АРБИТРАЖНЫЙ СУД

БЕЛГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

Народный бульвар, д.135, г. Белгород, 308000

Тел./ факс (4722) 35-60-16, 32-85-38

сайт: http://belgorod.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №А08-4267/2024

г. Белгород

06 февраля 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 30 декабря 2024 года

Полный текст решения изготовлен 06 февраля 2025 года

Арбитражный суд Белгородской области в составе судьи Киреева В.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Стародубова С.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 (Белгородская область, Корочанский район) к ФИО2 (Белгородская область, Прохоровский район) о взыскании 221500,00 руб. в качестве субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ПРОДВИЖЕНИЕ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

в отсутствие сторон, извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации по делу на сайте суда http://belgorod.arbitr.ru,

установил:

ФИО1 (далее также – ФИО1, истец) обратился в Корочанский районный суд Белгородской области с иском к ФИО2 (далее также – ФИО2, ответчик) и ФИО3 о взыскании денежных средств в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью.

Определением Корочанского районного суда Белгородской области от 01.12.2023 по делу №м-999/2023 иск ФИО1 возвращен на основании пункта 1 части 1 статьи 22 и пункта 2 части 1 статьи 135 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с неподсудностью дела суду общей юрисдикции или подсудно арбитражному суду.

Определением Арбитражного суда Белгородской области от 20.05.2024 по делу №А08-4267/2024 принят к производству иск ФИО1 к Козырю Н.В. о взыскании 221500,00 руб. в качестве субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ПРОДВИЖЕНИЕ» и ФИО3 о взыскании 232500,00 руб. в качестве субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «АУРУС», возбуждено производство по делу.

 Определением арбитражного суда от 30.07.2024 требования ФИО1 к ФИО3 о взыскании 232500,00 руб. в качестве субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «АУРУС» выделены в отдельное производство. 

В ходе рассмотрения дела истец настаивал на удовлетворении иска по доводам, изложенным в исковом заявлении, и на основании представленных в материалы дела письменных доказательств.

Ответчик в представленном суду письменном отзыве на иск и в судебном заседании возражал против удовлетворения иска, указав при этом, помимо прочего, что он не является фактическим бенефициаром ООО «ПРОДВИЖЕНИЕ», никаких договоров не подписывал, за вознаграждение предоставил малоизвестным гражданам свои паспортные данные для внесения сведений о нем как о директоре и учредителе юридического лица.ни в одно из судебных заседаний не явился, отзыв на иск не представил.

Учитывая наличие у суда доказательств извещения сторон о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации по делу на сайте суда http://belgorod.arbitr.ru., дело рассмотрено в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в отсутствие не явившихся участников процесса, по имеющимся в деле доказательствам. 

Как следует из материалов дела, решением Корочанского районного суда Белгородской области от 13.11.2019 по делу №2-4845/2019 удовлетворен в части иск ФИО1 к ООО «ПРОДВИЖЕНИЕ» о защите прав потребителя; расторгнут договор об оказании юридических услуг №0106201903 от 01.06.2019, заключенный между ФИО1 к ООО «ПРОДВИЖЕНИЕ»; взыскано с ООО «ПРОДВИЖЕНИЕ» в пользу ФИО1 денежные средства, уплаченные по договору №0106201903 от 01.06.2019 в сумме 24000,00 руб., неустойка за период с 16.08.2019 по 02.10.2019 в сумме 24000,00 руб.; расторгнут договор об оказании юридических услуг №2806201903 от 26.06.2019, заключенный между ФИО1 к ООО «ПРОДВИЖЕНИЕ»; взыскано с ООО «ПРОДВИЖЕНИЕ» в пользу ФИО1 денежные средства, уплаченные по договору №2806201903 от 26.06.2019 в сумме 49000,00 руб., неустойка за период с 16.08.2019 по 02.10.2019 в сумме 49000,00 руб., компенсация морального вреда в сумме 3000,00 руб., штраф в сумме 74500,00 руб. В удовлетворении остальной части иска отказано. 

Судебным приставом-исполнителем ОСП по г. Белгороду УФССП России по Белгородской области на основании указанного выше решения суда вынесено постановление от 19.02.2020 о возбуждении исполнительного производства №17900/20/31010-ИП в отношении ООО «ПРОДВИЖЕНИЕ», которым установлена задолженность по исполнительному производству по состоянию на 19.02.2020 в размере 221500,00 руб.   

Согласно Единому государственному реестру юридических лиц ООО «ПРОДВИЖЕНИЕ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) зарегистрировано в качестве юридического лица 21.11.2018.  

ООО «ПРОДВИЖЕНИЕ» исключено из Единого государственного реестра юридических лиц 12.08.2021 как недействующее юридическое лицо. 

С момента создания и до момента исключения из реестра юридических лиц ООО «ПРОДВИЖЕНИЕ» его единственным участником и генеральным директором являлся ответчик – ФИО2

Полагая, что в связи с наличием неисполненного ООО «ПРОДВИЖЕНИЕ» обязательства перед истцом в размере 221500,00 руб. и что ответчик – ФИО2 как единственный участник и исполнительный орган должника подлежит привлечению к субсидиарной ответственности на основании статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), истец обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Изучив материалы дела, доводы истца и ответчика, исследовав и оценив представленные доказательства, арбитражный суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Статьей 12 ГК РФ предусмотрены определенные способы защиты гражданских прав.

Условиями предоставления судебной защиты лицу, обратившемуся в суд с настоящим иском, являются установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права потребовать исполнения определенного обязательства от ответчика, наличия у ответчика обязанности исполнить это обязательство и факта его неисполнения последним.

Как установлено частью 1 статьи 399 ГК РФ, если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

То есть субсидиарная ответственность устанавливается в качестве санкции за противоправное поведение должника или лиц, имеющих право в силу закона определять условия ведения хозяйственной деятельности должника или же влиять на исполнение должником своих обязательств.

Пунктом 1 статьи 53 ГК РФ установлено, что юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами.

В соответствии с пунктом 4 статьи 32 Федерального закона об обществах с ограниченной ответственностью» руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

В силу пункта 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

Частями 1 - 2 статьи 53.1 ГК РФ установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании.

В соответствии с пунктом 3 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью в случае несостоятельности (банкротства) общества по вине его участников или по вине других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на указанных участников или других лиц в случае недостаточности имущества общества может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

В пункте 3 статьи 64.2 ГК РФ предусмотрено, что исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 настоящего Кодекса.

На основании пункта 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства; в данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Согласно статье 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Из содержания указанных норм права следует, что взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом.

Так, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения убытков, их размер, противоправность поведения причинителя ущерба и юридически значимую причинную связь между поведением указанного лица и наступившим вредом.

Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков. Лицо, требующее взыскания убытков, должно доказать наличие и размер убытков, противоправность действий (бездействия) причинителя убытков, причинную связь между противоправными действиями (бездействием) и убытками (пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. 

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Исходя из правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 1 постановления от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений.

Единоличный исполнительный орган общества не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, если он действовал в пределах разумного предпринимательского риска. То есть доказывание того факта, что действия были совершены ответчиком за указанными пределами, является процессуальной обязанностью истца (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2007 по делу №А32-56380/2005-26/1596, от 08.02.2011 по делу №А40-111798/09-57-539, определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.07.2013 №ВАС-8855/13).

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 №12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

В Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.04.2011 №15201/10 указано, что при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

В пункте 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, указано, что из системного толкования абзаца 2 пункта 3 статьи 56 ГК РФ, пункта 3 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве следует, что необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

Таким образом, возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения участников общества следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в пунктах 2, 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» в отношении действий (бездействия) директора.

Согласно указанным разъяснениям, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» и абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Из абзаца 2 пункта 4 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 №20-П следует, что само по себе исключение общества с ограниченной ответственностью из реестра - учитывая различные основания, при наличии которых оно может производиться, возможность судебного обжалования действий регистрирующего органа и восстановления правоспособности юридического лица, а также принимая во внимание принципы ограниченной ответственности, защиты делового решения и неизменно сопутствующие предпринимательской деятельности риски - не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами, и достаточным основанием для привлечения к ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в названной норме.

В ситуации, когда единственный участник хозяйственного общества одновременно выполняет функции генерального директора, действительно присутствует риск того, что такой участник, ведущий дела общества во всей полноте, включая руководство его текущей деятельностью (участвующий в переговорах с контрагентами, заключающий сделки от имени общества, свободно распоряжающийся имуществом общества и т.п.) будет использовать правовую форму юридического лица только в качестве средства защиты от имущественных притязаний кредиторов по отношению к себе лично. Однако в силу презумпции добросовестности, пока не доказано иное, предполагается, что даже при высокой степени контроля за деятельностью общества участник отделяет собственную личность от личности корпорации (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 №304-ЭС21-18637).

При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 №6-П).

Лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в обычных условиях делового оборота и с учетом сопутствующих предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед кредиторами. В то же время надо иметь в виду, что само по себе исключение общества с ограниченной ответственностью из ЕГРЮЛ, учитывая разные обстоятельства, которыми оно может быть обусловлено, возможность судебного обжалования действий регистрирующего органа и восстановления правоспособности юридического лица, а также принципы ограниченной ответственности хозяйственного общества, защиты делового решения и неизменно присущие предпринимательству риски - не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 №20-П).

Таким образом, при решении вопроса о распределении бремени доказывания наличия или отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности в указанных случаях необходимо принимать во внимание как добросовестность лица, контролирующего должника, включая исполнение таким лицом своей обязанности по учету интересов кредитора, в том числе при рассмотрении дела в суде, так и процессуальную добросовестность кредитора, при том, что на момент исключения общества из ЕГРЮЛ требование кредитора удовлетворено судом (что не препятствует суду, вынося окончательное решение в споре, учесть и добросовестность кредитора в материально-правовых отношениях, как это отмечено выше).

Указанные правовые позиции в полной мере применимы к настоящему делу, поскольку на момент разрешения спора ООО «ПРОДВИЖЕНИЕ» фактически прекратило свою деятельность.

В рассматриваемом случае истец объективно не имел и не имеет возможности представить документы, объясняющие причины неисполнения ООО «ПРОДВИЖЕНИЕ» обязательств.

В свою очередь, ответчиком в нарушение положений статей 64 и 65 АПК РФ не представлено суду отвечающих требованиям главы 7 АПК РФ достаточных, достоверных, допустимых и объективных доказательств, отражающих реальное положение дел, действительный оборот в обществе и невозможность по объективным причинам исполнить обязательства перед истцом. 

Формальная констатация ответчиком, что он являлся номинальным директором и участником общества (должника) и не контролировал его деятельность, без предоставления тому объективных подтверждающих доказательств, не может приниматься судом, как добросовестное поведение с раскрытием доказательств, невозможности исполнения решения суда перед кредитором.

Если контролировавшее должника лицо решило «бросить бизнес» с долгами и уклониться тем самым от расчетов с кредитором, не оправдывает его деятельность и не должно неблагоприятно влиять на кредитора (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.01.2025 №305-ЭС24-22290).

Ответчик мог быть освобожден от субсидиарной ответственности, если обстоятельства, связанные с неспособностью подконтрольного ими лица исполнить свои обязательства перед кредиторами, носили случайный характер и были обусловлены предпринимательским риском, однако в данном деле таких обстоятельств суды не представлены. 

Кроме того, суд отмечает, что согласно представленному самим ответчиком постановлению СО №5 СУ УМВД России по г. Белгороду от 18.11.2022 об отказе в возбуждении уголовного дела по результатам рассмотрения проверки КУСП №9657/1605 от 26.04.2019 по факту неправомерных действий со стороны сотрудников ООО «ПРОДВИЖЕНИЕ», фактическое руководство организацией осуществлял ответчик (объяснения юриста ООО «ПРОДВИЖЕНИЕ» ФИО4), ответчик ежемесячно получал заработную плату как генеральный директор общества и был осведомлен о деятельности общества (объяснения Козыря Н.В.).  

При таких обстоятельствах, учитывая неравные - в силу объективных причин - процессуальные возможности истца и ответчика, неосведомленность кредитора о конкретных доказательствах, необходимых для подтверждения оснований привлечения к субсидиарной ответственности, суд полагает, что ответчик в нарушение статьи 65 АПК РФ не представил суду отвечающих требованиям главы 7 АПК РФ объективных и достоверных доказательств, свидетельствующих о добросовестности и разумности действий ответчика при указанных выше обстоятельства, в том числе при погашении долга перед истцом, что он действовал в пределах разумного предпринимательского риска. Аналогичная правовая позиция приведена в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 04.10.2023 №305-ЭС23-11842, от 10.04.2023 №305-ЭС22-16424.

В статье 65 АПК РФ, раскрывающей существо принципа состязательности участников арбитражного процесса, законодатель закрепил положение, согласно которому каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Таким образом, оценив в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства в совокупности и во взаимной связи, исходя из анализа вышеназванных норм права, суд приходит к выводу о наличии достаточных оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица, а, следовательно, иск ФИО1 подлежит удовлетворению полностью. С Козыря Н.В. в пользу ФИО1 подлежат взысканию 221500,00 руб. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ПРОДВИЖЕНИЕ».

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы истца по уплате государственной пошлины в размере 7430,00 руб. (чек-ордер ПАО СБЕРБАНК от 16.04.2024) также подлежат взысканию с ответчика в пользу истца. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167 - 170, 176 АПК РФ, арбитражный суд 

решил:

Иск ФИО1 удовлетворить полностью.

Взыскать с ФИО2 (Белгородская область, Прохоровский район) в пользу ФИО1 (Белгородская область, Корочанский район) 221500,00 руб. задолженности и 7430,00 руб. расходов по уплате государственной пошлины. 

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Белгородской области в соответствии с главами 34 и 35 АПК РФ в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после принятия обжалуемого решения, в Арбитражный суд Центрального округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого решения. Дата изготовления решения в полном объеме считается датой принятия решения.

Судья В.Н. Киреев