АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ МАРИЙ ЭЛ

424002, Республика Марий Эл, г. Йошкар-Ола, Ленинский проспект 40

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

арбитражного суда первой инстанции

«

Дело № А38-5220/2018

г. Йошкар-Ола

28» февраля 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 21 февраля 2019 года.

Полный текст решения изготовлен 28 февраля 2019 года.

Арбитражный суд Республики Марий Эл

в лице судьи Фурзиковой Е.Г.

при ведении протокола и аудиозаписи судебного заседания 

секретарём ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании дело

по иску закрытого акционерного общества «Продцентр»

(ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к ответчику обществу с ограниченной ответственностью «МариМолоко»

(ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании неустойки

третьи лица закрытое акционерное общество «Парус-Плюс», общество с ограниченной ответственностью «Молоко»

с участием представителей:

от истца – ФИО2 по доверенности, 

от ответчика – ФИО3 по доверенности, 

от третьего лица, ЗАО «Парус-Плюс», – директор ФИО4, выписка из ЕГРЮЛ,

от третьего лица, ООО «Молоко», - не явился, извещен по правилам статьи 123 АПК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Истец, закрытое акционерное общество «Продцентр», обратился в Арбитражный суд Республики Марий Эл с исковым заявлением к ответчику, обществу с ограниченной ответственностью «МариМолоко», о взыскании неустойки в сумме 14 484 306 руб. 61 коп.

В исковом заявлении и дополнениях к нему приведены доводы о нарушении ответчиком условий договора поставки № 132 от 23.09.2015 о сроке оплаты товара. Истцом отмечено, что право требования долга перешло к нему на основании заключенного с ЗАО «Парус-Плюс» договора об уступке права требования (цессии) от 22.09.2017. Возражения ответчика и третьего лица о том, что право требования санкции к истцу не перешло, противоречат статье 384 ГК РФ и условиям договора уступки.

ЗАО «Продцентр» пояснило, что на основании договора уступки получило от ЗАО «Парус-Плюс» экземпляр договора поставки № 132 от 23.09.2015 с редакцией пункта 4.2, предоставляющего покупателю отсрочку платежа 7 календарных дней, в силу чего обществом и была начислена неустойка. Дополнительное соглашение к договору поставки цедентом не передавалось.

Истцом указано, что приложенная к иску копия договора поставки № 132 от 23.09.2015 с отсрочкой платежа 180 календарных дней была направлена в адрес ЗАО «Продцентр» ответчиком вместе с ответом на претензию.

Обществом также были высказаны сомнения в том, что подписи на представленном ответчиком договоре поставке и дополнительном соглашении к нем, выполнены руководителем ответчика ФИО5, в связи с чем им было заявлено ходатайство о фальсификации доказательств.

По мнению ЗАО «Продцентр», утверждение сторон договора поставки о том, что никаких претензий и разногласий в ходе исполнения договора не имелось, не соответствуют действительности. Так, поставщик, ЗАО «Парус-Плюс», уже обращался в арбитражный суд с исковым заявлением к ООО «МариМолоко» о взыскании долга в сумме 28 971 492 руб. и неустойки в сумме 120 420 315 руб. 50 коп. (дело № А38-8746/2017), определением от 01.08.2017 исковое заявление было возвращено. По мнению истца, такая сумма неустойки не может быть исчислена при сроке оплаты товара в 180 и 150 календарных дней. Подачей такого иска поставщик подтвердил действие между сторонами договора с отсрочкой оплаты 7 календарных дней. 

Тем самым договор поставки № 132 от 23.09.2015 с отсрочкой платежа 180 календарных дней и дополнительное соглашение от 15.10.2015 с отсрочкой платежа 150 календарных дней не могут быть приняты в качестве доказательств, поскольку стороны договора поставки при его исполнении исходили из редакции пункта 4.2 договора, предусматривающего отсрочку платежа 7 календарных дней.

В правовом обосновании требования истец сослался на статьи 329, 330, 384, 388, 394 ГК РФ (т.1, л.д. 5-9, т.2, л.д. 69-72, 83-84, 105-106).

В судебном заседании истец полностью поддержал исковое требование и просил иск удовлетворить (протокол и аудиозапись заседания).

Ответчик в отзыве на иск, дополнениях к нему и в судебном заседании требование о взыскании неустойки не признал и просил в его удовлетворении отказать.

ООО «МариМолоко» пояснило, что пунктом 4.2 договора поставки № 132 от 23.09.2015 установлена отсрочка платежа 180 календарных дней, дополнительным соглашением от 15.10.2015 отсрочка изменена на 150 календарных дней. Тем самым расчет неустойки произведен истцом без учета данных условий. Сроков оплаты товара покупатель не нарушал. Тот факт, что цедент не сообщил цессионарию какие-либо сведения относительно условий договора поставки, не влечет для ООО «МариМолоко» как для должника изменения его обязательств.

Участник спора отметил, что о действительных условиях сделки могут свидетельствовать лишь сами стороны сделки. Руководители сторон договора поставки в судебных заседаниях неоднократно подтверждали, что договор исполнялся сторонами длительное время, в своих отношениях они руководствовались редакцией договора, предоставляющего отсрочку платежа 180 дней, измененную в дальнейшем на 150 дней дополнительным соглашением. Подписи во всех экземплярах договоров и дополнительном соглашении выполнены директором ФИО5

Вместе с ответом на претензию ответчик в адрес истца договор с отсрочкой платежа 180 дней не направлял, сведения о каких-либо приложениях в ответе не указаны, более того, указанная копия договора не соответствует имеющемуся у ответчика экземпляру договора поставки.

Кроме того, в договоре цессии от 22.09.2017 сумма штрафных санкций сторонами не определена, тем самым договор в части перехода прав требования на штрафные санкции между цедентом и цессионарием не заключался, ЗАО «Продцентр» получило только право требования долга в сумме 21 100 546 руб.

С учетом изложенного, ответчик просил в иске отказать в полном объеме (т.2, л.д. 14-15, 94-97, 111-112, протокол и аудиозапись заседания).

Третье лицо, ЗАО «Парус-Плюс», письменного отзыва на иск не представило, в судебных заседаниях поддерживало позицию ответчика и просило отказать в удовлетворении иска. Им указано, что сторонами договора поставки № 132 от 23.09.2015, поставщиком ЗАО «Парус-Плюс» и покупателем ООО «МариМолоко», был согласован срок оплаты товара с отсрочкой платежа на 180 календарных дней, а после заключения дополнительного соглашения – 150 календарных дней. Договор исполнялся сторонами длительное время, претензий по исполнению договора поставки в части оплаты со стороны поставщика не имелось. Подписи во всех экземплярах договоров и дополнительном соглашении выполнены директором ФИО4 Установление такого срока оплаты не является единичным случаем, что подтверждается дополнительным соглашением к договору поставки с ООО «Молоко».

Руководитель ЗАО «Парус-Плюс» пояснил, что инициатором подачи искового заявления по делу № А38-8746/2017 выступил не он, а исполнительный директор ЗАО «Парус-Плюс», имевший доверенность. После возвращения искового заявления определением Арбитражного суда Республики Марий Эл от 01.08.2017 общество повторно в суд не обращалось, поскольку руководители поставщика и покупателя прояснили ситуацию, уплаченная по иску государственная пошлина возвращена налоговым органом по заявлению руководителя ЗАО «Парус-Плюс». Общество обращало внимание, что ЗАО «Продцентр» и ЗАО «Парус-Плюс» находятся по одному адресу. Третье лицо считало также право требования оплаты неустойки неперешедшим к ЗАО «Продцентр» (протоколы и аудиозаписи заседаний).

Привлеченное к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных исковых требований относительно предмета спора, ООО «Молоко», в судебное заседание не явилось, письменный отзыв на иск не представило, о времени и месте рассмотрения дела извещено надлежащим образом по правилам статьи 123 АПК РФ.

В соответствии с частью 5 статьи 156 АПК РФ спор разрешен без участия третьего лица ООО «Молоко» по имеющимся в материалах дела доказательствам.

Рассмотрев материалы дела, исследовав доказательства, выслушав объяснения истца, ответчика, третьего лица ЗАО «Парус-Плюс», арбитражный суд считает необходимым отказать в удовлетворении иска по следующим правовым и процессуальным основаниям.

Из материалов дела следует, что 22 сентября 2017 года третьим лицом, ЗАО «Парус-Плюс», и истцом, ЗАО «Продцентр», был заключен договор об уступке прав требований, по условиям которого третье лицо (цедент) уступило, а истец (цессионарий) принял право требования к должнику ООО «МариМолоко» по оплате задолженности в сумме 21 100 546 руб. по договору поставки № 132 от 23.09.2015 согласно перечисленным в пункте 1.2 договора товарным накладным за период с 22.07.2017 по 13.09.2017 (т.1, л.д. 111-117).

По смыслу пункта 1 статьи 382, пункта 1 статьи 389.1, статьи 390 ГК РФ уступка требования производится на основании договора, заключенного первоначальным кредитором (цедентом) и новым кредитором (цессионарием) (далее - договор, на основании которого производится уступка). В силу статьи 421 ГК РФ такой договор между цедентом и цессионарием может являться договором, предусмотренным законом или иными правовыми актами, смешанным договором или договором, который не предусмотрен законом или иными правовыми актами. Например, уступка требования может производиться на основании предусмотренных ГК РФ договора продажи имущественного права (пункт 4 статьи 454 ГК РФ (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 54 от 21.12.2017 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки»).

Согласно статье 128 ГК РФ и пункту 1 статьи 455 ГК РФ товаром по договору купли-продажи могут быть любые вещи, в том числе имущественные права. Заключенное сторонами соглашение по его существенным условиям является договором купли-продажи имущественных прав, по которому в соответствии с пунктами 1 и 4 статьи 454 ГК РФ одна сторона (продавец) обязуется передать имущественные права другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется уплатить определенную денежную сумму (цену). При этом уступка права требования по сделке должна соответствовать статьям 384-386, 388-390 ГК РФ о переходе прав к новому кредитору. К существенным условиям предмета договора продажи имущественных прав, позволяющим считать его заключенным, закон относит точное указание на размер уступаемого права из денежного обязательства и на основание его возникновения.

Договор оформлен путем составления одного документа, от имени сторон подписан уполномоченными лицами, чем соблюден пункт 2 статьи 434 ГК РФ.

Таким образом, договор содержит все необходимые существенные условия, соответствует требованиям гражданского законодательства о его предмете, форме и цене, поэтому его необходимо признать законным. О недействительности или незаключенности договора стороны в судебном порядке не заявляли.

Согласно статье 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов.

Требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное (пункт 2 статьи 389.1 ГК РФ).

Аналогичное правило установлено пунктом 3.5 договора уступки, предусматривающим, что право требования задолженности, указанной в пункте 1.1 договора, переходит к цессионарию с момента подписания договора.

Тем самым цедент исполнил действия по уступке обязательственных прав и ответчик как цессионарий приобрел право требования к ООО «МариМолоко». Документы переданы новому кредитору по акту от 22.09.2017 (т.1, л.д. 116-117). Об уступке прав должник был извещен, что подтверждается письмом № 196 от 25.09.2017 (т.1, л.д. 118).

Воля сторон на передачу права выражена непосредственно в соглашении от 22.09.2017, подписанием которого стороны определили момент перехода права – с момента подписания договора. Поэтому в силу статьи 488 ГК РФ и пункта 2.2 договора у ответчика как покупателя возникла встречная обязанность оплатить обязательственные права в срок, установленный договором. Оплата права произведена ЗАО «Продцентр» платежными поручениями за период с 22.01.2018 по 19.02.2018 (т.2, л.д. 51-65).

Ответчик, ООО «МариМолоко», произвел новому кредитору оплату долга на сумму 21 100 546 руб. платежными поручениями за период с 26.09.2017 по 26.01.2018 (т.1, л.д. 73-110), что сторонами не оспаривается.

При этом между участниками дела возникли разногласия относительно перехода к истцу права требования уплаты договорной неустойки.

Мнение ответчика, полагавшего право на начисление неустойки неперешедшим к новому кредитору в связи с определением суммы права требования и цены уступаемого права в твердой сумме, признается арбитражным судом противоречащим закону и условиям договора. 

Так, в силу статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Пункт 1.1 договора предусматривает сумму задолженности, право требования которой переходит к новому кредитору, пункт 2.2 договора уступки указывает лишь на стоимость передаваемого права, однако данные условия договора не ограничивают объем прав, переходящих к новому кредитору, в том числе и в части, касающейся санкции. Другие положения договора уступки также не содержат ограничений объема прав, передаваемых новому кредитору.

Тем самым соглашением об уступке от 22.09.2017 или законом действие правила перехода права не исключены, право на неустойку является связанным с переданным требованием, поэтому данное право следует считать перешедшим к цессионарию вместе с требованием уплаты суммы основного долга.

Указанная позиция изложена также в пункте 15 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 ГК РФ».

В ходе судебного разбирательства между участниками дела возникли неустранимые разногласия о применении условия договора о сроке оплаты товара и соответственно, о наличии либо отсутствии просрочки оплаты товара.

Стороны договора поставки № 132 от 23.09.2015, ЗАО «Парус-Плюс» (поставщик) и ООО «МариМолоко» (покупатель), заявляют, что ими заключен и длительное время исполнялся договор поставки с редакцией пункта 4.2, предоставляющего отсрочку платежа в 180 календарных дней со дня поставки товара, впоследствии измененного дополнительным соглашением от 15.10.2015 к договору на 150 календарных дней. Товар оплачен в пределах установленного срока, просрочка исполнения обязательства не возникла, тем самым основания для начисления договорной неустойки отсутствуют.

Напротив, истец, ЗАО «Продцентр» (цессионарий) полагает, что сторонами договора поставки согласован срок оплаты 7 календарных дней. Ссылаясь на полученный от поставщика договор поставки, истец начисляет неустойку за период с 30.07.2017 по 25.01.2018 на сумму 14 484 306 руб. 61 коп. (т.1, л.д. 10-15).

Сторонами в материалы дела представлено несколько экземпляров договора поставки № 132 от 23.09.2015.

Так, истцом представлен подлинный экземпляр договора поставки с редакцией пункта 4.2, предоставляющего отсрочку платежа в 7 календарных дней (т.2, л.д. 98). Им заявлено, что данный экземпляр получен от третьего лица, ЗАО «Парус-Плюс» по договору уступки. Кроме того, к исковому заявлению истцом прилагалась заверенная директором ЗАО «Продцентр» копия договора поставки с редакцией пункта 4.2 об отсрочке платежа в 180 календарных дней (т.1, л.д. 17-18), обществом указано, что данная копия получена от ответчика вместе с ответом на претензию и приложена к иску ошибочно.

Ответчиком представлен подлинный экземпляр договора поставки с редакцией пункта 4.2, предоставляющего отсрочку платежа в 180 календарных дней, а также дополнительное соглашение № 1 к договору поставки, изменяющее срок оплаты на 150 календарных дней (т.2, л.д. 99-100).

Арбитражным судом приняты меры к толкованию спорного условия договора.

Согласно положениям части первой статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

В целях устранения противоречий, отраженных в экземплярах договоров каждой из сторон спора, арбитражным судом осуществлена оценка спорного условия договора.

Договор сторонами подписан 23 сентября 2015 года, от имени ЗАО «Парус-Плюс», поставщика (третьего лица по делу) – генеральным директором ФИО4, от имени ООО «МариМолоко», покупателя (ответчика по делу) – директором ФИО5

Руководители каждой из указанных организаций в заседании 07.09.2018 прямо подтвердили, что при исполнении договора действовало условие об оплате товара с отсрочкой платежа 180 календарных дней, измененное дополнительным соглашением на 150 календарных дней (протокол и аудиозапись судебного заседания от 05-07.09.2018, т.1, л.д. 47). 

Несмотря на данные руководителями сторон договора пояснения, истцом было заявлено ходатайство о фальсификации доказательств – представленных ответчиком договора поставки, дополнительного соглашения к нему, и проведении почерковедческой экспертизы. Из заявления следует, что у истца имеются сомнения в выполнении ФИО5, директором ответчика, подписей в договоре и дополнительном соглашении к нему (т.2, л.д. 83-84).

Ответчик отказался исключать из числа доказательств представленные им экземпляр договора поставки и дополнительное соглашение, возражал против заявления о фальсификации и назначения экспертизы, заявлял, что ФИО5 уже подтвердил свои подписи в документах.

Рассмотрев заявление о фальсификации доказательств и ходатайство о назначении экспертизы, суд принял меры к проверке заявления и отклонил его. 

Согласно части 1 статьи 161 АПК РФ если лицо, представившее доказательство, в отношении которого заявлено о фальсификации, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу, арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Тем самым по смыслу статьи 161 АПК РФ арбитражный суд с целью проверки заявления о фальсификации вправе произвести любое судебное действие: предложить лицам, участвующим в деле, дать объяснения и пояснения, допросить свидетелей и задать им вопросы, назначить экспертизу, истребовать любого рода доказательства или принять иные меры. Назначение экспертизы не является единственным способом проверки заявления о фальсификации доказательств.

Арбитражным судом были приняты меры к проверке заявления о фальсификации доказательств путем заслушивания пояснений директора ООО «МариМолоко» ФИО5 (покупателя) и директора ЗАО «Парус-Плюс» ФИО4 (поставщика) об обстоятельствах подписания договора поставки, дополнительного соглашения к нему и принадлежности им подписей в договоре и дополнительном соглашении. Указанные лица повторно подтвердили, что сторонами договора поставки исполнялось условие об отсрочке платежа 180 календарных дней, а после заключения дополнительного соглашения – 150 календарных дней. ФИО5 и ФИО4 подтвердили также, что подписи во всех экземплярах договора поставки и дополнительном соглашении принадлежат им. Они указали, что первоначально был подписан договор с отсрочкой платежа в 7 календарных дней, после чего стороны согласовали новый срок оплаты, однако оформили это не дополнительным соглашением, а новым экземпляром договора. Впоследствии было подписано дополнительное соглашение от 15.10.2015. Договор действовал и исполнялся сторонами на таких условиях длительное время (протокол и аудиозапись судебного заседания от 29.10-06.11.2018, т.2, л.д. 115-116).

На основании их объяснений по правилам статьи 71 АПК РФ арбитражный суд признает достоверным доказательством экземпляр договора, представленный ответчиком. По этой причине необходимо исходить из условия пункта 4.2 договора, предоставляющего покупателю отсрочку платежа в 180 календарных дней и после заключения дополнительного соглашения – 150 календарных дней.

ЗАО «Продцентр» указывало также, что поставщик, ЗАО «Парус-Плюс», обращался в арбитражный суд с исковым заявлением к ООО «МариМолоко» о взыскании долга в сумме 28 971 492 руб. и неустойки в сумме 120 420 315 руб. 50 коп. (дело № А38-8746/2017), определением от 01.08.2017 исковое заявление было возвращено. По мнению истца, такая сумма неустойки не может быть исчислена при сроке оплаты товара в 180 и 150 календарных дней. Подачей такого иска поставщик подтвердил действие между сторонами договора с отсрочкой оплаты 7 календарных дней.

Руководитель ЗАО «Парус-Плюс» пояснил, что инициатором подачи искового заявления по делу № А38-8746/2017 выступил не он, а исполнительный директор ЗАО «Парус-Плюс», имевший доверенность. После возвращения искового заявления определением Арбитражного суда Республики Марий Эл от 01.08.2017 общество повторно в суд не обращалось, поскольку руководители поставщика и покупателя прояснили ситуацию, уплаченная по иску государственная пошлина возвращена налоговым органом по заявлению руководителя ЗАО «Парус-Плюс» от 07.09.2017 (т.3, л.д. 6-8, аудиозаписи заседаний).

Третье лицо, являвшееся поставщиком по договору, неоднократно отмечало, что претензий по исполнению ООО «МариМолоко» обязательства по оплате товара не имелось. 

Таким образом, исходя из последующего поведения сторон договора изменений срока платежа также не усматривается.

Согласно пункту 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. 

Условием договора № 132 от 23.09.2015 (пункт 6.1) определена ответственность за нарушение срока оплаты товара, в соответствии с которым ответчик обязан уплатить неустойку в размере 1 % от неуплаченной суммы долга за каждый день просрочки.

Истец требует взыскать договорную неустойку по правилам статьи 330 ГК РФ в сумме 14 484 306 руб. 61 коп. за период с 30.07.2017 по 25.01.2018 (т.1, л.д. 10-15)

Расчет неустойки проверен арбитражным судом. Оплата товара произведена с соблюдением договорного срока, просрочка исполнения денежного обязательства по оплате товара отсутствует, тем самым гражданско-правовая ответственность в форме договорной неустойки применению не подлежит.

В силу изложенного арбитражным судом принимается решение об отказе в иске.

На основании статьи 110 АПК РФ в связи с отказом в удовлетворении иска расходы истца по уплате государственной пошлины в сумме 95 422 руб. компенсации не подлежат.

Резолютивная часть решения оглашена в судебном заседании 21 февраля 2019 года. Судебный акт в полном объеме изготовлен 28 февраля 2019 года, что согласно части 2 статьи 176 АПК РФ считается датой принятия решения.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Отказать в удовлетворении иска закрытого акционерного общества «Продцентр» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «МариМолоко» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании неустойки в сумме 14 484 306 руб. 61 коп.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Марий Эл.

Судья                                                                                                    Е.Г. Фурзикова