ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-5396/2020

11 марта 2021 года

город Омск

Резолютивная часть постановления объявлена  03 марта 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме   11 марта 2021 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Зюкова В.А.

судей  Дубок О.В., Зориной О.В.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-890/2021) ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 24 декабря 2020 года по делу № А70-5396/2020 (судья Поляков В.В.), вынесенное по рассмотрению заявления конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Аккумулятор плюс» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

в отсутствие участвующих в деле лиц,

установил:

определением Арбитражного суда Тюменской области от 20.04.2020 по заявлению общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Форсаж» (далее – ООО УК «Форсаж», заявитель по делу) возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Аккумулятор плюс» (далее – ООО «Аккумулятор плюс», должник).

Определением суда от 09.06.2020 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3

21.08.2020 в Арбитражный суд Тюменской области поступило заявление конкурсного управляющего ФИО3, уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении ФИО2 (далее - ФИО2) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за невозможность полного погашения требований кредиторов, неподачу в суд заявления о банкротстве возглавляемой организации.

Решением Арбитражного суда Тюменской области суда от 21.10.2020 ООО «Аккумулятор плюс» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (далее - ФИО3). 

Опубликование сообщения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства в отношении должника состоялось в официальном печатном издании - газете «Коммерсантъ» 24.10.2020 за № 196.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 24.12.2020 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Аккумулятор плюс». Производство по вопросу о размере субсидиарной ответственности приостановлено до завершения расчетов с кредиторами.

Не соглашаясь с вынесенным определением, с апелляционной жалобой   обратилась  ФИО2 просит  определение суда  отменить, в удовлетворения заявления конкурсного управляющего должником о наличии доказанными оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Аккумулятор плюс», отказать. 

В обоснование жалобы ФИО2 указывает, что  суд первой инстанции, при рассмотрении обособленного спора фактически не исследовал доводы ФИО2 о формальном документообороте между должником и Обществом УК «Форсаж», не исследовал платежи, которые ФИО2 отразила в качестве оплаты услуги за «оптимизацию налогообложения» в пользу ФИО4; вывод суда первой инстанции о действиях ФИО2 по выводу активов должника не подтверждается каким-либо письменными доказательствами заявителя; ФИО2 передала конкурсному управляющему документы, относящиеся к хозяйственной деятельности должника, а также в электронном виде базу 1С в отношении ООО «Аккумулятор плюс», указанное  по мнению ответчика, является доказательством, опровергающим вывод о невозможности установления финансового положения должника и свидетельствует о том, что передача запасов невозможна в связи с их отсутствием; суд первой инстанции не принял во внимание то обстоятельство, что все платежи в пользу ООО «Торговый дом «Аккумулятор+» совершались по договорам займа в безналичной форме, что отражено в выписках по расчетному счету должника, которые имеются у конкурсного управляющего, а также отражены в базе 1С должника, которая была передана конкурсному управляющему по акту приема-передачи; конкурсным управляющим не представлено доводов и доказательств невозможности совершения самостоятельных действий, направленных на взыскание дебиторской задолженности, формировании конкурсной массы; определив дату наступления обязанности руководителя должника обратиться с заявлением о банкротстве (15.03.2019), суд первой инстанции не указывает кредиторов, которым был причинён вред; учитывая, что задолженность, установленная судебным актом образовалась в результате мнимой сделки, а также в виду наличия договоренностей с ООО УК «Форсаж» и приобретением у неё формальных документов направленных на оптимизацию налогооблагаемой базы должника без фактической поставки товара, неисполнение обязанности по обращению в Арбитражный суд с заявлением о собственном банкротстве не повлекло негативных последствий, так как нет новых кредиторов.

До судебного заседания в материалы дела от конкурсного управляющего ООО «Аккумулятор плюс» ФИО3 поступили возражения на апелляционную жалобу, в которых конкурсный управляющий просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Стороны, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 АПК РФ о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили.  На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса. 

Законность и обоснованность решения Арбитражного суда Тюменской области от 24.12.2020 по делу № А70-5396/2020  проверены в порядке статей 266, 268 АПК РФ.

Повторно исследовав материалы обособленного спора в пределах доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции.

Как следует из материалов дела и верно установлено судом первой инстанции, ООО «Аккумулятор плюс» зарегистрировано в налоговом органе 14.10.2014 заОГРН 

<

***>.

С момента учреждения по настоящее время единственным учредителем и участником должника, а также его единоличным исполнительным органом (до момента признания ООО «Аккумулятор плюс» банкротом) являлась ФИО2 

На основании приказа должника от 14.10.2014 № 2 исполнение обязанностей главного бухгалтера данной организации возложено также на ответчика.

Между ООО УК «Форсаж» (поставщик) и ООО «Аккумулятор плюс» 12.08.2015 заключен договор № 04-08-15 на поставку новых аккумуляторных батарей, во исполнение которого в период со 02.08.2016 по 30.06.2017 ООО УК «Форсаж» поставило в пользу покупателя товар на сумму 32 601 928,60 рублей.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 27.07.2018 по делу № А40-102663/2018-104-731, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.11.2018, задолженность в указанном размере, а также расходы по уплате госпошлины в размере 186 010 рублей взысканы с ООО «Аккумулятор плюс» в пользу поставщика

В целях принудительного исполнения названного судебного акта 24.01.2019 взыскателю выдан исполнительный лист ФС № 030300876, на основании которого специализированным подразделением Управления Федеральной службы судебных приставов по Тюменской области 12.07.2019 возбуждено исполнительное производство № 22104/19/72027-ИП.

По данным бухгалтерских балансов должника за 2016-2019 гг. денежный эквивалент его запасов составлял на 31.12.2016 – 27 494 000 рублей, на 31.12.2017 – 28 156 000 рублей, на 31.12.2018 – 30 849 000 рублей, на 31.12.2019 – 30 775 000 рублей, дебиторская задолженность у ООО «Аккумулятор плюс» в указанные временные промежутки отсутствовала.

Из пояснений же ФИО2 следует, что у должника по состоянию на февраль 2019 года наличествовала дебиторская задолженность общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Аккумулятор+» на сумму 6 234 342,68 рублей, индивидуального предпринимателя ФИО5 на сумму 149 510,05 рублей.

Определением суда от 14.09.2020 по настоящему делу на ФИО2 возложена обязанность передать временному управляющему ООО «Аккумулятор плюс» перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также надлежащим образом заверенные копии бухгалтерских и иных документов, отражающих экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения, которое на момент принятия акта исполнено частично.

Полагая, что с 30.06.2017 деятельность должника стала отвечать критериям объективного банкротства, что повлекло возникновение на стороне ответчика обязанности по обращению в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) ООО «Аккумулятор плюс», а также, указывая на непередачу арбитражному управляющему сведений о местонахождении запасов должника, конкурсный управляющий ФИО3 обратился в суд с настоящим заявлением.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии со ст. 61.14 пункт 1 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Круг лиц, на которых может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника, основания и порядок привлечения к такой ответственности установлены статьей 10 Закона о банкротстве, в которую были внесены законодателем изменения федеральными законами от 28.04.2009 № 73-ФЗ, от 28.06.2013 № 134-ФЗ, от 22.12.2014 № 432-ФЗ, от 29.06.2015 № 154-ФЗ, от 29.06.2015 № 186-ФЗ.

На дату рассмотрения настоящего заявления статья 10 Закона о банкротстве утратила силу согласно Федеральному закону от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон                 № 266-ФЗ), вступившему в действие 30.07.2017.

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд определяет, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Аналогичный подход к выбору применяемых норм и действию закона во времени в отношении субсидиарной ответственности закреплен в определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006.

Применение предусмотренных Законом о банкротстве материально-правовых норм, по вопросам привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в той или иной редакции зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

Таким образом, нормы об основаниях для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона            № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017 в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 (с 30.07.2017 - статьи 61.11, 61.12) Закона о банкротстве в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности. Нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

ФИО3 обратился с настоящим заявлением 21.08.2020, соответственно подлежат применению нормы процессуального права, предусмотренные положениями главы III.2 Закона о банкротстве, введенной Законом № 266-ФЗ.

Относительно времени наступления обстоятельств, с которыми арбитражный управляющий связывает наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции верно отметил правовой подход, содержащийся в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020  № 305-ЭС18-14622, согласно которому причинение субсидиарным ответчиком вреда кредиторам должника-банкрота происходит при наступлении объективных признаков составов правонарушений, обозначенных в статьях 61.11 или 61.12 Закона о банкротстве. Так, в частности, из пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует, что, вред причиняется при совершении контролирующим должника лицом деяний (действия или бездействия), вследствие которых стало невозможно полное погашение требований кредиторов контролируемого лица

Обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в том числе отсутствие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности и прочих обязательных документов должника-банкрота, - это, по сути, лишь презумпция, облегчающая процесс доказывания состава правонарушения с целью выравнивания процессуальных возможностей сторон спора. При этом обстоятельства, составляющие презумпцию, не могут подменять обстоятельства самого правонарушения и момент наступления обстоятельств презумпции может не совпадать с моментом правонарушения.

Смысл этой презумпции в том, что если лицо, контролирующие должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, то во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов.

Правонарушение ФИО2, на совершении которого настаивает ФИО3, выразилось не в том, что она не передала бухгалтерскую и иную документацию должника конкурсному управляющему, а в ее противоправных деяниях, повлекших банкротство подконтрольного ей лица и, как следствие, невозможность погашения требований кредиторов.

Исходя из этого, время совершения ФИО2 правонарушения должно определяться не моментом, с которого у нее возникла просрочка в передаче документов, а действиями по доведению ООО «Аккумулятор плюс» до несостоятельности. Именно период совершения последних имеет определяющее значение для установления применимого права.

Принимая во внимание, что остаток запасов, на наличии которых настаивает арбитражный управляющий, сформировался еще по состоянию на конец 2016 года и учитывался в бухгалтерской отчетности по конец 2019 года, а отвлечение данного имущества могло произойти в любой момент указанного временного промежутка, к отношениям сторон по привлечению ФИО2 к субсидиарной ответственности подлежат применению нормы Закона о банкротстве как в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ с изменениями, внесенными Федеральным законом от 22.12.2014 № 432-ФЗ, так и в действующей редакции.

Согласно пункту 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановления № 53), по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

Таким образом, ФИО2 подпадает под определение контролирующего должника лица и является субъектом субсидиарной ответственности.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции исходит из следующего. 

В ранее действовавшей статье 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) содержалась следующая норма:

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

- причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

-  документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в действующей редакции пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Из пункта 24 постановления № 53 следует, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

ФИО2 являлась лицом, на которого возложена обязанность ведения бухгалтерской документации должника и хранение документов бухгалтерского учета.

Доказательств того, что ведение бухгалтерского учета было возложено на иное лицо, не представлено; из материалов дела не следует.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, по данным бухгалтерских балансов должника за 2016-2019 гг. денежный эквивалент его запасов составлял на 31.12.2016 – 27 494 000 рублей, на 31.12.2017 – 28 156 000 рублей, на 31.12.2018 – 30 849 000 рублей, на 31.12.2019 – 30 775 000 рублей, дебиторская задолженность у ООО «Аккумулятор плюс» в указанные временные промежутки отсутствовала.

В апелляционной жалобе ФИО2, указывает, что передала конкурсному управляющему документы, относящиеся к хозяйственной деятельности должника, а также в электронном виде базу 1С в отношении ООО «Аккумулятор плюс»;  настаивает на отсутствии у неё документов о запасах в указанном количестве, ссылается на то, что документооборот между ООО УК «Форсаж» и ООО «Аккумулятор плюс» носил формальный характер, не сопровождался перемещением товарно-материальных ценностей, преследовал лишь цель оптимизации налогообложения должника.

В подтверждение своих доводов ФИО2 представила суду первой инстанции оборотно-сальдовую ведомость и платежные документы о перечислении ею в пользу ФИО4 (предположительно родственница руководителя заявителя по делу) в период с 30.12.2015 по 24.11.2016 денежных средств в размере                933 000 рублей. 

Отклоняя данную правовую позицию, суд  исходит из следующего.

ФИО2 не пояснен какой-либо экономический смысл позиции ответчика о приобретении «документов» о поставке товара (аккумуляторных батарей). В жалобы и отзывах на заявление конкурсного управляющего ФИО2 указывает на то, что приобретения «документов» осуществлялось с целью снизить налогооблагаемую базу должника, в частности налог на прибыль и налог на добавленную стоимость.

Данный довод ответчика является не состоятельным, поскольку, являясь плательщиком НДС ООО «Аккумулятор Плюс» при реализации запасов обязано уплачивать НДС в бюджет. Однако должником какая-либо реализация товаров не отражалась, товары (запасы) просто передавались своим аффилированным лицам, что и подтверждается их отсутствуем у должника при проведении инвентаризации конкурсным управляющим.

Снижение налога на прибыль могло быть осуществлено, в том числе, отражением расходов по амортизации основных средств, которое также должником не осуществлялось.

Не объяснен подателем апелляционный жалобы экономический смысл со стороны продавца «документов» о поставке товара, т.к. продавец ООО «УК Форсаж» в свою очередь, являясь так же плательщиком НДС, обязан уплатить в бюджет налог на добавленную стоимость за проданные товары.

Как верно указал суд первой инстанции, факт поставки ООО УК «Форсаж» в период с 02.08.2016 по 30.06.2017 товара в пользу должника по договору от 12.08.2015 № 04-08-15 на сумму 32 601 928,60 рублей подтвержден вступившим в законную силу судебным актом Арбитражного суда города Москвы от 27.07.2018, имеющим в силу содержания статьи 69 АПК РФ преюдициальное значение.

Какие-либо сведения, свидетельствующие о пересмотре названного судебного решения в порядке, установленном главой 37 АПК РФ, суду первой инстанции, апелляционному суду не представлены.

В рамках рассмотрения дела №А40-102663/2018-1047-731 Арбитражным судом г. Москвы и, в последствии судом апелляционной инстанции, руководителем должника ФИО2 доводы о «продаже документов не заявлялись. Наоборот, подтверждалась позиция поставки товаров.

Ссылка ФИО2 на инициирование указанной судебной тяжбы только лишь с намерением получить судебный акт, подтверждающий действительность договорных взаимоотношений сторон, с тем, чтобы впоследствии исключить какие-либо претензии со стороны налогового органа, опровергается процессуальным поведением самого ООО «Аккумулятор плюс» в рамках дела № А40-102663/2018-104-731, не только активно возражавшего против удовлетворения заявления ООО УК «Форсаж», как в суде первой инстанции, так и на стадии апелляционного обжалования, но и настаивавшего на наличии встречных имущественных притязаний у должника к заявителю по делу на сумму 6 154 786,91 рублей, которая опять-таки какого-либо отражения в бухгалтерской отчетности ООО «Аккумулятор плюс» не нашла.

Кроме того, получение взыскателем исполнительного листа, его предъявление в банк и возбуждение на основании этого документа исполнительного производства никоим образом не могут указывать на формальный характер разбирательства, тогда как ответчик, в случае состоятельности своей правовой позиции, с февраля 2019 года до подачи арбитражным управляющим настоящего заявления, по сути, не предпринял никаких попыток для установления действительных, по его мнению, обстоятельств произошедшего в установленном законом порядке (например, обращение в правоохранительные, налоговые органы и проч.).

Из общедоступных источников в сети Интернет (https://zachestnyibiznes.ru/) следует, что деятельность ООО УК «Форсаж» не отвечает признакам ведения финансово-хозяйственной деятельности с высоким налоговым риском, выработанным ФНС России для фирм-однодневок специально для подобных ситуаций (адрес, указанный при государственной регистрации, относится к адресу массовой регистрации, вхождение в состав исполнительных органов организации дисквалифицированных лиц и др.).

Как верно отметил суд первой инстанции, ООО УК «Форсаж» и ООО «Аккумулятор плюс» являются плательщиками налога на добавленную стоимость, в связи с чем, реализуя описанную ответчиком схему уклонения от уплаты обязательных платежей, должник как минимум должен был компенсировать заявителю по делу расходы по уплате данного налога, исчисляемого и перечисляемого в бюджетную систему с момента выставления счета-фактуры, тогда как указанная ФИО2 сумма в 933 000 рублей не сопоставима с 4 973 175,55 рублей (32 601 928,60х18/118).

Так же не состоятельны доводы подателя апелляционной жалобы о встречной оплате физическому лицу ФИО4 в качестве услуги за «оптимизацию налогообложения». Как указывалось выше, какой-либо экономический смысл в продаже документов  для   продавца  отсутствует.   Кроме  того,   какой-либо   непосредственной  связи ФИО4 с ООО «УК Форсаж» подателем жалобы не предоставлено.

Как верно указано арбитражным судом первой инстанции по данным бухгалтерских балансов должника за 2016-2019  денежный эквивалент его запасов составлял на 31.12.2016 -27 494 000 рублей, на 31.12.2017 -28 156 000 рублей, на 31.12.2018 - 30 849 000 рублей, на 31.12.2019 -30775000 рублей, дебиторская задолженность у ООО «Аккумулятор плюс» в указанные временные промежутки отсутствовала. Обязательства же должника (кредиторская задолженность) в указанные периоды составляли 57 204 000 руб., 54 413 000 руб., 41 132 000 руб. и 40 101 000 руб. соответственно. Что существенно превышает активы в виде запасов. Это подтверждает «искусственное», планомерное и намеренное недостоверное ведение бухгалтерского учета.

Кроме того, наряду с ООО УК «Форсаж» в реестр требований кредиторов должника включены требования уполномоченного органа в размере 3 197,11 рублей, общества с ограниченной ответственностью «Исток» в размере 323 725,70 рублей.

Как верно указал суд первой инстанции, задача по законной налоговой оптимизации бизнеса не может быть достигнута посредством реализации схемы фиктивного документооборота, тогда как поощрение подобного поведения, выражающегося в совершении налогового деликта, путем признания такового в качестве обстоятельства, освобождающего от субсидиарной ответственности, исказит саму суть правосудия, одним из базовых принципов которого является именно законность. 

Данный вывод предопределен, прежде всего, тем, что даже если принять во внимание, что какие-либо товарно-денежные отношения между ООО УК «Форсаж» и ООО «Аккумулятор плюс» отсутствовали, то это повлечет восстановление названных сумм расходов при исчислении налоговой базы ООО «Аккумулятор плюс» по налогу на прибыль организаций в соответствующих периодах и его доначисление на сумму, сопоставимую с 6 520 385 рублей 72 копейки (32 601 928,60х20%), которая также является критической и непосильной для должника при том, что арбитражный управляющий должен действовать в интересах всего гражданско-правового сообщества кредиторов, в том числе уполномоченного органа и ООО «Исток».

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий обществом указал, что бывшим руководителем должника ФИО2 не переданы бухгалтерские документы в отношении аффилированных должнику лиц, а именно ИП ФИО5, ИП ФИО6, ООО «Торговый дом «Аккумулятор Плюс», ООО «Гараж», ООО «АКБ-Ленд». Так, в расшифровках задолженности дебиторской задолженности указано наличие задолженности вышеуказанных организаций перед должником в общем размере 273 810,93 руб. Кроме того, не нашли свое отражение в бухгалтерском учете задолженности по договорам перенайма финансового лизинга. Ни одного документа по данным сделкам руководителем не предоставлено.

Отсутствие документации должника не позволяло конкурсному управляющему совершить необходимые действия, в частности: отыскать имущество должника, а в случае его выбытия - проанализировать правовые основания его выбытия, оспорить подозрительные сделки.

Также до настоящего времени ответчиком не представлены документы, подтверждающие и позволяющие взыскать с ООО «Торговый дом «Аккумулятор+» дебиторскую задолженность в размере 6 234 342 рублей 68 копеек.

Следовательно, с учетом положении статьи 65 АПК РФ и разъяснений, данных в пункте 24 постановления № 53, именно на ФИО2 перешло бремя доказывания, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказывание отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что ей приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от нее требовалась.

Вопреки доводам подателя жалобы, оснований полагать, что конкурсный управляющий мог взыскивать дебиторскую задолженность должника, оспаривать сделки в отсутствие первичной документации, не имеется.

У ФИО2 в отсутствие доказательств обратного, имелась обязанность по передаче бухгалтерской документации должника конкурсному управляющему; обязанность не исполнена надлежащим образом (обратного не доказано), доказательств объективной невозможности передачи документации не представлено; непередача документации привела к невозможности удовлетворения требований кредиторов, что не опровергнуто. 

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о доказанности презумпции наличия оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности должника, которая указанным лицом не опровергнута.

Из пунктов 16 и 17 постановления № 53 следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. В равной степени контролирующее лицо подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Пунктом 23 постановления № 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции признает действия ФИО2 по выводу активов возглавляемой организации в размере 37 009 342,68 рублей, приведшими к существенному ухудшению финансового состояния должника, причинению существенного вреда кредиторам, что свидетельствует о наличии оснований для привлечения указанного лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Относительно довода ФИО3 о неисполнении ответчиком обязанности по обращению в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) ООО «Аккумулятор плюс» коллегия суда полагает необходимым указать следующее.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Пунктом 2 указанной статьи установлено, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Возможность привлечения к субсидиарной ответственности руководителя должника на основании статьи 9 Закона о банкротстве возникает при наличии совокупности условий: возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в абзацах два, пять - семь пункта 1 данной статьи, установление даты возникновения данного обстоятельства; неподача соответствующим лицом заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым руководитель привлекается к субсидиарной ответственности.

Довод управляющего о том, что такая обязанность возникла не позднее 30.06.2017 (дата последней поставки в пользу должника от ООО УК «Форсаж») и должна была быть исполнена не позднее 30.07.2017 основан, прежде всего, на том, что расчеты с указанной даты с названным контрагентом прекратились. 

Вместе с тем из представленных в материалы дела ответчиком актов приема-передачи документации от 29.10.2020 и от 11.12.2020 следует, что конкурсному управляющему переданы документы о финансово-хозяйственной деятельности должника за 2017-2018 годы, об осуществлении которой свидетельствуют и материалы обособленного спора по заявлению ООО «Исток».

Суд первой инстанции принял во внимание, что конкурсный управляющий не был лишен возможности проанализировать эти документы с точки зрения разумности и перспективности принятия  ФИО2 управленческого решения о продолжении ООО «Аккумулятор плюс» хозяйственной деятельности после 30.06.2017, учитывая, что задолженность перед одним кредитором, равно как и формальное превышение пассивов над активами не могут свидетельствовать о наличии у должника признаков объективно банкротства, пришел к верному выводу, о том, что совокупность изложенного не позволяет прийти к выводу о возникновении у должника признаков объективного банкротства на дату 30.06.2017, влекущих возникновение обязанности обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Коллегия суда соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что должник стал отвечать критериям  неплатежеспособности с момента блокировки средств на его расчетных счетах, то есть не позднее 15.02.2019 (дата списания средств с расчетного счета должника по исполнительному листу), в связи с чем на основании статьи 9 Закона о банкротства соответствующая обязанность должна была быть исполнена ФИО7 не позднее 15.03.2019.

При этом доводы апелляционной жалобы, о том, что суд первой инстанции не указывает кредиторов, которым был причинён вред отклоняются судом апелляционной инстанции поскольку, не привели к принятию не правильного судебного акта, поскольку установлены основания для привлечения к субсидиарной ответственности в связи с непредставлением документов, имущества должника, искажение отчетности, что существенно затруднило  проведение управляющим процедур, применяемых в деле о несостоятельности (банкротстве). 

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757(2,3) по делу N А22-941/2006). Однако, учитывая тот факт, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как "признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц" по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде "невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц", а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление N 53), может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ. (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 N 305- ЭС19-10079 по делу N А41-87043/2015). 

У рассматриваемом случае не передача документов имущества (на сумму более  20 млн. рублей), документов, подтверждающих их выбытие правомерно расценено  судом как действия приведшие к невозможности полного погашения требований кредитора, что соответствует указанным разъяснениям. 

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание указанные разъяснения, суд первой инстанции пришел к правильному вывод о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, а в апелляционной инстанции могли бы повлиять на законность и обоснованность принятого судебного акта. В связи с этим признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда.

Доводов, которые бы оказали влияние на законность и обоснованность принятого судом первой инстанции судебного акта в части приостановления производства по настоящему обособленному спору в рамках дела №  А70-5396/2020 в части определения размера субсидиарной ответственности ответчика, лицами, участвующими в деле, не заявлено.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены определения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 24 декабря 2020 года по делу № А70-5396/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

В.А. Зюков

Судьи

О.В. Дубок

 О.В. Зорина