Арбитражный суд Пермского края

ул.Екатерининская, д.177, г.Пермь, 614068, http://www.perm.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А50-13432/2020

17 декабря 2020 года

г. Пермь

Резолютивная часть решения вынесена 10 декабря 2020 года. Полный текст решения изготовлен 17 декабря 2020 года.

Арбитражный суд Пермского края в составе судьи Самаркина В.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственности «ВНИИБТ-Буровой инструмент» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 20 по Пермскому краю (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>)

о признании недействительным решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 23.01.2020 № 09-13/0232дсп, 

соответчик - Инспекция Федеральной налоговой службы по Индустриальному району г. Перми (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

третье лицо - общество с ограниченной ответственностью «Буровой инструмент» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

в заседании приняли участие представители:

от заявителя – ФИО2, по доверенности от 02.07.2020 № ИМ-70/2020, предъявлен паспорт; ФИО3, по доверенности от 02.07.2020 № ИМ-71/2020, предъявлены паспорт, диплом юриста; ФИО4, по доверенности от 20.02.2019 № ИМ-21/2019, предъявлены паспорт, диплом юриста; ФИО5, по доверенности от 02.07.2020 №ИМ-70/2020, предъявлен паспорт; 

от налогового органа – ФИО6, по доверенности от 25.12.2019 №91, предъявлено служебное удостоверение, диплом юриста; ФИО7, по доверенности от 25.12.2019 № 91, предъявлены паспорт, диплом юриста; ФИО8, по доверенности от 14.08.2020 № 24, предъявлено служебное удостоверение;

от соответчика – ФИО6, по доверенности от 26.12.2019 № 12-20/83, предъявлены служебное удостоверение, диплом юриста;

от третьего лица – не явилось, извещен надлежащим образом, 

лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также – АПК РФ) путем направления в их адрес копий определения о назначении дела к судебному разбирательству заказным письмом с уведомлением, а также размещения данной информации на официальном сайте суда, ссылка на который имеется в определении суда, 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ВНИИБТ-Буровой инструмент» (далее - заявитель, Общество, общество или ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент», налогоплательщик) обратилось в Арбитражный суд Пермского края с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 20 по Пермскому краю (далее – Инспекция, налоговый орган) о признании недействительным решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 23.01.2020 № 09-13/0232дсп.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 13.07.2020 к участию в деле в статусе соответчика в порядке статьи 46 АПК РФ привлечена Инспекция Федеральной налоговой службы по Индустриальному району г. Перми (далее также - соответчик).  

Определением Арбитражного суда Пермского края от 15.09.2020 к участию в деле в статусе третьего лица, в порядке статьи 51 АПК РФ,  привлечено общество с ограниченной ответственностью «Буровой инструмент» (далее также – третье лицо, общество или ООО «Буровой инструмент»).  

Ненормативный акт Инспекции от 23.01.2020 № 09-13/0232дсп, которым заявителю доначислены и предъявлены к уплате налог на добавленную стоимость (далее – НДС), налог на прибыль организаций, начислены пени за неуплату указанных налогов, применены налоговые санкции по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации, оспаривается обществом «ВНИИБТ-Буровой инструмент» в полном объеме.

Как указывает заявитель, налоговым органом неправомерно произведено увеличение налоговых обязательств по НДС и налогу на прибыль организаций исходя из установленных мероприятиями налогового контроля обстоятельств, поскольку не доказано, что в анализированной налоговым органом системе договорных отношений и их налогозначимых последствий непосредственным получателем необоснованной налоговой выгоды выступает именно заявитель; Общество отмечает, что налоговым органом безосновательно применены положения пункта 2 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации (далее также – Кодекс, НК РФ), не доказано нарушение пределов осуществления прав при совершении хозяйственных операций по реализации произведенной продукции, не подтвержден умысел на противоправную минимизацию налогообложения; по доводам заявителя при выявлении фактов отражения в документах, опосредующих операции по реализации изготовленной Обществом продукции, недостоверных сведений налоговым органом не применен расчетный метод исчисления налогов, при определении действительного размера налоговой обязанности не использовались рыночные цены, что обусловило расчет неадекватных последствиям сделок налоговых обязательств; заявитель приводит доводы о применение Инспекцией не предусмотренного НК РФ способа определения налоговых обязательств.

Налоговый орган с требованиями заявителя не согласился, по основаниям, изложенным в письменном отзыве на заявление, письменных пояснениях и полагает, что при выявленных мероприятиями налогового контроля обстоятельствах, подлинном содержании хозяйственных операций  и положений статьи 54.1 НК РФ налогоплательщику правомерно увеличены налоговые обязательства по НДС, налогу на прибыль организаций, начислены пени за неуплату в нормативно предусмотренные сроки указанных налогов, а также применены налоговые санкции по пункту 3 статьи 122 НК РФ. С позиции налогового органа, в систему операций по реализации заявителем собственной продукции через дилера - общество «Буровой инструмент» с целью уклонения от уплаты налогов посредством сформированного фиктивного документооборота введены номинальные посредники (искусственные звенья), что позволило заявителю не отражать при определении налоговых обязательств объем причитающейся выручки (доходов) Как отмечает Инспекция, в ходе мероприятий налогового контроля установлены факты, опровергающие реальность сделок со спорными контрагентами, выявлено искусственное введение их в систему договорных отношений посредством фиктивного документооборота с целью занижения выручки (доходов), получения необоснованной налоговой выгоды, что предопределило реконструкцию налоговых обязательств. Инспекция полагает, что порядок получения доказательств, доказывающих применение заявителем схемы уклонения от налогообложения, не нарушен, требования заявителя являются необоснованными и не подлежат удовлетворению.

От соответчика представлен и приобщены к делу отзыв на заявление, в которым приведены доводы о правомерности вынесенного налоговым органом решения и необоснованности требований Общества.

От третьего лица отзыв на заявление, ходатайства в суд не представлены, процессуальная позиция по спору не выражена.

Неявка в судебное заседание 10.12.2020 представителя третьего лица в силу положений части 5 статьи 156, части 2 статьи 200 АПК РФне препятствовала проведению судебного заседания в его отсутствие.

Представленные сторонами в ходе рассмотрения дела процессуальные документы и доказательства приобщены судом к материалам настоящего дела.

Рассмотрев материалы дела, исследовав письменные доказательства, заслушав объяснения представителей Общества, Инспекции, суд приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что должностным лицами Инспекции проведена выездная налоговая проверка деятельности Общества за период с с 01.01.2015 по 31.12.2017, по результатам которой составлен акт проверки от  13.05.2019 № 10-10/2/1416, фиксирующий выявленные нарушения законодательства о налогах и сборах. 

Результаты проведенных должностными лицами Инспекции дополнительных мероприятий налогового контроля оформлены дополнением к акту налоговой проверки от 26.08.2019 № 09-13/4/3003.

Уполномоченным должностном лицом Инспекции, при надлежащем уведомлении заявителя, рассмотрены материалы налоговой проверки, материалы проведенных дополнительных мероприятий налогового контроля, и вынесено решение от 23.01.2020 № 09-13/0232дсп о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, которым Обществу по выявленным нарушениям доначислены НДС в сумме 153 394 174 руб., налог на прибыль организаций 21 677 272 руб.,  начислены пени за неуплату в установленный срок НДС, налога на прибыль организаций в общей сумме 64 198 837,14 руб., применены штрафы по пункту 3 статьи 122 Кодекса в общем размере 2 479 938 руб. (при установленных обстоятельствах, смягчающих налоговую ответственность штрафы снижены в восемь раз), уменьшены убытки в целях исчисления налога на прибыль организаций в сумме 508 757 703 рубля.

Не согласившись с вынесенным Инспекцией решением от 23.01.2020 № 09-13/0232дсп, заявитель обжаловал его в вышестоящий налоговый орган – Управление Федеральной налоговой службы по Пермскому краю. Решением Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю от 27.05.2020 № 18-18/43 жалоба Общества на ненормативный акт Инспекции оставлена без удовлетворения (том 3 л.д.163-170).

Полагая, что ненормативный акт Инспекции от 23.01.2020 № 09-13/0232дсп, не соответствует закону и нарушает права и законные интересы заявителя в сфере экономической деятельности, Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании указанного решения Инспекции от 23.01.2020 № 09-13/0232дсп недействительным.

Установленный пунктом 2 статьи 138 Кодекса досудебный порядок урегулирования налогового спора Обществом соблюден (статья 138 НК РФ, часть 5 статьи 4, пункт 7 части 1 статьи 126 АПК РФ), как и установленный частью 4 статьи 198 АПК РФ срок обращения в суд с заявлением об оспаривании ненормативного акта Инспекции, в связи с чем, заявление Общества подлежит рассмотрению судом по существу.

Суд, с учетом имеющихся в материалах дела доказательств, исследованных согласно требованиям, предусмотренным статьями 9, 65, 71, 162 АПК РФ, полагает, что требования заявителя не подлежат удовлетворению.

Основания для признания решения Инспекции от 23.01.2020 № 09-13/0232дсп недействительным, в связи с несоблюдением существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки либо наличием иных нарушений (пункт 14 статьи 101 НК РФ), заявителем не доказаны и судом не установлены. 

В соответствии со статьей 57 Конституции Российской Федерации, статьями 3, 23 НК РФ каждый налогоплательщик обязан платить законно установленные налоги. 

Согласно правовой позиции, отраженной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 17.12.1996 № 20-П налог - необходимое условие существования государства, поэтому обязанность платить налоги, закрепленная в статье 57 Конституции Российской Федерации, распространяется на всех налогоплательщиков в качестве безусловного требования государства; налогоплательщик не вправе распоряжаться по своему усмотрению той частью своего имущества, которая в виде определенной денежной суммы подлежит взносу в казну, и обязан регулярно перечислять эту сумму в пользу государства, так как иначе были бы нарушены права и охраняемые законом интересы других лиц, а также государства. 

Как предусмотрено подпунктами 3, 6, 8 пункта 1 статьи 23 НК РФ налогоплательщики, наряду с исполнением других правовых предписаний, обязаны вести в установленном порядке учет своих доходов (расходов) и объектов налогообложения, если такая обязанность предусмотрена законодательством о налогах и сборах; представлять в налоговые органы и их должностным лицам в случаях и в порядке, которые предусмотрены настоящим Кодексом, документы, необходимые для исчисления и уплаты налогов; в течение четырех лет обеспечивать сохранность данных бухгалтерского и налогового учета и других документов, необходимых для исчисления и уплаты налогов, в том числе документов, подтверждающих получение доходов, осуществление расходов (для организаций и индивидуальных предпринимателей), а также уплату (удержание) налогов, если иное не предусмотрено Кодексом.

В силу пункта 1 статьи 38 НК РФ объект налогообложения - реализация товаров (работ, услуг), имущество, прибыль, доход, расход или иное обстоятельство, имеющее стоимостную, количественную или физическую характеристику, с наличием которого законодательство о налогах и сборах связывает возникновение у налогоплательщика обязанности по уплате налога. Каждый налог имеет самостоятельный объект налогообложения, определяемый в соответствии с частью второй Кодекса и с учетом положений статьи 38 НК РФ.

Исходя из пунктов 3, 4, 5 статьи 38 НК РФ товаром целей налогообложения признается любое имущество, реализуемое либо предназначенное для реализации, работой для целей налогообложения признается деятельность, результаты которой имеют материальное выражение и могут быть реализованы для удовлетворения потребностей организации и (или) физических лиц, а услугой для целей налогообложения признается деятельность, результаты которой не имеют материального выражения, реализуются и потребляются в процессе осуществления этой деятельности.

Пунктом 1 статьи 39 НК РФ определено, что реализацией товаров, работ или услуг организацией или индивидуальным предпринимателем признается соответственно передача на возмездной основе (в том числе обмен товарами, работами или услугами) права собственности на товары, результатов выполненных работ одним лицом для другого лица, возмездное оказание услуг одним лицом другому лицу, а в случаях, предусмотренных Кодексом, передача права собственности на товары, результатов выполненных работ одним лицом для другого лица, оказание услуг одним лицом другому лицу - на безвозмездной основе. При этом место и момент фактической реализации товаров, работ или услуг определяются в соответствии с частью второй Кодекса (пункт 2 статьи 39 Кодекса).

Согласно статье 41 НК РФ в соответствии с Кодексом доходом признается экономическая выгода в денежной или натуральной форме, учитываемая в случае возможности ее оценки и в той мере, в которой такую выгоду можно оценить, и определяемая в соответствии с главами 23 и 25 настоящего Кодекса.

Как определено пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ, в редакции Федерального закона от 18.07.2017 № 163-ФЗ, вступившего в силу 19.08.2017, не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Согласно пункту 2 статьи 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй настоящего Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Исходя из пункта 3 статьи 54.1 НК РФ в целях пунктов 1 и 2 этой статьи подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

В соответствии с пунктом 1 статьи 45 НК РФ налогоплательщик обязан самостоятельно исполнить обязанность по уплате налога, если иное не предусмотрено законодательством о налогах и сборах. Обязанность по уплате налога должна быть выполнена в срок, установленный законодательством о налогах и сборах. Налогоплательщик вправе исполнить обязанность по уплате налога досрочно.

В качестве способа обеспечения исполнения обязанности по уплате налогов предусмотрено начисление пени (пункт 1 статьи 72, статья 75 НК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 57 Кодекса при уплате налога и сбора с нарушением срока уплаты налогоплательщик (плательщик сбора) уплачивает пени в порядке и на условиях, предусмотренных настоящим Кодексом.

На основании пункта 1 статьи 75 НК РФ пеней признается установленная настоящей статьей денежная сумма, которую налогоплательщик должен выплатить в случае уплаты причитающихся сумм налогов или сборов в более поздние по сравнению с установленными законодательством о налогах и сборах сроки.

Пеня начисляется за каждый календарный день просрочки исполнения обязанности по уплате налога или сбора, начиная со следующего за установленным законодательством о налогах и сборах дня уплаты налога или сбора (пункт 3 статьи 75 Кодекса). Пеня за каждый день просрочки определяется в процентах от неуплаченной суммы налога или сбора. Процентная ставка пени принимается равной одной трехсотой действующей в это время ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации (пункт 4 статьи 75 НК РФ). 

Исходя из пункта 5 статьи 75 НК РФ, пени уплачиваются одновременно с уплатой сумм налога и сбора или после уплаты таких сумм в полном объеме. 

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 146 НК РФ объектом обложения НДС признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, в том числе реализация предметов залога и передача товаров (результатов выполненных работ, оказание услуг) по соглашению о предоставлении отступного или новации, а также передача имущественных прав.

На основании пункта 1 статьи 153 НК РФ налоговая база по НДС при реализации товаров (работ, услуг) определяется налогоплательщиком в соответствии с настоящей главой в зависимости от особенностей реализации произведенных им или приобретенных на стороне товаров (работ, услуг). При передаче товаров (выполнении работ, оказании услуг) для собственных нужд, признаваемых объектом налогообложения в соответствии со статьей 146 Кодекса, налоговая база определяется налогоплательщиком в соответствии с главой 21 Кодекса.

Пунктом 2 статьи 153 НК РФ закреплено, что при определении налоговой базы по НДС выручка от реализации товаров (работ, услуг), передачи имущественных прав определяется исходя из всех доходов налогоплательщика, связанных с расчетами по оплате указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав, полученных им в денежной и (или) натуральной формах, включая оплату ценными бумагами.

Согласно пункту 1 статьи 154 НК РФ налоговая база по НДС при реализации налогоплательщиком товаров (работ, услуг), если иное не предусмотрено настоящей статьей, определяется как стоимость этих товаров (работ, услуг), исчисленная исходя из цен, определяемых в соответствии со статьей 105.3 Кодекса, с учетом акцизов (для подакцизных товаров) и без включения в них налога.

Как установлено пунктом 1 статьи 167 Кодекса в целях главы 21 Кодекса моментом определения налоговой базы по НДС, если иное не предусмотрено пунктами 3, 7 - 11, 13 - 15 этой статьи, является наиболее ранняя из следующих дат: 1) день отгрузки (передачи) товаров (работ, услуг), имущественных прав; 2) день оплаты, частичной оплаты в счет предстоящих поставок товаров (выполнения работ, оказания услуг), передачи имущественных прав. Пунктом 3 статьи 167 НК РФ закреплено, что в случаях, если товар не отгружается и не транспортируется, но происходит передача права собственности на этот товар, такая передача права собственности в целях главы 21 НК РФ приравнивается к его отгрузке, за исключением случая, предусмотренного пунктом 16 этой статьи.

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 НК РФ при реализации товаров (работ, услуг), передаче имущественных прав налогоплательщик (налоговый агент, указанный в пунктах 4, 5 и 5.1 статьи 161 Кодекса) дополнительно к цене (тарифу) реализуемых товаров (работ, услуг), передаваемых имущественных прав обязан предъявить к оплате покупателю этих товаров (работ, услуг), имущественных прав соответствующую сумму НДС.

В силу пункта 5 статьи 168 Кодекса сумма НДС, предъявляемая налогоплательщиком (налоговыми агентами, указанными в пунктах 4, 5 и 5.1 статьи 161 Кодекса) покупателю товаров (работ, услуг), имущественных прав, исчисляется по каждому виду этих товаров (работ, услуг), имущественных прав как соответствующая налоговой ставке процентная доля указанных в пункте 1 этой статьи цен (тарифов).

Как определено пунктом 1 статьи 174 НК РФ, уплата НДС по операциям, признаваемым объектом налогообложения в соответствии с подпунктами 1 - 3 пункта 1 статьи 146 Кодекса, на территории Российской Федерации производится по итогам каждого налогового периода исходя из фактической реализации (передачи) товаров (выполнения, в том числе для собственных нужд, работ, оказания, в том числе для собственных нужд, услуг) за истекший налоговый период равными долями не позднее 25-го числа каждого из трех месяцев, следующего за истекшим налоговым периодом, если иное не предусмотрено главой 21 НК РФ. Сумма НДС, подлежащая уплате в бюджет, по операциям реализации (передачи, выполнения, оказания для собственных нужд) товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, уплачивается по месту учета налогоплательщика в налоговых органах (пункт 2 статьи 174 НК РФ).

В соответствии со статьей 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью в целях главы 25 НК РФ признаются для российских организаций полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 НК РФ.

Как определено пунктом 1 статьи 248 НК РФ к доходам в целях главы 25 НК РФ относятся: 1) доходы от реализации товаров (работ, услуг) и имущественных прав (далее - доходы от реализации); 2) внереализационные доходы.

Доходы от реализации определяются в порядке, установленном статьей 249 Кодекса, а внереализационные доходы определяются в порядке, установленном статьей 250 настоящего Кодекса, с учетом положений главы 25 Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 249 НК РФ в целях главы 25 НК РФ доходом от реализации признаются выручка от реализации товаров (работ, услуг) как собственного производства, так и ранее приобретенных, выручка от реализации имущественных прав. При этом в силу пункта 2 статьи 249 Кодекса выручка от реализации определяется исходя из всех поступлений, связанных с расчетами за реализованные товары (работы, услуги) или имущественные права, выраженные в денежной и (или) натуральной формах. В зависимости от выбранного налогоплательщиком метода признания доходов и расходов поступления, связанные с расчетами за реализованные товары (работы, услуги) или имущественные права, признаются для целей настоящей главы в соответствии со статьей 271 или статьей 273 Кодекса.

Порядок признания доходов и расходов в целях исчисления налога на прибыль организаций регламентируются статьями 271, 272, 273 НК РФ, а порядок определения налоговой базы по налогу на прибыль организаций статьей 274 НК РФ.

На основании пункта 1 статьи 271 Кодекса в целях главы 25 Кодекса доходы признаются в том отчетном (налоговом) периоде, в котором они имели место, независимо от фактического поступления денежных средств, иного имущества (работ, услуг) и (или) имущественных прав (метод начисления), если иное не предусмотрено пунктом 1.1 этой статьи.

Пунктом 3 статьи 249 НК РФ нормативно установлено, что для доходов от реализации, если иное не предусмотрено главой 25 НК РФ, датой получения дохода признается дата реализации товаров (работ, услуг, имущественных прав), определяемой в соответствии с пунктом 1 статьи 39 настоящего Кодекса, независимо от фактического поступления денежных средств (иного имущества (работ, услуг) и (или) имущественных прав) в их оплату. При реализации товаров (работ, услуг) по договору комиссии (агентскому договору) налогоплательщиком-комитентом (принципалом) датой получения дохода от реализации признается дата реализации принадлежащего комитенту (принципалу) имущества (имущественных прав), указанная в извещении комиссионера (агента) о реализации и (или) в отчете комиссионера (агента).

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 286 Кодекса налог на прибыль организаций определяется как соответствующая налоговой ставке процентная доля налоговой базы, определяемой в соответствии со статьей 274 Кодекса. В силу пункта 2 статьи 286 НК РФ если иное не установлено пунктами 4, 5 и 7 этой статьи, сумма налога на прибыль организаций по итогам налогового периода определяется налогоплательщиком самостоятельно.

Пунктом 1 статьи 287 Кодекса установлено, что Налог на прибыль организаций, подлежащий уплате по истечении налогового периода, уплачивается не позднее срока, установленного для подачи налоговых деклараций за соответствующий налоговый период статьей 289 Кодекса (не позднее 28 марта года, следующего за истекшим налоговым периодом). Авансовые платежи по итогам отчетного периода уплачиваются не позднее срока, установленного для подачи налоговых деклараций за соответствующий отчетный период.

В соответствии со статьей 313 НК РФ налогоплательщики исчисляют налоговую базу по налогу на прибыль организаций по итогам каждого отчетного (налогового) периода на основе данных налогового учета. Налоговый учет осуществляется в целях формирования полной и достоверной информации о порядке учета для целей налогообложения хозяйственных операций, осуществленных налогоплательщиком в течение отчетного (налогового) периода, а также обеспечения информацией внутренних и внешних пользователей для контроля за правильностью исчисления, полнотой и своевременностью исчисления и уплаты в бюджет налога.

В соответствии со статьей 9 (часть 1) Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом; не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. 

Положениями статьи 3 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», определяющей основные понятия, используемые в данном законе, установлено, что факт хозяйственной жизни - это сделка, событие, операция, которые оказывают или способны оказать влияние на финансовое положение экономического субъекта, финансовый результат его деятельности и (или) движение денежных средств (пункт 8).

Исходя из части 2 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» обязательными реквизитами первичного учетного документа являются: 1) наименование документа; 2) дата составления документа; 3) наименование экономического субъекта, составившего документ; 4) содержание факта хозяйственной жизни; 5) величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием единиц измерения; 6) наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события; 7) подписи лиц, предусмотренных пунктом 6 этой части, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц. 

Как определено частью 3 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», первичный учетный документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным - непосредственно после его окончания. Лицо, ответственное за оформление факта хозяйственной жизни, обеспечивает своевременную передачу первичных учетных документов для регистрации содержащихся в них данных в регистрах бухгалтерского учета, а также достоверность этих данных. Формы первичных учетных документов определяет руководитель экономического субъекта по представлению должностного лица, на которое возложено ведение бухгалтерского учета (часть 4 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»).

Исходя из части 1 статьи 10 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» данные, содержащиеся в первичных учетных документах, подлежат своевременной регистрации и накоплению в регистрах бухгалтерского учета.

Частью 2 статьи 10 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» определено, что не допускаются пропуски или изъятия при регистрации объектов бухгалтерского учета в регистрах бухгалтерского учета, регистрация мнимых и притворных объектов бухгалтерского учета в регистрах бухгалтерского учета; для целей этого Федерального закона под мнимым объектом бухгалтерского учета понимается несуществующий объект, отраженный в бухгалтерском учете лишь для вида (в том числе неосуществленные расходы, несуществующие обязательства, не имевшие места факты хозяйственной жизни), под притворным объектом бухгалтерского учета понимается объект, отраженный в бухгалтерском учете вместо другого объекта с целью прикрыть его (в том числе притворные сделки).

Исходя из статьи 106 НК РФ налоговым правонарушением признается виновно совершенное противоправное (в нарушение законодательства о налогах и сборах) деяние (действие или бездействие) налогоплательщика, налогового агента и иных лиц, за которое настоящим Кодексом установлена ответственность.

Согласно пункту 1 статьи 107 НК РФ ответственность за совершение налоговых правонарушений несут организации и физические лица в случаях, предусмотренных главами 16 и 18 Кодекса.

Пунктом 1 статьи 108 НК РФ закреплено, что никто не может быть привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения иначе, как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены настоящим Кодексом. При этом обязанность по доказыванию обстоятельств, свидетельствующих о факте налогового правонарушения и виновности лица в его совершении, возлагается на налоговые органы (пункт 6 статьи 108 НК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 110 НК РФ виновным в совершении налогового правонарушения признается лицо, совершившее противоправное деяние умышленно или по неосторожности. Вина организации в совершении налогового правонарушения определяется в зависимости от вины ее должностных лиц либо ее представителей, действия (бездействие) которых обусловили совершение данного налогового правонарушения (пункт 4 статьи 110 Кодекса).

В соответствии с пунктом 1 статьи 122 Кодекса (в действующей в проверенные периоды редакции) неуплата или неполная уплата сумм налога в результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налога или других неправомерных действий (бездействия) влечет взыскание штрафа в размере 20 процентов от неуплаченной суммы налога.

Исходя из пункта 3 статьи 122 НК РФ, деяния, предусмотренные пунктом 1 этой статьи, совершенные умышленно, влекут взыскание штрафа в размере 40 процентов от неуплаченной суммы налога (сбора).

Положения пункта 6 статьи 108 НК РФ, части 1 статьи 65, части 3 статьи 189 и части 5 статьи 200 АПК РФ возлагают на налоговый орган обязанность по доказыванию факта налогового правонарушения, что предполагает необходимость установления в ходе налоговой проверки конкретных обстоятельств, подтвержденных документально и свидетельствующих о совершении налогоплательщиком вменяемого ему налогового правонарушения.

В силу части 4 статьи 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Из взаимосвязанного анализа положений части 1 статьи 198, части 4 статьи 200 и части 3 статьи 201 АПК РФ следует, что основанием для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц является наличие одновременно двух условий: их несоответствие закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов лица, обратившегося в суд с соответствующим требованием, в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. На наличие указанных обстоятельств при оценке ненормативных актов, действий (бездействия) обращено внимание в пунктах 1, 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», вынесенных при разрешении публично-правовых споров постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.02.2010 № 13065/10, от 17.03.2011 № 14044/10.

Как следует из материалов дела, и не оспаривается лицами, участвующими в деле, заявитель являлся в проверенный налоговым органом период, в частности, в 2015, 2016, 2017 годах, на основании статей 19, 23, 38, 52, 54, 57, 58, 143, 146, 246, 247 НК РФ плательщиком НДС, налога на прибыль организаций и обязан был самостоятельно исчислить сумму налогов, подлежащую уплате за налоговый период, и уплачивать налоги в установленный срок в бюджетную систему Российской Федерации.

Как следует из содержания оспоренного ненормативного акта Инспекции, основанием для доначисления заявителю НДС, налога прибыль организаций (увеличения налоговых обязательств), начисления соответствующих сумм пеней, и применения налоговой санкции за неуплату налога на прибыль организаций, явились выводы налогового органа о занижении налогоплательщиком выручки от реализации произведенной продукции через ООО «Буровой инструмент» (аффилированного с заявителем субъекта) в адрес ПАО «Сургутнефтегаз», с включением в системы хозяйственных операций по реализации продукции номинальных посредников: ООО «УралХимПродукт», ООО «Урал-Транс», ООО «Созидание», ООО «ТриоСтрой», ООО «Аскров», ООО «ТНП-Трейд», а также контрагентов последующих звеньев.

Исходя из положений статей 23, 52, 54, 252, 270, 313 НК РФ при возникновения спора о должной сумме налога, подлежащей уплате в бюджет, на налогоплательщике лежит бремя доказывания факта и размера понесенных им расходов. Указанный правовой подход в части распределения бремени доказывания в налоговых спорах отражен в пункте 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 14.11.1997 № 22 «Обзор судебной практики применения законодательства о налоге на прибыль», пункте 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 21.06.1999 № 42 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с взиманием подоходного налога», постановлениях Президиума ВАС РФ от 06.09.2005 № 2746/05 и № 2749/05, пункте 12 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением главы 23 Налогового кодекса Российской Федерации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.10.2015.

Согласно правовой позиции, приведенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 14.07.2005 № 9-П, конституционная обязанность платить законно установленные налоги и сборы, по смыслу статьи 57 Конституции Российской Федерации, имеет публично-правовой, а не частноправовой (гражданско-правовой) характер. Ее реализация в соответствующих правоотношениях предполагает субординацию, властное подчинение одной стороны другой, а именно: налогоплательщику вменяется в обязанность своевременно и в полном объеме уплатить суммы налога, а налоговому органу, действующему от имени государства, принадлежит полномочие обеспечить ее исполнение налогоплательщиком. Налогоплательщик не вправе распоряжаться по своему усмотрению той частью принадлежащего ему имущества, которая в виде определенной денежной суммы подлежит взносу в казну, соответствующие же органы публичной власти наделены правомочием в односторонне-властном порядке, путем государственного принуждения взыскивать с лица причитающиеся налоговые суммы, - иначе нарушались бы воплощенный в статье 57 Конституции Российской Федерации конституционно защищаемый публичный интерес и связанные с ним права и законные интересы налогоплательщиков, публично-правовых образований, государства в целом.

В силу правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, отраженных в Определениях от 08.04.2004 № 168-О, № 169-О, недопустима ситуация, когда с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, создаются и применяются схемы незаконного обогащения за счет бюджетных средств, приводящие к нарушению публичных интересов в сфере налогообложения и к нарушению конституционных прав и свобод других налогоплательщиков.

Федеральным законом от 18.07.2017 № 163-ФЗ, вступившим в силу с 19.08.2017, часть первая НК РФ была дополнена статьей 54.1, согласно которой налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу (сумму налога) при соблюдении следующих условий: отсутствует искажение сведений о фактах хозяйственной жизни и об объектах налогообложения; сделка совершена не с целью неуплаты или неполной уплаты налога, а также его зачета или возврата; контрагент налогоплательщика исполнил обязательство по сделке. 

При этом нормативные положения, регулирующие общие положения о налоговом контроле (статья 82 Кодекса с учетом статьи 54.1 Кодекса), применяются к камеральным налоговым проверкам налоговых деклараций, представленных в налоговый орган после дня вступления в силу этого Федерального закона, а также выездным налоговым проверкам и проверкам полноты исчисления и уплаты налогов в связи с совершением сделок между взаимозависимыми лицами, решения о назначении которых вынесены налоговыми органами после дня вступления в силу Федерального законаот 18.07.2017 № 163-ФЗ (часть 2 его статьи 2), и тем самым относятся к охваченным указанными проверками налоговым периодам. 

С учетом установленных выездной налоговой проверкой обстоятельств, налоговый орган пришел к выводу о том, что в деятельности заявителя, с привлечением ООО «Буровой инструмент» (аффилированного с заявителем субъекта) использовалась схема движения оборудования и денежных потоков через цепочку организаций, не осуществляющих реальную хозяйственную деятельность: ООО «УралХимПродукт», ООО «Урал-Транс», ООО «Созидание», ООО «ТриоСтрой», ООО «Аскров», ООО «ТНП-Трейд», которые в действительности в процессе реализации продукции участия не принимали, а их реквизиты использовались для создания фиктивного документооборота и занижения налогоплательщиков базы по НДС и налогу на прибыль организаций.

Как установлено налоговым органом, Общество, в частности, проверяемом периоде осуществляло реализацию продукции собственного производства (малогабаритные винтовые забойные двигатели, запасные части и принадлежности к ним) в адрес ПАО «Сургутнефтегаз» через ООО «Буровой инструмент» (подконтрольное заявителю лицо) и ряд посредников: ООО «УралХимПродукт», ООО «Урал-Транс», ООО «Созидание», ООО «ТриоСтрой», ООО «Аскров», ООО «ТНП-Трейд», а также контрагентов последующих звеньев.

В соответствии с условиями договоров на поставку продукции, заключенными между ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» и спорными контрагентами, доставка малогабаритных ВЗД и ЗИП осуществлялась силами и за счет Общества напрямую на территорию ПАО «Сургутнефтегаз».

При этом ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» привлекало для перевозки готовой продукции транспортные организации (ООО «ТЭК Уралавтодом», ООО «Вектор-Транс», ООО «ТД «Альтаснаб», ООО «Ника-Транс», АО «Держава-М»).

В результате анализа товарных и товарно-транспортных накладных Инспекцией установлено, что готовая продукция доставлялась от Общества в адрес ПАО «Сургутнефтегаз», без участия спорных контрагентов, которые в системе операций по реализации продукции участия не принимали и не несли налоговую нагрузку.

Инспекцией выявлено, что маркировка готовой продукции также производилась Обществом в строгом соответствии с требованиями покупателя (ПАО «Сургутнефтегаз»), тогда как условия договоров со спорными контрагентами данных требований не содержали.

Согласно журналу регистрации въезда на территорию ПАО «Сургутнефтегаз», а также товаросопроводительным документам, передача продукции конечному покупателю производилась без участия представителей ООО «Буровой инструмент».

Фактический грузополучатель и конечный покупатель продукции Общества -ПАО «Сургутнефтегаз» является многолетним партнером ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент». Между Обществом (поставщик) и ПАО «Сургутнефтегаз» (покупатель) в 2015 - 2017 годах действовал прямой договор на поставку крупногабаритных ВЗД и ЗИП.

При этом стоимость продукции на этапе реализации Обществом спорным контрагентам, выступающим транзитным звеном, в 1,5-2,6 раза ниже, чем цена дальнейшей реализации в адрес ООО «Буровой инструмент» (в 2,6 - 3,3 раза ниже, чем цена продажи ПАО «Сургутнефтегаз»).

Исходя из выводов Инспекции, установленные выездной налоговой проверкой обстоятельства свидетельствуют об искусственном введении в систему хозяйственных операций по реализации продукции номинальных субъектов (посредников), с использованием реквизитов которых заявителем (определяющим цены реализации, осуществляющим доставку товара в адрес  ПАО «Сургутнефтегаз» и несущим гарантийные обязательства перед ПАО «Сургутнефтегаз») и ООО «Буровой инструмент» сформирован фиктивные пакет документов для целей имитации сделок и получения заявителем налоговой выгоды в связи с занижением оборотов и доходов по реализации продукции.

Целевой направленностью формального участия в договорных отношениях посредством фиктивного документооборота спорных субъектов: ООО «УралХимПродукт», ООО «Урал-Транс», ООО «Созидание», ООО «ТриоСтрой», ООО «Аскров», ООО «ТНП-Трейд», как и контрагентов последующих звеньев, являлось получение заявителем как налогоплательщиком неосновательной налоговой выгоды посредством снижения налоговых обязательств по указанным налогам.

Последним звеном перед конечным покупателем (ПАО «Сургутнефтегаз») во всех цепочках поставки малогабаритных винтовых забойных двигателей, запасных частей и принадлежностей к ним (приведены на стр.9-10 решения Инспекции) выступало ООО «Буровой инструмент», доля в размере 19 процентов в уставном капитале которого принадлежит ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент». При этом единственным покупателем у ООО «Буровой инструмент» являлось ПАО «Сургутнефтегаз».

Согласно книгам покупок и продаж за 2015-2017 годы, деятельность ООО «Буровой инструмент» сводилась преимущественно к приобретению продукции ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» через номинальных посредников и к дальнейшей ее реализации в адрес ПАО «Сургутнефтегаз», что свидетельствует о полной экономической зависимости ООО «Буровой инструмент» от поставок Заявителя.

Фактический грузополучатель и конечный покупатель продукции заявителя - ПАО «Сургутнефтегаз» является многолетним партнером ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент». До проверяемого периода и в проверяемом периоде (2015, 2016, 2017 годы) действовало 18 прямых договоров на поставку крупногабаритных винтовых забойных двигателей, запасных частей и принадлежностей к ним между Заявителем и ПАО «Сургутнефтегаз» (приведены на стр. 6-7 решения от 23.01.2020 № 19-13/0232дсп).

В ходе допросов должностные лица ПАО «Сургутнефтегаз», в трудовые обязанности которых входило обеспечение материально-техническими ресурсами, ФИО9 (заместитель начальника отдела по материально-техническому обеспечению производства), ФИО10 (инженер отдела бурового и нефтепромыслового оборудования), ФИО11 (начальник отдела бурового и нефтепромыслового оборудования), ФИО12 (инженер отдела бурового и нефтепромыслового оборудования) сообщили, что ООО «Буровой инструмент» выполнял функции торгового дома при поставке продукции ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент», при этом ФИО9 указал, что Общество ответило отказом на заключение прямых договоров на поставку малогабаритных винтовых забойных двигателей (протоколы допросов свидетелей от 08.02.2019 №№ 61Д/13, 62Д/13, 74Д/13,75Д/13).

Таким образом, малогабаритные винтовые забойные двигатели, запасные части и принадлежности к ним, изготовленные ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент», реализовывались через ООО «Буровой инструмент», выполнявшее для Заявителя функции торгового дома (дилера). При этом возможность заключения прямых договоров поставки малогабаритных винтовых забойных двигателей, запасных частей и принадлежности к ним у ПАО «Сургутнефтегаз» после отказа производителя отсутствовала.

Инспекцией проведены мероприятия налогового контроля, направленные на установление фактического движения малогабаритных винтовых забойных двигателей и запасных частей к ним (продукции ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент»).

По условиям договоров, заключенных между ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» и номинальными посредниками 1-го звена (ООО «Созидание», ООО «Триострой», ООО «Уралхимпродукт», ООО «Урал-Транс», ООО «ТНП-Трейд», ООО «Аскров»), доставка осуществляется силами и за счет поставщика, т.е. ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент».

Заявителем на требование Инспекции от 29.06.2018 № 10-10/1 о представлении документов на доставку продукции по договорам с указанными организациями, представлены товарно-транспортные накладные и путевые листы, где в транспортных разделах указано место назначения и пункт разгрузки ОАО «Сургутнефтегаз» БПТО и КО, адрес: 

<

...>; проставлена печать Базы технического обслуживания и комплектации оборудованием ПАО «Сургутнефтегаз» и подпись кладовщика.

Согласно указанным документам, Общество осуществляло доставку грузовым автомобильным транспортом с привлечением третьих лиц - транспортных организаций: ООО «ТЭК Уралавтодом», ООО «Вектор-Транс», ООО «ТД «Альтаснаб», ООО «Ника-Транс», АО «Держава-М» (данными перевозчиками выписаны путевые листы).

При этом транспортные средства, указанные в путевых листах на доставку грузов до ПАО «Сургутнефтегаз» силами данных перевозчиков, зафиксированы в Журнале регистрации въезда машин на территорию ПАО «Сургутнефтегаз», который велся вручную частным охранным предприятием и представлен по требованию налогового органа ПАО «Сургутнефтегаз».

Кроме того, во всех спецификациях к договорам, заключенным между ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» и номинальными посредниками 1 звена указано, что транспортировка до г. Сургут включена в стоимость продукции, а ниже указан грузополучатель и его адрес: ОАО «Сургутнефтегаз» БПТО и КО, адрес: 

<

...>.

Согласно протоколу допроса от 20.12.2018 ФИО13, в 2015-2017 годах, директором департамента продаж ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент», на вопрос, куда осуществлялась доставка продукции для покупателей ООО «УралХимПродукт», ООО «Урал-Транс», ООО «Созидание», ООО «ТриоСтрой», ООО «Аскров», ООО «ТНП-Трейд», дан ответ - в г. Сургут.

ФИО14, начальник отдела готовой продукции ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент», при допросе пояснила, что процесс отгрузки продукции в адрес спорных контрагентов осуществлялся стандартным образом, передавалась заявка на транспорт в службу транспортной логистики, в заявке указан пункт разгрузки, тоннаж максимальная длина, грузополучателем являлось ПАО «Сургутнефтегаз» (протокол от 25.01.2019).

Продукция упаковывалась и маркировалась Заявителем в строгом соответствии с требованиями ПАО «Сургутнефтегаз», предусмотренными пунктом 3 договора, заключенного между ПАО «Сургутнефтегаз» (покупатель) и ООО «Буровой инструмент» (поставщик) от 01.08.2014 № 2669/У и приложением № 4 к данному договору, где подробно оговорены требования Покупателя к упаковке (таре), ее весу, прочности, конструкции, качеству материала.

Вместе с тем, требования к упаковке и маркировке продукции во всех договорах, заключенных ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» с шестью спорными контрагентами, упомянуты лишь в предмете договора одной общей формулировкой о соответствии качества продукции, тары, упаковки и маркировки стандартам предприятия - изготовителя.

Таким образом, производство, упаковка, маркировка и доставка груза до конечного получателя ОАО «Сургутнефтегаз» осуществлялась силами ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» без участия номинальных посредников 1-5 звена и согласно техническим требованиям ОАО «Сургутнефтегаз».

Несмотря на многоступенчатую схему реализации продукции Заявителя в ПАО «Сургутнефтегаз», все затраты, связанные с гарантийными обязательствами и обслуживанием продукции, продолжало нести ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент».

В ходе дополнительных мероприятий налогового контроля установлено, что ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» списало в расходы для целей налогообложения прибыли затраты на гарантийный ремонт винтовых забойных двигателей (ВЗД), как крупногабаритных, реализованных по прямым договорам с ПАО «Сургутнефтегаз», так и малогабаритных, реализованных через цепочку спорных контрагентов (ООО «Созидание», ООО «УралХимПродукт»).

Вместе с тем, по информации, полученной налоговым органом от ООО «Буровой инструмент» - поставщика малогабаритных ВЗД в адрес ПАО «Сургутнефтегаз», претензии по поставкам продукции, изготовителем которой являлось ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент», от покупателя не поступало.

Более того, договоры, заключенные между ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» и спорными контрагентами ООО «Созидание» и ООО «УралХимПродукт», не содержат условия о гарантийных обязательствах изготовителя перед покупателем. Однако, в договоре, заключенном между ПАО «Сургутнефтегаз» и ООО «Буровой инструмент» на поставку малогабаритных ВЗД, такое условие есть и то обстоятельство, что ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» несет гарантийные обязательства перед ПАО «Сургутнефтегаз», несмотря на отсутствие принятых обязательств по договорам с покупателями первого звена, свидетельствует о формальном документообороте по сделкам с номинальными покупателями и фактической реализации продукции Заявителем напрямую конечному покупателю.

Условия договоров Заявителя со спорными контрагентами указывают на формальный характер их составления.

Так, на страницах 153-159 решения Инспекции от 23.01.2020 № 19-13/0232дсп приведен анализ условий договоров Заявителя с номинальными посредниками в сравнении с условиями договора поставки с АО «Управление по повышению нефтеотдачи пластов и капитальному ремонту скважин» (сделка сопоставима по предмету, объему и условиям поставки), из которого следует, что договор с реальным покупателем - предусматривает аванс в размере 50 процентов, определяет риски случайной гибели или повреждения продукции, требования к таре, упаковке и маркировки продукции, сроки и порядок гарантийного обслуживания, тогда как договоры со спорными контрагентами имеют типовую форму и не содержат данных условий. При таких обстоятельствах, риски неоплаты товара (в частности, при отсутствии условий об авансовых платежах) принимало на себя исключительно Общество.

Как указывалось выше, стоимость продукции, поставленной по документам ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» в адрес спорных покупателей 1-го звена (ООО «УралХимПродукт», ООО «Урал-Транс», ООО «Созидание», ООО «ТриоСтрой», ООО «Аскров», ООО «ТНП-Трейд»), значительно ниже в 1,5-2,6 раза, чем стоимость при реализации аналогичной продукции покупателю - ООО «Буровой инструмент», поставившему товар ПАО «Сургутнефтегаз», а также иному покупателю по прямому договору поставки - АО «Управление по повышению нефтеотдачи пластов и капитальному ремонту скважин» (анализ цен приведен на стр. 22 решения от 23.01.2020 № 19-13/0232дсп).

 В ходе оперативно-розыскных мероприятий, проведенных сотрудниками Управления экономической безопасности и противодействия коррупции МВД России по Пермскому краю на основании Федерального закона от 12.08.2015 № 114-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», в помещении ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» изъяты документы, жесткие диски с компьютеров работников Общества.

В электронном массиве файлов (информации) с жесткого диска компьютеров дирекции продаж ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» обнаружены:

-письмо от 17.08.2018 № 01-50-16-9247, указывающие на ООО «Буровой инструмент», как дилера продукции налогоплательщика (включая наличие солидарных гарантий заявителя на поставку продукции);

- электронная переписка работников ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» с вложенными платежными поручениями, документами спорных контрагентов на всех этапах реализации малогабаритных винтовых забойных двигателей, запасных частей и принадлежности к ним в адрес ООО «Буровой инструмент».

Из текста письма от 17.08.2018 № 01-50-16-9247, адресованного ПАО «Сургутнефтегаз», следует, что ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» является учредителем компании ООО «Буровой инструмент» и подтверждает солидарные гарантии по качеству и срокам поставки продукции в рамках договоров, заключаемых между ООО «Буровой инструмент» (поставщик) и ПАО «Сургутнефтегаз» (покупатель), на поставку оборудования и запасных частей, произведенных обществом.

С компьютера регионального менеджера отдела продаж ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» ФИО15 осуществлялась электронная пересылка документов номинальных посредников, согласовывались обстоятельства поставок по документам спорных контрагентов в адрес ООО «Буровой инструмент» (через какого конкретно номинального посредника, предоставляемого как со стороны налогоплательщика, так и со стороны ООО «Буровой инструмент»), перечисление денежных средств со ссылками на должностных лиц ООО «Буровой инструмент» (в частности, главного бухгалтера - ФИО16). Кроме того, на жестком диске компьютера ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» обнаружены расчеты объема поставки продукции для ООО «Буровой инструмента», тогда как документально Заявитель не имел прямых взаимоотношений с ООО «Буровой инструмент».

Региональный менеджер общества ФИО15 (протокол допроса свидетеля от 26.02.2019) подтвердила, что по вопросам поставки малогабаритных винтовых забойных двигателей в адрес ПАО «Сургутнефтегаз» общалась с представителями ООО «Буровой инструмент».

На стр. 33-46 решения Инспекции приведены примеры из деловой переписки Регионального менеджера отдела продаж - ФИО15 с должностными лицами ООО «Буровой инструмент» - ФИО17 и ФИО16, а также с ФИО18, ФИО19, ФИО20 по вопросам поставок винтовых забойных двигателей по «цепочке» сомнительных посредников на ПАО «Сургутнефтегаз». Также в ходе переписки приложены файлы платежных поручений и документов по поставкам через установленные в ходе налоговой проверки цепочки.

Таким образом, ФИО15, действуя совместно и согласовано с иными должностными лицами ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» (ФИО19., ФИО18, ФИО20), принимала участие в проверяемом периоде в создании схемы ухода от налогообложения по реализации продукции ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» в адрес ПАО «Сургутнефтегаз» путем использования цепочки номинальных посредников.

ФИО19 в проверяемом периоде являлся управляющим директором, ФИО18 - финансовым директором ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент», ФИО20 - коммерческий директор ООО «Интегра-Менеджмент» (управляющая компания ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент»).

Инспекцией истребованы банковские выписки по операциям на счетах, открытых указанными должностными лицами, в результате анализа их доходов установлено, что в периоде 2015-2017 годы они помимо официальных доходов в виде заработной платы получали в 2 раза больше наличными путем зачисления денежных средств на их счета в банке:

Показатели доходов и расходов, заявленные в налоговых декларациях спорных контрагентов, не соответствуют суммам средств, поступившим и списанным с расчетных счетов, что свидетельствует о мнимой финансово-хозяйственной деятельности, поскольку происходит искусственное занижение доходов и завышение расходов.

Как следует из налоговой отчетности, суммы налогов поставщиками 1 звена (ООО «УралХимПродукт», ООО «Урал-Транс», ООО «Созидание», ООО «ТриоСтрой», ООО «Аскров», ООО «ТНП-Трейд») в проверяемом периоде уплачивались в минимальных размерах. Доля расходов составляла 94,4 - 100 %, удельный вес налоговых вычетов 97,1 - 108,1 %.

ООО «УралХимПродукт» налоговая отчетность представлена с 1-го квартала 2016 года с нулевыми показателями, с 4-го квартала 2016 года отчетность не представляется; отчетность ООО «Созидание» не представлялась с 1-го квартала 2017 года, отчетность ООО «Урал-Транс» с 3-го квартала 2016 года направлялась с нулевыми показателями.

Оборот денежных средств по расчетным счетам номинальных посредников, участвующих в многоступенчатой схеме реализации продукции, превышает 7 млрд. руб., общая сумма наценки со сделок реализации малогабаритных винтовых забойных двигателей, запасных частей и принадлежностей к ним, составила 852 млн. руб., НДС, исчисленный спорными контрагентами с торговой наценки, составил 16 млн. руб. (около 10 % от суммы (153 млн. руб.), подлежащей исчислению и уплате в бюджет Обществом); налога на прибыль исчислен также в сумме 16 млн. руб., вместо 170 млн. руб. (страницы 130, 131 решения от 23.01.2020 № 19-13/0232).

При этом «налоговые разрывы» (не исчисление и неуплата налога в бюджет) также сформированы на 2-5 звеньях многоступенчатой схемы ухода от налогообложения ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент».

Например, во 2 квартале 2015 года в цепочке поставки:

ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» - ООО «Уралхимпродукт» (1 звено) - ООО «Интерпроммаш» (2 звено) - ООО «Триатекс» (3 звено) - ООО «Буровой инструмент», «налоговые разрывы» сформированы между 2 и 3 звеном в сумме 3 552 210 руб., 3- и 4 звеном в сумме 30 015 710 руб. (ООО «Интерпроммаш» представлена «нулевая» налоговая декларация по НДС).

Посредством отражения в налоговой отчетности номинальных посредников минимальных сумм НДС, налога на прибыль к уплате в бюджет в связи со значительной долей налоговых вычетов, расходов (более 99 %) достигалась цель создания видимости правомерного поведения контрагентов в налоговых правоотношениях, что впоследствии позволило минимизировать налоговые обязательства ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» (не исчислять НДС, налог на прибыль с полной суммы реализации продукции в адрес ООО «Буровой инструмент»).

Инспекцией исследована схема движения денежных средств на расчетных счетах спорных контрагентов, в том числе при осуществлении финансовых операций с назначением платежа «оплата за винтовые забойные двигатели и запасные части к ним», «за двигатели винтовые и запасные части к ним», «за двигатели, секции рабочих органов и запасные части к ним» и др. Истребованы документы у второго и последующих звеньев финансового потока и проведены иные мероприятия налогового контроля (допросы должностных лиц данных организаций), однако доказательств, указывающих на непосредственное участие в покупке и дальнейшей реализации продукции Заявителя, не получено. Денежные средства в виде торговой наценки выводились в наличную форму, в частности, по денежным чекам, посредством зачисления и списания со счетов физических лиц (страницы 85-118, 131 решения от 23.01.2020 № 19-13/0232, страницы 26, 63-71, 76-100,105-151 акта от 13.05.2019 № 10-10/2/1416).

Учитывая изложенное, полученные в ходе проверки доказательства свидетельствуют о том, что ООО «ВНИИБТ-буровой инструмент» контролировало и обеспечивало процесс формального документооборота, касающегося реализации продукции в адрес ООО «Буровой инструмент», на всех его этапах с привлечением спорных контрагентов. ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» и ООО «Буровой инструмент», а также спорные контрагенты 1-5 звена имеют признаки единой консолидированной группы лиц, в действиях которых усматривается согласованность в документальном оформлении и декларировании операций, позволяющих искусственно создавать условия для минимизации налоговых обязательств по НДС и налогу на прибыль.

Вышеприведенные доказательства в своей совокупности и логической взаимосвязи свидетельствуют о том, что условия, установленные подп. 1 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ, Обществом не выполнены и опровергают доводы Заявителя (не является выгодоприобретателем установленной схемы, об отсутствии умысла на создание цепочки фирм-посредников, ООО «Буровой инструмент» не подконтролен Заявителю и именно данной организацией получена налоговая экономия в результате завышения цен на продукцию путем использования посредников).

Денежные средства, поступающие от ООО «Буровой инструмент» на расчетные счета спорных контрагентов, в течение 1-3 дней перечислялись в адрес организаций, не осуществляющих реальной финансово-хозяйственной деятельности, и физических лиц с назначением платежа «по договору подряда», «на закуп товара», «за продукцию», «за транспортные услуги», и впоследствии обналичивались.

Оплата за поставленную продукцию произведена ООО «ТНП-Трейд» взаимозачетом, а от ООО «УралХимПродукт», ООО «Урал-Транс», ООО «Созидание», ООО «ТриоСтрой», ООО «Аскров» поступила на расчетный счет ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент».

Инспекцией в отношении спорных контрагентов установлено отсутствие объективных условий для ведения предпринимательской деятельности (отсутствие материально-технической базы и трудовых ресурсов, отсутствие организаций по заявленному адресу регистрации, транзитный характер движения денежных средств по расчетным счетам, незначительные суммы уплаченных налогов, несопоставимые с оборотами (более 7 млрд. рублей) по расчетным счетам, организации исключены из единого государственного реестра юридических лиц по решению регистрирующего органа либо ликвидированы).

По результатам анализа выписок по операциям на расчетных счетах спорных контрагентов не установлено расходов на выплату заработной платы и хозяйственные нужды, аренду помещений, транспорта, коммунальные услуги, телефонную связь, а также иных расходов, обеспечивающих предпринимательскую деятельность.

Как следует из налоговой отчетности спорных контрагентов, ООО «УралХимПродукт», ООО «Урал-Транс», ООО «Созидание», ООО «ТриоСтрой», ООО «Аскров», ООО «ТНП-Трейд» в проверяемом периоде налоги уплачивались в минимальных размерах. Доля расходов составляла 94,4 - 100 процентов, удельный вес налоговых вычетов по НДС - 97,1 - 108,1 процентов.

ООО «УралХимПродукт» налоговые декларации по НДС и по налогу на прибыль организаций за 1, 2, 3 кварталы 2016 года представлены с «нулевыми» показателями, с 4-го квартала 2016 года налоговая отчетность не представляется; ООО «Созидание» с 1-го квартала 2017 года не представляет налоговую отчетность; ООО «Урал-Транс» с 3-го квартала 2016 года налоговые декларации по НДС и налогу на прибыль организаций представлены с «нулевыми» показателями.

ВНИИБТ-Буровой инструмент» в проверяемом периоде исполняла управляющая компания ООО «Интегра Менеджмент», президентом которой являлся ФИО21, главным операционным директором - ФИО22, согласовавшие заключение спорных договоров, несмотря на выявленные службой собственной безопасности Общества кредитные риски.

В ходе оперативно-розыскных мероприятий, проведенных сотрудниками Управления экономической безопасности и противодействия коррупции Министерства внутренних дел Российской Федерации по Пермскому краю на основании Федерального закона от 12.08.2015 № 114-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», в помещении ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» изъяты документы, жесткие диски с компьютеров работников Общества.

В электронном массиве файлов (информации) с жесткого диска компьютеров дирекции продаж ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» обнаружено:

-письмо от 17.08.2018 № 01-50-16-9247, адресованное ПАО «Сургутнефтегаз», из которого следует, что ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» является учредителем ООО «Буровой инструмент» и подтверждает солидарные гарантии по качеству и срокам поставки продукции в рамках договоров, заключаемых между ООО «Буровой инструмент» (поставщик) и ПАО «Сургутнефтегаз» (покупатель), на поставку оборудования и запасных частей, произведенных Обществом;

-электронная переписка работников ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» с вложенными платежными поручениями, документами спорных контрагентов на всех этапах реализации малогабаритных ВЗД и ЗИП в адрес ООО «Буровой инструмент».

С компьютера регионального менеджера отдела продаж ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» ФИО15 осуществлялась электронная пересылка документов номинальных посредников, согласовывались обстоятельства поставок по документам спорных контрагентов в адрес ООО «Буровой инструмент» (через какого конкретно номинального посредника, предоставляемого как со стороны

Общества, так и со стороны ООО «Буровой инструмент»), перечисление денежных средств со ссылками на должностных лиц ООО «Буровой инструмент» (в частности, главного бухгалтера ФИО16). Кроме того, на жестком диске компьютера ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» обнаружены расчеты объема поставки продукции для ООО «Буровой инструмента» (файл «Копия ОТГРУЗКИ2016»), тогда как по документам Заявитель не имел прямых взаимоотношений с ООО «Буровой инструмент».

Региональный менеджер Общества ФИО15 в ходе допроса подтвердила, что по вопросам поставки малогабаритных ВЗД и ЗИП в адрес ПАО «Сургутнефтегаз» общалась с представителями ООО «Буровой инструмент».

Из информации, представленной налоговым органом, следует, что Следственным комитетом Российской Федерации по Пермскому краю возбуждено уголовное дело № 1200257003000016 (постановление от 28.02.2020) по признакам состава преступления, предусмотренного частью 2 статьи 199 Уголовного кодекса Российской Федерации, в связи с уклонением руководства ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» от уплаты налогов в бюджет в особо крупном размере по взаимоотношениям с ООО «УралХимПродукт», ООО «Урал-Транс», ООО «Созидание», ООО «ТриоСтрой», ООО «Аскров», ООО «ТНП-Трейд».

Таким образом, по результатам выездной налоговой проверки Инспекцией установлена совокупность обстоятельств, свидетельствующих о создании ООО «ВНИИБТ-Буровой инструмент» формального документооборота с ООО «УралХимПродукт», ООО «Урал-Транс», ООО «Созидание», ООО «ТриоСтрой», ООО «Аскров», ООО «ТНП-Трейд» по реализации продкуции, в отсутствие совершения реальных хозяйственных операций с целью получения налоговой экономии в виде неуплаты налогов в бюджет при фактическом осуществлении реализации указанной продукции конечному покупателю (ПАО «Сургутнефтегаз») заявителем самостоятельно

Исследовав представленные в материалы дела доказательства в совокупности и взаимной связи в соответствии с требованиями статей 71, 162 АПК РФ, данные доводы налогового органа признаны судом обоснованными, а оспариваемое решение Инспекции в части доначисления НДС, налога на прибыль организаций, уменьшения убытка по налогу на прибыль организаций в спорной сумме, начисления соответствующих сумм пеней за неуплату НДС и налога на прибыль организаций в установленный срок правомерным.

Согласно правовых позиций, отраженных в пунктах 1 и 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах в целях получения налоговой выгоды, является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы; налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Исходя из критериев, отраженных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53, о необоснованности получения налоговой выгоды могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии таких обстоятельств, как невозможность реального осуществления налогоплательщиком хозяйственных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг, совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком, учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности.

Как отражено в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию согласно требованиям статьи 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 АПК РФ.

На основании приведенной совокупности обстоятельств, установленных в ходе проверки, и их оценки в соответствии с требованиями статей 71, 162 АПК РФ, суд находит обоснованными выводы налогового органа о том, что фактическая система поставок товаров документально оформлена через номинальных посредников, фактически не участвовавших в реальных финансово-хозяйственных отношениях, в перемещении и реализации продукции.

Установленные налоговым органом обстоятельства в совокупности и взаимной связи свидетельствуют о том, что номинальные посредники в хозяйственных операциях участвовали лишь формально (посредством фиктивного документооборота), каких-либо затрат, влекущих увеличение стоимости товара, не несли, реальных действий, подтверждающих совершение операций, заявленных в первичных документах от своего имени, не осуществляли, оформление документов с этими номинальными контрагентами указывает на получение необоснованной налоговой выгоды.

Таким образом, материалами дела подтверждается вывод Инспекции о том, что совокупность вышеизложенных фактов свидетельствует о получении заявителем налоговой выгоды.

В пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» указано, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Аргументы Общества о том, что факты получения им налоговой выгоды не доказан, сделки носили реальный характер, заявитель, проявивший должную степень осмотрительности, не может нести негативные последствия за деятельность контрагентов, экономическая целесообразность хозяйственных операций с контрагентами доказана, судом не принимаются. 

Вопреки доводам заявителя, налоговым органом с учетом обстоятельств взаимосвязанности субъектов договорных отношений, признаков вертикальной интеграции в деятельности заявителя и иных организаций, входящих в холдинг общества «Мотовилихинские заводы», централизованного управления системой договорных отношений со стороны должностных лиц общества «Мотовилихинские заводы», а также горизонтальной согласованности действий обществ «СпецОборудование», Ферромет», «Феррум», «Уральская металлургическая компания», «Спектр», «СпецТехника», их взаимосвязанности, форм, временных интервалов расчетов, выведения и расходования денежных средств, свидетельских показаний и документов, доказаны факты использования фиктивных договорных конструкций для целей наращивания расходов и вычетов в целях налогообложения и получения необоснованной налоговой выгоды. Реальность сделки налоговым органом опровергнута.  

Доводы заявителя об экономической целесообразности спорных сделок, поскольку спорный контрагент предоставлял Обществу удобные условия договоров (расчеты без предоплаты), судом исследованы и отклонены, так как из показаний руководителя общества «СпецОборудование» (ФИО23) следует, что продукция приобреталась за счет средств покупателей по предоплате, что опровергает доводы Общества. Также налоговым органом установлено, что финансирование деятельности общества «СпецОборудование» осуществлялось, в том числе заявителем. 

Необоснованная налоговая выгода может быть получена посредством преднамеренного создания фиктивного документооборота при проводимых финансово-хозяйственных операциях.

Отражение сделок в бухгалтерском учете заявителя-налогоплательщика не может свидетельствовать об их реальности, а подтверждает лишь выполнение обязанностей по формальному учету хозяйственных операций.

Суд отмечает, что даже факт осуществления расчетов с контрагентом в безналичной форме не свидетельствует о получении обоснованной налоговой выгоды в результате реальных взаимоотношений со спорным контрагентом (содержательный аспект сделки). Обоснованная налоговая выгода предопределена реальными встречными хозяйственными налогооблагаемыми операциями, имеющими для ее участников налоговые последствия, а не простыми денежными перечислениями.

Основанные на изложении собственной позиции по делу и интерпретации отдельных обстоятельств спора и норм права доводы заявителя, с учетом фактических обстоятельств дела судом признаны необоснованными и подлежат отклонению.

Само по себе несогласие заявителя с установленными налоговым органом и подтвержденными материалами дела обстоятельствами не свидетельствует о недоказанности таких обстоятельств. 

Выявив признаки получения заявителем необоснованной налоговой выгоды, налоговый орган произвел реконструкцию налоговых обязательств заявителя по НДС и налогу на прибыль организаций в соответствии подлинным экономическим смыслом и содержанием хозяйственных операций. 

В частности, размер необоснованной налоговой выгоды и понесенных Обществом затрат при исчислении налога на прибыль организаций и вычетов по НДС определен налоговым органом исходя из цен реальных поставщиков товаров, суммы отклонения между завышенными расходами и объективно понесенными расходами исключены Инспекцией при исчислении налога на прибыль организаций и состава вычетов по НДС за спорные налоговые периоды.

Исходя из Решения, Инспекцией были установлены действительные налоговые обязательства Заявителя - а именно: определена выручка от реализации малогабаритных ВЗД и ЗИП Обществом в адрес ООО «Буровой инструмент» минуя спорных контрагентов, которая вменена Обществу. При этом размер расходов, понесенных Заявителем для целей реализации указанной продукции, Инспекцией под сомнение не поставлен, все расходы приняты и учтены.

Названный расчет судом признан не противоречащим законодательству о налогах и сборах, достаточных доказательств, опровергающих обоснованность расчета сведений, Обществом не представлено. 

Как отражено в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53, налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера). Если суд на основании оценки представленных налоговым органом и налогоплательщиком доказательств придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд определяет объем прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции или совокупности операций в их взаимосвязи (пункт 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, пункт 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53).

Налоговым органом установлены реальные производители и поставщики продукции, им использовались информация и документы о ценах по сделкам с реальными поставщиками, действующих в проверяемый период, на основании полученных документов. 

Налоговый орган, располагая сведениями о ценах на продукцию, установленных по данным поставщиков, осуществляющих реальную хозяйственную деятельность, и фактически поставлявших продукцию заявителю, определил объективный размер налоговых обязательств заявителя как налогоплательщика с учетом реального характера сделок и их действительного экономического смысла.

Проведенный налоговым органом реконструирующий расчет налоговых обязательств Общества по НДС и налогу на прибыль организаций с учетом действительного экономического смысла хозяйственных операций, их экономического обоснования, содержательного аспекта сделок, а не их фиктивного документального оформления, соответствует принципу экономической обоснованности налога (пункт 3 статьи 3 НК РФ), правовым позициям, отраженным в пункте 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, пунктах 3, 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53.

Расчеты Инспекции для целей определения налоговых обязательств основаны на конкретных содержательных аспектах хозяйственных операций в соответствии с их подлинным (действительным) смыслом и размера расходов на приобретаемую продукцию, а не возможных вариативных факторов, влияющих на рыночную цену товара. 

Аргументы заявителя о необоснованном, в отсутствие правовых оснований, применении налоговым органом расчетного способа определения налоговых обязательств, судом не принимаются.

В контексте пункта 7 статьи 31 НК РФ расчетный метод налоговых обязательств Общества как налогоплательщика Инспекцией не применялся, реконструирующий расчет налоговых обязательств Общества по НДС и налогу на прибыль организаций обусловлен выявлением подлинного экономического смысла хозяйственных операций, их экономического обоснования, содержательного аспекта сделок (пункт 3 статьи 3, пункт 2 статьи 31, подпункт 2 пункта 1 статьи 32, пункт 4 статьи 89 НК РФ, правовые позиции, отраженные в пункте 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, пунктах 3, 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53).

Таким образом, налоговым органом доказаны факты получения заявителем необоснованной налоговой выгоды, что предопределило корректировку налоговых обязательств Общества по НДС м налогу на прибыль организаций за спорные налоговые периоды, начисление пеней в порядке статьи 75 НК РФ за неуплату в установленный срок указанных налогов (пункт 2 статьи 57, пункт 1 статьи 72, статья 75 НК РФ).

Наличие события и состава налогового правонарушения (пункт 5 статьи 23, статьи 106, 108, 110 НК РФ) в связи неуплатой НДС и налога на прибыль организаций при установлении умышленной формы вины Общества предопределили привлечения заявителя к налоговой ответственности по пункту 3 статьи 122 НК РФ. 

Выводы Инспекции о доказанности наличия события и составов налоговых правонарушений (пункт 5 статьи 23, статьи 106, 108, 110 НК РФ) в связи неуплатой НДС и нарушение срока перечисления НДФЛ предопределили привлечения заявителя к налоговой ответственности по пункту 3 статьи 122 НК РФ, а также обусловили начисление пеней за нарушение сроков уплаты (перечисления) этих налогов (статьи 72, 75 НК РФ). 

Как следует из решения Инспекции от 23.01.2020 № 09-13/0232дсп, при выявлении наличия смягчающих налоговую ответственность обстоятельств (том 2 л.д.68-69) налоговые санкции снижены в восемь раз.

Аргументы заявителя о недоказанности Инспекцией умышленной формы вины в выявленных правонарушениях, арбитражным судом признаны несостоятельными.

Исходя из обстоятельства дела и представленных налоговым органом доказательств, усматривается целенаправленное, систематическое, а не случайное, ошибочное, непреднамеренное отражение заявителем в документах, влекущих налогозначимые последствия, хозяйственных операций вне их подлинного экономического смысла, об обстоятельствах фиктивности сформированного пакета документов, фактически имевших место в спорный охваченный налоговой проверкой период операциях,а не их особого документального оформления, должностные лица заявителя, его руководитель, не могли не знать.

Исходя из правовой позиции, отраженной в постановлении Президиума ВАС РФ от 29.07.2003 № 2916/03 умышленная форма вины может быть установлена не только приговором суда в отношении должностных лиц налогоплательщика, умысел налогоплательщика может быть установлен с помощью различных доказательств, представленных налоговым органом.

Из совокупности обстоятельств, установленных налоговым органом при проведении мероприятий налогового контроля, следует, что заявитель умышленно (целенаправленно, систематически и с использованием сформированного документооборота) использовал реквизиты номинальных субъектов в целях получения необоснованной налоговой выгоды, противоправного уменьшения налоговых обязательств по НДС и налогу на прибыль организаций, а потому, в отношении «сделок» налогоплательщика-заявителя, документированных, как совершенные с вышеперечисленными контрагентами, и фактов, указывающих на занижение налоговых обязательств, Инспекция правомерно квалифицировала совершенные заявителем правонарушения по пункту 3 статьи 122 НК РФ.

Размер примененной решением Инспекцией, с учетом смягчающих налоговую ответственность обстоятельств и в пределах срока давности привлечения к ответственности (пункт 1 статьи 113 НК РФ, пункт 15 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации», постановление Президиума ВАС РФ от 27.09.2011 № 4134/11), налоговой санкции за неуплату налога на прибыль организаций не является чрезмерным, соответствует характеру допущенного правонарушения, степени вины заявителя, конституционным принципам справедливости, юридического равенства, пропорциональности и соразмерности ответственности конституционно значимым целям (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 11.03.1998 № 8-П, от 12.05.1998 № 14-П, от 15.07.1999 № 11-П, от 14.07.2005 № 9-П), оснований признать назначенный в таком порядке штраф по пункту 3 статьи 122 НК РФ несправедливым применительно к фактическим обстоятельствам спора и деятельности заявителя, целенаправленного использования им фиктивных документов, отражающих реквизиты номинальных контрагентов, для получения неосновательной налоговой выгоды (сокращения размера налоговой обязанности), не имеется. 

При оценке обоснованности применения мер публичной ответственности и налоговой ответственности в частности, исходя из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, подлежат учету, наряду с личностью правонарушителя и степенью его вины, характер правонарушения, его опасность для защищаемых законом ценностей, с тем, чтобы обеспечить адекватность порождаемых последствий для лица, привлекаемого к ответственности, тому вреду, который причинен в результате правонарушения, не допуская избыточного государственного принуждения и обеспечивая баланс основных прав индивида (юридического лица) и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от правонарушений.

Неуплата или неполная уплата налогов, исходя из конституционно-правовой природы налогов как необходимой экономической основы существования и деятельности государства, посягает на публичные имущественные отношения, связанные с формированием доходной части бюджетов.

Основания для дальнейшего снижения размера налоговой санкции по пункту 3 статьи 122 Кодекса, с учетом систематического и целенаправленного использования заявителем документов, содержащих недостоверные сведения о хозяйственных операциях и их субъектах, для целей получения необоснованной налоговой выгоды (занижение налоговой базы по НДС и налогу на прибыль организаций), неправомерного введения номинальных контрагентов в систему договорных и расчетных отношений для целей имитации исполнения сделок с целью получения налоговой выгоды, конкретного размера примененной санкции, при установленной и доказанной умышленной форме вины заявителя, и отсутствия доказательств ее явной чрезмерности, принимая во внимание принцип соразмерности, выражающий требования справедливости, принцип баланса частных и публичных интересов, суд не усматривает, поскольку это может нивелировать значение института налоговой ответственности, направленного, в том числе на предупреждения новых нарушений законодательства о налогах и сборах (общая и частная превенции).

Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, необоснованно широкие пределы усмотрения при снижении размера штрафа в процессе правоприменения противоречили бы вытекающему из принципа справедливости принципу неотвратимости ответственности, а также целям наказания за нарушение положений законодательства Российской Федерации, в том числе предупреждения совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами.

Иные доводы заявителя, налогового органа и соответчика судом исследованы, и признаны не имеющими самостоятельного правового значения для рассмотрения спора по существу.

Таким образом, ненормативный акт Инспекции является законным и обоснованным, заявителем не доказано совокупных условий для признания его недействительным (статья 201 АПК РФ) и требования заявителя удовлетворению не подлежат.

В силу статьи 112, части 2статьи 168 АПК РФ при вынесении решения подлежат распределению судебные расходы.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Поскольку требования заявителя о признании недействительным ненормативного акта налогового органа от 23.01.2020 № 09-13/0232дсп признаны необоснованными и не подлежащими удовлетворению, расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб. (платежное поручение от 29.05.2020 № 992890, том 1 л.д.32) - за рассмотрение заявления об оспаривании решения Инспекции, с учетом статьи 110 АПК РФ, в сумме 3 000 руб. подлежат отнесению на заявителя - общество «ВНИИБТ-Буровой инструмент».

Руководствуясь статьями 110, 112, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Пермского края

Р Е Ш И Л:

Требования общества с ограниченной ответственностью «ВНИИБТ-Буровой инструмент» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) оставить без удовлетворения. 

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Пермского края.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить на интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда http://17aas.arbitr.ru.

Судья:                                                                                     В.В. Самаркин