СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-19864/2018-АК

г. Пермь

12 марта 2019 года

Дело № А50-27918/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 11 марта 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 12 марта 2019 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Голубцова В.Г.,

судей  Васильевой Е.В., Савельевой Н.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Ситниковой Т.В.,

при участии:

от заявителя - общества с ограниченной ответственностью «Пашия-Лес»: Фролов В.А. (паспорт, доверенность от 02.04.2018),

от заинтересованного лица - Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 14 по Пермскому краю: Болдырева Н.Н. (паспорт, доверенность от 11.03.2019), Мясников И.В. (паспорт, доверенность от 09.01.2019), Демченкова Ю.Б. (удостоверение, доверенность от 09.01.2019),

от третьего лица - представители не явились,  

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу

заявителя, общества с ограниченной ответственностью «Пашия-Лес»,

на решение Арбитражного суда Пермского края от 13 ноября 2018 года 

по делу № А50-27918/2018,

принятое судьей Герасименко Т.С., 

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Пашия-Лес» (ОГРН 1105921000943, ИНН 5921027439)

к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 14 по Пермскому краю (ИНН 5921010403, ОГРН 1045901863028)

третье лицо: Поносова Лидия Федоровна

о признании недействительным решения № 1 от 30.03.2018,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Пашия-Лес» (далее заявитель, Общество, налогоплательщик, ООО «Пашия-Лес») обратилось в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании недействительным решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения № 1 от 30.03.2018, вынесенного Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 14 по Пермскому краю (далее - заинтересованное лицо, Инспекция, налоговый орган).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 09.10.2018 судом в порядке ст. 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Поносова Лидия Федоровна.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 13.11.2018 в удовлетворении требований отказано.

Не согласившись, заявитель обратился в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В апелляционной жалобе указывает на несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, неправильное применение норм материального права. Ссылается на отсутствие оснований для доначисления ему налогов, соответствующих сумм пени и штрафа, поскольку ООО «Пашия-Лес» - отдельный субъект предпринимательской деятельности, зарегистрированный в установленном порядке, имеющий работников; ООО «Пашия-Лес» и ИП Поносова Л.Ф. осуществляли деятельность самостоятельно, на свой риск, несли свою долю налогового бремени; действия налогоплательщика и взаимозависимого лица, направленные на достижение общего экономического результата, не свидетельствуют о получении необоснованной налоговой выгоды. Доказательства возникновения у ООО «Пашия-Лес» необоснованной налоговой выгоды налоговым органом не представлены. Само по себе понятие «дробления бизнеса» не является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной. Полагает, что суд первой инстанции необоснованно отказал в приобщении к материалам дела актов о распиловке пиломатериала.

В представленном отзыве на апелляционную жалобу заинтересованное лицо просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. Отмечает, что выводы суда первой инстанции о получении заявителем необоснованной налоговой выгоды являются обоснованными. 

В судебном заседании представитель заявителя поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

Представители заинтересованного лица поддержали доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просят решение оставить без изменения.

Третье лицо, извещенное надлежащим образом о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явилось, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечило, что в соответствии со ст.156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению дела в его отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, Инспекцией проведена выездная налоговая проверка общества, оформленная актом проверки от 22.12.2017 № 9, в ходе которой сделаны выводы о направленности действий налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды путем занижения налоговой базы посредством формального разделения бизнеса по оптовой реализации пиломатериала между обществом и взаимозависимым лицом - индивидуальным предпринимателем Поносовой Лидией Федоровной, применяющим упрощенную систему налогообложения (далее - УСН), с целью минимизации налоговых обязательств путем уклонения от уплаты налога на прибыль и НДС.

По результатам рассмотрения материалов налоговой проверки налоговым органом вынесено решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 30.03.2018 № 1, которым налогоплательщику по выявленным в ходе проверки нарушениям доначислены, в том числе НДС в сумме 2 964 967 руб., налог на прибыль - 1 288 227 руб., соответствующие пени - 1 048 013,02 руб. 

Заявитель привлечен к ответственности по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации в виде взыскания штрафов в общем размере 827 146,46 руб. (с учетом обстоятельств, смягчающих ответственность, размер штрафов снижен налоговым органом в 2 раза).

Не согласившись с вынесенным Инспекцией решением, заявитель обжаловал его в вышестоящий налоговый орган - Управление Федеральной налоговой службы по Пермскому краю.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю от 16.07.2018 № 18-18/133 жалоба общества оставлена без удовлетворения.

Полагая, что решение налогового органа от 30.03.2018 № 1 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения является незаконным, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, суд апелляционной инстанции считает, что оснований для изменения (отмены) обжалуемого судебного акта, не имеется, в связи со следующим.

В силу статьи 57 Конституции Российской Федерации, пункту 1 статьи 3, подпункту 1 пункта 1 статьи 23 и статье 45 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) налогоплательщики обязаны уплачивать законно установленные налоги в срок, установленный законодательством о налогах и сборах.

Статьей 52 НК РФ предусмотрено, что налогоплательщик самостоятельно исчисляет сумму налога, подлежащую уплате за налоговый период, исходя из налоговой базы, налоговой ставки и налоговых льгот.

В соответствии со статьей 41 НК РФ доходом признается экономическая выгода в денежной или натуральной форме, учитываемая в случае возможности ее оценки и в той мере, в которой такую выгоду можно оценить.

В соответствии со статьей 247 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Для российских организаций прибылью признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 Налогового кодекса Российской Федерации. 

Согласно пункту 1 статьи 252 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов, в том числе на суммы начисленной амортизации по объектам основных средств (подпункт 3 пункта 2 статьи 253 НК РФ).

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме. 

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией, приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в соответствии с договором). Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода. 

Пунктом 1 статьи 146 НК РФ определено, что объектом налогообложения налогом на добавленную стоимость признается реализация товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации. 

Согласно пункту 1 статьи 39 НК РФ реализацией товаров, работ или услуг организацией или индивидуальным предпринимателем признается соответственно передача на возмездной основе (в том числе обмен товарами, работами или услугами) права собственности на товары, результаты выполненных работ одним лицом для другого лица, возмездное оказание услуг одним лицом другому лицу, а в случаях, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, передача права собственности на товары, результатов выполненных работ одним лицом для другого лица, оказание услуг одним лицом другому лицу - на безвозмездной основе.

При определении налоговой базы выручка от реализации товаров (работ, услуг), передачи имущественных прав определяется исходя из всех доходов налогоплательщика, связанных с расчетами по оплате указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав, полученных им в денежной и (или) натуральной формах, включая оплату ценными бумагами (пункт 2 статьи 153 НК РФ).

Пункт 1 статьи 173 НК РФ устанавливает, что сумма налога, подлежащая уплате в бюджет, исчисляется по итогам каждого налогового периода, как уменьшенная на сумму налоговых вычетов, предусмотренных статьей 171настоящего Кодекса (за исключением налоговых вычетов, предусмотренных пунктом 3 статьи 172 настоящего Кодекса), общая сумма налога, исчисляемая в соответствии со статьей 166 настоящего Кодекса. 

Пунктом 1 статьи 166 НК РФ предусмотрен порядок исчисления налога на добавленную стоимость, исходя из которого сумма налога при определении налоговой базы на основании статей 154-159 и 162 Кодекса исчисляется как соответствующая налоговой ставке процентная доля налоговой базы, а при раздельном учете - как сумма налога, полученная в результате сложения сумм налогов, исчисляемых отдельно как соответствующие налоговым ставкам процентные доли соответствующих налоговых баз. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на установленные статьей 171 НК РФ налоговые вычеты.

Вычетам подлежат, в частности, суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения, а также товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи (пункт 2 статьи 171 НК РФ). 

Исходя из статьи 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога на добавленную стоимость при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, названных в пунктах 3, 6-8 статьи 171 Кодекса. 

Вычетам подлежат, если иное не установлено настоящей статьей, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей и при наличии соответствующих первичных документов. 

Таким образом, документами, дающими право на налоговые вычеты, являются в совокупности счета-фактуры, выставленные продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг) в соответствии с порядком, установленным пунктами 5, 6 статьи 169 НК РФ, и первичные документы, подтверждающие принятие товара на учет. 

Одновременное соблюдение налогоплательщиком названных условий является необходимым и достаточным для предоставления ему права уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 Кодекса, на установленные статьей 171 Кодекса налоговые вычеты. 

В соответствии со статьями 171, 172 НК РФ обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике - покупателе товаров (работ, услуг), так как именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога на добавленную стоимость, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиком. 

Исходя из требования норм, установленных статьями 169, 171, 172, 252 НК РФ, статьи 9 Федерального закона «О бухгалтерском учете» от 06.12.2011 № 402-ФЗ налоговые вычеты и расходы для целей налогообложения должны быть обоснованы и документально подтверждены, а сведения, содержащиеся в первичных документах, достоверны. 

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 20.02.2001 № 3-П и определениях от 25.07.2001 № 138-О, от 08.04.2004 № 168-О, № 169-О, право на возмещение НДС из бюджета предоставляется добросовестным налогоплательщикам для компенсации реально понесенных ими затрат по уплате налога поставщикам товаров (работ, услуг). 

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - постановление №53) представление в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. 

По смыслу положения пункта 7 статьи 3 НК РФ, в сфере налоговых правоотношений действует презумпция добросовестности налогоплательщиков. 

Следовательно, обязанности по доказыванию факта недобросовестности и представлению соответствующих доказательств возлагаются на налоговый орган. 

Данная позиция подтверждена в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 25.07.2001 № 138-О, согласно которому налоговые органы контролируют исполнение налоговых обязательств в установленном порядке, проводят проверки добросовестности налогоплательщиков, а в случаях выявления их недобросовестности обеспечивают охрану интересов государства, в том числе с использованием механизмов судебной защиты. Поскольку обязанности по доказыванию факта недобросовестности и представлению соответствующих доказательств возлагаются на налоговый орган, именно он должен доказать те обстоятельства, на которые ссылается в обоснование своих требований и возражений. 

Под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета (пункт 1 постановления № 53). 

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в вышеупомянутом Постановлении указал, что налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера). Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. 

Из разъяснений, данных в пункте 2 постановления № 53, следует, что при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 АПК РФ. 

Из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2015 № 302-КГ14-3432, следует, что разрешение вопроса о добросовестности либо недобросовестности общества при совершении действий, имеющих своим результатом получение налоговой выгоды, связано с установлением и исследованием фактических обстоятельств и представленных доказательств, подлежащих оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи. 

Из п. 6 постановления № 53 следует, что такие обстоятельства, как создание организации незадолго до совершения хозяйственной операции; взаимозависимость участников сделок; неритмичный характер хозяйственных операций; нарушение налогового законодательства в прошлом; разовый характер операции; осуществление операции не по месту нахождения налогоплательщика; осуществление расчетов с использованием одного банка; осуществление транзитных платежей между участниками взаимосвязанных хозяйственных операций; использование посредников при осуществлении хозяйственных операций, сами по себе не могут служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной. 

Перечисленные обстоятельства могут быть признаны обстоятельствами, свидетельствующими о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, лишь в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами, в частности, указанными в п. 5 постановления № 53. 

Как следует из материалов дела и установлено судом, в проверяемом периоде общество осуществляло деятельность по производству и реализации пиломатериала по адресу п. Пашия, ул. Набережная, 19, собственными силами с использованием собственного оборудования и трудовых ресурсов.

С 2015 года для участия в производстве пиломатериала и его оптовой продаже покупателям ООО «Пашия-лес» привлечена ИП Поносова Л.Ф. (применяющая УСН), которая, исходя из содержания представленных при проверке документов, оказывала обществу услуги по распиловке древесины и оптовой продаже пиломатериала покупателям.

Инспекцией при проверке сделан вывод о получении ООО «Пашия- Лес» необоснованной налоговой выгоды (занижение налоговой базы по налогу на прибыль, НДС) посредством формального разделения бизнеса по реализации пиломатериала с взаимозависимым лицом ИП Поносовой Л.Ф. с целью минимизации налоговых обязательств путем уклонения от уплаты налога на прибыль и НДС.

Вместе с тем, следуя принципу единообразия в применении и толковании судами положений налогового законодательства, при осуществлении мероприятий налогового контроля для подтверждения факта получения проверяемым налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды налоговым органам при проведении налоговой проверки следует исходить из того, что об умышленных действиях налогоплательщика, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды путем совершения операции с проблемным контрагентом или путем создания формального документооборота с использованием цепочки контрагентов, могут свидетельствовать установленные факты юридической, экономической и иной подконтрольности, в том числе на основании взаимозависимости спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику, обстоятельства, свидетельствующие о согласованности действий участников сделки (сделок), а также (или) доказательства нереальности хозяйственной операции (операций) по поставке товаров (выполнению работ, оказанию услуг).

Налоговым органом в акте налоговой проверки должны быть отражены соответствующие доказательства, свидетельствующие о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

При отсутствии доказательств подконтрольности спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику налоговым органам необходимо исследовать и доказывать недобросовестность действий самого налогоплательщика по выбору контрагентов и обстоятельств, свидетельствующих о невыполнении соответствующей хозяйственной операции контрагентом налогоплательщика (по первому звену). В этом случае в качестве самостоятельного основания для возложения негативных последствий на налогоплательщика не могут приводиться признаки недобросовестности контрагентов второго и последующих звеньев цепочки перечисления денежных средств по выпискам банков.

Согласно позиций высших судебных инстанции, сформулированных в постановлении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, постановлении Президиума от 03.07.2012 № 2341/12, а также в определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-КГ16-10399 от 29.11.2016, установление налоговым органом в отношении спорного контрагента негативных признаков, характеризующих его как номинальную структуру (отсутствие управленческого, технического персонала, основных средств, производственных активов и транспортных средств; подписание подтверждающих документов неустановленными документами) само по себе не может быть положено в основу вывода о нереальности рассматриваемой хозяйственной операции.

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды как по налогу на прибыль, так и по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия налоговым органом оспариваемого акта, возлагается на этот орган (ч. 5 ст. 200 АПК РФ).

Таким образом, на налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создание формального документооборота (п. 9 постановления) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2016 № 305- КГ16-4155).

Из содержания пунктов 9, 11 постановления № 53 следует, что установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. Признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением.

Вышеуказанное обязывает налоговый орган и суд давать оценку действиям налогоплательщика и совершенным ими сделкам, в том числе с точки зрения реальности их совершения, экономической целесообразности и эффективности, добросовестности действий всех их участников, а выводы делать на основании совокупности всех этих признаков.

Поскольку действующее законодательство не ограничивает право граждан на регистрацию в качестве индивидуальных предпринимателей, следовательно, наличие у физического лица статуса индивидуального предпринимателя не является нарушением закона. Не может рассматриваться как недобросовестное поведение и совместное осуществление предпринимательской деятельности с взаимозависимой компанией.

При этом, проявлением недобросовестности является регистрация гражданина в качестве индивидуального предпринимателя с целью перевода на него определенных функций исключительно для уменьшения налоговой нагрузки без цели ведения фактической предпринимательской деятельности.

Изучив представленные в материалы дела документы налоговой проверки, суд первой инстанции установил, что ИП Поносова Л.Ф. в качестве предпринимателя была зарегистрирована формально, фактически деятельность не осуществляла.

При этом судом учтено, что главный бухгалтер ООО «Пашия-Лес» Поносова Л.Ф. осуществляла предпринимательскую деятельность в качестве индивидуального предпринимателя с 16.07.2013 по 03.10.2017 по одному адресу с обществом (п. Пашия, ул. Набережная, 19), применяла упрощенную систему налогообложения (объект налогообложения - доходы, ставка - 6 процентов); офис и финансово-хозяйственные документы находились по адресу г. Горнозаводск, ул. Кирова, 48-4, который является юридическим адресом заявителя.

Кроме того, виды деятельности ООО «Пашия-Лес» и ИП Поносовой Л.Ф. идентичны - распиловка древесины и оптовая торговля пиломатериалом.

С момента регистрации в качестве ИП - в 2013, 2014 г.г. Поносова Л.Ф. согласно сформированного документооборота оказывала услуги по распиловке и строганию древесины исключительно для налогоплательщика, иную деятельность не осуществляла; с 2015 года осуществляла производство и продажу готовой продукции от своего имени, а также оказывала для налогоплательщика услуги по распиловке и строганию древесины (в апрелеиюне 2015 года) и услуги по ремонту подъездных путей железнодорожного тупика и подкрановых путей.

Участниками схемы заключены договоры с одними покупателями (ООО «Финанс Ко», ООО «Авангард», ООО «Прауд»), которые в 2015 году являются покупателями товара у налогоплательщика, и ИП Поносовой Л.Ф.; объемы продаж предпринимателя в адрес ООО «Авангард» в 2015 году соответствуют объемам продаж общества в 2014 году, но распределены между участниками схемы; товар в адрес ООО «Финанс Ко» и ООО «Авангард» реализован практически по одной цене (7100 - 7200 руб.), при этом ООО «Пашия-Лес» исчислен НДС с оборотов по реализации, а ИП Поносова Л.Ф., применяя УСН, не исчислила НДС (описание приведено налоговым органом на страницах 9-12 решения от 30.03.2018 № 1).

Из анализа представленных покупателями документов налоговым органом выявлена схема формального документооборота, не отражающего реальной хозяйственной деятельности ИП Поносовой Л.Ф.: договоры, заключенные с ООО «Стройлес» и ООО «Прауд», имеют один номер (№1); договоры с ООО «Финанс Ко» и ООО «Авангард» содержат один номер и дату (от 16.02.2015 № 2) (стр. 10-12, 22 решения налогового органа от 30.03.2018 № 1).

При этом поставщики пиловочника в проверяемом периоде - ООО «Уральский лес», ООО «Фихтелес», ИП Худеньких Ю.С., ИП Головкин И.В. - не являются налогоплательщиками НДС; документы, представленные ООО «Фихтелес» (товарные накладные) имеют отличия от документов, представленных в ходе выездной налоговой проверки ИП Поносовой Л.Ф. (в графах «груз получил» указаны работники ООО «Пашия-Лес» - Гараева Н.В., Кондакова О.В.) (описание приведено налоговым органом на странице 16 решения от 30.03.2018 № 1).

Кроме того, судом первой инстанции правомерно учтена установленная налоговым органом и не опровергнутая заявителем подконтрольность деятельности предпринимателя ООО «Пашия-Лес».

Материалами дела, в том числе многочисленными свидетельскими показаниями подтверждено, что учредитель ООО «Пашия-Лес» Мухитдинов М.М. фактически осуществлял руководство, распоряжался финансами, вел переговоры с контрагентами, контролировал процесс оприходования товаров на склад, осуществлял доставку работников для ИП Поносовой Л.Ф. личным транспортом, то есть решал кадровые и другие организационно распорядительные вопросы при управлении производственной деятельностью, что оказывало влияние на условия и экономические результаты деятельности ООО «Пашия-Лес» и предпринимателя (описано на странице 31 решения от 30.03.2018 № 1, протоколы допроса от 14.06.2017 № 301, от 25.07.2017 № 216, 220).

Также материалами дела (в том числе вышеуказанными протоколами допроса) подтверждено, что ИП Поносова Л.Ф. при допросе подтвердила намеренное дробление бизнеса, фиктивность осуществления деятельности в качестве индивидуального предпринимателя, указывая, что регистрировалась с целью уменьшения штрафных санкций, применяемых к ООО «Пашия-Лес» как к юридическому лицу; подтвердила общее ведение бухгалтерского учета, использование оборудования и имущества, принадлежащего налогоплательщику; труд физических лиц, привлеченных по срочным трудовым договорам, инициатором заключения которых являлся Мухитдинов М.М.; заработная плата выдавалась так же через Мухитдинова М.М. (протоколы допроса от 25.07.2017 № 216, 220).

Поносова Л.Ф., являясь главным бухгалтером в ООО «Пашия-лес» с 01.02.2012 по 01.10.2015 г.г., 16.07.2013г. была зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя (ОГРНИП 313592119700016), снята с учета в качестве ИП - 03.10.2017г.

Кроме того, налоговым органом установлено, что денежные средства, поступившие на расчетный счет ИП Поносовой Л.Ф., выведены на банковскую карту Мухитдинова М.М., при этом расчеты за оказанные услуги по распиловке древесины с предпринимателем в полном объеме не произведены, что заявителем также не опровергнуто. При этом предприниматель продолжала осуществлять оказание услуг, несмотря на отсутствие оплаты со стороны налогоплательщика, не применяла к нему штрафные санкции, что противоречило, условиям договоров, не обращалась к налогоплательщику с претензиями по погашению задолженности, что подтверждает вывод об имитации деятельности ИП Поносовой Л.Ф.

Материалами проверки также подтверждено, что ИП Поносова Л.Ф. не располагала собственным недвижимым имуществом, транспортом, оборудованием и иными основными средствами для осуществления своей основной деятельности «Распиловка и строгание древесины»; проверкой не установлен факт аренды имущества в 2014 году ИП Поносовой Л.Ф. для оказания налогоплательщику услуг по распиловке (с налогоплательщиком договоры не заключались, по расчетному счету ИП данные расходы не производились); деятельность по оказанию услуг по распиловке в 2015 году осуществлялась с использованием имущества, арендованного у налогоплательщика: оборудования и ангара, расположенных по адресу: п. Пашия, ул. Набережная, 19; для оказания услуг по распиловке в 2013, 2014 гг. использовала труд осужденных на основании договоров о предоставлении рабочей силы из числа осужденных от 31.12.2013г. №859, от 17.07.2014г. б/н, заключенных с ФКУ ИК-10, в 2015 году - труд физических лиц, привлеченных по срочным трудовым договорам; для отправки товара покупателям ООО «Пашия-лес» в 2015 г. оказывало ИП Поносовой Л.Ф. услуги погрузки и предоставляло вагоны. При этом у ИП Поносовой Л.Ф. отсутствовали трудовые ресурсы для осуществления деятельности по производству и реализации пиломатериала в январе-марте 2015 года, а также для оказания услуг по распиловке древесины для налогоплательщика в апреле, мае 2015 года (договорные отношения с работниками заключены с июля 2015 года).

Подконтрольность и отсутствие самостоятельности индивидуального предпринимателя, общее управление деятельностью налогоплательщика и ИП Поносовой Л.Ф. учредителем общества Мухитдиновым М.М, подтверждается также свидетельскими показаниями работников ИП Поносовой Л.Ф. (так, свидетели указали, что работали на пилораме у Мухитдинова М., который осуществлял фактическое руководство деятельностью); в документах, подтверждающих приобретение товара предпринимателя у ООО	«Фихтелес», в графе «груз получил грузополучатель» проставлена подпись Кондаковой О.В. (Тунёвой О.В.), которая являлась сотрудником ООО «Пашия-лес», расчеты с ООО «Уральский лес» (поставщиком ИП Поносовой Л.Ф.) по договору купли-продажи от 11.02.2015г. №11/02 осуществлены наличными денежными средствами в сумме 750 000 руб. от Мухитдинова М.М.; из свидетельских показаний ИП Поносовой Л.Ф. и Мухитдинова М.М. следует, что весь бизнес находился в руках налогоплательщика, деятельность ИП осуществлялась формально: инициатором заключения договора и ведения переговоров с ФКУ ИК-10 являлся Мухитдинов М.М. (представители колонии также подтвердили факт взаимодействия с Мухитдиновым М.М.), Мухитдинов М.М. осуществлял доставку спецконтингента, он же, а также работники налогоплательщика передавали сырье для переработки, принимали пиломатериал, осуществляли контроль за производительностью труда, за выполнением работ по ремонту подъездных путей; выдавали запчасти на оборудование, документы, подтверждающие взаимодействия сторон при совершении сделок общества и ИП не составлялись, зарплату работникам предприниматель выдавала через Мухитдинова М.М.; изначально приходили для трудоустройства в ООО «Пашия-лес», но Мухитдиновым М.М. были направлены к Поносовой Л.Ф., для трудоустройства у индивидуального предпринимателя; после расторжения срочных трудовых договоров с предпринимателем, данные лица были трудоустроены в ООО «Пашия-лес», при этом, их трудовые функции в связи с переходом от ИП Поносовой Л.Ф. к обществу оставались прежними.

Установив данные обстоятельства в совокупности и взаимосвязи, налоговый орган пришел к обоснованному выводу о том, что деятельность ИП Поносовой Л.Ф. полностью дублирует финансово-хозяйственную деятельность общества при отсутствии препятствий для самостоятельного ведения ООО «Пашия-Лес» предпринимательской деятельности по оптовой торговле пиломатериалом, не имеет разумной деловой цели и является формально документированной, поскольку фактическая продажа пиломатериала покупателям осуществлялась самим налогоплательщиком с одного складского помещения.

Оформляя данные сделки от имени взаимозависимого хозяйствующего субъекта - ИП Поносовой Л.Ф., уплачивающей налоги по УСН, ООО «Пашия-Лес» получило необоснованную налоговую выгоду, уклонившись от уплаты налога на прибыль и НДС, подлежащих исчислению в рамках общей системы налогообложения.

Данные обстоятельства подтверждаются совокупностью представленных в материалы дела доказательств и налогоплательщиком не опровергнуты (ст. 65 АПК РФ).

Таким образом, в ходе выездной налоговой проверки инспекцией установлены факты снижения ООО «Пашия-Лес» своих налоговых обязательств путем создания искусственной ситуации, при которой видимость действий нескольких лиц (ООО «Пашия-Лес» и ИП Поносова Л.Ф.) прикрывает фактическую деятельность одного налогоплательщика. При этом получение необоснованной налоговой выгоды достигается в результате применения инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, формально соответствующих действующему законодательству.

Также материалами дела подтверждено, что налоговый орган, доначисляя ООО «Пашия-Лес» налоги по общей системе налогообложения, определил налоговые обязательства исходя из документов, имеющихся в распоряжении инспекции и полученных в ходе выездной налоговой проверки в порядке статей 93, 93.1 НК РФ от проверяемого налогоплательщика, ИП Поносовой Л.Ф. и их контрагентов, а также посредством изучения сведений, содержащихся в выписках по расчетным счетам, налоговых регистрах и бухгалтерской отчетности.

Как указано в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой НК РФ» бремя доказывания того, что размер доходов и (или) расходов, определенный налоговым органом по правилам подпункта 7 пункта 1 статьи 31 НК РФ, не соответствует фактическим условиям экономической деятельности налогоплательщика, возлагаются на последнего, так как именно он несет риски, связанные с возникновением оснований для применения инспекцией расчетного метода.

Поскольку заявитель, ссылаясь на неверное определение налоговых обязательств, фактически не опроверг правильность расчета сумм налогов, произведенного Инспекцией, оснований считать определенный налоговым органом размер налоговых обязательств неверным у суда первой инстанции не имелось.

При этом судом первой инстанции правомерно отмечено, что в налоговых правоотношениях недопустима ситуация, которая позволяла бы недобросовестным налогоплательщикам с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, создавать ситуации формального наличия права на получение налоговых вычетов.

Из определений Конституционного Суда Российской Федерации от 08.04.2004 № 169-0 и от 04.11.2004 № 324-0 следует, что оценка добросовестности налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок, которые должны не только формально соответствовать законодательству, но и быть реальными, не вступать в противоречие с общим запретом недобросовестного осуществления прав налогоплательщиком.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что совокупность представленных инспекцией доказательств подтверждает законность и обоснованность доначисления спорной суммы НДС, налога на прибыль, пени и налоговых санкций.

Иные доводы налогоплательщика по указанному эпизоду, в том числе касающиеся наличия у ИП Поносовой Л.Ф. действующих договоров, уплате ей налогов, правомерно отклонены судом первой инстанции, как противоречащие представленным в материалы дела доказательствам.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований переоценки данных обстоятельств, установленных судом первой инстанции.

Доводов в отношении исключения из состава затрат затрат по налогу на прибыль в 2014 году апелляционная жалоба не содержит. При этом суд отмечает, что доводов в отношении незаконности доначиления НДФЛ по упомянутому решению налогового органа налогоплательщик также не заявлял ни в в суде апелляционной ни в суде первой инстанции.

Кроме того, инспекцией установлен умысел заявителя в совершении налогового правонарушения, в связи с чем, он правомерно привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения в виде штрафа по п. 3 ст. 122 НК РФ. Вместе с тем, принимая оспариваемое решение, инспекция определила наличие смягчающих ответственность налогоплательщика обстоятельств.

В соответствии с п.п. 4 пункта 7 статьи 101.4 НК РФ в ходе рассмотрения акта и других материалов руководитель (заместитель руководителя) налогового органа выявляет, в частности, обстоятельства, смягчающие ответственность за совершение налогового правонарушения.

Согласно пункту 4 статьи 112 НК РФ обстоятельства, смягчающие ответственность за совершение налогового правонарушения, устанавливаются судом или налоговым органом, рассматривающим дело, и учитываются при применении налоговых санкций.

В пункте 1 статьи 112 НК РФ поименован перечень обстоятельств, смягчающих ответственность за совершение налогового правонарушения.

Подпунктом 3 пункта 1 статьи 112 НК РФ установлено, что суд или налоговый орган, рассматривающий дело о налоговом правонарушении, может по своему усмотрению признать в качестве смягчающего ответственность обстоятельства любое иное обстоятельство.

При рассмотрении вопроса о наличии обстоятельств как смягчающих, так и отягчающих ответственность налогоплательщика, необходимо руководствоваться принципом соразмерности, выражающим требования справедливости и предполагающим дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существующих обстоятельств, обуславливающих индивидуализацию при применении взыскания (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15.07.1999 № 11-П).

При этом, согласно пункту 3 статьи 114 НК РФ при наличии хотя бы одного смягчающего ответственность обстоятельства размер штрафа подлежит уменьшению не меньше чем в два раза по сравнению с размером, установленным соответствующей статьей НК РФ.

Таким образом, в качестве смягчающих ответственность могут быть признаны те или иные обстоятельства, объективно свидетельствующие о наличии оснований для применения санкций в меньшем размере. Право оценки представленных налогоплательщиком доказательств и признания конкретного обстоятельства смягчающим ответственность принадлежит как инспекции, так и вышестоящему налоговому органу.

Из материалов дела следует, что выявив наличие смягчающих ответственность налогоплательщика обстоятельств, налоговая инспекция снизила сумму штрафов в 2 раза.

В связи с чем, в рассматриваемом случае указанное снижение штрафа с учетом смягчающих обстоятельств является достаточной мерой соблюдения прав налогоплательщика. 

Оснований для дальнейшего снижения размера штрафных санкций суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Процессуальные нарушения при вынесении оспариваемого решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения №1 от 30.03.2018 налоговым органом не допущены, процессуальные права налогоплательщика соблюдены, что подтверждается представленными в материалы дела доказательствами.

При таких обстоятельствах, оснований для признания оспариваемого решения Инспекции недействительным по правилам, предусмотренным ч.2 ст. 201 АПК РФ у суда первой инстанции не имелось.

Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов судом апелляционной инстанции не установлено.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции необоснованно отказал в приобщении к материалам дела актов о распиловке пиломатериала, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку указанные доказательства не обладали признаками относимости к настоящему делу, соответственно, правовые основания для их приобщения к материалам дела у суда отсутствовали.

Иные доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, не свидетельствуют о неправильном применении и нарушении им норм материального и процессуального права, по существу, сводятся к иной оценке установленных судом обстоятельств дела и подтверждающих данные обстоятельства доказательств. 

Фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом первой инстанции в полном объеме на основе доказательств, оцененных в соответствии с правилами, определенными статьей 71 АПК РФ.

С учетом изложенного, решение суда первой инстанции от 13.11.2018 является законным и обоснованным. 

Оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ для отмены (изменения) судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя апелляционной жалобы в порядке статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Поскольку оригинал платежного документа (чек-ордера), подтверждающий уплату государственной пошлины, на необходимость представления которого указано в определении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2018, заявителем жалобы в материалы дела не представлен, государственная пошлина по жалобе подлежит взысканию в федеральный бюджет в соответствии с п. 1 ст. 333.21 НК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь статьями  110, 176, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Пермского края от 13 ноября 2018 года по делу № А50-27918/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Пашия-Лес» (ОГРН 1105921000943, ИНН 5921027439) в доход федерального бюджета 1500 (одну тысячу пятьсот) руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

В.Г. Голубцов 

 

Судьи

 

Е.В. Васильева 

 

Н.М. Савельева