АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

06 июля 2023 года

Дело №

А56-84331/2015

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Воробьевой Ю.В., ФИО1, 

при участии от ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 10.10.2022), от конкурсного управляющего закрытого акционерного общества «Геострой» ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 20.03.2023), 

рассмотрев 01.06.2023 и 29.06.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.12.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2023 по делу № А56-84331/2015/суб.1,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.11.2015 принято к производству заявление о признании закрытого акционерного общества «Геострой», адрес: 191180, Санкт-Петербург, Загородный пр., д. 27/21, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом).

Определением от 08.09.2017 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО6.

Определением от 16.04.2018 в отношении Общества введена процедура внешнего управления, внешним управляющим утверждена ФИО7.

Решением от 19.10.2019 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО22 (после смены фамилии – ФИО8) Ольга Ивановна.

Определением от 26.04.2021 ФИО8 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, новым конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Конкурсный управляющий ФИО4 26.07.2020 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении солидарно ФИО2, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20 к субсидиарной ответственности по обязательства должника и взыскании с них солидарно 934 405 547 руб. 15 коп. 

Определением суда от 10.12.2020 к участию в настоящем обособленном споре в качестве заинтересованного лица привлечена финансовый управляющий ФИО2 ФИО21. 

Определением суда первой инстанции от 09.12.2022 заявление конкурсного управляющего удовлетворено в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2, в части привлечения остальных физических лиц в удовлетворении заявления отказано; в части определения размера субсидиарной ответственности производство по заявлению конкурсного управляющего приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. 

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2023 определение от 09.12.2022 оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе ФИО2, ссылаясь на недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суды первой и апелляционной инстанций посчитали установленными, а также на нарушение ими норм материального и процессуального права, просит отменить указанные определение и постановление, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказать. 

По мнению подателя жалобы, конкурсный управляющий не доказал, что действия, явившиеся основанием для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, стали причиной объективного банкротства должника, а выводы судов в означенной части, противоречат фактическим обстоятельствам дела; в 2016 – 2017 годах у Общества отсутствовали признаки неплатежеспособности, имелась возможность погасить требования кредиторов за счет реализации своих активов. 

Податель жалобы указывает на пропуск конкурсным управляющим срока исковой давности, предусмотренного положениями пункта 5 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ). 

В отзыве конкурсный управляющий ФИО4, считая обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просит оставить их без изменения, а кассационную жалобу без удовлетворения. 

До начала судебного заседания от ФИО2 в порядке статьи 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) поступили письменные пояснения. 

Определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 08.06.2023 (резолютивная часть оглашена 01.06.2023) судебное заседание отложено на 29.06.2023.

Определением суда округа от 28.06.2023 на основании пункта 2 части 3 статьи 18 АПК РФ произведена замена судьи Троховой М.В. на судью Воробьеву Ю.В.

 В судебном заседании 29.06.2023 представитель ФИО2 поддержал доводы кассационной жалобы, представитель конкурсного управляющего возражал против ее удовлетворения. 

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность определения от 09.12.2022 и постановления от 06.03.2023 проверена Арбитражным судом Северо-Западного округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 АПК РФ, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Как следует из материалов дела, определением от 27.11.2015 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) Общества, определением от 16.04.2018, в отношении должника введена процедура внешнего управления сроком на 18 месяцев, внешним управляющим утверждена ФИО7

Решением от 19.10.2019 (резолютивная часть оглашена 03.10.2019) суд признал должника несостоятельным (банкротом), открыл процедуру конкурсного производства, утвердил конкурсным управляющим ФИО22

В рассматриваемом заявлении конкурсный управляющий ФИО4 указал, что в ходе процедуры конкурсного производства в реестр требований кредиторов Общества включено требование 851 931 959 руб. 56 коп.; согласно сведениям, переданным внешним управляющим, текущая задолженность составляет 77 081 328 руб. 43 коп.; денежных средств, поступивших от реализации имущества должника в ходе процедуры банкротства, недостаточно для удовлетворения требований кредиторов.

Посчитав, что невозможность погашения требований кредиторов возникла в результате действий бывшего руководителя должника ФИО2, а также акционеров Общества как лиц, контролирующих должника, ФИО8 26.07.2020 обратилась с заявлением о привлечении их к субсидиарной ответственности.

 В силу части 1 статьи 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов проверяется судом кассационной инстанции в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по основаниям, указанным в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, заслушав представителей конкурсного управляющего, ФИО2, суд кассационной инстанции не усмотрел оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Судами установлено и материалами дела подтверждено, что ФИО2 с 26.12.2012 по 05.04.2018 осуществлял полномочия единоличного исполнительного органа должника; согласно сведениям реестродержателя общества с ограниченной ответственностью «НРК – Р.О.С.Т.» на 14.01.2019 ФИО2 принадлежали 15 088 обыкновенных именных акций Общества из 24 533, выпущенных Обществом. 

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее – Закон № 134-ФЗ), действовавшей на момент совершения сделок, вменяемых в вину контролирующим должника лицам, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в частности, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона (абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Аналогичная норма права содержится в ныне действующем подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В соответствии с указанной нормой при доказанности условий, составляющих презумпцию вины в доведении до банкротства, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

Контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника (пункт 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве; далее – Постановление № 53).

В рассмотренном случае в качестве одного из оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности заявитель указал на совокупность сделок, направленных на причинение вреда интересам его кредиторов и ставших причиной банкротства должника.

В ходе рассмотрения обособленного спора «суб.1» суды установили, что в рамках дела № А56-84331/2015 был признан недействительным ряд сделок должника (обособленные споры «сд.1», «сд.2», «сд.3», «сд.5», «сд.6», «сд.7», «сд.8», «сд.9» и «сд.15»). 

Оценив указанные сделки, суды пришли к выводу, что результатом их совершения явилось уменьшение размера имущества должника, за счет которого кредиторы могли бы получить удовлетворение своих требований. Данные сделки совершены в период исполнения ФИО2 обязанностей единоличного исполнительного органа должника, то есть с ведома ответчика и его волей. 

Суды правомерно отметили, что, несмотря на возврат в результате исполнения судебных актов о признании оспоренных сделок недействительными и применении последствий их недействительности имущества, являвшегося предметом оспоренных сделок, в конкурсную массу, указанные сделки были совершены с целью причинения вреда кредиторам, по заниженной стоимости либо в отсутствие расчетов по ним, что позволяет сделать вывод о том, что ФИО2, принимая решения о совершении указанных сделок, осознавал их последствия в виде уменьшения объема имущества должника, принимал решения о реализации данного имущества намеренно, не взирая на наличие у должника кредиторской задолженности, не погашение которой привело к несостоятельности Общества.

Кроме того в рамках спора № А56-84331/2015/сд.30 внешний управляющий ФИО7 оспорила сделку по выплате со счетов Общества за период с 07.05.2015 по 06.04.2018 премий ФИО2 на 67 120 252 руб. 64 коп. 

Определением от 11.07.2020, оставленным без изменения постановлениями Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2020 и Арбитражного суда Северо-Западного округа от 06.04.2021, заявление ФИО7 удовлетворено.

При рассмотрении обособленного спора «сд.30» суды первой и апелляционной инстанций установили, что утвержденные ФИО2 авансовые отчеты, представленные им в материалы дела, не являются доказательствами расходования подотчетных денежных средств на нужды должника, поскольку ФИО2 в нарушение положений статьи 65 АПК РФ не представил относимых и допустимых доказательств совершения указанных в авансовых отчетах платежных операций в интересах Общества; представленные в материалы дела документы подтверждают расходование указанных средств на личные нужды ФИО2, в том числе на покупку продуктов питания, оплату поездок, авиабилетов, проживания в отелях ФИО2 и третьих лиц, а также в целях исполнения своих обязательств по договорам поручительства.

Внешний управляющий Общества также оспорил сделки по выплате со счетов Общества премий его работникам.

Рассмотрев указанные споры – суды отказали в признании сделок недействительными. При этом суды установили, что должник применял схему расчетов, в результате которой денежные средства, минуя расчетный счет, выплачивались  работникам, а затем возвращались ими в кассу Общества; в 2015 году по указанной схеме работники вернули в кассу 66 665 230 руб. 32  коп., однако в конкурсную массу должника эта сумма так и не поступила, ее судьба конкурсным управляющим не установлена, что также исключило возможность погашения требований кредиторов за счет данных средств. 

Суд кассационной инстанции отмечает, что заявление о признании Общества банкротом принято к производству 27.11.2015, на протяжении более трех с половиной лет Общество находилось в реабилитационных процедурах, направленных на восстановление его платежеспособности, Однако именно после возбуждения производства по делу ФИО2 в 2015 – 2018 годах принимал управленческие решения без одобрения временного и внешнего управляющего, результатом которых стало изменение в отрицательную сторону размера активов должника и признание 03.10.2019 Общества банкротом. Каких-либо разумных объяснений ФИО23 не представил (разработанный им бизнес-план по выводу Общества из процедуры банкротства).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 16 Постановления № 53, неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (пункт 17 Постановления № 53).

Как следует из изложенного, а также фактических обстоятельств рассматриваемого спора, ФИО2 не раскрыл причин, приведших к возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства, не доказал, что действовал добросовестно, рассчитывая на преодоление временных финансовых затруднений в разумный срок, приложил необходимые усилия для выполнения экономически обоснованного плана, направленного на улучшение финансового состояния должника (систематическое снижение долговых обязательств, в том числе фискальных, погашение задолженности по заработной плате, постепенное и значительное гашение текущей и ранее возникшей задолженности перед кредиторами, достижение соглашения с кредиторами о реструктуризации задолженности, ведение переговоров о заключении прибыльных договоров, исполнение которых позволило бы погасить кредиторскую задолженность).

Разъяснения, данные в Постановлении № 53, применимы к рассматриваемым правоотношениям в связи со схожестью содержания пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ и статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Законе № 266-ФЗ.

Довод кассатора относительной пропуска срока исковой давности являлся предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, выводов судов не опровергает, о нарушении судами норм права не свидетельствует и сводится лишь к несогласию с произведенной судами оценкой доказательств, означенное незаконностью обжалуемых судебных актов не является.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа суд

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 09.12.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2023 по делу № А56-84331/2015 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

 

Председательствующий

Н.Ю. Богаткина

Судьи

Ю.В. Воробьева

ФИО1