СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-12871/2015-АК

г. Пермь

19 декабря 2018 года

Дело № А60-32672/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 17 декабря 2018 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 19 декабря 2018 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего    Чепурченко О.Н.,

судей                                    Мартемьянова В.И., Романова В.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Малышевой Д.Д.,

при участии:

от ПАО «Банк ВТБ»: Иванова В.А., паспорт, доверенность от 06.03.2018;

от конкурсного управляющего Шабуниной Е.Я.: Менгден Г.В., паспорт, доверенность от 04.06.2018,

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции 

заявление конкурсного управляющего должника Шабуниной Е.Я.  о признании недействительным договора поручительства № ДП15-ЦН-728000/2015/00032 от 29.07.2015 

и заявление АО «Сибур-Нефтехим» о признании недействительным договоров поручительства № ДП15-728000/2015/00022 от 23.06.2015, № КС-ЦН- 728000/2015/00032 от 29.07.2015, № ДП15-728000/2015/00012 от 20.04.2015 №ДП9-IGR15/EKBR/0655 от 08.04.2015, 

в рамках дела № А60-32672/2015 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Альтернативная энергетика» (ОГРН 1056605235059, ИНН 6674159334),  

установил:

В Арбитражный суд Свердловской области 09.07.2015 поступило заявление ООО «Генерация-Новые технологии» (заявитель)  о признании ООО «Альтернативная энергетика» несостоятельным (банкротом), в котором заявитель просил ввести в отношении должника процедуру наблюдения, утвердить временным управляющим Шабунину Екатерину Ярославну, являющуюся членом Некоммерческого партнерства СРО НАУ «Дело», установить временному управляющему вознаграждение в размере 30 000 руб. в месяц.

Определением суда от 23.07.2015 заявление принято к производству суда, возбуждено дело о банкротстве ООО «Альтернативная энергетика», по рассмотрению обоснованности заявления назначено судебное заседание.

Определением арбитражного суда от 19.08.2015 в отношении должника  введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена Шабунина Е.Я.

Сообщение о введении процедуры наблюдения опубликованы в газете «Коммерсантъ» 29.08.2015 № 157 (5667).

Решением арбитражного суда от 27.01.2016 (резолютивная часть) ООО «Альтернативная энергетика» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев.

Объявление о банкротстве опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 13.02.2016 № 25.

От конкурсного управляющего 23.10.2017  в арбитражный суд поступило заявление о признании недействительным договора поручительства № ДП15-ЦН-728000/2015/00032 от 29.07.2015, заключенного между ООО «Альтернативная энергетика» и Банк ВТБ (ПАО).

29 декабря 2017 года в арбитражный суд поступило заявление АО «Сибур-Нефтехим» о признании недействительными договоров поручительства - № ДП15-728000/2015/00022 от 23.06.2015, № КС-ЦН-728000/2015/00032 от 29.07.2015, № ДП15-728000/2015/00012 от 20.04.2015 № ДП9-IGR15/EKBR/0655 от 08.04.2015.

Определением арбитражного суда от 20.02.2018 заявления конкурсного управляющего должника Шабуниной Е.Я. и АО «Сибур-Нефтехим» об оспаривании сделки должника с ПАО Банк ВТБ объединены в одно производство для их совместного рассмотрения.

Конкурсным управляющим заявлено ходатайство о фальсификации согласия временного управляющего Шабуниной Е.Я. на совершение сделки дополнительного соглашения к договору поручительства.

С целью проверки заявления о фальсификации судом в порядке ст. 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ), определением арбитражного суда от 16.04.2018 назначена почерковедческая судебная экспертиза.

Определением суда от 28.05.2018 производство по обособленному спору возобновлено.

Определением Арбитражного суда Свердловской области  от 16 августа 2018 года заявление конкурсного управляющего Шабуниной Е.Я. об оспаривании сделки удовлетворено в полном объеме. Заявление конкурсного кредитора АО «Сибур-Нефтехим» удовлетворено. Суд признал недействительным договор поручительства между ООО «Альтернативная энергетика» и Банк ВТБ (ПАО) от 29.07.2015 № ДП15-72800/2015/0032 недействительным. В остальной части заявления конкурсного кредитора АО  «Сибур-Нефтехим» отказано. Суд взыскал с Банка ВТБ (ПАО) в пользу ООО «Альтернативная энергетика» 20 000 руб. в возмещение расходов по судебной экспертизе. 

В порядке распределения судебных расходов  взыскал: с Банка ВТБ (ПАО) в пользу АО «Сибур-Нефтехим» государственную пошлину в размере 6 000 руб.; с АО «Сибур-Нефтехим» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 18 000 руб.

Не согласившись с вынесенным определением, Банк ВТБ (ПАО) обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего и АО «Сибур-Нефтехим» отказать в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы Банк ВТБ (ПАО) указывает на то, что при рассмотрении настоящего спора по существу было заявлено ходатайство о пропуске годичного срока для оспаривания сделок, однако судом первой инстанции не было рассмотрено ходатайство о применении сроков исковой давности и не дана правовая оценка заявленному ходатайству. Ссылается на то, что согласно бухгалтерской отчетности должника по состоянию на 31.12.2013, 31.03.2015, 30.06.2015 у должника отсутствовали обязательства перед кредитными организациями и активы должника за весь исследуемый период является положительной. Считает, что заключение оспариваемого договора поручительства было обусловлено общими экономическими и корпоративными интересами, договор поручительства является безвозмездной сделкой и его действительность не ставится в зависимость от того, сможет ли поручитель в последующем получить какое-либо возмещение от основного должника. Апеллянт полагает, что доказательств  свидетельствующих о том, что заключая оспариваемый договор поручительства Банк ВТБ (ПАО) отклонился от стандарта поведения обычной кредитной организации, поставленной в сходные обстоятельства, злоупотребив при этом правом, в нарушении требований ст. 65 АПК РФ не представлено.

Банк ВТБ (ПАО) указывает, суд определил заявление конкурсного управляющего Шабуниной Е.Я. об оспаривании сделки удовлетворить в полном объеме, заявление конкурсного кредитора АО  «Сибур-Нефтехим» удовлетворить.  Конкурсный управляющий и кредитор оспаривали разные договоры поручительства. Суд определил признать недействительным договор поручительства между ООО «Альтернативная энергетика» и Банк ВТБ (ПАО) от 29.07.2015 № ДП15-72800/2015/0032 недействительным. При этом конкурсный управляющий не оспаривал договор от 29.07.2015 № ДП15-72800/2015/0032, таким образом, выводы суда первой инстанции не соответствует обстоятельствам дела.

В качестве процессуальных нарушении судом первой инстанции, Банк указывает, что в судебном заседании суд первой инстанции озвучил резолютивную часть определения, однако в резолютивной части не содержалось пункта о взыскании с Банк ВТБ (ПАО) в пользу АО  «Сибур-Нефтехим» государственной пошлины в размере 6 000 руб.

До начала судебного заседания от конкурсного управляющего поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому просит обжалуемое определение оставить без  изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

АО «Сибур-Нефтехим» согласно письменному отзыву просит определение в части отказа в удовлетворении требования АО «Сибур-Нефтехим», взыскании с АО «Сибур-Нефтехим» в федеральный бюджет государственной пошлины в размере 18 000 руб. отменить и принять по делу новый судебный акт и удовлетворить заявленные требования.

Участвующие в судебном заседании представитель Банка ВТБ (ПАО), конкурсный управляющий должника свои доводы и возражения поддержали соответственно.

Проверив законность принятого решения и правильность применения норм процессуального права, изучив и оценив в совокупности доводы апелляционной жалобы и материалы дела, суд апелляционной инстанции определением от 07.11.2018 (вынесено в составе судей Чепурченко О.Н. Плаховой Т.Ю., Романова В.А.) перешел к рассмотрению спора по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции в связи с допущенным судом первой инстанции нарушение процессуальных норм, выразившимся в несоответствии объявленной 24.07.2018 резолютивной части определения суда первой инстанции, резолютивной части, изложенной в определении, изготовленном в полном объеме 16.08.2018, что в силу п. 7 ч. 4 ст. 270 АПК РФ является безусловным основанием для отмены обжалуемого определения суда первой инстанции.

Определением от 17.12.2018 на основании ст. 18 АПК РФ произведена замена судьи Плаховой Т.Ю. на судью Мартемьянова В.И.. После замены судьи рассмотрения спора начато сначала в составе председательствующего Чепурченко О.Н., судей Мартемьянова В.И., Романова В.А.

До начала судебного заседания от АО «Сибур-Нефтехим» поступило заявление о рассмотрении спора в отсутствие его представителя.

Участвующий в судебном заседании представитель конкурсного управляющего на заявленных требованиях о признании договоров поручительства должника с ПАО «Банк ВТБ» недействительными поддержал, просил заявления об оспаривании сделок должника удовлетворить в полном объеме. 

Представитель ПАО «Банк ВТБ» против удовлетворения заявленных требований возражал; просил в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего и АО «Сибур-Нефтехим» отказать в полном объеме, в виду отсутствия правовых оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени  и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили, что в порядке ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие. 

Из представленных в материалы дела доказательств апелляционным судом установлены следующие обстоятельства.

Между Банком ВТБ (ПАО) и ООО «Альтернативная энергетика» (должник) заключены следующие договоры:

- договор поручительства № ДП9-IGR15/EKBR/0655 от 08.04.2015 в обеспечение соглашения о выдаче банковской гарантии № СОГ-IGR15/EKBR/0655 от 08.04.2015, заключенного между Банком ВТБ (ПАО) и АО «Дзержинскхиммаш» (сумма задолженности 99 232 000,01 руб.);

- договор поручительства № ДП15-728000/2015/00012 от 20.04.2015 в обеспечение обязательств по кредитному соглашению № КС-ЦН-728000/2015/00012 от 20.04.2015, заключенного между Банком ВТБ (ПАО) и ООО «Генерация Нефтехимическое оборудование» (сумма задолженности 211 673 491,19 руб. по основному долгу);

- договор поручительства № ДП15-728000/2015/00022 от 23.06.2015 в обеспечение обязательств по кредитному соглашению № КС-ЦН-728000/2015/00022 от 23.06.2015, заключенного между Банком ВТБ (ПАО) и ООО «Генерация Буровое оборудование» (сумма задолженности 240 000 000 руб. по основному долгу);

- договор поручительства № ДП15-728000/2015/00032 от 29.07.2015 в обеспечение обязательств по кредитному соглашению № КС-ЦН-728000/2015/00032 от 29.07.2015, заключенного между Банком ВТБ (ПАО) и ООО «Генерация Буровое оборудование» (сумма задолженности 355 762 189,45 руб. по основному долгу).

Конкурсный кредитор, обращаясь с заявлением о признании указанных договоров недействительными ссылается на то, что указанные договоры поручительства имеют между собой взаимную связь и являются недействительными сделками на основании п. 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Конкурсный управляющий, оспаривая договор от 29.07.2015, указывает на то, что договор является недействительной сделкой, как совершенной с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов на основании п. 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», ссылаясь на безвозмездный характер сделки, заключения договора в обеспечение обязательства заинтересованного лица, при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами на сумму более 100 млн. руб., а также на осведомленность Банка о наличии у должника признаков неплатежеспособности.

При рассмотрении спора в суде первой инстанции конкурсным управляющим Шабуниной Е.Я. заявлено о фальсификации доказательства – согласия временного управляющего на совершении должником сделки, и проведении экспертизы, с указанием на то, что подпись в представленном согласии не принадлежит Шабуниной Е.Я., а также отсутствие в распоряжении управляющего в процедуре наблюдения печатей должника.

По результатам проведения назначенной судебной почерковедческой экспертизы, в материалы дела представлено заключение экспертов № 9/18э, подготовленное ООО «Негосударственный экспертно-криминалистический центр».  

Исследовав представленные в материалы дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы приведенные в обоснование заявленных требований и возражения на них, выслушав пояснения лиц, участвующих в процессе, суд апелляционный инстанции приходит в выводу о частичном удовлетворении заявленных требований в силу следующего.

В силу положений ст. 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии со ст. 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Согласно ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу норм действующего гражданского законодательства договор поручительства предполагается безвозмездным, то есть без встречного предоставления поручителю за исполнение его обязанностей со стороны лица, за которое поручитель обязался, поскольку гарантией защиты прав поручителя служат положения п. 1 ст. 365 ГК РФ, в соответствии с которой к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора.

В соответствии с положениями статьи 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним обязательства полностью или в части.

При неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя. Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства (пункты 1, 2 ст. 363 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что указанные выше договоры поручительства были заключены должником с целью обеспечения исполнения обязательств ООО «Генерация Буровое оборудование», ООО «Генерация Нефтехимическое оборудование» и АО «Дзержинскхиммаш» перед Банком по кредитным соглашениям.

Оспариваемый договор поручительства от 29.07.2015 заключен после возбуждения дела о банкротстве (определение от 17.07.2015).

Из положений пунктов 3 и 4 ст. 1 ГК РФ следует, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного выше правового принципа абзацем 1 п. 1 ст. 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 ст. 168 ГК РФ).

Согласно п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции постановления Пленума ВАС РФ № 60 от 30.07.2013), исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. 

Исходя из содержания п. 1 ст. 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. 

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорных сделок в качестве недействительных, совершенных с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Исходя из разъяснений, изложенных в п. 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», а также в п. 15.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что заключение договора поручительства может быть вызвано наличием у заемщиков и поручителей в момент выдачи поручительств общих экономических интересов (например, основное и дочернее общества, преобладающее и зависимое общества, общества, взаимно участвующие в капиталах друг друга, лица, совместно действующие на основе договора простого товарищества); если невыгодность сделки для общества не была очевидной на момент ее совершения, а обнаружилась или возникла впоследствии, например по причине нарушения возникших из нее обязательств, то она может быть признана недействительной, только если истцом будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

В соответствии с п. 2 ст. 64 Закона о банкротстве органы управления должника могут совершать исключительно с согласия временного управляющего, выраженного в письменной форме, за исключением случаев, прямо предусмотренных данным Законом, сделки или несколько взаимосвязанных между собой сделок, в том числе связанных с выдачей поручительств и гарантий. 

При рассмотрении настоящего спора в материалы дела в качестве приложения к договору поручительства № ДП15-728000/2015/00032 от 29.07.2015 в обеспечение обязательств по кредитному соглашению № КС-ЦН-728000/2015/00032 от 29.07.2015 было представлено согласие временного управляющего на заключение договора поручительства в обеспечение кредитных обязательств ООО «Генерация Буровое оборудование» (сумма задолженности в размере 355 762 189,45 руб.), которое с учетом выводов эксперта по результатам проведения судебной экспертизы (т. 1, л.д. 203-232) является сфальсифицированным доказательством.  

Таким образом, договор поручительства № ДП15-728000/2015/00032 от 29.07.2015 заключен в отсутствие согласия временного управляющего на их совершение в период процедуры наблюдения в отношении должника с приложением сфальсифицированного согласия временного управляющего.

При этом, Банк, зная о введении в отношении должника процедуры банкротства, как разумный участник делового оборота не мог предполагать, что принятые должником обязательства по договору поручительства № ДП15-728000/2015/00032 от 29.07.2015 реально могли быть исполнены должником.

При наличии введенной в отношении должника процедуры банкротства Банк не мог не знать и не осознавать, что у должника отсутствуют денежные средства на погашение уже имеющихся обязательств, и дополнительное обременение в виде обеспечения исполнения ООО «Генерация Буровое оборудование» приведет только к увеличению кредитной нагрузки и, в конечном счете, к «размыванию» конкурсной массы.

Более того согласно пояснениям конкурсного управляющего, в обеспечение исполнения обязательств ООО «Генерация Буровое оборудование» было заключено более 20 договоров поручительства с лицами, образующими холдинг. 

Такие действия Банка оправданы с точки зрения экономической целесообразности как предполагающие возможность получения с каждого поручителя части долга, однако они теряют весь смысл при заключении договоров с должником, уже находящимся в процедуре банкротства (наблюдения) и очевидно неспособным погасить ранее возникшие собственные долги.

Принимая во внимание приведенные выше обстоятельства заключения договор поручительства № ДП15-728000/2015/00032 от 29.07.2015, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что никакой иной цели, кроме выведения активов должника уже в процедуре банкротства, во вред иным кредиторам, ни банк, ни должник не преследовали. При этом, банк, рассчитывая получить удовлетворение своих требований к третьему лицу (должнику по основному обязательству) за счет имущества настоящего должника, лишив кредиторов последнего возможности удовлетворения своих требований к должнику за счет имеющегося имущества, что явно свидетельствует о злоупотреблении Банком своими правами.

Данные выводы подтверждаются также проявленной Банком неосмотрительностью в отношении получения согласия временного управляющего, которое в действительности отсутствовало. Банк должно было насторожить, что согласие подписано временным управляющим и скреплено печатью должника, которая до открытия конкурсного производства не могла быть передана Шабуниной Е.Я. Таким образом, сфальсифицированный документооборот лишь доказывает согласованность действий Банка и должника, направленных на причинение вреда имущественным правам кредиторов ООО «Альтернативная энергетика».

Приведенные выше обстоятельства свидетельствуют о том, что договор поручительства № ДП15-728000/2015/00032 от 29.07.2015 заключен сторонами спора в нарушение требований закона, при этом посягающий на права и охраняемые законом интересы третьих лиц, и является ничтожной сделкой (ст. 64 Закона о банкротстве, ст.ст. 10, 168 ГК РФ). 

Согласно п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. 

Учитывая, что требования Банка должником по договору поручительства, признанному ничтожной сделкой, не исполнены, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В отношении иных оспариваемых договоров поручительства от 08.04.2015, 20.04.2015, 23.06.2015 следует отметить, что они заключены должником в течении полугода до принятия заявления о признании должника банкротом (определение от 17.07.2015), то есть в период подозрительности, установленный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из приведенных в данном пункте условий, в том числе, если стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок.

При наличии указанных в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве условий информированность другой стороны сделки о преследуемой должником цели и намерение со стороны должника причинить вред имущественным правам кредиторов предполагаются.

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом п. 7  постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму – пятому п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым – пятым п. 2 ст. 61.2 Закона презумпции являются опровержимыми и применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом ст. 2 Закона о банкротстве: недостаточность имущества – превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное

При этом предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии с п. 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 при решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом. 

Сам по себе тот факт, что другая сторона сделки является кредитной организацией, не может рассматриваться как единственное достаточное обоснование того, что она знала или должна была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (п. 2 ст. 61.2 или п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве); оспаривающее сделку лицо должно представить конкретные доказательства недобросовестности кредитной организации. 

Из приведенных норм права, следует, что рассматривая вопрос о наличии/отсутствии оснований для признания недействительными сделками договоров поручительства от 08.04.2015, 20.04.2015 и 23.06.2015, необходимо установить наличие у должника на момент их совершения признаков неплатежеспособности, а также осведомленность контрагента по сделке о наличии таких признаков.

Однако таких доказательств в материалы дела не представлено.

Утверждение конкурсного кредитора о том, что должник отвечал признакам неплатежеспособности по состоянию уже на 01.01.2015 не мотивированно и документально не подтверждено. Суду апелляционной инстанции непонятно, какие обстоятельства были приняты конкурсным кредитором во внимание при  заявлении данного утверждения.

Более того, конкурсным кредитором не приведено, из каких источников Банк должен был сделать вывод о наличии у должника признаком неплатежеспособности.

Также следует учитывать, что заключение договора поручительства в целях обеспечения обязательств иного лица само по себе бесспорно не свидетельствует о намерении сторон причинить вред имущественным интересам кредиторов общества-поручителя и не является основанием для признания такого договора недействительным. Поручительство как одна из форм обеспечения исполнения обязательств заемщиком широко применяется банками при осуществлении ими банковской деятельности. При помощи данной обеспечительной меры банки фактически минимизирует риски неисполнения основным должником обязательств по кредитному договору. 

В данном случае, договоры поручительства в обеспечение обязательств третьих лиц были заключены должником при наличии экономической целесообразности, что обусловлено общими экономическими и корпоративными интересами, что заявителями не опровергается.

Заключение договоров поручительства с должником осуществлено Банком в целях увеличения гарантий возвратности кредитных денежных средств и является обычной хозяйственной операцией для банка как кредитной организации.

При этом, следует отметить, что Банк не является взаимозависимым или аффилированным лицом ни по отношению к основным заемщикам, ни по отношению к поручителю в лице должника, а соответственно, отсутствуют правовые основания для вывода о том, что при условии накапливающейся задолженности, заключение договоров поручительства со стороны Банка свидетельствует о направленности его действий по заключению сделок на увеличение кредиторской задолженности в нарушение интересов кредиторов. 

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о направленности действий Банка на искусственное увеличение кредиторской задолженности в нарушение интересов кредиторов, о совершении договоров поручительства в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов в материалы дела не представлено (ст. 65 АПК РФ).

Таким образом, в отсутствие доказательств, подтверждающих совокупность условий, необходимых для признания оспариваемых сделок недействительными по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения заявления АО «Сибур-Нефтехим» в части признания договоров поручительства № ДП9-IGR15/EKBR/0655 от 08.04.2015, № ДП15-728000/2015/00012 от 20.04.2015, №ДП15-728000/2015/00022 от 23.06.2015 недействительными сделками.

В отношении заявления Банка о пропуске срока исковой давности, суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить следующее.  

В соответствии со ст. 181 ГК РФ срок исковой давности для признания недействительной ничтожной сделки составляет три года со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки. В отношении оспоримых сделок законодателем установлен иной – годичный срок исковой давности.

Как указывалось ранее, признанная судом ничтожной сделка совершена должником 29.07.2015, а следовательно, срок исковой давности на ее обжалование по общим основаниям истекает 29.07.2018.

Заявление об оспаривании договора поручительства № ДП15-728000/2015/00032 от 29.07.2015 подано в арбитражный суд конкурсным управляющим и конкурсным кредитором в 2017, то есть в пределах срока исковой давности.  

Иные оспариваемые сделки – договоры поручительства № ДП9-IGR15/EKBR/0655 от 08.04.2015, № ДП15-728000/2015/00012 от 20.04.2015, №ДП15-728000/2015/00022 от 23.06.2015, являются оспоримыми, а следовательно, срок исковой давности по их оспариванию составляет один год.

Заявление о признании указанных сделок недействительными подано АО «Сибур-Нефтехим» в суд 29.12.2017. 

Из картотеки арбитражных дел усматривается, что АО «Сибур-Нефтехим» является кредитором по делу о банкротстве должника с 27.12.2016. С учетом даты подачи заявления в суд следует признать, что заявление об оспаривании сделок подано АО «Сибур-Нефтехим» за пределами годичного срока исковой давности.

При этом, апелляционным судом учтено, что АО «Сибур-Нефтехим» являлся одним из заявителей по делу о банкротстве (заявление подано 09.07.2015); требование на основании которого было подано заявление о признании должника банкротом в последующем было уступлено. Таким образом, конкурсный кредитор должника, являясь лицом, участвующим в деле о банкротстве, действуя разумно и добросовестно, мог своевременно принять меры для оспаривания договоров. 

Пропуск срока исковой давности по заявлению АО «Сибур-Нефтехим» об оспаривании сделок по специальным основаниям в отношении договоров поручительства № ДП9-IGR15/EKBR/0655 от 08.04.2015, № ДП15-728000/2015/00012 от 20.04.2015, № ДП15-728000/2015/00022 от 23.06.2015, в силу п. 2 ст. 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для отказа в его удовлетворении.

В связи с переходом к рассмотрению спора по правилам первой инстанции, определение Арбитражного суда Свердловской области от 16.08.2018 подлежит отмене в связи с допущенным судом первой инстанции нарушение процессуальных норм, в силу п. 7 ч. 4 ст. 270 АПК РФ являющимся безусловным основанием для отмены обжалуемого определения суда первой инстанции.

В порядке ст. 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение заявлений об оспаривании сделок подлежит отнесению на лиц, не в пользу которых принят судебный акт из расчета 6 000 руб. за каждую сделку; государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит отнесению на ее заявителя – ПАО «Банк ВТБ».

Неуплаченная АО «Сибур-Нефтехим» государственная пошлина при оспаривании договоров поручительства № ДП9-IGR15/EKBR/0655 от 08.04.2015, № ДП15-728000/2015/00012 от 20.04.2015, № ДП15-728000/2015/00022 от 23.06.2015 в размере 18 000 руб. подлежит взысканию с заявителя в доход федерального бюджета.   

Перечислить с депозитного счета Арбитражного суда Свердловской области ООО «Негосударственный экспертно-криминалистический центр» 20 000 руб. 00 коп. за проведение судебной экспертизы.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 16 августа 2018 года по делу № А60-32672/2015 отменить.

Признать недействительным договор поручительства между ООО «Альтернативная энергетика» и ПАО «Банк ВТБ» от 29.07.2015 № ДП15-72800/2015/0032.

В остальной части заявления об оспаривании сделки должника отказать.

Взыскать с АО «Сибур-Нефтехим» в доход федерального бюджета 18 000 руб. 00 коп. государственной пошлины.

Перечислить с депозитного счета Арбитражного суда Свердловской области ООО «Негосударственный экспертно-криминалистический центр» 20 000 руб. 00 коп. за проведение судебной экспертизы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

О.Н. Чепурченко 

 

Судьи

В.И. Мартемьянов 

 

В.А. Романов