﻿

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-23213/2017

г. Краснодар

07 августа 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 06 августа 2020 г.

   Постановление изготовлено в полном объеме 07 августа 2020 г.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Денека И.М., судей Андреевой Е.В. и Илюшникова С.М., при участии в судебном заседании от Управления Федеральной налоговой службы по Ставропольскому краю – Чембаровой Т.А. (в режиме онлайн; доверенность от 07.02.2020), в отсутствие конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Федерация ЛЛД» (ИНН 2634803410, ОГРН 1112651025123) Чотчаевой Натальи Георгиевны, представителя общества с ограниченной ответственностью «Европейская транспортная компания» (ИНН 2634808433, ОГРН 1132651004430) и иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу Управления Федеральной налоговой службы по Ставропольскому краю на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 25.10.2019 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.05.2020 по делу № А63-23213/2017, установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Федерация ЛЛД» (далее – должник) Управление Федеральной налоговой службы по Ставропольскому краю (далее –уполномоченный орган) обратилось в суд с заявлением о признании недействительными сделок – 30 договоров купли-продажи, заключенных должником с ООО «Европейская транспортная компания» (далее – общество), применении последствий недействительности сделок в виде возврата отчужденного имущества в конкурсную массу должника.

Определением суда от 25.10.2019, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 26.05.2020, в удовлетворении заявления отказано. Суды исходили из того, что цель должника причинить вред имущественным правам кредиторов не доказана. Согласно бухгалтерской отчетности, у должника отсутствовали признаки недостаточности имущества. Неисполненные обязательства перед кредиторами возникли после совершения оспариваемых сделок. Имущество реализовано по рыночной стоимости. После реализации имущества должник продолжил осуществлять предпринимательскую деятельность. 

В кассационной жалобе уполномоченный орган просить обжалуемые судебные акты отменить. Податель жалобы указывает, что бухгалтерская отчетность составляется хозяйствующим субъектом в одностороннем порядке, поэтому изложенные в ней данные могут быть недостоверны. При определении имущественного состояния должника суды руководствовались исключительно величиной его активов, не учли при этом размер его обязательств, подлежащих исполнению. Суды не учли тот факт, что оспариваемые сделки совершены в ходе выездной налоговой проверки, по итогам которой выявлена неуплата налогов и сборов на сумму более 7 млн рублей. Повторная выездная налоговая проверка за период с 01.01.2015 по 31.12.2016 установила, что недоимка составила более 200 млн рублей (с учетом пени и штрафов). Неуплата налогов и сборов, обязанность по уплате которых возникла у должника ещё до совершения оспариваемых сделок, свидетельствует о неплатежеспособности должника вне зависимости от момента, когда эта неуплата была выявлена. 

Отзывы на кассационную жалобу не поступили.

Общество заявило ходатайство об отложении судебного заседания.

Согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) неявка в судебное заседание арбитражного суда кассационной инстанции лица, подавшего кассационную жалобу, и других лиц, участвующих в деле, не может служить препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие, если они были надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства. Таким образом, нормы Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не требуют обязательного присутствия участвующих в деле лиц в суде кассационной инстанции. Участвующие в деле лица извещены о времени и месте судебного заседания. Новые доказательства по делу суд кассационной инстанции принимать и исследовать не вправе. Доводы, по которым податель кассационной жалобы не согласен с судебными актами, достаточно подробно изложены в тексте жалобы. При таких обстоятельствах основания для отложения судебного заседания отсутствуют.

В судебном заседании представитель уполномоченного органа поддержал доводы кассационной жалобы.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, 22.12.2017 должник обратился в арбитражный суд с заявлением о собственном банкротстве. Определением суда от 19.01.2018 заявление принято к производству. Определением суда от 19.02.2018 в отношении должника введена процедура наблюдения. Решением суда от 29.11.2018 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена Чотчаева Н.Г. 

11 марта 2019 года уполномоченный орган обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о признании недействительными сделками 30 договоров купли-продажи, заключенных должником с обществом с 10.03.2016 по 23.06.2016, по условиям которых должник реализовал обществу транспортные средства, а именно: 

– договор купли-продажи от 10.03.2016 по отчуждению прицепа WIELTON NW3, VIN SUDNW300000032861, 2012 года выпуска за 368 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 14.03.2016 по отчуждению транспортного средства MAN TGS 19.400 4X2 BLSWW, VIN WMA06WZZ4DW180849, 2012 года выпуска за 913 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 14.03.2016 по отчуждению транспортного средства MAN TGS 19.400 4X2 BLSWW, VIN WMA06WZZ3DW180566, 2012 года выпуска за 887 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 14.03.2016 по отчуждению транспортного средства MAN TGS 19.400 4X2 BLSWW, VIN WMA06WZZ8DW182135, 2013 года выпуска за 906 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 14.03.2016 по отчуждению транспортного средства MAN TGS 19.400 4X2 BLSWW, VIN WMA06WZZ2DW623124, 2013 года выпуска за 968 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 14.03.2016 по отчуждению прицепа WIELTON NW-3, VIN SUDNW300000032859, 2012 года выпуска за 420 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 16.03.2016 по отчуждению транспортного средства OPEL Astra (A-H/NB), VIN XWF0AHL69D0002916, 2012 года выпуска за 950 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 24.03.2016 по отчуждению транспортного средства MAN TGS 19.400 4X2 BLSWW, V1N WMA06WZZ7DM623006, 2013 года выпуска за 800 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 24.03.2016 по отчуждению транспортного средства MAN TGS 19.400 4X2 BLSWW, V1N MA06WZZ1EP048188, 2013 года выпуска за 980 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 24.03.2016 по отчуждению транспортного средства MAN TGS 19/400 4X2 BLSWW, VIN WMA06WZZ5EP048193, 2013 года выпуска за 500 тыс. рублей; 

– договор купли-продажи от 24.03.2016 по отчуждению прицепа W1ELTON NS-3, VIN SUDNS300000037598. 2013 года выпуска за 980 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 24.03.2016 по отчуждению прицепа 972200, VIN X9H9722000D0000110, 2012 года выпуска за 950 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 05.04.2016 по отчуждению транспортного средства MAN TGS 19.400 4X2 BLSWW, VIN WMA06WZZ5DW185977, 2013 года выпуска за 950 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 05.04.2016 по отчуждению транспортного средства MAN TGS 19.400 4X2 BLSWW, VIN WMA06WZZ5DW184859, 2013 года выпуска за 950 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 05.04.2016 по отчуждению транспортного средства MAN TGS 19.400 4X2 BLSWW, VIN WMA06WZZ7DM623412, 2013 года выпуска за 900 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 05.04.2016 по отчуждению транспортного средства MAN TGS 19.400 4X2 BLSWW, VIN WMA06WZZ3DM623018, 2013 года выпуска за 900 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 05.04.2016 по отчуждению транспортного средства MAN TGS 19.400 4X2 BLS-WW, VIN WMA06WZZXDW185974, 2013 года выпуска за 950 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 05.04.2016 по отчуждению прицепа WIELTON NS-3, VIN SUDNS300000036223, 2013 года выпуска за 500 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 05.04.2016 по отчуждению прицепа WIELTON NW-3, VIN SUDNW300000034960, 2013 года выпуска за 500 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 05.04.2016 по отчуждению прицепа WIELTON NS-3, VIN SUDNS300000036219, 2013 года выпуска за 500 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 05.04.2016 по отчуждению прицепа WIELTON NS-3, VIN SUDNW300000034962, 2013 года выпуска за 500 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 11.04.2016 по отчуждению транспортного средства MAN TGS 19.400 4X2 BLSWW, VIN WMA06WZZ1El87761, 2013 года выпуска за 950 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 11.04.2016 по отчуждению транспортного средства MAN TGS 19.400 4X2 BLS-WW, VIN WMA06WZZ1EP049132, 2013 года выпуска за 1 200 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 11.04.2016 по отчуждению транспортного средства MAN TGS 19.400 4X2 BLS-WW, VIN WMA06WZZ7EW187764, 2013 года выпуска за 950 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 11.04.2016 по отчуждению транспортного средства MAN TGS 19.400 4X2 BLS-WW, VIN WMA06WZZ3DW185685, 2013 года выпуска за 1 100 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 11.04.2016 по отчуждению прицепа WIELTON NW-3, VIN SUDNW300000033609, 2012 года выпуска за 500 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 11.04.2016 по отчуждению прицепа WIELTON NS-3, VIN SUDNS300000034959, 2013 года выпуска за 500 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 14.04.2016 по отчуждению прицепа WIELTON NW-3, VIN SUDNW300000032043, 2012 года выпуска за 500 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 14.04.2016 по отчуждению прицепа W1ELTON NS-3, VIN SUDNS300000035524, 2013 года выпуска за 500 тыс. рублей;

– договор купли-продажи от 23.06.2016 по отчуждению прицепа W1ELTON NS-3, VIN SUDNS300000039672. 2013 года выпуска за 500 тыс. рублей.

Как указывает уполномоченный орган, оспариваемые сделки совершены в период проведения Инспекцией Федеральной налоговой службы России по Ленинскому району г. Ставрополя выездной налоговой проверки в отношении должника по вопросам уплаты налогов и сборов за период с 01.01.2014 по 31.12.2016. Проверка началась 06.02.2016. По результатам её проведения принято решение от 28.12.2017 № 12-08/13 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения на сумму 7 380 692 рубля, из которых 4 788 328 рублей недоимки по налогу на добавленную стоимость, 643 312 рублей пени, 1 949 052 рубля штрафа.

По данным бухгалтерского баланса должника на 31.12.2015 стоимость активов составила 3 402 509 тыс. рублей, из которых основные средства 41 050 тыс. рублей, в то время как по данным бухгалтерского баланса должника на 31.12.2016 стоимость активов составила уже 927 731 тыс. рублей, из которых основные средства 0 рублей, что означает реализацию в 2016 года всех основных средств должника.

При этом общество и должник являются аффилированными лицами, поскольку их руководителем являлся Тлепсеруков Сафарби Ибрагимович, подписавший оспариваемые договоры от лица обеих сторон. 

Полагая, что реализация принадлежащего должнику имущества в ходе налоговой проверки преследовала цель причинить вред имущественным правам кредиторов путем сокрытия имущества за аффилированным лицом, уполномоченный орган просил признать оспариваемые 30 договоров купли-продажи недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Отказывая в удовлетворении заявления, суды руководствовались положениями статей 2, 61.1, 61.2 Закона о банкротстве, а также разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона “О несостоятельности (банкротстве)”» (далее – постановление № 63).

Исходя из того, что дело о банкротстве должника возбуждено 19.01.2018, а сделки по реализации имущества совершены с 10.03.2016 по 23.06.2016, суды пришли к выводу о том, что они могут быть оспорены только по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Следовательно, для их признания недействительными требуется установить: наличие цели на причинение вреда имущественным правам кредиторов; вред имущественным правам кредиторов в результате совершения сделок; осведомленность стороны сделок об указанной цели должника к моменту их совершения.

При разрешении вопроса о наличии цели на причинение вреда имущественным правам кредиторов суд первой инстанции исходил из разъяснений, изложенных в пункте 6 постановления № 63, согласно которым наличие данной цели предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности, а сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Суды пришли к выводу о том, что сделки совершены не безвозмездно. При этом суды исходили из того, что общество произвело оплату на расчетный счет должника в общем размере  22 972 тыс. рублей. Равноценность встречного исполнения установлена судами на основании заключений индивидуального предпринимателя Резенькова Николая Алексеевича, согласно которым рыночная цена всех отчужденных транспортных средств на момент заключения договоров с точность до рубля соответствовала цене, указанной в договорах (исключение – OPEL Astra; рыночная цена согласно заключению составила 156 тыс. рублей, в то время как договорная цена – 900 тыс. рублей).

Кроме того, суды установили, что стоимость переданного имущества не превышает один процент от стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период (31.12.2015). На основании данных бухгалтерской отчетности суды пришли к выводу об отсутствии у должника признака недостаточности имущества, поскольку стоимость активов предприятия превышала размер кредиторской задолженности. После совершения сделок должник продолжал исполнять принятые на себя обязательства перед контрагентами.

Суды пришли к выводу, что признаки неплатежеспособности также отсутствовали у должника при совершении оспариваемых сделок, поскольку требования всех кредиторов, включенных в реестр, возникли уже после реализации транспортных средств. В частности, суды отметили, что задолженность по обязательным платежам в бюджет возникла на основании решения Инспекции Федеральной налоговой службы России по Ленинскому району г. Ставрополя от 28.12.2017 № 12-08/13, то есть уже после реализации имущества.

Установив, что у должника отсутствовали неисполненные обязательства перед кредиторами, а в результате совершения сделок должник получил равноценное встречное исполнение, суды заключили, что уполномоченный орган не доказал наличие у должника цели причинить вред имущественным правам кредиторов и отказали в признании сделок недействительными.

Между тем, суды не учли следующее.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 86 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Указанные разъяснения равным образом применимы и при оспаривании сделок по правилам главы III.1 Закона о банкротстве. В частности, пункт 8 постановления № 63 содержит разъяснения, согласно которым формальные условия о равноценном встречном исполнении не препятствуют квалификации сделки по правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Таким образом, формальное исполнение сделки, целью которой является причинение вреда имущественным правам кредиторов, не может препятствовать её квалификации по правилам пункта 2 названной статьи.

При этом именно на формальное исполнение обязательств в части оплаты по всем оспариваемым сделкам ссылался уполномоченный орган в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора. В том числе, уполномоченный орган указывал, что денежные средства, поступившие счет должника от реализации имущества, в последующем были  перечислены на счета его аффилированных лиц, а также на счета  лиц, имеющих признаки «транзитных» организаций.

Уполномоченный орган ссылался на то, что 25.05.2016 на расчетный счет должника от общества поступили денежные средства в размере 12 092 тыс. рублей с назначением платежа «оплата по договору купли-продажи от 14.03.2016, 05.04.2016 за основные средства». На следующий день денежные средства перечислены в пользу ООО «Новые технологии» и ООО «Концерн», у которых на тот момент отсутствовали административные, трудовые и материальные ресурсы. Кроме того, ООО «Концерн» зарегистрировано в качестве юридического лица 01.02.2016, его руководителем является Бурлаков Юрий Сергеевич, который также являлся руководителем должника в период с 12.10.2017 по 23.12.2018. В последующем регистрирующим органом принято решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ в связи с наличием недостоверных сведений о нём (30.12.2019 деятельность прекращена). 

31 мая 2016 года на расчетный счет должника от общества поступили денежные средства в размере 3 886 тыс. рублей с назначением платежа «оплата по договору купли-продажи от 14.04.2016, 16.03.2016, 24.03.2016 за основные средства». На следующий день денежные средства перечислены руководителю должника Тлепсерукову С.И. в размере 453 тыс. рублей с назначением платежа «командировочные расходы» и на расчетный счет ООО «Концерн» в размере 3 050 тыс. рублей с назначением платежа «оплата по дог. № 10 от 24.02.2016 за стройматериалы».

6 июля 2016 года на расчетный счет должника от общества поступили денежные средства в размере 7 млн рублей с назначением платежа «оплата по договору купли-продажи от 11.04.2016, от 16.05.2016 за основные средства». В тот же день денежные средства в размере 88 млн рублей (с учетом имевшихся ранее поступлений от иных контрагентов) перечислены на расчетный счет ООО «Концерн» с назначением платежа «оплата по счету № 28 от 06.07.2016 за стройматериалы».

Приведенные уполномоченным органом сведения могут указывать на то, что стороны исполнили оспариваемые договоры формально, в целях придания им видимости равноценного встречного исполнения. Перечисления поступивших денежных средств (как от общества в виде оплаты по оспариваемым сделкам, так и от иных контрагентов) в адрес организаций, имеющих признаки недобросовестных контрагентов, могли быть совершены в целях возврата денежных средств их первоначальном плательщику, в том числе, путем их последующего обналичивания. 

Без исследования доводов, заявленных уполномоченным органом, и без проверки реального наличия хозяйственных отношений у должника с получателями денежных средств (ООО «Новые технологии», ООО «Концерн» и пр.), выводы судов о равноценном встречном исполнении за реализованное имущество и о продолжении должником своей предпринимательской деятельности являются преждевременными.

Более того, в силу аффилированности сторон оспариваемых сделок, бремя опровержения разумных сомнений относительно реального исполнения своих обязательств по сделкам подлежало отнесению именно на общество. В том числе, разумные сомнения о транзитном движении денежных средств могли быть устранены путем представления суду доказательств наличия реальных хозяйственных отношений с последующими получателями денежных средств (ООО «Новые технологии», ООО «Концерн» и пр.). При этом, такие отношения подлежали бы проверки судом не только на основании минимального набора документов, а с учетом повышенного стандарта доказывания, поскольку наличие у данных контрагентов признаков «транзитных» организаций повышает вероятность представления внешне безупречных доказательств исполнения сделки, имеющей противоправную цель (пункт 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017). 

В случае, если сомнения о транзитном характере спорных перечислений не будут устранены, соответствие договорной цены и рыночной не будет иметь правового значения. В обратном случае вопрос о равноценности встречного предоставления по оспариваемым сделкам подлежит разрешению на основании совокупной оценки представленных в дело доказательств. В этой связи заключения ИП Резенькова Н.А. будут подлежать оценке как одно из доказательств по делу, не имеющей силы экспертного заключения по смыслу статьи 86 Кодекса (пункт 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе»). При возникновения у суда сомнений относительно доказательственной силы такого документа, суду следует провести судебную экспертизу. В целях устранения сомнений относительно заинтересованности судебного эксперта, суд не лишен возможности по своей инициативе назначить проведение экспертизы в государственное экспертное учреждение.

Суд кассационной инстанции считает вывод судов об отсутствии у должника цели причинить вред имущественным правам кредиторов преждевременным.

Тот факт, что стоимость переданного в результате нескольких взаимосвязанных сделок имущества составляет менее двадцати процентов балансовой стоимости активов должника, может указывать на недопустимость применения презумпции, установленной в абзаце третьем пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Однако, это не препятствует применению иных презумпций, закрепленных в названной норме права. Следует отметить, что отсутствие оснований для применения всех презумпции, закрепленных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не препятствует квалификации оспариваемых сделок как недействительных. Презумпции лишь облегчают доказывание цели на причинение вреда имущественным правам кредиторов. Их отсутствие не может и не должно служить препятствием для установления названной цели на основании совокупной оценки доводов сторон с учетом представленных в материалы дела доказательств. Указанный правовой подход нашел свое отражение в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4).

Суд кассационной инстанции при этом считает необходимым отметить, что факт передачи транспортных средств аффилированному лицу, имеющему общего с должником руководителя (Тлепсеруков С.И.), подлежит оценке именно как основание для применения презумпции, закрепленной в абзаце пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Отчуждение имущества в пользу такого юридического лица может свидетельствовать о том, что конечный владелец имущества не изменился. Данному обстоятельству суды не дали оценки.

Возвращаясь к выводам судов об отсутствии у должника признаков недостаточности имущества, суд кассационной инстанции отмечает, что данные бухгалтерской отчетности не всегда могут быть достоверным доказательством, на основании которого можно прийти к выводу об отсутствии признаков банкротства. 

Суды при этом оставили без внимания доводы уполномоченного органа о том, что по данным бухгалтерского баланса должника конец 2016 года величина активов должника уменьшилась более чем на 2 млрд рублей по сравнению с предыдущим отчетным периодом и составила 927 731 тыс. рублей, из которых основные средства – 0 рублей. Кроме того, суды не учли, что признаки недостаточности имущества подлежат установлению исходя из соотношения величины активов по отношению к размеру обязательств. Уже на конец 2015 года обязательства должника составляли 3 196 824 тыс. рублей при общей величине активов 3 402 509 тыс. рублей. В случае исполнения учтенных по данным бухгалтерской отчетности обязательств, величина активов должника уже на конец 2015 года составила бы 20 685 тыс. рублей. 

По результатам выездной проверки по вопросам уплаты налогов с 01.01.2014 по 31.12.2016 должник привлечен к налоговой ответственности на сумму 7 380 692 рубля (решение Инспекции Федеральной налоговой службы России по Ленинскому району г. Ставрополя от 28.12.2017 № 12-08/13). По результатам повторной выездной налоговой проверки по вопросам уплаты налогов за период с 01.01.2015 по 31.12.2016 выявлена задолженность в размере 206 742 104 рубля 57 копеек.

В случае, если обязательства должника перед бюджетом в размере более 200 млн рублей  не были  учтены в бухгалтерской отчетности по состоянию на конец 2015 года, этом может означать недостаточность имущества для их исполнения. Более того, суд кассационной инстанции считает необходимым отметить, что признаки банкротства могут быть установлены в виду неплатежеспособности должника, которая презюмируется в случае прекращения исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей (абзац тридцать четвертый статьи 2 Закона о банкротстве).

Суды при этом неверно истолковали нормы материального права, указав, что обязанность по уплате обязательных платежей не могла возникнуть ранее вынесения налоговой инспекцией решения по результатам выездной налоговой проверки. Как указано в пункте 6 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016) датой возникновения обязанности по уплате налога является дата окончания налогового периода. В силу пункта 1 статьи 38, пункта 1 статьи 44 Налогового кодекса Российской Федерации обязанность исчисления и уплаты налога возникает у налогоплательщика при наличии у него объекта налогообложения и налоговой базы. Объект налогообложения как совокупность налогозначимых операций (фактов) является сформировавшимся к моменту окончания налогового периода. 

Следовательно, вне зависимости от даты принятия решений по итогам выездных налоговых проверок, обязанность по уплате налогов признается существовавшей с даты окончания соответствующего налогового периода. Это означает, что наличие у должника неисполненных обязательств перед бюджетом в период с 10.03.2016 по 23.06.2016 будет означать его неплатежеспособность при совершении сделок. 

Суд кассационной инстанции при этом учитывает, что требования уполномоченного органа в размере 206 742 104 рубля 57 копеек, возникшие по результатам повторной выездной налоговой проверки, к настоящему моменту не включены в реестр требований кредиторов. Производство по требованиям приостановлено до результатов рассмотрения возражений налогоплательщика на акт выездной налоговой проверки (определения суда от 30.07.2019, от 10.10.2019). Однако, это не опровергает наличие обязательств перед бюджетом в размере 7 380 692 рубля, установленных на основании решения налоговой инспекции от 28.12.2017 № 12-08/13, подлежащих учету при определении признаков банкротства должника. 

При таких обстоятельствах обжалуемые судебные акты подлежат отмене в силу части 1 и пункта 3 части 2 статьи 288 Кодекса. Выводы судов об отсутствии у должника цели причинить вред имущественным правам кредиторов являются преждевременными, не основанными не установленных по делу обстоятельствах. Кроме того, эти выводы сделаны при неверном толковании норм Налогового кодекса Российской Федерации относительно момента возникновения обязанности по уплате обязательных платежей.

В соответствии с частью 2 статьи 287 Кодекса арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, о том, какая норма материального права должна быть применена и какое решение, постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела.

При новом рассмотрении суду следует установить признаки неплатежеспособности с учетом налоговых периодов, в которых по результатам выездных налоговых проверок выявлена недоимка налога; проверить доводы уполномоченного органа о транзитном перечислении денежных средств, полученных в качестве оплаты по договорам, в том числе путем установления реальности гражданско-правовых отношений с контрагентами  ООО «Новые технологии», ООО «Концерн» и пр., отслеживания дальнейшего движения денежных средств, дать оценку доводам участвующих в деле лиц в совокупности с представленными доказательствами, после чего применить надлежащие последствия с соблюдением норм материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

ходатайство ООО «ЕТК» об отложении судебного заседания отклонить.

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 25.10.2019 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.05.2020 по делу № А63-23213/2017 отменить. Направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ставропольского края.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий							И.М. Денека 

Судьи    									Е.В. Андреева										С.М. Илюшников