﻿/

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А78-8075/2017

22 июля 2019 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 июля 2019 года. 

Полный текст постановления изготовлен 22 июля 2019 года.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе: 

председательствующего Загвоздина В.Д.,

судей: Ананьиной Г.В., Новогородского И.Б., 

при участии в судебном заседании представителя Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 7 по Забайкальскому краю – Баранова Е.А. (доверенность от 11.01.2019), 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу Межрайоной инспекции Федеральной налоговой службы № 7 по Забайкальскому краю на постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 08 февраля 2019 года по делу № А78-8075/2017 Арбитражного суда Забайкальского края (суд апелляционной инстанции: Ломако Н.В., Желтоухов Е.В., Каминский В.Л.),

установил:

акционерное общество «Рудник Александровский» (ОГРН 1087527000461, ИНН 7512004995,  далее – АО «Рудник Александровский», общество, налогоплательщик) обратилось в арбитражный суд с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 7 по Забайкальскому краю (далее – инспекция, налоговый орган) о признании недействительным решения от 09.12.2016 № 2.6/1-45/11 (с учетом решения по апелляционной жалобе от 29.05.2017 № 2.14-09/99-ЮЛ/08310) в части доначисления налога на добычу полезных ископаемых (далее – НДПИ) за сентябрь, ноябрь и декабрь 2013 года, март и июль 2014 года в общей сумме 1 203 608 рублей, начисления за неуплату указанной суммы налога пени в сумме 348 006 рублей 25 копеек и привлечения  к ответственности, предусмотренной статьей 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) в виде штрафа в размере 30 090 рублей 20 копеек. 

Решением Арбитражного суда Забайкальского края от 06 сентября 2018 года в удовлетворении заявленных требований отказано.

Принимая указанное решение, суд первой инстанции пришел к выводу, что материалами выездной налоговой проверки доказано занижение обществом количества добытого полезного ископаемого за сентябрь, ноябрь 2013 года, март, июль 2014 года на сверхнормативные потери, а также занижение базы по НДПИ за декабрь 2013 года в связи с неверным определением доли содержания химически чистого золота в единице добытого полезного ископаемого.

Постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 08 февраля 2019 года решение суда первой инстанции отменено, требования налогоплательщика удовлетворены в полном объеме. 

Апелляционный суд посчитал, что материалы дела не подтверждают наличие у               АО «Рудник Александровский» сверхнормативных потерь при добыче полезных ископаемых, а доля содержания химически чистого золота в единице добытого полезного ископаемого определена налогоплательщиком правильно. 

Инспекция, не согласившись с постановлением от 08 февраля 2019 года, ставит вопрос о проверке его законности и обоснованности в связи с неправильным применением судом норм материального и процессуального права, несоответствием выводов апелляционного суда представленным в дело доказательствам, просит обжалуемый судебный акт отменить и оставить в силе решение суда первой инстанции.

По эпизоду доначисления НДПИ за сентябрь, ноябрь 2013 года, март, июль                2014 года заявитель кассационной жалобы указывает, что примененный инспекцией расчет доли содержания химически чистого золота (далее – ХЧЗ) основан на показателях отчетности самого налогоплательщика и спорным не являлся, поэтому суд апелляционной инстанции не вправе был подвергать сомнению правильность данного расчета. Общество не определяет долю в пропорции от количества реализованного золота, указанная доля основывается на данных аффинажного завода.

Вывод суда апелляционной инстанции относительно возможности использования налогоплательщиком прямого метода учета потерь противоречит пункту 3 статьи 339 Кодекса, единственный метод их расчета – умножение количества добытого полезного ископаемого на долю содержания ХЧЗ в единице добытого полезного ископаемого.

Позиция апелляционного суда о включении в расчет инспекции доли металла предыдущего периода основан на предположении, а расчет фактических потерь в решении налогового органа согласуется с правовой позицией, изложенной Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 12.11.2013 № 8090/13.

Под измерением потерь в пункте 3 статьи 339 Кодекса имеется в виду расчет потерь. Соответственно, периодом измерения потерь следует признать тот период, в котором  у недропользователя появляется объект налогообложения. 

Судом апелляционной инстанции не учтено, что само общество не вело раздельный учет фактических потерь с его распределением на готовую продукцию и незавершенное производство. При этом к незавершенному производству относится металл, находящийся на всех стадиях обогащения, а на ее третьей стадии, как указал суд апелляционной инстанции. 

На страницах 14-15 кассационной жалобы инспекция приводит арифметические расчеты потерь в обоснование вывода о том, что правовая позиция общества при рассмотрении дела в суде привела бы к определению сверхнормативных потерь в большем размере, чем это сделал налоговый орган в решении от 09.12.2016 № 2.6/1-45/11.

Как указано в кассационной жалобе, по эпизоду доначисления НДПИ за декабрь 2013 года судом апелляционной инстанции не учтено, что содержание переданных налогоплательщиком аффинажному заводу третичных шлаков в полезном ископаемом значительно меньше состава химически чистого золота в сплаве Доре. Указанные шлаки являются продукцией обрабатывающей промышленности, а не добытым налогоплательщиком полезным ископаемым, что согласуется с содержанием паспорта-расчета № 1149 и имеющимся в деле письмом АО «Новосибирский аффинажный завод». 

Рассматриваемые третичные шлаки накопились за период с октября по декабрь 2013 года, а потому не могут быть отнесены в полном объеме к рассматриваемому периоду. 

АО «Рудник Александровский» представило отзыв на кассационную жалобу, в котором просило постановление от 08 февраля 2019 года оставить без изменения как законное и обоснованное.

Определением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 03 июля                  2019 года на основании статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассматривающий кассационную жалобу председательствующий судья                Сонин А.А. заменен на председательствующего судью Загвоздина В.Д., в связи с чем, в составе суда непредседательствующий судья Загвоздин В.Д. заменен на судью Новогородского И.Б., рассмотрение жалобы произведено с начала.

Представитель налогового органа в судебном заседании 17.07.2019 поддержал доводы кассационной жалобы.

Общество о времени и месте судебного заседания извещено по правилам статей 121-123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, информация о рассмотрении кассационной жалобы в установленном порядке размещена сети «Интернет», однако своих представителей в судебное заседание не направило, заявило ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в свое отсутствие.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив соответствие выводов суда апелляционной инстанции установленным им по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, правильность применения судом норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к следующим выводам. 

Как следует из материалов дела и установлено судами двух инстанций, налоговым органом с соблюдением положений статей 89, 100, 101 Кодекса проведена выездная проверка АО «Рудник Александровский» в отношении правильности исчисления, в том числе, НДПИ за 2013-2014 годы, по результатам которой принято решение от 09.12.2016 № 2.6/1-45/11 о доначислении сумм НДПИ, пеней и штрафов, оспариваемых в настоящем деле.

Основанием для доначисления рассматриваемых сумм явились следующие выводы:

- занижение обществом количества добытого полезного ископаемого за сентябрь, ноябрь 2013 года, март, июль 2014 года на сверхнормативные потери, допущенные в результате неверного определения норматива технологических потерь, к которому налогоплательщик вправе применить налоговую ставку 0%;

- занижение налогооблагаемой базы за декабрь 2013 года в результате неверного определения доли содержания химически чистого золота в единице добытого полезного ископаемого.

Предусмотренный статьей 138 Кодекса досудебный порядок урегулирования пора обществом соблюден.

Не согласившись с решением налогового органа, налогоплательщик обратился в арбитражный суд с указанными выше требованиями.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции пришел к выводу, что расчеты налогового органа верны. 

Подход инспекции по первому эпизоду (при котором норматив потерь должен применяться к объему золота, фактически находившемуся в переработке в определенном налоговом периоде, по которому завершен полный технологический цикл переработки, а именно: к химически чистому золоту в руде, поступившей на переработку в налоговом периоде, суммируется химически чистое золото в руде, находящейся в стадии незавершенного производства на начало налогового периода и вычитается химически чистое золото в руде, находящейся в стадии незавершенного производства на конец налогового периода, а к полученному объему химически чистого металла, находившемуся в переработке на фабрике, и по которому завершен полный технологический цикл в определенном налоговом периоде, применятся установленный проектной документацией норматив потерь) соответствует законодательству о налогах и сборах.

По второму эпизоду суд первой инстанции указал, что количество золота, полученное после аффинажа лигатурного золота (и, соответственно, без участия недропользователя), не может рассматриваться как добытое полезное ископаемое, в понимании статьи 337 Кодекса.

Согласно паспорту-расчету № 1149 от 30.12.2013 на аффинаж по данным заказчика (АО «Рудник Александровский») поступило 15 414 г третичных шлаков с итоговым содержанием ХЧЗ в размере 0.37 %, что не соответствует понятию Сплава Доре, определенного стандартом предприятия № СП-01/13 от 01.01.2013 (содержание ХЧЗ значительно ниже стандарта).

Исходя из ответа АО «Новосибирский аффинажный завод» на запрос налогоплательщика суд первой инстанции пришел к выводу, что объем третичных шлаков, отраженный в паспорте-расчете от 30.12.2013 № 1149, является продуктом переработки аффинажного завода, не соответствует понятию добытого полезного ископаемого в понимании абзаца 1 пункта 1 статьи  337 Кодекса и не может быть признан добытым полезным ископаемым в силу абзаца 2 пункта 1 указанной статьи. 

На основании изложенного, суд согласился с позицией инспекции о том, что налогоплательщик, используя при расчете доли содержания ХЧЗ в единице добытого полезного ископаемого объем ХЧЗ, содержащегося в третичных шлаках, не являющихся добытым полезным ископаемым, фактически неверно определял долю содержания ХЧЗ в единице добытого полезного ископаемого, что привело к занижению базы по НДПИ за декабрь 2013 года.

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции и удовлетворяя требования налогоплательщика в полном объеме, исходил из того, что выводы решения от 06 сентября 2018 года основаны на неполном исследовании имеющихся в деле доказательств, сделаны без учета существенных для дела фактических обстоятельств.

Исходя из проектной документации, данных баланса металлов, актов снятия,   инспекцией при определении объема ХЧЗ, переработанного в каждом налоговом периоде, с целью применения к нему норматива потерь 8%, не учитывались объемы незавершенного производства. При этом фактические потери полезного ископаемого, в числе прочего, содержат потери полезного ископаемого в отношении производства, по которому технологический цикл с получением сплава Доре (полезного ископаемого) не завершен.

Следовательно, налоговым органом произведен неверный расчет количества ХЧЗ, переработанного в рассматриваемых налоговых периодах. Применив к установленному таким образом количеству ХЧЗ процент норматива потерь (8%), налоговый орган достоверно не установил, что фактические потери общества являются сверхнормативными.

Также апелляционный суд указал, что налоговым органом при установлении сверхнормативных технологических потерь применил неверные сравниваемые показатели и  определил их расчетным путем, тогда как фактические потери общество определяет прямым методом путем замера объема и содержания в хвостах.

По второму эпизоду суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что составленный заводом паспорт-расчет № 1149 от 30.12.2013 содержит указание доли химически чистого металла, который был передан обществом на аффинаж в сплаве Доре (добытом налогоплательщиком полезном ископаемом применительно к пункту 1                        статьи 337 Кодекса). В связи с изложенным, апелляционный суд не усмотрел нарушений в определении объема добытого полезного ископаемого.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы не находит оснований для отмены постановления суда апелляционной инстанции в силу следующего.

Правовое регулирование отношений, связанных с взиманием НДПИ, осуществляется на основании норм главы 26 «Налог на добычу полезных ископаемых» Кодекса. В силу пункта 1 статьи 336 Кодекса объектом обложения НДПИ - по общему правилу и при наличии иных юридически значимых оговорок - признаются, в частности, полезные ископаемые, добытые из недр. При этом правовое содержание понятия полезного ископаемого может определяться законодателем неодинаково в зависимости от специфики правового регулирования отношений, связанных с использованием природных ресурсов (в том числе минерального сырья), содержащихся в недрах. В статье 337 Кодекса термин «полезное ископаемое» используется для целей налогообложения в специальном значении - как полезное ископаемое, соответствующее определенному стандарту качества. Из этого следует, что возникновение объекта обложения налогом на добычу полезных ископаемых связывается не с моментом добычи собственно минерального сырья, а с моментом завершения всех технологических операций по извлечению из него полезного ископаемого и доведению его качества до определенного стандарта (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 25 февраля 2013 года             № 189-О).

При расчете налоговой базы по НДПИ количество добытого полезного ископаемого определяется с учетом фактических потерь при добыче, которые в соответствии с пунктом 1 статьи 342 Кодекса облагаются по налоговой ставке 0% в части утвержденных нормативных потерь полезных ископаемых, и по ставке, установленной пункте 2 статьи 342 Кодекса, в части сверхнормативных потерь.

Согласно пунктам 1, 2, 3 статьи 339 Кодекса количество добытого полезного ископаемого определяется налогоплательщиком самостоятельно. В зависимости от добытого полезного ископаемого его количество определяется в единицах массы или объема.

Количество добытого полезного ископаемого определяется прямым (посредством применения измерительных средств и устройств) или косвенным (расчетно, по данным о содержании добытого полезного ископаемого в извлекаемом из недр (отходов, потерь) минеральном сырье) методом, если иное не предусмотрено настоящей статьей. В случае, если определение количества добытых полезных ископаемых прямым методом невозможно, применяется косвенный метод.

Применяемый налогоплательщиком метод определения количества добытого полезного ископаемого подлежит утверждению в учетной политике налогоплательщика для целей налогообложения и применяется налогоплательщиком в течение всей деятельности по добыче полезного ископаемого. Метод определения количества добытого полезного ископаемого, утвержденный налогоплательщиком, подлежит изменению только в случае внесения изменений в технический проект разработки месторождения полезных ископаемых в связи с изменением применяемой технологии добычи полезных ископаемых.

При этом, если налогоплательщик применяет прямой метод определения количества добытого полезного ископаемого, количество добытого полезного ископаемого определяется с учетом фактических потерь полезного ископаемого.

Фактическими потерями полезного ископаемого (за исключением нефти обезвоженной, обессоленной и стабилизированной) признается разница между расчетным количеством полезного ископаемого, на которое уменьшаются запасы полезного ископаемого, и количеством фактически добытого полезного ископаемого, определяемым по завершении полного технологического цикла по добыче полезного ископаемого. Фактические потери полезного ископаемого учитываются при определении количества добытого полезного ископаемого в том налоговом периоде, в котором проводилось их измерение, в размере, определенном по итогам произведенных измерений.

Как установлено судом апелляционной инстанции и следует из материалов дела, АО «Александровский рудник» в рассматриваемом периоде осуществляло добычу и переработку руд на основании проектной документации «Горно-обогатительный комплекс «Александровский». 

В соответствии с проектной документацией конечной продукцией переработки являются - золотосодержащие слитки (сплав Доре) с содержанием не менее 80% суммы благородных металлов (Au + Ag), отвечающие требованиям (ТУ 117-2-7-75), хвосты флотации, хвосты сорбционного цианирования и угольная мелочь.

Согласно учетной политике общества для целей налогообложения на 2013 и                 2014 год налогоплательщик применяет прямой метод определения количества добытого полезного ископаемого с учетом особенностей, предусмотренных пунктом 4 статьи 339 Кодекса.

Налогоплательщику в установленном порядке согласованы и утверждены нормативы потерь по золоту в размере 8%, по серебру – 87,10% .

На основании изложенного суд апелляционной инстанции правомерно исходил из того, что фактические потери (нормативные и сверхнормативные) подлежат определению по итогам каждого налогового периода в отношении того количества полезного ископаемого, которое признается объектом налогообложения в соответствующем периоде. 

Проверив расчеты потерь, приведенные налоговым органом в решении от 09.12.2016 № 2.6/1-45/11, а также при рассмотрении дела (в том числе и вновь указанные на страницах 14-15 кассационной жалобы), сопоставив их с технологией добычи полезного ископаемого (проектной документацией) и осуществлявшимся налогоплательщиком учетом прямых потерь суд апелляционной инстанции установил, что налоговый орган при проведении проверки и доначислении оспариваемых сумм определил объем ХЧЗ, переработанного в спорных налоговых периодах, с целью применения к нему норматива потерь 8%, без выявления фактических потерь, приходящихся на добытые в спорных периодах полезные ископаемые (то есть объект налогообложения) и незавершенное в этих периодах производство. 

Указанное  обстоятельство, вопреки доводам кассационной жалобы, основано не на предположении апелляционного суда, а имеющихся в деле доказательствах, и свидетельствует о не установлении инспекцией по результатам выездной проверки реальных налоговых обязательств налогоплательщика при доначислении соответствующих сумм НДПИ, пени и штрафа. Данное нарушение в настоящем споре носит неустранимый характер, поскольку требует восполнения недостатков решения инспекции путем установления новых обстоятельств.

Позиция заявителя кассационной инстанции о том, что к незавершенному производству относится металл, находящийся на всех стадиях обогащения, в настоящем деле не подтверждает правильность расчета спорных сумм НДПИ.

Позиция инспекции о том, что расчет доли содержания ХЧЗ спорным не являлся и основан на показателях налоговой отчетности общества, в связи с чем, не мог быть пересмотрен при апелляционном рассмотрении дела, не опровергает вывод суда апелляционной инстанции относительно необоснованного доначисления НДПИ без надлежащего определения потерь, относящихся к объектам налогообложения за сентябрь, ноябрь 2013 года, март, июль 2014 года и незавершенному производству указанных периодов. 

Ссылка заявителя кассационной жалобы на то обстоятельство, что общество не вело раздельный учет фактических потерь с его распределением на готовую продукцию и незавершенное производство, не может быть принята судом кассационной инстанции, поскольку основанием для доначисления спорных сумм по решению инспекции являются иные обстоятельства (страницы 34-39, 42-47, 75-81 решения от 09.12.2016                          № 2.6/1-45/11 – том 2 дела).  

Вопреки доводам кассационной жалобы, из материалов настоящего дела не усматривается, что постановление от 08 февраля 2019 года не согласуется с правовыми подходами, изложенными Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 12.11.2013 № 8090/13. 

В частности, заявитель кассационной жалобы настаивает на возможности учета потерь только исходя из расчетного метода, в то время как в указанном постановлении Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации исходил из того, что налогоплательщик применяет прямой метод определения количества добытого полезного ископаемого и учитывает фактические потери после каждой плавки, ежемесячно определяет фактические потери и составляет соответствующую справку о добыче полезного ископаемого и потерях при добыче, в связи с чем должен владеть данными о количестве добытого полезного ископаемого и фактических потерях по состоянию на каждый налоговый период.

Ссылаясь на постановление от 12.11.2013 № 8090/13, инспекция не учитывает, что в деле № А78-3471/2012, принимая судебный акт, надзорная инстанция исходила из такого значимого обстоятельства, как отсутствие у соответствующего лица утвержденных нормативов потерь, в то время как настоящем деле нормативы потерь утверждены.

Выводы постановления от 08 февраля 2019 года по эпизоду доначисления НДПИ за декабрь 2013 года также правомерны. 

Согласно пункту 1 статьи 338 Кодекса, налоговая база по налогу на добычу полезных ископаемых определяется налогоплательщиком самостоятельно в отношении каждого добытого полезного ископаемого (в том числе полезных компонентов, извлекаемых из недр попутно при добыче основного полезного ископаемого) как стоимость добытых полезных ископаемых.

В силу пункта 1 статьи 340 Кодекса оценка стоимости добытых полезных ископаемых определяется налогоплательщиком самостоятельно одним из следующих способов:

исходя из сложившихся у налогоплательщика за соответствующий налоговый период цен реализации без учета государственных субвенций;

исходя из сложившихся у налогоплательщика за соответствующий налоговый период цен реализации добытого полезного ископаемого;

исходя из расчетной стоимости добытых полезных ископаемых.

Пунктом 2 статьи 340 Кодекса определено, что стоимость добытого полезного ископаемого определяется как произведение количества добытого полезного ископаемого, определяемого в соответствии со статьей 339 Кодекса, и стоимости единицы добытого полезного ископаемого, определяемой в соответствии с настоящим пунктом.

Абзацами 6, 7 пункта 3 статьи 340 Кодекса предусмотрено, что стоимость добытого полезного ископаемого определяется как произведение количества добытого полезного ископаемого, определяемого в соответствии со статьей 339 Кодекса, и стоимости единицы добытого полезного ископаемого, определяемой в соответствии с настоящим пунктом. Стоимость единицы добытого полезного ископаемого рассчитывается как отношение выручки от реализации добытого полезного ископаемого, определяемой в соответствии с настоящим пунктом, к количеству реализованного добытого полезного ископаемого.

В соответствии с пунктом 5 статьи 340 Кодекса оценка стоимости добытых драгоценных металлов, извлеченных из коренных (рудных), россыпных и техногенных месторождений, производится исходя из сложившихся у налогоплательщика в соответствующем налоговом периоде (а при их отсутствии - в ближайшем из предыдущих налоговых периодов) цен реализации химически чистого металла без учета налога на добавленную стоимость, уменьшенных на расходы налогоплательщика по его аффинажу и доставке (перевозке) до получателя. При этом стоимость единицы указанного добытого полезного ископаемого определяется как произведение доли (в натуральных измерителях) содержания химически чистого металла в единице добытого полезного ископаемого и стоимости единицы химически чистого металла.

Исходя из указанных норм, величина налоговой базы по НДПИ прямо пропорциональна доле содержания драгоценного металла.

Согласно пункту 3 статьи 339 Кодекса, если налогоплательщик применяет прямой метод определения количества добытого полезного ископаемого, количество добытого полезного ископаемого определяется с учетом фактических потерь полезного ископаемого. Как уже указывалось, нормативные потери полезных ископаемых облагаются НДПИ по ставке 0%, сверхнормативные – по общеустановленной ставке.

Согласно оспариваемому решению инспекции, доначисление НДПИ за декабрь 2013 года связано с определением доли содержания ХЧЗ в единице добытого полезного ископаемого с учетом третичных шлаков из паспорта-расчета № 1149 от 30.12.2013. Налоговый орган пришел к выводу, что показатели данного паспорта-расчета не должны учитываться при расчете НДПИ, поскольку содержащееся в третичных шлаках полезное ископаемое является продуктом переработки аффинажного завода.

Вместе с тем, судом апелляционной инстанции на основании исследования паспортов-расчетов № 1128 от 10.12.2013, № 1136 от 23.12.2013, № 1147 от 30.12.2013,                № 1149 от 30.12.2013, журнала учета ЗСП в ЗПК за 2013 год, письма  АО «Новосибирский аффинажный завод» установлено, что третичные шлаки в размере 15 414 г, указанные в паспорте-расчете № 1149 от 30.12.2013, на аффинажный завод не направлялись, данный расчет по третичным шлакам, составленный заводом, содержит указание доли химически чистого металла, который был передан обществом на аффинаж в сплаве Доре (добываемом обществом полезном ископаемом). 

В связи с изложенным суд апелляционной инстанции обоснованно не усмотрел нарушений в определении объема добытого полезного ископаемого с учетом содержащейся в третичных шлаках доли содержания химически чистого золота.

Довод кассационной жалобы о том, что третичные шлаки, указанные в паспорте-расчете № 1149 от 30.12.2013, накопились за несколько налоговых периодов (с октября по декабрь 2013 года), не может быть принят судом округа, как не являющийся основанием для доначисления соответствующих сумм в решении инспекции (т.2 л.д.37-39).

Исследование и оценка доказательств осуществлены судом апелляционной инстанции по правилам главы 7 и статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выводы суда сделаны при правильном применении норм права, соответствуют содержанию имеющихся в деле доказательств и установленным по делу обстоятельствам.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, основаны на неверном толковании и применении норм права самим заявителем, а также направлены на переоценку доказательств и установление иных фактических обстоятельств по делу, что не входит в компетенцию суда кассационной инстанции, в силу его полномочий, установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены принятых по делу судебных актов, при рассмотрении дела не допущено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к выводу о том, что обжалуемый судебный акт на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат оставлению без изменения. 

Руководствуясь статьями 274, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 08 февраля               2019 года по делу № А78-8075/2017 Арбитражного суда Забайкальского края оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий 

Судьи

В.Д. Загвоздин 

Г.В. Ананьина 

И.Б. Новогородский