ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Москва

30.06.2020                                                                               Дело № А40-19695/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 25.06.2020

Постановление в полном объеме изготовлено 30.06.2020

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего – судьи Петровой Е.А.

судей Коротковой Е.Н. и Тарасова Н.Н. 

при участии в заседании:

от ФИО1 – лично, паспорт, ФИО2 по дов. от 11.03.2020;

от АО «ГРИНФИЛДБАНК» – ФИО3 по дов. от 11.04.2019,

рассмотрев в судебном заседании  25.06.2020 кассационную жалобу АО «ГРИНФИЛДБАНК» 

на определение от 19.12.2019 Арбитражного суда города Москвы,

постановление от 20.03.2020 Девятого арбитражного апелляционного суда,

о завершении процедуры реализации имущества должника ФИО1 и об освобождении его от дальнейшего исполнения требований кредиторов

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО1, 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 09.02.2017 было принято к производству заявление ФИО1 (далее – ФИО1, должник) о признании его несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по его заявлению.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 09.03.2017 гражданин ФИО1 был признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника была введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утвержден ФИО4. 

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и введении в отношении него процедуры реализации имущества было опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 46 от 18.03.2017, стр. 130.

В Арбитражный суд города Москвы поступило 28.11.2019 ходатайство финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества, а также был представлен отчет финансового управляющего.

Определением Арбитражного суда города Москвы суда от 19.12.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2020, была завершена процедура реализации имущества должника ФИО1, он был освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина.

При рассмотрении ходатайства финансового управляющего о завершении банкротства гражданина-должника судами первой и апелляционной инстанций было установлено, что финансовым управляющим должника в ходе процедуры реализации имущества должника были проведены все необходимые мероприятия.

Суды указали, что признаки преднамеренного и фиктивного банкротства отсутствуют, восстановление платежеспособности должника невозможно.

Также судами было установлено, что в реестр требований кредиторов должника были включены требования в общем размере 33 965 646,65 руб. 

Суды отметили, что в ходе проведения мероприятий, предусмотренных в процедуре реализации имущества гражданина, было установлено, что у должника отсутствуют дебиторская задолженность, а также недвижимое имущество, самоходные машины и другие виды техники, маломерные суда и лодочные моторы. Должник предпринимательскую деятельность не ведет.

Суды установили, что согласно ответам регистрирующих органов должнику принадлежало на праве собственности следующее имущество, включенное в конкурсную массу: транспортные средства HYUNDAI H-IOO(AU) PORTER 2795, бортовой грузовой, год выпуска 2008, цвет белый, индикационный номер (VIN) 

<

***>; HYUNDAI PORTER 37962, бортовой грузовой, год выпуска 2011, цвет серый, индикационный номер (VIN) 

<

***>; HYUNDAI PORTER II, бортовой грузовой, год выпуска 2012, цвет белый, индикационный номер (VIN) 

<

***>; HYUNDAI PORTER W10140, бортовой грузовой, год выпуска 2011, цвет синий, индикационный номер (VIN) 

<

***>.

Суды установили, что в соответствии с отчетом финансового управляющего и приложенными к нему доказательствами, указанное движимое имущество было реализовано на основании договора купли-продажи от 25.09.2018, полученные денежные средства от его реализации в сумме 1 201 111 руб. были включены в конкурсную массу.

Суды указали, что конкурсная масса должника формировалась за счет денежных средств, получаемых должником в качестве заработной платы, за вычетом денежных средств в сумме прожиточного минимума в расчете на должника и его несовершеннолетних детей (абзац первый пункта 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Суды установили, что в отчете финансового управляющего отражено направление денежных средств в размере 193 856,56 руб. на погашение расходов финансового управляющего в ходе процедуры банкротства (публикации, почтовые расходы, расходы по реализации имущества должника), а также на резервирование суммы процентов по вознаграждению.

Установив указанные обстоятельства, суды пришли к выводу, что в ходе процедуры реализации имущества гражданина было произведено погашение требований кредиторов в общей сумме 1 292 173,65 рублей.

Также судами было указано, что сведения о планируемых поступлениях денежных средств или имущества, достаточных для полного погашения требований кредиторов, у финансового управляющего отсутствуют и должником не представлены. ФИО1 не в состоянии исполнить денежные обязательства, поскольку у должника отсутствуют имущество и доход, необходимые для соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

Суды пришли к выводу о доказанности финансовым управляющим выполнения возложенных на него обязанностей в соответствии с Законом о банкротстве, в связи с чем завершили процедуру реализации имущества должника.

Освобождая должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, суды исходили из недоказанности его недобросовестности при проведении процедуры банкротства, а также установили, что он не привлекался к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное, не скрывал своё имущество и доходы и предоставил арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве и финансовому управляющему всю необходимую по делу информацию, в т.ч. о своем имуществе и доходах.

Отклоняя доводы  залогового кредитора о недобросовестном поведении должника, суды исходили из того, что  должник своевременно предоставил финансовому управляющему свои объяснения и всю необходимую информацию, а также документы, подтверждающие расходы, в том числе договоры залога автомобильного транспорта, заключенные между ФИО1 и АО «Гринфилдбанк», договор купли-продажи квартиры и расписки, подтверждающие факт оплаты. 

Отклоняя доводы о сокрытии сведений о факте участия в уставном капитале ООО «АУРУМ ТРЕЙД», а также сведений о наличии у него денежных обязательств перед ПАО «Сбербанк», ФНС России в лице ИФНС № 13 по г.Москве, ФИО5, ФИО6, из которых требования ПАО Сбербанк, ФИО5 и ФИО6 впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника, суд апелляционной исходил из того, что ООО «АУРУМ ТРЕИД» еще до возбуждения производства по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 не осуществляло хозяйственную деятельность, не имело активов, не сдавало финансовую и бухгалтерскую отчетность, банковские операции не проводило, кроме того, на балансе компании отсутствовали сведения о дебиторской задолженности, в связи с чем согласился с выводом финансового управляющего должника о неликвидности данного имущества и о возможном превышении затрат на реализацию цене его приобретения.

Установив указанные обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства и применив нормы статей 142, 213.9, 213.28 Закона о банкротстве, суды пришли к выводу о завершении процедуры реализации имущества должника и о его освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Не согласившись с принятыми по результатам рассмотрения отчета финансового управляющего должника судебными актами, АО «ГРИНФИЛДБАНК» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции и направить обособленный спор на новое рассмотрение. 

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на нарушение судом норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам и указывает, что финансовым управляющим не проведены все необходимые и достаточные мероприятия для розыска имущества должника, подлежащего реализации, не проведен анализ сделок, подлежащих оспариванию.

Также с судебными актами не согласилась кредитор должника ФИО7 и обратилась 18.05.2020 в электронном виде в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции в части освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами принять новый судебный акт о неприменении в отношении должника данных правил. 

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о рассмотрении обеих кассационных жалоб была размещена на общедоступных сайтах Арбитражного суда Московского округа http://www.fasmo.arbitr.ru и http://kad.arbitr.ru в сети «Интернет».

В заседании суда кассационной инстанции 25.06.2020 представитель АО «ГРИНФИЛДБАНК» поддержал доводы кассационной жалобы, просил определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение для проверки обстоятельств расходования должником кредитных и заемных средств, привлеченных от банков и ФИО7. На вопрос судебной коллегии суда кассационной инстанции о целях выдачи кредита самим АО «ГРИНФИЛДБАНК» пояснил, что данный кредит был выдан для покупки автомобилей, которые впоследствии были приобретены должником и находились в залоге у АО «ГРИНФИЛДБАНК» до их реализации в рамках дела о банкротстве ФИО1 

Должник и его представитель возражали против удовлетворения кассационной жалобы АО «ГРИНФИЛДБАНК» по доводам заблаговременно направленного отзыва на нее, полагали обжалуемые определение и постановление законными и обоснованными, пояснив, что относительно небольшая стоимость реализации заложенных в пользу банка автомобилей объясняется износом автомобилей и длительным бездействием самого банка как залогодержателя, не принявшим своевременного решения о реализации предмета залога в целях погашения кредитной задолженности, а также ответив на вопросы судебной коллегии о целях получения займов и кредита в другом банке. Должник пояснил, что им аккумулировались средства на приобретение квартиры, которая была в результате заблуждения приобретена у физического лица, не обладавшего правом собственности на квартиру, вследствие чего вступившим в силу решением суда общей юрисдикции сделка была признана недействительной, квартира возвращена законному владельцу, в отношении участников мошеннической схемы по продаже чужого жилья возбуждено уголовное дело, вынесен приговор, однако до настоящего времени разрешить в рамках уголовного дела вопрос о возврате уплаченных ФИО1 за квартиру денежных средств не удалось.  

Представителем должника также было заявлено ходатайство о прекращении производства по кассационной жалобе ФИО7 в связи с пропуском ею срока на подачу жалобы.

Представитель АО «ГРИНФИЛДБАНК» против удовлетворения ходатайства о прекращении производства по кассационной жалобе ФИО7 не возражал.

Заявитель второй кассационной жалобы ФИО7 и иные лица, участвующие в деле о банкротстве, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Изучив материалы дела, выслушав представителя АО «ГРИНФИЛДБАНК», должника и его представителя, обсудив доводы кассационной жалобы залогового кредитора и отзыва на нее, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции пришла к выводу об отсутствии у нее достаточных полномочий по отмене судебных актов по заявленным в жалобе залогового кредитора доводам, направленным на установление судом кассационной инстанции иных обстоятельств, на иную оценку исследованных судами доказательств, что исключено из полномочий суда кассационной инстанции согласно положениям статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На недопустимость отмен судебных актов судов первой и апелляционной инстанций судом кассационной инстанции в подобных ситуациях неоднократно указывал Верховный Суд Российской Федерации в своих определениях, в том числе по делам Арбитражного суда Московского округа №№ А40-161453/2012, А40-68167/2016, А40-184890/2015, А40-111492/2013 (по обособленному спору о признании недействительным договора поручительства от 15.08.2012) и судебная коллегия суда кассационной инстанции считает, что обязана действовать в строгом соответствии со своими полномочиями, предусмотренными статьей 286, частью 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом того толкования норм процессуального права о полномочиях суда кассационной инстанции, которое дано высшей судебной инстанцией.

В отношении применения судами норм материального права судебная коллегия суда кассационной инстанции отмечает следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В процедуре реализации имущества финансовый управляющий осуществляет действия, направленные на формирование конкурсной массы - анализирует сведения о должнике, выявляет имущество гражданина, в том числе находящееся у третьих лиц, обращается с исками о признании недействительными подозрительных сделок и сделок с предпочтением по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, об истребовании или о передаче имущества гражданина, истребует задолженность третьих лиц перед гражданином и т.п. (пункты 7 и 8 статьи 213.9, пункты 1 и 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Основанием для завершения процедуры реализация имущества гражданина является наличие обстоятельств, свидетельствующих об осуществлении всех мероприятий, необходимых для завершения реализации имущества гражданина, установленных Законом о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Судами было установлено, что все мероприятия процедуры банкротства - реализация имущества гражданина - в отношении должника были проведены, какого-либо имущества у должника не обнаружено, что подтверждено отчетом финансового управляющего.

Согласно пункту 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 указанной статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве закреплено, что освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе, совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Также, в силу пункта 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве требования кредиторов по текущим платежам, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, о выплате заработной платы и выходного пособия, о возмещении морального вреда, о взыскании алиментов, а также иные требования, неразрывно связанные с личностью кредитора, в том числе, требования, не заявленные при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина, сохраняют силу и могут быть предъявлены после окончания производства по делу о банкротстве гражданина в непогашенной их части в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Таким образом, исчерпывающий перечень оснований для отказа в освобождении должника от исполнения обязательств установлен в Законе о банкротстве.

В данном конкретном деле доказательств наличия указанных обстоятельств ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции не было представлено, в связи с чем суды освободили должника от исполнения обязательств перед кредиторами.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» со ссылкой на абзац 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе, совершил действия, указанные в этом абзаце.

Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Из общедоступных сведений, размещенных в Картотеке арбитражных дел следует, что в рамках настоящего дела о банкротстве ФИО1 судами неоднократно были рассмотрены обособленные споры, в том числе по заявлениям, ходатайствам и жалобам кредитора ФИО7 на бездействия финансового управляющего, в ходе которых проверялись обстоятельства привлечения должником у кредиторов заемных и кредитных средств и их расходование, наличия у должника иного имущества, чем было выявлено в ходе его банкротства, наличия имущества у его супруги, обстоятельства приобретения им квартиры, в которых также не было установлено обстоятельств, которые могли быть оценены судами при решении вопроса о применении правил об освобождении должника от обязательств как исключающие применение таких правил. 

Исходя из задач арбитражного судопроизводства, целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом, возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора, а также с учетом приведенных в постановлении от 13.10.2015 № 45 разъяснений, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности без возложения на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, при этом создаются препятствия стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное), суд, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, вправе в определении о завершении конкурсного производства указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Банкротство граждан, по смыслу Закона о банкротстве, является механизмом нахождения компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом для избавления от накопленных долгов.

Из приведенных норм права и разъяснений высшей судебной инстанции следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

Поскольку в данном случае документальных доказательств, свидетельствующих, что должник принял на себя заведомо неисполнимые обязательства, сокрыл или умышленно уничтожил имущество, злостно уклонился от уплаты кредиторской задолженности, в материалы дела не было представлено, то суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения ходатайства финансового управляющего должника о завершении процедуры реализации имущества гражданина с освобождением должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе, кредиторов, требования которых не были заявлены в процедуре банкротства должника.

Признаков злоупотребления правом со стороны должника судами также установлено не было.

Доводы кассационной жалобы залогового кредитора не опровергают выводы судов первой и апелляционной инстанций, по существу направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и в целом повторяют доводы, которые были предметом исследования в суде апелляционной инстанций и им дана надлежащая правовая оценка с указанием в судебном акте мотивов их отклонения, с которой судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе, в Определении от 17.02.2015 №274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права, но не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Действуя в пределах своих полномочий, из которых исключены установление обстоятельств, самостоятельное исследование доказательств, переоценка тех доказательств, которые были исследованы и оценены судами первой и апелляционной инстанции, решение вопросов преимущества одних доказательств перед другими, судебная коллегия суда кассационной инстанции отмечает, что судами были установлены все имеющие значение для разрешения спора обстоятельства, исследованы все доказательства, которым дана оценка в совокупности, в судебных актах приведены подробные мотивы, по которым суды пришли к выводам об наличии достаточных доказательств для завершения процедуры реализации имущества должника-гражданина и освобождения его от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

В отношении кассационной жалобы ФИО7 суд кассационной инстанции, оценивая доводы представителя должника о наличии оснований для прекращения производства по её жалобе, отмечает следующее.

В соответствии с частью 3 статьи 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации жалоба на определение арбитражного суда первой инстанции может быть подана в арбитражный суд апелляционной инстанции в срок, не превышающий месяца со дня вынесения определения, если иные порядок и срок не установлены Кодексом.

Согласно части 5 статьи 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации жалоба на постановление арбитражного суда апелляционной инстанции, принятое по результатам рассмотрения апелляционной жалобы на определение арбитражного суда первой инстанции, может быть подана в арбитражный суд кассационной инстанции в срок, не превышающий месяца со дня вступления в законную силу такого постановления, если в соответствии с Кодексом такое постановление может быть обжаловано в арбитражный суд кассационной инстанции.

Срок, установленный частями 3 и 5 статьи 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для подачи кассационной жалобы на обжалуемый судебный акт, истек 20.04.2020 (с учетом положения статьи 114 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации). Однако кассационная жалоба была направлена в Арбитражный суд города Москвы посредством системы «Мой арбитр» 18.05.2020, то есть с пропуском срока.

Согласно части 2 статьи 276 Арбитражного кодекса Российской Феде-рации срок подачи кассационной жалобы, пропущенный по причинам, не зависящим от лица, обратившегося с такой жалобой, в том числе в связи с отсутствием у него сведений об обжалуемом судебном акте, по ходатайству указанного лица может быть восстановлен арбитражным судом кассационной инстанции при условии, что ходатайство подано не позднее чем через шесть месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного акта или, если ходатайство подано лицом, указанным в статье 42 Кодекса, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав и законных интересов обжалуемым судебным актом.

Однако ФИО7 ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока для подачи кассационной жалобы не было заявлено ни в тексте кассационной жалобы, ни в приложениях к ней.

Ссылки ФИО7 в кассационной жалобе на то, что она не извещалась в суде первой инстанции о рассмотрении вопроса именно о завершении банкротства должника, не могут быть восприняты судом кассационной инстанции как ходатайство о восстановлении пропущенного срока, поскольку данные обстоятельства не влияют на течение процессуального срока на подачу кассационной жалобы, так как ФИО7 присутствовала в судебном заседании суда апелляционной инстанции лично, при этом суд апелляционной инстанции четко разъяснил порядок обжалования постановления – в течение месяца со дня его изготовления в полном объеме, в связи с чем лично ФИО7 были известны сроки подачи кассационной жалобы.

Проверив доводы ходатайства должника о прекращении производства по кассационной жалобе ФИО7, судебная коллегия суда кассационной инстанции приходит к выводу о том, что кассационная жалоба была подана ею по истечении срока подачи кассационной жалобы, установленного настоящим Кодексом, и не содержала ходатайство о его восстановлении, то есть подлежала возвращению на основании пункта 2 части 1 статьи 281 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, однако поскольку данное обстоятельство было установлено судебной коллегией после принятия кассационной жалобы ФИО7 к производству, то производство по её кассационной жалобе на определение и постановление, принятые по существу рассмотренного обособленного спора, подлежит прекращению применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В указанной части (в части прекращения производства по кассационной жалобе ФИО7) постановление суда кассационной инстанции может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа в течение месяца со дня его изготовления в полном объёме.

Учитывая вышеизложенное и поскольку судами не было допущено таких нарушений норм права, которые могут быть положены в основание отмены судебных актов при проверке их законности в порядке кассационного производства, то судебная коллегия, действующая строго в пределах своих полномочий, считает, что определение и постановление отмене по доводам кассационной жалобы залогового кредитора не подлежат.

Руководствуясь статьями 284, 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Прекратить производство по кассационной жалобе ФИО7.

Определение Арбитражного суда города Москвы от 19.12.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2020 по делу № А40-19695/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу АО «ГРИНФИЛДБАНК»  - без удовлетворения.

 

Председательствующий – судья                                              Е.А. Петрова 

Судьи:                                                                                                         Е.Н. Короткова

                                                                                                                      Н.Н. Тарасов