АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

25 августа 2023 года

Дело №

А05-1391/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Колесниковой С.Г., судей Бычковой Е.Н.,          Зарочинцевой Е.В.,

рассмотрев  21.08.2023  в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО1 и конкурсного управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда Архангельской области от 28.02.2023 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.05.2023 по делу № А05-1391/2021,

у с т а н о в и л:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ВК-ИНЖИНИРИНГ», адрес: 163000,                             

<

...>, оф. 204А, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), конкурсный управляющий ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Архангельской области с заявлением о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО1 убытков в размере 24 537 542,52 руб.

Определением от 18.10.2022 в качестве соответчика привлечен бывший руководитель и участник должника ФИО3. 

Определением от 28.02.2023, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от  26.05.2023, с             ФИО3 и ФИО1 солидарно в пользу Общества взыскано                   4 076 988,91 руб. убытков; в удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на неправильное применение судами двух инстанций норм права и несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение от 28.02.2023 и постановление от  26.05.2023,  во взыскании с него убытков отказать. 

Как указывает ответчик, ФИО3, являясь руководителем и участником должника не принял мер по взысканию дебиторской задолженности; в материалах дела имеются доказательства возврата займа; финансовые документы  конкурсному управляющему был обязан передать руководитель организации, каковым ФИО1 не является.

Податель жалобы также отмечает, что суд первой инстанции, не располагая достаточными доказательствами, сделал выводы на основании необъективного мнения конкурсного управляющего; вывод суда первой инстанции, сделанный со ссылкой на определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678, о подконтрольности                       ФИО3 ФИО1 не обоснован; источник информации о такой  подконтрольности в определении отсутствует.

Кроме того, заключает ФИО1, конкурсным управляющим пропущен трехлетний срок исковой давности, поскольку Общество в лице нового директора с его даты (26.03.2018) могло узнать о нарушении прав.

В кассационной жалобе ФИО2 просит отменить указанные определение  и постановление в части отказа в удовлетворении ее требований и взыскать убытки в заявленном ею размере солидарно.

По мнению конкурсного управляющего, ответчики злоупотребляют своими правами, их поведение в процедуре банкротства Общества свидетельствует о согласованной позиции, направленной  на вывод активов должника и противодействие деятельности конкурсного управляющего.

Конкурсный управляющий не согласна с объемом определенной ответственности, полагает, что сумма взыскания не соответствует размеру причиненных убытков и судом не мотивировано  снижение суммы убытков по аналогии с положениями статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002                     № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

ФИО2 отмечает, что привлечение к субсидиарной ответственности является специальным видом ответственности, не тождественным со  взысканием убытков, и направленным именно на защиту интересов кредиторов должника.

В частности, обращает внимание суда кассационной инстанции податель жалобы, судебной практикой выработан подход, согласно которому по аналогии права не допускается применение к сумме взысканных убытков предусмотренного статьей 61.17 Закона о банкротстве права кредиторов распоряжаться своим правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности.

Как указывает конкурсный управляющий, размер текущей задолженности, к которой суд привязал сумму убытков, не является постоянной величиной; кроме того, потенциальное взыскание убытков позволило бы кредиторам претендовать на получение мораторных процентов.

Лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте судебного заседания, однако представителей в суд не направили, в связи с чем жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами, ФИО1 являлся руководителем должника в период с 02.06.2014 по 26.03.2018 и его участником в период со 02.06.2014 до 04.05.2018, ФИО3 был руководителем Общества в период с 26.03.2018 до даты признания должника банкротом, а участником - в период с 04.05.2018 по настоящее время.

При проведении финансового анализа деятельности должника конкурсным управляющим выявлены сделки должника по перечислению денежных средств ФИО1 в период с 2016 по 2018 год на общую сумму 24 537 542 руб. 52 коп.

В назначении платежей указано: «Оплата по договору займа № 4 от 01.06.2017, предоставление займа по договору беспроцентного займа № 3 от 03.10.2016, предоставление займа по договору беспроцентного займа № 3 от 03.10.2016 г. д/с № 1 от 21.11.2016, выдачи займов и кредитов/ выдача по договору беспроц. займа от 01.10.2016 № 3, подотчет на хозяйственные нужды».

Согласно данным расширенной выписки дополнительного офиса № 8 «Беломорский» за 2016 - 2018 годы на расчетный счет должника                                     № 40702810017140001484 поступали денежные средства, которые далее перечислялись и выдавались ФИО1 с указанием в назначении платежа на выдачу займов и погашение обязательств по договорам займа, на выплату заработной платы руководителя Обществу. С расчетного счета должника также производилось списание денежных средств по обязательным платежам.

По данным бухгалтерского учета, ФИО1 в 2016 году по чекам с расчетного счета должника выдано 4 339 000 руб. денежных средств в качестве займов и 266 000 руб. в подотчет на хозяйственные расходы; в 2017 году по чекам выдано 4 216 000 руб. в качестве займов. С расчетного счета должника на счет ФИО1 перечислено 9 992 500 руб. в качестве займов, 275 000 руб. в подотчет на хозяйственные расходы; в 2017-2018 годах выданы: 4 825 000 руб. - займов, 930 700 руб. - в подотчет. Всего в пользу ФИО1 Обществом перечислено и выдано денежных средств на общую сумму 24 537 542 руб.                   52 коп.

В обоснование заявления конкурсный управляющий должника указала, что доказательства предоставления ФИО1 займов Обществу, возврата полученных по ним денежных средств, а также документы, подтверждающие расходование или возврат денежных средств, полученных ответчиком в подотчет, отсутствуют; ФИО3 как последующий руководитель должника не принял мер по взысканию с ФИО1 задолженности по  договорам займа, определение об истребовании документов от 21.12.2021 ответчиком не исполнено, документы о деятельности Общества конкурсному управляющему не переданы.

Суд первой инстанции в результате анализа и оценки исследованных в порядке статьи 71 АПК РФ доказательств, руководствуясь положениями пункта 5 статьи 10, статьи  15, пунктов 1 и 3 статьи 53.1, статей 1064 и 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – № 14-ФЗ), пункта 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, правовыми позициями, изложенными в пунктах 1, 2 и 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее –  Постановление                № 62), в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), в определениях Верховного Суда Российской Федерации  от 31.03.2016                            № 309-ЭС15-16713, от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678, пришел к выводу о причинении Обществу убытков в результате уменьшения имущественной массы Общества на сумму 24 537 542 руб. 52 коп., (предоставлены ФИО1 на условиях займа) в подотчет на хозяйственные нужды и в качестве возврата по договорам займа, и непринятия ФИО3 мер по взысканию указанной суммы с ФИО1 в пользу Общества.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции.

Суды исходили из того, что ФИО1 не представлены доказательства возврата предоставленных ему Обществом в заем денежных средств и передачи в заем денежных средств Обществу. Суды признали доказанным факт получения ответчиком денежных средств в подотчет на хозяйственные нужды с расчетного счета должника в отсутствие документальных доказательств обоснованности их расходования для нужд должника и/или возврата средств должнику.

Вопреки мнению ФИО1, суд первой инстанции обоснованно отклонил заявление о применении срока  исковой давности, правильно применив положения статьи 195, пункта 1 статьи 196, пункта 1 статьи 200 ГК РФ, правовую позицию, изложенную в пункте 10 Постановления № 62. Как верно указали суды,  конкурсный управляющий могла узнать о наличии соответствующих оснований для взыскания убытков с контролирующих должника лиц не ранее даты проведения анализа финансово-хозяйственной деятельности должника, процедура наблюдения в отношении должника введена 12.05.2021, право обратиться с требованием в суд возникло после признания должника банкротом, т.е. не ранее 08.09.2021. Поскольку заявление подано конкурсным управляющим 09.02.2022, срок исковой давности ею не пропущен.

Выводы судов о наличии оснований для взыскания заявленных конкурсным управляющим убытков соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. Суды правильно применили нормы материального и процессуального права. Кассационная инстанция не находит оснований для иной оценки представленных доказательств.

Несогласие подателя жалобы с оценкой судами фактических обстоятельств дела не может служить основанием для отмены обжалуемых судебных  актов.

При таких обстоятельствах кассационная жалоба ФИО1 не подлежит удовлетворению.

Доводы конкурсного управляющего ФИО2 о неправомерности определения судами размера подлежащих взысканию убытков являются обоснованными.

Суд первой инстанции, определяя  размер убытков, руководствовался тем, что требование о взыскании убытков и о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) имеют единую правовую природу. 

Соответственно, заключил суд, размер ответственности причинителя вреда не может превышать размер реестровой и текущей задолженности по аналогии со статьей 61.11 Закона о банкротстве, в том числе и с учетом того, что ответчики являются бенефициарами должника.

По материалам дела суд установил, что  в реестр требований кредиторов Общества включены требования на сумму 3 376 962 руб. 11 коп., иные требования не заявлены, размер текущей задолженности на дату судебного заседания составляет 700 026 руб. 80 коп. (вознаграждение временного управляющего за период с 12.05.2021 по 07.09.2021 в размере 116 354 руб.                  84 коп., вознаграждение конкурсного управляющего за период с 08.09.2021 по 17.02.2023 в размере  521 214 руб. 29 коп. и расходы по делу в размере                         62 457 руб. 67 коп.). В связи с этим суд заключил, что  взысканию подлежат                      4 076 988 руб. 91 коп. убытков.

Апелляционный суд, соглашаясь с означенным выводом суда первой инстанции, отметил, что взыскание с ответчиков убытков, с учетом специального регулирования Законом о банкротстве, имеет своей целью исключительно восстановление прав конкурсных кредиторов; об указанной цели правового регулирования убытков в банкротстве свидетельствуют в том числе положения пунктов 3 и 4 статьи 61.20 Закона о банкротстве, где указано, что в случае завершения либо прекращения производства по делу о банкротстве кредитор вправе обратиться с исковым заявлением о взыскании в свою пользу с указанных в качестве контролирующих должника лиц убытков, причиненных по их вине должнику, в сумме, не превышающей размера требований такого кредитора к должнику.

Аналогичным образом, посчитал суд, размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица определяется судом как совокупность требований всех кредиторов (пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Между тем суды не учли следующее.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 1 статьи 53.1 ГК РФ).

Согласно разъяснению, данному в пункте 1 Постановления № 62, лицо, входящее в состав органов юридического лица, в том числе единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор,  обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

В соответствии с пунктом 2 статьи 44 Закона № 14-ФЗ единоличный исполнительный орган общества несёт ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

В силу пункта 1 статьи 15 ГК РФ  лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии со статьей 61.20 Закона о банкротстве   в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Законодатель указал на возмещение убытков, причиненных именно должнику. При этом положения Закона о банкротстве не предусматривают ограничение  размера таких убытков размером требований кредиторов. 

Суд кассационной инстанции находит неправомерными выводы судов о наличии оснований для применения по аналогии положений Закона о банкротстве, регулирующих размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица.

В пункте 1 Постановления № 53 привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья                    10 ГК РФ).

Таким образом, взыскание убытков и привлечение к субсидиарной ответственности не являются тождественными видами ответственности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 6 ГК РФ в случаях, когда предусмотренные пунктами 1 и 2 статьи 2 названного Кодекса отношения прямо не урегулированы законодательством или соглашением сторон и отсутствует применимый к ним обычай, к таким отношениям, если это не противоречит их существу, применяется гражданское законодательство, регулирующее сходные отношения (аналогия закона).

Коль скоро спорные отношения по взысканию в пользу общества убытков, причиненных ему  лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, в том числе занимавшим должность единоличного исполнительного органа, урегулированы упомянутыми нормами, основания для применения норм по аналогии у судов не имелось.

Вопреки мнению судов, принадлежность бывшему руководителю долей в уставном капитале Общества, также не освобождает его от обязанности возместить причиненные им Обществу убытки в полном размере.

В силу пункта 1 статьи 87 ГК РФ, пункта 1 статьи 2 Закона № 14-ФЗ обществом с ограниченной ответственностью признается хозяйственное общество, уставный капитал которого разделен на доли; участники общества с ограниченной ответственностью не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им долей.

Однако и права участников общества с ограниченной ответственностью в отношении  имущества последнего ограничены законодателем.

Сущность конструкции общества с ограниченной ответственностью как коммерческой организации предполагает его имущественную обособленность (пункт 1 статьи 48 ГК РФ).

В случае банкротства общества с ограниченной ответственностью  его участники могут получить имущество должника, не проданное в ходе конкурсного производства или оставшееся после завершения расчетов с кредиторами, по правилам пункта 1 статьи 148  Закона о банкротстве.

В результате неправильного применения норм материального права суды не установили обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, в связи с чем обжалуемые судебные акты согласно части 1 статьи 288 АПК РФ подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное и установить размер убытков, подлежащих взысканию с ответчиков в части, в которой требования конкурсного управляющего были оставлены без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 283, 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Архангельской области от 28.02.2023 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда                           от 26.05.2023 по делу № А05-1391/2021 в части отказа в удовлетворении требований конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ВК-Инжиниринг» ФИО2 о взыскании убытков отменить.

Дело направить в Арбитражный суд Архангельской области на новое рассмотрение в отмененной части.

В остальной части указанные судебные акты оставить без изменения,  кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Отменить приостановление исполнения определения Арбитражного суда Архангельской области от 28.02.2023, установленное определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 19.07.2023 по делу                           № А05-1391/2021.

 

Председательствующий

С.Г. Колесникова

Судьи

 

Е.Н. Бычкова

 Е.В. Зарочинцева