Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115,  Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А59-2835/2021

г. Владивосток

27 марта 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 марта 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 27 марта 2023 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего М.Н. Гарбуза,

судей А.В. Ветошкевич, Т.В. Рева,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Окна 24»,

апелляционное производство № 05АП-353/2023

на определение от 19.12.2022

судьи А. А. Стефанович

по делу № А59-2835/2021 Арбитражного суда Сахалинской области

заявление общества с ограниченной ответственностью «Окна 24» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Компания Карви» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) требований в размере 3 561 232 рубля 33 копейки,

по делу по заявлению Федеральной налоговой службы

к обществу с ограниченной ответственностью «Компания Карви» о признании несостоятельным (банкротом),

в отсутствии лиц, участвующих в деле о несостоятельности (банкротстве), 

 

УСТАНОВИЛ:

Федеральная налоговая служба в лице Управления Федеральной налоговой службы по Сахалинской области (далее – уполномоченный орган) обратилась в Арбитражный суд Сахалинской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Компания Карви» (далее – должник, ООО «Компания Карви») несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 08.06.2021 заявление уполномоченного органа принято к производству, назначено судебное заседание по рассмотрению его обоснованности.

Определением суда от 23.09.2021 заявление уполномоченного органа признано обоснованным, в отношении ООО «Компания Карви» введена процедура наблюдения,  временным управляющим должником утверждена ФИО2 (далее – ФИО2). Соответствующие сведения опубликованы в ЕФРСБ 21.09.2021.

ООО «Окна 24» направило в арбитражный суд заявление о включении в реестр требований кредиторов должника требований в размере 3 561 232,33 руб.

Определением суда от 19.12.2022 требования общества с ограниченной ответственностью «Окна 24» к обществу с ограниченной ответственностью «Компания Карви» в размере 3 561 232,33 руб. признаны обоснованными и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Не согласившись с определением суда от 19.12.2022, считая его незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального и процессуального права, при несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, ООО «Окна 24» обратилось с апелляционной жалобой об его отмене, просило отменить обжалуемый судебный акт в части понижения очередности требований и включить заявленную задолженность в третью очередь реестра требований кредиторов должника. По тексту жалобы апеллянт привел довод о том, что помещения переданы по договорам аренды, что является обычной хозяйственной деятельностью общества. Мотивировал жалобу тем, что руководитель и единственный участник ООО «Окна 24» ФИО3 и  ФИО4 не являются родственниками Сим Чан Бе. По тексту жалобы указал, что в материалах дела отсутствую доказательства представления ООО «Окна 24» компенсационного финансирования под влиянием контролирующего должника лица, как и заключение должником договоров в состоянии имущественного кризиса, подразумевающего трудное финансовое положение.

Определением Пятого арбитражного апелляционного суда от 16.02.2023 апелляционная жалоба ООО «Окна 24» принята к производству, ее рассмотрение назначено в судебное заседание на 20.03.2023.

Лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ» рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Исследовав материалы дела, проверив в порядке, предусмотренном статьями 266 - 272 АПК РФ, правильность применения судом норм материального и процессуального права, проанализировав доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ООО «Окна 24» 20.01.2010 зарегистрировано МИФНС №1 по Сахалинской области, с 12.03.2015 генеральным директором является ФИО3 (ИНН 

<

***>), с 24.02.2015                  ФИО3 является единственным участником указанного общества (запись ГРН 2156501039242), основным видом экономической деятельности общества согласно классификатору по ОКВЭД является «аренда и управление собственным или арендованным недвижимым имуществом» - код ОКВЭД – 68.2.

Между ООО «Окна 24» (арендодатель) и ООО «Компания Карви» (арендатор) 10.04.2016 заключен договор №1 аренды нежилого помещения, по условиям которого арендодатель передает арендатору помещения в здании «Цех по производству стеклопакетов» по адресу: 

<

...>, общей площадью 350,58 м? (пункт 1.1 договора) на условиях оплаты 132 000 руб. ежемесячно (пункт 3.1 договора) на срок 11 месяцев с автоматической пролонгацией договора на тех же условиях при отсутствии заявления одной из сторон об отказе от его продления до окончания срока аренды (пункт 5.1 договора) (том 1 л.д. 20-21). Указанные помещения переданы арендодателю по акту приема-передачи нежилого помещения от 10.04.2016 (том 1 л.д. 22), который является приложением к договору аренды нежилого помещения от 10.04.2016 №1.

Одновременно между ООО «Окна 24» (арендодатель) и ООО «Компания Карви» (арендатор) 10.04.2016 заключен договор №2 аренды нежилого помещения, по условиям которого арендодатель передает арендатору «Производственную базу ООО «Карви» общей площадью 2 346,9 м? по адресу: 

<

...> (пункт 1.1 договора) на условиях оплаты 168 000 руб. ежемесячно (пункт 3.1 договора) на срок 11 месяцев с автоматической пролонгацией договора на тех же условиях при отсутствии заявления одной из сторон об отказе от его продления до окончания срока аренды (пункт 5.1 договора) (том 1 л.д. 23-24). Указанный объект передан арендодателю по акту приема-передачи нежилого помещения от 10.04.2016 (том 1 л.д. 25), который является приложением  к договору аренды нежилого помещения от 10.04.2016 №2.

В последующем, между сторонами подписан акт сверки взаиморасчетов за периоды с октября 2019 года по сентябрь 2021 года (том 1 л.д. 26), согласно которому с учетом частичной оплаты, поступившей от арендатора арендодателю, сальдо взаиморасчетов по состоянию на 31.09.2021 составило 3 561 232,33 руб. в пользу арендодателя, изложенное подтверждается оборотно-сальдовой ведомостью по счету 62.01 за период 04.10.2019 по 30.09.2021 (том 2 л.д. 75).

Заявленная задолженность сформировалась в результате неисполнения обязательств по оплате периодических арендных платежей за вышеуказанные объекты за период с октября 2019 года по март 2021 года в общем размере 3 561 232,33 руб., изложенное обстоятельство послужило основанием для направления в суд настоящего заявления.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) размер денежных обязательств или обязательных платежей считается установленным, если он определен судом в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве.

Под денежным обязательством в силу абзаца четвертого статьи 2 Закона о банкротстве понимается обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ) основанию.

В силу пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в законную силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер.

Пунктом 1 статьи 71 Закона о банкротстве предусмотрено, что для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения.

По смыслу пункта 5 названной статьи, арбитражный суд при установлении размера требований кредиторов проверяет обоснованность соответствующих требований кредиторов.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35) разъяснено, что проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Заявленные требования кредитора возникли из договоров аренды, регулируемых положениями § 1 «Общие положения об аренде» и § 4 «Аренда зданий и сооружений» главы 34 ГК РФ.

По договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование (абзац 1 статьи 606 ГК РФ).

В силу пунктов 1 и 2 статьи 611 ГК РФ арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества. Имущество сдается в аренду вместе со всеми его принадлежностями и относящимися к нему документами (техническим паспортом, сертификатом качества и т.п.), если иное не предусмотрено договором.

На основании пункта 1 статьи 654 ГК РФ договор аренды здания или сооружения должен предусматривать размер арендной платы. При отсутствии согласованного сторонами в письменной форме условия о размере арендной платы договор аренды здания или сооружения считается незаключенным. При этом правила определения цены, предусмотренные пунктом 3 статьи 424 настоящего Кодекса, не применяются.

По общим правилам, предусмотренным статьями 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями; односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных данным Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Рассматривая возражения временного управляющего, согласно которым заявитель и должник входят в одну группу лиц (ООО «Компания Карви», ООО «Карви ПРО», ООО «Окна 24»), являются аффилированными (единственный учредитель и генеральный директор ООО «Окна 24» ФИО3 ФИО4 является руководителем и единственным участником ООО «Карви ПРО», раннее руководителем этой организации являлся Сим Чан Бе – руководитель должника с 19.04.2021, а с 11.02.2016 – учредитель должника), суд в порядке статьи 66 АПК РФ истребовал сведения от ЗАГС Сахалинской области, согласно ответу Агентства записи актов гражданского состояния Сахалинской области от 23.11.2021 №3.24-1531/21 (том 1 л.д. 81-82) ФИО3 (единственный участник заявителя с 10.06.2015, а также учредитель ООО «Карви-с» с 12.05.2014) является супругом ФИО4

Коллегией из выписки из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Карви ПРО» по состоянию на 17.01.2002 (том 1 л.д. 105-109) установлено, что ФИО4 с 15.04.2016 является учредителем ООО «Карви ПРО», с 11.10.2017 ФИО4 являлась генеральным директором ООО «Карви ПРО», согласно выписки из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Карви ПРО» по состоянию на 14.04.2016 (том 1 л.д.110-112) в период с 25.05.2012 по 14.04.2016 генеральным директором ООО «Карви ПРО» являлся Сим Чан Бе, также Сим Чан Бе с 25.02.2012 по 14.04.2016 являлся учредителем ООО «Карви ПРО» (номер ГРН 1126501003640).

Кроме того, заявитель является поручителем и залогодателем по договору ипотеки от 22.01.2019 по обязательствам должника (том 1 л.д. 113-117), что следует из обстоятельств обособленного спора № А59-2835-3/2021, где к заявителю в порядке процессуального правопреемства перешли права требования, вытекающие из исполнения указанных договоров по обязательствам должника перед третьим лицом (АО «Корпорация развития Сахалинской области»).

Также в рамках дела №А59-3529/2015 от должника, как стороны по делу, в суд являлись представители ФИО4 и ФИО5; ФИО4 представляла интересы должника и в иных делах (А59- 69/2016, А59-3052/2015).

Из информации, размещенной в свободном доступе на официальном сайте ФНС России (https://egrul.nalog.ru), в ЕГРЮЛ в отношении ООО «Окна 24 (ИНН 

<

***>) с 24.02.2015 ФИО3 является участником общества, а с 12.03.2015 – генеральным директором.

Также из информации, размещенной в «Картотеке арбитражных дел» (https://kad.arbitr.ru), доступной апелляционному суду в режиме ограниченного доступа по делу №А59-657/2016 к исковому заявлению ООО «Компания Карви» по состоянию на 25.02.2016, коллегией установлено, что Сим Чан Бе с 10.02.2016 являлся участником и генеральным директором ООО «Компания Карви».

Суд первой инстанции установил, что согласно общедоступным сведениям Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ), директором и единственным участником кредитора с 2015 года является ФИО3, который  в настоящем деле и по иным обособленным спорам в рамках дела о банкротстве                     ООО «Карви» (в частности, определение Арбитражного суда Сахалинской области от 22.03.2022, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 23.06.2022), является близким родственником ФИО4, в связи с чем управляемое данным лицом общество входит в одну группу фактически аффилированных лиц (ООО «Карви ПРО», ООО «Феникс ДВ», ООО «Карви») и являлось поручителем по договору залога в обеспечение обязательств должника перед АО «Корпорация развития Сахалинской области» (договор заключён в лице представителя ФИО4), а также одним из участников мирового соглашения при взыскании задолженности с должника в пользу              АО «Корпорация развития Сахалинской области»».

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон № 135-ФЗ) входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника. Понятие аффилированных лиц приведено в пункте 4 Закон РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» (далее – Закон № 948-1). Кроме того, в пункте 2 статьи 19 Закона о банкротстве приведен перечень лиц, признаваемых также заинтересованными лицами по отношению к должнику.

В частности, согласно пункту 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Дав оценку сложившимся между ООО «Окна 24» и ООО «Компания Карви» правоотношениям, суд первой инстанции усмотрел условия для понижения очередности удовлетворения требований кредитора ввиду следующего.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

В Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (далее – Обзор судебной практики), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

При этом не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора судебной практики).

В том же положении, что и контролирующее лицо, находится кредитор, не обладающий контролем над должником, аффилированный с последним, предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица. При этом в ситуации, когда аффилированные должник и кредитор имеют одного конечного бенефициара, предполагается, что финансирование предоставлено по указанию контролирующего лица, пока не доказано иное (пункт 4 Обзора судебной практики).

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2020 № 308-ЭС19-9133(17) по делу № А25-2825/2017 указано, что если стороны рассматриваемого дела являются аффилированными лицами, то к требованию истца должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения ВС РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017              № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (статья 10 ГК РФ, абзац четвертый пункта 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, далее - Постановление № 63).

В соответствии с пунктом 4 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований, контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020, очередность удовлетворения требования кредитора, аффилированного с лицом, контролирующим должника, может быть понижена, если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица.

Из представленных в материалы дела ООО «Окна 24» документов, в частности из договора аренды нежилого помещения от 10.04.2016 №1 усматривается, что арендодатель (ООО «Окна 24») предоставил ООО «Компания Карви» в пользование «цех по производству стеклопакетов», юридический адрес (адрес места нахождения) которого совпадает с юридическим адресом должника: 

<

...> Б. Кроме того, согласно свидетельства о государственной регистрации права от 21.02.2014 (том 1 л.д.65) и договора аренды нежилого помещения от 10.04.2016 №2 наименование производственной базы совпадает с наименованием должника и называется «Производственная база ООО «Карви».

Из информации, содержащейся в свободном доступе на сайте ФНС России (https://bo.nalog.ru), коллегией установлено, что согласно данных бухгалтерских балансов ООО «Компания Карви» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) за 2017 - 2021 годы размер основных средств в 2021 году по сравнению с 2017 годом уменьшился в 2 раза с 37 080 тыс. рублей до 16 678 тыс. рублей (на 20 402 тыс. рублей; размер оборотных активов в 2017 году составил 22 250,0 тыс. рублей, в 2018 году составил 87 756,0 тыс. рублей, в 2019 году составил 106 413,0 тыс. рублей, в 2019 и 2020 годах размере оборотных активов составил 106 413,0 тыс. рублей и 118 149,0 тыс. рублей соответственно, в 2021 году размер оборотных активов составил 24 595,0 тыс. рублей, которые складывались в основном из дебиторской задолженности, размер денежных средств в 2021 году составил 3,0 тыс. рублей, изложенное очевидно свидетельствует о невозможности погашать сложившиеся текущие обязательства немедленно. Непокрытый убыток в 2021 году составил (114 624,0) тыс. рублей, размер непокрытого убытка вырос в 7 раз по сравнению с 2020 годом, в котором размер непокрытого убытка составил (16 031,0) тыс. рублей. Долгосрочные обязательства в 2021 году составили 915,0 тыс. рублей, краткосрочные обязательства составили 145 139,0 тыс. рублей, по результатам 2021 года ООО «Компания Карви» получило убыток в размере (25 750,0) тыс. рублей. Отрицательный финансовый результата общества по результатам финансово-хозяйственной деятельности сформировался в 2020 году, размер убытка составил (9 218,0) тыс. рублей,  причем в структуре пассива баланса непокрытый убыток отражался с 2017 года и составил (4 841,0) тыс. рублей, в 2018 году в размере (3 754,0) тыс. рублей, в 2019 году в размере (6 813,0) тыс. рублей, в 2020 году в размере (16 031,0) тыс. рублей в 2021 году в размере (114 624,0) тыс.рублей. Изложенное очевидно свидетельствует о наращивании кредиторской задолженности, краткосрочных обязательств, свидетельствует об отсутствии наиболее ликвидных оборотных активов (денежных средств), неплатежеспособности общества, и, как следствие, нахождении ООО «Компания Карви» в состоянии имущественного кризиса. Приведенные показатели бухгалтерской отчетности, размещенной в свободном доступе на официальном сайте ФНС России, опровергают доводы апеллянта об отсутствии имущественного кризиса и трудного финансового положения ООО «Компания Карви». Изложенные показатели бухгалтерской отчетности очевидно свидетельствуют о нахождении ООО «Компания Карви» в состоянии имущественного кризиса, поскольку в 2021 году размер непокрытого убытка вырос в 7 раз по сравнению с 2020 годом и составил (114 624,0) тыс. рублей, убыток общества составил  (25 750,0) тыс. рублей, что в последующем привело к неплатежеспособности общества и инициированию процедуры банкротства.

Отклоняя доводы апеллянта и поддерживая выводы суда первой инстанции о наличии между кредитором и должником заинтересованности (фактической аффилированности), которая названными лицами не опровергнута, коллегия исходила из нижеследующего.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве. Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты) (пункт 3.1 Обзора от 29.01.2020).

В пунктах 3.1, 3.2, 4 Обзора от 29.01.2020 разъяснено, что очередность удовлетворения требования кредитора, аффилированного с лицом, контролирующим должника, может быть понижена, если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование в условиях имущественного кризиса последнего.

При этом, исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 4 данного Обзора, следует, что очередность удовлетворения требования кредитора, аффилированного с лицом, контролирующим должника, может быть понижена, если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица.

В силу специфики доказывания обстоятельств, при которых предоставлялось финансирование, неустраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов. В соответствии с частью 1 статьи 9 АПК РФ и исходя из смысла разъяснений, изложенных в пункте 26 Постановления № 35, именно контролирующее лицо должно нести риск наступления негативных последствий несовершения им процессуальных действий по представлению доказательств отсутствия имущественного кризиса в виде понижения очередности удовлетворения его требования (пункт 3.4 Обзора от 29.01.2020).

Кредитор, выдавая кредит в обычной практике взаимоотношений участников гражданского оборота, обоснованно рассчитывает на его возврат заемщиком и получение платы, кроме того стремится повысить вероятность исполнения заемщиком своего обязательства по возврату денег, заключая в этих целях обеспечительные сделки.

Если обстоятельства выдачи займа, заключения и исполнения его сторонами, свидетельствовали о наличии у сторон корпоративного интереса, экономически обусловленного наличием возможности управления делами в обществе и получения от этого выгод, и существенно отличаются от разумного общепринятого стандарта заемных отношений с условиями платности, своевременности возврата денежных средств, обеспеченности обязательства, соотносимости с рыночными условиями процентной ставки и т.п., то такое требование лица считается возникшим из отношений, связанных с участием в корпоративных организациях или с управлением ими.

Таким образом, во внимание принимаются экономические интересы сторон заемных отношений исходя из распределенных ими юридических прав и обязанностей на момент достижения соглашения, то есть учитываются справедливые правовые ожидания сторон, которые они имели при вступлении в договорные отношения.

При этом, согласно правовой позиции, изложенной в пункте 9 Обзора от 29.01.2020, очередность удовлетворения требования контролирующего должника лица о возврате займа, предоставленного в начальный период осуществления должником предпринимательской деятельности, может быть понижена, если не установлено иных целей выбора такой модели финансирования, кроме как перераспределение риска на случай банкротства.

В данном случае, совокупностью представленных в материалы дела доказательств подтверждается фактическое исполнение кредитором и должником на протяжении длительного времени договоров аренды недвижимого имущества, однако с учетом обстоятельств дела заявленная задолженность обоснованно признана судом первой инстанции компенсационным финансированием, предоставленным кредитором должнику в ситуации имущественного кризиса последнего, что влечет понижение очередности требований кредитора.

Таким образом, на требование, полученное лицом, контролирующим должника, в условиях имущественного кризиса последнего, распространяется тот же режим удовлетворения, что и на требование о возврате компенсационного финансирования, - оно удовлетворяется в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

В случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 АПК РФ).

Коллегия поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что экономические мотивы поведения кредитора, не принимавшего с октября 2019 года должных мер по взысканию задолженности по оплате аренды, не приостановившего и не прекратившего арендные отношения ввиду отсутствия оплаты, в достаточной мере полно не раскрыты.

Указанное в условиях отрицательной динамики показателей экономической деятельности должника, отраженных в бухгалтерской отчетности ООО «Компания Карви», расценивается как предоставление финансирования в условиях имущественного кризиса должника.

Довод апеллянта о не предоставлении им компенсационного финансирования в пользу должника опровергается бухгалтерской отчетностью, содержащейся в свободном доступе на сайте ФНС России (https://bo.nalog.ru), а также материалами дела, в частности  из имеющихся в распоряжении суда сведений о наличии между должником кредитором взаимосвязей, а также сведений о совместном участии в привлечении и обеспечении финансирования от АО «Корпорация развития Сахалинской области». Изложенное позволяет прийти к выводу о наличии между должником и кредитором фактической аффилированности, обусловленной общностью экономических отношений и тесными организационно-правовыми связями.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что  рассматриваемые требования проистекают не из гражданско-правовых отношений, а корпоративных.

Как следует из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17- 1556(1), по смыслу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к обязательствам, вытекающим из факта участия, относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции у апелляционной инстанции не имеется.

Таким образом, материалы дела подтверждают, что ООО «Окна 24» и ООО «Компания Карви» имеют продолжительные деловые связи, обусловленные внутригрупповыми интересами по ведению совместного бизнеса.

Поскольку ООО «Окна 24» не раскрыло разумные экономические мотивы заключения договоров аренды нежилого помещения от 10.04.2016 №1 и №2 с учетом длительного не востребования задолженности, в условиях наличия задолженности перед иными кредиторами, с учетом информации, размещенной в свободном доступе в «Картотеке арбитражных дел» (https://kad.arbitr.ru), коллегия констатирует, что судом первой инстанции дана правильная оценка фактическим обстоятельствам дела и ввиду корпоративного характера рассматриваемого требования обоснованно произведено понижение очередности удовлетворения требований кредитора.

Суд первой инстанции правомерно признал требование ООО «Окна 24» в сумме 3 561 232,33 руб. обоснованным, но подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, так как такое требование не может конкурировать с требованиями иных независимых кредиторов.

Доводы апеллянта подлежат отклонению по основаниям, указанным выше в мотивировочной части настоящего постановления.

Принимая во внимание изложенное, арбитражный суд апелляционной инстанции счел, что выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 АПК РФ на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального права.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта по основаниям, установленным частью 4 статьи 270 АПК РФ, апелляционной инстанцией не установлено.

При таких обстоятельствах основания для отмены или изменения определения суда первой инстанции отсутствуют, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Согласно положениям АПК РФ, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Пятый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Сахалинской области от 19.12.2022 по делу №А59-2835/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Сахалинской области в течение одного месяца.

 

Председательствующий

М. Н. Гарбуз

 

Судьи

А. В. Ветошкевич

 

Т. В. Рева