ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

117997, 

<

...>, www.10aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-68102/21

22 сентября 2025 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 сентября 2025 года Постановление изготовлено в полном объеме 22 сентября 2025 года  

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Мизяк В.П., судей Муриной В.А., Катькиной Н.Н., 

при ведении протокола судебного секретарем Никольским Я.А., при участии в заседании:  

от финансового управляющего имуществом ФИО1 ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 21.08.2025;  

от ФИО1 – ФИО4 М-А. по доверенности от 15.05.2025; 

от ФИО5 – ФИО6 по доверенности от 23.04.2019:  

от конкурсный управляющий ООО «ТЕМП» ФИО7 – лично, предъявлен паспорт;  

от ИП ФИО8 – ФИО9 по доверенности от 23.12.2021 (вебконференция);  

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО5, ФИО1, финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 05 июня 2025 года по делу № А41- 68102/21 о несостоятельности (банкротстве)  

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Московской области от 05.03.2022 в отношении ООО «ТЕМП» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) введена процедура наблюдения.  

Определением Арбитражного суда Московской области от 11.11.2022 в отношении ООО «ТЕМП» введена процедура внешнего управления, внешним управляющим ООО «ТЕМП» утверждена ФИО7.  

Определением Арбитражного суда Московской области от 30.10.2023 (резолютивная часть определения объявлена 29.08.2023) при рассмотрении дела о банкротстве должника применены правила параграфа 7 главы 1Х Закона о банкротстве, регулирующие особенности банкротства застройщиков.  

Определением Арбитражного суда Московской области от 16.01.2024 привлечены в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ППК «Фонд развития территорий» (115088, 

<

...>)., Фонд защиты прав граждан - участников долевого строительства Московской области (143441, Московская область, п/о Путилково, 69 км МКАД, стр. 31), Министерство жилищной политики и строительного комплекса Московской области (143407, 

<

...>).  

Определением Арбитражного суда Московской области от 30.08.2024 прекращено применение в деле о признании ООО «ТЕМП» несостоятельным (банкротом) правил параграфа 7 главы IХ Закона о банкротстве и определено перейти к общим процедурам банкротства в отношении должника ООО «ТЕМП».  

Решением Арбитражного суда Московской области от 27.01.2025 должник признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство с участием конкурсного управляющего ФИО7  

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО5, ФИО1, ФИО10, ФИО11 к субсидиарной ответственности с учетом уточнений, принятых судом к рассмотрению.  

Определением арбитражного суда от 10.09.2024 по ходатайству заявителя по делу о банкротстве в лице ООО «НТЦ «Анклав» к участию в обособленном споре в качестве соответчиков привлечены ФИО10, ФИО11  

Определением Арбитражного суда Московской области от 05.06.2025 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО5 и ФИО1 к субсидиарной ответственности. Производство по заявлению в части размера ответственности приостановлено до окончания расчётов с кредиторами. В привлечении к субсидиарной ответственности ФИО10, ФИО11 отказано.  

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО5 (далее – ФИО5), ФИО1 (далее – ФИО1), финансовый управляющий ФИО1 – ФИО2 обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просили определение Арбитражного суда Московской области отменить, принять новый судебный акт.  

ФИО5, ФИО1, финансовый управляющий ФИО1 считают, что суд первой инстанции не дал оценку доводам ФИО5 и ФИО1, а также неправильно применил нормы материального права – ст. 61.12 Закона о банкротстве.  

Финансовый управляющий ФИО1 считает, что ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности без определения его вины в доведении должника до банкротства. Вывод об обязанности инициировать процедуру банкротства сделан судом первой инстанции без установления периода объективного банкротства и конкретной даты, в которую нужно было подать заявление о банкротстве (принять решение об этом), что свидетельствует о неприменении судом первой инстанции п.1 ст.61.12 Закона о банкротстве, также  

считает необходимым применение к рассматриваемому спору норм материального права - ст.61.12 и абз.3 п.3.1 ст.9 Закона о банкротстве.  

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 АПК РФ.  

В судебном заседании апелляционного суда представитель ФИО5 поддержал доводы своей апелляционной жалобы, просил обжалуемый судебный акт отменить, принять новый судебный акт.  

Представитель ФИО1 поддержал доводы своей апелляционной жалобы, просил обжалуемый судебный акт отменить, принять новый судебный акт.  

Представитель финансового управляющего имуществом ФИО1 – ФИО2 поддержал доводы своей апелляционной жалобы и доводы апелляционной жалобы ФИО1, просил обжалуемый судебный акт отменить, принять новый судебный акт.  

Конкурсный управляющий ООО «ТЕМП» - ФИО7 и представитель ИП ФИО8 возражали против удовлетворения апелляционных жалоб, просили оставить обжалуемый судебный акт без изменения.  

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.  

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционных жалоб, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемого судебного акта.  

Согласно статье 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Согласно пункту 1 статьи 61.16 Закона о банкротстве заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным главой III.2 Закона о банкротстве, подлежат рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.  

Как указано в пункте 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.  

Как следует из заявления, контролирующими должника лицами являлись: 

- ФИО5 – с 19.08.2015 по 26.01.2023 занимал должность генерального директора ООО «ТЕМП»; в период с 09.12.2009 г. по 03.09.2015 владел 10% долей уставного капитала в обществе;  

- ФИО1 – с 03.09.2018 приобрел 100 % долей уставного капитала ООО «Темп»;  

- ФИО10 – с 09.12.2009 по 18.08.2015 являлся генеральный директором общества-должника, в период с 09.12.2009 по 24.08.2015 ему принадлежало 10 % долей в уставном капитале должника;  

- ФИО11 – с 24.08.2015 по 09.08.2016 владел 10 % долей в уставном капитале общества «ТЕМП», с 10.08.2016 по 02.09.2018 ему принадлежало 50% долей за счет распределения долей.  

Таким образом, ответчики отвечают признакам контролирующих должника лиц в силу выше приведенных презумпций.  

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий просил привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности по следующим основаниям:  

- на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, ввиду заключения сделок, приведших к банкротству Общества;  

- на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, ввиду не передачи конкурсному управляющему документов Общества, что существенно затруднило проведение процедур банкротства и формирование конкурсной массы, а также не исполнения обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом в установленный законом срок (ст. 61.12 Закона о банкротстве).  

Частично удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришел к следующим обоснованным выводам, с которыми соглашается апелляционный суд.  

Как следует из положений пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.  

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в результате совершения этим лицом в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного закона; по общему правилу, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.  

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям  

гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.  

Согласно пункту 16 Постановления № 53, под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.  

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.  

Таким образом, суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.  

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.  

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.  

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78  

Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).  

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.  

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения (пункт 23).  

По общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (пункт 56).  

В обоснование заявленных требований к ФИО5 и ФИО1 заявитель указал на совершение ими сделок и действий по выводу активов должника, повлекших существенное ухудшение финансового состояния общества, неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом.  

По мнению управляющего, признаки несостоятельности возникли у общества в 2017 году.  

В период 2019-2020 гг. единственный участник общества передавал обществу денежные средства по договорам займов, которые в действительности являлись компенсационным финансированием и направлялись на исполнение просроченных обязательств перед кредиторами, в том числе по 12-ти исполнительным производствам.  

ФИО1 на протяжении пяти лет уклонялся от принятия решения о подаче заявления о банкротстве общества в суд, скрывал тяжелое финансовое состояние общества от кредиторов, его бездействие привело к увеличению кредиторской задолженности.  

ФИО5 и ФИО1 совершены действия с превышением полномочий, во вред обществу в своих интересах.  

В период руководства ФИО5 у ООО «Темп» возникли обязательства перед участниками строительства – физическими лицами по передаче им квартир. Жилые помещения не были переданы ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18 ФИО19 и другим гражданам.  

Отношения, связанные с участием граждан в долевом строительстве, ответчик ФИО5 оформлял по договорам займов.  

Переданные ФИО5 заемные денежные средства в наличной форме на сумму более 28 млн руб. на расчетный счет общества-должника не вносились.  

Ненадлежащее ведение бухгалтерского учета руководителем должника привело к невозможности контроля за движением денежных средств, отсутствию строгой отчетности и прозрачности финансовой дисциплины.  

Заявитель ссылается на траты ФИО5 с корпоративной карты должника на сумму 570 500 руб. в период с октября 2019 г. по март 2021 г. в отсутствие первичной отчетной документации.  

Со счета должника в Банке ВТБ произведены платежи в пользу ООО «Регион-Строй Север» в период с 03.04.2020 по 06.07.2020 на сумму 473 925 руб. за бетон, поставленный не по адресам объектов должника.  

Аналогичным образом ООО «Сатурн-Центр» поставило строительные материалы в интересах дочери ФИО5 – ФИО20  

ФИО5 с начала 2017 г. имел личные финансовые затруднения, непогашенные долги.  

В 2019 г. в отношении него введена процедура банкротства, он не имел собственных денежных средств.  

В феврале 2017 г. были заблокированы счета общества-должника в связи с наличием обязательств по уплате налогов.  

Для погашения задолженности по налогам ФИО5 обратился к ФИО21 за получением займа. В итоге состоявшихся договоренностей ФИО1 передал ФИО5 5 млн. руб. от продажи дома ФИО10 Однако полученные денежные средства ФИО5 внес в общество как личный заем.  

Также неисполнение контролирующими должника лицами обязательств по муниципальному контракту в части строительства и передачи Администрации Дмитровского городского округа квартир привело к начислению должнику значительных сумм штрафов на сумму более 9 млн. руб.  

Как верно установлено судом первой инстанции, в рамках дела о банкротстве ООО «ТЕМП» вступившими в законную силу определениями суда признаны недействительными сделки, повлекшие выбытие из конкурсной массы должника значительных денежных ресурсов.  

Определением Арбитражного суда Московской области от 30.11.2023 признано недействительным перечисление денежных средств со счета должника ООО «ТЕМП» в пользу ООО «ТЕМП-С» от 24.03.2020 на сумму 300 000 руб., взыскано с ООО «ТЕМП-С» в пользу ООО «ТЕМП» 300 000 руб. Суд пришел к выводу о наличии оснований для признания оспариваемого платежа недействительным как совершенного с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. Согласно назначению платежа, оспариваемый платеж совершен в рамках погашения кредиторской задолженности по договору уступки прав (цессии) № 137/11-18-Ц от 12.11.2018. При этом указанный договор в материалы дела не представлен. Невозможно установить наличие правоотношений по нему между обществами. Действия сторон по перечислению денежных средств при наличии на протяжении длительного времени задолженности перед иными  

кредиторами были направлены на причинение вреда имущественным правам кредиторов. ООО «ТЕМП-С» содействовало должнику в незаконном выводе денежных средств с целью невозможности обращения на них взыскания по требованиям кредиторов ООО «ТЕМП».  

Определением Арбитражного суда Московской области от 29.12.2023 признаны недействительными как совершенные с целью причинения вреда кредиторам перечисления в период с 08.04.2019 по 16.10.2019 денежных средств в счет частичного возврата займа (беспроцентного) по договору займа № 03-05-2017/З от 03.05.2017 в пользу ФИО5 на сумму 750 000 руб. Взыскано с ФИО5 в пользу ООО «ТЕМП» 750 000 руб. Судом установлено, что платежи совершены в счет частичного возврата займа на карту № 5543863319866129, открытую в Филиале № 7701 Банка ВТБ (ПАО) на имя ФИО5 При этом документы, подтверждающие заключение договора и его фактическое исполнение, у должника отсутствуют, денежные средства в качестве представления займа по указанным в договоре реквизитам ООО «ТЕМП» не поступали. ФИО5 денежные средства по договору займа не передавались, так как доказательства поступления денежных средств в распоряжение заемщика отсутствуют.  

Определением Арбитражного суда Московской области от 11.01.2024 признано недействительным как совершенное с целью причинения вреда кредиторам перечисление от 23.07.2020 и 27.08.2020 денежных средств со счета должника ООО «ТЕМП» в пользу ФИО22 на общую сумму 1 000 000 руб. Взыскано с ФИО22 в пользу должника 1 000 00 руб.  

Судом первой инстанции установлено, что кассовые операции от 20.11.2017 в ООО «ТЕМП» по приему наличных денежных средств от ФИО22, ФИО5 на сумму 1 172 000 руб. и сдаче ООО «ТЕМП» в обслуживающий банк наличных денежных средств не отражены ни в кассовой книге, ни в операциях по расчетному счету ООО «ТЕМП».  

При этом кассовая книга в организации отсутствует, кассовый аппарат в ООО «ТЕМП» также отсутствует, что подтверждается Уведомлением № 1310 Межрайонной ИФНС России № 12 по Московской области о снятии с регистрационного учета контрольно-кассовой техники с 01.07.2017, несоответствующий требованию законодательства РФ о применении контрольно-кассовой техники.  

Таким образом, отсутствие документов, подтверждающих зачисление указанных инкассированных денежных средств на расчетный счет общества, доказывает, что денежные средства на расчет ООО «ТЕМП» не вносились, следовательно, не были получены должником от ФИО22, ФИО5  

Представленные оборотно-сальдовая ведомость и карточка счета 66.03 не могут свидетельствовать о получении должником денежных средств. Кроме того, указанные документы не подписаны, отсутствует печать организации.  

Согласно документам ответчика, общая сумма займа составляла 1 172 000 руб., должник вернул 1 000 000 руб. За возвратом 172 000 руб. ФИО22 не обращалась к должнику, требование о включении в реестр требований кредиторов не заявляла.  

Определением арбитражного суда от 11.03.2024 признаны недействительными перечисления денежных средств со счета должника в пользу ФИО23 на общую сумму 800 000 руб., произведенные платежными поручениями № 44 от 19.03.2020, № 52 от 27.03.2020, № 53 от 27.03.2020, взыскано с ФИО23 в пользу ООО «ТЕМП» 800 000 руб.  

Судом установлено, что оспариваемые платежи совершены в счет возврата займа, полученного обществом-должником от ФИО5 на основании договора цессии № 1/02 от 25.02.2020, № 1/12 от 10.12.2020, № 2/12 от 20.12.2020. В ходе судебного разбирательства сделан вывод о том, что у ФИО5 отсутствовала финансовая возможность предоставления займов. Учитывая отсутствие доказательств предоставления займа, финансовой возможности предоставления займа ФИО5, указанные договоры являются мнимыми, не порождающими обязательств по возврату займов.  

Определением Арбитражного суда Московской области от 17.07.2024 признаны недействительными перечисления со счета ООО «ТЕМП» денежных средств на сумму 313 375 руб. для зачисления на счет № 40817810340004100000 на имя ФИО20, взыскано с ФИО20 в пользу ООО «ТЕМП» 313 375 руб. Платежи совершены в период с 13.08.2020 г. по 23.10.2020. Судом установлено, что, имея доступ к денежным средствам ООО «ТЕМП», бывший руководитель ФИО5 осуществил действия по перечислению денежных средств в виде заработной платы со счета должника в целях личного безосновательного обогащения в пользу своей дочери ФИО20.  

Учитывая установленные обстоятельства, апелляционный суд приходит к выводу о причинении Обществу контролирующим должника лицом убытков, совершенными действиями/бездействиями ФИО5 и ФИО1  

Относительно наличия оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с неисполнением обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему, апелляционная коллегия исходит из следующего.  

Подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве устанавливает, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующего обстоятельства - документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.  

Положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (пункт 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.  

Неисполнение руководителем должника указанной обязанности является основанием для его привлечения к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.  

Определением Арбитражного суда Московской области от 06.07.2023 на ФИО5 возложена обязанность по передаче внешнему управляющему документации, материальных ценностей должника.  

До настоящего времени данная обязанность ответчиком не исполнена. 

Как верно установлено судом первой инстанции, представленными документами подтверждается искажение и ненадлежащее ведение бухгалтерской отчетности должника.  

Принятие от физических лиц ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19 и других наличных денежных средств в кассовой книге общества не отражено, на расчетный счет денежные средства не перечислялись.  

В данных бухгалтерского учета заключение договоров и получение займов от указанных граждан не отражено.  

Данные факты свидетельствуют об искажении бухгалтерской отчетности, невозможности осуществления контроля за движением денежных средств, затруднении проведения процедуры банкротства в части проверки совершенных должником сделок на предмет их порочности.  

В силу пункта 1 статьи Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в  

арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.  

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.16 № 309-ЭС15-16713 по делу № А50-4524/2013, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности за неисполнение обязанности по подаче в арбитражный суд заявления должника входит установление следующих обстоятельств:  

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;  

- момент возникновения данного условия; 

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;  

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного в пункте 2 статьи 9 Закона о банкротстве.  

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Так, для руководителя такая обязанность возникает не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.  

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713 по делу № А50-4524/2013, возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по его обязательствам по указанному основанию - в связи с неисполнением обязанности по подаче в арбитражный суд заявления должника о его собственном банкротстве, обусловлена недобросовестным сокрытием от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица, что, в свою очередь, влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.  

В силу ст. 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.  

Из материалов дела следует, что 17.07.2017 между должником в лице генерального директора ФИО5 и ФИО16 был заключен договор участия в долевом строительстве, который в связи с неисполнением должником  

обязательств был расторгнут сторонами в декабре 2020 г. После расторжения договора участия в долевом строительстве между сторонами заключен договор займа от 21.12.2020 с обязательством должника передать заемщику ФИО16 с чет погашения займа квартиру.  

Таким образом, фактически ответчиком ФИО5 путем заключения договора займа прикрыта сделка участия в долевом строительстве, скрыт факт неисполнения должником-застройщиком обязательств перед участником долевого строительства.  

Указанные обстоятельств в совокупности с фактами имеющихся просрочек в исполнении налоговых платежей, наличии 12-ти исполнительных производств в пользу различных кредиторов подтверждают состояние объективного банкротства должника, наступившее ко второй половине 2017.  

Указанные обстоятельства подтверждаются вступившими в законную силу судебными актами - определением Арбитражного суда Московской области от 14.11.2022г. по делу № А41-36500/21 (том 4 л.д. 125-131) и постановлением Десятого Арбитражного апелляционного суда от 24.01.2023г. по делу № А41-36500/21 (том 4 л.д. 132-135, том 9. л.д. 35-46), а также объяснительной запиской бывшего руководителя должника– ФИО10 от 30.12.2021г. (том 4 л.д.123).  

Указанные обстоятельства доказывают, что ФИО5 было заведомо известно о неплатежеспособности ООО «ТЕМП», которая наступила 01.02.2017, а также злоупотреблении правом, которое выразилось в присвоении ФИО5 денежных средств ФИО10 и внесения их под видом займа, выданного от своего имени, а также ничтожность договора займа от 03.05.2017г. № 03-05-2017/3.  

Таким образом, в результате оформления вышеописанных операций было произведено погашение задолженности ООО «ТЕМП» по налогам, однако у ООО «ТЕМП» возникли следующие обязательства:  

- перед ФИО10 по возврату денежных средств в размере 5 000 руб.;  

- перед ФИО5 по возврату денежных средств по договору займа от 03.05.2017.  

При этом обязательства перед ФИО10 не отражены в учете ООО «ТЕМП», а несуществующие обязательства перед ФИО5 отражены.  

Учитывая приведенные правовые нормы и изложенные обстоятельства, апелляционный суд приходит к выводу о доказанности наличия оснований для привлечения ФИО5 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника.  

Доводы ФИО1 об отсутствии оснований для его привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, подлежат отклонению апелляционным судом, поскольку, учитывая наличие имущественного кризиса в обществе, пребывание директора общества ФИО5 в процедуре личного банкротства, единственным участником ФИО1 не предпринимались действия для преодоления кризиса, смены органов управления обществом.  

ФИО1, являющийся участником общества со 100% участием, должен был в полной мере участвовать в хозяйственной деятельности общества, имея механизм влияния на его финансовую деятельность.  

Фактически своим бездействием по контролю за работой директора ФИО5 и непринятием решения по обращению в суд за банкротством должника, единственный участник ФИО1 способствовал увеличению кредиторской задолженности и обязательств должника.  

Апелляционный суд также соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ФИО10 и ФИО11 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Доказательств совершения ответчиками сделок, повлекших наступление банкротства общества либо существенным образом ухудшивших финансовое состояние организации, не представлено.  

Апелляционная коллегия считает, что судом первой инстанции верно установлены фактические обстоятельства спора, дана правовая оценка всем доказательствам, представленным сторонами в материалы дела.  

Обжалуя определение суда первой инстанции, каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку его законности и обоснованности, либо опровергали выводы арбитражного суда области, заявитель не привел.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ, основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.  

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 05 июня 2025 года по делу № А41-68102/21 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.  

Председательствующий судья В.П. Мизяк Судьи  

 Н.Н. Катькина 

 В.А. Мурина