ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-3608/09

30 сентября 2019 года

город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 сентября 2019 года

Полный текст постановления изготовлен 30 сентября 2019 года

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего судьи – Мысака Н.Я., 

судей: Голобородько В.Я., Холодковой Ю.Е.,

при участии в заседании: 

от Комитета по управлению имуществом г.о. Балашиха – ФИО1 по дов. № 5562/12 от 05.06.2019

от Администрации Городского округа Балашиха Московской области – ФИО2 по дов. № Д-72/9 от 27.02.2019

от конкурсного управляющего ФИО3 – лично, паспорт

от УФНС по Московской области – ФИО4 по дов. № 22-21/1821 от 17.09.2019

рассмотрев 24 сентября 2019 года в судебном заседании кассационную жалобу Администрации Городского округа Балашиха Московской области,

на определение от 17 апреля 2019 года

Арбитражного суда Московской области,

вынесенное судьей Торосяном М.Г.,

на постановление от 27 июня 2019 года

Девятого арбитражного апелляционного суда

принятое судьями Муриной В.А., Гараевой Н.Я., Катькиной Н.Н.,

по заявлению конкурсного управляющего должника ФИО3

Михайловича о привлечении к субсидиарной ответственности

Муниципальное образование городской округ Балашиха и ФИО6

Юлию Алексеевну и взыскании с них в солидарном порядке 70 837 324,30

руб.,

в рамках дела о признании муниципального унитарного предприятия «Городское жилищное управление» города Железнодорожный несостоятельным (банкротом),

третье лицо – Комитет по управлению имуществом г.о. Балашиха

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 28.12.2009 Муниципальное унитарное предприятие "Городское жилищное управление" города Железнодорожного (МУП "ГЖУ" г. Железнодорожного) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев, до 24.06.2010, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5.

Определением Арбитражного суда Московской области от 26.02.2014 удовлетворена жалоба ФНС России в лице Межрайонной ИФНС России N 20 по Московской области на действия (бездействие) ФИО5, последний отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего МУП "ГЖУ" г. Железнодорожного.

Определением Арбитражного суда Московской области от 04.07.2014 конкурсным управляющим МУП "ГЖУ" г. Железнодорожного утвержден член СРО НП "МСОПАУ" ФИО3.

Сообщение об утверждении конкурсного управляющего опубликовано в газете "Коммерсантъ" от 19.07.2014.

Срок конкурсного производства в отношении должника неоднократно продлевался и последним определением от 23.08.2017 был продлен на три месяца, до 25.02.2018.

Определением Арбитражного суда Московской области от 05.03.2018 производство по делу приостановлено до вступления в законную силу судебного акта по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности.

Конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности собственника имущества должника - Муниципальное образование Городской округ Балашиха в лице Администрации г/о Балашиха Московской области (далее - Муниципальное образование) и бывшего директора МУП "ГЖУ" г. Железнодорожного ФИО6 и взыскании с них в пользу должника в солидарном порядке 62 507 361,56 руб., в том числе: 541 735,27 руб. - задолженность по выплате вознаграждения и возмещению расходов конкурсного управляющего; 395 700,45 руб. - текущая задолженность по уплате пени за несвоевременную уплату налогов; 40 144 568,00 руб. - задолженность по погашению требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов; 21 425 357,84 руб. - проценты, начисленные на сумму требований кредиторов в ходе процедур банкротства.

Заявление подано в соответствии со статьями 2, 3, 10, 129, 131 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Закон о банкротстве).

Определением Арбитражного суда Московской области от 29.12.2017, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2018, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности Муниципального образования и ФИО6 отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 16.08.2018 определение Арбитражного суда Московской области от 29.12.2017 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2018 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При этом суд кассационной инстанции указал, что в результате вынесенных Комитетом по управлению имуществом города Железнодорожного и Главой города Железнодорожного Московской области ненормативных актов у должника изъято имущество, составляющее большую часть основных средств. Администрация городского округа и Комитет по управлению имуществом, как учредители, согласно общим положениям Устава должника, при наличии большой кредиторской задолженности у предприятия, не наделило должника иным имуществом, которое Предприятие могло бы использовать для выполнения уставной деятельности и расчетов с кредиторами, однако, суды, пришли к выводу о недоказанности со стороны конкурсного управляющего факта передачи имущества должнику в хозяйственное ведение и его последующее изъятия. Кроме того, суды указали на отсутствие государственной регистрации права хозяйственного ведения.

Данные выводы судебная коллегия округа признала не соответствующими фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, указав, что судебные акты не содержат оценки представленных конкурсным управляющим документов, в том числе писем администрации, отчета по основным средствам, сведений бухгалтерских балансов, сведений из ГИБДД, анализа финансового состояния, подготовленного временным управляющим, копии договора о передаче в хозяйственное ведение в связи с чем, выводы судов являются преждевременными. Более того, после представления соответствующих доказательств со стороны конкурсного управляющего, на администрацию и бывшего руководителя перешло бремя их опровержения.

Суд округа также отметил, что конкурсным управляющим не заявлялась в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности неподача собственником имущества заявления о банкротстве предприятия, однако судебные акты содержат выводы по данному основанию. Выводы судов о причинах последующего банкротства должника, в том числе путем сокращения численности штата не подтверждены соответствующими доказательствами в обособленном споре. Указанные выше обстоятельства судами не проверены, им не дана надлежащая оценка, что привело к преждевременному выводу об отсутствии причинно-следственной связи между начавшейся процедурой банкротства должника и действиями контролирующих его органов.

При новом рассмотрении дела судам предложено учесть изложенное, и с надлежащим исследованием и установлением всего круга фактических обстоятельств, входящих в предмет доказывания, дать оценку всем представленным доказательствам, на основании установленного, дав мотивированную оценку доводам и возражениям участвующих в деле лиц, принять законный и обоснованный судебный акт.

При новом рассмотрении конкурсный управляющий должника в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации увеличил размер заявленных требований и просил взыскать Муниципального образования и ФИО6 в пользу должника в солидарном порядке 70 837 324,30 руб., в том числе: 819 954,78 руб. - задолженность по выплате вознаграждения и возмещению расходов конкурсного управляющего; 395 700,45 руб. - текущая задолженность по уплате пени за несвоевременную уплату налогов; 40 144 568,00 руб. - задолженность по погашению требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов; 29 477 101,07 руб. - проценты, начисленные на сумму требований кредиторов в ходе процедур банкротства, которые приняты судом к рассмотрению.

Определением Арбитражного суда Московской области от 17.04.2019, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 27.06.2019, заявление удовлетворено частично, с Муниципального образования Городской округ Балашиха в пользу МУП "ГЖУ" в порядке субсидиарной ответственности взыскано 40 144 568 руб. 00 коп., в удовлетворении остальной части заявления отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, Администрация Городского округа Балашиха Московской области обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой (с учетом уточнения просительной части в судебном заседании суда кассационной инстанции), в которой просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить в части привлечения Администрация Городского округа Балашиха Московской области к субсидиарной ответственности и в данной части принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

Заявитель в своей  кассационной жалобе ссылается на нарушение судами норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, утверждая, что разница между размером требований по реестру и денежными средствами, вырученными от продажи имущества должника или замещения активов организации – должника – не определялась судами, в судебных актах отсутствует указание на даты завершения реализации имущества должника, полученные от реализации суммы; доводы Администрации о недостоверности отчета об основных средствах не рассматривались судом первой инстанции; представленный анализ финансового состояния должника является недостоверным документом, сведения в котором не соответствуют бухгалтерской отчетности, истребованной временным управляющим в ИФНС и приложенной  к нему.

От МИФНС № 20 по Московской области поступил отзыв на кассационные жалобы, который приобщен к материалам дела в судебном заседании суда кассационной инстанции. 

Представитель Администрации Городского округа Балашиха Московской области в судебном заседании суда кассационной инстанции доводы кассационной жалобы поддержал, 

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание., проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых в части судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для их отмены по доводам кассационной жалобы, поскольку они основаны на неправильном толковании заявителем норм материального права и направлены на переоценку исследованных судом доказательств, что, в силу норм статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как указали суды, в обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ссылался на положения ст. ст. 2, 3, п. 1 ст. 9, п. 4 ст. 10, 129, 131 Закона о банкротстве, ст. ст. 10, 53, 56, 113, 216, 294, 295, 309, 10, 322, 401 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), ст. ст. 2, 7, 11, 20, 21, 25 Федерального закона N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях", ст. ст. 34, 37, 41 Федерального закона N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации", утверждая, что в 2008 г. Муниципальным образованием, как собственником муниципального имущества, из хозяйственного ведения должника было выведено наиболее ликвидное имущество последнего, в результате чего последнее лишилось возможности осуществлять свою уставную деятельность, при том, что на тот период у него уже имелась кредиторская задолженность.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего частично, суды исходили из того, что изъятие имущества из хозяйственного ведения без погашения кредиторской задолженности предприятия привело к невозможности продолжения осуществления уставной деятельности предприятия с получением прибыли и к отсутствию активов, за счет которых могли быть удовлетворены требования кредиторов. В связи с чем судами сделан вывод о том, что в результате действий собственника имущества должника предприятие стало отвечать признаку недостаточности имущества, что, наравне с неплатежеспособностью, привело к банкротству.

В отношении заявленных требований в части взыскания задолженности по выплате вознаграждения и возмещению расходов конкурсного управляющего, текущей задолженности, также мораторных процентов суды не нашли оснований для удовлетворения заявления в указанной части, мотивировав тем, что объем ответственности контролирующих и иных лиц по данной категории исков подлежит определению по тем правилам, которые действовали на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения этих лиц к ответственности, то есть на момент совершения противоправных действий, тогда как законодатель в тот период не включал сумму судебных расходов, текущих платежей и мораторные проценты в объем субсидиарной ответственности.

Суды также не нашли оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего в отношении ФИО6, установив, что каких-либо действий, приведших к банкротству должника, либо увеличению его кредиторской задолженности бывшим директором предприятия допущено не было.

Как следует из материалов дела и установлено судами, МУП "ГЖУ" г. Железнодорожного было учреждено на основании распоряжения Главы города Железнодорожного Московской области от 18.06.2004 N 1780.

Согласно п. 1.4 устава предприятия его учредителем является Комитет по управлению имуществом города Железнодорожного. Пунктами 3.1, 3.2 устава предприятия установлено, что все его имущество является муниципальной собственностью и передано предприятию на праве хозяйственного ведения.

В п. 5.1 Устава МУП "ГЖУ" г. Железнодорожного определено, что предприятие возглавляет директор.

02.04.2008 на основании Распоряжения главы городского округа Железнодорожный N 112-р на должность директора МУП "ГЖУ" г. Железнодорожного назначена ФИО6, осуществляющая полномочия до 2010 г. (была уволена с должности директора в рамках конкурсного производства должника на основании приказа N 2 от 16.04.2010).

В обоснование своего заявления конкурсный управляющий указал, что в результате вывода Муниципальным образованием ликвидного имущества из хозяйственного ведения должника предприятие стало отвечать признаку недостаточности имущества, что, наравне с неплатежеспособностью, привело к его банкротству.

Как указали суды, после вывода активов оставшаяся сумма активов - основных средств (на 20.05.2009) составила 408 820,64 руб. Кроме того, по состоянию на 30.06.2009 у должника имелась дебиторская задолженность в размере 64 286 000 руб., причем, кредиторская задолженность на ту же дату составляла 149 997 000 руб.

Право хозяйственного ведения или право оперативного управления имуществом, в отношении которого собственником принято решение о закреплении за унитарным предприятием или учреждением, возникает у этого предприятия или учреждения с момента передачи имущества, если иное не установлено законом и иными правовыми актами или решением собственника (пункт 1 статьи 299 ГК РФ).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 10/22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", следует, что право хозяйственного ведения и оперативного управления возникают на основании акта собственника о закреплении имущества за унитарным предприятием или учреждением, а также в результате приобретения унитарным предприятием или учреждением имущества по договору или иному основанию.

Предприятие отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом. Муниципальное образование не несет ответственности по обязательствам предприятия, за исключением случаев, если несостоятельность (банкротство) предприятия вызвана собственником его имущества. В указанных случаях на собственника при недостаточности имущества предприятия может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам предприятия.

По мнению конкурсного управляющего, поскольку при безвозмездном изъятии имущества должник утратил возможность нести ответственность этим имуществом по своим обязательствам, оставшегося имущества стало недостаточно для исполнения должником своих обязательств, изъятие имущества из хозяйственного ведения было произведено незаконно, мер по восстановлению платежеспособности предприятия и по погашению кредиторской задолженности не предпринималось, банкротство МУП "ГЖУ" г. Железнодорожного наступило по вине собственника имущества должника.

Из разъяснений, содержащихся в п. 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 г. N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 73-ФЗ (в частности, ст. 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона N 73-ФЗ.

В силу ч. 1 ст. 5 Федерального закона от 28.04.2009  N 73-ФЗ данный Закон вступил в силу с 05.06.2009.

Поскольку обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения Муниципального образования к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в части доводов об изъятии имущества, возникли до 05.06.2009, суды к правоотношениям в данной части обоснованно применили Закон о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона N 73-ФЗ.

В соответствии с п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве в указанной редакции в случае банкротства должника по вине учредителей (участников) должника, собственника имущества должника - унитарного предприятия или иных лиц, в том числе по вине руководителя должника, которые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия, на учредителей (участников) должника или иных лиц в случае недостаточности имущества должника может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Согласно п. 5 ст. 129 Закона о банкротстве, действующей в тот же период, размер ответственности лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, определяется, исходя из разницы между размером требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, и денежными средствами, вырученными от продажи имущества должника или замещения активов организации - должника.

В соответствии с абзацем 2 п. 3 ст. 56 ГК РФ, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Данный вывод согласуется с позицией Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 6/8 от 01.07.1996  "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", которой в п. 22 установлено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (ч. 2 п. 3 ст. 56 ГК РФ), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Ответственность руководителя, учредителя (участника) должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на указанных лиц обязанности возместить убытки осуществляется по правилам ст. 15 ГК РФ, под которыми понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, для привлечения муниципального образования к субсидиарной ответственности необходимо установить наличие у нее права давать обязательные для должника указания, либо иным образом определять его действия, совершение таким лицом действий по использованию таких прав, наличие причинной связи между действиями лица и наступлением банкротства должника, факт недостаточности имущества должника для расчета с кредиторами, а также вину лица в наступлении банкротства.

Субсидиарная ответственность может иметь место только в том случае, если между несостоятельностью (банкротством) должника и неправомерными действиями собственника имущества или другого уполномоченного лица имеется непосредственная причинно-следственная связь.

При этом, нормами Закона о банкротстве несостоятельность должника связывается, по общему правилу, с неплатежеспособностью, то есть состоянием, не позволяющим должнику удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены (п. 2 ст. 3 Закона о банкротстве).

Пункт 1 ст. 53 Закона о банкротстве предусматривает, что возможность принятия решения о признании должника несостоятельным (банкротом) прямо связана с выявлением признаков несостоятельности, установленных ст. 3 Закона о банкротстве, которая в свою очередь не обуславливает установление этих признаков от достаточности или недостаточности у должника имущества для удовлетворения требований кредиторов. Соответственно, в рассматриваемой ситуации основанием для привлечения учредителя (собственника имущества) должника к субсидиарной ответственности является причинно-следственная связь между его действиями (бездействием) и последующим банкротством должника, которое определяется по признаку неплатежеспособности.

В ст. 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность определена как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом, недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как указывалось ранее, согласно п. 3.1 Устава МУП "ГЖУ" г. Железнодорожного имущество предприятия находится в собственности муниципального образования "Город Железнодорожный", принадлежит предприятию на праве хозяйственного ведения.

На основании Закона Московской области от 30.12.2014 N 209/2014-ОЗ "Об объединении городов областного подчинения Московской области Балашиха и Железнодорожный и внесении изменения в Закон Московской области "Об административно-территориальном устройстве Московской области" город Железнодорожный вошел в состав городского округа Балашиха.

В силу данного обстоятельства Муниципальное образование Городской округ Балашиха Московской области как участник гражданского оборота является правопреемником Муниципального образования Городского округа Железнодорожный Московской области (ст. 58 Гражданского кодекса РФ - по аналогии).

Все права и обязанности Муниципального образования "Городской округ Железнодорожный Московской области", включая права на недвижимое имущество и обязанности, связанные с ним, перешли к Муниципальному образованию "Городской округ Балашиха Московской области".

Согласно п. 1 ст. 114 ГК РФ унитарное предприятие, основанное на праве хозяйственного ведения, создается по решению уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления. Государственное или муниципальное унитарное предприятие, которому имущество принадлежит на праве хозяйственного ведения, владеет, пользуется и распоряжается этим имуществом в пределах, определяемых в соответствии с настоящим Кодексом (статья 294 Кодекса).

В силу п. 1 ст. 299 ГК РФ право хозяйственного ведения или право оперативного управления имуществом, в отношении которого собственником принято решение о закреплении за унитарным предприятием или учреждением, возникает у этого предприятия или учреждения с момента передачи имущества, если иное не установлено законом и иными правовыми актами или решением собственника.

По смыслу данной нормы право хозяйственного ведения или оперативного управления имуществом возникает у предприятия на основании решения, принятого собственником в отношении этого имущества, о закреплении его за предприятием на указанном праве, при наличии самого факта передачи собственником своего имущества во владение предприятию.

Аналогичное положение закреплено в статье 11 Федерального закона от 14.11.2002 N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" (далее - Закон N 161-ФЗ).

Как верно указали суды, вопреки доводам Администрации, поскольку законодательство не устанавливает сроков совершения действий по государственной регистрации права хозяйственного ведения и последствий их несовершения для объема имущественных прав субъектов, отсутствие государственной регистрации права хозяйственного ведения в подобных случаях не влияет на выводы при установлении обстоятельств последствий последующего изъятия имущества его собственником.

Пункт 3 ст. 18 Закона N 161-ФЗ устанавливает принцип специальной (целевой) правоспособности унитарных предприятий, поэтому действия по распоряжению закрепленным за предприятием имуществом собственника должны быть обусловлены, прежде всего, задачами его уставной деятельности и целевым назначением предоставленного для выполнения этих задач имущества.

Согласно п. 2.1 Устава МУП "ГЖУ" г. Железнодорожного предприятие создано в целях удовлетворения общественных потребностей в результатах его деятельности. При этом, уставными видами деятельности являются: обслуживание объектов инфраструктуры, находящейся в муниципальной собственности;  предоставление жилищно-коммунальных услуг; эксплуатация и содержание домовладений; эксплуатация, техническое обслуживание, текущий ремонт и регулировка систем отопления, водоснабжения и канализации, систем электроснабжения, вентиляции и кондиционирования воздуха зданий; эксплуатация жилых и нежилых помещений; диспетчерское обслуживание; текущий и капитальный ремонт, наладка электрических сетей и электроустановок; выполнение функций заказчика-застройщика; осуществление функций генерального заказчика и др.

Как установили суды, для целей осуществления уставной деятельности в хозяйственное ведение МУП "ГЖУ" г. Железнодорожного было передано движимое и недвижимое имущество, однако, в 2008 году все активы предприятия на основании распоряжения Комитета по управлению имуществом г. Железнодорожного от 30.09.2008 N 90/1, Постановления Главы г.о. Железнодорожный от 10.10.2008  N 2827 были изъяты из хозяйственного ведения должника.

Суды указали, что по данным бухгалтерского учета в период с 01.04.2008 по 30.06.2009 осуществлен вывод активов на сумму не менее 9 144 000 руб. 

Суды установили, что факт вывода активов подтверждается и анализом финансового состояния должника, подготовленным временным управляющим ФИО5, который не оспорен в установленном порядке.

Кроме того, судами установлено, что согласно справке "Отчет по основным средствам" по состоянию на 30.09.2009, подписанной бывшим директором ФИО6, в 2008 году из хозяйственного ведения предприятия (графа "Перемещение") было выведено активов на общую сумму 4 161 626 481,68 руб. В пояснительной записке от 20.05.09 N 65, адресованной в Правительство Московской области, директором ФИО6 также указано, что в 2008 г. из хозяйственного ведения предприятия выведены здания, нежилые помещения, сооружения, передаточные устройства общей балансовой стоимостью 7129747,41 руб. Также из хозяйственного ведения предприятия выведен и передан в МУП "Теплосеть" автотранспорт балансовой стоимостью 467 370,25 руб.

Все требования кредиторов, включенные в рамках настоящего дела в реестр требований кредиторов, на общую сумму 40 144 568 руб. возникли в период с марта 2006 по сентябрь 2008, то есть до момента изъятия имущества из хозяйственного ведения.

Пунктом 1 статьи 296 ГК РФ закреплено, что учреждение и казенное предприятие, за которыми имущество закреплено на праве оперативного управления, владеют, пользуются этим имуществом в пределах, установленных законом, в соответствии с целями своей деятельности, назначением этого имущества и, если иное не установлено законом, распоряжаются этим имуществом с согласия собственника этого имущества.

Собственник имущества вправе изъять излишнее, неиспользуемое или используемое не по назначению имущество, закрепленное им за учреждением или казенным предприятием либо приобретенное учреждением или казенным предприятием за счет средств, выделенных ему собственником на приобретение этого имущества. Имуществом, изъятым у учреждения или казенного предприятия, собственник этого имущества вправе распорядиться по своему усмотрению (п. 2 ст. 296 ГК РФ).

Исходя из пункта 1 статьи 131 Закона о банкротстве все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу, за счет которой подлежат удовлетворению требования кредиторов.

В силу пункта 5 статьи 113 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 7 Закона N 161-ФЗ от 14.11.2002 "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" унитарное предприятие отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, при этом ни Гражданский кодекс Российской Федерации, ни ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" не предоставляют собственнику имущества унитарного предприятия, образованного на праве хозяйственного ведения, права изымать у него имущество.

Из разъяснений, содержащихся в третьем абзаце пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 10/22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", следует, что поскольку статьей 295 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей права собственника в отношении имущества, находящегося в хозяйственном ведении, не предусмотрено иное, собственник, передав во владение унитарному предприятию имущество, не вправе распоряжаться таким имуществом независимо от наличия или отсутствия согласия такого предприятия.

Согласно пункту 3 статьи 18 Закона об унитарных предприятиях предприятие обязано распоряжаться своим имуществом в пределах, не лишающих его возможности осуществлять деятельность, цели, предмет и виды которой определены уставом. В противном случае сделка, направленная на отказ Предприятия от имущества, закрепленного за ним на праве хозяйственного ведения, а значит, и на прекращение своей деятельности, является незаконной.

С учетом положений статьи 295, пункта 2 статьи 296 и пункта 3 статьи 299 ГК РФ изъятие излишнего, неиспользуемого или используемого не по назначению имущества допускается только в отношении имущества, закрепленного за казенным предприятием или учреждением на праве оперативного управления.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 40 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 6/8 от 01.07.1996 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой ГК РФ" при разрешении споров необходимо учитывать, что собственник имущества не наделен правом изымать, передавать в аренду либо иным образом распоряжаться имуществом, находящимся в хозяйственном ведении государственного предприятия.

Акты государственных органов и органов местного самоуправления по распоряжению имуществом, принадлежащим государственным предприятиям на праве хозяйственного ведения, по требованиям этих предприятий должны признаваться недействительными.

Кроме того, добровольный отказ предприятия от имущества, закрепленного за ним на праве хозяйственного ведения, также не допускается в силу положений пункта 3 статьи 18 Закона об унитарных предприятиях, который прямо обязывает предприятие распоряжаться своим имуществом только в пределах, не лишающих его возможности осуществлять деятельность, цели, предмет, виды которой определены уставом.

Таким образом, судами сделан верный вывод, что запрет на изъятие собственником имущества, закрепленного за предприятием на праве хозяйственного ведения, прямо закреплен действующим законодательством.

Как установлено судами, изъятие имущества из хозяйственного ведения без погашения кредиторской задолженности предприятия привело к невозможности продолжения осуществления уставной деятельности предприятия с получением прибыли и к отсутствию активов, за счет которых могли быть удовлетворены требования кредиторов.

С учетом изложенного судами сделан обоснованный вывод, что в результате действий собственника имущества должника предприятие стало отвечать признаку недостаточности имущества, что, наравне с неплатежеспособностью, привело к банкротству.

Суды отметили, что наличие причинно-следственной связи между действиями собственника имущества должника по выводу имущества и банкротством должника также подтверждается изменениями финансовых показателей должника, отраженными в анализе финансового состояния должника.

Судами установлено, что к концу 2007 г. деятельность МУП "ГЖУ" г. Железнодорожного сократилась более чем на 90%, в связи с чем, действующий на тот момент директор предприятия ФИО7 провел сокращение штата и численности предприятия в среднем за год на 80%.

Кроме того, суды также указали, что вследствие отсутствия объемов и штата предприятия для оказания уставной деятельности в начале 2008  накопилась задолженность по оплате налогов по ранее заключенным договорам.

Таким образом, судами сделан вывод, что до момента вывода имущества из хозяйственного ведения и до момента назначения ФИО6 на должность директора МУП "ГЖУ" г. Железнодорожного за период с марта 2006 по сентябрь 2008 у должника возникла кредиторская задолженность на общую сумму 40 144 568  руб. (включая проценты и пени за несвоевременную оплату).

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, руководствуясь положениями Закона о банкротстве, суды правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для дела обстоятельства, суды правомерно признали обоснованным требование конкурсного управляющего должника к Муниципальному образованию в части включенной в реестр кредиторской задолженности применительно к положениям абзаца второго п. 5 ст. 129 Закона о банкротстве.

Доводы Администрации о недостоверности финансового анализа должника и отчета об основных средствах были отклонены апелляционным судом как не нашедшие своего документального подтверждения.

Доводы о пропуске срока исковой давности также отклонены апелляционным судом с учетом того, что течение срока исковой давности в данном случае не может начаться ранее продажи имущества предприятия, после чего стало достоверно известно о недостаточности денежных средств, составляющих конкурсную массу должника для удовлетворения требований кредиторов, и о размере сумм, подлежащих взысканию в порядке субсидиарной ответственности.

Кроме того, Закон о банкротстве в редакции Закона N 73-ФЗ и в редакции, действующей до 05.06.2009 не содержали положений, ограничивающих срок подачи заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

При этом, нормами Закона N 134-ФЗ и Закона N 266-ФЗ не предусмотрена возможность его применения к правоотношениям, возникшим до вступления его в силу.

Следовательно, сокращенный срок исковой давности, установленный абзацем четвертым пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона N 134-ФЗ, согласно которому заявление о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности может быть подано в годичный срок, не подлежит применению к правоотношениям, регулируемым Законом N 73-ФЗ, поскольку указанное противоречит нормам о действии закона во времени.

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что из общего объема выведенного из ведения предприятия 4,161 млрд. руб. составляет жилой фонд, что, по мнению заявителя, исключает причинно-следственную связь между действиями администрации и возникшими убытками, не может быть признан обоснованным. Судами установлено, что собственником было изъято также имущество (здания, сооружения, оборудование, автотранспорт), необходимое для непосредственной деятельности должника. Все действия по изъятию имущества у должника были совершены до банкротства.

Доводы кассационной жалобы, повторяющие доводы апелляционной жалобы,  подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции. Кроме того, все доводы кассационной жалобы приводились при рассмотрении дела в суде первой и апелляционной инстанции и им была дана надлежащая оценка.

В соответствии с положениями статьи 286 АПК РФ суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрении, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 17 апреля 2019 года и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 27 июня 2019 года по делу № А41-3608/09 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Отменить приостановление исполнения определение Арбитражного суда Московской области от 17 апреля 2019 года и постановления Десятого арбитражного апелляционного суда от 27 июня 2019 года по делу № А41-3608/09, введенное определением Арбитражного суда Московского округа от 16 августа 2019 года.

Председательствующий судья         Н.Я. Мысак

Судьи:            В.Я. Голобородько

                                                                          Ю.Е. Холодкова