ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-15996/2023

г. Челябинск

06 марта 2024 года

Дело № А76-39549/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 февраля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 06 марта 2024 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Рогожиной О.В., судей Курносовой Т.В., Ковалевой М.В., при ведении протокола помощником судьи ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Леонар Авто» ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 25.10.2023 по делу № А76-39549/2021 об отказе в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Леонар Авто». 

 

В судебном заседании принял участие посредством системы веб-конференции представитель конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Леонар Авто» ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 01.06.2023, диплом). 

В судебном заседании в Восемнадцатом арбитражном апелляционном суде приняли участие представители:

ФИО4 – ФИО5 (паспорт, доверенность от 09.04.2021);

общества с ограниченной ответственностью «Легион Моторс» - ФИО6 (паспорт, доверенность от 13.02.2024);

общества с ограниченной ответственностью «Сейхо-Моторс» - ФИО7 (паспорт, доверенность от 16.02.2024).

 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 16.11.2021 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Леонар Авто» (далее – общество «Леонар Авто», должник).

Определением от 14.04.2022 в отношении должника введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим утверждена ФИО2.

Решением от 12.08.2022 общество «Леонар Авто» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утверждена ФИО2 

На рассмотрение суда поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении бывшего руководителя должника ФИО8, бывшего руководителя и участника должника ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества  «Леонар Авто».

Определением от 25.10.2023 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий обществом «Леонар Авто» ФИО2 (далее – заявитель, конкурсный управляющий) обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит отменить указанное определение и принять по делу новый судебный акт, которым  удовлетворить заявление конкурсного управляющего. 

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указывает на то, что обжалуемое определение вынесено с нарушением норм процессуального и материального права; заявитель ссылается на то, что признаки неплатежеспособности (недостаточности имущества) у должника возникли по состоянию на 31.12.2018, следовательно, руководитель должника ФИО8 не позднее 01.02.2019 должен был обратиться с заявлением о банкротстве, что им сделано не было; бездействия ФИО8 и ФИО4 (на 12.02.2019 являлся участником должника и обязан был инициировать собрание участников и вынести решение об обращении в суд) привели к ухудшению финансового положения должника; после 01.02.2019 у должника возникли обязательства на сумму 349 785 585 руб. 02 коп. По мнению заявителя, отсутствие документов должника у ФИО8 и ФИО4 не может быть признано основанием для отказа в требовании о привлечении их к субсидиарной ответственности, поскольку имеется их вина в утрате полной информации по дебиторам должника, основным средствам, запасам; руководитель должника ФИО8 при сдаче бухгалтерской отчетности за 2018, 2019, 2020 годы отразил в бухгалтерском балансе недостоверные сведения об активах должника; бухгалтерская отчетность за 2021 год руководителем должника ФИО4 в налоговый орган не сдавалась, необходимых действий предпринято не было. Кроме того, указывает на то, что судом первой инстанции не дана оценка доводам конкурсного управляющего о наличии оснований для взыскания солидарно с ФИО8 и ФИО4 в пользу должника убытков в размере 35 657 293 руб. 03 коп., причиненных в результате ненадлежащей работы с дебиторской задолженностью, повлекшей утрату возможности ее взыскания.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2023 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 12.12.2023.

В суд от конкурсного управляющего посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой арбитр» 20.11.2023 поступили дополнительные материалы по делу (доказательства направления апелляционной жалобы в адрес лиц, участвующих в деле). Указанные документы приобщены к материалам апелляционного производства в соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В апелляционную инстанцию посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой арбитр» поступили 06.12.2023 отзыв на апелляционную жалобу от ФИО4, 07.12.2023 отзыв от общества с ограниченной ответственностью «Сейхо-Моторс» и 11.12.2023 отзыв от индивидуального предпринимателя ФИО9, указанные документы приобщены к материалам дела с учетом мнения лиц, участвующих в деле и наличия доказательств заблаговременного их раскрытия перед иными участниками процесса в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2023 судебное разбирательство по рассмотрению апелляционной жалобы отложено на 16.01.2024 на 10 часов 40 минут.

В апелляционный суд посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой арбитр» 10.01.2024 от ФИО4 поступил отзыв на апелляционную жалобу, 11.01.2024 от ФИО2 поступили дополнения к апелляционной жалобе и 15.01.2023 возражения на отзыв ФИО4 Указанные документы приобщены к материалам апелляционного производства в соответствии со статьями 262, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.12.2023 судебное разбирательство по рассмотрению апелляционной жалобы отложено на 13.02.2024 на 09 часов 20 минут.

В апелляционный суд посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой арбитр», во исполнение определения суда, 06.02.2024 от ФИО2, поступили дополнения к апелляционной жалобе с приложениями, от ФИО9 письменные пояснения с приложениями, 08.02.2024 письменные пояснения от ФИО4 Указанные документы приобщены в материалы дела на основании статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Протокольным определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2024 объявлен перерыв в судебном заседании до 27 февраля 2024 года 17 часов 00 минут.

В апелляционный суд посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой арбитр» 20.02.2024 от ФИО2, общества «Легион Моторс» поступили письменные пояснения которые приобщены к материалам дела в соответствии с положениями статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтового отправления, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание представителей не направили, отзывы не представили.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников процесса.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, общество «Леонар Авто» зарегистрировано в качестве юридического лица 20.07.2006, учредителями общества являются ФИО4 с долей участия – 99 %, общество с ограниченной ответственностью «Леонар Авто Сервис» 0,5 % и  общество с ограниченной ответственностью «ДС Авто Сервис» 0,5 %.  Основным видом деятельности должника является торговля легковыми автомобилями и легкими автотранспортными средствами. Генеральным директором общества «Леонар Авто» в период с 24.07.2014 по 11.11.2021 являлся ФИО8, в период с 11.11.2021 по 17.08.2022  генеральным директором являлся ФИО4 Общество «Леонар Авто» входит в группу компаний «Сейхо-Моторс».

Определением от 16.11.2021 возбуждено производство по делу о банкротстве общества «Леонар Авто». 

Определением от 14.04.2022 в отношении общества «Леонар Авто» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО2. 

Решением суда от 12.08.2022 в отношении общества «Леонар Авто» открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утверждена ФИО2 

Конкурсный управляющий обратилась с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО8, бывшего руководителя и участника должника ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Леонар Авто» солидарно в размере 349 955 379 руб. 82 коп., а также о взыскании солидарно с ФИО8 и ФИО4 в пользу должника убытков  в размере 35 657 293 руб. 03 коп.

Заявленные требования мотивированы неисполнением обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, невозможностью погашения требований кредиторов вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, выразившихся в непередаче документации и запасов должника, а также в связи с причинением убытков в связи с неприянятием мер к взысканию дебиторской задолженности, в том числе  ФИО4 в размере 17 800 000 руб. и общества с ограниченной ответственностью «Эвотайм» на сумму 16 321 417 руб. 20 коп.

Суд первой инстанции в удовлетворении заявления отказал в полном объеме.

Апелляционный суд, рассмотрев  доводы жалобы и возражения по ним, исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, если: удовлетворение требований одного или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед иными кредиторами; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности (недостаточности имущества), и в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве, нарушение обязанности по подаче заявления должника в суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 данного Закона, влечет субсидиарную ответственность лиц, которые обязаны принять решение о подаче заявления должника в суд и подать это заявление, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Указанные нормы касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты.

По смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах 5 и 7 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов ответственности освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение плана является разумным.

Необходимо понимать, что в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве закреплен правовой механизм, обеспечивающий защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов; данная норма предусматривает возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Соответственно для достижения указанной цели нормы суды должны определить объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, поскольку субсидиарная ответственность за нарушение обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве должника наступает только в случае, если после соответствующей даты у должника возникли новые обязательства.

Мотивируя заявленные требования в указанной части, конкурсный управляющий ссылается на наличие задолженности по обязательным платежам, возникшей в 2017 году, задолженности по арендной плате за 1 полугодие 2020 года, а также по договору поручительства, заключенного в обеспечение исполнения обязательств общества «Сейхо-Моторс». По мнению заявителя обязанность по обращению в суд возникла у руководителя не позднее 01.01.2019 года.

Ответчики возражая относительно требований конкурсного управляющего, мотивируя  причины необращения к суду с соответствующим заявлением,  предоставили пояснения, согласно которым общество  «Леонар Авто» с 2006 года по 2019 год занималось продажей и ремонтом автомобилей марки «Пежо» в составе группы компаний под управлением общества «Сейхо-Моторс». Производственная деятельность должника  прекращена в связи с расторжением в 2019 году дилерского договора с дистрибьютором общества «Пежо Ситроен Рус» (г. Москва). После прекращения производственной деятельности общество «Леонар Авто» готовилось к ликвидации. Единственный актив компании представлял собой возведенное за счет средств должника отдельно стоящее здание по адресу Челябинск, ул. Бр. Кашириных, 135. Данное здание своевременно не зарегистрировано как объект недвижимости, но эксплуатировалось. Для регистрации требовалось провести межевание земельных участков под возведенным зданием. Поскольку здание филиала «Леонар Авто»  построено на стыке трех земельных участков, один из которых принадлежит муниципальному образованию, процесс межевания являлся сложной по исполнению задачей. По этой причине ликвидацию общества «Леонар Авто» планировалось осуществить после завершения межевания земельных участков и регистрации объекта недвижимости за должником. Ликвидация общества «Леонар Авто» не была проведена, поскольку в 2021 году, вследствие корпоративного конфликта, возникшего после снятия ФИО4 с должности генерального директора общества «Сейхо-Моторс», кредитором «Легион моторс», подконтрольным обществу «Сейхо-Моторс», возбуждено дело о банкротстве общества «Леонар Авто». В период подачи заявления о банкротстве «Леонар Авто» обществом «Сейхо-Моторс» управлял директор, назначенный вторым участником общества «Сейхо-Моторс» ФИО10 

Наличие корпоративного конфликта между участниками общества «Сейхо-Моторс» ФИО4 (50 % участия) и ФИО10 (50 % участия) подтверждается судебными разбирательствами в арбитражном суде: №А76-18457/2021 (о признании недействительным решения собрания общества «Сейхо-Моторс» о снятии с должности генерального директора ФИО4); №А76-10334/2022 (о взыскании убытков с ФИО4 в пользу общества «Сейхо-Моторс»); №А76-18887/ 2022 (об обязании общества «Сейхо-Моторс» передать ФИО4. документы о хозяйственной деятельности общества «Сейхо-Моторс»); №А76-19024/2022 (иск ФИО4. к обществу «Сейхо-Моторс» и признании недействительной сделкой продажу автомобиля), а также ряд судебных споров в судах общей юрисдикции по искам общества «Сейхо-Моторс» о расторжении договоров по продажам автомобилей. 

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав обстоятельства дела, проверив наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности за необращение с заявлением о признании должника банкротом, оценив все представленные в материалы дела доказательства, в частности бухгалтерскую отчетность должника за 2018-2020 годы, анализ финансово-хозяйственной деятельности должника, учитывая обстоятельства возникновения задолженности перед кредиторами, чьи требования включены в реестр требований кредиторов должника, установив, что  прекращение деятельности должника обусловлено расторжением в 2019 году дилерского договора с дистрибьютором общества «Пежо Ситроен Рус» (г. Москва), приняв во внимание пояснения ответчиков относительно наличия такого актива как здание по адресу Челябинск, ул. Бр. Кашириных, 135, которое предполагалось ввести в эксплуатацию, с учетом того, что ранее широко была распространена практика возведения объектов недвижимости с последующей их легализацией (признания права), суд первой инстанции признал, что на начало 2019 года нельзя сделать очевидный вывод о неплатежеспособности должника; признаки неплатежеспособности, которые должны быть очевидны для руководителя должника, возникли в 2021 году, при этом наличие и размер обязательств, которые возникли именно в этот период, не установлены.

Как следует из материалов дела, финансовое состояние должника на обозначенную конкурсным управляющим дату (2019 год) свидетельствовало о наличии у внешнего по отношению к нему лица - отдельного кредитора возможности обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника по мотиву неоплаты конкретной задолженности, но не являлось достаточным для формирования у руководителя должника однозначного суждения о наличии у последнего объективных признаков несостоятельности, в том числе учитывая, приведенные доводы о предпринимаемых мерах по выходу из кризиса, включавших продажу в 2020 году 50 % доли в обществе «Сейхо-Моторс», намерение ввести  в эксплуатацию значимого актива.

Тот факт, что объем долговых обязательств перед кредиторами по итогу не погашен, является обстоятельством, которое стало очевидно впоследствии; значимым же для привлечения руководителя к ответственности является установление отсутствия экономической обоснованности и очевидной неразумности плана в момент его принятия.

Согласно абзацу третьему пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Закона.

Аналогичные положения содержатся в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в действующей редакции.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (абзац 10 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Как разъяснено в пункте 17 Постановления № 53, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Кроме того, из разъяснений, данных в пункте 22 Постановления № 53, следует, что в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве) (пункт 18 постановления № 53).

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве предусмотрена обязанность руководителя должника, а также временного управляющего, административного управляющего, внешнего управляющего в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Согласно пункту 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта: лицом, являющимся единоличным исполнительным органом экономического субъекта.

При этом бухгалтерский учет в соответствии с пунктом 3 статьи 6 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации. В силу пункта 1 статьи 13 названного закона бухгалтерская (финансовая) отчетность должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, необходимое пользователям этой отчетности для принятия экономических решений. Бухгалтерская (финансовая) отчетность должна составляться на основе данных, содержащихся в регистрах бухгалтерского учета, а также информации, определенной федеральными и отраслевыми стандартами. Первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года (пункт 1 статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»).

В силу положений статьи 50 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» общество обязано хранить документы, подтверждающие права общества на имущество, находящееся на его балансе, иные документы, предусмотренные федеральными законами и иными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества. Общество хранит документы, предусмотренные пунктом 1 данной статьи, по месту нахождения его единоличного исполнительного органа или в ином месте, известном и доступном участникам общества.

Таким образом, составление, учет и хранение документов, в том числе подтверждающих права общества на имущество, дебиторскую и кредиторскую задолженности, в силу закона обязан обеспечить единоличный исполнительный орган общества.

Поскольку ведение бухгалтерского учета и (или) отчетности является обязательным требованием закона, ответственность за организацию бухгалтерского учета несет руководитель, то именно руководитель обязан доказывать наличие уважительных причин непредставления документации. В случае если он таких доказательств не представляет, невыполнение требования о предоставлении первичных бухгалтерских документов или отчетности приравнивается к их отсутствию.

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время - подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) также закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума от 21.12.2017 № 53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника и их идентификации, невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы, невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

При этом приведенные в пункте 4 статьи 10 (пункте 2 статьи 61.11) Закона о банкротстве обстоятельства отсутствия документов бухгалтерского учета и (или) отчетности и прочих обязательных документов должника-банкрота, по сути, представляют собой лишь презумпцию, облегчающую процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора.

Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующее должника, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.

Согласно информации, предоставленной конкурсным управляющим должником, в  бухгалтерском балансе должника за 2018 год в строке 1230 отражена дебиторская задолженность в сумме 36 454 тыс. руб. 

Исходя из сведений, предоставленных ответчиками, подтверждено наличие просроченной дебиторской задолженности ФИО4 в размере 17 800 000 руб. и общества  «Эвотайм» на общую сумму 16 321 417 руб. 20 коп. 

В бухгалтерском балансе 2019 года в строке 1230 отражена дебиторская задолженность в сумме 36 967 тыс. руб. в том числе 34 121 417 руб. 20 коп. – дебиторская задолженность лиц, непосредственно аффилированных ФИО4 и ФИО8 (участником общества «Эвотайм» с размером доли 100% является ФИО4). 

В бухгалтерских балансах должника за 2018 – 2020 года в строке 1210 отражены запасы на сумму 1 620 000 руб. 

Исходя из письменных сведений, предоставленных ответчиками, подтверждено наличие активов (остатков на складе) на сумму 1 535 875 руб. 83 коп., а также тот факт, что данные активы отсутствуют на дату введения конкурсного производства. 

Определением суда от 30.03.2023 в рамках обособленного спора по настоящему делу в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2 об обязании ФИО4 передать документы отказано. Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.06.2023 определение оставлено без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения. Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 28.08.2023, определение Арбитражного суда Челябинской области от 30.03.202023, постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда оставлены без изменения, кассационные жалобы общества «Сейхо-Моторс», конкурсного управляющего без удовлетворения. 

Указанными судебными актами, вступившими в законную силу, установлено, что в распоряжении ответчиков - бывших руководителей должника отсутствуют документы хозяйственной деятельности общества «Леонар-Авто» и представить документы ответчик не имеет возможности по причине прекращения доступа к данным документам со стороны нового руководства группы компаний «Сейхо-Моторс». 

Данные документы изъяты представителями компании «Сейхо-Моторс» в апреле 2021 года, после снятия с должности генерального директора общества «Сейхо-Моторс» ФИО4 и назначении директором ФИО11 С этого момента новое руководство компании «Сейхо-Моторс» закрыло доступ ФИО8 и ФИО4. к документам общества «Леонар Авто». Причина прекращения доступа ФИО4 и ФИО8 к документам общества «Леонар Авто» заключается в корпоративном конфликте, развивающемся в обществе «Сейхо-Моторс» между двумя участниками данного общества: ФИО10 (50 % участия) и ФИО4 (50 % участи).

Обязанность передачи документации и материальных ценностей частично исполнена бывшим руководителем должника. Доказательств того, что бывшими руководителями общества «Леонар Авто» ФИО4 и ФИО8 были совершены действия, направленные на уклонение от исполнения предусмотренной обязанности по передаче документов, которые не позволяют либо затрудняют проведение процедуры конкурсного производства в отношении должника, в том числе вывоз документов и имущества общества из занимаемых помещений в неустановленное место, а также наличия с их стороны препятствий в доступе в помещения, в которых ранее осуществилась хозяйственная деятельность общества, не установлено.

При таких обстоятельствах судом наличие действий ФИО4 и ФИО8, выразившихся в сокрытии  документации и  имущества должника, в результате  которых наступили негативные для должника и его кредиторов последствия, связанные с невозможностью исполнить обязательства/получить удовлетворение своих требований за счет принадлежащего должнику имущества, а также повлекшие существенное ухудшение финансового положения должника не установлено, ввиду чего в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по указанному основанию также отказано.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, инициирование судебного разбирательства предполагает необходимость представления суду ясных и убедительных доказательств обоснованности требований конкурсного управляющего.

Причиной банкротства должны быть именно недобросовестные и явно неразумные действия ответчика, которые со всей очевидностью для любого участника гражданского оборота повлекут за собой нарушение прав кредиторов общества. Наличие в рассмотренном деле таких обстоятельств не установлено, а конкурсным управляющим в состязательном процессе не доказано.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по заявленным основаниям.

Конкурсный управляющий должником также предъявил требование о привлечении бывших  руководителей должника к ответственности в виде убытков.

Мотивируя заявленные требования, конкурсный управляющий ссылается на причинение действиями (бездействием) ФИО4 и ФИО8, должнику убытков в сумме 35 657 293 руб. 03 коп.

Суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО4 и ФИО8 к ответственности в виде убытков в полном объеме.

Апелляционный суд полагает, что выводы суда об отсутствии оснований для привлечения ФИО4 и ФИО8  к ответственности в виде убытков в полном объеме являются необоснованными и сделанными без учета всех фактических обстоятельств настоящего дела и имеющихся в деле доказательств.

В соответствии с частью 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон обществах с ограниченной ответственностью) лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно и обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица возместить убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (часть 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Согласно пункту 5 названного постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

Для наступления гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков необходимо доказать совокупность следующих обстоятельств: противоправность поведения лица, причинившего убытки, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между действиями причинителя вреда и понесенными убыткам.

В соответствии со статьей 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

В данном случае, помимо прочего, в качестве основания для привлечения к ответственности бывшего руководителя должника к ответственности в виде убытков заявлено ненадлежащая организация работы с дебиторской задолженностью, повлекшая невозможность ее взыскания ввиду пропуска срока давности.

Согласно представленному конкурсным управляющим расчету просроченной, невозможной ко взысканию по вине бывших руководителей должника является задолженность в размере 34 121 417 руб. 20 коп., которая является задолженностью непосредственно ФИО4 и аффилированного с ним общества «Эвотайм». 

При этом ответчики какие-либо разумные документально обоснованные пояснения, опровергающие требования конкурсного  управляющего,  не привели; представленные  суду пояснения носят противоречивый характер (ссылка на пропуск срока давности, гашение посредством векселя, использование средств на хозяйственную деятельность);   мотивы, по которым указанная задолженность при условии ее погашения продолжала отражаться в отчетности, включая  2020 год (то есть, до возникновения конфликта и еще сохранения контроля ФИО4 и наличии доступа к документации),  не приведены. Принятие мер по взысканию, а также гашение  задолженности  не подтверждено.

Данное бездействие при исполнении  властно-распорядительных функций руководителя должника повлекло уменьшение активов должника, и, как следствие, повлекло причинение убытков должнику и его кредиторам (в частности, в реестр требований кредиторов должника включено  требование ИП ФИО9, основанное на договорах поручительства от 2011 и 2015 года, при этом просрочка исполнения обязательств возникла в 2015 году - в 2015 заключено мировое соглашение, которое исполнено не было).

Таким образом, установив, что доказательств, опровергающих доводы конкурсного управляющего должником о непринятии мер по взысканию задолженности в пределах исковой давности и  проведения работы с дебиторами не имеется; учитывая, что дебитором (выгодоприобретателем)  является аффилированное с должником  лицо, апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для взыскания солидарно с ФИО8 и ФИО4 в пользу общества «Леонар Авто» убытков  в размере 34 121 417 руб. 20 коп.

В связи с изложенным, определение Арбитражного суда Челябинской области от 25.10.2023 подлежит изменению в части  отказа в удовлетворении требований о взыскании убытков (часть 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), апелляционная жалоба - частичному удовлетворению. В остальной части оснований для отмены судебного акта не установлено.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не допущено.

Руководствуясь статьями 176, 268 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 25.10.2023 по делу № А76-39549/2021 изменить, апелляционную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Леонар Авто» ФИО2  удовлетворить частично.

         Взыскать солидарно с ФИО8 и ФИО4 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Леонар Авто» убытки в размере 34 121 417 руб. 20 коп.

В остальной части определение Арбитражного суда Челябинской области от 25.10.2023 по делу № А76-39549/2021 оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                         О.В. Рогожина 

 

Судьи:                                                                               Т.В. Курносова

 

                                                                                          М.В. Ковалева