ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

г. МоскваДело № А40-209551/17-58-1911

«28» мая 2018г.

Резолютивная часть решения объявлена 05 апреля 2018 года

Решение в полном объеме изготовлено 28 мая 2018 года

Арбитражный суд города Москвы в составе:

Судьи Жура О.Н. 

при секретаре судебного заседания Поддубном Е.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску АО «ФИО1 А.» (Итальянская Республика, 280041, 

<

...>), ООО «СПИГ-Восток» (ОГРН 

<

***>, 

<

...>, пом. VI, ком. 12) к ответчикам – ФИО2, ФИО3, третьему лицу ООО «Арвал» (115280, 

<

...>) о возмещении убытков, признании сделки недействительной,

с участием: представитель истца АО «ФИО1 А.» – ФИО4 (паспорт, доверенность от 13.09.2017г.), представитель ООО «СПИГ-Восток» - ФИО5 (паспорт, доверенность от 04.08.2017г.), представитель ответчика ФИО2 – ФИО6 (паспорт, доверенность от 05.09.2017г.),

Установил:

Определением от 20.11.2017 г. принято к производству исковое заявление АК «ФИО1 А.», ООО «СПИГ-Восток»  к ответчикам – ФИО2, ФИО3, третьему лицу ООО «Арвал» о возмещении убытков, признании сделки недействительной.

Исковое заявление мотивировано тем, что ответчик, используя свое положение генерального директора общества, на основании фиктивных документов почти ежемесячно выезжала в Италию в личных целях за счет денежных средств ООО «СПИГ-Восток». Указанные поездки оформлялись как служебные командировки. Общая сумма, потраченная обществом на поездки в Италию, составила 8 085 988,37 руб. за период с 2010 года по 2017 год. Помимо этого, в период с 01.01.2015 г. по 19.05.2017 г. ответчиком незаконно увеличен должностной оклад генерального директора на общую сумму в размере 3 436 065 руб., а также начислены и выплачены премии по результатам работы на общую сумму 974 400 руб., в связи с чем, общество понесло убытки в виде налога на доходы физического лица  и взносы в фонды, уплаченные с указанных сумм,   в размере 1 637 004, 40 руб. Истцом также заявлены требования о взыскании с ответчика просроченной задолженности по уплате арендной платы за использование служебного автомобиля в личных целях в размере 442 452,20 руб. в соответствии с Генеральным соглашением об аренде транспортных средств от 07.03.2012 г.  № С001356, договором аренды от 13.02.2015 г. № С001356-02092013. Кроме этого, истец просил признать недействительной сделку по передаче прав по администрированию доменным именем spig-vostok.ru в пользу ФИО3, совершенную ФИО2 в качестве генерального директора ООО «СПИГ-Восток», и применить последствия недействительности сделки в виде возврата прав по администрированию домена spig-vostok.ru ООО «СПИГ-Восток».

Судом в порядке ст. 49 АПК РФ принято к производству заявление об увеличении исковых требований, в котором истец просит взыскать с ответчика убытки, связанные с незаконным удержанием и использованием транспортного средства, принадлежащего на праве аренды ООО «СПИГ-Восток», в размере 679 098,31 руб., а также дополняет правовые основания заявленных требований. 

В судебном заседании в порядке ст.ст. 163, 184  АПК РФ объявлялся перерыв до 05.04.2018 г., что отражено в протоколе судебного заседания.

В настоящем судебном заседании дело подлежало рассмотрению по существу.

Представители ответчика ФИО3, третьего лица, извещенные надлежащим образом, в судебное заседание не явились. От ответчика  ФИО3 в материалы дела поступило ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие. При таких обстоятельствах, дело в порядке ч.ч. 3,5 ст. 156 АПК РФ рассматривается в отсутствие представителей ответчика, третьего лица.

Представитель истцов в ходе судебного разбирательства поддержал исковые требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении, с учетом уточнения.

Представитель ответчика ФИО2 против удовлетворения заявленных исковых требований возражал в полном объеме по основаниям, изложенным в отзыве, дополнительных объяснениях, указав, что убытки ответчиком обществу не причинялись, действия ответчика являлись разумными, добросовестными, факт причинения ФИО2 убытков обществу  истцом не доказан.

Рассмотрев заявленные требования, изучив представленные доказательства, заслушав мнения сторон, суд пришел к выводу о том, что заявленные исковые требования не подлежат удовлетворению в связи со следующим.

Как следует из материалов дела, ООО «СПИГ-Восток» создано 30.08.2005 г.  итальянской  Акционерной компанией ФИО1 А (SPIG s.p.a.),   и гражданкой Российской Федерации ФИО2 Согласно п. 2.2.  Устава ООО «СПИГ-Восток», утвержденного протоколом № 14 Общего собрания участников от 24.06.2015 г., общество создано для осуществления на территории Российской Федерации, а также зарубежных стран коммерческой деятельности   в сфере проектирования,  инжиниринга, монтажа, поставки, строительства и т п. градирен, охладительных систем и других аналогичных установок и их компонентов и других видов оборудования.

Как усматривается из выписки из ЕГРЮЛ, участниками ООО «СПИГ-Восток» являются  Акционерная компания ФИО1 А  с долей в размере 95% уставного капитала; ФИО2 – 5 %  уставного капитала. 

Решением общего собрания участников, оформленных протоколом  общего собрания от 07.08.2005 г. № 1,  Генеральным директором общества назначена ФИО2 Согласно приказу от 30.08.2005 г. № 1 ФИО2  приступила к исполнению обязанностей.  Протоколом Общего собрания участников от 14.10.2013 г. полномочия ФИО2 в должности генерального директора продлены. 

Доказательств того, что с 19.05.2017 г. и на момент рассмотрения настоящего спора ФИО2 не является генеральным директором ООО «СПИГ-Восток», материалы дела не содержат. 

Так, согласно выписке из ЕГРЮЛ от 15.11.2017 г., представленной в материалы дела истцом, лицом, имеющим право без доверенности действовать от имени юридического лица ООО «СПИГ-Восток», является ФИО2

Требования ООО «СПИГ-Восток» в лице генерального директора ФИО7  о признании выхода ФИО2 из ООО «СПИГ-Восток»  состоявшимся и обязании МИФНС № 46 по г. Москве зарегистрировать соответствующие изменения в ЕГРЮЛ были предметом рассмотрения в рамках дела №  А40- 209169/2017. Решением суда от 31.01.2018 г. по делу №  А40- 209169/2017 в удовлетворении требований отказано.

В судебном заседании представитель ответчика пояснил, что с момента назначения на должность генерального директора общества и по настоящий день ФИО2 исполняет трудовые функции генерального директора ООО «СПИГ-Восток», сдает соответствующую бухгалтерскую отчетность, ведет переговоры, собирает общее собрание участников Общества и т.п. На дату судебного заседания согласно сведениям ЕГРЮЛ ФИО2 является генеральным директором ООО «СПИГ-Восток».

 

В силу п. 5 ст. 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»), с иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник.

В соответствии с п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу (п. 3 ст. 53 ГК РФ).

По смыслу названной нормы, нарушение принципа добросовестности и разумности представительских действий единоличного исполнительного органа, создающих соответствующие права и обязанности для общества вопреки его интересам, является основанием для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности за причиненные убытки по правилам корпоративного законодательства.

В силу п. 10 Постановления Пленума ВС РФ № 6, Пленума ВАС РФ №8 от 01.07.1996г. «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с возмещением убытков,  причиненных гражданам и юридическим лицам нарушением их прав, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (п. 2 ст. 15 ГК РФ). Необходимость таких расходов и их предполагаемый размер должны быть подтверждены обоснованным расчетом, доказательствами, в качестве которых могут быть представлены смета (калькуляция) затрат на устранение недостатков товаров, работ, услуг; договор, определяющий размер ответственности за нарушение обязательств, и т.п.

Для наступления ответственности, установленной правилами названной статьи, необходимо наличие состава (совокупности условий) правонарушения, включающего: факт нарушения другим лицом возложенных на него обязанностей (совершения незаконных действий или бездействия), наличие причинно-следственной связи между допущенным нарушением и возникшими у заявителя убытками, а также размер убытков.

При этом для взыскания убытков лицо, требующее возмещения причиненных ему убытков, должно доказать весь указанный фактический состав. Отсутствие хотя бы одного из условий ответственности не влечет удовлетворение иска.

Согласно п. 2 Постановления ВАС РФ №62 от 30.07.2013г. «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Согласно ч. 1 ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений. В силу ч. 2 ст. 9 АПК РФ, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В части требований о взыскании убытков в размере 8 085 988,37 руб., составляющих сумму, потраченную обществом на служебные командировки ФИО2 в личных целях, судом установлено следующее.

Согласно доводам иска, за период с 2010 по 2017 год ФИО2 почти ежемесячно выезжала в Италию в личных целях за счет ООО «СПИГ-Восток» в количестве 95 раз, при этом служебная необходимость выезжать в Италию отсутствовала, а указанные поездки не согласовывались с  АК «ФИО1 А».

В обоснование заявленных требований о возмещении причиненных генеральным директором общества ФИО2 убытков в части осуществления служебных командировок в личных целях истец ссылается на пригласительные письма, командировочные удостоверения, авиабилеты и посадочные талоны.

Факт служебных командировок в Италию в период с 2010 г. по 2017 г. ответчиком не оспаривается. Ответчиком представлены в материалы дела документы, обосновывающие служебные поездки ответчика в заявленный период.

02.04.2018 г. в материалы дела поступило заявление истцов о фальсификации доказательств, а именно: писем контрагентов ООО «СПИГ-Восток», направленных в ООО «СПИГ-Восток» и косвенно подтверждающих необходимость поездок представителей контрагентов в Италию для проведения рабочих встреч в период с 2010 г. по 2017 г. Заявление мотивировано тем, что в ответ на адвокатские запросы адвоката Адвокатского бюро "Падва и партнеры" ФИО8 истцами получены ответы, в соответствии с которыми уполномоченные лица соответствующих компаний подтвердили, что писем не направляли, содержание писем и подписанты являются вымышленными.

По результатам рассмотрения заявленного ходатайства о фальсификации, суд пришел к выводу о том, что в дело представлены противоречивые, взаимоисключающие доказательства, не позволяющие провести проверку заявления о фальсификации по правилам ст. 161 АПК РФ, способом, предложенным истцом, а именно: путем оценки представленных ответов на адвокатские запросы. Представленные доказательства недостаточны для проверки заявления по правилам ст. 161 АПК РФ.

Суд также принимает во внимание, что заявителем ходатайства не представлено в материалы дела соглашение на оказание юридической помощи  АО «ФИО1 А.» в порядке, предусмотренным Федеральным законом  от 31.05.2002 г. № 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации".

В связи с изложенным, суд расценивает его как заявление об оценке доказательств  в порядке ст. 71 АПК РФ, при этом, учитывая, что по делу собраны  достаточные доказательства для разрешения его по существу, а письма не имеют доказательственного значения с учетом предмета и оснований заявленных требований и достаточности совокупности собранных доказательств для рассмотрения дела.

В соответствии с п.1 ст. 40 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», договор между обществом и лицом, осуществляющим функции единоличного исполнительного органа общества, подписывается от имени общества лицом, председательствовавшим на общем собрании участников общества, на котором избрано лицо, осуществляющее функции единоличного исполнительного органа общества, или участником общества, уполномоченным решением общего собрания участников общества, либо, если решение этих вопросов отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества, председателем совета директоров (наблюдательного совета) общества или лицом, уполномоченным решением совета директоров (наблюдательного совета) общества. 

В соответствии со ст. 57 ТК РФ, в трудовом договоре указываются сведения о представителе работодателя, подписавшем трудовой договор, и основание, в силу которого он наделен соответствующими полномочиями. Обязательными для включения в трудовой договор являются условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты).

Согласно ст. 56 ТК РФ, трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В силу ч. 3 ст. 44 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» при определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа общества, членов коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Согласно ст. 166 Трудового кодекса РФ под служебной командировкой понимается  поездка работника по распоряжению работодателя на определенный срок для выполнения служебного поручения вне места постоянной работы. Служебные поездки работников, постоянная работа которых осуществляется в пути или имеет разъездной характер, служебными командировками не признаются.

Особенности направления работников в служебные командировки устанавливаются в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации.

Из указанных выше норм следует, что сам по себе генеральный директор общества работодателем не является, является наемным работником общества, только как орган управления и уполномоченное лицо является законным представителем работодателя в отношениях с другими работниками.

При оформлении командировки генерального директора применяются те же самые унифицированные формы, утвержденные Постановлением Госкомстата России от 05.01.2004 N 1, что и при направлении в командировки остальных сотрудников, а именно: приказ (распоряжение) о направлении работника в командировку; командировочное удостоверение; служебное задание для направления в командировку и отчет о его выполнении. Приказ (распоряжение) о направлении работника в командировку применяется для учета и направления руководителя в командировку. Заполняется на основании служебного задания, подписывается самим генеральным директором организации или уполномоченным им на это лицом.

Служебное задание и отчет о его выполнении подписываются и утверждаются самим руководителем организации. По возвращении из командировки генеральный директор составляет отчет о выполненной за период командировки работе, который предоставляется в бухгалтерию. Служебное задание отражает основные результаты поездки в кратком письменном отчете и подтверждает производственный характер расходов.

Согласно ч. 15 Постановления Правительства РФ от 13.10.2008 N 749 «Об особенностях направления работников в служебные командировки» (вместе с «Положением об особенностях направления работников в служебные командировки») направление работника в командировку за пределы территории Российской Федерации производится по распоряжению работодателя без оформления командировочного удостоверения, кроме случаев командирования в государства - участники Содружества Независимых Государств, с которыми заключены межправительственные соглашения, на основании которых в документах для въезда и выезда пограничными органами не делаются отметки о пересечении государственной границы.

Как установлено п. 2.1 Положения о служебных командировках ООО «СПИГ-Восток»  основанием для направления работника в служебную командировку является решение его руководителя о направлении в командировку, оформляемое в произвольном виде и согласованное с генеральным директором Общества, либо решение генерального директора Общества. 

В силу п. 2.2. Положения о служебных командировках ООО «СПИГ-Восток Генеральный директор Общества самостоятельно определяет необходимость, место, сроки начала и окончания своих служебных командировок.   

Судом отклоняется довод истцов о том, что Положение о служебных командировках ООО «СПИГ-Восток» является недопустимым доказательством в виду его отсутствия в архивах Общества и неосведомленности о наличии такого локального внутреннего нормативного акта второго учредителя Общества - АК «ФИО1 А.» в силу следующего.   Так, Положение о служебных командировках ООО «СПИГ-Восток» является внутренним локальным актом Общества, который утверждается его единоличным исполнительным органом без соответствующего согласования с общим собранием участников Общества. Довод истцов о том, что в архивах Общества отсутствует такое  положение о командировках, материалами дела не подтверждается. Суд принимает во внимание, что 19.05.2017 г. из офиса ООО «СПИГ-Восток» изъяты документы, относящиеся к хозяйственной деятельности общества, а также бухгалтерские и кадровые документы, что подтверждается имеющимся в деле материалом проверки органов полиции по заявлению  от 29.06.2017 г., сделанному  ФИО2, ФИО9, ФИО10  Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 19.07.2017 г., утвержденного Начальником Отдела МВД России по Басманному району г. Москвы,   следует, что документы общества изъяты представителями итальянской компании "Spig S.p.a." ФИО4, ФИО11 

В соответствии с п. 3.1.5 Трудового договора от 30.08.2005 г. № 1, заключенного ООО «СПИГ-Восток» с ФИО2 работник обязуется по распоряжению Организации отправляться в служебные командировки  по территории Российской Федерации и за рубеж. 

Из указанного следует, что вопрос о необходимости направления работника, в том числе и генерального директора Общества, в служебную командировку решается исключительно руководителем Общества без согласования с какими-либо еще органами управления Обществом, а также учредителями Общества. При этом, заключая трудовой договор, ФИО2 взяла на себя обязанность отправляться в служебные командировки, в том числе и за рубеж. 

При таких обстоятельствах довод о том, что АО «ФИО1 А.» не согласовывала командировки ФИО2 в Италию, в связи с чем, они носили незаконный характер и принесли Истцам убытки, судом отклоняется.  Обязанность согласования таких командировок у ФИО2,  как генерального директора общества отсутствовала. 

Довод истцов о самостоятельном проставлении ответчиком  штампа АК «ФИО1 А.» на командировочных удостоверениях материалами дела не подтверждается.

Суд принимает во внимание, что в соответствии с п. 1 Договора возмездного оказания услуг от 25.05.2006 г. № 4ву, заключенного между ООО «СПИГ-Восток» и АК ФИО1 А., заказчик (АК ФИО1 А)  поручает и оплачивает, а исполнитель (ООО «СПИГ-Восток») принимает на себя обязательства по оказанию заказчику комплекса услуг, в том числе по коммерческой работе с клиентами, включающей служебные командировки для рекламы  Заказчика и участие в тендерах от его имени; организации участия в специализированных выставках и презентациях продукции Заказчика;  помощи в организации подписания Заказчиком контрактов, также используя специализированные российские юридические структуры, для продажи производимой им продукции;  организации и осуществлению шеф-монтажа, а также проведению пуско-наладочных работ, обучению персонала покупателя и приемке оборудования заказчика.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что  из условий  Договора от 25.05.2006 г.  следует, что направление сотрудников, в том числе генерального директора, в служебные командировки, в том числе в Италию, вытекает из основной хозяйственной деятельности общества. При этом, АО «ФИО1 А.», заключая приведенный выше договор, прямо возложила на ООО «СПИГ-Восток» обязанность по оказанию услуг, которые включают в себя необходимые  заграничные  служебные командировки. 

В качестве подтверждения реализации Договора от 25.05.2006 г. в материалы дела представлена электронная переписка между АО «ФИО1 А.» и ООО «СПИГ-Восток».

Судом отклоняется довод истцов о том, что данная переписка не соответствует требованиям закона, поскольку  представлена в редактируемом формате и не удостоверена в надлежащем порядке в виде протокола обеспечения доказательств в силу ст. 102 «Основ законодательства РФ о нотариате» от 11.02.1993 г. № 4461-1.

Как установлено ч. 3 ст. 75 АПК РФ  документы, полученные посредством факсимильной, электронной или иной связи, в том числе с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», а также документы, подписанные электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, допускаются в качестве письменных доказательств в случаях и порядке, которые предусмотрены настоящим Кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами или договором.

Законодательство РФ не содержит требований к электронной переписке в качестве доказательств обязательного удостоверения в нотариальном порядке в виде протокола обеспечения доказательств в силу ст. 102 «Основ законодательства РФ о нотариате». 

Как установлено ст. 102 «Основ законодательства РФ о нотариате» по просьбе заинтересованных лиц нотариус обеспечивает доказательства, необходимые в случае возникновения дела в суде или административном органе, если имеются основания полагать, что представление доказательств впоследствии станет невозможным или затруднительным. 

Законом предусмотрена возможность обеспечивать доказательства в нотариальном порядке исключительно в случае, если есть основания полагать, что представление доказательств впоследствии станет невозможным или затруднительном.  

 Таким образом,  электронная переписка в силу закона не должна быть обеспечена в нотариальном порядке, такое обеспечение требуется только в том случае, если данная электронная переписка может быть утеряна. 

В судебном заседании представитель ответчика указал, что обычной практикой между истцом и ответчиком являлось общение посредствам электронной почты. Содержание самих электронных писем истцами не оспаривалось.

Исходя из представленной электронной переписки, ООО «СПИГ-Восток» при выставлении счетов на оплату за оказание услуг по указанному договору  представляло АК «ФИО1 А» всю информацию  касательно понесенных расходов, в том числе и оплата командировок, с точной суммой затрат.  АК «ФИО1 А» принимала их без замечаний и оплачивала, таким образом, согласовывала все командировки Ответчика.  

Доказательства того, что командировки ответчика не связаны со служебной необходимостью, с хозяйственной деятельностью общества, а действия ответчика являются недобросовестными, в дело не представлены. Напротив, действия истца, принимавшего без замечаний сведения о командировках ответчика и оплачивавшего их на протяжении длительного времени, а впоследствии  заявившего требование о взыскании убытков, не могут рассматриваться как добросовестные и не подлежат судебной защите. 

Судом установлено, что расходы на командировки были включены в счет оплаты услуг по договору возмездного оказания услуг № 4ву от 25.05.2006г.

Судом принимается во внимание, что протоколом Общего собрания учредителей Общества от 14.10.2013   № 13 продлены полномочия Генерального директора Общества ФИО2

Тот факт, что ФИО2 состоит в браке с итальянским гражданином, а также числится в реестре проживающих в г. Пиза, отношения к заявленным требованиям не имеет. 

В части требований о взыскании убытков, вызванных увеличением генеральным директором Общества ФИО2 должностного оклада на общую сумму 3 436 065 руб., судом установлено следующее.

Согласно п.1.1 Трудового договора от 30.08.2005 г. в соответствии с настоящим Договором организация обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством Российской Федерации, локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права,  своевременно и в полном размере выплачивать Работнику заработную плату, а Работник обязуется лично выполнять определенную настоящим Договором трудовую функцию, соблюдать действующие у организации правила внутреннего трудового распорядка. 

Указанный трудовой договор был заключен на основании протокола № 1 общего собрания учредителей  от 07.07.2005 г.,  которым на должность генерального директора Общества назначена ФИО2 Данный протокол не содержит требований к трудовому договору, а также к размеру заработной платы Генерального директора Общества.

По письменному согласованию с АК «ФИО1 А» ФИО2 установлен должностной оклад в размере 120 000 руб.  ФИО2 приступила к исполнению должностных обязанностей. Протоколом № 13 Общего собрания учредителей Общества  продлены полномочия генерального директора общества ФИО2 В указанном протоколе также не содержалось информации о необходимости заключения с ФИО2 дополнительного соглашения с ООО «СПИГ-Восток» и не определена исключительная компетенция на подписание таких дополнительных соглашений.

Должностной оклад генерального директора был увеличен в следующем порядке: Дополнительным соглашением № 1 от 01.01.2015 г. до размера 210 000 рублей; Дополнительным соглашением № 2 от 01.07.2015 г. до размера 230 000 рублей; Дополнительным соглашением № 3 от 01.12.2015 г. до размера 245 000 рублей; Дополнительным соглашением № 4 от 29.04.2016 г. до размера 310 000 рублей.

Согласно ст. 56 Трудового кодекса РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя. Сторонами трудового договора являются работодатель и работник.

Материалами дела подтверждается, что  согласования по увеличению заработной платы ФИО2, установленные дополнительными соглашениями до размера  310 000 руб.,  осуществлены с представителями АК «ФИО1 А», что следует из  электронной   переписки от 27.09.2016 г. с АК «ФИО1 А», в которой АК «ФИО1 А.» были запрошены документы, подтверждающие увеличение заработной платы ФИО2 со 120 000 рублей до 310 000 рублей. 

Кроме этого, судом принимается во внимание, что АК «ФИО1 А» не могла не знать о размере заработной платы Ответчика, поскольку компания знакомилась с годовыми отчетами общества, в котором указан в том числе и фонд оплаты труда.  Данные факты подтверждаются электронной перепиской ООО «СПИГ-Восток» с АК «ФИО1 А.», по которой передавалась вся информация о деятельности ООО «СПИГ-Восток». Так,  в письме от 19.05.2016 г. ООО «СПГ-Восток» представляет данные по затратам на персонал, в том числе лично на ФИО2 Какие-либо возражения от мажоритарного участника общества относительно размеров выплат ответчику, относительно командировок ответчика не заявлялись.

Вместе с тем, в силу ч. 2 ст. 37 Конституции РФ, принудительный труд запрещен, ответчику подлежала начислению заработная плата. 

Выплаченные ответчику в качестве заработной платы денежные средства являются вознаграждением за труд, и не могут рассматриваться в качестве убытков, причиненных недобросовестными и неразумными действиями ответчика.

В части требования о взыскании выплаченных премий в размере 974 400 руб. судом установлено следующее.

Согласно ст. 129 Трудового кодекса РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты). 

Как установлено ст. 135 Трудового кодекса РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Согласно п. 4.3 Трудового договора от 30.08.2005 г. в случае надлежащего исполнения работником должностных обязанностей, по результатам хозяйственной деятельности Компании по итогам месяца Работнику выплачивается ежемесячно премия от 1% до 100% от должностного оклада.

Согласно п. 4.5 договора, работнику также могут устанавливаться  доплаты, надбавки и иные поощрительные выплаты  в соответствии с внутренними нормативными актами организации.

Поскольку выплаченные премии соответствовали установленным в п. 4.3 трудового договора условиям и были сделаны при отсутствии убытков у Общества, а ФИО2 за период работы не были применены меры дисциплинарного взыскания, следовательно, ответчик имел право на начисление и выплату соответствующих премий.  

Кроме этого, суд учитывает, что согласно имеющимся в материалах дела доказательствам  все выплаты премий и заработных плат в Обществе согласовывались с АК «ФИО1 А» по электронной почте, следовательно, истец знал о них и на момент их осуществления и одобрял данные выплаты.   

Ответчиком в отзыве заявлено о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным требованиям о взыскании убытков, связанных с излишней выплатой заработной платы, премий и командировочных расходов.

Согласно ст. 195 ГК РФ, исковой давностью признается срок для защиты права лица, право которого нарушено. В соответствии со ст. 196 ГК РФ, общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Течение срока исковой давности в силу ст. 200 ГК РФ начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В дело представлены доказательства того, что АК "СПИГ СПА" знало о командировках ФИО2, размере выплаченной ей заработной платы и премий, что подтверждается перепиской сторон, из которой следует факт согласования командировок, а также фактом утверждения истцом, владеющим 99% уставного капитала общества, годовых бухгалтерских отчетов, содержащих сведения о фонде заработной платы. Кроме того, АК "СПИГ СПА", являясь заказчиком по договору от 25.05.2006г., знало  о командировках ответчика, поскольку оплачивало услуги ООО "СПИГ-Восток"  в полном объеме без замечаний. 

Применительно к обстоятельствам настоящего спора, в отношении которого сформирована судебная практика, в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором (абз. 2 п. 10 Постановления ВАС РФ №62 от 30.07.2013г. «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

Довод истца о том, что о причиненных обществу убытках ему неизвестно, доказательно не подтвержден и опровергнут представленными ответчиком доказательствами.

Контролирующий участник общества (99% уставного капитала общества) участвовал в утверждении годовых финансовых отчетов, имел возможность знакомится с финансовой отчетностью за указанный период. 

Из представленных в материалы дела доказательств усматривается, что общество систематически направляло контролирующему участнику отчетность по доходам и расходам, в которой отражены и произведенные в пользу ответчика выплаты, а также согласовывались командировки.

Исковое заявление подано в суд 08.11.2017г., о чем свидетельствует отметка канцелярии Арбитражного суда г.Москвы.

С учетом совокупности изложенных фактов, суд приходит к выводу о том, что и обществу, и контролирующему участнику общества, владеющему 99% уставного капитала, обстоятельства, явившиеся основаниями заявленных исковых требований за период 2010-2014г.,  были известны, в связи с чем срок исковой давности истек по всем требованиям взыскании убытков, связанных с излишней выплатой ответчику заработной платы,  премий и командировочных расходов, возникшим до 08.11.2014г. 

В силу п.2 ст. 199 ГК РФ, истечение исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума ВАС РФ от 28.02.1995 N 2/1 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" указывается, что заявление стороны в споре о применении срока исковой давности, является основанием к отказу в иске при условии, что оно сделано на любой стадии процесса до вынесения решения судом первой инстанции и пропуск указанного срока подтвержден материалами дела.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12.11.2001 N 15 и Пленума ВАС РФ от 15.11.2001 N 18 "О некоторых вопросах, связанных с применением Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абзацем вторым части 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

В части требования о взыскании убытков, связанных с незаконным удержанием и использованием транспортного средства в размере  679 098, 31 руб. судом установлено следующее.

Как установлено судом, автомобиль марки Ниссан Мурано передан ООО «СПИГ-Восток» по заключенному с ООО «АРВАЛ» договору аренды от 13.02.2015 г. № С0011356-020913, неотъемлемой частью которого является Генеральное соглашение об аренде транспортных средств от 07.03.2012 г. № С001356. 

Договор аренды не оспаривался, недействительным не признан, доказательства того, что договор не направлен на достижение хозяйственных целей общества, отсутствуют.

Договором аренды транспортного средства определен размер ежемесячной арендной платы в размере  78 668,89  руб.

 Заявленная ко взысканию сумма в размере 679 098, 31 руб. является задолженностью ООО «СПИГ-Восток» перед ООО «Арвал»  по указанному выше договору аренды транспортного средства и представляет собой расходы Общества в рамках исполнения договорных обязательств, а не убытки по смыслу  ст. 15 ГК РФ.     

Действия ответчика по оплате контрагенту предоставленного по договору аренды  исполнения расцениваются как надлежащее исполнение обязательств по смыслу ст.ст. 309,310 ГК РФ  и не могут рассматриваться как действия, напарвленные на причинение генеральным директором обществу убытков.

Согласно ст. 642 Гражданского кодекса РФ по договору аренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации.

В материалы дела представлены доказательства того, что ФИО2, как генеральным директором ООО «СПИГ-Восток», были подготовлены и неоднократно направлены необходимые платежные поручения в банк об оплате арендных платежей. Как указал представитель ответчика в судебном заседании, ФИО2 обращалась в ООО «АРВАЛ» с заявлением о том, что является генеральным директором и использует автомобиль на законных основаниях. Невозможность осуществления платежей обусловлено блокированием обслуживающим банком расчетного счета Общества по причине наличия   корпоративного конфликта, а также письма ФИО11, который назначен АК «ФИО1 А» генеральным директором  в обслуживающий банк  о приостановлении полномочий ФИО2 как Генерального директора Общества. 

Наличие корпоративного конфликта в обществе не означает, что ФИО2 является незаконным генеральным директором Общества и не имеет право использовать транспортное средство в служебных целях. 

В части требования об обязании вернуть автомобиль ООО «АРВАЛ», суд исходит из того, что истцы такими полномочиями от имени ООО «АРВАЛ» не обладают. Фактически заявляя данное  требование, истцы просят суд обязать третье лицо  принять транспортное средство, то есть просят принять решение в пользу третьего лица, который самостоятельные требования не заявляет, хотя обладает в полной степени правоспособностью и может самостоятельно выступать от собственного имени в суде.      

Суд принимает во внимание, что в материалы дела представлен акт возврата  транспортного средства (акт приемки-передачи) от 20.03.2018 г.

Таким образом, истцом не доказана недобросовестность и неразумность ответчика при заключении и исполнении указанного договора, а также направленность требования на восстановление нарушенного права (ст. 4 АПК РФ). 

В части требования о признании сделки по передачи доменного имени www.spig-vostok.ru недействительной по основаниям, предусмотренным ст. ст. 10, 1225, 1474, 1539 ГК РФ судом установлено следующее.  

В соответствии с данными, полученными с сайта ООО "Регистратор 1" общество оказывает услуги по регистрации доменных имен в домене RU, продлению регистрации доменного имени в домене RU.

С 17.05.2006 г. ООО "Регистратор 1" является регистратором доменного имени spig-vostok.ru. ООО «СПИГ-Восток» являлось администратором (владельцем) доменного имени spig-vostok.ru в период  17.05.2006 г. по 20.06.2017 г.

11.05.2017 г. ФИО2 подписано письмо  исх. № 026/2017 на имя ООО "Регистратор 1" о передаче прав администрирования доменного имени spig-vostok.ru ФИО3 

В соответствии с п. 6.2 Правил регистрации доменных имен  в доменах .RU и .РФ ФИО3 подтвердил свое намерение стать администратором доменного имени spig-vostok.ru.

16.06.2017 г. ООО "Регистратор 1" внес изменения в сведения  об администраторе доменного имени spig-vostok.ru, что подтверждается сведениями из сервиса whois.

Согласно ответу ООО "Регистратор 1" от 05.03.2018 г. № 401-СР договор между ООО "Регистратор 1" и ФИО3 № 54786/R01-REG был заключен в форме оферты, после заполнения на сайте  http://r01.ru.

Согласно ст. 152 Гражданского кодекса РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Таким образом, закон позволяет признавать сделку недействительной исключительно в случаях, когда данная сделка совершена с намерением причинить вред другому лицу, либо когда была установлена противоправная цель ее совершения, либо в случаях когда лицо в сделке  действовало недобросовестно. 

Как установлено п. 5 ст. 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. 

Исходя из приведенной выше нормы права, бремя доказывания недобросовестного поведения сторон сделки лежит  на истцах.  

Между тем, в нарушение указанной нормы истцами не представлено доказательств недобросовестного поведения Ответчика, в том числе заключения сделки в ущерб интересам общества, с противоправной целью, причинения сделкой обществу какого-либо ущерба, направленности действий ответчика при заключении сделки во вред участникам общества.  

Домен не является материальным объектом, он не принадлежал ООО «СПИГ-Восток» на праве собственности, не является средством индивидуализации товара или услуг, оказываемых ООО «СПИГ-Восток», не относится к объектам интеллектуальной собственности,  а представляет собой символьное обозначение, предназначенное для сетевой адресации, в которой используется система доменных имен.  

Как следует из электронной переписки ФИО2 с   АК «СПИГ С.ПА.», АК «ФИО1 А» была против использования ООО «СПИГ-Восток» доменного имени -  spig-vostok.ru и предлагала использовать корпоративный домен spig-int.com.  

Согласно письму от 04.04.2017 г., направленному в адрес ответчика представителями АК «ФИО1 А», истец предложил ответчику ликвидировать ООО «СПИГ-Восток» или в случае несогласия ФИО2 на ликвидацию Истец указал на свой выход из Общества. Таким образом, для АК «ФИО1 А.»  домен spig-vostok.ru интереса не представлял и наличие или отсутствие прав администрирования доменом у ООО «СПИГ-Восток» его прав и законных интересов не затрагивает.

Судом отклоняется довод истца, что использование  ответчиком ФИО3 доменного имени spig-vostok.ru нарушает его право на фирменное наименование и торговый знак, что влечет за собой признание сделки недействительной.  В материалах дела отсутствуют доказательства принадлежности истцам домена как объекта интеллектуальной собственности. Кроме этого, если истец полагает его право нарушенным, им выбран неверный способ защиты нарушенного права, что является самостоятельным основанием к отказу в иске.

Так, последствия нарушения права на результаты интеллектуальной деятельности предусмотрены п. 4 ст. 1474, п. 2, 3 ст. 1539 ГК РФ, из которых следует, что признание соответствующей сделки недействительной к таким последствиям не относится.

При таких обстоятельствах требование о признании сделки по передачи доменного имени www.spig-vostok.ru недействительной удовлетворению не подлежит, как не оснвоанное на законе и фактических обстоятельствах дела, а также в связи с выбором истцом неправильного способа защиты (ст. 4 АПК РФ, ст. 4, 1539 ГК РФ).

Как разъяснено в  п . 12  Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»  по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Таким образом, для привлечения лица к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между этими элементами, а также в установленных законом случаях вину причинителя вреда.  

Как установлено абз. 2 п. 1 ст. 53.1 Гражданского кодекса РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно разъяснениям, содержащимся  в п. 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30 июля 2013 г. N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

При таких обстоятельствах, действия ответчика не могут рассматриваться как действия вопреки интересам общества, недобросовестные и направленные на причинение обществу убытков.

Истцом не представлены надлежащие, достаточные доказательства, подтверждающие наличие состава (совокупности условий) правонарушения, включающего факт нарушения ответчиком возложенных на него обязанностей (совершения незаконных действий или бездействия), наличие причинно-следственной связи между допущенным нарушением и возникшими у  общества убытками. 

Напротив, как усматривается из материалов дела, действия ответчика являются правомерными, разумными и добросовестными, что подтверждено надлежащими, достаточными доказательствами, которые истцом не опровергнуты документально. 

При таких обстоятельствах, поскольку истцом не представлены доказательства причинения виновными действиями ответчика убытков обществу в указанном размере,  в удовлетворении искового заявления следует отказать.

Расходы по оплате государственной пошлины по иску относятся на истца в соответствии с требованиями ст. 110 АПК РФ. Излишне уплаченная государственная пошлина подлежит возврату из федерального бюджета на основании ст. 333.40 НК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 4, 64-68, 71, 110, 167-170, 176, 180, 181 АПК РФ, 

РЕШИЛ:

В удовлетворении искового заявления АО «ФИО1 А.», ООО «СПИГ-Восток» к ответчикам – ФИО2, ФИО3, третьему лицу ООО «Арвал» о возмещении убытков, признании сделки недействительной – отказать. 

Возвратить АО «ФИО1 А.» из федерального бюджета  государственную пошлину в размере 6.550 (шесть тысяч пятьсот пятьдесят) руб. 00 коп. 

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты его принятия.

СудьяО.Н. Жура