﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень	Дело № А45-17362/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 12 мая 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 14 мая 2021 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего				Глотова Н.Б.,

судей								Доронина С.А.,

Лаптева Н.В. -			

рассмотрел в открытом судебном заседании с применением средств аудиозаписи кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «АкадемЛифтСервис», конкурсного управляющего Кильчика Артёма Анатольевича на определение от 17.11.2020 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Кладова Л.А.) и постановлениеот 01.02.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда(судьи Кудряшева Е.В., Иванов О.А., Усанина Н.А.) по делу№ А45-17362/2015 о несостоятельности (банкротстве) обществас ограниченной ответственностью «Старт Плюс» (ИНН 5406296654,ОГРН 1045402531900), принятые по заявлению конкурсного управляющего Кильчика Артёма Анатольевича о привлечении Каримовой Ольги Александровны, Шахворостова Александра Викторовича, Максимова Виктора Николаевича к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В заседании принял участие конкурсный управляющий Кильчик Артём Анатольевич и его представитель Перфилов А.С. по доверенностиот 22.01.2021; представитель Шахворостова Александра Викторовича – Падалка В.А., адвокат на основании ордера № 64 от 08.05.2021;Каримова Ольга Александровна и её представители – Попенин И.В. по доверенности от 10.12.2019, Сагательян Г.М. по доверенности от 16.04.2021.

Суд установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Старт Плюс» (далее – ООО «Старт Плюс», должник, общество) его конкурсный управляющий Кильчик Артём Анатольевич(далее – конкурсный управляющий) обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц: Каримовой Ольги Александровны (далее – Каримова О.А., ответчик), Шахворостова Александра Викторовича (далее – Шахворостов А.В., ответчик), Максимова Виктора Николаевича, последовательно являвшихся руководителями должника, взыскании с них солидарно в пользу должника 56 880 977,70 руб.

Определением суда от 22.10.2019, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 20.01.2020, заявление  удовлетворено: Каримова О.А., Шахворостов А.В. привлеченык субсидиарной ответственности по обязательствам должника; взыскано солидарно с Каримовой О.А., Шахворостова А.В. в пользу должника 56 880 977,70 руб.; в привлечении к субсидиарной ответственности Максимова В.Н. отказано.

Постановлением от 12.03.2020 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа определение от 22.10.2019 Арбитражного суда Новосибирской области и постановление от 20.01.2020 Седьмого арбитражного апелляционного суда отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Новосибирской области для установления фактических обстоятельств, имеющих значение для дела, исследования имеющихся доказательств и заявленных доводов сторон.

При повторном рассмотрении спора определением суда от 17.11.2020, оставленным без изменения постановлением апелляционного судаот 01.02.2021, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано в полном объёме.

Не согласившись с указанными судебными актами, конкурсный кредитор – общество с ограниченной ответственностью «АкадемЛифтСервис», конкурсный управляющий обратилисьс кассационными жалобами, в которых просят их отменить и направить спор на рассмотрение другого суда первой инстанции в пределах одного округа. 

В обоснование своих кассационных жалоб податели ссылаются на наличие оснований для привлечения Каримовой О.А. к субсидиарной ответственности, поскольку в период её управления должникомбыл совершён ряд сделок по выводу денежных средств в общей сумме 119 857 578 руб. на общества, отвечающие признакам фирм-однодневок (массовый учредитель и руководитель, нахождение руководителей в реестре дисквалифицированных лиц, отсутствие хозяйственной деятельностис иными контрагентами и  необходимого штата).

С позиции кассаторов, суды двух инстанции, несмотря на указания суда округа, не провели анализ сделок, совершённых должником, на предметих убыточности, не исследовали представленные конкурсным управляющим доказательства, подтверждающие его доводы.

По мнению подателей жалоб, судебные акты приняты при неполном исследовании обстоятельств дела, касающихся вопроса (не) передачи документации должника, отсутствие которой не позволило выявить имущество, состав дебиторской задолженности на сумму 35 290 000 руб., отражённой в балансе общества за 2013 год, провести анализ сделок.

С позиции конкурсного управляющего, Каримова О.А. в целях избежания возложения на неё ответственности за доведение должникадо банкротства реализовала схему подконтрольного управления, формально наделив полномочиями руководителя общества Шахворостова А.В., которому якобы была передана документация. 

Конкурсный управляющий считает статус Шахворостова А.В. номинальным, так как последний не принимал реальных управленческих решений, обществом не руководил, в том числе в силу отсутствия у него соответствующего опыта и знаний в данной области.

В подтверждение фактического управления должникомКаримовой О.А. кассаторы ссылаются на то, что ООО «Старт Плюс»и общество с ограниченной ответственностью «ПД – Восток» (далее – ООО «ПД – Восток»), руководство которым с июля 2014 года по настоящее время осуществляет Каримова О.А., использовали один IP адреспри проведении платежей в банк, пользовались единой локальной сетью, получали почтовую корреспонденцию по одному почтовому адресу. 

Свидетельские показания, данные главным бухгалтером Захаровой И.В., относительно обстоятельств передачи документации должникаКаримовой О.А. Шахворостову А.В. в начале 2015 года в помещении, расположенном по адресу: город Новосибирск, улица Щетинкина 49, конкурсный управляющий считает заведомо ложными, поскольку дополнительным соглашением от 30.11.2014 договор аренды указанного помещения был расторгнут и должник в нём не мог располагаться. Указанные обстоятельства подтверждаются решением от 13.02.2015 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-26346/2014.

Кассаторы считают, что совершённые Каримовой О.А. сделки причинили существенный вред должнику и его кредиторам, поскольку имущество и денежные средства в результате применения последствий недействительности не возвращены в конкурсную массу.

При этом суды, вопреки указанию суда кассационной инстанции,не проверили основания для привлечения контролировавших должника лицк гражданско-правовой ответственности в связи с совершением убыточных сделок, а также не дали оценки доводам об их привлечении к субсидиарной ответственности за неподачу в суд заявления о признании должника банкротом.

В судебном заседании конкурный управляющий и его представитель поддержали доводы, изложенные в своей кассационной жалобеи дополнениям к ней.

 В направленном отзыве и судебном заседании представителиКаримовой О.А. просили оставить обжалуемые судебные актыбез изменения, а кассационные жалобы без удовлетворения.

Представитель Шахворостова А.В. выразил позицию по существу спора.

Рассмотрев кассационные жалобы, изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции считает, что имеются основания для их отмены.

Как следует из материалов дела и установлено судами, руководителями должника, осуществляющего в качестве основного вида деятельности управление эксплуатацией жилого фонда, являлись: в период с 2006 годапо 29.01.2015 - Каримова О.А., с 29.01.2015 по 25.01.2016 - Шахворостов А.В., с 15.12.2015 по 25.01.2016 - Максимов В.Н.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий, ссылаясь на пункты 2, 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), указал:

на совершение Каримовой О.А. сделок на заведомо невыгодныхдля юридического лица условиях и с заведомо неспособным исполнить обязательство лицами с целью вывода активов;

на неисполнение ответчиками обязанности по передаче бухгалтерскойи иной документации, отражающей финансово-хозяйственную деятельность должника, в сроки, предусмотренные Законом о банкротстве, что явилось препятствием для выявления всех активов, за счёт которых возможно погасить требования кредиторов, проведения анализа сделок должника,в дальнейшем формирования конкурсной массы и предъявления к третьим лицам претензий и исковых заявлений о взыскании задолженности и (или) проведению торгов по продаже дебиторской задолженности и, как следствие, повлекло невозможность удовлетворения требований кредиторов в рамках дела о банкротстве;

на неисполнение ответчиками обязанности по подаче в суд заявленияо признании должника банкротом при наличии на то объективных оснований.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции, учитывая, что отсутствие документации не помешало конкурсному управляющему погасить требования кредиторов на сумму 16 661 306,47 руб. (24,06 % от общего размера), принимая во внимание наличие первичной документации, подтверждающей реальность хозяйственных отношенийс отдельным контрагентом - обществом с ограниченной ответственностью «ТВС» (далее – ООО «ТВС») (акты выполненных работ, штатное расписание,  паспорта транспортных средств и самоходной машины), характераи назначения иных спорных платежей, совершённых в адрес заявленных организаций, исходил из недоказанности совокупности обстоятельств, являющихся основаниями для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд апелляционной инстанции, поддержал выводы суда первой инстанции.  

Между тем судами не учтено следующее.

Применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве(в настоящее время статей 61.11, 61.12 Закона о банкротстве) в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявлениео привлечении к субсидиарной ответственности. Нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращенияс заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Учитывая период совершения названными лицами вменяемыхим действий, являющихся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, применению подлежали положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, содержащие презумпции доведения должникадо банкротства в результате отсутствия документов бухгалтерского учётаи (или) отчётности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации.Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, если причинён вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Законао банкротстве.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лицк ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки(ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинён существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. 

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинён существенный вред кредиторам.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий указална то, что в период с 2012 по 2015 годы с расчётного счёта ООО «Старт Плюс» без предоставления встречного исполнения обществу с ограниченной ответственностью «Касдад», обществу с ограниченной ответственностью «Стройка», обществу с ограниченной ответственностью «Персона», обществу с ограниченной ответственностью «Стройсиб» (далее – общества «Каскад», «Стройка», «Персона», «Стройсиб») перечислены денежные средства за клининговые услуги в общей сумме 119 857 578 руб.

Настаивая на привлечении Каримовой О.А. к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий представил в материалы судебного дела документы, полученные из системы Контр Фокус,из содержания которых следует, что вышеуказанные организации расположены по адресам массовой регистрации; руководителями являлись лица, относящиеся к категории массовых руководителей (учредителей) иных организаций; у обществ отсутствуют основные средства, штатная численность; юридические лица исключены из Единого государственного реестр юридических лиц в связи с внесением недостоверных сведений(том 4 листы дела 94-138).

Принимая во внимание указанные обстоятельства в совокупностис показаниями Захаровой И.В., которая не смогла пояснить в судебном заседании, какие именно услуги были оказаны должнику, несмотря на то,что являлась главным бухгалтером должника, заявитель счёл, что операциипо перечислению денежных средств контрагентам направлены на вывод активов ООО «Старт Плюс» на лица, неспособные исполнить встречные обязательства, с целью причинения вреда кредиторам. Указанные платежи явились причиной невозможности исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами, чьи требования включены в реестр.

Оценивая доводы конкурсного управляющего, суды исходили из того,что общества «Каскад», «Стройка», «Персона», «Стройсиб» и другие компании, предоставляли должнику сотрудников. Необходимость привлечения дополнительных исполнителей была связана с тем,что собственного персонала было недостаточно для уборки жилых домов, вывоза мусора, сброса, вывоза снега, а также объектов в городе Новосибирске и в районах Новосибирской области по заключённым государственным и муниципальным контрактам.

Принимая во внимание, что сделки не оспорены, суды сочли,что перечисление денежных средств в указанные организации за оказанные клининговые услуги с учётом характера деятельности должника не были опровергнуты, а доказательств того, что услуги не оказывались,либо оказывались иными лицами, не имеется.

Вместе с тем, вопреки позиции судов, в абзаце четвёртом пункта 23 Постановления № 53 приведены разъяснения о том, что для применения презумпции вины контролирующего должника лица в доведениидо банкротства в результате совершения существенно убыточной сделки наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется.

Несовершение отдельных действий по оспариванию сделок конкурсный управляющий объяснил тем, что указанные общества не ведути не вели реальную хозяйственную деятельность, часть из них ликвидирована, соответственно, предъявление к ним исков не принесёт никакого результата.

При этом в соответствии со сложившейся судебной практикой для целей привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности конкурсному управляющему, тем более в условиях нехватки документации должника по причине её непередачи, достаточно представить согласующиеся между собой косвенные доказательства совершения должником невыгодных для него сделок.

Учитывая объективную сложность получения конкурсным управляющим и кредиторами отсутствующих у них доказательств, а также то, что исследование обстоятельств в делах о банкротстве должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычными спорами, судамне следовало ограничиваться формальным соответствием назначения спорных платежей деятельности общества, а принимая во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, провести анализ спорных правоотношений, проверить сделки на предмет наличия (отсутствия) в них пороков.

Делая по сути противоречивый вывод, суды с одной стороны сочли,что должник вступил в правоотношения с обществами «Каскад», «Стройка», «Персона», «Стройсиб» по причине наличия у него потребностив дополнительных кадрах для уборки жилых домов и государственных учреждений, с другой стороны не приняли во внимание официальный ответ Государственного учреждения Новосибирского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации от 01.09.2020№ 10-02/01-4509, из содержания которого следует, что численность работников указанных обществ составляла 0 либо 1 человек. 

Разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этой стороной заботливостио собственных интересах, рациональность её поведения исходя из личного опыта данной стороны, той ситуации, в которой она находится, существа правового регулирования заключенной ею сделки, сложившейся практики взаимодействия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах.

В данном случае презумпция разумности поведения Каримовой О.А. подвергается сомнению, поскольку на протяжении длительного времени, вступая в правоотношения с названными обществами и перечисляяим значительную сумму средств, полученных от населения, она не проявила требуемого уровня разумной заботливости и не проверила деловую репутацию этих организаций и возможность исполнять обязательства,что логически не вытекало из ситуации, в которой она находилась. 

Документы и расчёты, позволяющие проверить объём услуг, оказанных  обществами «Каскад», «Стройка», «Персона», «Стройсиб»,и их реальная потребность для нужд должника, не представлены.

Также в период осуществления полномочий руководителяКаримовой О.А. в отношении заинтересованного лица были заключены сделки, признанные судом недействительными (определение от 27.10.2016), совершены действия по созданию новой управляющей компании и переводу на неё дебиторской задолженности, которые также оспорены и признаны недействительными (определение от 23.01.2017).

Таким образом, конкурный управляющий привёл достаточно серьезные доводы и представил существенные косвенные доказательства, которыево взаимосвязи позволяют признать убедительными его аргументыо действиях Каримовой О.А. вопреки интересов общества с целью вывода его активов, поэтому в силу статьи 65 АПК РФ бремя доказывания обратного перешло на привлекаемое к ответственности лицо. 

В свою очередь суды, невзирая на то, что именно бывший руководитель общества обладает полной информацией о составе активов должника,его контрагентах, совершённых сделках и иными значимыми сведениями, неверно распределив бремя доказывания, по сути не дали надлежащей оценки доводам конкурсного управляющего, возложив на него обязанность по доказыванию нереальности хозяйственных операций.

Подробный анализ данных сделок на предмет их убыточности, а равноих значимости для должника (применительно к масштабамего деятельности) не проведён, несмотря на указание суда кассационной инстанции, изложенное в постановлении от 12.03.2020.

Вывод о том, что сделки с обществами «Каскад», «Стройка», «Персона», «Стройсиб» совершены должником в рамках обычной хозяйственной деятельности и имеют реальное экономическое обоснование, сформирован без относительно исследования конкретных первичных документов, финансовой отчётности, бухгалтерской и иной документации.

Факторы, приведшие к прекращению хозяйственной деятельностии возникновению признаков банкротства должника, в судебных актахне поименованы.

В этой связи, учитывая поведение органа управления должником, указывающее на наличие объективных сомнений по поводу его истинного намерения, не исключающие того, что действительная воля контролирующего лица была направлена на неправомерное уклонениеот исполнения обязательств перед кредиторами, суду при новом рассмотрении следует проверить на предмет недействительности сделки,по доводам заявленным конкурсным управляющим, совершённыев отношении обществ «Каскад», «Стройка», «Персона», «Стройсиб»,ООО «ТВС», после чего, относительно масштабов деятельности должника, определить являлись ли они для него значимыми и существенно убыточными, установить обстоятельства, которые повлеклик банкротству общества.

Кроме того, в случае установления того, что вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, суду первой инстанции, применительно к разъяснениям, изложеннымв пункте 20 Постановления № 53, следует проверить наличиеили отсутствие оснований для привлечения контролировавших должника лиц к гражданско-правовой ответственности в связи с совершением ими сделок, повлекших негативные последствия (в том числе пропуск срока исковой давности на предъявление требований к контрагентам).

В отношении юридического состава о привлечении ответчиковк субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов в связи непередачей документации должникасуд округа отмечает следующее.

Обстоятельства, указанные в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве,в том числе отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчётностии прочих обязательных документов должника-банкрота, - это, по сути, лишь презумпция, облегчающая процесс доказывания состава правонарушенияс целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. 

Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующие должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему,то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.

При первоначальном рассмотрении спора, проанализировав поведение привлекаемой к ответственности Каримовой О.А., исходя из совокупности установленных по делу обстоятельств, вовлечённости ответчика в процесс управления должником, учитывая содержание публичных выступлений, опубликованных в средствах массовой информации, суды двух инстанции,выводы которых суд округа не признал неверными в постановленииот 12.03.2020, сочли, что она являлась фактическим руководителем должника после официального прекращения трудовых отношений, а совершённые действия по передаче формальных полномочий Шахворостову А.В.в действительности были направлены на создание механизма, препятствующего для её привлечения к ответственности.

В подтверждение вышеуказанного конкурсный управляющий дополнительно представил документы, подтверждающие следующее:

после расторжения договора аренды почтовая корреспонденциядля должника передавалась по адресу нахождения вновь созданной управляющей компании, руководителем которой являлась Каримова О.А., куда и были доставлены документы и имущество должника;

подконтрольные Каримовой О.А. ООО «ПД-Восток», ООО «ТВС» использовали единый IP адрес с должником после освобождения ответчика от исполнения обязанностей руководителя (ответ Банка «ВТБ»от 15.07.2020).

В пользу номинального статуса Шахворостова А.В. заявитель сослался на то, что ответчик является дизайнером наружной рекламы в городе Санкт-Петербурге, не имел реальной заинтересованности в приобретениии управлении фактически недействующей управляющей компанией, расположенной в городе Новосибирске, основные активы которой отчуждены третьим лицам, жилой фонд отсутствует. 

Показания свидетеля Захаровой И.В. относительно передачи документации Каримовой О.А. Шахворостову А.В. в начале 2015 годав помещении, расположенном по адресу: город Новосибирск,улица Щетинкина 49, конкурсный управляющий со ссылкой на решение судаот 13.02.2015 по делу № А45-26346/2014 поставил под сомнение, поскольку дополнительным соглашением от 30.11.2014 договор аренды указанного объекта был расторгнут и должник в нём не располагался.

В свою очередь мотивы, по которым суды отклонили вышеизложенноеи пришли к иным выводам, в судебных актах не приведены, обратноене установлено.

Кроме того, при первоначальном рассмотрении спора, привлекая Каримову О.А. к субсидиарной ответственности, суды, установив,что производственно-хозяйственная деятельность должника длительное время не велась, отчётность в налоговый орган не сдавалась, не исследовали отсутствие каких документов существенно затруднило проведение процедуры конкурсного производства должника и не позволило сформировать конкурсную массу должника, что с учётом положенийабзаца четвертого пункта 24 Постановления № 53 явилось одной из причин отмены принятых судебных актов.

При новом рассмотрении обособленного спора, исходя из содержания последнего бухгалтерского баланса, сданного в налоговый орган(за 2013 год), конкурный управляющий привёл сведения о том,что балансовая стоимость активов должника составляла 61 953 000 руб.,из которых: 1 600 000 руб. - основные средства, 55 345 000 руб. - дебиторская задолженность, 3 450 000 руб. - денежные средства и денежные эквиваленты, 1 370 000 руб. - запасы, 188 000 руб. - прочие оборотные активы.

Представляя суду объяснения относительно того, как отсутствие документации повлияло на проведение процедур банкротства конкурсный управляющий указал на то, что несмотря на восстановление им части документации, документы о составе дебиторской задолженности на суммув размере 35 290 000 руб. не выявлены, что не позволило предъявить требования к третьим лицам, проанализировать все сделки по отчуждению прав требований на предмет их подозрительности, проверить соразмерность начисления заработной платы.

Вместе с тем указанным доводам не дана оценка, вывод судов о том,что отсутствие документов не помешало конкурсному управляющему обнаружить некоторое имущество должника для частичного погашения требований кредиторов (24,06 %) сделан без учёта целей, которые преследует институт субсидиарной ответственности, заключающийся в отнесениина контролировавших должника лиц возникших у кредиторов негативных последствий в виде неудовлетворённых требований, вследствие доведения организации до банкротства.

Судебные акты не содержат оценку доводам конкурсного управляющего относительно требования о привлечении контролирующих должника лицк ответственности за неподачу заявления о банкротстве общества (пункт 2 статьи 10, статья 61.12 Закона о банкротстве).

С учётом изложенного суд кассационной инстанции полагает,что обжалуемые судебные акты подлежат отмене, поскольку, фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, судами не установлены,не в полной мере исследованы имеющиеся в деле доказательстваи оценены все заявленные доводы сторон, выводы сделаны судамибез ссылки на конкретные доказательства.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, установитьвсе обстоятельства, входящие в предмет доказывания по обособленному спору, исходя из юридических составов для привлечения к субсидиарной ответственности ответчиков (невозможность полного погашения требований кредиторов, неподача заявления о банкротстве); дать оценку всем имеющимся в деле доказательствам с соблюдением требований норм арбитражного процессуального закона, правильно распределив бремя доказывания, определить правомерность (неправомерность) действий ответчиков, причинно-следственную связь между их действиямии несостоятельностью (банкротством) должника, после чего решить имеются ли основания для удовлетворения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, в случае установления оснований - определить размер ответственности контролирующих должника лиц, принимая во внимание степень их влияния на деятельность общества (с учётом наличия (отсутствия) фактического и номинального статуса руководителей); разрешить обособленный спор с применением норм права, регулирующих правоотношения сторон, исходя из предмета и оснований заявления.

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, частью 1 статьи 288, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа 

постановил:

определение от 17.11.2020 Арбитражного суда Новосибирской области и постановление от 01.02.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А45-17362/2015 отменить. Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Новосибирской области в коллегиальном составе судей.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий					Н.Б. Глотов

Судьи									С.А. Доронин

										Н.В. Лаптев