АРБИТРАЖНЫЙ СУД  ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень Дело № А27-26375/2021  

Резолютивная часть постановления объявлена 22 апреля 2024 года  Постановление изготовлено в полном объёме 23 апреля 2024 года  

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе: председательствующего Лаптева Н.В., судей Глотова Н.Б.,  ФИО1 – 

при ведении протокола помощником судьи Алдаевой М.А. рассмотрел в открытом  судебном заседании с использованием системы веб-конференции кассационную жалобу  ФИО2 на определение Арбитражного суда Кемеровской  области от 07.11.2023 (судья Григорьева С. И.) и постановление Седьмого арбитражного  апелляционного суда от 29.01.2024 (судьи Иванов О.А., Дубовик В.С., Михайлова А.П.)  по делу № А27-26375/2021 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «Жилищно-коммунальное управление-2» (ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***>; далее – общество «ЖКУ-2», должник), принятые по заявлению  конкурсного управляющего должником ФИО3 (далее –  управляющий) о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной  ответственности.  

Другие лица, участвующие в деле: ФИО2, ФИО4, ФИО5 (ответчики), общество с ограниченной  ответственностью «Управляющая компания «Жилищник» (далее – общество  УК «Жилищник»), временный управляющий обществом УК «Жилищник» ФИО6 (третьи лица).  

В заседании приняли участие представители: 

В судебном заседании посредством использования системы веб-конференции  информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн заседания) приняли  участие представители: Федеральной налоговой службы (далее – ФНС России) –  ФИО7 по доверенности от 17.04.2023, конкурсный управляющий обществом  «ЖКУ-2» ФИО3  

Суд установил: 

в деле о банкротстве общества «ЖКУ-2» управляющий обратился в арбитражный суд  с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника  участника ФИО4 за непринятие мер к своевременной подаче заявления о признании  

должника банкротом по пункту 1 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002   № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в сумме  3 917 938,09 руб.; за невозможность полного удовлетворения требований кредиторов  ликвидатора ФИО5 – по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве,  бывшего руководителя ФИО2 – по подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11, а также  за непринятие мер к своевременной подаче заявления о признании должника банкротом  пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве (с учётом уточнений).  

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 07.11.2023, оставленным  без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда  от 29.01.2024, привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам общества  «ЖКУ-2» ФИО5 на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона  о банкротстве, ФИО2 на основании пункта 1 статьи 61.11, пункта 1 статьи 61.12  Закона о банкротстве; с ФИО5 и ФИО2, солидарно, взысканы денежные  средства в сумме 8 725 702,19 руб. в пользу общества «ЖКУ-2»; отказано  в удовлетворении остальной части заявления управляющего.  

ФИО2 подал кассационную жалобу, в которой просил отменить определение  арбитражного суда от 07.11.2023 и постановление апелляционного суда от 29.01.2024  в части привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника  и взыскания денежных средств, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении  заявления управляющего в указанной части.  

В кассационной жалобе приведены доводы о несоответствии фактическим  обстоятельствам дела и положениям статей 61.11, 61.12 Закона о банкротстве выводов  судов о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной  ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие  действий (бездействия) контролирующего должника лица, неисполнение обязанности  по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые  установлены статьёй 9 Закона о банкротстве.  

ФИО2 поясняет, что имелся план по выходу из кризиса путём привлечения  дополнительного дохода. Так, после получения обществом «ЖКУ-2» незначительного  убытка по итогам работы в 2019 году в связи с началом деятельности, в 2020 году  планировалось получить прибыль в результате исполнения условий договора подряда  от 01.08.2019 № 01/19, заключённого с обществом УК «Жилищник», по содержанию  и обслуживанию общего имущества собственников помещений многоквартирных домов.  Общество «ЖКУ-2» направило требования об оплате выполненных работ обществу  УК «Жилищник», который отказался подписывать акты, ссылаясь на некачественные  работы. Должник и заказчик вели переписку об исправлении недостатков работ  и полной их оплаты. В период с августа 2019 года по август 2021 года заказчик  перечислил работникам должника денежные средства в сумме 43 184 424,41 руб.  Признаки объективного банкротства у должника возникли не 04.09.2020, а в июле-августе  2021 года, когда увеличилась кредиторская задолженность с 4,3 млн. руб. до 8 млн. руб.  

и прекратилось выполнение работ по договору подряда. Он передал ликвидатору  ФИО8 все документы общества «ЖКУ-2», что подтверждается актом приёма- передачи. Управляющему также переданы документы, необходимые для взыскания  с третьего лица задолженности по договору подряда.  

В отзывах на кассационную жалобу управляющий и ФНС России возражают  относительно доводов ФИО2, соглашаются с выводами судов о наличии оснований  для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника, просят оставить без изменения обжалуемые судебные акты, как законные.  

В судебном заседании представители управляющего и ФНС России поддержали  свои возражения.  

Иные лица, участвующие в деле, их представители в судебное заседание не явились.  Учитывая надлежащее извещение о времени и месте проведения судебного заседания,  кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие на основании части 3 статьи 284  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).  

Проверив в пределах, предусмотренных статьями 286, 287 АПК РФ, правильность  применения судами норм материального права и соблюдение процессуального права,  а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах,  установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным  доказательствам, суд округа не находит оснований для удовлетворения кассационной  жалобы.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «ЖКУ-2»  зарегистрировано в качестве юридического лица 10.07.2019, создано для получения  прибыли на рынке коммунальных услуг. Единственными участниками общества «ЖКУ-2»  являлись ФИО4 в период с 10.07.2019 по 22.01.2021, ФИО5 в период с 22.01.2021  по настоящее время, директором – ФИО2 в период с 15.08.2019 до 26.07.2021.  

В период с 28.10.2019 по 08.02.2023 общество с ограниченной ответственностью  «Управление жилищно-коммунального хозяйства» (далее – общество «УЖКХ») являлось  управляющей организацией общества УК «Жилищник». ФИО2 11.01.2023 назначен  на должность генерального директора общества «УЖКХ».  

Ранее, между обществом УК «Жилищник» (заказчик) и обществом «ЖКУ-2»  (подрядчик) заключён договор подряда от 01.08.2019 № 01/19, по условиям которого  заказчик поручает, подрядчик принимает на себя обязательства по исполнению  следующих работ и услуг: содержание и текущий ремонт, обслуживание общего  имущества многоквартирных домов, объектов инженерной инфраструктуры  и придомовых территорий; проведение иных работ, порученных заказчиком,  с нанимателями и собственниками помещений многоквартирных домов, находящихся  у заказчика в управлении, а заказчик обязан принять у исполнителя результат  выполненных работ и услуг и оплатить их (далее – договор подряда). Список  многоквартирных домов, в отношении которых заключён договор подряда, приведён  в приложении № 1.  

В соответствии с пунктом 4.2 договора подряда приёмка работ, услуг  по содержанию и текущему ремонту жилищного фонда осуществляется заказчиком  по факту выполненных работ и на основании документов (по текущему ремонту в форме  КС-2, актов выполненных работ), подписанных уполномоченными представителями  собственников. Оплата работ осуществляется в соответствии с пообъектными сметами,  утверждаемыми ежемесячно (пункт 5.1 договора подряда). По итогам девяти месяцев  отчётного года производится сверка объёма выполненных работ по текущему ремонту,  которая не должна превышать фактически собранных денежных средств на текущий  ремонт на каждый жилой дом; в случае перерасхода денежных средств на текущий  ремонт, производится корректировка в объёме средств текущего содержания (пункт 5.2  договора подряда). Между сторонами установлен следующий порядок расчетов: заказчик  предоставляет исполнителю аванс в размере 30 % по объектной смете до 29 числа  текущего месяца; окончательный расчет производится до 14 числа месяца, следующего  за расчетным; оплата по настоящему договору производится путём перечисления  денежных средств на расчётный счёт исполнителя (пункт 6.1 договора подряда).  

Согласно протоколу согласования цены (приложение № 2 к договору подряда),  стороны пришли к соглашению об установлении стоимости работ и услуг в месяц  в сумме 2 344 745,95 руб., в том числе: 513 444,52 руб. за уборку территорий,  458 047,22 руб. за уборку лестничных клеток, 124 863,24 руб. за уборку мусоропроводов,  1 248 390,97 руб. за техническое обслуживание.  

Должник и общество УК «Жилищник» не составляли предусмотренные договором  подряда документы первичного бухгалтерского учёта – акты выполненных работ, акты  сверки; отсутствуют доказательства направления должником обществу УК «Жилищник»  досудебной претензии об оплате выполненных работ.  

Деловая переписка между должником и обществом УК «Жилищник» отсутствует. 

Согласно представленной в ФНС России бухгалтерской отчётности по состоянию  на 31.12.2019 величина активов общества «ЖКУ-2» составляла 2 383 тыс. руб., размер  кредиторской задолженности – 3 334 тыс. руб., непокрытый убыток – 951 тыс. руб.  

Должник систематически нарушал обязанности по уплате страховых взносов  в Пенсионный фонд Российской Федерации и Фонд социального страхования Российской  Федерации, а также уплате налогов и сборов.  

В частности, должником допущены нарушения сроков уплаты обязательных  платежей за 2020 год: по обязательному пенсионному страхованию за 1 квартал  (1 137 634,81 руб.), 2 квартал (814 048,69 руб.), 3 квартал (562 663,23 руб.),  по обязательному медицинскому страхованию за 1 квартал (170 608,03 руб.), 2 квартал  (261 963,57 руб.), 3 квартал (183 799,85 руб.), по обязательному социальному страхованию  за 1 квартал (96 128,84 руб.), 2 квартал (70 392,71 руб.), 3 квартал (46 231,48 руб.),  по налогу на доходы физических лиц за 4 квартал 2020 года (670 351 руб.), 1, 2 кварталы  2021 года (1 544 868 руб.)  

Задолженность общества «ЖКУ-2» по обязательным платежам по основному долгу  по состоянию на февраль 2020 года составила сумму 359 980,92 руб., в апреле 2020 года  снижена до 63 843 руб., при этом уже в мае 2020 года составила 995 301,82 руб. и далее  увеличивалась (1 494 557,66 руб. - июнь, июль 2020 года, 2 640 962,63 руб. - август,  сентябрь, октябрь 2020 года, 4 278 156,63 руб. - ноябрь 2020 года.  

После приостановления операций по счетам на основании решения  уполномоченного органа 24.08.2020 денежные средства перестали поступать на счёт  общества «ЖКУ-2», расчёты от имени должника осуществляло общество  УК «Жилищник» на основании писем директора ФИО2 Объём выплаченных  обществом УК «Жилищник» за счёт общества «ЖКУ-2» денежных средств составляет  18 265 135,95 руб., что установлено управляющим на основании выписки по счёту  должника.  

Сумма денежных средств, перечисленных обществом УК «Жилищник» на счета  физических лиц в качестве заработной платы, составила 16 966 564,42 руб.  

Единственным участником ФИО5 принято решение от 19.07.2021  о ликвидации общества «ЖКУ-2», освобождении ФИО2 от должности директора,  назначении ликвидатором общества ФИО5  

Запись о принятии решения о ликвидации должника, назначении ликвидатора  внесена в Единый государственный реестр юридических лиц 26.07.2021  за государственным регистрационным номером 2214200249690.  

Как следует из промежуточного ликвидационного баланса на 30.11.2021, у общества  «ЖКУ-2» имеются запасы (211 571,40 руб.), в пассиве указаны капитал и резервы  (15 586 620,57 руб.). Из иных представленных должником документов следует, что  имущество должника состоит из товарно-материальных ценностей (211 571,40 руб.)  и кредиторской задолженности (15 799 246,87 руб.).  

Определением арбитражного суда от 11.01.2022 принято к производству заявление  общества «ЖКУ-2» о признании себя несостоятельным (банкротом) по упрощенной  процедуре банкротства ликвидируемого должника.  

Решением арбитражного суда от 09.03.2022 ликвидируемый должник общество  «ЖКУ-2» признано банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным  управляющим утверждена ФИО3  

Определением арбитражного суда от 15.06.2022 требования ФНС России в сумме  5 465 026,97 руб. основного долга второй очереди, в сумме 1 241 573,77 руб. основного  долга третьей очереди включены в реестр требований кредиторов должника; требования  в сумме 1 315 999,35 руб. пени и 70 535,10 руб. штрафов, всего 1 386 534,45 руб. учтены  отдельно в реестре требований кредиторов и признаны подлежащими удовлетворению  после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.  

Определением арбитражного суда от 08.08.2022 ФИО5 обязан передать  управляющему печати, штампы, материальные ценности и документацию должника.  

ФИО5 не передал управляющему акты выполненных обществом «ЖКУ-2»  работ по договору подряда, программу 1С и первичные бухгалтерские документы.  

Определением арбитражного суда от 13.02.2023 требования ФНС России в сумме  83 850 руб. штрафов подлежащими удовлетворению за счёт имущества должника,  оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включённых в реестр  требований кредиторов.  

Требований иных кредиторов в реестре требований кредиторов общества «ЖКУ-2»  отсутствуют.  

Удовлетворяя заявление управляющего, суд первой инстанции исходил из: 

фактической аффилированности общества «ЖКУ-2» с обществом УК «Жилищник»;  

непринятия бывшим руководителем ФИО2 мер по подаче в арбитражный  суд заявления о банкротстве общества «ЖКУ-2» не позднее 05.10.2020 при наличии  признаков неплатёжеспособности по состоянию на 04.09.2020 – просрочки более трёх  месяцев задолженности по налогам, сборам, страховым взносам, включая пени и штрафы,  в сумме 3 262 153,25 руб., размер обязательств должника увеличился на 3 917 938,09 руб.;  

создания бывшим руководителем общества «ЖКУ-2» ФИО2 схемы  расчётов с кредиторами при наличии действующих ограничений на проведение операций  по расчётным счетам должника (решение налогового органа от 24.08.2020 № 10484)  через счета дебитора – общества УК «Жилищник» на основании договора подряда,  в результате чего на расчётный счёт должника не поступили и были сокрыты денежные  средства в сумме 18 265 135,95 руб., за счёт которых должно было проводиться погашение  задолженности в соответствии с очерёдностью, установленной действующим  законодательством;  

создания схемы, направленной на сокрытие денежных средств должника,  подлежащих взысканию, путём перечисления на внутрибанковский счёт,  предназначенный для перечисления денежных средств для выплаты заработной платы  на счета физических лиц (зарплатный проект) без направления в банк соответствующего  реестра на выплату заработной платы; данная схема была применена многократно,  начиная с 21.08.2020;  

непринятия ликвидатором ФИО5 мер по передаче управляющему  документов бухгалтерского учёта должника, препятствующего определению размера  и взысканию дебиторской задолженности с общества УК «Жилищник», пополнению  конкурсной массы должника.  

Арбитражный суд сделал выводы о том, что контролирующие должника лица  подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам общества  «ЖКУ-2»: ФИО2 – по пункту 1 статьи 61.11, пункту 1 статьи 61.12 Закона  о банкротстве, ФИО5 – по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона  о банкротстве и взыскал с ответчиков солидарно денежные средства в размере реестра  требований кредиторов должника.  

Суд апелляционной инстанции согласился с арбитражным судом. 

Выводы арбитражного суда первой и апелляционной инстанций соответствуют  фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и подлежащим  применению нормам права.  

Гражданское законодательство о юридических лицах построено на основе  принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности,  ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности (пункт 1 статьи 48,  пункты 1 и 2 статьи 56, пункт 1 статьи 87 Гражданского кодекса Российской Федерации  (далее – ГК РФ)).  

Исходя из сложившееся судебной практики, это предполагает наличие у участников  корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой  свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и по общему правилу  исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности  по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.  

В то же время из существа конструкции юридического лица (корпорации) вытекает  запрет на использование его правовой формы для причинения вреда независимым  участникам оборота (пункты 3 – 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10 ГК РФ), на что обращено  внимание в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих  должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53).  

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные  контролирующие лица (пункты 1 – 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены  к ответственности перед кредитором данного юридического лица, если неспособность  удовлетворить требования кредитора спровоцирована волеизъявлением контролирующих  лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности,  и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском,  присущим ведению предпринимательской деятельности (статья 1064 ГК РФ, статья 61.11  Закона о банкротстве).  

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение  требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по  обязательствам должника.  

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими  к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве)  следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной  банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.  Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица  на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между  названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным  банкротством.  

Процесс доказывания того, что требования кредиторов стало невозможным погасить  в результате действий ответчиков, упрощён законодателем для истцов посредством  введения соответствующих опровержимых презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона  о банкротстве), при подтверждении которых предполагается наличие вины ответчика  в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя  доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.  

Подпунктом первым пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлена  презумпция наличия причинно-следственной связи между действиями контролирующего  должника лица и невозможностью полного погашения требований кредиторов в том  случае, если причинён существенный вред имущественным правам кредиторов  в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом  одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого  лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.  

Норма пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусматривает возможность  привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности  по его долгам в ситуации, когда их виновным поведением вызвана невозможность  удовлетворения требований кредиторов.  

Исходя из этого судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц  к субсидиарной ответственности должно в любом случае сопровождаться изучением  причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков  свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал  недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные,  рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определение  Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).  

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими  к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия  (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те,  без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность  влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника,  проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями  (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16  Постановления № 53).  

Процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной  ответственности упрощен законодателем для истцов посредством введения  соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых  предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на  ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения  иска.  

Согласно одной из таких презумпций предполагается, что полное погашение  требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  

контролирующего должника лица в ситуации, когда имущественным правам кредиторов  причинён существенный вред в результате совершения этим лицом или в пользу этого  лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (подпункт 1  пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, абзац первый пункта 23 Постановления   № 53).  

Поскольку суды установили, что бывший руководитель должника ФИО2  не истребовал дебиторскую задолженность у аффилированного с ним общества  УК «Жилищник» при наличии действующих ограничений на проведение операций  по расчётным счетам должника (решение налогового органа от 24.08.2020 № 10484),  создал схему расчётов с кредиторами через счета дебитора на основании договора  подряда, в результате чего на расчётный счёт должника не поступили и были сокрыты  денежные средства в сумме 18 265 135,95 руб., за счёт которых должно было проводиться  погашение задолженности в соответствии с очерёдностью, установленной действующим  законодательством, а также создал схему, направленную на сокрытие денежных средств  должника, подлежащих взысканию, путём перечисления на внутрибанковский счёт,  предназначенный для перечисления денежных средств для выплаты заработной платы  на счета физических лиц (зарплатный проект) без направления в банк соответствующего  реестра на выплату заработной платы – заявление управляющего в части привлечения  ФИО2 к субсидиарной ответственности по подпункту 1 пункта 1 статьи 61.11  Закона удовлетворено правомерно.  

Подпунктом вторым пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлена  презумпция наличия причинно-следственной связи между действиями контролирующего  должника лица и невозможностью полного погашения требований кредиторов в том  случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению  (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской  Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню  назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения  о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах,  предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой  является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо  указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение  процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация  конкурсной массы.  

В соответствии с пунктом 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве, положения  подпункта 2 пункта 2 указанной статьи применяются в отношении единоличного  исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены  обязанности по составлению и хранению документов, предусмотренных  законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных  бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью,  

о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми  в соответствии с ним нормативными правовыми актами.  

Указанная ответственность соотносится с нормами об ответственности руководителя  за организацию бухгалтерского учёта в организациях, соблюдение законодательства  при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учётных документов,  регистров бухгалтерского учёта и бухгалтерской отчётности (пункт 1 статьи 6, пункт 3  статьи 17 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете»)  и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить  арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2  статьи 126 Закона о банкротстве).  

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения  руководителем должника указанных обязанностей, на защиту прав и законных интересов  лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать  конкурсную массу должника, в том числе, путём предъявления к третьим лицам исков  о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого  незаконного владения и оспаривания сделок должника.  

Указанная ответственность является гражданско-правовой, и при её применении  должны учитываться общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности  за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части,  не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Для привлечения  виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие  состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения  причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением  причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.  

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта  неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней  соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности,  исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств  по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности,  какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1  статьи 401 ГК РФ).  

Презумпция носит опровержимый характер и иное может быть доказано лицом,  привлекаемым к субсидиарной ответственности. Это лицо должно доказать, почему  доказательства кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв  свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле  осуществлялась хозяйственная деятельность и чем вызвана несостоятельность должника,  каковы причины непредставления документов и насколько они уважительны и т.п.  (пункт 10 статьи 61.11, пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве, пункт 56  Постановления № 53).  

Поскольку суды установили, что единственный участник и ликвидатор общества  «ЖКУ-2» ФИО5 не принял мер по передаче управляющему документов  бухгалтерского учёта должника, что привело к невозможности определения размера  дебиторской задолженности общества УК «Жилищник» по договору подряда  и её взысканию, пополнению конкурсной массы должника и удовлетворению требований  уполномоченного органа, заявление управляющего о привлечении ФИО5  к субсидиарной ответственности по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона  о банкротстве удовлетворено правомерно.  

В силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080  ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут  субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях  квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть  учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий  на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание  соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д.  Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких  контролирующих лиц, аффилированных между собой (пункт 22 Постановления № 53).  

Учитывая, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие  совместных действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц – ФИО2  в результате совершения сделки (схемы по исключению получения должником денежных  средств дебитора по договору подряда, сокрытия денежных средств на внутрибанковских  счетах, приведшие к неплатёжеспособности должника) и непринятия мер ФИО5  к передаче управляющему бухгалтерской документации должника по исполнению  договора подряда), они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства  солидарно.  

В данном случае привлечение ФИО2 к субсидиарной ответственности  по пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве за неисполнение обязанности по подаче  заявления должника в арбитражный суд излишне, учитывая, что в силу пункта 11  статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности  контролирующего должника лица максимален и равен совокупному размеру требований  кредиторов, включённых в реестр требований кредиторов, а также заявленных после  закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам,  оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.  

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, отклоняются. 

Установление обстоятельств, влекущих привлечение контролирующих должника  лиц к субсидиарной ответственности, относится к компетенции суда первой  и апелляционной инстанций, так как связано с оценкой имеющихся в деле доказательств  и доводов лиц, участвующих в обособленном споре.  

По общему правилу лицо, участвующее в деле должно доказать обстоятельства,  на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (пункт 1  

статьи 65 АПК РФ). В то же время судопроизводство в арбитражных судах  осуществляется на основе принципов равноправия и состязательности сторон и суд  должен обеспечить им равные условия для реализации прав на судебную защиту (статьи  8, 9 АПК РФ). Суд определяет предмет доказывания и распределяет между сторонами  бремя доказывания обстоятельств спора таким образом, чтобы оно было потенциально  реализуемым исходя из объективно существующих возможностей в собирании тех или  иных доказательств. Недопустимо возлагать на сторону обязанность доказывания  определенных обстоятельств в ситуации невозможности получения ею доказательств  по причине нахождения их у другой стороны спора, недобросовестно их  не раскрывающей.  

Бремя доказывания оснований возложения субсидиарной ответственности  на контролирующее должника лицо обычно лежит на кредиторах, в интересах которых  заявлено это требование. Вместе с тем отсутствие у контролирующих лиц  заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел  и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности  кредиторов при необоснованном посягательстве на их права (пункт 56 Постановления   № 53).  

В ряде случаев эта проблема решается законодательно введением презумпций -  предположений, основанных на наибольшей вероятности наступления того или иного  события (явления) при установлении прочих фактов. Презумпции считаются верными,  пока не доказано иное.  

Фактические обстоятельства, в том числе совершение ФИО2 сделки,  приведшей к неплатёжеспособности должника, непринятие мер ФИО5 к передаче  управляющему документов должника по указанной сделке повлёкших невозможность  пополнения конкурсной массы и удовлетворения требований уполномоченного органа,  установлены судами первой и апелляционной инстанций в результате полного  и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности  и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, нарушений норм процессуального права  не допущено.  

Приведенные в кассационной жалобе доводы не свидетельствуют о нарушении  судами первой и апелляционной инстанции норм материального права, по существу  сводятся к несогласию с оценкой обстоятельств настоящего обособленного спора.  

Несогласие заявителя кассационной жалобы с оценкой обстоятельств дела и иное  толкование ими положений действующего законодательства не являются основанием  для отмены обжалованных судебных актов в кассационном порядке.  

Поскольку оснований, предусмотренных статьёй 288 АПК РФ, для отмены  обжалуемых судебных актов не имеется, кассационная жалоба удовлетворению  не подлежит.  

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ,  Арбитражный суд Западно-Сибирского округа  

постановил:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 07.11.2023 и постановление  Седьмого арбитражного апелляционного суда от 29.01.2024 по делу № А27-26375/2021  оставить без изменения, а кассационную жалобу без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда  Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия,  в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.  

Председательствующий Н.В. Лаптев  

Судьи Н.Б. Глотов  

 ФИО1