ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-2459/2023

г. Челябинск

23 марта 2023 года

Дело № А07-21191/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 марта 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 23 марта 2023 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Аникина И.А.,

судей Жернакова А.С., Камаева А.Х.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Интеллектуальные системы» на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.01.2023 по делу № А07-21191/2021.

В судебном заседании приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью «Интеллектуальные системы» - ФИО2 (доверенность от 05.09.2022, диплом, паспорт) через систему веб-конференции (онлайн-заседания);

общества с ограниченной ответственностью «Инновационные Буровые Технологии» - ФИО3 (доверенность от 01.07.2021, диплом, паспорт).

 

Общество с ограниченной ответственностью «Инновационные Буровые Технологии» (далее – истец, ООО «ИнБурТех») обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Интеллектуальные системы» (далее – ответчик, ООО «Интеллектуальные системы») о взыскании 2 501 888 руб. 40 коп. задолженности по арендной плате, 21 503 руб. 01 коп. процентов за пользовании чужими денежными средствами в связи с ненадлежащим исполнением обязанности по внесению арендной платы, в том числе по день погашения задолженности, 1 411 466 руб. 88 коп. ущерба в размере стоимости утраченного оборудования (т. 1, л.д. 17-19).

Судом первой инстанции к участию в деле, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «РН-Уватнефтегаз» (далее – третье лицо, ООО «РН-Уватнефтегаз»).

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.01.2023 исковые требования ООО «ИнБурТех» удовлетворены, в его пользу с ООО «Интеллектуальные системы» взыскано 2 501 888 руб. 40 коп. задолженности, 1 411 466 руб. 88 коп. убытков, 21 503 руб. 01 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами с последующим их начислением за период с 31.07.2021 по день фактического исполнения денежного обязательства, за исключением периода действия моратория, установленного постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами». Также судом с ответчика в пользу истца взысканы судебные расходы на оплату экспертизы в размере 170 000 руб. и по уплате государственной пошлины в сумме 42 674 руб. (т. 5, л.д. 3-11).

С вынесенным решением не согласился ответчик, обжаловав его в апелляционном порядке. В апелляционной жалобе ООО «Интеллектуальные системы» (далее также – податель жалобы, апеллянт) просит решение суда изменить в части взыскания 1 411 466 руб. 88 коп. убытков, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований в указанной части.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указывает, что в судебных заседаний 11.11.2022, 14.12.2022 и 10.01.2023 ответчик мотивированно, с приложением надлежащих доказательств, обосновывал необходимость повторного проведения судебной экспертизы, поскольку экспертом дана неполная оценка всех факторов работы оборудования на глубине (не учтена криволинейность и прямолинейность соответствующих участков, не учтен фактор направленности нагрузки на долото). Полагает, что при рассмотрении материалов спора эксперт ограничился констатацией пиковых значений нагрузки на поверхности земли на основе данных диаграммы ГТИ, полностью проигнорировав законы физики (к примеру, закон трения). Реальная нагрузка на КНБК на глубине существенно отличается от поверхностной нагрузки, зафиксированной в диаграммах ГТИ (она меньше). Для корректного расчета нагрузки на КНБК на глубине экспертом должна была быть проведена математическая интерпретация параметров, которая бы учитывала ряд факторов, в том числе фактическую траекторию, угол, данные по буровому раствору и т.д. Ответчик отмечает, что указанные противоречия экспертного заключения не были устранены в ходе допроса эксперта, а представленные письменные ответы не сняли необходимость проведения повторной экспертизы по делу. Считает, что противоречивое заключение судебной экспертизы не могло быть положено в основу решения суда по настоящему делу.

ООО «ИнБурТех» представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором выражено несогласие с доводами жалобы.

До начала судебного заседания от ООО «Интеллектуальные системы» поступило ходатайство о назначении повторной экспертизы, проведение которой апеллянт просил поручить эксперту общества с ограниченной ответственностью «ВНИИБТ-Буровой инструмент» ФИО4.

От ООО «ИнБурТех» поступило заявление об отводе эксперта общества с ограниченной ответственностью «ВНИИБТ-Буровой инструмент» ФИО4 с приложением протокола закупочной комиссии ООО «Интеллектуальный системы» от 21.01.2021, заявки на оформление пропусков для автотранспорта ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» №1711/2020 от 16.01.2020, письма № 43-26/05/22 от 26.05.2022, письма №219-юр от 21.10.2022, письма о проведении экспертизы, документов на эксперта ФИО5

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения указанной информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», третье лицо явку своего представителя в судебное заседание не обеспечило.

С учетом мнения представителей сторон и в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившегося лица.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал ходатайство о назначении по делу повторной судебной экспертизы.

Представитель истца возражал против удовлетворения ходатайства, а в случае его удовлетворения просил рассмотреть вопрос об отводе эксперта, заявленного ответчиком.

Рассмотрев ходатайство ответчика о назначении по делу повторной судебной экспертизы, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для его удовлетворения по мотивам, приведенным в мотивировочной части постановления.

Поскольку в удовлетворении соответствующего ходатайства судом отказано, заявление истца об отводе предложенной ответчиком кандидатуры эксперта подлежит оставлению без рассмотрения.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

Представитель истца, ссылаясь на необоснованность доводов апелляционной жалобы, просил судебный акт оставить без изменения.

В соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», в отсутствие возражений лиц, участвующих в деле, решение пересматривается арбитражным апелляционным судом в обжалуемой ответчиком части.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, между ООО «Интеллектуальные системы» (заказчик) и ООО «ИнБурТех» (исполнитель) заключен договор                 № 1В9521/00001Д на оказание услуг по предоставлению забойного оборудования (т. 1, л.д. 23-40), предметом которого является оказание исполнителем по заданию заказчика услуг по предоставлению бурового оборудования ВЗД 250-120 в объеме и в сроки, установленные договором.

В соответствии с п. 2.1 раздела 1 договора по заданию заказчика исполнитель обязуется оказать услуги по предоставлению бурового оборудования ВЗД 250-120 в соответствии с условиями договора, в объеме и в сроки, определенные в соответствующих заявках, составленных в соответствии с разделом 3 договора. Заказчик обязуется принять оказанные услуги и оплатить их в соответствии с разделом 4 договора.

Ассортимент, цена, стоимость аренды единицы оборудования, его гарантированный ресурс работы указываются в спецификации (приложение 1 к дополнительному соглашению от 04.03.2021 к договору от 25.01.2021).

Согласно п. 4.1 раздела 1 договор вступает в силу с момента подписания сторонами и действует до 31.12.2021.

Передача забойного оборудования и его возврат осуществляются по актам приема-передачи забойного оборудования (п. 1.5 раздела 3 договора).

В силу п. 1.1 раздела 4 заказчик производит оплату выполненных услуг на основании ставок, указанных в приложении №1 к договору.

Заказчик оплачивает выполненные услуги по факту, но не ранее 45 календарных дней и не позднее 60 календарных дней со дня исполнения обязательств по предоставлению бурового оборудования со дня предъявления заказчику:

– акта приемке оказанных услуг, подписанного обеими сторонами;

– оригинала счета-фактуры, выставленного в отношении оказанных услуг;

– подписанной шкалы оценки качества оказанных услуг.

Согласно п. 6.2 раздела 4 договора оказание исполнителем услуг оформляется посредством составления отчета о работе забойного оборудования (приложение №5) , акта о приемке оказанных услуг (приложение № 6) и счетов-фактур.

Пунктом 6.7 раздела 4 договора установлено, что при наличии замечаний к результату оказанных услуг, которые отражены в соответствующем акте о приемке, заказчик обязан не позднее двух рабочих дней с момента получения акта направить в адрес исполнителя обоснованные замечания о необходимых доработках и сроках исправления.

ООО «ИнБурТех» во исполнение условий договора в период с 10.02.2021 передало в пользование ООО «Интеллектуальные системы» винтовые забойные двигатели.

Стоимость услуг за указанный период составила 2 501 888 руб. 40 коп., что подтверждается актами о приемке оказанных услуг № 38 от 25.03.2021, № 61 от 25.04.2021, № 84 от 25.05.2021, счетами-фактурами № 38 от 25.03.2021, № 63 от 26.04.2021, № 84 от 26.05.2021 (т. 1, л.д. 42-47).

Как указал истец, заказчик не оплатил услуги, в связи с чем сумма задолженности составляет 2 501 888 руб. 40 коп.

Кроме того, на основании заявки ответчику по акту приема-передачи оборудования был передан винтовой забойный двигатель ДР-120.7.43 IDT № 1697 в комплекте с обратным клапаном КО-120 № 1536.

02.03.2021 ответчик уведомил истца об утрате переданного в аренду оборудования – оставление в скважине в связи с произошедшей аварией (инцидентом) с ВЗД ДР-120.7.43 IDT №1697 при строительстве скважины №2213-2 куста №5 Усть-Тегусского месторождения, на основании чего истцу причинены убытки в виде стоимости утраченного оборудования – 1 411 466 руб. 88 коп.

Истцом в адрес ответчика направлена претензия от 14.07.2021                              № 143-юр с требованием о возмещении стоимости утраченного забойного оборудования в размере 1 411 466 руб. 88 коп. и оплате задолженности по услугам в размере 2 501 888 руб. 40 коп. (т. 1, л.д. 50-51).

Оставление ответчиком без удовлетворения требований истца, изложенных в претензии, послужило основанием для обращения общества «ИнБурТех» в арбитражный суд с настоящим иском.

Удовлетворяя исковое требование, суд первой инстанции исходил из доказанности факта ненадлежащего исполнения ответчиком обязательств по внесению арендной платы по договору, наличия оснований для взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами. Кроме того, суд первой инстанции, приняв во внимание выводы судебного эксперта в заключении № 1704/2022, счел доказанным факт утраты оборудования о вине ответчика, констатировав доказанность истцом обстоятельств, являющихся основанием для взыскания убытков.

Изучив материалы дела и исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) судебного акта в обжалуемой части.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение убытков является одним из способов защиты гражданских прав.

В соответствии со статьей 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25), применяя статью 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

Должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление Пленума № 7)).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 12 постановления Пленума                      № 25 по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Из содержания приведенных норм права следует, что при обращении с настоящим иском истец должен доказать факт причинения убытков, их размер, вину лица, обязанного к возмещению вреда, противоправность поведения ответчика, причинную связь между поведением ответчика и наступившим вредом.

При этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения требований. Исходя из изложенного, обращаясь в суд с иском, истец должен доказать факт причинения вреда, противоправность действий ответчика, а также наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими последствиями и размер причиненного вреда.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 5 постановления Пленума № 7, по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником. Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности, например, обстоятельств непреодолимой силы (пункты 2 и 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 12 постановления Пленума № 25).

В рассматриваемом случае, при строительстве скважины № 2213-2 куста № 5 Усть-Тегусского месторождения 02.03.2021 произошел инцидент (расстыковка винтового забойного двигателя). В скважине без возможности извлечения осталось оборудование - винтовой забойный двигатель ДР-120.7.43 IDT № 1697 в комплекте с обратным клапаном КО-120 № 1536, принадлежащее ООО «ИнБурТех». В результате произошедшего инцидента было утрачено оборудование, принадлежащее ООО «ИнБурТех»: винтовой забойный двигатель ДР-120.7.43 IDT № 1697 в комплекте с обратным клапаном КО-120 № 1536.

Согласно составленному обществом «Интеллектуальные системы» одностороннему акту расследования аварии при строительстве скважин и зарезке боковых стволов на суше от 10.03.2021 (т. 1, л.д. 126-143): 

1) при бурении в инт. 2601-2993 м нарушений режимов не выявлено;

2) заводской брак при изготовлении корпуса ВЗД;

3) усугубляющий фактор: не срабатывание в штатном режиме аварийного узла двигателя ДР-120 №1697, выразившееся в наличии циркуляции после слома корпуса ВЗД;

4) в паспорте на ВЗД ДР-120 №1697 отсутствует таблица зависимости оборотов бурильной колонны от угла искривления шпинделя двигателя для долот диаметром 142,9 мм.

Общество «ИнБурТех» 12.05.2021 в соответствии с п. 15.6 раздела 2 договора направило в независимую экспертную организацию - лабораторию материаловедения корпус статора и шпильку, разрушение которых произошло в процессе эксплуатации (паспорт ДР-120.7.43 IDT, ТУ 3664-001-60724498), для определения химического состава, марки, механических свойств и микроструктурного состояния корпуса статора, шпильки, вероятной причины разрушения.

В соответствии с заключением № 1160-21 от 01.06.2021, выполненным обществом с ограниченной ответственностью «ПРОМлаб» (т. 2, л.д. 14-21), разрушение корпуса статора носит эксплуатационный характер, развивалось по усталостному механизму под действием внешних изгибающих нагрузок. Разрушение шпильки носит эксплуатационный характер, развивалось по усталостному механизму под действием внешних нагрузок.

Как утверждает истец, ответчик превысил частоту вращения буровой колонны ротором на криволинейных участках (55-59,92 вместо 40 об/мин), что повлекло развинчивание резьбовых соединений. В соответствии с п.п. 9 Руководства по эксплуатации при обнаружении такой неисправности как «скачок давления при не нахождении долота на забое, а при разгрузке на забой – падение давления», методом устранения является – подъем КНБК, оценка его состояния, возможно замена. ООО «Интеллектуальные системы» продолжило бурение, что повлекло расстыковку ВЗД с последующим оставлением оборудования в скважине. Персонал ООО «Интеллектуальные системы» имел возможность произвести безаварийный подъем КНБК, при этом была возможность произвести оценку ситуации с техническим персоналом ООО «ИнБурТех», телефонные номера которых указаны в паспорте на ВЗД, после скачка давления и принять совместное решение.

Истцом в лице технического специалиста ФИО6 составлено заключение по результатам аварии (инцидента) с ВЗД ДР-120.7.43 IDT №1697 при строительстве или восстановлении скважины №2213-2 куста №5 Усть-Тегусского месторождения от 03.11.2022 (т. 2, л.д. 9-10), в котором сделаны следующие выводы: заказчик в нарушении требований руководства по эксплуатации продолжил бурение, после скачка давления, о чем свидетельствуют данные ГТИ, персонал буровой бригады пытался восстановить циркуляцию и производил попытки продолжить бурение, о чем указано в файле «Хронология Усть-Тегусское к.5 скв.2213-2», предоставленном ответчиком, а также по диаграмме ГТИ, что и повлекло за собой образование критических нагрузок на элементы ВЗД (ослабленное резьбовое соединение, аварийное устройство) и последующему их слому при подъеме.

Возражая против заявленных требований, ответчик указывает, что исполнителем было передано заказчику оборудование, не соответствующее техническим требованиям, либо имело скрытые дефекты, либо до фактической передачи в работу хранилось ненадлежащим образом, о чем заказчик уведомлен не был, не знал и не мог знать вплоть до подъема КНБК для ревизии и расследования. 

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Поскольку в рамках рассмотрения настоящих требований у сторон возникли разногласия относительно причин повреждения, произошедшего 02.03.2021 с ВЗД ДР-120.7.43 IDT №1697 при строительстве или восстановления скважины №2213 – 2 куста №5 Усть-Тегусского месторождения, судом первой инстанции определением от 17.03.2022 назначена судебная техническая экспертиза, производство которой поручено эксперту автономной некоммерческой организации «Центр экспертиз и юридического аутсорсинга «ТЕХЭКО» ФИО7 (т. 3, л.д. 112-116)

На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:

1) установить причину аварии, произошедшей 02.03.2021 в ВЗД  ДР120.7.43 IDT № 1697 при строительстве или восстановлении скважины №2213-2 куста №5 Усть-Тегусского месторождения;

2) в случае установления в качестве причины аварии действия или бездействия истца или ответчика, подробно указать, какие действия (бездействия) истца или ответчика привели к аварии;

3) в случае установления в качестве причины аварии неисправность оборудования, указать конкретное наименование оборудования и в чем его неисправность.

По результатам экспертизы в материалы дела представлено заключение эксперта № 1704/2022 (т. 4, л.д. 17-40), в котором, отвечая на первый вопрос, эксперт указал, что причина аварии, произошедшей 02.03.2021 с ВЗД   ДР120.7.43 ЮТ №1697 на скважине №2213-2 куста №5 Усть-Тегусского месторождения, явилось нарушение условий эксплуатации ВЗД, выраженное в превышении паспортных значений нагрузки на долото и вращении ротора в период с 27.02-02.03.2021, продолжение работ в скважине после расстыковки ВЗД и срабатывании противоаварийного устройства.

Отвечая на второй вопрос, эксперт сделал вывод, что в процессе проведения работ на скважине №2213-2 куста №5 Усть-Тегусского месторождения представителями ООО «Интеллектуальные системы» эксплуатация оборудования производилась с превышением паспортных значений показателей нагрузки на долото и оборотов ротора, что привело к преждевременному выходу из строя ВЗД ДР-120.7.43 ЮТ № 1697. После срабатывания противоаварийного устройства ООО «Интеллектуальные системы» продолжены работы в скважине с вращением ротора и циркуляцией бурового раствора, в результате которых произошел слом шпильки противоаварийного устройства.

Отвечая на третий вопрос, эксперт сделал вывод, что неисправность оборудования в качестве причины аварии не установлена.

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами.

Оценивая представленное экспертное заключение в качестве допустимого и достоверного доказательства, суд первой инстанции верно счел его подробным, мотивированным и обоснованным. Составивший заключение эксперт имеет соответствующую квалификацию, был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В материалах дела не имеется доказательств, свидетельствующих о том, что заключение содержит недостоверные выводы, не соответствует требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и имеет недостатки, которые бы позволили суду признать его ненадлежащим доказательством по делу.

В заседании суда первой инстанции 11.11.2022 экспертом ФИО7 даны ответы на возникшие по заключению вопросы (т. 4, л.д. 117), а также представлены письменные ответы на вопросы (т. 4, л.д. 132-134). 

Ставя под сомнение выводы эксперта, ООО «Интеллектуальные системы» просило назначить по делу повторную экспертизу, проведение которой поручить эксперту общества с ограниченной ответственностью «ВНИИБТ-Буровой инструмент» ФИО4 (т. 4, л.д. 103-104).

По утверждению общества «Интеллектуальные системы» при детальном разборе материалов инцидента, в частности, самого экспертного заключения, техническими специалистами ООО «Интеллектуальные системы» были выявлены явные расхождения между техническим обоснованием превышения нагрузок и технической документацией, представленной в материалы настоящего дела. При оценке частоты вращения бурильной колонны экспертом не учтена криволинейность и прямолинейность соответствующих участков, что привело к некорректным выводам, при анализе выводов эксперта в части превышения нагрузки на долото сверх паспортных значений экспертом не учтен фактор направленности нагрузки. Кроме того, ответчик ссылается на отсутствие оценки факторов, влияющих на техническое состояние спорного оборудования, а именно не принятие во внимание доводов ответчика в части применения стандартов входного контроля, предусмотренного договором.

Отказывая в удовлетворении ходатайства ООО «Интеллектуальные системы» о проведении по делу повторной экспертизы, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что в соответствии со статьей 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проведение судебной экспертизы является правом, а не обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора. Представленное в материалы дела заключение эксперта соответствует требованиям статей 82, 83, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в нем отражены все предусмотренные частью 2 статьи 86 Кодекса сведения, оно содержит ответы на все поставленные перед экспертом вопросы, являются ясными, противоречия в выводах эксперта отсутствуют. Исследовательская часть содержит подробное изложение порядка проведения исследований, ход исследования. Профессиональная подготовка и квалификация эксперта, составившего заключение эксперта, подтверждены представленными в дело документами, которые исследованы судом при назначении экспертизы и выборе экспертной организации. Так, исходя из представленных в материалы дела документов, ФИО7 имеет высшее юридическое образование ГОУ ВПО «Пермский государственный технический университет» по специальности «Бурение нефтяных и газовых скважин, опыт работы составляет 17 лет.

Само по себе несогласие с результатами экспертизы, методикой ее проведения, с выводами эксперта не означает недействительность заключения эксперта и не является основанием для проведения повторной экспертизы. Экспертом сделаны выводы на основании представленных на исследование документов; в заключении отражены причины, по которым эксперт пришел к тем или иным выводам, заключение составлено последовательно и логично, выводы не противоречат исследовательской части, нет сомнений в обоснованности заключения эксперта, нет противоречий в выводах эксперта.

Утверждение ответчика, что при оценке частоты вращения бурильной колонны экспертом не была учтена криволинейность и прямолинейность соответствующих участков, не соответствует действительности. На страницах 6-12 заключения эксперта указаны все материалы, которые были учтены при проведении исследования. В исследовательской части на странице 16 эксперт указывает, что им произведен анализ диаграммы геолого-технологического исследования, экспертом выявлены участки с криволинейностью, указаны даты и интервалы бурения этих участков с превышением оборотов ротора относительно паспортных значении ВЗД (40 об/мин).

Утверждение ответчика, что экспертом не дана оценка факторам, влияющим на техническое состояние спорного оборудования, экспертом не приняты во внимание доводы ответчика в части применения стандартов входного контроля, противоречит письменным ответам эксперта на вопросы ответчика.

В частности в отношении вопросов анализировалось ли при проведении экспертизы криволинейность и прямолинейность соответствующих участков при работе двигателя, влияют ли на корректность выводов указанные факторы, экспертом дан ответ, что экспертом учитывалось наличие криволинейности и прямолинейности соответствующих участков при работе двигателя. На основании представленных данных сделаны соответствующие выводы в заключении эксперта. Изменение зенитного угла рассматриваемого интервала бурения 2631-2993 м составляет 22,74 градуса (интенсивность 0,6 градусов на 10 м бурения), что соответствует скважинам с малыми радиусами искривления или малой криволинейности. 

На вопросы ответчика о том, как экспертом производился расчет нагрузки на долото и была ли проведена математическая интерпретация нагрузки, эксперт ответил, что расчет нагрузки на долото экспертом не производился. Экспертом производился анализ диаграмм станции геолого-технологического исследования, в которых отображается параметр «Нагрузка на долото», который контролируется исполнителем (бурильщиком) при производстве работ. Математическое моделирование доведения нагрузки на долото экспертом не производилось, так как в перечень вопросов, указанных в определении Арбитражного суда Республики Башкортостан от 17.03.2022 по рассматриваемому делу не входило подтверждение/опровержение достоверности представленных для экспертизы документов. 

На вопросы ответчика при установлении причин аварии проводился ли анализ состояния оборудования и стандартов входного контроля, примененных в рамках договора, а также могло ли несоблюдение стандартов инспекций DS-1 или АРIRP7G при входном контроле повлиять на выявление дефектов оборудования до его работы на скважине, экспертом дан ответ, что анализ состояния оборудования экспертом при проведении исследования не производился, информация о его состоянии взята из заключения по неразрушающему контролю от 05.02.2021 двигателя винтового забойного ДР-120.7.43 IDT №1697. Кроме того, в материалах дела отсутствует информация о том, что данное оборудование на момент аварии было неисправно или не отвечало стандартам.

При этом вопрос, могло ли несоблюдение стандартов инспекций DS-1 или АРIRP7G при входном контроле повлиять на выявление дефектов оборудования до его работы на скважине, перед экспертом не ставился и исследование по нему не проводилось.

Кроме того, судом в ходе рассмотрения дела неоднократно предлагалось сторонам принять участие в выборе экспертной организации, выборе вопросов для проведения экспертизы. Ответчик указанным правом не воспользовался, вопросы для проведения экспертизы не представил, экспертное учреждение не указал, от проведения экспертизы и предоставления вопросов отказался.

Таким образом, заключение эксперта № 1704/2022 исследовано и оценено по правилам норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с иными доказательствами, наличие предусмотренных статьей 87 названного Кодекса оснований для назначения повторной экспертизы судом первой инстанции не установлено.

Поскольку отказ суда первой инстанции в удовлетворении ходатайства о назначении по делу повторной судебной экспертизы не может быть признан необоснованным, заявленное ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы на стадии апелляционного производства удовлетворению не подлежит.

Исходя из изложенного, подлежит оставлению без рассмотрения заявление ООО «ИнБурТех» об отводе эксперта общества с ограниченной ответственностью «ВНИИБТ-Буровой инструмент» ФИО4.

Принимая во внимание сделанные в заключение № 1704/2022 экспертом выводы, суд первой инстанции правомерно счел доказанным наличие вины ответчика для целей установления оснований для компенсации истцу стоимости поврежденного оборудования.

Наряду с изложенным судом первой инстанции признана несостоятельной ссылка ответчика на тот факт, что инспекция оборудования была проведена исключительно в соответствии с ГОСТ 21/05- 87/РД13-05-2006, минуя проведения комплекса работ (инспекций) методом DS1.

Как пояснил истец, в рамках проведения тендерных мероприятий по лоту РН00907450 «Предоставление бурового оборудования ВЗД 250-120 мм» истец после рассмотрения извещения и документации о закупке (приложения № 1, № 7 и др.), направил в адрес ответчика коммерческое предложение.

Кроме запрошенных по извещению заполненных форм, свидетельств, приказов, положений по ПБ, ОТ и ГЗ, СУ ОТ и иных документов в процессе подготовки к участию в закупке ответчиком была запрошена дополнительная информация и документы. Истцом запрошенные данные были предоставлены.

После рассмотрения всего перечня документов ответчиком каких-либо замечаний по несоответствию либо отсутствию данных не заявлялось, было дано согласие на заключение договора оказания услуг по техническому и технологическому сопровождению наклонно-направленного бурения                         № 1В9521/00001Д от 25.01.2021.

Таким образом, ответчик имел данные о применяемых истцом методах контроля ВЗД, допустил истца до участия в тендере, не возражал против использования оборудования прошедшего контроль по ГОСТ 21105-87, РД  13-05-2006 и согласился на заключение договора на указанных условиях.

Инцидент (авария) от 02.03.2021 не находится в причинно-следственной связи с проведением инспекции оборудования исключительно в соответствии с ГОСТ 21/05-87/РД13-05- 2006, минуя проведения комплекса работ (инспекций) в соответствии с DS1.

В связи с утратой арендованного имущества и невозможностью его возврата в натуре, ответчик обязан возместить истцу стоимость арендованного оборудования в качестве убытков.

В рассматриваемом случаи размер убытков - 1 411 466 руб. 88 коп., подтвержден расчетом, инвентарными карточками, актами приема-передачи объектов основных средств (т. 4, л.д. 47-53).

Доказательств, указывающих на иную сумму оборудования, ответчиком не представлено. 

Поскольку совокупность обстоятельств, являющихся необходимыми и достаточными для взыскания убытков, составляющих стоимость утраченного оборудования, материалами дела подтверждена, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об удовлетворении требований истца о взыскании с ответчика 1 411 466 руб. 88 коп.

Доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к переоценке установленных судом обстоятельств дела и подтверждающих данные обстоятельства доказательств. При этом фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом первой инстанции в полном объеме на основе доказательств, оцененных в соответствии с правилами, определенными статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Оснований для отмены решения суда первой инстанции не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Судебные расходы распределяются между лицами, участвующими в деле, в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и в силу оставления апелляционной жалобы без удовлетворения относятся на апеллянта.

За подачу апелляционной жалобы ответчиком уплачено 3 000 руб. государственной пошлины, что подтверждается платежным поручением                от 06.02.2023 № 13163.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.01.2023 по делу № А07-21191/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Интеллектуальные системы» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                   И.А. Аникин

Судьи:                                                                         А.С. Жернаков

А.Х. Камаев