﻿856/2020-74156(2) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА 

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000 http://fasszo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

23 декабря 2020 года Дело № А56-82759/2019  

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе  председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Воробьевой Ю.В.,  Колесниковой С.Г.,  

рассмотрев 17.12.2020 в открытом судебном заседании кассационную  жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «Мальцев Альянс Групп» Агапова Андрея Александровича на определение  Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от  05.07.2020 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда  от 14.09.2020 по делу № А56-82759/2019/тр.4,  

у с т а н о в и л:

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 12.12.2019 общество с ограниченной ответственностью «Ортус  Малгрейн», адрес: 191015, Санкт-Петербург, Кавалергардская ул., д. 6, лит. А,  пом. 25, ОГРН 1117847492355, ИНН 7811506129 (далее – Общество), признано  несостоятельным (банкротом), в его отношении открыта процедура конкурсного  производства по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным  управляющим должника утвержден Харитонов Константин Николаевич.  

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 21.12.2019.  

Общество с ограниченной ответственностью «Мальцев Альянс Групп»  (далее – Компания) 29.01.2020 обратилось в арбитражный суд с заявлением о  включении в реестр требований кредиторов должника своего требования в  размере 300 000 руб. основного долга и 28 364 руб. 38 коп. неустойки.  

Определением суда от 05.07.2020, оставленным без изменения  постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от  14.09.2020, в удовлетворении заявления отказано.  

В кассационной жалобе Компания, ссылаясь на неправильное применение  судами норм процессуального права, просит отменить указанные определение и  постановление и направить дело на новое рассмотрение в суд первой  инстанции.  

Податель жалобы не согласен с выводами судов, указывая на наличие в  материалах настоящего обособленного спора документов, подтверждающих  факт хозяйственной деятельности.  

Компания утверждает, что ее руководитель Мальцев Александр  Владимирович не передал конкурсному управляющему Агапову Андрею  Александровичу исчерпывающий объем документации, который позволил бы  представить дополнительные доказательства оказания услуг.  

По мнению подателя кассационной жалобы, судами первой и  апелляционной инстанций ошибочно не применен Обзор судебной практики  разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства  требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц,  

утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от  29.01.2020 в соответствии с пунктом 3 которого требование контролирующего  должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований  других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому  предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.  

Кроме того, податель жалобы утверждает, что арбитражный управляющий  Агапов А.А. является независимым лицом по отношению к Компании, Обществу  и Мальцеву А.В.  

В отзыве конкурсный управляющий Общества Харитонов К.Н. просит  оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу  Компании – без удовлетворения, судебное заседание провести в его отсутствие.  

Участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и  месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное  заседание не направили; их отсутствие в соответствии с частью 3 статьи 284  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК  РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.  

Законность определения от 05.07.2020 и постановления от 14.09.2020  проверены в кассационном порядке.  

Как следует из материалов дела, в обоснование заявленного требования  Компания в лице конкурсного управляющего сослалась на наличие на стороне  должника задолженности по договору от 01.06.2015 № 04.  

В качестве доказательств исполнения условий данного договора - оказания  должнику услуг в области правового и финансового сопровождения, Компания  представила в материалы дела подписанные Обществом универсальные  передаточные документы (УПД) по форме ТОРГ-12 от 31.08.2018 № 24 и от  30.09.2018 № 191.  

Суд первой инстанции принял во внимание корпоративный характер  обязательства, а также непредставление документального подтверждения  сделки, в связи с чем пришел к выводу об отсутствии оснований для  удовлетворения заявленного требования.  

Суд апелляционной инстанции выводы суда первой инстанции поддержал. 

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив доводы  кассационной жалобы, приходит к следующим выводам.  

В силу статьи 223 АПК РФ, пункта 1 статьи 32 Федерального закона от  26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о  банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются  арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным  процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями,  установленными Законом о банкротстве.  

Согласно абзацу второму пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве  установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке,  предусмотренном статьей 100 настоящего Закона.  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 26 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012   № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел  о банкротстве» разъяснено, что, в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5  статьи 100 Закона о банкротстве, проверка обоснованности и размера  требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия  разногласий относительно этих требований между должником и лицами,  имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и  предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении  требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того,  

что установленными могут быть признаны только требования, в отношении  которых представлены достаточные доказательства наличия и размера  задолженности.  

Проверка обоснованности требований кредиторов проводится в целях  недопущения включения в реестр требований кредиторов должника  необоснованных требований, поскольку это приводит к нарушению прав и  законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также  самого должника.  

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат  проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с  материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не  исполненные должником, а также оценка сделки на предмет ее заключенности и  ничтожности.  

При этом необходимо иметь в виду, что целью проверки обоснованности  требований является недопущение включения в реестр необоснованных  требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных  интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и  его учредителей (участников).  

Основываясь на процессуальных правилах доказывания (статьи 65 и 68  АПК РФ), заявитель обязан подтвердить допустимыми доказательствами  правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой  стороной ее обязательств.  

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью  вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для  погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае  признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения  требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно  заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая  задолженность.  

Критерии достаточности доказательств (стандарт доказывания),  позволяющие признать требования обоснованными, устанавливаются судебной  практикой. В делах о банкротстве к кредиторам, заявляющим свои требования,  предъявляется, как правило, повышенный стандарт доказывания. В то же время  предъявление высокого стандарта доказывания к конкурирующим кредиторам  считается недопустимым и влекущим их неравенство ввиду их ограниченной  возможности в деле о банкротстве доказать необоснованность требования  заявляющегося кредитора.  

При рассмотрении подобных споров конкурирующему кредитору достаточно  заявить убедительные доводы и (или) представить доказательства,  подтверждающие существенность сомнений в наличии долга. При этом  заявляющемуся кредитору не должно составлять затруднений опровергнуть  указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми  доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.  

На это неоднократно указывалось как в утвержденных Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации обзорах судебной практики Верховного  Суда Российской Федерации (обзоры № 1 (2017), № 3 (2017), № 5 (2017), № 2  (2018) со ссылками на определения № 305-ЭС16-12960, № 305-ЭС16-19572,   № 301-ЭС17-4784 и № 305-ЭС17-14948 соответственно), так и в определениях  Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской  Федерации, рассматривавшей подобные судебные споры (определения   № 308-ЭС18-2197, № 305-ЭС18-413, № 305-ЭС16-20992(3),   № 301-ЭС17-22652(1), № 305-ЭС18-3533, № 305-ЭС18-3009,  

 № 305-ЭС16-10852(4,5,6), № 305-ЭС16-2411, № 309-ЭС17-344 и другие).  Аналогичная правовая позиция изложена также в постановлении Президиума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 по делу   № А41-36402/2012.  

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений,  согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных  (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся  корпоративными, понижается.  

Вместе с тем Верховным Судом Российской Федерации сформирована  судебная практика, согласно которой при определенных обстоятельствах  участнику либо иному, аффилированному по отношению к должнику лицу может  быть отказано во включении его требования в реестр на основании пункта 2  статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), в  частности, когда заем прикрывает корпоративные отношения по увеличению  уставного капитала либо когда финансирование предоставлено в рамках  реализации публично нераскрытого плана выхода фактически несостоятельного  должника из кризиса при условии, что такой план не удалось реализовать  (определения Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017   № 308-ЭС17-1556 (1), (2), от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734 (4, 5), от 21.02.2018   № 310-ЭС17-17994 (1, 2)).  

При рассмотрении подобной категории дел в каждом конкретном случае  надлежит исследовать правовую природу отношений между участником  (аффилированным лицом) и должником, экономическую целесообразность и  необходимость ведения с должником хозяйственной деятельности и т.п.  

При представлении доказательств аффилированности должника с  участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований  в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки  недействительной), на последнего переходит бремя по опровержению  соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может  быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы  совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже  заключенного соглашения.  

Судом первой инстанции установлено, что учредителем Компании, а также  его генеральным директором являлся Мальцев А.В., одновременно являющийся  учредителем должника с размером доли 95 %.  

Таким образом, Компания и должник являются аффилированными лицами,  которые входили в одну группу, имеющую общие экономические интересы.  

Если «дружественный» кредитор не подтверждает целесообразность  заключения обеспечительной сделки, его действия по подаче заявления о  включении требований в реестр могут быть квалифицированы как совершенные  исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и  его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю  независимых кредиторов (статья 10 ГК РФ).  

При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по  себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр  (абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона  «О несостоятельности (банкротстве)»).  

При предоставлении доказательств, указывающих на корпоративный  характер заявленного требования, на кредитора переходит бремя по  опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско- 

правовой природы обязательства (определения Верховного Суда Российской  Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (2), от 11.07.2017 по делу   № А40-201077/2015).  

В соответствии со статьей 779 ГК РФ по договору возмездного оказания  услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить  определенные действия или осуществить определенную деятельность), а  заказчик обязуется оплатить эти услуги.  

В силу пункта 1 статьи 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему  услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания  услуг.  

Как предусмотрено общими положениями гражданского законодательства,  стороны договора свободны в установлении договорной цены (статья 424 ГК  РФ).  

В то же время, учитывая специфику законодательства о банкротстве, в  условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для  предотвращения необоснованных, в том числе несоразмерных, требований к  должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов доказыванию подлежит  не только факт оказания услуг по договору, но также и соответствие  установленной договором стоимости таких услуг на предмет ее разумности.  Подлежащая включению задолженность по договору оказания услуг должна  быть соотносима с объемом оказанных услуг, соответствовать рыночным  условиям.  

Компания в нарушение статьи 65 АПК РФ не представила достоверных,  относимых и допустимых доказательств, подтверждающих реальность  правоотношений, положенных в основу заявленного требования, соответствие  установленной договором стоимости услуг на предмет ее разумности, равно как  и экономической целесообразности для должника заключения договора от  01.06.2015 № 4, в связи с чем суды первой и апелляционной инстанций пришли  к обоснованному выводу о том, что целью оформления указанных  правоотношений являлось формирование подконтрольной кредиторской  задолженности.  

При таких обстоятельствах, кассационный суд считает правильным вывод  судов о том, что требования Компании не обоснованы и не подлежат  удовлетворению.  

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, полно и всесторонне  исследованы кассационной инстанцией, но в соответствии со статьями 286, 287  АПК РФ подлежат отклонению, поскольку основаны на ошибочном толковании  закона, не опровергают обстоятельств, установленных судами при  рассмотрении настоящего дела, не влияют на законность обжалуемых судебных  актов, не подтверждены надлежащими доказательствами и направлены на  переоценку доказательств, что не входит в компетенцию суда кассационной  инстанции.  

Нарушения судами норм материального либо процессуального права суд  кассационной инстанции не установил.  

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо- Западного округа  

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 05.07.2020 и постановление Тринадцатого арбитражного  апелляционного суда от 14.09.2020 по делу № А56-82759/2019 оставить без  

изменения, а кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с  ограниченной ответственностью «Мальцев Альянс Групп» Агапова Андрея  Александровича – без удовлетворения.  

Председательствующий Н.Ю. Богаткина  

Судьи Ю.В. Воробьева  С.Г. Колесникова