ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  г. Москва

04.05.2023

 

Дело № А40-340981/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 02 мая 2023 года 

Полный текст постановления изготовлен 04 мая 2023 года 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: Н.Я. Мысака, Е.А. Зверевой, 

при участии в заседании: не явились, извещены,

рассмотрев 02.05.2023 в судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 

на определение от 25.11.2022

Арбитражного суда города Москвы, 

на постановление от 14.02.2023

Девятого арбитражного апелляционного суда,

о признании недействительным Акта зачета взаимных требований от 31.03.2017, заключенный между ООО «С.В.Т.С.-Альянс» и ИП ФИО1 на сумму 395 000 рублей и применении последствия недействительности сделки,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «С.В.Т.С.-Альянс», 

установил:

решением Арбитражного суда города Москвы от 25.02.2021 должник -  ООО «С.В.Т.С.-Альянс» признан несостоятельным (банкротом); в отношении должника открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим должником утвержден ФИО2.

11.05.2022 в Арбитражный суд города Москвы поступило исковое заявление истца – конкурсного управляющего к ответчикам ООО «С.В.Т.С.- Альянс», ИП ФИО1 о признании договоров процентного займа №08/06/2016 от 08.06.2016, №10/11/2016 от 10.11.2016, №07/02/2017 от 07.02.2017, №27/02/2017 от 27.02.2017, заключенных между ООО «С.В.Т.С. – Альянс» и ИП ФИО1 недействительными, и применении последствий недействительности сделок в виде возврата ИП ФИО1 в конкурсную массу ООО «С.В.Т.С. – Альянс» денежных средств в сумме 945 000 руб.

Впоследствии в материалы дела поступили уточнения истца по заявленным требованиям, согласно которым истец просил:

Признать Договоры процентного займа № 07/02/2017 от 07.02.2017, № 27/02/2017 от 27.02.2017заключенные между ООО «С.В.Т.С.-Альянс» и индивидуальным предпринимателем ФИО1 недействительными сделками; 

Признать Акт зачёта взаимных требований от 31.03.2017 между ООО «С.В.Т.С.- Альянс» и ндивидуальным предпринимателем ФИО1 недействительной сделкой.

Применить последствия недействительности сделки в виде возврата Индивидуальным предпринимателем ФИО1 в конкурсную массу ООО «С.В.Т.С.- Альянс» денежных средств в сумме 445 000,00 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.11.2022, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2023, принят отказ истца – конкурсного управляющего от исковых требований в части признания недействительными договоров займа № 08/06/2016 от 08.06.2016 и № 10/11/2016 от 10.11.2016; прекращено производство по исковым требованиям истца – конкурсного управляющего о признании недействительными договоров займа № 08/06/2016 от 08.06.2016 и № 10/11/2016 от 10.11.2016. Признан недействительным Акт зачета взаимных требований от 31.03.2017, заключенный между ООО «С.В.Т.С.-Альянс» и ИП ФИО1 на сумму 395 000 руб. Применены последствия недействительности сделки в виде восстановления права требования ООО «С.В.Т.С.-Альянс» к ИП ФИО1 по Договору процентного займа № 07/02/2017 от 07.02.2017, Договору процентного займа № 27/02/2017 от 27.02.2017; восстановления права требования ИП ФИО1 к ООО «С.В.Т.С.-Альянс» по договору оказания услуг №223/2017 от 04.01.2017 на сумму 395 000 руб. В удовлетворении исковых требований истца - конкурсного управляющего о признании недействительными Договора процентного займа № 07/02/2017 от 07.02.2017, Договора процентного займа № 27/02/2017 от 27.02.2017 отказано. С ИП ФИО1 в доход Федерального бюджета РФ взыскана госпошлина в размере 6 000 руб.; с ООО «С.В.Т.С.-Альянс» в доход Федерального бюджета РФ взыскана госпошлина в размере 12 000 рублей.

Не согласившись с принятыми судебными актами часитчно, ИП ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2023, изменить определение Арбитражного суда города Москвы от 25.11.2022, отказав истцу в удовлетворении требований о признании акта зачета взаимных требований от 31.03.2017, заключенного между ООО «С.В.Т.С. – Альянс» и ИП ФИО1 на сумму 395 000 руб. недействительной сделкой и отказать в применении последствий недействительности сделки. 

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам в обжалуемой части.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. 

          Суд  округа проверяет законность и обоснованность судебных актов только в обжалуемой части и в пределах доводов жалобы.

Из содержания обжалуемых судебных актов  усматривается, что судами установлены следующие обстоятельства.

Заявитель полагал,  что Акт зачёта взаимных требований от 31.03.2017 подлежит признанию недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку сделка совершена между аффилированными лицами в условиях неплатежеспособности должника и привела к преимущественному удовлетворению  требований ИП ФИО1 по договору оказания услуг №223/2017 от 04.01.2017.

Судами установлено, что определением суда от 10.02.2020 принято заявление о признании несостоятельным (банкротом) должника ООО «С.В.Т.С. - Альянс», оспариваемая сделка совершена 07.02.2017, то есть за пределами периода подозрительности согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий должника, заявляя о злоупотреблении сторонами по оспариваемой сделке своими правами, ссылался на совершение сделки с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов в отсутствие встречного исполнения между аффилированными лицами.

Вместе с тем суды установили, что все указанные основания ничтожности сделки, которые приводит конкурсный управляющий, охватываются диспозицией статьи 61.2 Закона о банкротства, то есть, специальными нормами, тогда как в процедуре банкротства специальные нормы права имеют преимущество перед общими.

При этом доказательств наличия у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки, указанных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, заявителем не представлено.

В отношении Акта зачета взаимных требований от 31.03.2017 суды установили следующее.

Оспариваемая сделка совершена в период подозрительности, установленный пунктом  2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Так, согласно данному акту стороны произвели взаимозачет следующих требований на общую сумму 395 000 руб.:

—по договору займа № 07/02/2017 от 07.02.2017 (задолженность ИП ФИО1 в сумме 370 000 руб.),

—по договору займа № 27/02/2017 от 27.02.2017 (задолженность ИП ФИО1 в сумме 25 000 руб.),

—по договору оказания услуг №223/2017 от 04.01.2017 (задолженность ООО «С.В.Т.С.-Альянс» в сумме 497 000 руб.).

Судами установлено, что на момент заключения сделки ООО «С.В.Т.С.-Альянс» имело подтвержденные решением суда первой инстанции неисполненные денежные обязательства перед СПАО «Ингосстрах»: взыскано решением Арбитражного суда города Москвы от 14.08.2020 по делу А40-340981/19 с ООО «С.В.Т.С.-Альянс» в пользу СПАО «Ингосстрах» 24 539 362,77 руб.

Кроме того, согласно бухгалтерскому балансу за 2016 год общество имело следующие показатели: Актив:  Основные средства – 2 827 000 Запасы – 2 812 000 Дебиторская задолженность – 32 563 000 Денежные средства – 13 387 000 Прочие оборотные активы – 5 631 000; Пассив:  Непокрытый убыток – 4 568 000 Кредиторская задолженность – 48 268 000.

Таким образом, уже по итогам 2016 года общество отвечало признакам неплатежеспособности.

Далее согласно бухгалтерскому балансу за 2017 г. структура баланса Должника стала ухудшаться: основные средства компании составляли 51 522 руб., кредиторская задолженность составила 86 960 000 руб. при выручке в 79 500 000 руб., что объективно свидетельствует о невозможности общества погасить долг, о превышении пассивов над активами общества.

Следовательно, на дату совершения спорной сделки общество являлось неплатежеспособным.

Судами установлено, что при заключении спорной сделки директором Калининградского филиала ООО «С.В.Т.С.-Альянс» являлся ФИО3.

ИП ФИО1 является генеральным директором и участником с долей 50% ООО «Бюро Таможенных Услуг», где ФИО3 также принадлежит 50% доли, т.е. он является лицом, фактически аффилированным с ответчиком.

Аффилированность истца и ответчика также подтверждает тот факт, что в Договоре №223/2017 об оказании услуг от 04.01.2017 в реквизитах истца и ответчика указаны одинаковый телефон и адрес электронной почты.

При этом факт оказания услуг со стороны ответчика в пользу должника истец не оспаривает.

Однако в условиях многомиллионной кредиторской задолженности заключение настоящего Акта, по мнению судов, привело к преимущественному удовлетворению требований ИП ФИО1 по Договору №223/2017 об оказании услуг от 04.01.2017, о чем ответчик не могла не знать в силу аффилированности сторон.

Таким образом, суды пришли к выводу, что истцом доказана вся совокупность обстоятельств, необходимая для признания Акта зачета взаимных требований от 31.03.2017 недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом судом апелляционной инстанции отклонены доводы  о том, что зачет на сумму 395 000 руб. совершённый в счёт оплаты обычной хозяйственной деятельности составляет менее 1% от суммы активов ООО «С.В.Т.С.-Альянс» и не может в соответствии с пунктом 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве являться предметом оспаривания по статьей 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, поскольку  на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о несостоятельности (банкротстве) настоящий обособленный спор не рассматривался, в связи с чем пункт 2 статьи 61.4 Закона о несостоятельности (банкротстве) в данном случае не применим.

Суд кассационной инстанции считает, что, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций в обжалуемой части правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую  оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.   

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса).

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 №10044/11).

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации «в условиях конкуренции норм о недействительности (ничтожности) сделки выявленные нарушения должны выходить за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (Определение от 29.04.2016 № 304-ЭС 15-20061 по делу №А46- 12910/2013; Определение от 24.10.2017 № 305-ЭС 17-4886(1) по делу № А41-20524/2016; Определение от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 по делу №А12-24106/2014).

Иной подход приводит к тому, что содержание части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, не оспорившему подозрительную сделку, обходить правила о применении срока давности, что недопустимо» (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1) по делу №А41-20524/2016).

Согласно пункту 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Абзацами 2-4 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации разъяснено, что согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного выше правового принципа абзаца 1 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, нормы пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливающие запрет злоупотребления правом в любых формах и правовые последствия злоупотребления правом, направлены на реализацию принципа, закрепленного в ст. 17 (ч. 3) Конституции Российской Федерации (определения от 18.01.2011 № 8-О-П, от 22.03.2012 № 489-0-0, от 17.07.2014 № 1808-О).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» Верховный Суд Российской Федерации разъяснил, что добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Злоупотребление правом может быть вызвано такими действиями лица, в результате которых другая сторона не могла реализовать принадлежащие ей права.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. 

В соответствии с пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). 

Исходя из правовой позиции коллегии судей Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 09.08.2016 № 21-КП6-6 нарушение участниками гражданского оборота при заключении договора статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, выразившееся в злоупотреблении правом, отнесено законом к числу самостоятельных оснований для признания сделки недействительной». 

Аналогичная позиция изложена в пункте 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации».

Непосредственной целью санкции, содержащейся в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно отказа в защите права лицу, злоупотребившему правом, является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления. Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, ссылающегося на соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства. Поэтому упомянутая норма закона может применяться как в отношении истца, так и в отношении ответчика (п. 5 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» при решении вопроса о том, могла ли другая сторона по сделке знать о наличии указанных обстоятельств (в частности о признаках неплатежеспособности другой стороны по сделке), во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. В то же время презумпция осведомленности второй стороны по сделке о ее совершении с целью причинить вред имущественным правам кредиторов является опровержимой.

Согласно правовой позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. 

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Если «дружественный» кредитор не подтверждает целесообразность заключения сделки, его действия по подаче заявления о включении требований в реестр могут быть квалифицированы как совершенные исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (ст. 10 ГК РФ). При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абз. 4 п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от N 63 23.12.2010 года "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Как указано в Определении Верховного Суда Российской Федерации №305-ЭС18-17629 (2) от 28.03.2019 по делу №А40-122605/2017 о наличии их подконтрольности сторон единому центру, в частности, могут свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам одного члена группы и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу и т.д.

Учитывая объективную сложность получения прямых доказательств неформальной аффилированности, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств. Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении группы лиц, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обратного переходит на предъявившего требование кредитора, ссылающегося на независимый характер его отношений с должником.

По объективным причинам, связанным с тем, что конкурирующие кредиторы и арбитражный управляющий не являлись участниками правоотношений по спору, инициированному "дружественным" кредитором и должником, они ограничены в возможности предоставления достаточных доказательств, подтверждающих свои доводы. В то же время они должны заявить такие доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных должником и "дружественным" кредитором.

Бремя опровержения этих сомнений лежит на последнем. Причем это не должно составить для него затруднений, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы судов в обжалуемой части  основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства. 

Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки суда апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены. Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо. 

Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется.  

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 25.11.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2023  по  делу № А40-340981/2019 в обжалуемой части  оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

          Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяЕ.Л. Зенькова  

Судьи:            Н.Я. Мысак 

                                                                            Е.А. Зверева