СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-10760/2023(1)-АК

Дело № А60-457/2023

31 октября 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 25 октября 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 31 октября 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Темерешевой С. В.,

судей  Мартемьянова В.И., Чепурченко О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от истца: ФИО2, паспорт, доверенность от 24.08.2023;

от ответчика: ФИО3, паспорт, доверенность от 06.02.2023;

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу

истца АО «Сафьяновская медь»

на решение Арбитражного суда Свердловской области 

от 25 июля 2023 года 

по делу №А60-457/2023

по иску АО «Сафьяновская медь» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к ООО «Сибирь ГТ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о признании односторонних отказов от исполнения договора недействительными, взыскании договорной неустойки,

установил:

Акционерное общество «Сафьяновская медь» (далее – АО «Сафьяновская медь», истец) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Сандвик Майнинг энд Констракшн СНГ» (далее – ответчик) о признании односторонних отказов от исполнения договора недействительными, взыскании договорной неустойки.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 12.01.2023 заявление принято к производству суда, назначено предварительное судебное заседание. 

Согласно представленной в материалы дела выписке из Единого государственного реестра юридических лиц от 07.07.2023 №ЮЭ9965-23-95411399 следует, что ответчик сменил наименование с общества с ограниченной ответственностью «Сандвик Майнинг энд Констракшн СНГ» на общество с ограниченной ответственностью «Сибирь ГТ» (далее – ООО «Сибирь ГТ», ответчик), ввиду чего суд счел необходимым изменить наименование ответчика в рамках настоящего дела. 

Определением от 11.07.2023 изменено наименование ответчика в деле №А60- 457/2023 с общества с ограниченной ответственностью «Сандвик Майнинг энд Констракшн СНГ» на общество с ограниченной ответственностью «Сибирь ГТ, судебное заседание отложено до 19.07.2023.

Решением от 25.07.2023 исковые требования удовлетворены частично. Односторонние отказы ООО «Сибирь ГТ» от договора поставки №17-06/20 от 09.01.2020, совершенные путем направления уведомлений №7890 от 23.08.2022, №742 от 23.09.2022 признаны недействительными. С ООО «Сибирь ГТ» в пользу АО «Сафьяновская медь» взыскана неустойка в размере 5116,23 евро в рублевом эквиваленте, определенном по курсу Центрального Банка Российской Федерации на дату платежа, а также судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 16671 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Истец, не согласившись с решением суда первой инстанции, обратился с апелляционной жалобой, просит решение от 25.07.2023 в части отказа в признании одностороннего отказа ООО «Сибирь ГТ» от исполнения договора поставки №17-06/20 от 09.01.2020 и отказа во взыскании неустойки в размере 248,52 Евро отменить, принять в указанной части новый судебный акт об удовлетворении исковых требований АО «Сафьяновская медь».

Оспаривая решение суда, заявитель жалобы указывает, что вывод суда о том, что ответчик закупал товары для последующей перепродажи истцу именно у компании Sandvik Mining and Construction Logistics Ltd, является ошибочным, сделанным при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, а потому письмо компании Sandvik Mining and Construction Logistics Ltd от 06.02.2023 не является неотносимым доказательством по делу.

Апеллянт настаивает на том, что в отсутствие документов, подтверждающих конкретный способ исполнения обязательств по поставке спорных товаров, положения раздела 10 «Оговорка об экономических и торговых санкциях» вообще не подлежали применению в настоящем деле. Очевидно, что содержащиеся в нём нормы рассчитывались на применение лишь тогда, когда исполнение обязательств по договору поставки оказывалось в зависимости от иностранного элемента, наличие которого ответчик не доказал. 

Вывод о том, что введённые ЕС ограничения и запреты воспрепятствовали ответчику в исполнении договора поставки и потому он имел право в одностороннем порядке отказаться от его исполнения, противоречит договору поставки и нормам европейского законодательства о санкциях.

От ответчика поступил отзыв на апелляционную жалобу, просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В суде апелляционной инстанции представитель истца доводы апелляционной жалобы поддерживает в полном объеме, решение суда первой инстанции в обжалуемой части считает незаконным и необоснованным, просит его отменить, принять по делу новый судебный акт, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представитель ответчика против доводов апелляционной жалобы возражает, решение суда первой инстанции в обжалуемой части считает законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

С учетом положений статьи 266, части 5 статьи 268 АПК РФ и пункта 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 №12, а также отсутствия соответствующих возражений лиц, участвующих в деле, судом апелляционной инстанции законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены в обжалуемой части.

Как следует из материалов дела между истцом (покупатель) и ответчиком (продавец) заключен договор поставки №17-06/20 от 09.01.2020. Договор заключен в редакции протокола разногласий от 19.02.2020 к договору поставки №17-06/20 от 09.01.2020.

Предметом договора является поставка запасных частей, бурового инструмента, иных материалов (далее - продукция) в соответствии с п. 1.2 настоящего договора. Поставщик обязуется поставить, а покупатель - принять и оплатить продукцию на условиях, установленных сторонами в настоящем договоре (п. 1.1 договора).

Согласно п. 1.2 договора, номенклатуру (ассортимент), качество, количество, цену поставляемой продукции, а также сроки и условия ее поставки, порядок расчетов за поставленную продукцию, порядок оплаты транспортных расходов требования к продукции стороны будут согласовывать в спецификациях и иных приложениях к договору, подписываемых уполномоченными представителями сторон, являющихся неотъемлемой частью настоящего договора.

Продукция должна по качеству и комплектности соответствовать требованиям технических регламентов ЕАЭС, если установлены обязательные для применения и исполнения требования к продукции, выпускаемой в обращение на единой таможенной территории ЕАЭС. Поставщик заверяет, что поставляемая продукция будет иметь сертификат качества (паспорт качества, сертификат соответствия, декларацию о соответствии, заключение экспертизы промышленной безопасности технического устройства) в случае, если это предусмотрено действующим законодательством, нормативно-технической документацией или соглашением сторон (приложениями к договору) (п. 2.1, 2.2 договора).

В соответствии с п. 3.1 договора, поставка продукции в соответствии со спецификациями к настоящему договору осуществляется:

- путем ее выборки покупателем (грузополучателем) со склада поставщика (грузоотправителя),

- автотранспортом поставщика (грузоотправителя) до склада покупателя (грузополучателя),

- железнодорожным или автомобильным транспортом перевозчика в адрес покупателя (грузополучателя).

Моментом исполнения обязанности поставщика по поставке продукции считается момент перехода права собственности в соответствии с п. 4.1 настоящего договора.

Согласно п. 6.1 договора, цены на продукцию согласовываются сторонами в спецификациях к договору. Цены могут быть изменены только по взаимному соглашению сторон.

Ни при каких обстоятельствах поставщик и покупатель не отвечают за упущенную выгоду и/или косвенные убытки покупателя/поставщика. В случае несвоевременной поставки продукции поставщик уплачивает покупателю неустойку в размере 0,05% от стоимости не поставленной или недопоставленной продукции за каждый календарный день просрочки, но не более 5% от общей стоимости не поставленной в срок (недопоставленной) продукции (п. 7.1, 7.2 в редакции протокола разногласий от 19.02.2020 к договору поставки №17-06/20 от 09.01.2020).

В соответствии с п. 10.1 договора, на стороны, обязательства сторон и товары могут распространяться режим эмбарго, административные ограничения или другие подобные обстоятельства, применимые положения правил и норм экспортного и торгового регулирования США, Великобритании, Европейского Союза и государств, входящих в Европейский Союз, находящиеся вне контроля сторон (далее - «обстоятельство»), которые могут воспрепятствовать или ограничить исполнение стороной обязательств по настоящему договору. Каждая из сторон не несет ответственности за прямые или косвенные убытки, простой, расходы, издержки, ущерб, и т.п., прямо или косвенно причинённые другой стороне или организациям УГМК в связи с таким обстоятельством. Каждая из сторон, включая организации УГМК, отказывается от любых возможных претензий и применения мер ответственности, в связи с неисполнением обязательств другой стороной по настоящему договору по причине наличия обстоятельств.

В случае наступления какого-либо обстоятельства, препятствующего исполнению настоящего договора, Сандвик и УГМК:

а) предпримут совместные действия, направленные на изменение договора, например, изменят график исполнения договора и его условия в том объеме, в котором его необходимо адаптировать к изменившимся обстоятельствам;

б) при невозможности изменить договор, каждая из сторон вправе в одностороннем внесудебном порядке отказаться от исполнения настоящего договора, уведомив другую сторону. Если иное не указано в уведомлении, договор признается расторгнутым с момента получения другой стороной соответствующего уведомления (п. 10.2 договора).

Срок действия договора сторонами согласован до 31.12.2022 (п.13.1 в редакции дополнительного соглашения №2 от 20.12.2021).

В соответствии с условиями заключенного договора, сторонами согласованы следующие спецификации:

1) спецификация №38 от 06.12.2021 на поставку запчастей для оборудования, со сроком поставки от 8 до 32 недель в зависимости от конкретных запчастей;

2) спецификация №39 от 17.12.2021 на поставку запчастей для оборудования, со сроком поставки от 2 до 15 недель в зависимости от конкретных запчастей;

3) спецификация №13 от 18.01.2022 на поставку запчастей для оборудования, со сроком поставки в 1 квартале 2022 года;

4) спецификация №40 от 25.01.2022 на поставку запчастей для оборудования, со сроком поставки от 2 до 31 недель в зависимости от конкретных запчастей;

5) спецификация №41 от 16.02.2022 на поставку запчастей для оборудования, со сроком поставки от 8 до 15 недель в зависимости от конкретных запчастей.

Ответчик направил в адрес истца уведомление №7890 от 23.08.2022 о расторжении договора поставки с 31.08.2022, сославшись на наступление невозможности исполнения обязательств вследствие введения иностранными контрагентами ответчика ряда ограничений и дополнительных требований к товарам, поставляемым в адрес РФ, введения ЕС существенных ограничений на транспортное сообщение с РФ, принятия Советом Европейского Союза Решения №2022/576 от 08.04.2022, запрещающего основному субпоставщику ответчика поставлять на территорию Российской Федерации большой перечень запасных частей. Этим же уведомлением ответчик предложил истцу подписать приложенное соглашение о расторжении договора поставки.

Истец ответным письмом №21-05/2134 от 15.09.2022 указал на несогласие с действиями ответчика по расторжению договора поставки; от подписания соглашения о расторжении договора поставки истец отказался.

Ответчик направил в адрес истца уведомление №742 от 23.09.2022, указав на прекращение действия договора поставки в связи с исполнением сторонами обязательств.

Истец письмом №17-05/2329 от 13.10.2022 известил ответчика о том, что обязательства по договору поставки последним не исполнены.

В связи с неисполнением обязательств по поставке товаров истец направил досудебную претензию от 17.10.2022 №21-05/2345 об уплате неустойки, которую ответчик оставил без удовлетворения.

Впоследствии письмом №893 от 30.11.2022 ответчик вновь уведомил истца о расторжении договора поставки с 31.12.2022, указав на наступившую невозможность исполнения обязательств, а также на положения, содержащиеся в разделе 10 договора поставки «Оговорка об экономических и торговых санкциях».

Изложенные выше обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с настоящим исковым заявлением.

Судом первой инстанции требование удовлетворено частично.

Исследовав материалы дела, доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В связи с этим односторонний отказ от исполнения договора в данном случае следует рассматривать как одностороннюю сделку, направленную на прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 указанной статьи).

Статья 309 ГК РФ предусматривает, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Гражданское законодательство не допускает односторонний отказ от исполнения обязательства (ст. 310 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии со ст. 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки, производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Из материалов дела следует и не оспаривается сторонами, что по спецификации №39 от 17.12.2021 ответчиком не поставлены:

- корпус гидроперфоратора HL 1560T-65 в сборе (позиция №2), срок поставки - 11-12 недель с момента подписания спецификации,

- рем. комплект гидроперфоратора (позиция № 4), срок поставки - 14-15 недель с момента подписания спецификации.

По спецификации №13 от 18.01.2022 ответчиком не поставлены:

- буровая штанга L2400MM (позиция №3);

- буровая штанга L2800MM (позиция №5);

-  хвостовик к буровому станку Simba M6C 0090 5160 (позиция №8), срок поставки - 1-й квартал 2022.

По спецификации №40 от 25.01.2022 ответчиком не поставлены:

- карданные валы (позиции №№1-4, 6), гильза, втулка, рукав (позиция №8), набор для ТО ТН430 1000Н (позиция №17), срок поставки - 2 недели с момента подписания спецификации;

- турбокомпрессор (позиция №19), срок поставки - 4-5 недель с момента подписания спецификации;

- направляющий клапан (позиция №11), крыльчатка вентилятора (позиция №13), опорный двухрядный шариковый подшипник (позиция №15), фланец (позиция №18), срок поставки - 8-9 недель момента подписания спецификации;

- набор для ТО ТН430 250Н (позиция №14), набор для ТО ТН430 500Н (позиция №16), срок поставки - 12-13 недель момента подписания спецификации;

- зубчатый венец (позиция №7), срок поставки - 14-15 недель с момента подписания спецификации;

- комплект уплотняющих прокладок (позиция №12), срок поставки - 15-16 недель с момента подписания спецификации;

- карданный вал (позиция №5), гидроцилиндр поворота (позиция №10), срок поставки - 30-31 недель с момента подписания спецификации.

По спецификации №41 от 16.02.2022 ответчиком не поставлены:

- соединительное звено цепи (позиция №2), зубчатое колесо (позиция №3), комплект уплотнений (позиция №4), резиновый амортизатор (позиция №6), опорный двухрядный шариковый подшипник (позиция №7), комплект уплотнений 2 шт. (позиция №9), прокладка (позиция №10), фланец (позиция №11), срок поставки - 8-9 недель с момента подписания спецификации;

- цепь (позиция №13), срок поставки - 10-11 недель с момента подписания спецификации;

- пластина, плита (позиция №5), регулятор (позиция №8), срок поставки - 12-13 недель с момента подписания спецификации;

- Cylinder Displacement KIT (позиция №14), срок поставки - 13-14 недель с момента подписания спецификации;

- цепь (позиция №12), срок поставки - 14-15 недель с момента подписания спецификации.

Ссылаясь на невозможность поставки товара, ответчик направил в адрес истца уведомление №7890 от 23.08.2022 о расторжении договора поставки с 31.08.2022, сославшись на наступление невозможности исполнения обязательств вследствие введения иностранными контрагентами ответчика ряда ограничений и дополнительных требований к товарам, поставляемым в адрес РФ, введения ЕС существенных ограничений на транспортное сообщение с РФ, принятия Советом Европейского Союза Решения № 2022/576 от 08.04.2022, запрещающего основному субпоставщику ответчика поставлять на территорию Российской Федерации большой перечень запасных частей. Этим же уведомлением ответчик предложил истцу подписать приложенное соглашение о расторжении договора поставки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 450.1 ГК РФ предоставленное данным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено данным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Договор считается расторгнутым с момента, когда сторона, наделенная в силу закона правом на односторонний отказ от договора, доведет свое решение в надлежащей форме до контрагента по договору. При этом волеизъявление на отказ от договора должно быть четко и ясно выражено.

Согласно пункту 1 статьи 416 ГК РФ обязательство прекращается невозможностью исполнения, если она вызвана наступившим после возникновения обязательства обстоятельством, за которое ни одна из сторон не отвечает.

По смыслу статьи 416 ГК РФ невозможность исполнения обязательства наступает в случае, если действие, являющееся содержанием обязательства, объективно не может быть совершено ни одним лицом.

Согласно разъяснениям, приведенным в пунктах 36 и 37 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 11.06.2020 №6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств», в соответствии с пунктом 1 статьи 416 ГК РФ обязанность стороны прекращается в силу объективной невозможности исполнения, наступившей после возникновения обязательства и имеющей неустранимый (постоянный) характер, если эта сторона не несет риск наступления таких обстоятельств. Невозможность исполнения является объективной, когда по обстоятельствам, не зависящим от воли или действий должника, у него отсутствует возможность в соответствии с законом или договором исполнить обязательство как лично, так и с привлечением к исполнению третьих лиц.

Ответчик указал, что невозможность поставки обусловлена объективными причинами, а именно введением санкций, исключающих возможность официальной поставки спорных комплектующих.

В то же время, стороны освобождаются от ответственности за частичное или полное неисполнение обязательств по договору, если оно явилось следствием обстоятельств непреодолимой силы, а именно:    пожара, наводнения, катастроф, землетрясения, забастовок, беспорядков, войн, эпидемий, массовых заболеваний, карантинов, введения режима чрезвычайной ситуации органами государственной власти, вмешательства властей, изменения законодательства, в том числе изменяющего действующий на момент заключения настоящего договора порядок экспортных, импортных операций, эмбарго, в том числе иных обстоятельств, повлекших закрытие завода-производителя, ограничение перевозок, которые Стороны не могли предвидеть и/или предупредить.

В письме Торгово-Промышленная палата Российской Федерации от 22.03.2022 №ПР/0181 разъяснено, что пунктом 3 статьи 401 ГК РФ такие обстоятельства, как нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника и отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, в том числе, по причине введения санкций со стороны недружественных стран, к обстоятельствам непреодолимой силы не отнесены.

Из представленных в материалы дела спецификаций, следует что, срок исполнения (поставки) комплектующих наступил до введения санкций со стороны недружественных стран.

Доказательства наступления именно объективной невозможности исполнения ответчиком обязательств по договору поставки, выраженные в письме №7890 от 23.08.2022, в материалы дела не представлены (статьи 9, 65 АПК РФ).

Из материалов дела следует и не оспаривается сторонами, что настоящий договор и спецификации к нему заключены до 09.04.2022, ввиду чего ответчику надлежало исполнить принятые на себя обязательства.

Из пояснений представителя ответчика данных в судебном заседании (19.07.2023) следует, что фактически уведомление носило предупредительных характер. В нарушение ст. 9, 65 АПК РФ ответчиком не представлены документы в подтверждение правомерности заявленного отказа от исполнения договора.

Суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для одностороннего отказа от исполнения обязательств со ссылкой на ст. 416 ГК РФ, ввиду чего признал уведомление №7890 от 23.08.2022 о расторжении договора поставки с 31.08.2022, недействительным (пункт 1 статьи 168 ГК РФ).

Далее ответчик направил в адрес истца уведомление №742 от 23.09.2022, указав на прекращение действия договора поставки в связи с исполнением сторонами обязательств.

По общему правилу, ординарным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 ГК РФ).

Между тем, из материалов дела следует и не оспаривается сторонами, что по вышеуказанным спецификациям ответчик обязательства по поставке исполнил частично (ст. 9, 56 АПК РФ), таким образом, у суда отсутствовали основания для признания отказа истца выраженного в уведомлении №742 от 23.09.2022 правомерным, в связи с чем, суд признал уведомление №742 от 23.09.2022 о расторжении договора поставки с 31.08.2022, недействительным.

Выводы суда в данной части сторонами не оспариваются, в связи с чем, апелляционной инстанцией не проверяются.

Впоследствии письмом №893 от 30.11.2022 ответчик вновь уведомил истца о расторжении договора поставки с 31.12.2022, указав на наступившую невозможность исполнения обязательств, а также на положения, содержащиеся в разделе 10 договора поставки «Оговорка об экономических и торговых санкциях».

В соответствии с п. 10.1 договора, на стороны, обязательства сторон и товары могут распространяться режим эмбарго, административные ограничения или другие подобные обстоятельства, применимые положения правил и норм экспортного и торгового регулирования США, Великобритании, Европейского Союза и государств, входящих в Европейский Союз, находящиеся вне контроля сторон (далее - «обстоятельство»), которые могут воспрепятствовать или ограничить исполнение стороной обязательств по настоящему договору. Каждая из сторон не несет ответственности за прямые или косвенные убытки, простой, расходы, издержки, ущерб, и т.п., прямо или косвенно причинённые другой стороне или организациям УГМК в связи с таким обстоятельством. Каждая из сторон, включая организации УГМК, отказывается от любых возможных претензий и применения мер ответственности, в связи с неисполнением обязательств другой стороной по настоящему договору по причине наличия обстоятельств.

В случае наступления какого-либо обстоятельства, препятствующего исполнению настоящего договора, Сандвик и УГМК:

а) предпримут совместные действия, направленные на изменение договора, например, изменят график исполнения договора и его условия в том объеме, в котором его необходимо адаптировать к изменившимся обстоятельствам;

б) при невозможности изменить договор, каждая из сторон вправе в одностороннем внесудебном порядке отказаться от исполнения настоящего договора, уведомив другую сторону. Если иное не указано в уведомлении, договор признается расторгнутым с момента получения другой стороной соответствующего уведомления (п. 10.2 договора).

Согласно ст. 431 ГК РФ, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

В соответствии с данной нормой, если буквальное толкование не позволяет определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Как неоднократно указывалось Верховным Судом Российской Федерации (например, в определениях ВС РФ от 07.06.2017 №302-ЭС17-6131, от 15.08.2016 №305- ЭС16-4576 по делу №А40-200411/2014), при толковании условий договора к вопросам ответственности предъявляются повышенные требования к определенности и непротиворечивости условий договора, в связи с чем, расширительное толкование таких условий договора не допускается.

При буквальном толковании п. 10 договора поставки предусматривает однозначные условия для его применения сторонами при возникновении следующих обстоятельств:

Введение зарубежными странами или группами стран торговых санкций, ограничений, эмбарго.

Введенные меры могут воспрепятствовать/ограничить или уже воспрепятствовали/ограничили исполнение стороной обязательств по договору поставки.

На основе пояснений сторон суд пришел к мнению, что действительная общая воля сторон (абз. 2 ст. 431 ГК РФ) была направлена на достижение именно того результата, который зафиксирован в п. 10 договора поставки, а именно на признание сторонами факта отсутствия нарушения договора поставки и правомерности одностороннего отказа от него в случае введения зарубежными странами мер ограничительного характера, которые будут препятствовать приобретению ответчиком производимого за пределами РФ товара для последующей перепродажи его истцу.

Иное никак не следует из однозначных и недвусмысленных формулировок текста п. 10 договора поставки, а какого-либо мотивированного обоснования обратного истец не представил.

В подтверждение своих доводов ответчик представил письмо зарубежного поставщика Sandvik Mining and Construction Logistics от 06.02.2023.

Как следует из данного письма, указанные в нем торговые ограничения являются причиной приостановки зарубежным поставщиком поставок в адрес ответчика и корреспондируют формулировкам п. 10 договора поставки, согласно которому ответчик вправе отказаться от договора в случае введения данных ограничений.

В подтверждение того, что именно у указанного поставщика ответчик закупал товары для последующей перепродажи истцу, ответчик представил контракт №100.5.2008 от 01.10.2008 с Sandvik Mining and Construction Logistics с дополнительными соглашениями №22 от 17.04.2018, №23 от 18.05.2018, №24 от 29.01.2019, а также с инвойсом от 12.01.2021.

Кроме того в судебном заседании 26.04.2023 представитель ответчика представил на обозрение суда в качестве примера декларацию на товары от 22.01.2021 на 393 листах.

Из указанных документов видно, что указанный контракт исполнялся сторонами посредством поставок больших партий товаров на склад ответчика в логистическом центре Внуково.

Договор оказания складских услуг предоставлен ответчиком в материалы дела, договор срочный, из пояснений ответчика, не опровергнутых документально истцом, следует, что договор прекратил свое действие.

Доводы истца относительно наличия на территории Российской Федерации складов ответчика судом обоснованно отклонены, так как носят предположительных характер. Ответчик отрицает факт нахождения спорного товара на других складах.

При этом, письма представленные истцом, в подтверждение доводов о том, что у ответчика был товар, не являются надлежащими доказательствами, в связи с тем, что из содержания указанных писем не следует, что именно товар который ответчик должен был поставить истцу по спорному договору, находится у данных лиц, ответчик данное обстоятельство оспаривает.

Кроме того, наступление обстоятельств, предусмотренных п. 10 договора поставки (т.е. введение зарубежными странами широкого перечня санкционных ограничений), является общеизвестным фактом и подтверждается рядом общеизвестных публикаций. Истец факт наступления данных обстоятельств не оспаривает.

В качестве подтверждения введения зарубежными странами мер ограничительного характера, которые препятствуют исполнению договора поставки, ответчик представил нотариально заверенный перевод заключения специалиста по праву Европейского союза от 25.04.2023, согласно которому всеобъемлющий характер введенных ограничений уже сам по себе создает препятствие зарубежному поставщику в доставке товара в Россию. Кроме того, согласно указанному заключению, введение ограничений в отношении хотя бы одного наименования товара препятствует поставке и остальных товаров по договору. Ответчиком представлены нотариально заверенные частичные переводы Регламент Совета ЕС 2023/427 от 25.02.2023 и Регламент Совета ЕС 2022/576 от 08.04.2022, из которых следует наличие прямых ограничений на ввоз в Россию ряда наименований товаров, которые подлежали поставе ответчиком истцу. Содержание норм иностранного права, изложенное в данном заключении, истцом не оспорено, доказательств иного регулирования в материалы дела не представлено.

Суды находят необоснованным довод истца о необходимости иного толкования п. 10 договора поставки (в пользу истца или с учетом действительной общей воли сторон), поскольку истец не представил каких-либо доказательств в поддержку данного довода.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу, что, предлагая расширительное толкование п. 10 договора поставки, истец действует непоследовательно. При согласовании условий договора поставки истец не заявил никаких возражений относительно содержания п. 10 договора поставки, не предлагал его как-либо изменить, его действительность в суде не оспаривал. Таким образом, подобные действия нарушают принцип недопустимости противоречивого поведения (т.н. принцип «эстоппель») и являются самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении (определение Верховного Суда РФ от 08.04.2022 №305-ЭС22-3047 по делу №А40-190181/2020, определение Верховного Суда РФ от 07.07.2022 №307-ЭС22-6562 по делу №А26-7222/2020, определение Верховного Суда РФ от 18.07.2022 №305-ЭС22-10975 по делу №А40-217297/2020).

Из текста заключенного договора поставки никак не следует, что для применения стороной п. 10 договора поставки необходимо доказать наличие обстоятельств непреодолимой силы (п. 9 договора поставки). Таким образом, в настоящем деле отсутствуют основания для применения ограничений, предусмотренных п. 3 ст. 401 ГК РФ (нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров).

Доводы истца о необходимости доказывания ответчиком принятия мер по адаптации договора поставки к изменившимся условиям также отклонены как не относящийся к предмету настоящего разбирательства. Пункт 10 договора поставки не предусматривает, что вопрос изменения (адаптации) договора актуален для применения п. 10.1 (вопрос взыскания неустойки).

В случае отказа от договора на основании п. 10.2 предварительные попытки изменения договора должны происходить по инициативе и при согласии обеих сторон, действующих разумно и добросовестно. Материалами дела не подтверждается, что со стороны истца поступали какие-либо предложения по изменению договора поставки.

Довод истца о том, что письмо завода-изготовителя от 06.02.2023 является не относимым доказательством, также подлежал отклонению.

Приложением №2 к договору поставки (стандартная гарантия компании) подтверждается осведомленность истца о том, что производителем оборудования по договору поставки является именно Sandvik, в связи с чем, у суда отсутствуют основания для критической оценки письма.

Суд отклоняет довод истца о том, что в настоящем деле применению подлежит ст. 401 ГК РФ в части, обязывающей должника доказывать свою невиновность, а именно принятие им всех мер для надлежащего исполнения обязательства.

Ст. 401 ГК РФ касается случаев неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в то время как в п. 10 договора поставки стороны заключили сделку, совершенную под условием наступления указанных в данном пункте обстоятельств.

Согласно п. 1 ст. 157 ГК РФ, сделка считается совершенной под отлагательным условием, если стороны поставили возникновение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или не наступит. Согласно п. 2 указанной статьи, сделка считается совершенной под отменительным условием, если стороны поставили прекращение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или не наступит.

Следуя буквальному толкованию п. 10 договора поставки, действительная общая воля сторон направлена на то, что при наступлении определенных обстоятельств:

Ответчик не будет считаться нарушившим договор, а у истца не возникнет право требовать взыскания неустойки, убытков или иного вида гражданско-правовой ответственности (сделка, совершенная под отменительным условием).

Ответчик будет вправе в одностороннем порядке отказаться от договора поставки (сделка, совершенная под отлагательным условием).

Поскольку наступление обстоятельств, предусмотренных п. 10 договора поставки от ответчика не зависит, постольку вопрос его вины в контексте условных сделок возникнуть не может. Таким образом, п. 10 договора поставки не ответчик должен доказывать свою невиновность, а истец должен доказать, что ответчик недобросовестно способствовал наступлению обстоятельств, предусмотренных данным пунктом договора (п. 3 ст. 157 ГК РФ). Соответствующих доказательств истцом не представлено (ст. 9, ст. 65 АПК РФ).

Ссылки истца относительно того, что ответчик не доказал, что товар закупался в США, Великобритании, Европейского Союза и государств, входящих в Европейский Союз, в подтверждение чего представил публикацию о производстве товара фирмы Sandvik в КНР, суд правомерно не принял. Поскольку доказательств того, что подразделение фирмы Sandvik в КНР производит именно продукцию, которая подлежала поставке ответчиком истцу в материалы дела не представлено, как и не представлено доказательств того, что данное подразделение поставляет товар на территорию Российской Федерации (ст. 9, ст. 65 АПК РФ).

В связи с этим суд также отклонил ссылку истца на коммерческие предложения от ООО «Бизнес Сервис», ООО «Титаниум-ДВ», АО «Террамайн» (коммерческие предложения ПЕ13 от 02.02.2023, 2023-28 от 02.02.2023, 219 от 28.02.2023), как не относящиеся к делу, не подтверждающие возможность закупки товара напрямую у европейского поставщика, как это было фактически согласовано сторонами.

Доводы истца относительно того, что ответчик соблюдает меры ограничительного характера, введенные недружественными странами, в связи с тем, что в учредителях ответчика числиться иностранная компания, судом не приняты во внимание, так как носят продолжительный характер и документально не подтверждены (ст. 65 АПК РФ).

Принимая во внимание вышеизложенное, арбитражный суд пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для признания одностороннего отказа ответчика от исполнения договора №17-06/20 от 09.01.2020, выраженного в письме №893 от 30.11.2022 поставки недействительным.

Суд также нашел необоснованным довод истца о ничтожности одностороннего отказа ответчика от договора поставки.

В соответствии со ст. 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Согласно абз. 2 п. 85 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в качестве сделок, совершенных с указанной (антисоциальной) целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми.

При этом данное основание ничтожности может быть применено, только если доказан умысел хотя бы одной из сторон на совершение такой сделки (абз. 4 п. 85 Постановления Пленума №25).

Поскольку материалами дела подтверждается, что ответчик следует режиму санкций, судом не установлено наличие у ответчика «антисоциального умысла» при отказе от договора поставки. Таким образом, основания для применения ст. 169 ГК РФ в настоящем деле отсутствовали.

На основании вышеизложенного, суд правомерно отказал в удовлетворении исковых требований в указанной части.

Разрешая требование истца о взыскании с ответчика неустойки за просрочку поставки товаров, арбитражный суд пришел к следующему.

В соответствии со ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения.

Неустойка является способом обеспечения исполнения обязательства, представляющим форму имущественной ответственности за его нарушение.

В соответствии с пунктом 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности при просрочке исполнения, законом или договором может быть предусмотрена обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму (неустойку), размер которой может быть установлен в твердой сумме - в виде периодически начисляемого платежа - пени или штрафа.

Согласно пункту 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 по смыслу статьи 330 ГК РФ, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ).

Соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке (статья 331 ГК РФ),

В случае несвоевременной поставки продукции поставщик уплачивает покупателю неустойку в размере 0,05% от стоимости не поставленной или недопоставленной продукции за каждый календарный день просрочки, но не более 5% от общей стоимости не поставленной в срок (недопоставленной) продукции (п. 7.1, 7.2 в редакции протокола разногласий от 19.02.2020 к договору поставки №17-06/20 от 09.01.2020).

Поскольку условие о неустойке указано в тексте договора поставки, требование о письменной форме соглашения о неустойке сторонами выполнено.

Включенная в договор неустойка выполняет обеспечительные функции и является дополнительным к основному обязательством. Удовлетворение требований о взыскании договорной неустойки возможно только в случае наличия факта нарушения ответчиком основного обязательства.

Факт просрочки нарушения обязательства по поставке части продукции ответчиком по первоначальному иску не оспаривается.

Поскольку имеющиеся в деле доказательства позволяют сделать вывод о ненадлежащем исполнении ответчиком обязательств по своевременной поставке товара, суд посчитал требование истца о взыскании договорной неустойки за просрочку поставки товара обоснованным.

Истец начислил ответчику неустойку за просрочку поставки товаров в соответствии с пунктом 7.2 договора (в редакции протокола разногласий от 19.02.2020) в размере 5 364,75 евро (с учетом 5% ограничения неустойки по условиям договора).

Исходя из разъяснений, приведенных в абзаце 2 п. 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 №16 «О свободе договора и ее пределах», согласно п. 4 ст. 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано обязательными для сторон правилами, установленными законом или иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения (ст. 422 ГК РФ). В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

В соответствии с п. 4 ст. 523 ГК РФ договор считается измененным или расторгнутым с момента получения одной стороной уведомления другой стороны об одностороннем отказе от исполнения договора полностью или частично, если иной срок расторжения или изменения договора не предусмотрен в уведомлении либо не определен соглашением сторон.

В уведомлении о расторжении договора исх. №893 от 30.11.2022 ответчик отказался от исполнения договора, в том числе с учетом п. 10.2. договора и уведомил о расторжении договора с 31.12.2022.

В связи с тем, что суд признал действительным отказа от договора, выраженный в письме №893 от 30.11.2022, и согласно указанному отказу от договора срок действия договора прекращен 31.12.2022, суд первой инстанции верно указал, что требования истца в части взыскания пени, подлежат взысканию за период с 09.02.2022 по 31.12.2022, за вычетом периода действия моратория с 01.04.2022 по 01.10.2022 (постановление Правительства РФ от 28.03.2022 №497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами», применение которого лицами, участвующими в деле, не оспаривалось).

Оснований для освобождения ответчика от ответственности в виде пени, ранее даты 31.12.2022 судом не установлено.

Более того, из буквального содержания условий раздела 10 договора не следует, что до даты расторжения договора стороны отказываются от начисления неустойки.

При таких обстоятельствах суд признал арифметически верным контррасчет ответчика, представленный в материалы дела 11.03.2023, согласно которому неустойка согласно пункту 7.2 договора подлежит удовлетворению в размере 5 116, 23 евро (с учетом действия моратория, а также до даты расторжения договора 31.12.2022) указанный размер неустойки не превышает установленного ограничительного размера в 5%.

Расчеты судами проверены, признаны верными.

В связи с чем, требования истца в части взыскания с ответчика пени подлежат удовлетворению частично в размере 5 116, 23 евро. В удовлетворении остальной части исковых требований суд отказал.

Поскольку судом признано обоснованным начисление неустойки в размере 5 116,23 евро, данное требование подлежит перерасчету в рублевом эквиваленте, определенном по курсу Центрального Банка Российской Федерации, на дату платежа.

В этой связи апелляционный суд, оценив и исследовав представленные в материалы дела доказательства и обстоятельства дела в совокупности и во взаимосвязи в соответствии со статьей 71 АПК РФ, приходит к выводу о том, что суд первой инстанции правомерно признал исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению частично.

Иные доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанций при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

С учетом изложенного, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы на уплату государственной пошлины, понесенные при подаче апелляционной жалобы, относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 25 июля 2023 года по делу №А60-457/2023 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

С.В. Темерешева 

 

Судьи

 

 

В.И. Мартемьянов 

 

 

О.Н. Чепурченко