ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

06.09.2023

Дело № А40-29422/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 30.08.2023

Полный текст постановления изготовлен 06.09.2023

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего-судьи  Голобородько В.Я.,

судей Каменецкого Д.В., Михайловой Л.В.

при участии в заседании:

от ф/у-Овчинников В.А.лично паспорт

от ФИО1-ФИО2 по дов от 22.10.22

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО1 

на определение от 27.03.2023

Арбитражного суда города Москвы

на постановление от 09.06.2023

Девятого арбитражного апелляционного суда

о признании недействительной сделку должника ФИО3 по передаче квартиры, зарегистрированной за ФИО4 площадью 61 кв.м., этаж 5, кадастровый номер 67:02:0010412:900 по адресу: 

<

...>, в собственность ФИО5 (наследница ФИО1), оформленную договором купли-продажи от 23.04.2021, право по которому зарегистрировано Росреестром 26.05.2021. 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 18.01.2021 в отношении ФИО3 введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утвержден ФИО6.

В Арбитражный суд города Москвы 07.09.2022 в электронном виде поступило заявление финансового управляющего должника ФИО6 о признании недействительной сделки по передаче ФИО3 в собственность ФИО5 (наследница ФИО1) квартиры площадью 61 кв.м., кадастровый номер 67:02:0010412:900, применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 27.03.2023 г., оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2023 признана недействительной сделка должника ФИО3 по передаче квартиры, зарегистрированной за ФИО4 площадью 61 кв.м., этаж 5, кадастровый номер 67:02:0010412:900 по адресу: 

<

...>, в собственность ФИО5 (наследница ФИО1), оформленную договором купли-продажи от 23.04.2021, право по которому зарегистрировано Росреестром 26.05.2021, применены последствия недействительности сделки..

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции.

Заявитель в кассационной жалобе указывает на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, утверждая, что  cуды первой и апелляционной инстанции не установили финансовую возможность ответчика ФИО5 . приобрести спорную квартиру и необоснованно указали отсутствия у ответчика финансовой возможности. При этом установили, что у ФИО5  имелась коммерческая недвижимость и земельные участки, от которых он получал достаточный доход, был индивидуальным предпринимателем, данным обстоятельствам суды первой и апелляционной инстанции не дали оценку.

До судебного заседания от финансового  управляющего ФИО3 поступил отзыв на кассационную жалобу, который приобщен к материалам дела в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Представитель ФИО1 в судебном заседании суда кассационной инстанции доводы кассационной жалобы поддержал; финансовый управляющий должником в отношении удовлетворения кассационной жалобы возражал.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы, поскольку они основаны на неправильном толковании заявителем норм материального права и направлены на переоценку исследованных судами доказательств, что, в силу норм статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела и установлено судами,  в настоящем деле о банкротстве ФИО3 финансовым управляющим подано заявление об оспаривании сделки на основании ст.ст. 10, 168 ГК РФ – по передаче квартиры, зарегистрированной за ФИО4 площадью 61 кв.м., этаж 5, кадастровый номер 67:02:0010412:900 по адресу: 

<

...>, в собственность ФИО5 (наследница ФИО1), оформленной договором куплипродажи от 23.04.2021, право по которому зарегистрировано Росреестром 26.05.2021. 

Суд первой инстанции, признавая сделку недействительной и применяя последствия недействительности, исходил из того, что заключение оспариваемого договора было направлено на вывод активов должника с целью недопущения обращения взыскания на денежные средства для целей удовлетворения требований кредиторов, при этом в результате совершения должником оспариваемой сделки кредиторам был причинен вред, выразившийся в уменьшении потенциальной конкурсной массы и в отсутствие реальной возможности получить удовлетворение своих требований за счет денежных средств должника, что свидетельствует о наличии в действиях сторон признаков злоупотребления правом.

С выводами суда первой инстанции согласился апелляционный суд.

Суд округа находит выводы судебных инстанций обоснованными.

Суды установили, что после появления информации о смерти ФИО4, финансовый управляющий направил в адрес ФИО3 письмо-уведомление в котором уведомил должника о том она, являясь единственным наследником своей матери - ФИО4, не вправе отказываться от наследства, т.к. это может трактоваться судом и кредиторами как сокрытие ликвидного имущества (Определение ВС №305-ЭС18-13167).

В ответе от 21.10.2021 должник сообщила финансовому управляющему об отсутствии намерения вступать в наследство, в связи с отсутствием такового. 

Между тем, как установлено судами (на основании истребованных определением от 19.11.2021 сведений), за ФИО4 (умершей 30.04.2021) на дату смерти были зарегистрированы следующие объекты недвижимости: 

Квартира (площадью 69 кв.м., этаж 3, кадастровый номер 67:02:0010254:764), расположенная по адресу: 

<

...>; 

Нежилое помещение (площадью 70,3 кв.м., цокольный этаж, кадастровый № 67:02:0010235:991), расположенная по адресу: Смоленская область, г. Вязьма ул. Покровского д.2а; 

Квартира (площадью 61 кв.м., кадастровый номер 67:02:0010412:900), расположенная по адресу: 

<

...>. 

Судами учтено, что все перечисленное имущество в настоящее время отчуждено, а регистрация перехода права на третьих лиц произошла 26.05.2021, то есть через 27 дней после даты смерти ФИО4

Согласно договору купли-продажи от 23.04.2021 (оспариваемому в настоящем судебном заседании), ФИО4, за которую по доверенности действовала должник - ФИО3, продала квартиру (площадью 61 кв.м., кадастровый номер 67:02:0010412:900), расположенную по адресу: 

<

...>, ФИО5 за 1 750 000,00 рублей. Согласно представленным нотариусом ФИО7 в материалы дела документам, ФИО5 скончался 02.03.2022, наследство было принято его супругой ФИО1. 

Финансовый управляющий полагает, что регистрация права собственности на спорную квартиру за ФИО5 после смерти ФИО4 является незаконной.

В соответствии с п.3 ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», государственная регистрация прав проводится в течение десяти рабочих дней со дня приема заявления и документов, необходимых для государственной регистрации, если иные сроки не установлены федеральным законом. 

Таким образом, подача документов на госрегистрацию перехода права с ФИО4 в пользу третьего лица произведена не ранее 10 мая 2021г., т.е. после смерти последней. 

Учитывая, что действие доверенности после смерти доверителя прекращается, регистрация права собственности по заявлению ФИО3, действующей от имени ФИО4, за ФИО5, а впоследствии за ФИО1 является незаконной. 

Согласно полученных ответов от ПАО «Сбербанк России», на счета ФИО4 денежные средства от реализации имущества не поступали, наследственное дело не заводилось.

В абз.3 п.60 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 г. № 9 разъяснено: Наследники, совершившие действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, отвечают по долгам наследодателя в пределах стоимости всего причитающегося им наследственного имущества. 

В пункте 63 указанного постановления разъяснено, что при рассмотрении дел о взыскании долгов наследодателя судом могут быть разрешены вопросы признания наследников принявшими наследство, определения состава наследственного имущества и его стоимости, в пределах которой к наследникам перешли долги наследодателя, взыскания суммы задолженности с наследников в пределах стоимости перешедшего к каждому из них наследственного имущества и т.д. 

Вопреки доводам кассатора,  должник ФИО3, совершая сделки с имуществом ФИО4, фактически приняла наследство, и, распоряжаясь им, по сути, совершила сделку от своего имени, что не опровергнуто заявителем жалобы.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 4 постановления Пленума Высшего арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 №2 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» указано, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания приведенных норм, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам

Поскольку материалами дела подтверждается выбытие ликвидного имущества из собственности должника аффилированному лицу при неравноценном встречном исполнения, стороны договора действовали с целью причинить вред кредиторам, тем самым злоупотребили своими правами, суды признали, что сделка недействительна также по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суды обеих инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства, пришли к обоснованному выводу о том, что оспариваемая сделка является недействительной на основании и ст.ст. 10, 168 ГК РФ.

Вопреки доводам кассатора, представленные банком ВТБ выписки не являются доказательством финансовой возможности произвести оплату по сделкам, т.к. наличие средств на счете должника даже в месяц совершения оспариваемой сделке не установлено.

Судами учтено, что должник ФИО3 сдала документы по всем трем следкам с ФИО5 на регистрацию через две недели после смерти ФИО4 Дочь ФИО4 должник ФИО3 сделала это по доверенности.

При этом, согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 11.08.2022 №305-ЭС21- 21196(5) по делу №А41-70837/2017, осведомленность контрагента должника о противоправных целях сделки может доказываться через опровержимые презумпции заинтересованности сторон сделки между собой, знание об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках его неплатежеспособности или недостаточности у него имущества (пункт 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"). 

При разрешении подобных споров суду в том числе следует оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением абстрактного участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Стандарты такого поведения, как правило, задаются судебной практикой на основе исследования обстоятельств конкретного дела и мнений участников спора. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и в отсутствие убедительных доводов и доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность такого лица. 

Действия ответчика ФИО5 по безвозмездному приобретению имущества обосновано признаны судами как недобросовестные, свидетельствующие об осведомленности о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов. 

Совершая одномоментно три сделки по приобретению квартиры, нежилого помещения и спорной квартиры, ФИО5 знал о том, что два из трех объектов уже находятся в споре (рассматриваются заявления о признании недействительными сделок должника со своей матерью). 

Поэтому ФИО5, заключая спорную сделку с ФИО4 за которую по доверенности действовала должник-ФИО3, не мог не знать о пороках сделки. Тем более, в дальнейшем, сдавая в Росреестр сделки на регистрацию уже после смерти продавца, ФИО5 осознавал причины и цели всех сделок, и оспариваемой в частности.

Доводы кассационной жалобы, повторяющие доводы апелляционной жалобы, подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции. Кроме того, все доводы кассационной жалобы приводились при рассмотрении дела в суде первой и апелляционной инстанции и им была дана надлежащая оценка.

Переоценка имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 27.03.2023, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2023 по делу № А40-29422/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                     В.Я. Голобородько

 

Судьи:                                                                                 Д.В. Каменецкий

 

                                                                                       Л.В. Михайлова