ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-16209/2024

Дело № А40-160252/21

г. Москва

27 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 22 апреля 2024 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 27 апреля 2024 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Вигдорчика Д.Г., 

судей Башлаковой-Николаевой Е.Ю., Веретенниковой С.Н., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Колыгановой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ф/у ФИО1 - ФИО2

на определение Арбитражного суда города Москвы от 16.02.2024 по делу № А40- 160252/21,

об отказе удовлетворении ходатайства финансового управляющего об отводе экспертной организации; отказе в удовлетворении ходатайства АНО ЦСЭ «Специалист» об увеличении размера вознаграждения за проведение экспертного исследования; об оставлении без удовлетворения заявления финансового управляющего о признании сделки недействительной,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1,

при участии в   судебном заседании: 

от ФИО3: ФИО4 по дов. от 08.09.2023

от ФИО1: ФИО5 по дов. от 30.03.2022

от ООО «Алгоритм Топливный интегратор»: ФИО6 по дов. от 05.02.2024

от ООО «МФЦ Капитал»: ФИО7 по дов. от 20.12.2023

ф/у ФИО2 паспорт, лично 

Иные лица не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

В Арбитражный суд города Москвы 06.04.2023 поступило заявление финансового управляющего о признании недействительной сделкой платежей должника в пользу ООО «Арком-Ойл» на сумму 57 923 500 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.02.2024 г. суд отказал удовлетворении ходатайства финансового управляющего об отводе экспертной организации; отказал в удовлетворении ходатайства АНО ЦСЭ «Специалист» об увеличении размера вознаграждения за проведение экспертного исследования; оставил без удовлетворения заявление финансового управляющего о признании сделки недействительной.

Не согласившись с указанным определением, ф/у ФИО1 – ФИО2 подана апелляционная жалоба. 

В обоснование требований апелляционной жалобы заявитель указывает, что судом не принято во внимание отсутствие экономической целесообразности для Общества в заключении договора займа; отсутствуют доказательства реального исполнения договора комиссии; указывает на расхождения в целях предоставления средств.

Лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом о дате и времени рассмотрения в соответствии с ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для назначения повторной судебной экспертизы.

Судебная экспертиза проводится арбитражным судом в случаях, порядке и по основаниям, предусмотренным процессуальным законом.

В соответствии с частью 1 статьи 82, частью 2 статьи 64, частью 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд назначает экспертизу для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний. Заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Таким образом, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания. Требование одной из сторон о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

В настоящем случае, исходя из предмета спора и доказательств, имеющихся в материалах дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о возможности рассмотрения спора по имеющимся доказательствам.

Повторно исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу об отмене обжалуемого определения суда первой инстанции по следующим основаниям.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пункта 1 статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела, из анализа полученных финансовым управляющим банковских выписок следует, что с расчетного должника, открытого в ПАО Банк ВТБ, в период с 18.09.2019 по 17.10.2019 в пользу ООО «АРКОМ-ОЙЛ» было перечислено 57 923 500 руб.

Финансовый управляющий полагал, что произведенные должником платежи имеют признаки подозрительной сделки и подлежат оспариванию по основаниям, изложенным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, заявление о признании должника банкротом принято судом определением от 04.08.2021, оспариваемые платежи совершены в период с 18.09.2019 по 17.10.2019.

Платежи, совершенные после 18.09.2019, попадают в трехлетний период подозрительности, и проверяются судом по основаниям, установленным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суд должен установить следующие обстоятельства:

- сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления (данный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота);

- неравноценное встречное исполнение обязательств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В пункте 5 Постановления № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, указанному в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 Постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований о признании сделки недействительной, исходил из следующего.

Финансовым управляющим в материалы дела не представлены доказательства того, что оспариваемая сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также доказательства осведомленности ответчика об указанной цели и о признаках неплатежеспособности должника.

Отсутствие у финансового управляющего информации о наличии или отсутствии встречного исполнения по платежам должника не снимает с него бремя доказывания факта неравноценности спорной сделки.

Обязанность по документальному и правовому обоснованию заявленных требований не может быть переложена на арбитражный суд.

Из представленных должником документов следует, между ООО «Арком-Ойл» и ФИО1 был заключен Договора займа №1 от 17.09.2019.

Согласно Договору ООО «Арком-Ойл» именуемое в дальнейшем «Заемщик», с одной стороны, и ФИО1, действующий в соответствии с условиями договора комиссии № 1-АП от 12.09.2019 от имени, в интересах и за счет ФИО3, именуемый в дальнейшем «Заимодавец» передает финансовые средства в размере 57 811 000 руб., принадлежащие на праве собственности ФИО3 (Комитенту) в собственность Заемщику, с целью приобретения сырой нефти в объеме до трех тысяч тонн у компаний поставщиков, а заемщик обязуется возвратить Заимодавцу сумму в размере 57 811 000 руб., а также уплатить проценты за пользование в порядке, в размере и в сроки, предусмотренные настоящим договором.

Срок возврата займа определен: 17.12.2023.

Также между ФИО1 и ФИО3, являющимся руководителем ООО «Арком-Ойл», был заключен Договор комиссии №1-АП от 12.09.2019.

Согласно пункту 1.1. Договора комиссии №1-АП от 12.09.2019 в соответствии с настоящим Договором Комиссионер обязуется по поручению Комитента за вознаграждение совершить от своего имени, но за счет Комитента сделки, указанные в пункте 1.2. Договора.

Согласно пункту 1.2. Договора комиссии №1-АП от 12.09.2019 года Комитент поручает Комиссионеру заключить договор займа с ООО «Арком-Ойл» (ИНН: 

<

***>) не менее чем под 22% годовых с целью приобретения сырой нефти в объеме до 3000 тонн у компаний поставщиков, либо производителей нефти и транспортировку ее на нефтеперабатывающий завод Российской Федерации - ООО «НП «Инновация».

В соответствии с пунктом 2.1. Договора комиссии Комитент обязан передать Комиссионеру денежные средства, принадлежащие Комитенту на праве собственности, в размере 57 998 500 (Пятьдесят семь миллионов девятьсот девяносто восемь тысяч пятьсот) рублей 00 копеек, необходимые для приобретения сырой нефти (далее - товар), в течение не более 180 календарных дней со дня заключения настоящего Договора.

Как было указано выше с расчетного счета должника в пользу ООО «Арком-Ойл» было перечислено четырьмя платежами денежные средства на общую сумму 57 923 500,00 рублей., из наименования платежа следует: «Перевод средств по договору процентного займа № 1 от 17 сентября 2019».

Суд первой инстанции указал, что реальность договора также подтверждается решением Арбитражного суда города Москвы от 01.10.2021 по делу № А40-212456/20, которым с ООО «НП «ИННОВАЦИЯ» в пользу ООО «АРКОМ-ОЙЛ» 50 570 825 руб.

По результатам заключения Договора комиссии в будущем был заключен Договор № АО-ИН от 30.09.2019, в соответствии с которым Поставщик взял на себя обязательство передать, а Покупатель принять и оплатить нефть в порядке, предусмотренном Договором. При этом в соответствии с пунктами 1.2. и 3.1. Договора количество, цена, период и условия поставки, направление поставки и производитель нефти согласовываются сторонами по каждой партии нефти в соответствующих Спецификациях к Договору, являющихся неотъемлемой его частью.

В результате должнику было выплачено комиссионное вознаграждение в виде процентов, что предусмотрено Договором комиссии.

Ввиду предположения, что Договор комиссии №1-АП от 12.09.2019 фиктивен, финансовым управляющим заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы в целях определения даты проставления подписей в Договоре комиссии № 1-АП от 12.09.2019.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.10.2023 судом назначена судебная экспертиза срока давности изготовления документа, проведение судебной экспертизы поручено эксперту АНО ЦСЭ «Специалист» и перед экспертом был поставлен вопрос: соответствует ли время составления договора комиссии № 1-АП от 12.09.2019 и дополнительного соглашения от 28.11.2019 № 1 к договору комиссии № 1-АП от 12.09.2019 указанным в них датах? Если нет, то каково наиболее вероятное время их выполнения?

28.11.2023 в материалы дела поступило Заключение эксперта №80/11-2023 от 24.11.2023 по результатам проведения судебной технической экспертизы из которой был сделан следующий вывод: Период выполнения Договора комиссии № 1-АП от 12.09.2019 и дополнительного соглашения №1 от 28.11.2019 к Договору комиссии № 1-АП от 12.09.2019 превышает два года до момента проведения исследования, что соответствует датам, указанным в документах.

Дополнительно в материалы дела было представлено заключение специалиста от 29.01.2024 №4-8-99/24, изготовленное АНО ЦСЭ «ФАКТ», из вывода которого следует, что в результате анализа Заключения эксперта №80/11-2023 от 24.11.2023, выполненное экспертом АНО ЦСЭ «Специалист», установлено, что вывод эксперта, в целом, подтверждается проведенными исследованиями.

На основании изложенного, оспариваемая сделка была совершена Должником за счет денежных средств третьего лица, следовательно сделка не привела к уменьшению стоимости или размера имущества должника, а также не увеличила размер имущественных требований к должнику или к каким-либо иным негативным последствиям для должника, что подтверждается представленными в материалы дела доказательствами, а также заключением эксперта.

Доводы об отсутствии документов, подтверждающих возмездность сделки, судом рассмотрены и отклонены.

Доказательств фиктивности и мнимости операций, неполучения должником реального встречного представления на перечисленную заинтересованному лицу сумму оспариваемых безналичных платежей не представлено.

Кроме того, в предмет доказывания в рамках настоящего спора входит одновременно совершение сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, причинение вреда в результате совершения сделки и осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника.

Недоказанность хотя бы одного из обстоятельств, подлежащих установлению, приводит к невозможности удовлетворения заявления о признании сделки недействительной.

Статьей 19 Закона о банкротстве определен круг заинтересованных лиц по отношению к должнику к числу которых относится лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Из материалов дела усматривается, что стороны оспариваемой сделки на момент ее совершения находились между собой в отношениях заинтересованности.

Вместе с тем, в данном случае, рассматриваемая сделка не может расцениваться как сделка, причинившая вред имущественным правам кредиторов, или как сделка, которая привела либо могла привести к полной или частичной утрате по обязательствам должника за счет его имущества.

Судом не установлены доказательства, подтверждающие совершение оспариваемых сделок с целью прикрыть другую либо в ущерб юридическому лицу.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции не усмотрел в оспариваемых платежах и признаков для признания их недействительными на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. Суд отметил, что конкурсным управляющим должника не доказана совокупность установленных Гражданским кодексом Российской Федерации условий для признания сделки по перечислению денежных средств недействительной.

Апелляционная коллегия, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, выслушав лиц, явившихся в судебное заседание, не может согласиться с выводами суда первой инстанции.

Финансовый управляющий ссылался на причинение вреда кредиторам ввиду отсутствия реального правового основания для совершения спорных платежей (в том числе, фиктивности прикрывающих вывод средств в пользу аффилированного лица договоров займа и комиссии), совершения спорных платежей фактически безвозмездно.

Как указано в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 29.10.2018 N 308-ЭС18-9470 по делу N А32-42517/2015, для уравнивания кредиторов в правах суд в силу статьи 9 АПК РФ должен оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела. Суд должен проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

При вынесении обжалуемого определения судом первой инстанции не учтены правовые позиции Верховного Суда относительно исследования обстоятельств мнимости сделки (цепочки сделок).

Судом не принято во внимание отсутствие экономической целесообразности для ООО «Арком-Ойл» (далее также - Общество) в заключении договора займа под 22% годовых, учитывая, что согласно статистическому бюллетеню Банка России, средневзвешенная процентная ставка по кредитам, предоставленным кредитными организациями нефинансовым организациям на срок свыше 3-х лет, в сентябре 2019 года составлял 8,86%.

Договор займа предусматривал экстремально высокий размер штрафных санкций -за каждый день просрочки начисляется неустойка в размере 1 % от суммы долга. Названное условие противоречит сложившейся практике договорных отношений хозяйствующих субъектов (размер неустойки в сложившейся практике составляет около 0,1% за каждый день просрочки) (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 31.03.2022 № 305-ЭС19-16942(34), Верховного Суда РФ от 05.04.2023 № 305-ЭС23-3209, от 14.06.2022 № 303-ЭС22-8447, от 28.02.2022 № 303-ЭС21-29730, от 12.05.2021 № 306-ЭС21-5084, постановления Арбитражного суда Московского округа от 26.06.2023 № Ф05-20522/2022, от 09.12.2020 № Ф05-16204/2020, от 24.04.2023 № Ф05-6057/2023, от 17.05.2023 № Ф05-13107/2022).

Таким образом, экономически целесообразным было бы заключить договор займа непосредственно с кредитной организацией, чем с «неизвестным» ООО «Арком-Ойл» физическим лицом: выгода от подобного варианта действий для общества составляла бы 32 279 349,96 рублей (за счет процентов, без учета разницы в неустойках).

Кроме того, в контексте обоснования фиктивности заёмных отношений (отсутствия их экономического смысла для Общества) суду следовало учитывать, что в тексте договора займа указано на то, что средства привлекаются Обществом для исполнения обязательств по поставке нефти в пользу ООО «НП «Инновация». При этом согласно решению Арбитражного суда города Москвы от 01.10.2021 по делу № А40-212456/2020, ООО «НП «Инновация» за поставленную Обществом нефть обязано было уплатить 57 686 500 руб. При этом в заём ООО «Арком-Ойл» на цели поставки нефти данному лицу взяло якобы 57 923 500 руб., за что обязалось также уплатить проценты в размере 22% годовых, что за период «пользования займом» составило 54 044 573,75 руб. (не считая проценты за пользование займом и неустойку, начисляемые в связи просрочкой возврата).

Таким образом, подобные действия являлись бы для Общества очевидно убыточными: никакой прибыли в результате привлечения средств Общество заведомо не могло бы извлечь.

При этом в соответствии с отраженным в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 310-ЭС18-12776 (2) подходом, если выдвинутая ответчиками версия развития событий является неправдоподобной, то есть их поведение не соответствует типичной модели поведения обычных участников имущественного оборота, находящихся в схожих обстоятельствах, противоречит интересам самих ответчиков и логически не вытекает из ситуации, в которой они находятся, судам надлежит признавать доказанными доводы арбитражного управляющего о фиктивности сделок.

Суд апелляционной инстанции учитывает непредоставление доказательств реального исполнения договора комиссии №1-АП от 12.09.2019.

В материалах дела отсутствуют доказательства реальных отношений по договору комиссии.

В силу п. 8.4 договора комиссии № 1-АП от 12.09.2019 стороны договорились об осуществлении официальной переписки посредством отправления заказных писем с описью вложения и уведомлений о вручении на почтовые адреса сторон.

В силу п. 2.6. названного договора, комиссионер должен в течение 15 календарных дней предоставить Комитенту письменный отчет (в двух экземплярах), содержащих подробные сведения обо всех совершенных Комиссионером сделках, а также о затратах на их осуществление.

При этом, не доказано что именно за счет полученных денежных средств была осуществлена покупка нефти по договору № АО-ИН от 30.09.2019, кроме того, обстоятельства расходования одаряемым лицом безвозмездно полученных денежных средств не имеет значения для классификации сделки как прикрывающей безвозмездный вывод средств Должника в пользу аффилированного лица.

Суд первой инстанции не исследовал экономический мотив для ФИО3 выдачи займа на существенную сумму и на длительный срок (4 года 3 месяца) без обеспечения в пользу компании, которая была создана за 2 месяца до этого - 09.07.2019.

В материалы спора не были представлены доказательства, отражающие процесс подыскания ФИО3 Должника в качестве контрагента для заключения договора комиссии. Должник не являлся индивидуальным предпринимателем, не осуществлял посредническую деятельность, свои услуги не рекламировал.

В условиях, когда непосредственно в самом поручении заключить сделку содержится указание комитента на конкретного контрагента - ООО «Арком-Ойл», условия займа (в том числе процентная ставка), конкретные цели использования заёмных средств, экономически более целесообразным для ФИО3 было заключение договора займа напрямую без необходимости уплаты комиссионного вознаграждения.

Суд апелляционной инстанции обращает внимание на расхождения в суммах займа и в суммах комиссионного вознаграждения.

В договоре комиссии (п. 2.1) указано на то, что ФИО3 обязуется передать Должнику денежные средства в размере 57 998 500 руб. для целей выдачи займа. Согласно выпискам по счетам Должника, он перечислил в пользу Общества 57 923 500 руб. В договоре займа, составленном Должником и Обществом, в качестве суммы займа указано на 57 811 000 руб.

В договоре комиссии (п. 4.1) указано на то, что ФИО3 обязуется выплатить Должнику комиссионное вознаграждение в размере 8% от суммы средств, подлежащих передаче ФИО3 Должнику по договору, «в размере 5 200 000» руб. Данная сумма не соотносится с указанной в п. 2.1 договора суммой передаваемых средств: 57 988 500 х 8% = 4 639 080 руб.

Суд апелляционной инстанции обращает внимание на расхождения в целях предоставления средств.

В договоре комиссии (п. 1.2, п. 2.1) указано на то, что ФИО3 якобы дает поручение Должнику выдать денежные средства по договору займа для конкретных целей - «приобретения сырой нефти в объеме до 3000 тонн у компаний поставщиков».

При этом часть денежных средств была направлена Должником на исполнение обязательств за Общество по договору аренды № 0901-А-19 от 16.09.2019 - перечислена сразу арендодателю.

В п. 3 доп. соглашения к договору комиссии участники обязательства меняются местами: если ранее (п. 1.2 договора) комитент (ФИО3) поручал комиссионеру (Должнику) осуществить определенное действие, в новой же редакции комиссионер (Должник) поручает комитенту (ФИО3) передать деньги самому ФИО3 (самому себе), что дополнительно подтверждает исключительно формальный характер составления сторонами указанных документов.

В отзыве на заявление об оспаривании сделки Общество указало, что к договору комиссии между Должником и ФИО3 было заключено дополнительное соглашение, изменяющее условия договора о комиссионном вознаграждении. Ранее ни ФИО3, ни Должник о существовании подобного соглашения не упоминали.

Общество также указало - по состоянию на 01.06.2023 задолженность у комитента (ФИО3) перед комиссионером (Должником) отсутствует, так как комиссионное вознаграждение Общество в виде процентов выплатило комиссионеру (Должнику) в полном объеме.

Таким образом, Общество, как верно установил суд первой инстанции, являлось аффилированной стороной, располагало информации относительно обстоятельств исполнения договорных обязательств третьих лиц.

ФИО3 должен был выплатить вознаграждение в размере, определенном п. 4.1 договора, в срок, согласно п. 4.2 договора, до 21.10.2012, которое не выплачивал больше месяца, после чего сторонами якобы было заключено дополнительное соглашение, согласно которому ФИО3 представлена отсрочка выплаты вознаграждения (п. 1 доп. соглашения). При этом устанавливается, что вознаграждение может быть уплачено из суммы процентов, выплачиваемых Обществом по договору займа.

Согласно выписке по счету, 03.12.2019 на счет Должника от Общества поступили денежные средства в размере 3 284 086,49 руб. со ссылкой на частичный возврат средств по договору займа.

Учитывая ранее изложенное, Должник должен был осуществить перевод основного долга именно ФИО3, а не распоряжаться денежными средствами по собственному усмотрению, так как п. 1 доп. соглашения №1 к договору комиссии предусматривает выплату комиссионного вознаграждения Должнику именно с суммы процентов, выплачиваемых по Договору займа № 1 от 17.09.2019.

Должником 03.12.2019 получено: 666 359,81 руб. от ООО «Арком-Ойл» (оплата процентов по договору займа №1 от 17.09.2019), также 1 048 740 (также оплата процентов по договору займа №1 от 17.09.2019) и 13.07.2020-в размере 300 150 руб.

Таким образом, в совокупности Должнику уплачено лишь 2 015 249,81 руб., что не соответствует установленным 8% вознаграждения (5 200 000).

Сумма долга (8% от суммы переданных денежных средств) составляла 4 639 880 руб., с учетом частичного погашения ФИО3 обязан передать Должнику 2 624 630,19 руб.

При этом в течение почти 3-х лет (просрочка длится с 01.06.2021) ФИО3 соответствующую обязанность не исполняет, Должник - не обращается за взысканием задолженности, что не может не свидетельствовать о фиктивности договора комиссии.

Длительные невзыскание и неуплата задолженности выходят за стандарты поведения разумных участников оборота и характерны для аффилированных лиц, не имеющих намерений взыскивать долги друг с друга, свидетельствует об отсутствии у сторон реального намерения создать возмездные отношения (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ № 305-ЭС18-18943 от 28.02.2019 года и от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056, постановления Арбитражного суда Московского округа от 20.07.2020 № Ф05-24175/19, от 20.05.2021 № Ф05-12908/20, от 06.11.2020 № Ф05-4953/20, от 07.06.2022 № Ф05-15183/18, от 23.06.2021 № Ф05-12908/20, от 24.06.2021 № Ф05-12908/20, от 23.04.2021 № Ф05-12908/20, от 20.01.2020 № Ф05-2995/19, от 28.01.2021 № Ф05-23843/20, Арбитражного суда Поволжского округа от 19.06.2020 № Ф06-62371/20).

При этом, с целью всестороннего и полного исследования фактических обстоятельств спора, суду надлежало исследовать финансовую возможность ФИО3 предоставить заем Должнику.

В материалах дела не содержится никаких сведений о факте предоставления ФИО3 денежных средств Должнику в полном объеме, не имеется сведений об исполнении спорного договора комиссии №1-АП, имеются существенные противоречия между условиями договора комиссии №1-АП и дополнительным соглашением к нему, имеются противоречия в размере передаваемых сумм.

Апелляционный суд в ходе судебного заседание неоднократно задавал вопросы о доказательствах, пояснениях представителя ФИО3  в части передачи денежных средств. Между тем из полученных объяснений следует, что ФИО3 на момент передачи денежных средств находился за границей, доказательств его приезда,  передачи, конвертации  денежных средств не представлено. Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что в реальности ФИО3 денежные средства ФИО1  не передавались, сделка комиссии  не исполнялась, а денежные средства по сделке по существу безвозмездно перечислены в адрес аффилированного лица.    

Ссылка суда на то, что Должник получил выплату комиссионного вознаграждения в виде процентов, предусмотренных договором несостоятельна.

Названное обстоятельство не свидетельствует против фиктивности указанного договора. Минимальное частичное исполнение обязательств свидетельствует о намерении сторон придать законный статус договору, направленному на безвозмездное отчуждение имущества Должника. Данная позиция отражена в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 12.07.2021 по делу № А40-217037/2019.

Кроме того, в полном объеме встречное предложение Должником получено не было.

Об обстоятельстве притворности также свидетельствует и факт того, что аффилированные лица не обращались, как было ранее указано, за взысканием оставшейся суммы полагавшихся к выплате процентов.

Таким образом, Должником причинен вред кредиторам (путем совершения спорных сделок с целью прикрытия вывода денежных средств) на сумму 57 923 500 руб.

Президиум ВАС РФ в постановлении от 13.05.2014 № 1446/14 изложил подход о справедливом распределении судом бремени доказывания, которое должно быть реализуемым. Из данного подхода следует, что заинтересованное лицо может представить минимально достаточные доказательства (prima facie) для того, чтобы перевести бремя доказывания на противоположную сторону, обладающую реальной возможностью представления исчерпывающих доказательств, подтверждающих соответствующие юридически значимые обстоятельства при добросовестном осуществлении процессуальных прав.

Из определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978 также следует, что бремя доказывания тех или иных фактов должно возлагаться на ту сторону спора, которая имеет для этого объективные возможности и, исходя из особенностей рассматриваемых правоотношений, обязана представлять соответствующие доказательства в обоснование своих требований и возражений.

Вопреки положениям ст. 65 АПК РФ, должник, ФИО3 и Общество не представили разумных возражений на доводы финансового управляющего, следовательно, не исполнили бремя доказывания.

Боле того, в судебном заседании не приведено пояснений относительно того, каким образом передавались денежные средства должнику. Доказательств факта передачи в материалы дела не представлено.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что требования ООО «АТИ» на сумму 627 449 205,89 руб. (основной долг), включенные в реестр кредиторов должника определением Арбитражного суда г. Москвы от 12.10.2021 были подтверждены решением Пресненского районного суда г. Москвы от 17.10.2019 г. по делу №2-4830/2019 (Дата предъявления иска: 04.06.2019), определением Пресненского районного суда г. Москвы от 24.11.2020 г. по делу №2-4830/2019, которыми с Должника взыскана задолженность в сумме 1 201 401 906,44 руб., вытекающая из кредитных договоров, заключённых между ООО «НАФТАСФЕРА» и АКБ «Пересвет» (ПАО): №290-14/КЛ от 07.05.2014 г. на сумму 450 000 000 руб., №325-14/КЛ от 29.05.2014 г. на сумму 500 000 000 руб., №377-14/КЛ от 04.06.2014 г. на сумму 500 000 000 руб., в обеспечение исполнения которых ФИО1 были заключены договоры поручительства №290-14/П-1 от 07.05.2014г., №325-14/П-1 от 03.06.2014г., №337-14/П-1 от 04.06.2014г. с АКБ «Пересвет» (ПАО).

При этом совершены банковские операции по отчуждению денежных средств в пользу аффилированного с Должником лица, в период наличия у Должника неисполненных обязательств перед конкурсными кредиторами:

АКБ «ПЕРЕСВЕТ» - дата возникновения обязательства: 29.05.2014, дата нарушения заёмщиком «Нафтасфера» обязательства п. 1.2 Кредитных договоров по возврату процентов: с 01.04.2016, дата окончательного возврата кредитов по Кредитным договорам: 

<

***> от 29.05.2014 - 29.07.2016; № 290-14/КЛ от 29.05.2014 - 29.09.2016. 

АО АКБ МФК «МЕЖДУНАРОДНЫЙ ФИНАНСОВЫЙ КЛУБ» - дата возникновения обязательства: 14.11.2014, дата нарушения заёмщиком «Нафтасфера» дата нарушения обязательства по возврату кредита № 022/14/КЮР-03-1203 от 14.11.2014 - 19.07.2016.

В данном случае наступление объективных признаков банкротством не является обязательным для признания сделки недействительной, однако следует учитывать, что Должник и Ответчик ООО «Артком-Ойл» знали и не могли не знать о том, что такие признаки наступят.

Апелляционный суд также учитывает, что в рамках настоящего дела имеются судебные акты о сделках, которые признаны недействительными судом, где в том числе установлены признаки банкротства у должника в порядке ст.69 АПК РФ. 

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 г. N 305-ЭС17-11710(4), сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно абз. 34 ст. 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей (безотносительно к их размеру), вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств должника предполагается, если не доказано иное.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 31.07.2017 года по делу № 305-ЭС15-11230, цепочкой последовательных сделок с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю.

Совокупный экономический эффект, полученный должником и ответчиком в результате заключения и последующего исполнения оспариваемых сделок, заключается, в конечном счете, в выводе активов должника с целью воспрепятствования обращению взыскания в погашение задолженности должника перед кредиторами, что позволяет сделать вывод о взаимосвязанности последовательно совершенных сделок, объединенных общей целью юридических отношений.

Суд учитывает, что имеются правовые основания для установления факта наличия фактической аффилированности должника и ответчика.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Так ООО «Артком-Ойл» является налоговым агентом ФИО1, налоговые отчисления на сумму 1 010 155 рублей;

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Артком-Ойл»: в период с 09.07.2019 по 02.06.2021 учредителем с долей 100% являлась ФИО8. 

При этом, суд учитывает выводы изложенные в постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 26 марта 2024 года № 09АП-89859/2023; 09АП-91443/2023, в котором указано следующее (стр. 11):

«…Ссылка ФИО8 на нарушение судом п. 3 ст. 19 Закона о банкротстве ввиду отсутствия в материалах дела доказательств её родства с должником и ответчиком (юридической аффилированности) несостоятельна.

Судом были обоснованно применены правовые позиции, отраженные в определениях СКЭС ВС РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 о допустимости установления фактической аффилированности на основе любых не запрещенных процессуальным законом средств.

Судом правомерно учтены следующие обстоятельства, свидетельствующие о фактической аффилированности ФИО8, должника и ответчика (стр. 9-10 определения):

-совместное проживание (регистрация по месту жительства) в одной квартире с семьей должника, а также регистрация компании в доме должника (определение СКЭС ВС РФ от 05.10.2017 № 309-ЭС17-6308, постановления Арбитражного суда Московского округа от 06.10.2023 № Ф05-23401/2023, 11.10.2021 № Ф05-17864/2020, от 25.06.2020 № Ф05-5536/2020, от 08.10.2021 № Ф05-26319/2021, от 22.06.2020 № Ф05-13234/2019).

Из ответа УЗАГС судом установлено, что ранее (до переезда в г. Москва) ФИО8 была зарегистрирована и проживала в одной квартире с супругой должника (ФИО9 (Арцевой) Я.В.). 

После переезда в г. Москва она зарегистрирована и проживает в квартире, принадлежащей сыну должника – 

<

...>.

Из выписки ЕГРЮЛ установлено, ФИО8 являлась учредителем и единственным участником ООО «Арком-Ойл» с 09.07.2019 до 02.06.2021. При этом адрес места нахождения ООО «Арком-Ойл» с 18.12.2019 по 09.02.2023 (117630, 

<

...>, эт 2, ком Ж2 пом. XLVI комната 4, 4а, 4б, 4в, 6) совпадает с адресом дома, в котором зарегистрирован должник;

-недоступные независимым участникам оборота условия заключения и «исполнения» оспариваемых договоров (определение СКЭС ВС РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6): занижение цены апартаментов в 3,5 раза в отсутствие экономического смысла для должника в совершении такой сделки, кроме как с целью вывода активов; отражение в договоре условия о том, что передача денежных средств состоялась до момента заключения договора, а также продолжение оплаты должником коммунальных платежей за имущество даже через 5 лет после подписания договора8;

– дружба с семьей должника, которую подтвердила сама ФИО8 в своих объяснениях (а также в апелляционной жалобе, как и ФИО10 В.)…».

Кроме того, должник не обращался за взысканием с ООО «Артком-Ойл» задолженности по спорным платежам в суд.

Целью оспариваемых сделок был вывод активов ФИО1, переоформление прав на имущество должника на иных, связанных с ними лиц, не имеющих обязательств перед кредитором, что привело к невозможности обращения взыскания на это имущество по требованию кредитора, необоснованному освобождению Должника от погашения их обязательств и причинению кредитору существенного материального вреда.

Таким образом, в связи с тем, что ООО «Артком-Ойл» являясь заинтересованным по отношению к Должнику лицом, знало и не могло не знать о том, что в результате совершаемой сделки не только причиняется вред добросовестным кредиторам, но также и причиняется вред самому Должнику, так как в результате совершения указанной сделки он начинает отвечать признакам неплатежеспособности (недостаточности имущества), то очевидно в рассматриваемом споре существуют основания для применения специальных норм Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

По смыслу указанных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и приведенных разъяснений для признания оспариваемых сделок недействительными финансовый управляющий должен доказать наличие злоупотребления гражданскими правами со стороны обоих участников этой сделки.

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По смыслу приведенных положений законодательства для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что оспариваемая сделка заключена должником с целью реализовать какой-либо противоправный интерес, что должник и другая сторона по сделке имели между собой сговор и последняя знала о неправомерных действиях должника.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Приведенная норма возлагает обязанность доказывания неразумности и недобросовестности действий участника гражданских правоотношений на лицо, заявившее требования.

Таким образом, для данного поведения характерны намерения причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав.

Статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным гражданским кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. Такая сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (статьи 167, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Как разъяснено в пункте 87 Постановления № 25, в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок (п. 88).

Из содержания приведенных норм следует, что притворная сделка фактически включает в себя две сделки: притворную сделку, совершаемую для вида (прикрывающая сделка) и сделку, в действительности совершаемую сторонами (прикрываемая сделка). Поскольку притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для вида, одним из внешних показателей ее притворности служит не совершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. Напротив, если стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то такая сделка притворной не является.

В настоящем случае, факт предоставления денежных средств по договору комиссии, а также целесообразность его заключения, его фактическое исполнение не подтверждено материалами дела, в связи с чем суд приходит к выводу о недействительности платежей в адрес ООО «Арком-Ойл» в размере 57 923 500,00 руб.

Суд отмечает, что сделка, повлекла причинение вреда имущественным правам кредиторов и совершена с целью причинения такого вреда, о чем знали ответчики по сделке.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, приходит к выводу об отмене определения суда и признании недействительными платежей ФИО1 в  пользу ООО «Арком-Ойл» в размере 57 923 500,00 руб.

Согласно части 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. В соответствии со статьей 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником в счет исполнения обязательств перед должником, подлежит возврату в конкурсную массу.

В качестве последствий недействительности сделки суд полагает возможным взыскать ООО «Арком-Ойл» в конкурсную массу ФИО1 денежные средства в размере 57 923 500,00 руб.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 16.02.2024 по делу № А40- 160252/21 отменить.

Признать  недействительными платежи ФИО1 в  пользу ООО «Арком-Ойл» в размере 57 923 500,00 руб.

Применить последствия недействительности сделки.

Взыскать ООО «Арком-Ойл» в конкурсную массу ФИО1 денежные средства в размере 57 923 500,00 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:  Д.Г. Вигдорчик 

Судьи:  Е.Ю. Башлакова-Николаева 

 С.Н. Веретенникова