АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-5364/2020

17 декабря 2020 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 15 декабря 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 декабря 2020 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Сецко А.Ю.

судей Головниной Е.Н., Никитина Е.О.

при участии:

от участника общества с ограниченной ответственностью «СВИФ» ФИО1 – ФИО2, представитель по доверенности от 20.05.2020

от финансового управляющего имуществом индивидуального предпринимателя ФИО3 ФИО4 – ФИО5, представитель по доверенности от 07.05.2020 

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «СВИФ» в лице участника ФИО1

на определение от 17.08.2020, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 15.10.2020

по делу №  А73-22298/2019

Арбитражного суда Хабаровского края

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «СВИФ» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 680000, Хабаровский край, 

<

...>) в лице участника ФИО1

о включении требования в реестр требований кредиторов должника

в рамках дела о признании индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) несостоятельным (банкротом)

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Хабаровского края 15.11.2019 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «СВИФ-Розница» о признании индивидуального предпринимателя ФИО3 (далее – ИП ФИО3, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 12.12.2019 в отношении ИП ФИО3 введена реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО4.

В рамках настоящего дела о банкротстве общество с ограниченной ответственностью «СВИФ» (далее – ООО «СВИФ», общество, кредитор) в лице единственного участника ФИО1 (далее – заявитель) 21.02.2020 обратилось в арбитражный суд с заявлением (с учетом уточнения) о включении задолженности в размере 96 732 633, 57 руб. в реестр требований кредиторов должника.

Определением суда от 17.08.2020, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 15.10.2020, в признании обоснованным заявленного ООО «СВИФ» требования отказано.

В кассационной жалобе ООО «СВИФ» просит указанные судебные акты отменить, включить в реестр требований кредиторов должника задолженность в размере 96 732 633,57 руб. В обоснование заявитель кассационной жалобы указал на неверную квалификацию судами договора от 30.09.2017, на котором кредитор основывает свое требование, на ненадлежащую оценку платежей по банковским выпискам, представленным в материалы обособленного спор, на перечисление 4 328 120,82 руб. обществом должнику в отсутствие правовых оснований.

В материалы обособленного спора поступил отзыв финансового управляющего должником с возражениями относительно доводов кассационной жалобы.

В судебном онлайн-заседании представители ФИО1, финансового управляющего поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве соответственно. Также представитель заявителя кассационной жалобы ходатайствовал об отложении судебного заседания либо об объявлении перерыва в связи с необходимостью ознакомления с отзывом финансового управляющего.

Принимая во внимание соответствие позиции, изложенной в отзыве, с ранее занимаемой финансовым управляющим, его заблаговременное предоставление в суд округа и направление заявителю, соответственно, наличие возможности ознакомления с его содержанием до начала судебного заседания, суд округа отклонил ходатайство об его отложении либо об объявлении перерыва, заявленное представителем ФИО1

Иные лица, участвующие в настоящем деле о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет», не прибыли, что в соответствии с правилами части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Проверив законность обжалуемых судебных актов, исходя из доводов кассационной жалобы, на основании статей 284, 286 АПК РФ суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

К отношениям, связанным с банкротством индивидуальных предпринимателей, применяются правила, установленные параграфами 1.1, 4 главы X настоящего Закона о банкротстве, с учетом особенностей, установленных настоящим параграфом (статья 214.1 Закона о банкротстве).

В силу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина, требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 названного Федерального закона.

По правилам статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве установление и включение требований в реестр требований кредиторов осуществляется на основании представленных кредитором документов, поэтому именно на нем лежит обязанность при обращении со своим требованием приложить соответствующие достоверные и достаточные доказательства действительного наличия денежного обязательства.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35), в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Проверка обоснованности требований осуществляется с целью не допустить включение в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника.

В рассматриваемом случае кредитором предъявлено требование о возмещении убытков ФИО3 как с руководителем общества.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. Аналогичные нормы содержатся в статье 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 1 и подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Под убытками согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт неправомерных, виновных действий, совершенных причинителем вреда, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между неправомерными действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Недоказанность хотя бы одного из указанных элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

Как следует из материалов настоящего обособленного спора, между ООО «СВИФ» в лице директора ФИО3 и гражданином ФИО3 заключен договор о новации долга в заёмное обязательство от 30.09.2017, согласно которому стороны пришли к соглашению о замене долга по договорам займа от 01.02.2013, 01.06.2017, 01.09.2015, 06.08.2014, 08.07.2015, 10.04.2015, 15.06.2015, 20.01.2014, 20.02.2017, 30.12.2011, 31.03.2014 в размере 92 404 512,75 руб. (погашено – 10 684 748,103руб.) на предоставление должником обществу беспроцентного займа в размере 92 404 512,75 руб. до 30.09.2022 (пункты 1.1, 1.4).

В период с декабря 2017 года по февраль 2019 года ФИО3 как директор ООО «СВИФ» перечислил на свой личный счет денежные средства в общей сумме 96 732 633,57 руб., указав в назначении платежей частичное гашение по договору о новации долга в заёмное обязательствоот 30.09.2017.

Ссылаясь на отсутствие доказательств наличия у ООО «СВИФ» первоначальных обязательств перед ФИО3 по договорам займа, указанным в пункте 1.1 договора от 30.09.2017, что свидетельствует о его ничтожности, единственный участник общества ФИО1 обратилась в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Суды первой и апелляционной инстанций, признавая заявленное ООО «СВИФ» требование необоснованным, руководствовались следующим.

Материалами настоящего обособленного спора подтверждается, что ФИО3 в спорный период являлся директором и единственным участником ООО «СВИФ», также с 2012 года – единственным участником и директором общества с ограниченной ответственностью «СВИФ-Плюс» (далее – ООО «СВИФ-Плюс»), которое реорганизовано в форме присоединения к ООО «СВИФ» в июне 2017 года. Доля в уставном капитале ООО «СВИФ» передана ФИО1 в октябре 2019 года в порядке раздела общего имущества бывших супругов, его директором на момент рассмотрения настоящего заявления в судах первой и апелляционной инстанций оставался ФИО3

Руководствуясь пунктом 1 статьи 414 ГК РФ, разъяснениями, данными в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств», определив, что условия договора от 30.09.2017 фактически не предусматривают возникновение нового обязательства между сторонами, а по существу направлены на определение сальдо по ранее возникшим заёмным обязательствам по состоянию на 30.09.2017 и нового единого срока возврата указанных займов, суды первой и апелляционной инстанций не нашли оснований для квалификации указанного договора в качестве соглашения о новации долга.

Доказательствами, представленными в материалы обособленного спора, в том числе выписками по счетам ООО «СВИФ», ООО «СВИФ-Плюс» и ФИО3, с учетом пояснений участвующих в обособленном споре лиц и обстоятельств, установленных при рассмотрении дела № А73-4146/2016 Арбитражного суда Хабаровского края, опровергнуты доводы кредитора об отсутствии заёмных правоотношений между ФИО3 и ООО «СВИФ» ранее подписания договора от 30.09.2017, соответственно, его ничтожности. Так судами установлено, что в период с февраля 2014 года по ноябрь 2015 года ФИО3 перечислил на счет ООО «СВИФ-Плюс» в качестве займа учредителя денежные средствав общей сумме 34 950 000 руб., в период с апреля 2011 года по июнь 2017 года перечислил в пользу ООО «СВИФ» в качестве займа учредителя денежные средства в общей сумме 72 220 000 руб. В назначении платежей указаны как договоры, перечисленные в пункте 1.1 договора о новации долга в заёмное обязательство от 30.09.2017, так и иные договоры займа.

Суд кассационной инстанции соглашается с приведенными выводами судов первой и апелляционной инстанций, в свою очередь доводы кассационной жалобы о неверной квалификации судами указанного договора, неподтвержденности ранее возникших правоотношений между сторонами, соответственно, о ничтожности договора от 30.09.2017 подлежат отклонению как опровергаемые материалами настоящего обособленного спора и основанные на неверном толковании норм права.

Материалами обособленного спора подтверждается, что в период с 2011 года по 2017 год ООО «СВИФ» получило от ФИО3 денежные средства, общая сумма которых составила более 106 млн. руб., то есть значительно превысила размер денежных средств, полученных должником от общества.

При рассмотрении настоящего обособленного спора, принимая во внимание длительное предоставление ФИО3 ООО «СВИФ» (и его правопредшественнику – ООО «СВИФ-Плюс») денежного финансирования, суды первой и апелляционной инстанций верно квалифицировали сложившиеся между сторонами правоотношения как возникших из договора займа (глава 42 ГК РФ), соответственно, предусматривающие возврат полученного финансирования заемщиком (обществом) займодавцу (должнику).

Доказательств получения должником от ООО «СВИФ» денежных средств в большем объеме, чем было предоставлено последнему ФИО3 ранее, в материалы настоящего обособленного спора не представлено.

Указывая на то, что в основании части платежей, произведенных ФИО3 в пользу ООО «СВИФ» (и его правопредшественника – ООО «СВИФ-Плюс»), не поименован договор займа, либо на несовпадение реквизитов с теми, что указаны в пункте 1.2 договора от 30.09.2017, кредитор не представил доказательств, свидетельствующих о возврате указанных сумм должнику иным способом.

Таким образом, заявителем не представлено достаточных доказательств, свидетельствующих о причинении должником обществу убытков, в данном случае – утраты имущества, и к возникновению у ФИО3 обязательства по их возмещению.

Ввиду недоказанности всей совокупности обстоятельств, являющейся основанием для привлечения ФИО3 к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения им убытков, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно отказали ООО «СВИФ» во включении заявленного требования в реестр требований кредиторов должника.

При этом суд апелляционной инстанции, со ссылкой на правовую позицию, изложенную в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 24.02.2004 № 3-П, от 15.03.2005 № 3-П, принимая во внимание, что интересы общества предопределяются интересами его участников,  обоснованно выразил сомнение в реальности совершения должником вредоносных действий, направленных на причинение убытков ООО «СВИФ», в котором он являлся в этот период единственным участником. Как и обоснованно отмечено апелляционным судом нехарактерное поведение ФИО1 как участника общества при наличии требований к должнику о взыскании убытков сохранения за ним должности руководителя ООО «СВИФ» с 2016 года.

В целом доводы заявителя кассационной жалобы повторяют утверждения, исследованные и правомерно отклоненные судами первой и апелляционной инстанций, и не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм материального и процессуального права, а направлены на несогласие с выводами судов обеих инстанции и связаны с переоценкой имеющихся в материалах обособленного спора доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных в статье 286, части 2 статьи 287 АПК РФ.

Процессуальных нарушений, перечисленных в части 4 статьи 288 АПК РФ, влекущих безусловную отмену судебных актов, не установлено.

При изложенных обстоятельствах основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286–290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 17.08.2020, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 15.10.2020по делу №  А73-22298/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                           А.Ю. Сецко

 

Судьи                                                                                    Е.Н. Головнина

Е.О. Никитин