СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Томск                                                                         Дело № А27-15710/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 28 февраля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 марта 2024 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  

 

ФИО1

судей

 

ФИО2

ФИО3

 

 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мозгалиной  И.Н. с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Правовая помощь должникам Новая жизнь» (№ 07АП-4538/21(28)) на определение от 25.12.2023 Арбитражного суда Кемеровской области  по делу № А27-15710/2020 (судья Куль А.С.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «СпецСвязьОборудование» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 

<

...>), по заявлению кредитора общества с ограниченной ответственностью «Торгово-строительная компания «Новая Сибирь» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), общества с ограниченной ответственностью «Правовая помощь должникам Новая жизнь» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>), конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8

В судебном заседании приняли участие: 

от Казачка И.В.: ФИО9, доверенность от 09.02.2022,

от ФИО4: ФИО10, доверенность от 13.01.2022,

от иных лиц: не явились (извещены)

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Кемеровской области от 08 апреля 2021 года (резолютивная часть объявлена 07 апреля 2021 года) должник – общество с ограниченной ответственностью «СпецСвязьОборудование» (далее – ООО «ССО», должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. 

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 68 от 17.04.2021. 

Определением от 17.10.2022 (резолютивная часть от 10.10.2022) конкурсным управляющим должника утверждена ФИО11. 

В арбитражный суд 15.08.2022 поступило заявление кредитора ООО «Торгово-строительная компания «Новая Сибирь» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц ФИО4, ФИО5, ФИО6.

Определением от 16.01.2023 заявление конкурсного управляющего о присоединении к требованиям о привлечении контролирующих лиц к ответственности удовлетворено.

09.02.2023 от конкурсного управляющего ФИО11 поступило ходатайство о привлечении в качестве соответчиков по настоящему обособленному спору ФИО8, ФИО7. 

14.02.2023 от ООО «ТСК «Новая Сибирь» поступили письменные уточнения к заявлению, заявитель просит привлечь ФИО4, ФИО8, ФИО6, ФИО5 к субсидиарной ответственности. 

Определением от 15.02.2023 в качестве соответчиков по настоящему обособленному спору привлечены: ФИО8, ФИО7.

Определением от 26 июля 2023 года заявление кредитора ООО «Правовая помощь должникам-Новая жизнь» о присоединении к требованиям о привлечении контролирующих лиц к ответственности удовлетворено.

В заседании 20 сентября 2023 года судом принято к рассмотрению заявления ООО «Правовая помощь должникам Новая жизнь» и ООО «Торгово-строительная компания «Новая Сибирь» об уточнении фактических обстоятельств привлечения ответчиков к ответственности за непередачу документов, имущества должника, за совершение вредоносных сделок должником, за непроведение собрания участников должника по вопросу обращения с заявлением о признании ООО «Спецсвязьоборудование», неподача ответчиками о признании ООО «Спецсвязьоборудование» банкротом. В части взыскания убытков с ответчиков в солидарном порядке по эпизоду включения в реестр требований ФНС по штрафам заявление не принято к рассмотрению.

В судебном заседании принято к рассмотрению ходатайство заявителей по привлечению ФИО5, ФИО6 ФИО4 к ответственности в форме убытков по эпизоду включения в реестр требований ФНС по штрафам, исполнительскому сбору.

Определением от 25.12.2023 Арбитражный суд Кемеровской области заявления о привлечении к ответственности ФИО8, ФИО4 по эпизоду совершения сделок должником удовлетворил частично. Привлек ФИО4 к ответственности форме убытков по эпизоду совершения сделок в пользу ООО «Бизнес Инкубатор в Москва-Сити» по перечислению денежных средств в период с 16.01.2019 по 16.10.2019, сделки по переводу долга в размере 1 252 258,07 руб. от 27.12.2019, заключенной между ООО «Спецсвязьоборудование», ООО ТК «Аэросани» и ООО «Завод транспортных технологий», сделки купли-продажи транспортного средства от 27.12.2019, заключенной между ООО «Спецсвязьоборудование» и ООО ТК «Аэросани», сделки зачета взаимных требований на сумму 1 252 258,07 руб. от 27.12.2019, заключенной между ООО ТК «Аэросани» и ООО «Спецсвязьоборудование». Взыскал в конкурсную массу ООО «СпецСвязьОборудование» с ФИО4 8 509 838,52 руб. убытков. Привлек ФИО8 к ответственности в форме убытков по эпизоду совершения сделок в пользу ООО «Бизнес Инкубатор в Москва-Сити» по перечислению денежных средств в период с 30.01.2020 по 17.02.2020. Взыскал в конкурсную массу ООО «СпецСвязьОборудование» с ФИО8 743 866,55 руб. убытков. Прекратил производство по делу в части привлечения ФИО4 к ответственности за совершения сделки – договора аренды ТС от 15.04.2019 и ее исполнения должником. Отказал в удовлетворении требований о привлечении ФИО4 к ответственности по эпизоду совершения сделок по перечислению денежных средств ООО «СпецСвязьОборудование» в пользу ООО УК «Новокузнецкий индустриальный парк» в размере 5 578 012,12 руб., акта зачета взаимных требований от 01.05.2020 в размере 6 725 000 руб. Отказал в удовлетворении требований о привлечении ФИО8 по эпизоду совершения сделок по перечислению денежных средств ООО «СпецСвязьОборудование» в пользу ООО УК «Новокузнецкий индустриальный парк» в размере 5 578 012,12 руб., акта зачета взаимных требований от 01.05.2020 в размере 6 725 000 руб., сделки договора аренды ТС от 15.04.2019 и ее исполнения должником, сделки по переводу долга в размере 1 252 258,07 руб. от 27.12.2019, заключенной между ООО «Спецсвязьоборудование», ООО ТК «Аэросани» и ООО «Завод транспортных технологий», сделки купли-продажи транспортного средства от 27.12.2019, заключенной между ООО «Спецсвязьоборудование» и ООО ТК «Аэросани», сделки зачета взаимных требований на сумму 1 252 258,07 рублей, заключенной между ООО ТК «Аэросани» и ООО «Спецсвязьоборудование» от 27.12.2019. Отказал в удовлетворении заявления о привлечении к ответственности ФИО5, Казачка И.В. по эпизоду совершения должником указанных сделок. Признал доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица ФИО8 по обязательствам ООО «СпецСвязьОборудование» по части 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в пределах сумму 35 356 714,66 руб. Приостановил рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8 до окончания расчетов с кредиторами. Отказал в удовлетворении заявления о привлечении к ответственности ФИО6, Казачка И.В., ФИО4 к ответственности по части 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. Отказал в удовлетворении заявления о привлечении к ответственности ФИО6, Казачка И.В., ФИО4, ФИО8, ФИО5 по статье 61.12 Закона о банкротстве. Выделил в отдельное производство рассмотрений требований к ФИО6, ФИО4, ФИО8 по эпизоду взыскания убытков в солидарном порядке по включенным в реестр кредиторов требований ФНС по штрафам, исполнительскому сбору. 

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Правовая помощь должникам Новая жизнь» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить в части отказа в привлечении к ответственности ФИО6, Казачка И.В., ФИО4 к ответственности по части 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве  и ФИО6, Казачка И.В., ФИО4, ФИО8, ФИО5 по статье 61.12 Закона о банкротстве и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, неполное выяснение обстоятельств имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.

Указав, что доказательств того, что ФИО4, ФИО8 и ФИО5 исполнена обязанность по передаче документов и имущества должника последующему руководителю и конкурсному управляющему, в материалы дела не представлено. Непередача документов привела к невозможности формирования конкурсной массы. Просроченная задолженность  в размере более 92 млн руб. у должника возникла не позднее 03.04.2019, следовательно КДЛ должны были обратиться с заявлением не позднее 03.05.2019, вместо этого они совершали действия, направленные на сокрытие финансового положения должника. 

ФИО7, ФИО6, ФИО4, в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представили отзывы на апелляционную жалобу, в которых просят определение суда оставить без изменений, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

В судебном заседании представители Казачка И.В., ФИО4 с доводами апелляционной жалобы не согласились, по основаниям, изложенным в отзывах.

При рассмотрении жалобы суд апелляционной инстанции руководствуется пунктом 27 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», согласно которому, если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Возражений против проверки судебного акта в обжалуемой части к началу рассмотрения апелляционной жалобы не поступило.

Поэтому в порядке, предусмотренном частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом вышеуказанных разъяснений обжалуемое определение проверено в части отказа в привлечении к ответственности ФИО6, Казачка И.В., ФИО4 к ответственности по части 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве  и ФИО6, Казачка И.В., ФИО4, ФИО8, ФИО5 по статье 61.12 Закона о банкротстве.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

Арбитражный апелляционный суд считает возможным на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, проверив в соответствии со статьёй 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность определения Арбитражного суда Кемеровской области в обжалуемой части, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены. 

Как следует из материалов дела, по данным ЕГРЮЛ, представленным ФНС, руководителями должника являлись (материалы электронного дела от 16.03.2021): 

- ФИО4 с 08.07.2018 по 05.02.2020; 

- ФИО8 с 05.02.2020 по 01.10.2020; 

- ФИО6 с 01.10.2020 до введения конкурсного производства. 

При этом, полномочия ФИО4 прекращены с 10.01.2020, а у ФИО8 возникли с 10.01.2020 на основании протокола общего собрания участников от 09.01.2020 (материалы электронного дела от 14.09.2022, дата регистрации 15.09.2022). 

Участниками должника являлись: 

- ООО Транспортная компания «Нерпа транс», с 30.11.2018 по 26.03.2019, размер доли 100%; 

- ООО Транспортная компания «Нерпа транс», с 26.03.2019 по 24.04.2019, размер доли 50%; 

- ФИО5, с 26.03.2019 по настоящее время, размер доли 50%; 

- ООО Транспортная компания «Нерпа транс» (после переименования ООО «Трансиндустрия») с 24.04.2019 по настоящее время, размер доли 50%. 

ФИО7 с 20.12.2017 являлся руководителем ООО «Трансиндустрия» и его единственным участником с 15.06.2018, а в последующем председателем ликвидационной комиссии общества (определение от 23.06.2023 по делу А27-15710-50/2020, сведения из ЕГРЮЛ). 

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ ООО «Трансиндустрия», ИНН 

<

***>, исключено из реестра 08.02.2022 на основании принятого регистрирующим органом решения о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности). 

Полагая, что имеются основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, кредиторы и конкурсный управляющий обратились в суд с настоящими требованиями.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования частично, исходил из недоказанности требований в части привлечения ФИО4 к ответственности за совершение сделки – договора аренды ТС от 15.04.2019 и ее исполнения должником; о привлечении ФИО4 к ответственности по эпизоду совершения сделок по перечислению денежных средств ООО «СпецСвязьОборудование» в пользу ООО УК «Новокузнецкий индустриальный парк» в размере 5 578 012,12 руб., акта зачета взаимных требований от 01.05.2020 в размере 6 725 000 руб.; о привлечении ФИО8 по эпизоду совершения сделок по перечислению денежных средств ООО «СпецСвязьОборудование» в пользу ООО УК «Новокузнецкий индустриальный парк» в размере 5 578 012,12 руб., акта зачета взаимных требований от 01.05.2020 в размере 6 725 000 руб., сделки договора аренды ТС от 15.04.2019 и ее исполнения должником, сделки по переводу долга в размере 1 252 258,07 руб. от 27.12.2019, заключенной между ООО «Спецсвязьоборудование», ООО ТК «Аэросани» и ООО «Завод транспортных технологий», сделки купли-продажи транспортного средства от 27.12.2019, заключенной между ООО «Спецсвязьоборудование» и ООО ТК «Аэросани», сделки зачета взаимных требований на сумму 1 252 258,07 рублей, заключенной между ООО ТК «Аэросани» и ООО «Спецсвязьоборудование» от 27.12.2019; о привлечении к ответственности ФИО5, Казачка И.В. по эпизоду совершения должником указанных сделок; о привлечении к ответственности ФИО6, Казачка И.В., ФИО4 к ответственности по части 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве; о привлечении к ответственности ФИО6, Казачка И.В., ФИО4, ФИО8, ФИО5 по статье 61.12 Закона о банкротстве. 

Выводы суда первой инстанции в обжалуемой части, соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии со статьёй 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

Статья 61.10 Закона о банкротстве содержит признаки для определения статуса контролирующего лица, под которым понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. 

Возможность определять действия должника может достигаться: 1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; 2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; 3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); 4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом. 

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Осуществление функций исполнительного органа должника со стороны ФИО4, ФИО8, ФИО6 является достаточным для их отнесения к контролирующим лицам исходя из закрепленной презумпции. 

ФИО5 является контролирующим лицом должника с учетом принадлежащей ей доли в уставном капитале ООО «СпецсвяьОборудование» в размере 50%. 

ФИО7 являлся контролирующим лицом ООО «Спецсвязьоборудование» (с 20.12.2017 был участником на 70% долей, с 17.08.2018 на 100% долей и до ликвидации являлся единственным участником ООО Транспортная компания «Нерпа транс» (ООО «Трансиндустрия»), которая в свою очередь с 30.11.2018 является учредителем и участником должника)), что установлено в определении суда от 09 июля 2022 года по делу о банкротстве ООО «Завод транспортных технологий» № А27-3669-8/2021.

В обоснование заявленного требования заявители ссылаются на то, что бывшими руководителями должника ФИО4, ФИО8, ФИО6 не переданы документы бухгалтерского учета и (или) отчетности арбитражному управляющему должника, ТМЦ, а также совершены иные противоправные действия. 

Согласно части 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующего обстоятельства: - документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. 

В пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» даны следующие разъяснения. 

На основании пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему. 

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. 

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: - невозможность определения основных активов должника и их идентификации; -невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; - невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в том числе отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности и прочих обязательных документов должника-банкрота, это, по сути, лишь презумпция, облегчающая процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. 

Как разъяснено в определении Верховного Суда РФ от 30 сентября 2019 года № 305-ЭС19-10079) смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. 

Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 в нынешней редакции Закона о банкротстве, абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ). 

Отдельно в определении Верховного Суда РФ обращено внимание, что отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

 Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов. 

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 субсидиарная ответственность наступает и в случае ненадлежащего хранения бухгалтерской документации должника без установления факта ее непередачи конкурсному управляющему. 

Из материалов дела следует, что по данным бухгалтерского баланса за 2019 год активы ООО «СпецСвязьОборудование» составили 533 439 тыс. руб., из которых: 7 855 тыс. руб. основные средства; 340 869 тыс. руб. запасы; 1 772 тыс. руб. налог на добавленную стоимость по приобретенным ценностям; 151 200 тыс. руб. дебиторская задолженность; 27 935 тыс. руб. финансовые вложения (за исключением денежных эквивалентов); 3 712 тыс. руб. денежные средства и денежные эквиваленты; 95 тыс. руб. прочие оборотные активы. 

Как указывает, конкурсный управляющий по результатам инвентаризации имущества ООО «СпецСвязьОборудование» предыдущим управляющим ФИО12 в конкурсную массу включено имущество на сумму 118 190 584,41 руб., в том числе: 116 797 333,90 руб. дебиторская задолженность; 1393250,20 руб. основные средства. При увольнении ФИО8 не произвел передачу документов и материальных ценностей ООО «СпецСвязьОборудование» на размер активов 533 439 тыс. руб. 

В то же время, последняя бухгалтерская отчетность до введения процедуры конкурсного производства в отношении должника сдана за 2020 год. 

По данным бухгалтерского баланса за 2020 год активы ООО «СпецСвязьОборудование» составили 478 710 тыс. руб., представлены следующим образом: 1 869 тыс. руб. основные средства; 261 288 тыс. руб. запасы; 35 171 тыс. руб. нематериальные, финансовые и другие внеоборотные активы; 179 257 тыс. руб. дебиторская задолженность; 1 125 тыс. руб. денежные средства и денежные эквиваленты. С учетом изложенного, руководитель должника был обязан передать активы и документы в отношении имущества должника исходя из данных за 2020 год. 

В письменных объяснениях ранее действовавший конкурсный управляющий ФИО12 указал, что в ходе конкурсного производства была проведена инвентаризация активов должника, за счет которых возможно формирование конкурсной массы (имущества должника), а именно: - инвентаризация имущества по счету 01 «основные средства», результаты инвентаризации данного имущества были размещены в ЕФРСБ 22.06.21; - инвентаризация дебиторской задолженности по счетам 58, 60, 62, результаты инвентаризации данного имущества были размещены в ЕФРСБ 06.07.21. 

Инвентаризация данного имущества проводилась по данным документов бухгалтерской отчетности; в результате инвентаризации установлено фактическое наличие инвентаризированных активов, недостача основных средств не обнаружена, по дебиторской задолженности основная часть первичных документов для ее взыскания в судебном порядке была выявлена в момент проведения инвентаризации, по части дебиторской задолженности первичные документы были получены в декабре 2021 г., в результате их передачи УМВД по Советскому р-ну г. Томска, однако и по такой задолженности претензионно-исковая работа проводилась с даты открытия конкурсного производства, на основании загруженных в систему скан-копий первичных документов. 

По части дебиторской задолженности в ходе претензионно-исковой работы было установлено ее фактическое отсутствие по факту получения «закрывающих» документов от контрагентов (соответствующая информация отражалась в отчете конкурсного управляющего). 

Основные средства были реализованы с торгов. 

Кроме того, в балансе должника ССО за 2020 год числились иные активы на общую сумму 226 744 000 рублей, из которых: 622 000 руб. по счету 08.04, 17 914 000 руб. по счету 08.08, 208 208 000 руб. по счету 20. Данные активы исходя из просмотренного конкурсным управляющим содержания базы бухгалтерского учета должника 1С:ЕRР представляли собой затраты по основной деятельности, не списанные на себестоимость и финансовый результат.

 Инвентаризация активов должника в виде затрат в ходе процедуры конкурсного производства не предусмотрена, поскольку в силу пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан принять в ведение имущество должника и провести инвентаризацию такого имущества, а затраты к имуществу не относятся. 

Конкурсным управляющим не производилось списание указанных затрат при формировании бухгалтерского баланса за 2021 код, поскольку данные затраты не относились к периоду конкурсного производства и числились в отчетности за 2020 год достоверность которой на дату формирования отчетности за 2021 год не была подтверждена аудитором, в связи с чем предполагалось осуществить их списание после получения аудиторского заключения. 

  Числившиеся на балансе должника за 2020 года активы на сумму 24 712 тыс. руб. (по счету 09) и на сумму 2300 тыс. руб. (по счету 199) представляли собой отложенные налоговые активы и непредъявленный к возмещению «входящий» НДС.

Учредительные документы должника, печать и часть первичных документов, а также числившееся на балансе имущество (материальные активы в составе основных средств) ФИО6 конкурсному управляющему переданы в мае-июне 2021. 

Как следует из определения от 02.02.2023, которым был разрешен спор об обязании передать документы в деле о несостоятельности (банкротстве) должника (определение), в ходе конкурсного производства, большинство оригиналов первичных документов, имеющих значение для формирования конкурсной массы, были изъяты ОМВД России по Советскому р-ну г. Томска, что подтверждается протоколом от 10.03.2021. В адрес данного органа 26.07.2021 было направлено требование о передаче данных документов.

 Как следует из протокола изъятия документов, опись изымаемых документов не составлялась, поименованы лишь названия папок. 

Заинтересованное лицо ФИО6 указывает, что изъяты были все первичные бухгалтерские документы должника. ФИО13 от взаимодействия с конкурсным управляющим не уклонялся, база 1C передана, документы для формирования конкурсной массы (взыскания дебиторской задолженности и реализации имущества) частично переданы.

 Согласно уточненному заявлению, конкурсным управляющим проведен анализ имеющейся документации должника, в том числе возвращенной ОМВД России по Советскому р-ну г. Томска, вся документация должника, образовавшаяся за период осуществления обязанностей руководителя должника ФИО6, а также вся документация (в том числе первичная бухгалтерская) по деятельности Томского филиала должника за все время его существования имеется. 

Вместе с тем отсутствуют документы, оформленные в период осуществления обязанностей руководителя должника ФИО4 и ФИО8, связанные с отнесением на недостачу ТМЦ по счетам 20, 10,41 и 43 на общую сумму 35 356 714,66 рублей и их списания с бухгалтерского баланса, а также не переданы ТМЦ на сумму 37 375 466, 34 руб., отраженные на счет расчетов по недостачам на основании приказа о результатах годовой инвентаризации от 19.03.2021. 

Таким образом, непередача имущества и документов на сумму 226 744 000 вызвано не сокрытием либо уклонением, а допущенной подконтрольным обществом ошибок по своевременному отнесению произведенных затрат по основной деятельности на себестоимость и финансовый результат. 

Данные обстоятельства никем из участвующих в обособленном споре лиц по существу не оспаривались, в том числе самим конкурсным управляющим с учетом его процессуального поведения, обратившимся с соответствующим заявлением в окончательной редакции об обязании передать документы в отношения списания с баланса ТМЦ на сумму 35 356 714,66 рублей, а также ТМЦ на сумму 37 375 466, 34 руб. 

С учетом  изложенного, суд первой инстанции обоснованно указал, что данные обстоятельства  являются достаточными для того, чтобы в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания возникновения негативных последствий наличия технических ошибок в балансе перешло с привлекаемых к субсидиарной ответственности на заявителей, которые соответствующие обстоятельства не доказали. 

В отношении передачи документов по списанию с баланса ТМЦ на сумму 35 356 714,66 рублей либо их передачи ТМЦ, а также ТМЦ на сумму 37 375 466, 34 руб. суд исходит из следующего. 

Привлеченным специалистом ООО «Финплан» в лице руководителя ФИО14 подготовлен отчет об изучении остатков и движения ТМЦ в бухгалтерском учете ООО «СпецСвязьОборудование» в 2020 году с указанием на факт списания 13.01.2020 на недостачу запасов на сумму 35 356 714,66 руб. (материалы электронного дела от 08.02.2023 18:22 МСК). 

Конкурсным управляющим приобщены отчеты по бухгалтерским проводкам по списанию запасов на сумму 35 356 714,66 руб. (материалы электронного дела от 14.02.2023 17:34 МСК). 

Из определения от 02.02.2023 об истребовании документов следует, что в программе 1C:ERP, отнесение на недостачу ТМЦ на общую сумму 35 356 714,66 руб., в том числе: 34 278 792,74 руб. - материалы (в т.ч. на сумму 3 672 713,21 руб. из незавершенного производства); 1 413 958,62 руб. - товары; 211 068,88 - готовая продукция, (- 1 105,58 восстановленный НДС) отражено в системе 1C 13.01.2020 следующими внутренними документами 1C:ERP от 13.01.2020: пересчет товаров; списание недостач товаров. 

Распределение указанной недостачи на себестоимость продукции произведено 13.01.2020 регламентными документами «Распределение расхода».

 Исполнителем по всем вышеуказанным документам указана ФИО15, которая не являлась штатным сотрудником должника, однако ей был предоставлен постоянный доступ в систему 1C:ERP с широкими полномочиями, т.к. она работала в рамках договора на информационно-технологическое сопровождение системы 1C от 09.01.2019 №03/19-И, заключенного с ИП ФИО16 

Исходя из имеющихся в программе данных, ФИО15 фигурировала как ответственный исполнитель в регламентных документах распределения расходов между партиями производства с июня 2019 года и других документах.

 Из пояснений главного бухгалтера ФИО17, следует, что она работала в должности главного бухгалтера должника в период с 10.04.2017 по 27.05.2020. В 2020 году фактически осуществляла свои обязанности с 01.01.2020 по 04.04.2020. Основной должностной обязанностью было формирование и сдача бухгалтерской, финансовой и налоговой отчетности. 

В штатном расписании должника также присутствовала должность заместителя главного бухгалтера. В конце 2019 - начале 2020 ее занимала ФИО18. В должностные обязанности заместителя главного бухгалтера входило отражение в учете поступления услуг, контроль правильности внесения счетов-фактур, сверка с контрагентами, контроль правильности отражения хозяйственных операций на счетах бухгалтерского учета. 

Движение ТМЦ внутри общества происходило в следующем порядке: кладовщик отражал в учете поступление ТМЦ на склад; списание ТМЦ на производственные нужды осуществлял начальник цеха, мастер по производству; реализацию ТМЦ - специалист отдела сбыта. 

Функция бухгалтерии в данном вопросе состояла в контроле отрицательных остатков и полноты списания ТМЦ. 

Основанием для списания ТМЦ с баланса служат следующие документы: требование накладная и акт на списание ТМЦ для производственных нужд, подписанное уполномоченным лицом МОЛ (материально-ответственное лицо), которым может быть начальник цеха или кладовщик; товарная накладная (ТОРГ-12) при реализации продукции, прочих ТМЦ; ивентаризационная опись с приложением сличительной ведомости в которой отражены отклонения фактических показателей от учетных данных (излишки и недостачи). 

Излишки, которые необходимо оприходовать, недостачи - списать. 

Инвентаризационная опись заверяется председателем инвентаризационной комиссии, ее членами и главным бухгалтером. 

При этом для признания в учете излишков и недостач необходимо провести расследование с целью правильного и экономически оправданного признания в учете этих операций. 

Необходимым условием расследования являются объяснительные от материально-ответственных лиц по факту выявленных отклонений, которые представляются в инвентаризационную комиссию, рассматриваются ее председателем и только потом выносится решение. 

Председатель комиссии и ее члены назначаются приказом (о проведении инвентаризации) генерального директора предприятия. 

Ни один из вышеперечисленных документов, относящихся к проведению и отражению результатов инвентаризации, в бухгалтерию общества в 2020 году не поступал. 

На основании вышеизложенного ФИО19 указывает, что списание ТМЦ в программе 1C 13.01.2020 (и в 2020 году) ею не производилось поскольку это не входило в должностные обязанности, и в связи с отсутствием документов оснований. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 No402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее -Закон о бухгалтерском учете) ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, который несет за это установленную законом ответственность. 

Таким образом, согласно нормам Закона о бухучете ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах бухгалтерского учета, добросовестное ведение бухгалтерского учета в организации возлагается на ее руководителя.

 Списание 13.01.2020 на недостачу ТМЦ на общую сумму 35 356 714,66 руб. произведено в период осуществления руководства ФИО8 

На основании пункта 3 статьи 11 Закона о бухгалтерском учете случаи, сроки и порядок проведения инвентаризации, а также перечень объектов, подлежащих инвентаризации, определяются экономическим субъектом, за исключением обязательного проведения инвентаризации. 

Обязательное проведение инвентаризации устанавливается законодательством Российской Федерации, федеральными и отраслевыми стандартами. 

Пунктом 27 Положения по ведению бухгалтерского учета и отчетности в Российской Федерации, утвержденного Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 29.07.1998 № 34н  (далее – Положение по ведению бухгалтерского учета и отчетности) установлено, что проведение инвентаризации обязательно при смене материально ответственных лиц.

 В соответствии с частью первой статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации руководитель организации (в том числе бывший) несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации. 

Таким образом, прекращение полномочий ФИО4 в качестве руководителя и наделение полномочиями руководителя ФИО8 являлось основанием для проведения инвентаризации.

 Глава 5 Методических указаний по инвентаризации имущества (утв. Приказом Минфина от 13.06.1995 г. № 49) устанавливает порядок оформления и отражения в бухгалтерском учете расхождений между данными бухгалтерского учета о наличии товарно-материальных ценностей и фактически установленным наличием.

 По результатам инвентаризации могут быть выявлены как излишки, так и недостачи.

Из пункта 28 Положения по ведению бухгалтерского учета и отчетности, следует, что выявленные при инвентаризации расхождения между фактическим наличием имущества и данными бухгалтерского учета отражаются на счетах бухгалтерского учета в следующем порядке: а) излишек имущества приходуется по рыночной стоимости на дату проведения инвентаризации и соответствующая сумма зачисляется на финансовые результаты у коммерческой организации или увеличение доходов у некоммерческой организации; б) недостача имущества и его порча в пределах норм естественной убыли относятся на издержки производства или обращения (расходы), сверх норм - за счет виновных лиц.

 Если виновные лица не установлены или суд отказал во взыскании убытков с них, то убытки от недостачи имущества и его порчи списываются на финансовые результаты у коммерческой организации или увеличение расходов у некоммерческой организации. 

При этом руководитель юридического лица, в частности, несет ответственность за нарушение обязанностей по организации системы управления юридическим лицом, по выбору и контролю за действиями (бездействием) работников юридического лица (абзац первый пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - постановление N 62)). 

Нарушение этих обязанностей в ряде случае может стать необходимой причиной объективного банкротства. В такой ситуации руководитель отвечает за свои действия (бездействие), а не за действия (бездействие) работников, поскольку упомянутые обязанности по организации, выбору и контролю являются собственными обязанностями руководителя. 

Определяя объем вменяемых руководителю названных обязанностей следует учитывать, что он, действительно, имеет право делегировать конкретные функции подчиненным работникам, доверять их компетентности и честности до обоснованного предела. Однако руководитель, реализовавший право на делегирование, не может устраниться от контроля за выполнением делегированных функций. 

По смыслу 20 разъяснений, приведенных в абзацах втором и третьем пункта 5 постановления N 62, при разрешении вопроса о том, выполнены или нет руководителем указанные обязанности, следует учитывать обстоятельства каждого конкретного случая, в частности, такие как характер и масштаб хозяйственной деятельности подконтрольного юридического лица, фактически сложившуюся на предприятии ситуацию, от которых зависят круг непосредственных обязанностей руководителя, роль директора в управлении юридическим лицом. 

В ходе конкурсного производства управляющему, а также в материалы настоящего обособленного спора не представлен акт инвентаризации о списании ТМЦ в базе 1С 13.01.2020, оправдательные документы в отношении списания ТМЦ на недостачу отсутствуют, не представлены доказательства того, что недостача ТМЦ была обусловлена нарушением ведения учета по их списанию в производство за предыдущие периоды руководства ФИО4 

Списание на недостачу ТМЦ 13.01.2020 в нарушение установленного порядка привело к невозможности установления виновных лиц в рамках расследования, возможному перераспределению ответственности по данному факту на ФИО4 Подобные манипуляции, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. 

Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. 

Вновь назначенный 09.01.2020 руководитель должника ФИО8 не мог не знать о нарушениях по списанию 13.01.2020 ТМЦ на недостачу в столь значительном размере вопреки установленного порядка, поскольку такие бухгалтерские проводки могли быть произведены либо по указанию самого ФИО8 либо при его попустительстве. 

Следовательно, ФИО8 не вправе формально ссылаться на то, что делегировал соответствующие функции привлеченным лицам (ФИО20, ФИО16) как на основание освобождения от ответственности, так как руководитель в любом случае отвечает за бездействие, выразившееся в неосуществлении контроля за действиями названных лиц. 

Указанное является основанием для привлечения ФИО21 к ответственности. 

При этом, как следует из пункта 24 постановления № 53 сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. 

Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

 В то же время в период с 09.01.2020 общество в лице руководителя ФИО8 не обращалось к ФИО4, как к бывшему директору с требованием о предоставлении каких-либо дополнительных документов или какой- либо не полноты/недостачи товарно-материальных ценностей. 

До прекращения полномочий в качестве руководителя у ФИО8 имелась достаточно времени для проведения мероприятий указанных в пункте 24 постановления № 53. 

Более того, из материалов дела следует, что по акту приема-передачи от 09.01.2020 ФИО4 передал ФИО8 ТМЦ и документы бухгалтерского учета в отношении должника в полном объеме (материалы электронного дела от 09.12.2022 06:28 МСК). 

Доказательств того, что списание ТМЦ на недостачу в сумме 35 356 714,66 руб. произошло по указанию ФИО4 не представлено. 

Также не представлено, что такая недостача образовалась в период деятельности ФИО4 

В аудиторском заключении бухгалтерской (финансовой) отчетности должника за 2020 год, выполненном ФИО14, содержится вывод, что списание недостачи ТМЦ в январе 2020 года на общую сумму 35 357,82 тыс. руб. вероятно выполнено по результатам инвентаризации, проведенной по итогам хозяйственной деятельности аудируемого лица в течение 2016-2019 г.г..

 Вместе с тем, указанный вывод носит предположительный характер. 

Факт инвентаризации ТМЦ в январе 2020 года, списанных с баланса в период осуществления функций исполнительного органа общества со стороны ФИО21 не подтверждён, о чем указано выше, что является одним из оснований для привлечения ФИО21 к ответственности по указанному эпизоду. 

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы, основания для привлечения ФИО4 к ответственности за непередачу документов, не доказаны. 

В отношении ФИО6 судом установлено, что в должность генерального директора общества ФИО6 вступил только в сентябре 2020 года (в ЕГРЮЛ сведения внесены 01.10.2020) после введения в отношении должника процедуры наблюдения. 

Из определения от 02.02.2023 следует, что на указанную дату в организации отсутствовал главный бухгалтер, предыдущий главный бухгалтер ФИО17 была уволена 27.05.2020. Первичные документы находились на производственной площадке в г. Новокузнецк, где находилась бухгалтерия. После восстановления доступа к электронной базе данных и расчетным счетам 

<

***> был организован выезд на площадку в г. Новокузнецк с целью получения первичной бухгалтерской документации и имущества. Место хранения документов указала начальник отдела кадров ФИО22, которые были комиссионно изъяты, без участия ФИО8 и ФИО17 

Директор ФИО8 уволился без передачи материальных ценностей. 

До марта 2021 года проводилась инвентаризация имущества должника, с последующим введением в отношении должника 07.04.2021 процедуры конкурсного производства. 

Таким образом, ФИО6 осуществлял мероприятия с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 24 постановления № 53.

Доказательства того, что изложенное являлось следствием совместных действий со стороны ФИО4 либо ФИО6, не представлено.

Суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, об отсутствии оснований  для привлечении указанных лиц к ответственности по эпизоду списания ТМЦ на недостачу в сумме 35 356 714,66 руб. 

Из материалов дела следует, что бывшим руководителем ФИО6 была проведена инвентаризация имущества должника на основании приказа от 25.11.2020 №04/тф, результаты которой были оформлены актом от 19.03.2021. По результатам инвентаризации установлена недостача, что было отражено в инвентарных описях и сличительных ведомостях. 

На счет «расчеты по недостаче» было списано имущество общей балансовой стоимостью 37 375 466,34 руб., которое находилось в производственных помещениях должника, арендованных у ООО УК «Новокузнецкий индустриальный парк» по договору субаренды производственных помещений № 3 от 01.06.2019 (материалы электронного дела от 15.02.2023, приложение № 8). 

Из объяснений ФИО6 следует, что списание на недостачу ТМЦ на сумму 37 375 466,34 руб., предшествовали следующие события. 

ФИО6 являлся руководителем Томского филиала ООО «Спецсвязьоборудование». Основную деятельность ООО «Спецсвязьобрудование» осуществляло на производственной площадке в г. Новокузнецк, в помещениях, расположенных на территории Новокузнецкого индустриального парка, по адресу: 

<

...>. 

ФИО8 21.05.2020 уволился по собственному желанию с должности директора без передачи какой-либо документации и ТМЦ. В должность генерального директора общества ФИО6 вступил только в сентябре 2020 (в ЕГРЮЛ сведения внесены 01.10.2020). На указанную дату в организации отсутствовал главный бухгалтер, предыдущий главный бухгалтер ФИО17 была уволена 27.05.2020. 

03.11.2020 была принята на работу главный бухгалтер ФИО23 На тот момент все бухгалтерские документы находились на производственной площадке в г. Новокузнецк, где находилась бухгалтерия. 

После восстановления доступа к электронной базе данных и расчетным счетам 

<

***> с площадки из города Томска был организован выезд на площадку в г. Новокузнецк с целью получения первичной бухгалтерской документации и имущества. 

Несмотря на то, что и бывший руководитель ФИО8, и бывший главный бухгалтер ФИО17 были информированы об этом, они на передачу документов не явились. 

В результате место хранения документов указала начальник отдела кадров ФИО22, которые были комиссионно изъяты, без участия ФИО8 и ФИО17 

Поскольку генеральный директор ФИО8 уволился без передачи материальных ценностей, в целях составления достоверного бухгалтерского отчета за 2020 год, на основании приказа от 25.11.2020 №04/тф, была назначена инвентаризационная комиссия и проведена инвентаризация товарно-материальных ценностей, числящихся на балансе должника. 

В результате инвентаризации было установлено, что все запасы ТМЦ, числящиеся на складах, расположенных на производственной площадке в г. Новокузнецке, отсутствуют. Данный факт был комиссионно зафиксирован в инвентарных описях и сличительных ведомостях. 

В соответствии с приказом от 19.03.2021 №02/тф результаты инвентаризации были отражены в учете путем отнесения на расчеты по недостачам до принятия решения собственниками имущества. 

Таким образом, указанное поведение ФИО6 в полной мере соответствует Положению по ведению бухгалтерского учета и отчетности в Российской Федерации, утвержденного Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 29 июля 1998 г. N 34н, Методическим указаниям по инвентаризации имущества, а утверждение ООО ТСК «Новая Сибирь» об обратном для привлечения ФИО6 к ответственности противоречит нормативному регулированию. 

В отношении привлечения ФИО8 к ответственности, в связи не принятием мер по обеспечению сохранности имущества ООО «СпецСвязьОборудование», отнесенного ФИО6 на недостачу в сумме 37 375 466,34 руб., суд пришел к выводу о недоказанности заявленного требования.

В рамках дела №А27-15710-66/2020 судом разрешен обособленный спор о взыскании с ООО Управляющая компания «Новокузнецкий Индустриальный парк» убытков в размере 37 375 466,34 руб., отнесенных на недостачу руководителем ФИО6 

По версии конкурсного управляющего, являющегося заявителем, ООО УК «Новокузнецкий индустриальный парк» удерживало ТМЦ должника на сумму 37 375 466,34 руб. после расторжения договора субаренды производственных помещений № 3 от 01.06.2019.

 Определением от 18.09.2023, вступившим в законную силу в удовлетворении заявления отказано.

При этом, суд на основании анализа первичных документов, представленных в обособленный спор по делу А27-15710-66/2020, со стороны конкурсного управляющего по приобретению ТМЦ, по их реализации должником установил: 

1. Вывезено ТМЦ с территории парка на сумму 17 566 654, 47 руб., в том числе ООО «Спецсвязьоборудование» на сумму 14 711 710,32 руб. 23 

2. Передано ТМЦ ООО УК «Новокузнецкий индустриальный парк» по договору купли-продажи №92 от 30.04.2020 на сумму 2 730 636, 18 руб. 

3. ТМЦ составляющие конкурсную массу ООО «Завод транспортных технологий» на сумму 14 202 100, 65 руб. 

4. ТМЦ использованный в производстве готовой продукции должника на сумму 1 467 379, 12 руб. 

5. ТМЦ относящееся к малоценным и быстро изнашиваемым предметам (спецодежда, инструмент, сверла, шлиф. круги, пакеты, метла, лопаты и прочее) на сумму 720 942, 98 руб. 

6. ТМЦ в ТТН которых указан адрес получателя, не относящийся к территория парка, на сумму 687 752, 94 руб. 

Итого сумма позиций 1-6 составляет 37 375 466, 34 руб. 

По правилам части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. 

Поскольку судебный акт не обжаловался, и вступил в законную силу, версия развития событий, отраженная в определении от 18.09.2023 устроила всех участников обособленного спора, включая заявителей по настоящему делу конкурсных кредиторов ООО ТСК «Новая Сибирь» (представитель участвовал в деле о взыскании убытков в судебных заседаниях 17.05.2023, 29.03.2023, 13.03.2023), ООО «Правовая помощь должникам - Новая Жизнь» (представитель направлял процессуальные документы по обособленному спору о взыскании убытков, что следует из постановления апелляционной инстанции от 08 февраля 2023 года). 

Третьими лицами по обособленному спору о взыскании убытков А27-15710-66/2020 были привлечены ФИО8, ФИО7 

Из представленных ТТН, журналом контроля ТТН (вывоз) в рамках в обособленного спора по делу А27-15710-66/2020 следует, что часть ТМЦ, включая вывезенные с территории, были отгружены сторонним организациям, перемещены либо реализованы ООО УК «Новокузнецкий индустриальный парк», использованы для изготовлена готовой продукции (материалы электронного дела от 28.03.2023, от 19.04.2023). Иные ТМЦ являлись быстро изнашиваемым предметам (спецодежда, инструмент, сверла, шлиф. круги, пакеты, метла, лопаты и прочее). Более того, ТМЦ заявленные в качестве недостачи на сумму 14 202 100, 65 руб. не являлись имуществом должника, а являлись (являются) конкурсной массой аффилированного с должником ООО «Завод транспортных технологий». 

Указанное является следствием осуществления хозяйственной деятельности должником, а не обстоятельством в результате которого не обеспечена сохранность имущества со стороны ФИО8.

 Анализ первичных документов, послуживших основанием для выбытия ТМЦ из владения должника, включая вывезенные с территории, является предметом последующей мероприятий со стороны конкурсного управляющего, включая предъявление требований о взыскании задолженности. 

Доводы подателя жалобы о том, что в силу положений Закона о бухгалтерском учете и Закона о банкротстве,  ответчики подлежат привлечению к ответственности, в отсутствие доказательств последовательной передачи документации и ТМЦ должника сменяющимися руководителями, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку основаны на неверном толковании норм права.

Как указано выше, сам по себе факт непередачи документации конкурсному управляющему не может свидетельствовать о наступлении ответственности для бывшего руководителя должника в отсутствие доказательств того, что непередача документации повлияла на проведение процедур банкротства, лишила конкурсного управляющего возможности выявления активов должника, взыскания дебиторской задолженности, повлекла затруднительность проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, а также формирования и реализации конкурсной массы

Таким образом, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, об отсутствии оснований для привлечения ФИО6, Казачка И.В., ФИО4 к ответственности по части 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что заявителями не доказано оснований для привлечения ФИО6, Казачка И.В., ФИО4, ФИО8, ФИО5 по статье 61.12 Закона о банкротстве.

В обоснование требования заявители ссылаются на неподачу заявления о признании должника банкротом со стороны ФИО4 (руководитель должника с 08.07.2018 по 05.02.2020), ФИО8 (руководитель должника с 05.02.2020 по 01.10.2020), ФИО6 (руководитель должника в период с 01.10.2020 по 14.04.2021), и не проведение собрания участников со стоны ФИО5 (участник должника с долей 50% долей с 26.03.2019 по н/вр), Казачка И.В. (руководитель ООО «Трансиндустрия» с 20.12.2017 - участника должника на 50% долей), по вопросу обращения с заявлением о банкротстве при наличии признаков объективного банкротства по состоянию на 03.04.2019. 

В соответствии со статьей 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. 

Пунктами 2, 3 этой же статьи установлено, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств, в отношении членов ликвидационной комиссии срок установлен десять дней. 

Пунктом 3.1. этой же статьи установлено, что если в течение предусмотренного пунктом 2 настоящей статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока, лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. 

Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи. 

Как следует из статьи 35 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" право на созыв внеочередного общего собрание участников общества принадлежит участникам, обладающим в совокупности не менее чем одной десятой от общего числа голосов участников общества. 

Таким образом, каждый из участников должника был вправе инициировать проведение собрания с повесткой, указанной в пункте 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в обзоре Верховного Суда РФ (определение судебной коллегии от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713) законодатель в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

Как следует из определения Верховного Суда РФ от 14.06.2016 по делу N 309-ЭС16- 1553 в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: - возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; - момент возникновения данного условия; - факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; - объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве. 

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать шестом и тридцать седьмом статьи 2 Закона о банкротстве.

  Вместе с тем, сложившаяся судебная практика определяет момент возникновения обязанности по обращению с заявлением о признании должника банкротом с наличием признака неплатежеспособности, который свидетельствует об объективном банкротстве (пункт 9 постановления 53). 

При этом, из разъяснений, содержащихся в пункте 4 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53, следует, что объективным банкротством является ситуация, при которой размер совокупных обязательств превышает реальную стоимостью его активов. 

Невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве свидетельствует о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица (Определении от 31.03.2016 N 309-ЭС15- 16713).

Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. 

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы. 

Из приведенной позиции Верховного Суда РФ следует, что руководитель, знавший о наличии у должника условий, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве и влекущих обязанность обратиться в суд, скрывший сведения о неплатежеспособности должника, что повлекло принятие должником новых, заведомо неисполнимых обязательств, перед введенными в заблуждение новыми кредиторами, субсидиарно отвечает за подобные действия в размере соответствующих обязательств. 

Кроме того, согласно позиции Верховного Суда РФ, момент подачи заявления о банкротстве должника имеет существенное значение и для разрешения вопроса об очередности удовлетворения обязательств.

 Так, при должном поведении руководителя, своевременно обратившегося с заявлением о банкротстве возглавляемой им организации, вновь возникшие обязательства погашаются приоритетно в режиме текущих платежей, а при неправомерном бездействии руководителя те же самые обязательства погашаются в общем режиме удовлетворения реестровых требований (пункт 1 статья 5, статья 134 Закона о банкротстве). 

ООО «ТСК «Новая Сибирь, ООО «Правовая помощь должникам-Новая жизнь» указывают, что признаки неплатежеспособности у должника возникли в марте 2019 года, что следует из определения суда от 04.02.2023 по обособленному спору № А27-15710- 44/2020, а объективное банкротство 03.04.2019. 

Так, в определении по делу А27-15710-44/2020 от 04.02.2023 содержится вывод о наличии признака неплатежеспособности у должника по состоянию на март 2019 года.

 В то же время, согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, сформулированной в определении от 20.07.2017 N 309-ЭС17-1801, наличие у должника признаков банкротства, указанных в пункте 2 статьи 3, пункте 2 статьи 6 Закона о банкротстве дает внешнему по отношению к должнику лицу (кредитору) право на обращение в суд с заявлением о банкротстве. 

Данных признаков недостаточно для возникновения на стороне самого должника в лице его руководителя обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве.

В отношении объективного банкротства заявители указывают, что к 03.04.2019 должником была допущена просрочка три месяца по обязательствам, возникшим из договора займа № 464 от 09.02.2018, заключенного с ООО «ТФМ-Оператор», на сумму 50 000 000 руб. рублей, из договора займа № 44-10/18/ССО (ДЗ) от 04.10.2018, заключенного с ПАО «Трансфин-М», в размере 29 524 316,02 рублей, из договора выполнения работ № 75-2/ПД-2017, заключенного с ООО «ТФМ-Оператор» в размере 12 500 000 рублей. 

Размер просроченной задолженности на 03.04.2019 составил 92 024 316,02 рублей. 

Определением суда от 05.03.2022 требования ПАО «Трансфин-М», ООО «ТФМОператор» указанным по заемным обязательствам и др., суборднированы. 

Суд пришел к выводу о компенсационном финансировании должника указанными лицами с установлением следующих обстоятельств. 

Между ПАО «ТрансФин-М» (займодавец) и ООО «СпецСвязьОборудование» (заемщик) были заключены договоры займа: - № 25-07/18/ССО (ДЗ) от 20.07.2018 на сумму 6 800 000 руб.; - № 34-08/18/ССО (ДЗ) от 10.08.2018а на сумму 13 700 000 руб.; - № 39-09/18/ССО (ДЗ) от 17.09.2018 на сумму 34 200 000 руб.; - № 44-10/18/ССО (ДЗ) от 04.10.2018 на сумму 33 000 000 руб.; - № 03-04/19/ССО (ДЗ) от 10.04.2019 на сумму 113 184 000 руб. 09.02.2018 между ООО «СпецСвязьОборудование» (заемщик) и ООО «ТФМОператор» (заимодавец) заключен договор займа на сумме 80 000 000 руб. 

По договору займа № 25-07/18/ССО (ДЗ) от 20.07.2018 года денежные средства выдавались для реализации проекта по договору поставки № 132/10 от 27.10.2017 года (т. 19, л.д. 19). 

27.10.2017 между ООО «Спецсвязьоборудование» и ООО «ТранспортЭлектропривод» был заключен договор поставки № 132/10, в соответствии с которым ООО «Спецсвязьоборудование» обязалось изготовить продукцию и передать ее покупателю в соответствии с отдельно согласовываемыми спецификациями к договору. Заем по договору № 25- 07/18/ССО (ДЗ) от 20.07.2018 года был выдан для изготовления Барабана БР. 1000.1400.1750.3652.00.000 СБ и Барабан БП.800.1400.1750.3652.00.000 СБ по спецификации № 11 от 21.06.2018 года.

 Цель займа указана в пункте 1.6. Договора займа № 25-07/18/ССО (ДЗ) - для оплаты расходов (металл, комплектующие, краска, метизы, конструкторская документация, транспортные расходы, зарплата и начисления, общепроизводственные расходы) для изготовления продукции по спецификации № 11 от 21.06.2018 года к договору поставки № 132/10 от 27.10.2017 года, заключенному между Заемщиком и ООО «ТранспортЭлектропривод» (ИНН 

<

***>). 

Указанный договор с ООО «Транспорт-Электропривод» являлся крупным и длительным. До спецификации № 11 было заключено и выполнено 10 спецификаций на общую сумму 32 747 076,10 рублей. В дальнейшем заказчик ООО «ТранспортЭлектропривод» продолжал покупать у должника металлоконструкции. 

Таким образом, заемные денежные средства позволили должнику выполнить обязательства перед стабильным контрагентом и продолжить получать доход от указанной сделки с ООО «Транспорт-Электропривод» (т. 11, л.д. 33-36, т. 19, л.д. 27-34). 

По договору займа № 34-08/18/ССО (ДЗ) от 10.08.2018 года денежные средства выдавались для реализации проекта по договору поставки № 15/082018 от 20.06.2018 года (т. 19, л.д. 19). 

20.06.2018 года между ООО «СпецСвязьОборудование» и ООО «КрасПТМ» был заключен договор поставки № 15/08/2018 от 20.06.2018, в соответствии с которым должник обязан был изготовить и поставить металлоконструкции, согласованные в спецификациях к указанному договору (т. 19, л.д. 35-46). 

Заем по договору № 34-08/18/ССО (ДЗ) от 10.08.2018 был выдан для изготовления металлоконструкций на общую сумму 49 599 379,64 рублей. 

Цель займа указана в пункте 1.6. договора займа № 34-08/18/ССО (ДЗ) - для оплаты расходов (металл, комплектующие, краска, метизы, конструкторская документация, транспортные расходы, зарплата и начисления, общепроизводственные расходы) для изготовления продукции по спецификации № 2 от 31.07.2018 и спецификации № 3 от 31.07.2018 к договору поставки 15/082018 от 20.06.2018, заключенному между Заемщиком и ООО «КрасПТМ» (т. 11, л.д. 37-40). 

По договору займа № 39-09/18/ССО (ДЗ) от 17.09.2018 года денежные средства выдавались для реализации проекта по договору поставки № 132/10 от 27.10.2017, по договору поставки № 15/082018 от 20.06.2018 по договору поставки № 232/07 от 26.07.2018 года (т. 19, л.д. 20-22, 35-58). 

Цель займа указана в пункте 1.6. договора займа № 39-09/18/ССО (ДЗ) - для оплаты расходов (металл, комплектующие, краска, метизы, конструкторская документация, транспортные расходы, зарплата и начисления, общепроизводственные расходы) для изготовления продукции (т. 11, л.д. 41-44): - по спецификации №3 от 31.07.2018 года к Договору поставки 15/082018 от 20.06.2018 года, заключенному между Заемщиком и ООО «КрасПТМ» (ИНН 

<

***>); - по спецификации № 12 от 21.08.2018 года к Договору поставки № 132/10 от 27.10.2017 года, заключенному между Заемщиком и ООО «Транспорт-Электропривод» (ИНН 

<

***>); - по спецификациям № 1 от 26.07.2018 года, № 2 от 31.07.2018 года, №3 от 03.09.2018 года к Договору поставки № 232/07 от 26.07.2018 года, заключенному между Заемщиком и ООО «Центр термических технологий» (ИНН 

<

***>); Вышеуказанные спецификации к договорам были заключены должником с контрагентами на общую сумму 15 106 120,92 рублей.

По договору займа № 44-10/18/ССО (ДЗ) от 04.10.2018 денежные средства выдавались для реализации проекта по договору поставки № 17/09/2018 от 17.09.2018 (т. 19, л.д. 53-58). 

17.09.2018 между ООО «СпецСвязьОборудование» и ООО «Технологии разработки месторождений и монтаж комплексов» был заключен договор поставки № 17/09/18, в соответствии с которым ООО «СпецсСвязьОборудование» обязалось на основании проекта ПСЭП 18001-9-КМ изготовить и поставить металлоконструкции в количестве и сроки, указанные в спецификациях к договору.

 Цель займа указана в пункте 1.6. договора займа № 44-10/18/CGO (ДЗ) - для оплаты расходов (металл, комплектующие, краска, метизы, конструкторская документация, транспортные расходы, зарплата и начисления, общепроизводственные расходы) для изготовления продукции по Спецификации № 1 от 17.09.2018 к Договору поставки № 17/09/2018 от 17.09.2018, заключенному между Заемщиком и ООО «Технологии разработки и месторождений и монтаж комплексов» (т. 11, л.д. 45-48). 

Цена вышеуказанного договора составляла 66 266 865,00 рублей, что позволяло ООО «Спецсвязьоборудование» получить доходность от сделки около 30 млн. при возврате полученного займа. 

По договору займа № 03-04/19/ССО (ДЗ) от 10.04.2019 денежные средства выдавались для реализации проекта по договору поставки № 446С001Р782 от 25.12.2018 (т. 19, л.д. 59, 60). 

25.12.2018 между ООО «СпецСвязьОборудование» и ООО «РУСАЛ Тайшетский Алюминиевый Завод» был заключен договор поставки № 446С001Р782, в соответствии с которым должник обязался изготовить продукцию и передать ее покупателю в соответствии с отдельно согласовываемыми спецификациями к договору. 

Указанный заем выдавался на самый крупный проект, который позволил бы при надлежащем исполнении выйти на получение стабильного дохода и погашения всей имеющейся задолженности, в том числе и перед ПАО «ТрансФин-М», что подтверждается экономическим обоснованием (т. 19, л.д. 66-73). 

Целью займа по договору от 09.12.2018, заключенного с ООО «ТФМ-Оператор», являлось изготовление оборудования по договору поставки № 3/2018 от 22.01.2018, заключенному с АО «УК Сибирская» (пункт 1.4.).

Согласно экономического обоснования выдачи займа, выручка должника от реализации указанного проекта в 2019 году позволяла полностью погасить задолженность перед ПАО «Трансфин-М» (т. 19, л.д. 65-73). 

План продаж должника в 2019 году составлял 2 406,7 млн. руб.: из них «Русал» 516 мл. руб.; АО «Нафта Групп» 1 087,3 млн. руб.; АО «Кузнецкие Ферросплавы» 217,3 млн. руб.; УК «Колмар» 51,4 млн. руб.; ООО «Транспорт электропривод» 52 млн. руб.; ГК «МетПром» 399,7 млн. руб. бы 800 млн. руб. 

Таким образом, ПАО «Трансфин-М» с дочерним ООО «ТФМ-Оператор» осуществляли целевое проектное финансирование контрактов должника на производство и поставку металлоконструкций, а также в форме отгрузки товара из металла, авансированию работ. 

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что компенсационное финансирование должника со стороны ПАО «Трансфин-М», которое по существу являлось проектным, не может указывать на возникновение признаков объективного банкротства должника в 2019 году. 

Утверждение подателя жалобы об обратном не может быть признано обоснованным апелляционным судом.

В последующем основанная производственная площадка должника по реализации бизнес проектов, расположенная по адресу: 

<

...>, выбыла из владения ООО «СпецСвязьОборудование» по причине расторжения с ООО УК «Новокузнецкий индустриальный парк» договора договор аренды от №3 от 01.06.2019 с 30.04.2020 (определение от 18.09.2023 по обособленному спору А27-15710-66/2020).

 В то же время, деятельность должника в 2020, 2021 годах продолжилась на производственной площадке, расположенной в г. Томске, что следует из определения суда от 11.11.2021 по обособленному спору А27-15710-38/2020. 

Из расшифровки контрактов, заключенных должником в лице Томского филиала, следует, что общая выручка в период с 2018 года по 2021 год от производственной деятельности по 40 контрактам составила 109 601 417,30 руб. (материалы электронного дела от 12.10.2021 12:40 МСК). 

Из определения суда от 22.05.2023 по делу А27-15710-77/2020 следует, что между ООО «СпецСвязьОборудование» и ООО «Транссервис» (займодавец) заключен договор целевого займа № ДЗ-08/09/20 от 08.09.2020 (далее – договор займа). 

Пунктом 1.4. договора займа установлено, что денежные средства предоставляются для закупки ТМЦ, выплату заработной платы, погашение срочной кредиторской задолженности. Сумма выданного займа должнику путем прямого перечисления контрагентам должника составила 30 094 658 руб. 64 коп., из которых погашено 18 827 500,65 руб. реестровой задолженности, 11 267 157,99 руб. текущей. 

Цель заключения договора займа - вывод должника из финансового кризиса. 

Таким образом, даже после возбуждения дела о банкротстве, должником был привлечен инвестор для погашения задолженности. 

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, сформулированной в определении от 20.07.2017 N 309-ЭС17-1801 по делу N А50-5458/2015, если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным. 

Из материалов дела следует, что в 2018 году размере активов составлял 404 909 тыс. руб., размер обязательств 404 518 тыс. руб., в 2019 году размер активов составлял 533 439тыс. руб., размер обязательств 532 792 руб. (материалы электронного дела от 03.10.2023 06:04 МСК, от 08.02.2023 18:22 МСК). 

Критерий недостаточности имущества в 2018, 2019 годах судом не установлен. 

Доказательств иного, подателем апелляционной жалобы не представлено.

В реестре кредиторов установлены требования на сумму 136 715 981,81 руб. основного долга, из которых: 

- 13 977 625,95 руб. (10,22% реестра) в пользу ООО «ГСП-Комплектация»; (определение о включении требований от 11.03.2023);

 - 15 949 864,11 руб. (11,67%) в пользу ООО «ТСК «Новая Сибирь», правопреемник ООО «Металлургомонтаж» (определение о включении требований от 16.04.2021); 

- 10 308 205, 41 руб. (7,54%) в пользу АО «Кузнецкие ферросплавы» (определение о включении в реестр от 26.04.2023); 

- 6 699 719,38 руб. (4,9%) в пользу АО «Казанский оптико-механический завод» (определение о включении в реестр от 23.06.2021);

 - 7 948 380,51 руб. (5,81%) в пользу АО «Научно-исследовательский институт систем связи и управления» (определения о включении в реестр от 11.11.2021, от 01.09.2021);

 - 3 131 147,54 руб. (2,29%) в пользу ООО «Супремум Капитал» (определение о включении в реестр от 16.09.2021); 

- 5 770 586,53 руб. (4,22%) в пользу ФИО24 (определение о включении от 03.02.2022); 

- 1 713 881,27 руб. (1,25%) в пользу ООО «КМ-Строй» (определением о включении от 31.05.2021);

 - 865 324,80 руб. (0,63%) в пользу ООО «Правовая помощь должникам Новая жизнь» правопреемник (определение от 27.07.2023) - ООО «Торговый дом «Гидромаш - НК», (определение о включении в реестр от 28.04.2021); 

- 8 072 567,43 руб. (5,90%) в пользу ООО УК «Новокузнецкий Индустриальный Парк» (определение о включении в реестр от 25.02.2021).

 - 10 279 350 руб. 48 коп. (7,52%) в пользу ООО «Правовая помощь должникам Новая жизнь» правопреемник (определение от 27.07.2023) - ООО «Южно-Кузбасский Машиностроительный завод» (определение о включении в реестр от 06.05.2022).

Общий размер указанных требований составляет 61,95%. 

Из определений о включении в реестр кредиторов следует, что требования ООО «ГСП-Комплектация», ООО «Металлургомонтаж (правопреемник «ТСК «Новая Сибирь»), АО «Кузнецкие ферросплавы», АО «Казанский оптико-механический завод», АО «Научноисследовательский институт систем связи и управления», ООО «КМ-Строй» ООО «Торговый дом «Гидромаш (правопреемник ООО «Правовая помощь должникам Новая жизнь»), являлись натуральными (поставка либо изготовление металлоконструкций) были трансформированы в денежные в процедуре банкротства. 

Объективное же банкротство связано с неисполнением денежных обязательств. 

В отношении требований ООО УК «Новокузнецкий Индустриальный Парк», ООО «Южно-Кузбасский Машиностроительный завод» (правопреемник «Правовая помощь должникам Новая жизнь»), ФИО24, ООО «Супремум Капитал» суд исходит из аффилированности указанных лиц к должнику. 

ООО УК «Новокузнецкий Индустриальный Парк» аффилировано с должником (определение от 04.02.2022 по обособленному спору А27-15710-44/2020), ООО «ЮжноКузбасский Машиностроительный завод» аффилировано с должником (определение от 14.07.2022 по обособленному спору А27-14515-11/2021), ФИО24 (аффилировано с должником определение от 11.11.2021 по обособленному спору А27- 15710-38/2020). 

В силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве не включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Такие требования не подлежат удовлетворению за счет средств, взысканных с данного контролирующего должника лица. 

Таким образом, наличие требований аффилированных лиц не образуют признака объективного банкротства, с которым закон связывает необходимость обращения с заявлением о банкротстве либо инициирование участниками должника собрания по данному вопросу. 

Требование ООО «Супремум Капитал» к должнику в размере 3 131 147,54 руб., основано на договоре перевода долга от 16.07.2020 аффилированного лица ФИО5 (ответчик по делу) и ООО «СпецСвязьОборудование», которое также не может указывать на возникновение объективного банкротства с учетом даты возбуждения дела 12.08.2020 по заявлению от 14.07.2020. 

Оставшийся размер денежных требований за минусом указанных составляет 52 020 431 руб. (136 715 981,81 руб. * 100%- 61,95%), который покрывался размером дебиторской задолженности в сумме 137 362 806,06 руб. (материалы электронного дела от 20.12.2023 18:01 МСК, приложение № 3), и осуществлением значительной операционной деятельности со стороны Томского филиала должника. (материалы электронного дела от 12.10.2021 12:40 МСК, приложение 4). 

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что оснований для привлечения руководителей должника и его участников, включая Казачка А.В., владеющего долей опосредованно через ООО «Трансиндустрия», к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве, заявителями не доказано.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

 При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены в обжалуемой части, в соответствии со статьёй 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь статьями 258, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 25.12.2023 Арбитражного суда Кемеровской области  по делу № А27-15710/2020 в обжалуемой части, оставить без изменения, апелляционную жалобу ООО «Правовая помощь должникам Новая жизнь» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области .

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

 

Председательствующий  

 

ФИО1

Судьи

 

ФИО2

ФИО3