исключением случаев, если решение об этой передаче принято собственниками недвижимости вещей единогласно при условии, что эта передача не противоречит закону. Собственники помещений в ЖК такого решения никогда не принимали.

            Решением Хамовнического районного суда г. Москвы от 14.03.2024 по делу № 02-1289/2023 исковые требования были удовлетворены. Физкультурно-оздоровительный комплекс признан общем долевым имуществом собственников помещений в ЖК. 

            Так, уже 14.04.2024 было известно, что ООО «Хлебозавод №6» никогда не имел права собственности на физкультурно-оздоровительный комплекс, соответственно, никогда не имел правовых оснований для получения денежных средств за счет его эксплуатации или реализации.

            На основании изложенных обстоятельств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявления ИП ФИО3 о включении задолженности в реестр требований кредиторов. Признать требования ИП ФИО3 подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ.

            На основании изложенного, руководствуясь статьями 266 - 269, 270, 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 11.04.2024 по делу № А40-178989/23 изменить.

            В удовлетворении заявления ИП ФИО3 о включении задолженности в реестр требований кредиторов отказать.

            Признать требования ИП ФИО3 подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ. 

            Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                      А.А. Комаров 

Судьи:                                                                                               А.Г. Ахмедов 

                                                                                                           Ж.Ц. Бальжинимаева